Гражданский кодекс часть 1

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Сомова Е.Г., судей Егорченко И.Н. и Жукова Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Руковицкой Е.О., с участием от заявителя – общества с ограниченной ответственностью «ДСК «ГРАС-Светлоград» – ФИО1 (доверенность от 12.08.2022), от заинтересованного лица – Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Ставропольскому краю – ФИО2 (доверенность от 24.05.2022), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ДСК «ГРАС-Светлоград» на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 14.07.2022 по делу № А63-17998/2021,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «ДСК «ГРАС-Светлоград» (далее – общество, заявитель, налогоплательщик) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Ставропольскому краю (далее – налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения от 20.05.2021 № 1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС по взаимоотношениям с ИП ФИО3 в размере 445 834 рублей, 134 994,07 руб. пени и 11 145,84 руб. штрафа, 11 448 801 руб. налога на имущество организаций за 2017-2018 годы, а также 4 535 464,04 руб. соответствующих пени и 356 340,04 руб. штрафа (уточненные требования).

Решением суда от 14.07.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением, общество обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просило принятый судебный акт отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении требований общества. Податель жалобы указывал, что в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении общества не было установлено фактов непредставления каких-либо документов, необходимых для получения налоговых вычетов. Обществом соблюдены все формальные условия, с которыми налоговое законодательство связывает получение вычетов по НДС, все поставленные товары ИП ФИО3 были оприходованы и отражены в налоговом и бухгалтерском учете, что установлено в ходе проведения мероприятий налогового контроля. Вид предпринимательской деятельности ИП ФИО3 соответствует характеру поставок продукции. Выводы инспекции относительно отсутствия у ИП ФИО3 материально-технических ресурсов, необходимых для поставки товара не соответствуют обстоятельствам дела. При проведении проверки налоговый орган вышел за пределы своих полномочий, сделав выводы о непринятии обществом мер по доведению оборудования до рабочего состояния, в том числе приобретения программного обеспечения и производства пусконаладочных работ после его установки, поскольку не вправе давать оценку управленческим решениям, принятых с учетом финансового состояния общества. Тем самым, инспекция неправомерно вмешалась в экономическую деятельность общества, оценивая эффективность и целесообразность принимаемых в рамках обычной хозяйственной деятельности решений, что не может являться основанием для начисления налогов.

В отзыве инспекция просила решение суда оставить в силе.

От общества поступило ходатайство о вызове в судебное заседание эксперта ФИО4 АНО «Северо-Кавказский институт независимых экспертиз и исследований», которому поручалась судебная компьютерно-техническая экспертиза для дачи пояснений по проведенному экспертному исследованию.

Отказывая в удовлетворении заявленного обществом ходатайства о вызове в судебное заседание эксперта, проводившего экспертное исследование в рамках настоящего спора, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

В силу пункта 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта оглашается в судебном заседании и исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

По ходатайству лица, участвующего в деле, или по инициативе арбитражного суда эксперт может быть вызван в судебное заседание.

По смыслу указанных норм обязанность вызвать в судебное заседание эксперта у суда отсутствует, ходатайство о вызове эксперта для дачи пояснений рассматривается в каждом конкретном случае с учетом содержания экспертного заключения и вопросов, которые стороны предложили задать эксперту.

В данном случае в экспертном заключении содержатся однозначные ответы на вопросы, в связи с чем необходимость вызова эксперта отсутствует, оснований для вызова эксперта судом апелляционной инстанции исходя из имеющихся в деле доказательств не установлено.

