Гражданский кодекс часть 1

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в заседании суда апелляционную жалобу ответчика ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области

от 01 апреля 2022 года

об установлении размера субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5 по обязательствам должника ООО «Труд» в сумме 8 353 792 руб. 98 коп.,

вынесенное в рамках дела № А60-15172/2019

о признании ООО «Труд» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.10.2019 ООО «Труд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО6

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда (резолютивная часть объявлена 05 октября 2021 года) определение Арбитражного суда Свердловской области от 23 июля 2021 года по делу № А60-15172/2019 отменено; признано доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО1; производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части установления размера ответственности приостановлено.

В Арбитражный суд 06.10.2021 поступило заявление конкурсного управляющего о возобновлении производства по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Определением суда от 13.10.2021 производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО1 возобновлено. Рассмотрение заявления конкурсного управляющего назначено в судебном заседании на 08.11.2021.

Определением от 01.04.2022 (резолютивная часть от 25.03.2022) установлен размер субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО5 по обязательствам должника ООО «Труд» в сумме 8 353 792 руб. 98 коп. Взыскано солидарно с ФИО1, ФИО5 в пользу ООО «Труд» в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 8 353 792 руб. 98 коп.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 01.04.2022 отменить, установить размер субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО5 в сумме 2 110 556,11 руб.

