Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2021 по делу № А60-6662/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания
на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 22.07.2021).

Определением арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2020 возбуждено дело о признании закрытого акционерного общества объединения «Уралзолото ПФК» (далее - объединение «Уралзолото ПФК», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.06.2020 в отношении объединения «Уралзолото ПФК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением суда от 11.09.2020 объединение «Уралзолото ПФК» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

В арбитражный суд 24.11.2020 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам объединения «Уралзолото ПФК».

Суд в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлек к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, ФИО5.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022, заявление конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам объединения «Уралзолото ПФК». Этим же определением производство
по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанными судебными актами в части установленных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, ответчик обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой,
в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального права
и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, просит указанные судебные акты в обжалуемой части отменить.

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 указывает
на то, что вся документация должника имеется в распоряжении последующего руководителя – ФИО5, соответственно, возможность передачи таких документов у ответчика отсутствует, в связи с чем он не может быть привлечен субсидиарной ответственности за ее неисполнение. Кассатор также указывает, что конкурсным управляющим не доказано, а судами не установлено, каким образом отсутствие документации затруднило проведение процедуры банкротства, в том числе формирование конкурсной массы за счет дебиторской задолженности, при том, что соответствующий актив (дебиторская задолженность) был выявлен управляющими и отражен в Анализе финансового состояния должника с указанием наименования дебитора и размера требований.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судам и следует из материалов дела, объединение «Уралзолото ПФК» зарегистрировано в качестве юридического лица 18.02.1999; руководителем объединения «Уралзолото ПФК» являлся
ФИО1

Основным видом деятельности объединения «Уралзолото ПФК» являлась оптовая продажа твердого, жидкого и газообразного топлива.

Из материалов дела и пояснений сторон также усматривается, что
в период деятельности должник закупал топливо и поставлял его своим контрагентам. При этом был выявлен факт поставки должником контрафактного топлива на значительную сумму, что в последующем послужило основанием для расторжения договора и возложения на должника санкций и возврата должнику некачественной продукции, которая в последующем не была реализована.

Обращаясь с заявлением о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ссылался на не исполнение ответчиком обязанности по передаче временному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, а также обязанности
по обращению с заявлением о признании должника банкротом в срок не позднее 01.04.2018.

Рассматривая заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что ответчик является бывшим руководителя должника, то есть контролирующим должника лицом в силу подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Удовлетворяя требования, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку должник прекратил исполнение денежных обязательств перед кредиторами начиная с января 2018 года и продолжал наращивать задолженность перед своими кредиторами фактически до момента возбуждения в отношении него дела о банкротстве, в отсутствие у объединения «Уралзолото ПФК» денежных средств, достаточных для удовлетворения требований всех кредиторов, разумный и осмотрительный руководитель должен был выявить признаки неплатежеспособности и обратиться в арбитражный суд с заявлением должника не позднее апреля 2018 года, а не продолжать осуществлять деятельность и накапливать задолженность перед кредиторами в столь значительном размере.

Установив, что, несмотря на наличие у объединения «Уралзолото ПФК» очевидных признаков неплатежеспособности, ФИО1 в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом не обратился, суд пришел
к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1
к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Повторно исследовав материалы дела в указанной части, отметив, что само по себе наличие задолженности не является основанием для обращения
с заявлением о банкротстве, установив, что из анализа финансового состояния должника, в том числе проведенного временным управляющим, следует, что вплоть до 4 квартала 2019 года деятельность должника являлась прибыльной, полученная выручка в отчетных периодах 2018 года и с 1 по 3 квартал 2019 года превышала размер кредиторской задолженности, и лишь по итогам 4 квартала 2019 года выручка составила 13 623 тыс. руб., кредиторская задолженность – 70 410 тыс. руб., а также учтя имущественное положение должника (наличие недвижимого имущества стоимостью более 60 000 000 руб., движимого имущества стоимостью 21 254 000 руб.), последующее кредитования должника Банком, апелляционный суд сделал вывод, что само
по себе неисполнение обязанностей перед отдельными кредиторами в 2018 году не свидетельствовало об объективном банкротстве должника, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества возникли у должника в 4 квартале 2019 года после предъявления Банком требований по досрочному истребованию кредиторской задолженности.

Исходя из указанного, апелляционный суд сделал вывод, что обязанность обратиться в суд возникла у руководителя должника не ранее чем через месяц после подведения итогов работы общества в 4 квартале 2019 года, что могло быть сделано не позднее 29.02.2020 (с учетом активной позиции Банка – предъявлении требований о досрочном погашении кредита 22.11.2019, изъятия имущества правоохранительными органам).

Установив, что 11.02.2020 Банк обратился с заявлением о признании должника банкротом, апелляционный суд заключил об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Выводы судов в указанной части ответчиком не оспариваются, в связи с чем судом округа не проверяются.

Рассматривая требование конкурсного управляющего о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности
за неисполнение обязанности по передаче документации и имущества должника, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

В силу пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях
в составе имущества должника.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской
и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле
о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Исследовав материалы дела, суды установили, что предусмотренная пунктом 3.2 статьи 64 и пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве обязанность по передаче документов должника ФИО1 не исполнена; факт не исполнения ФИО1 обязанности по передаче временному
и конкурсному управляющему документов подтвержден вступившим
в законную силу определением суда от 26.04.2021 об истребовании у ответчика бухгалтерской документации должника.