В судебном заседании представитель общества поддержал доводы жалобы, представитель инспекции выразил несогласие с доводами жалобы.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка общества по вопросам соблюдения налогового законодательства, правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты налогов в бюджет за период с 01.01.2016 по 31.12.2016, вынесено решение от 20.05.2021 № 1 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

По результатам проверки налоговым органом вынесено решение от 20.05.2021
№ 1, которым обществу к уплате дополнительно начислено 6 943 687,71 руб. НДС, 11 444 801,00 руб. налога на имущество организаций, 5 578 267,60 руб. пени, предложено уменьшить убытки, исчисленные обществом по данным налогового учета, при исчислении по налогу на прибыль организаций в сумме 46 953 635,00 рублей. Кроме того, заявитель привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной пунктами 1, 3 статьи 122 Кодекса в виде штрафа в размере 393 936,26 руб.

Общество, не согласившись с указанным решением инспекции, обратилось в Управление Федеральной налоговой службы по Ставропольскому краю (далее – Управление) с апелляционной жалобой.

Решением Управления от 19.10.2021 № 08-19/024938@ апелляционная жалоба заявителя оставлена без удовлетворения.

Общество обратилось за защитой нарушенных прав в арбитражный суд.

Согласно статье 171 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Статьей 172 Кодекса установлено, что налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 – 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Кодекса, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 169 Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

По смыслу указанных норм для получения права на вычеты по НДС необходимо: оприходование данного товара (работ, услуг); подтверждение уплаты поставщику налога, включенного в стоимость товара; приобретаемые товары (работы, услуги) должны предназначаться для производственной деятельности или иных операций, признаваемых объектом налогообложения; наличие счета-фактуры, выставленного в соответствии со статьей 169 Кодекса.

При этом нормы действующего налогового законодательства Российской Федерации предполагают возможность применения налогового вычета только при наличии реального осуществления хозяйственных операций.

По смыслу главы 21 Кодекса документы, представляемые налогоплательщиком в инспекцию, должны быть достоверными, непротиворечивыми, содержащиеся в них сведения должны подтверждать реальность хозяйственной операции и иные обстоятельства, с которыми Кодекс связывает право налогоплательщика на налоговые вычеты.

В пунктах 1, 3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В оспариваемом решении налоговый орган пришел к выводу о нереальности хозяйственной операции налогоплательщика с проблемным контрагентом – ИП ФИО3 Инспекция пришла к выводу о том, что обществом использовался формальный документооборот в целях неправомерного заявления налоговых вычетов по поставкам товара, в документах отражены хозяйственные операции, которые реально не осуществлялись.

В подтверждение правомерности заявленных вычетов обществом по взаимоотношениям с ИП ФИО3 представлена первичная документация: договор поставки от 07.06.2018 № 3 камня гипсового, спецификация № 1 от 07.06.2018, спецификация № 2 от 08.08.2018; договор от 14.06.2018 № 4 на изготовление и поставку поддонов деревянных; счета-фактуры, товарные накладные и товарно-транспортные накладные.

ФИО3 09.04.2018 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и 26.12.2019 прекратил деятельность. Основным видом деятельности ИП ФИО3 являлась «торговля оптовая пиломатериалами» (ОКВЭД 46.73.2), что не соответствует характеру сделки, заключенной с обществом.

Согласно сведениям налоговой декларации по форме 2-НДФЛ за 2018 год ИП ФИО3 не имел наемных работников, в собственности у него находился один земельный участок. Иное имущество, транспортные средства не зарегистрированы. У ИП ФИО3 отсутствовали необходимые трудовые и материально-технические ресурсы для самостоятельного исполнения условий договоров. Последняя налоговая декларация ИП ФИО3, являющимся плательщиком НДС, сдана в ходе проведения выездной проверки за 2, 3 и 4 квартал 2018 года в Межрайонную ИФНС России № 13 по Краснодарскому краю с «нулевыми показателями». Соответственно в книге продаж ИП ФИО3 в качестве контрагента общество не заявлено, сделка не подтверждена.

При анализе движения денежных средств по расчетному счету за 2018 год налоговым органом установлено, что ИП ФИО3 не осуществлял платежи за поддоны деревянные и гипсовый камень, не производил закупку сырья для изготовления деревянных поддонов для обеспечения фактической возможности поставки товара в адрес общества в объеме, предусмотренном договорами поставки товара.