Апеллянт ссылается на то, что в судебном акте не нашли отражения доводы его отзыва о наличии оснований для снижения размера ответственности, суд оценки данным доводам не дал. Указывает, чтообжалуемое определение вынесено при неполном исследовании обстоятельств дела; выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для уменьшения размера субсидиарной ответственности носят формальный характер и не соответствуют обстоятельствам дела; судом ошибочно не были применены ч. 2 ст. 69 АПК РФ и абз. 2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Отмечает, что в реестре требований кредиторов отсутствует задолженность должника перед ООО «Антарес-Групп», возникшая ранее июля 2017 года, то есть основная сумма займа (8 936 600 руб.) возвращена ФИО1 в отсутствие вреда каким-либо кредиторам. В частности указывает, что ООО «Труд» в период с апреля 2015 г. до конца марта 2017 г. осуществляло деятельность ресторана. До прекращения деятельности ресторана (до 30.03.2017 г.) какая-либо задолженность должника перед внешними кредиторами отсутствовала; должник не продавал свое имущество и производил возврат реальной существующей задолженности в пользу ФИО1 В этот период ресторан функционировал за счет предоставленного ФИО1 финансирования, а кредиторы должника (ООО «Анатрес-Групп» и ТСЖ «Жилые высотки «Антарес») ежемесячно получали арендную плату и оплату коммунальных платежей. Указанные обстоятельства были установлены судами при рассмотрении отдельных обособленных споров (ч. 2 ст. 69 АПК РФ). В дальнейшем в период с мая 2017 г. по июнь 2017 г. руководителем должника были начаты мероприятия, направленные на фактическую добровольную ликвидацию должника. В частности, должник организовал и принял участие в проведении трехсторонних переговоров с ООО «Антарес-Групп» и представителями сети ресторанов «USTA-групп» о передаче ресторана как готового бизнеса под управление «USTA-групп» (с апреля 2017 г. по август 2017 г.), а также приступил к частичной реализации оборудования, необходимость в котором отсутствовала у «USTA-групп», с частичным погашением задолженности перед кредитором ФИО1 (май – июнь 2017 г.). В данный период у должника отсутствовали обязательства перед внешними кредиторами, которые он очевидно для себя не мог исполнить (имевшаяся задолженность за период май-июнь 2017 г. по арендной плате была в итоге погашена в апреле 2018 г.), а все действия руководителя должника носили добросовестный характер, что также подтверждается результатами рассмотрения судом отдельных обособленных споров по делу о банкротстве должника (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).После того как трехсторонние переговоры с участием ООО «Антарес-Групп» и представителями «USTA-групп» не достигли положительного результата (август – сентябрь 2017 г.), должник предпринял действия по продаже оставшегося оборудования и освобождению помещений, а также по судебному оспариванию размера арендной платы из-за невозможности использования арендуемых помещений вследствие действий арендодателя (дела № А60-62543/2017, № А60-20781/2018, № А60-61997/2018). Полученные от продажи оставшегося имущества денежные средства были направлены как на исполнение обязательств перед ФИО1 (в общей сумме 1 000 000 руб.), так и перед другими кредиторами, в том числе перед ООО «Антарес-Групп» (по состоянию на январь 2018 г. на расчетном счете должника от продажи имущества был аккумулирован остаток денежных средств в общей сумме 1 240 275,03 руб., за счет которого 05.04.2018 г. в рамках исполнительного производства была погашена задолженность перед арендодателем за май-июнь 2017 г.). Таким образом, только лишь при совершении платежей в пользу ФИО1 в декабре 2017 г. на сумму 1 000 000 руб. у должника существовала задолженность перед внешними кредиторами. Считает, что при признании наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, судом был сделан общий вывод о недобросовестности действий ответчиков при осуществлении платежей ФИО1 в ситуации наличия неисполненных обязательств перед внешними кредиторами. С учетом этого полагает, что для определения размера субсидиарной ответственности необходимо определить конкретную сумму платежей, которая отвечает установленным судом признакам. Указывает, что непогашенная задолженность по арендной плате перед кредитором ООО «АнтаресГрупп» начала формироваться у должника с июля 2017 г.; спорные помещения переданы арендодателю через год – 05.07.2018. Отмечает, что в спорных отношениях ООО «Антарес-Групп» не воспользовалось своими правами на прекращение доступа арендатора к арендуемому помещению (с учетом выводов суда по делу № А60-62543/2017 и по настоящему обособленному спору) и на удержание имущества арендатора для погашения задолженности. При этом обществу «Антарес-Групп» было достоверно известно, что должником с апреля 2017 г. прекращена деятельность ресторана и у последнего отсутствует соответствующий доход. Несмотря на это, кредитор продолжил начисление арендной платы и взыскание задолженности в судебном порядке без удержания находящегося в арендуемых помещениях оборудования должника. Также ООО «Антарес-Групп» обращалось в суд с иском к должнику об освобождении занимаемых нежилых помещений, и решением Арбитражного суда Свердловской области от 22.01.2018 г. по делу № А60-53020/2017 исковые требования были удовлетворены в полном объеме. Однако доказательства принудительного исполнения указанного решения суда в материалы настоящего обособленного спора не представлены, что фактически означает утрату арендодателем интереса в принудительном освобождении спорных помещений. В аналогичной ситуации отсутствие доказательств предъявления исполнительных листов для принудительного исполнения судебных актов об истребовании конкурсным управляющим документов должника у ФИО5 и третьих лиц признано судом подтверждением фактического отсутствия реальной потребности в них. По мнению апеллянта, фактически помимо действий ответчиков, по наращиванию задолженности по арендной плате также способствовали и действия самого кредитора ООО «Антарес-Групп», не принявшего всех необходимых мер по прекращению арендных правоотношений и удержанию имущества арендатора, что влияет на степень вины ответчиков и размер субсидиарной ответственности. В связи с изложенными обстоятельствами полагает, что судом к спорным отношениям подлежал применению абз. 2 п. 11 ст. 61.11 Закона о банкротстве с уменьшением размера субсидиарной ответственности ответчиков. Размер субсидиарной ответственности полагает возможным установить в общей сумме 2 110 556,11 руб., в том числе: - 1 000 000 руб. – размер вреда, непосредственно причиненного конкурсным кредиторам виновными действиями ответчиков; - 1 110 556,11 руб. – сумма оставшихся непогашенными текущих требований кредиторов.

До судебного заседания от конкурсного управляющего должника, кредитора ООО «Антарес-групп» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу об отказе в ее удовлетворении.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал, представители конкурсного управляющего и кредитора возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в отзывах.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили. В соответствии с частью 3 статьи 156, статьей 266 АПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статей 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением суда от 16.10.2019 ООО «Труд» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО6

Вступившим в законную силу постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО1 по п. 4 ст. 10, п. 5 ст. 61.10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве. Судом установлено, что совокупность действий ответчиков по выводу вырученных от продажи имущества должника денежных средств в пользу ФИО1 при наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, наращивание задолженности перед ними явилась причиной объективного банкротства ООО «Труд» и невозможности погашения включенных в реестр их требований. Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности в части установления размера ответственности приостановлено.