Указанным судебным актом установлено, что в период исполнения обязанностей руководителя должника ФИО5 (последующий после ФИО1 руководитель должника) являлась номинальным руководителем, фактически руководство организацией продолжал осуществлять ФИО1 ФИО5 согласилась выполнять номинальные обязанности генерального директора по просьбе ФИО1,
у которого 13.05.2020 закончились полномочия и возникли проблемы
с подписанием договоров на поставку.

Исходя из указанного, учтя, что доказательств передачи документации
должника кому-либо ФИО1 не представил, суд сделал вывод о том, что такая документация в полном объеме или частично находятся именно
у него, в связи с чем определил обязать ФИО1 передать конкурсному управляющему документы должника.

Поскольку указанное выше определение суда не исполнено, приняв
во внимание доводы конкурсного управляющего о том, что отсутствие документации послужило препятствием для проведения проверки наличия оснований для оспаривания сделок, обращения с соответствующими заявлениями о признании сделок недействительными, проведения работы
с дебиторской задолженностью должника, которая согласно Анализу финансового состояния должника составляет не менее 13 464 821 руб. 84 коп., суды сделали вывод, что неисполнение обязанности по передаче документации о хозяйственной деятельности должника воспрепятствовало проведению мероприятий процедуры банкротства по пополнению конкурсной массы
для проведения расчетов с кредиторами.

Возражения ответчика о том, что вся документация была передана последнему руководителю должника (ФИО5) были исследованы
и отклонены, поскольку являлись предметом рассмотрения судов при вынесении определения об истребовании от 26.04.2021, которым установлено, что ФИО1 вывозил имущество и документы должника в неизвестном направлении, не передавая их ФИО5

С учетом изложенного, суды пришли к выводу, что именно на ФИО1 лежала обязанность по раскрытию всей необходимой информации о хозяйственной деятельности должника, опровержению разумных сомнений конкурсного управляющего относительно затруднительности проведения мероприятий процедуры банкротства с целью формирования конкурсной массы.

Ссылки ответчика на то, что непередача им документов в соответствии
с определением от 26.04.2021 не послужила препятствием для формирования конкурсной массы, поскольку в Анализе финансового состояния должника приведен перечень дебиторов и размеров требований к ним, также были рассмотрены и отклонены судами, поскольку из названного Анализа не следует, что при его составлении временный управляющий располагал первичными документами, подтверждающими дебиторскую задолженность каждого из указанных в нем лиц.

Кроме того, формальное указание в анализе финансового состояния на наименование дебитора и предполагаемый размер требований к нему в отсутствие всей необходимой документации, опосредующей возникновение такой задолженности, само по себе не свидетельствует о беспрепятственной возможности установления и взыскания дебиторской задолженности.

Как уже было указано выше, конкурсный управляющий лишён даже минимального набора сведений, позволяющих ему предпринимать меры по взысканию такой задолженности. Из материалов дела не следует и ответчиком
не доказано, что он представил первичные документы, подтверждающие период, размер и основания возникновения долга. Отсутствие соответствующих документов не позволило конкурсному управляющему осуществить мероприятия по взысканию дебиторской задолженности.

Представленные ответчиком сведения о направлении на электронную почту конкурсного управляющего копий документов по дебиторской задолженности общества «СК «Капстройпроект» основанием для освобождения от ответственности не послужили, поскольку, как пояснил сам заявитель
в судебном заседании, данное лицо исключено из реестра юридических лиц, при этом им не поясняется, какие меры были предприняты самим ФИО1 по взысканию задолженности в период, когда данный дебитор был действующим юридическим лицом.

Коллегия кассационного суда отмечает, что представление пояснений
и документации относительного лишь одного из дебиторов не освобождает контролирующее должника лицо от исполнения обязанности
по предоставлению всех сведений о хозяйственной деятельности должника,
в том числе относительно всех активов, представленных правами требования, что представляет собой добросовестное исполнение обязанностей, предусмотренных пунктом 3.2 статьи 64 и пунктом 2 статьи 126 Закона
о банкротстве, а также содействует целям наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника.

Таким образом, удовлетворяя требования в оспариваемой части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из обязанности ФИО1 передать документацию должника конкурсному управляющему, не исполнения им такой обязанности, а также того, что вопреки возражениям ответчика отсутствие истребуемой документации воспрепятствовало проведению конкурсным управляющим мероприятий по анализированию и оспариванию сделок должника, проведению работы с дебиторской задолженностью.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Возражения ответчика о том, что он не располагает документацией должника, а также доводы о том, что обязанность по передаче таких документов лежит на последующем руководителе (ФИО5), судом округа отклоняются, поскольку фактически направлены на пересмотр вступившего в законную силу судебного акта (определение от 26.04.2021),
на что было обоснованно указано судами.

Все иные доводы заявителя кассационной жалобы судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебных актов либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 09.12.2021 по делу № А60-6662/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ф.И. Тихоновский

Судьи В.В. Плетнева

С.Н. Соловцов