Оценив производимые ИП ФИО3 операции, инспекция усмотрела их транзитный характер: поступившие на расчетный счет денежные средства в сумме свыше 7 млн. руб. перечислялись физическим лицам, которые в последующем обналичивались. Кроме того, анализ сведений о движении денежных средств по расчетному счету ИП ФИО3 показал отсутствие осуществления им реальной хозяйственной деятельности.

Как следует из протокола допроса свидетеля ФИО3 от 02.08.2019 № 71, он являлся исполнителем, предпринимательскую деятельность фактически не осуществлял. Доходы получал наличными деньгами в ООО «Ресурс» в г. Армавире по адресу Промзона-16 от бухгалтера ООО «Ресурс»; как зовут бухгалтера, не знает. При получении денег расписывался в расходных кассовых ордерах. ООО «Ресурс» осуществлял продажу товара своим покупателям без наценки, от сделок имел свой процент. Организатора схемы бизнеса, которую вел как ИП ФИО3, назвать отказался.

Инспекцией в ходе проверки проведен анализ контрагентов, заявленных в книге покупок ИП ФИО3 (до представления деклараций за 2, 3 и 4 квартал 2018 года с «нулевыми показателями»), по результатам которого установлено, что в налоговых декларациях по налогу на добавленную стоимость ИП ФИО3 за 2 - 4 квартал 2018 года содержится информация о счетах-фактурах по сделкам с фирмами ООО «Ресурс», ООО «СК Топливо».

По результатам проверки контрагентов, заявленных в книге покупок ИП ФИО3, налоговым органом в ходе проверки подтверждено, что организации отвечают критериям «фирм-однодневок».

Свидетель ФИО5, являющийся руководителем ООО «Ресурс», (протокол допроса от 23.06.2017 № 06/06/1) пояснил, что никакого отношения к деятельности организации не имеет, никогда не являлся учредителем и руководителем ООО «Ресурс», ему ничего неизвестно о деятельности организации. Никаких документов, связанных с финансово-хозяйственной деятельностью ООО «Ресурс» не подписывал.

По юридическому адресу ООО «Ресурс» не располагается, по указанному адресу находится заброшенное здание, доступ к которому отсутствует (протокол осмотра от 19.04.2019 № 022/04/2).

ООО «СК Топливо» не располагает недвижимым и иным имуществом, земельными участками, транспортными средствами, сведения по форме 2-НДФЛ не сдает.

В налоговых декларациях ООО «Ресурс» и ООО «СК-Топливо» сделка с ИП ФИО3 не заявлена, налоговый вычет не подтвержден.

Эти обстоятельства указывают на искажение обществом сведений о фактах хозяйственной жизни ввиду невозможности осуществления финансово-хозяйственной деятельности по цепочке поставщиков ООО «Ресурс», ООО «СК Топливо» – ИП ФИО3, в последующем налогоплатещику – обществу.

Оценивая довод общества о реальности поставки гипсового камня ИП ФИО3 и факта наличия трудовых ресурсов у ИП ФИО3 для осуществления деятельности, суд первой инстанции, исследовав представленные в его подтверждение документы (коммерческое предложение, доверенность, штатное расписание), правомерно заключил о том, что данные документы выводы инспекции не опровергают.

В ходе проверки инспекцией установлено отсутствие в собственности ИП ФИО3 необходимой техники (транспортных средств), персонала (сведения по форме 2-НДФЛ на работников не представлялись). Анализ поступивших заявок производится по цене поставки гипсового камня с учетом доставки.

Однако противоречия и несоответствия в представленных обществом документах свидетельствуют о формальном документообороте, в целях создания видимости реальности сделки по поставке ИП ФИО3 камня гипсового.