В дальнейшем производство по делу возобновлено.

Как следует из ходатайства конкурсного управляющего, общий размер всех непогашенных требований кредиторов на момент рассмотрения вопроса о размере субсидиарной ответственности составляет 8 353 792,98 руб.

Суд первой инстанции, проанализировав материалы дела, пришел к выводу об отсутствии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности. А поскольку кредиторы выбрали способ распоряжения правом требования по субсидиарной ответственности путем взыскания задолженности в рамках процедуры банкротства, задолженность с ФИО5 и ФИО1 взыскана солидарно в пользу должника.

Исследовав представленные материалы дела в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменений (отмены) определения в обжалуемой части суда в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127 – «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как было указано выше, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.11.2021 признано доказанными наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО1 по п. 4 ст. 10, п. 5 ст. 61.10 и ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 25.01.2022 названное выше постановление суда апелляционной инстанции оставлено без изменения.

Суды пришли к выводу о том, что ответчиками совершены согласованные действия по выводу активов должника, приведшие к невозможности погашения требований внешних кредиторов.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника

Согласно пункту 8 статьи 61.11 Закон о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

В силу п. 9 ст. 61.11 Закона банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 настоящего Федерального закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (п. 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

ФИО1 указывает на наличие оснований для снижения размера субсидиарной ответственности, ссылаясь на то, что контролирующими должника лицами предпринимались меры к продаже бизнеса, на отсутствие задолженности на момент продажи оборудования, на наличие спора с арендодателем основным кредитором ООО «Антарес-групп», на виновные действия самого кредитора, который прекратил доступ должника в помещение, на непринятие кредитором мер по изъятию помещения. Полагает, что ООО «Антарес-групп» могло оставить себе оборудование, находящееся в арендованном помещении и зачесть его в счет арендных платежей.

Вместе с тем, данные доводы уже неоднократно являлись предметом рассмотрения судов.

Так судами в рамках рассмотрения настоящего спора о привлечении к субсидиарной ответственности и по искам о взыскании арендных платежей было установлено следующее.

21.01.2013 между ФИО1 (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «Пекарни Тестофф» (после смены наименования – общество «Труд») в лице директора ФИО5 (заемщик) заключен договор займа, по условиям которого займодавец передает заемщику заем из собственных средств на пополнение оборотных средств на условиях и в сроки, определенные данным договором; в соответствии с пунктом 2 указанного договора максимальная сумма займа, предоставляемого займодавцем, составляет 25 000 000 руб.; проценты за пользование денежными средствами устанавливаются в размере 24% годовых (пункт 3).

Кроме того, 01.10.2013 между ФИО1 (займодавец) и обществом «Пекарни Тестофф» (заемщик) также был заключен договор займа № 6, по условиям которого займодавец передает заемщику краткосрочный заем из собственных средств на пополнение оборотных средств на условиях и в сроки, определенные названным договором; в соответствии с пунктом 2 данного договора максимальная сумма займа, предоставляемого займодавцем, составляет 10 000 000 руб.; проценты за пользование денежными средствами не устанавливаются (пункт 3).

ФИО1 в период с 21.01.2013 по 10.04.2017 перечислил на расчетный счет общества «Труд» денежные средства в общей сумме 25 120 067 руб., которые были израсходованы должником на организацию и хозяйственную деятельность ресторана.

В период с 21.10.2016 по 26.06.2017, а также в декабре 2017 года должником был произведен возврат ФИО1 денежных средств по договорам займа в сумме 8 936 600 руб.