Представленное обществом штатное расписание указывает только на утверждение структуры, должностей работников ИП ФИО3, но не подтверждает фактического наличия работников. При этом, как установлено налоговым органом в ходе проверки, ИП ФИО3 сведений 2-НДФЛ за 2018 год на работников не представил. По движению денежных средств на счетах ИП ФИО3 расчеты с наемными работниками отсутствуют. Трудовых договоров, документов, подтверждающих выплату заработной платы работникам, не представлено.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о формальности составления документов, представленных обществом в обоснование заявленной сделки, которые в свою очередь, не могут служить обоснованием правомерности заявленных вычетов по НДС.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка доводу общества о том, что при проведении камеральной проверки декларации по НДС за 1 квартал 2019 года применение налоговых вычетов по сделке с ИП ФИО3 признано правомерным.

При этом инспекция пояснила, что основанием для выводов налогового органа по результатам проведенной выездной проверки послужило различие совокупности доказательств, полученных по итогам камеральной и выездной проверок.

В рамках камеральной проверки за 1 квартал 2019 года ИП ФИО3 предоставил в налоговый орган налоговые декларации по НДС, заявив в них реализацию в адрес ООО «ДСК «ГРАС-Светлоград». При этом в проверяемом выездной налоговой проверкой периоде с 01.01.2016 по 31.12.2018 в налоговой отчетности ИП ФИО3 не подтвержден налоговый вычет ООО «ДСК «ГРАС-Светлоград» (сданы «нулевые» декларации за 2, 3 и 4 квартал 2018 года), соответственно источник для возмещения налогового вычета у налогоплательщика отсутствует.

В книге покупок ИП ФИО3 за 2 - 4 кварталы 2018 года отражены операции с контрагентами ООО «Ресурс», ООО «СК Топливо», которые по результатам проверки не подтверждены. Сделки с производителем гипсового камня ООО ИСК «Будмар» в книге покупок ИП ФИО3 за 2 - 4 кварталы 2018 года не заявлены.

В этой связи, суд признал необоснованными доводы заявителя как несоответствующие представленным в материалы дела доказательствам.

Инспекцией по итогам выездной налоговой проверки установлен реальный поставщик спорного товара (камня гипсового и поддонов деревянных) ИП ФИО6, применяющий упрощенную систему налогообложения.

Оценивая выводы инспекции, которые сделаны при сопоставлении периодов поставки товара, суд установил, что поставка гипсового камня от предпринимателей в адрес общества осуществлялась на одном транспортном средстве согласно данным Журнала контроля въезда/выезда автотранспортных средств общества и данных ТТН, представленным заявителем в подтверждение осуществления взаиморасчетов с ИП ФИО3

Поставка деревянных поддонов от ИП ФИО3 в адрес общества осуществлялась на том же автомобиле. Собственником автомобиля является ФИО7 В отношении ФИО7 установлено, что он является супругом ФИО6, что подтверждено непосредственно ФИО6 в протоколе опроса от 10.07.2020.

Согласно договору аренды транспортного средства без экипажа от 01.05.2018 ФИО6 предоставляла в аренду ИП ФИО8 данное транспортное средство, при этом расчеты по данному договору не производились.

Оценив протоколы допросы, суд правомерно заключил о том, что выводы налогового органа в оспариваемом решении относительно того, что фактически спорный товар исходил от ИП ФИО6 (применяющего УСН), но был переоформлен в интересах общества на являющегося плательщиком НДС контрагента ИП ФИО3 с целью получения последним налоговой выгоды в виде вычетов по НДС, являются верными и основанными на представленных в материалы дела доказательствах.

Выводы инспекции не опровергают и свидетельские показания начальника склада и кладовщика общества, которые наоборот, подтверждают, что спорный товар фактически исходил от применяющего упрощенную систему налогообложения ИП ФИО6, но в интересах общества путем переоформления на спорного контрагента ИП ФИО3

В результате проведения камеральной налоговой проверки налоговым органом собраны достаточные доказательства и установлены обстоятельства, свидетельствующие об искусственном отражении сделки со спорным контрагентом ИП ФИО3 в периоды 2 - 4 кварталов 2018 года в интересах выгодоприобретателя общества без фактического исполнения условий договора поставки. ИП ФИО3 являлся формально заявленным контрагентом с целью неправомерного уменьшения налоговой обязанности по НДС за счет искусственного наращивания НДС без формирования источника вычета по налогу.

При данных обстоятельствах, оспариваемым решением обществу правомерно доначислено 445 834,00 руб. НДС, 134 994,07 руб. пени, а также 11 145,84 руб. штрафа с учетом наличия смягчающих ответственность обстоятельств.

Общество в своих требованиях также просило признать недействительным решение налогового органа в части доначисления налога на имущество предприятий в общей сумме 11 444 801,00 руб., в том числе за 2016 год в размере 4 318 001, 00 руб., за 2017 год в размере 3 814 934,00 руб., за 2018 год в размере 3 311 866,00 руб., соответствующих сумм пени и штрафа. Требования мотивированы неправомерным доначислением налога на имущество организаций по объекту «Система работы с каркасами (кран-система)» (линия армирования) ввиду его несоответствия критериям основного средства.

Для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данному эпизоду, судом назначалась судебная экспертиза, по результатам которой подготовлено заключение эксперта № 41-Э/22 от 27.04.2022.

Пунктом 1 статьи 374 Кодекса предусмотрено, что объектом налогообложения для российских организаций признается недвижимое имущество, учитываемое на балансе организации в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, в случае, если налоговая база в отношении такого имущества определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 375 НК РФ, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 Кодекса.

Основным признаком отнесения имущества к объекту налогообложения является его признание в качестве объекта основных средств по правилам бухгалтерского учета. В соответствии с пунктом 1 статьи 375 Кодекса налоговая база по налогу на имущество организаций определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения.

Порядок учета на балансе организации объекта основных средств регулируется приказом Министерства финансов Российской Федерации от 30.03.2001 № 26н «Об утверждении Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств» ПБУ 6/01 (далее - ПБУ 6/01).

Согласно Приказу Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н «Об утверждении плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и инструкции по его применению» счет 01 «Основные средства» предназначен для обобщения информации о наличии и движении основных средств организации, находящихся в эксплуатации, запасе, на консервации, в аренде, доверительном управлении.

Если имущество удовлетворяет всем перечисленным критериям, оно должно быть отражено в составе основных средств и, соответственно, признается объектом обложения налогом на имущество организаций (пункт 1 статьи 374 Кодекса).

Как установлено судом, обществом (покупатель) в 2012 году приобретено оборудование у ЗАО «МПРК «ГРАС» (продавец) по договору купли-продажи от 01.07.2012 № 01/07-12 МПРК, по условиям которого поставляемое оборудование является новым и соответствует комплектности, ассортименту, техническим характеристикам Спецификаций оборудования. Продавец гарантирует исправную и полнофункциональную работу оборудования в соответствии с его назначением (пункт 3.4.). В пункте 3.6. договора № 01/07-12 закреплено, что если покупателем будет установлено, что оборудование или его отдельные части дефектны, не соответствуют техническим характеристикам, продавец обязан устранить дефекты, либо заменить оборудование за свой счет.

Из условий договора следует, что ЗАО «МПРК «ГРАС» поставляло рабочее оборудование и несло бремя ответственности за устранение неисправностей. Несоответствия комплектности поставленного оборудования подлежало фиксации в акте (пункт 4.6 договора). Общество принял оборудование без замечаний, о чем свидетельствуют акты приема передачи оборудования к договору № 01/07-12.