Вместе с тем, установив, что с мая 2017 года деятельность ресторана прекращена, начиная с указанного периода у должника начала формироваться задолженность по аренде помещения, которая в добровольном порядке не погашалась, первый вступивший в законную силу судебный акт о взыскании задолженности по арендной плате был исполнен в рамках исполнительного производства лишь в апреле 2018 года, задолженность за другие периоды погашена не была, при этом имелись обязательства и перед иными кредиторами; принимая во внимание, что с мая по сентябрь 2017 года должник осуществлял мероприятия, направленные на сохранение ресторанного бизнеса, а также на его продажу, однако уже к сентябрю 2017 года стала очевидна безрезультатность переговоров с представителями «USTA-групп» о выведении должника из финансового кризиса; исходя из того, что к концу 2017 года было реализовано все имущество должника, а большая часть вырученных от продажи оборудования денежных средств была перечислена не внешним кредиторам, а ФИО1 в счет исполнения обязательств по договорам займа, суд апелляционной инстанции при рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности заключил, что при наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами осуществление платежей в порядке возврата заемных денежных средств, предоставленных инвестором по договорам займа, срок возврата по которым не наступил, не могут быть признаны добросовестными, а в условиях прекращения хозяйственной деятельности и отсутствия доходов от ресторанного бизнеса, а также отсутствия перспектив привлечения инвесторов или антикризисных менеджеров для возобновления работы предприятия, когда единственным источником для исполнения обязательств по аренде и оплате коммунальных услуг являлась продажа имущества должника, осуществление таких платежей в пользу ФИО1, в обстоятельствах очевидной недостаточности средств для погашения требований независимых кредиторов свидетельствует о направленности таких действий на вывод ликвидных активов должника, повлекших невозможность погашения исполнения обязательств перед такими кредиторами, как следствие использование ФИО1 преимуществ своего статуса контролирующего лица, имевшего исключительную возможность определять направления расходования денежных средств должника.

При этом судом апелляционной инстанции было установлено, что обстоятельствам продажи имущества должника в условиях наличия неисполненных обязательств и несправедливого распределения денежных средств сопутствовали также факты наращивания задолженности перед внешними кредиторами, в частности, перед обществом «Антарес-Групп».

Так, судом апелляционной инстанции было установлено и из электронной карточки дела № А60-53020/2017 следует, что 31.03.2017 должник направил в адрес общества «Антарес-Групп» уведомление о расторжении договора аренды с 01.04.2017, при этом помещение не было освобождено и не было передано арендодателю; в свою очередь, общество «Антарес-Групп» направило 03.07.2017 уведомление о расторжении договора аренды, с 12.08.2017 договор аренды был прекращен, в то время как фактически помещения были освобождены должником лишь 05.07.2018, в помещении находилось в том числе оборудование должника; подобные действия (бездействие) контролирующих должника лиц привели к тому, что с должника была взыскана плата за пользование помещениями, за счет которой и была сформирована основная кредиторская задолженность в деле о банкротстве; действительных причин столь длительного неосвобождения помещений ответчиками не раскрыто.

Судом апелляционной инстанции были исследованы возражения ответчиков об ограничении доступа сотрудникам общества «Труд» к арендуемым помещениям в сентябре 2017 года; ссылаясь на обстоятельства, установленные в рамках гражданских дел о взыскании задолженности по арендной плате, о наличии в фактическом владении должника помещений, недоказанности ограничений доступа в арендуемые помещения, учитывая, что и при рассмотрении данного обособленного спора ответчиками не были представлены какие-либо доказательства, подтверждающие наличие препятствий в их использовании; отметив, что ответчики, занимая в настоящем споре процессуальную позицию об отсутствии доступа в помещения, тем не менее в декабре 2017 года осуществили продажу оборудования, находящегося в них; суд критически оценил в связи с этим пояснения должника о том, что осмотр потенциальными покупателями оборудования был произведен в мае – июне 2017 года, а фактическая передача состоялась в июне 2018 года, поскольку такой временной разрыв не соответствует деловому обороту и не имеет разумных экономических мотивов с позиции профессиональный субъектов предпринимательской деятельности.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о том, что ответчиками совершены согласованные действия по выводу активов должника, приведшие к невозможности погашения требований внешних кредиторов, что применительно к фактическим обстоятельствам данного дела о банкротстве признано достаточным основанием для вывода о том, что совокупность действий ответчиков по выводу вырученных от продажи имущества должника денежных средств в пользу ФИО1 при наличии неисполненных обязательств перед внешними кредиторами, в отсутствие реальных альтернативных источников их погашения, с сопутствующими обстоятельствами наращивания задолженности перед ними, и явилась причиной объективного банкротства общества «Труд» и невозможности погашения требований кредиторов.

Доводы кассационных жалоб об отсутствии в действиях ответчиков состава правонарушения для привлечения к гражданско-правовой ответственности, отсутствии причинно-следственной связи между платежами в пользу ответчика и банкротством должника, а также о соответствии поведения ответчиков обычному деловому риску, были отклонены судом кассационной инстанции.