Согласно условиям контракта от 16.01.2013 № А30.02750-FPS на оказание услуг по техническому сопровождению монтажа оборудования, заключенному между ЗАО «МПРК «ГРАС» (заказчик) и HESS AAS SYSTEMS B.V. (ХЕСС), заказчик приобрел линию по производству газобетона, а ХЕСС согласился обеспечить техническое сопровождение монтажа оборудования. В пункте 2.1. контракта определена площадка оказания услуг: <...> (адрес местонахождения ООО «ДСК «ГРАС-Светлоград»). В пункте 9.1 контракта указано, что после окончания монтажа оборудования и при условии его готовности к вводу в эксплуатацию ХЕСС должен осуществить приемосдаточные испытания. Согласно Программе услуг по техническому сопровождению монтажа, являющейся приложением № 1 к контракту от 16.01.2013 № А30.02750-FPS монтаж оборудования осуществляется заказчиком (ЗАО «МПРК «ГРАС») под контролем команды специалистов ХЕСС.

Между обществом и ЗАО «МПРК «ГРАС» 31.01.2015 заключен договор на техническое сопровождение монтажа оборудования № 31/01-15ШМ, по условиям которого ЗАО «МПРК «ГРАС обязуется оказывать обществу услуги по техническому сопровождению монтажа оборудования на площадке, включающие в себя осуществление контроля за монтажом оборудования и вводом его в эксплуатацию, проведение приемосдаточных испытаний оборудования в соответствии с условиями договора.

Факт подписания обществом акта от 31.01.2015 № 9 на техническое сопровождение монтажа оборудования по договору от 31.01.2015 № 31/01-15ШМ на полную сумму 63 680 000,00 руб., предъявленного ЗАО «МПРК «ГРАС», свидетельствует о том, что обществом приняты выполненные работы по всем объектам без замечаний.

Как установлено судом, услуги по техническому сопровождению монтажа оборудования включали осуществление контроля за монтажом оборудования и вводом его в эксплуатацию, проведение приемосдаточных испытаний оборудования в соответствии с условиями договора.

Согласно заключению эксперта от 27.04.2022 № 41-Э/22 по результатам проведенной судебной комплексной инженерной и компьютерно-технической экспертизы, экспертами сделаны следующие выводы:

- управление «Системы работы с каркасами (крансистема)» (линия армирования) осуществляется с помощью программного обеспечения «Pro2», «MSistem», «SWR»;

- аппаратно-программный комплекс «Системы работы с каркасами (кран-системы)» в осмотренной и протестированной конфигурации не позволяет осуществить запуск, испытание и эксплуатацию данного объекта, ответ на вопрос о возможности запуска без аппаратно-программного комплекса не входит в компетенцию эксперта;

- накопителей информации на жестких магнитных дисках, следов и сведений об удалении и реинсталляции программного обеспечения, используемого «Системой работы с каркасами (кран-система)» не обнаружено;

- анализ устройства и принципа работы арматурной линии показал, что изготовление пробной партии продукции не производилось, внешний осмотр оборудования показал отсутствие следов возможной эксплуатации арматурной линии, так как каких-либо следов износа не обнаружено, отсутствуют признаки запуска арматурной линии при пусконаладочных работах на холостом ходу согласно ее техническому состоянию.

Таким образом, доводы общества о неготовности линии армирования к эксплуатации ввиду отсутствия программного обеспечения опровергаются выводами заключения экспертов № 41-Э/22 от 27.04.2022. При этом выводов о том, что выявленные при запуске программного пакета ошибки носят неустранимый характер и препятствуют обеспечению работы объекта «Система работы с каркасами (кран-система)», в заключении не сделано.

В пункте 8 информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2011 № 148 отражено, что при рассмотрении споров, связанных с исчислением налоговой базы по налогу на имущество организаций, необходимо иметь в виду, что если конкретное имущество требует доведения до состояния готовности и возможности эксплуатации, такое имущество может учитываться в качестве основного средства и признаваться объектом налогообложения только после осуществления необходимых работ и формирования в установленном порядке первоначальной стоимости с учетом соответствующих расходов.