Суд округа отметил, что применительно к обстоятельствам настоящего спора суд апелляционной инстанции исходил из того, что при наличии решения о прекращении хозяйственной деятельности, связанное с уменьшением доходности бизнеса, которое и обусловило заявление должником отказа о договора аренды с 01.04.2017, то есть исключения одного из основных источников погашения задолженности, планомерной реализации в 2017 году оборудования, распределения своей волей полученных от реализации денежных средств в свою пользу (при том, что при рассмотрении в рамках данного дела о банкротстве заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов должника последний в возражениях от 02.02.2021 на отзыв управляющего занимал процессуальную позицию об отсутствии у должника имущественного кризиса, мотивированную в том числе тем, что срок возврата займов наступил лишь 05.04.2019), при отсутствии иных источников исполнения обязательств и при очевидном понимании того, что должник, не ведя какой-либо приносящей доход деятельности, не имея ликвидных активов, в условиях продолжающихся арендных отношений не имеет действительной возможности погасить требования внешних, независимых кредиторов, тем не менее большую часть выручки от продажи имущества направляет на погашение собственных требований, не обеспечив исполнение обязательств перед своими контрагентами.

То обстоятельство, что задолженность по обязательным платежам в сумме 543 004 руб. 83 коп. и перед обществом «Антарес-Групп» в сумме 703 949 руб. 01 коп. была погашена, не свидетельствует об ошибочности выводов суда апелляционной инстанции о наличии в действиях ответчиков противоправности.

Суд апелляционной инстанции при постановке соответствующих выводов исходил из того, что с учетом цели предоставления в заем должнику денежных средств (инвестирование создания и деятельности), взаимосвязанности с учредителем и руководителем должника, а также установленного характера предоставленного должнику займа как компенсационного финансирования должника, в условиях прекращения деятельности должника, стандартом поведения добросовестного собственника бизнеса, не намеренного уклоняться от исполнения обязательств перед контрагентами, явились бы действия не по преимущественному удовлетворению собственных требований к должнику, которые полностью зависят от самого бенефициара, а расчеты с внешними кредиторами.

В рассматриваемом случае поведение ответчиков было признано судами отклоняющимся от такого стандарта поведения, а совокупность установленных по делу обстоятельств совершения ответчиками согласованных действий по выводу активов должника, приведших к невозможности погашения требований внешних кредиторов, признана достаточной для привлечения их к гражданско-правовой ответственности.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что изложенные в постановлении суда апелляционной инстанции от 01.11.2021 выводы о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности является общеобязательным (статья 16 АПК РФ), что исключает повторную проверку этого вывода после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца первого пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах, у суда первой инстанции оснований для снижения размера субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в отсутствие доказательств того, что ими предпринимались действия по сокращению дебиторской задолженности, не имелось.

Судом апелляционной инстанции таких оснований также не установлено.

Позиция апеллянта о необходимости учета при определении размера ответственности исключительно суммы совершенных в пользу ФИО1 платежей в декабре 2017 г. на сумму 1 000 000 руб., когда у должника существовала задолженность перед внешними кредиторами и суммы текущих платежей не соответствует вышеизложенным выводам судов о недобросовестности действий по перечислению денежных средств ФИО1, при том, что ему перечислено в спорный период 9 млн.руб.

Обстоятельства, имеющие значения для разрешения настоящего спора установлены судом первой инстанции в полном объеме; выводы суда основаны на представленных в дело доказательствах, которым дана надлежащая правовая оценка.

Все доводы апелляционной жалобе ранее уже заявлялись апеллентом, им была дана надлежащая правовая оценка в рамках спора об установлении оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, направлены на переоценку сделанных судами ранее выводов, в связи с чем, подлежат отклонению.

Оснований, предусмотренных ст. 270 АПК РФ для отмены определения суда, судом апелляционной инстанции не установлено. В удовлетворении апелляционной жалобы следует отказать.

Руководствуясь статьями 258, 268, 269, 270,271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 01 апреля 2022 года по делу № А60-15172/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

Т.С. Герасименко

Судьи

В.И. Мартемьянов

Т.Ю. Плахова