В силу норм ПБУ 6/01 актив принимается к бухгалтерскому учету в качестве объекта основных средств: при выполнении совокупности условий, установленных пунктом 4 ПБУ 6/01 (объект должен быть предназначен для использования в производстве продукции, при выполнении работ или оказании услуг и так далее в течение длительного времени и способен приносить организации экономические выгоды в будущем); по первоначальной стоимости, которой на основании пунктов 7, 8 ПБУ 6/01 признается сумма фактических затрат организации на приобретение, сооружение и изготовление, за исключением НДС и иных возмещаемых налогов.

Инспекцией в ходе проверки собраны достаточные доказательства, что по объекту Система работы с каркасами (кран-система)» (линия армирования) сформирована в установленном порядке первоначальная стоимость с учетом соответствующих расходов. Соответственно объект (линия армирования) подлежал принятию на учет в качестве основного средства, поскольку отвечал условиям, перечисленным в пункте 4 ПБУ 6/01.

Обстоятельств, указывающих на непригодность спорного объекта для использования в производстве продукции на момент его приобретения.

При этом факт отсутствия признаков запуска арматурной линии и ее эксплуатации, установленный в рамках экспертизы, в рассматриваемой ситуации существенного значения не имеет, поскольку, как установлено в рамках налоговой проверки, проверяемый налогоплательщик принял выполненные работы без замечаний, а из показаний свидетелей (ФИО9, ФИО10, ФИО11) следует, что линия армирования не используется в производственной деятельности ввиду отсутствия спроса на продукцию

Эти обстоятельства указывают на относимость спорного объекта «Система работы с каркасами (кран-система)» к основным средствам, ввиду его готовности к эксплуатации в спорный период 2016 – 2018 годов.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами налогового органа о том, что общество при готовности оборудования к производственной деятельности целенаправленно не отразило оборудование по счету 01 «Основные средства» с целью минимизации налогов, поскольку руководству организации заблаговременно известно о том, что линия армирования использоваться не будет ввиду отсутствия спроса на дорогостоящую продукцию; линия армирования приобретена у взаимозависимого лица в силу технических особенностей целостности поставляемого комплекта оборудования от иностранной компании.

Таким образом, обществом допущено нарушение положений пункта 1 статьи 54.1 Кодекса, выразившееся в уменьшении налоговой базы и суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни, в частности, об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и бухгалтерском учете по счету 01 «Основные средства».

В связи с чем, налоговым органом правомерно произведен перерасчет налоговой базы по налогу на имущество с учетом амортизационных отчислений и остаточной стоимости имущества. Сумма заниженного налога на имущество организаций за 2016 год со ставила 4 318 001 руб.; за 2017 год - 3 814 934 руб.; за 2018 год - 3 311 866 руб. Всего произведено начисление налога на имущество организации 11 444 801 руб. В связи с неуплатой налога исчислены пени в размере 4 535 464,04 руб., а также 356 340 руб. штрафа.

Расчет исчисленных по решению сумм налога и пени является правильным. При исчислении штрафа налоговым органом применены смягчающие обстоятельства, штраф снижен в 8 раз.

При таких обстоятельствах требования общества о признании недействительным решения налогового органа в оспариваемой части не подлежат удовлетворению.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что неотражение в судебном акте всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.10.2017 № 305-КГ17-13690).

Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется, выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам, установленным по результатам исследования и оценки доказательств.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно установил фактические обстоятельства, исследовал имеющиеся в деле доказательства. При принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права. Оснований для изменения или отмены судебного акта, апелляционная инстанция не установила.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайства о вызове эксперта отказать.

Решение Арбитражного суда Ставропольского края от 14.07.2022 по делу № А63-17998/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.Г. Сомов

Судьи: И.Н. Егорченко

Е.В. Жуков