Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Резник Ю.О. и Сороколетовой Н.А., без участия в судебном заседании конкурсного управляющего должника – открытого акционерного общества «Светлоградский элеватор» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1 (ИНН <***>), ответчика – ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3, в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 по делу № А63-22624/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Светлоградский элеватор» (далее – должник, общество) внешний управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора от 28.03.2018 купли-продажи транспортного средства (автомобиля Toyota Camry 2017 года выпуска), за 50 тыс. рублей, заключенного должником и ФИО2 (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 1 432 350 рублей рыночной стоимости имущества (уточненные требования).

Определениями от 19.03.2020 и от 15.06.2020 суд привлек к участию в обособленном споре ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ООО «Ставрополь-Авто».

Определением от 22.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 08.92.2022, суд признал недействительным договор от 26.03.2018 купли-продажи, в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника 1 400 тыс. рублей. Судебные акты мотивированы наличием оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Суды установили, что ФИО2, являясь исполнительным директором общества, заключил с должником договор купли-продажи транспортного средства в отсутствие встреченного исполнения в целях получения имущественной выгоды посредством последующей перепродажи указанного автомобиля в период, предшествующий появлению у должника признаков несостоятельности (банкротства).

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить судебные акты в части применения последствий недействительности сделки. Заявитель указывает на то, что правоохранительными органами автомобиль возвращен должнику; основания для взыскания еще и его стоимости отсутствуют.

В отзыве ООО «Ставрополь-Авто» просит оставить без изменения обжалованные судебные акты, указав на их законность и обоснованность.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, определением от 19.06.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7; определением от 26.12.2019 введена процедура внешнего управления, внешним управляющим утвержден ФИО1; решением от 08.10.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО1; определением от 08.02.2021 ФИО1 утвержден конкурсным управляющим.

26 марта 2018 года общество в лице исполнительного директора ФИО2 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор № 31 купли-продажи, по условиям которого в собственность покупателя передано транспортное средство – автомобиль Toyota Camry 2017 года выпуска, VIN <***>. Цена автомобиля определена сторонами в размере 50 тыс. рублей. Впоследствии по договору купли-продажи от 07.06.2018, акту приема-передачи от 07.06.2018 ФИО2 (продавец) передал указанный автомобиль ООО «Ставрополь-Авто» (покупатель) по цене 1 400 тыс. рублей, а ООО «Ставрополь-Авто» по договору купли-продажи от 08.06.2018 продало спорный автомобиль ФИО3 по цене 1 500 тыс. рублей.

Указывая на то, что ФИО2 приобрел в собственность автомобиль по цене, существенно отличающейся от цены, установленной сторонами при его последующей перепродаже, внешний управляющий обратился в суд с заявлением о признании договора купли-продажи от 26.03.2018 недействительным.

Оценив представленные в дело доказательства и доводы сторон, суды удовлетворили требования на основании следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться в частности любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением
главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Из материалов дела следует и суды установили, что заявление о признании должника банкротом принято к производству определением суда от 16.11.2018, оспариваемый договор заключен 28.03.2018, то есть в течение срока, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Делая вывод об отсутствии доказательств равноценного встречного исполнения по оспариваемой сделке, суды исходили из того, что ФИО2 не представил в материалы дела ни одного разумного обоснования установления цены в размере 50 тыс. рублей. Так, ни из договора купли-продажи
от 26.03.2018, ни из каких-либо других доказательств не усматривается, что спорный автомобиль обладал какими-либо существенными дефектами и (или) неисправностями, позволяющими разумно обосновать его приобретение ФИО2 по цене, более чем в 20 раз заниженной по сравнению с реальной рыночной стоимостью, установленной в гражданском обороте в отношении аналогичных транспортных средств. Кроме того, как отметили суды, никаких надлежащих достоверных доказательств оплаты спорного транспортного средства по договору от 26.03.2018 ответчик не представил.

При таких обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что ФИО2, являясь исполнительным директором общества (продавец), заключил с ФИО2 (покупатель) договор купли-продажи в отсутствие встреченного исполнения, в целях получения имущественной выгоды посредством последующей перепродажи указанного ликвидного имущества в период, предшествующий появлению у должника признаков несостоятельности (банкротства). Факт недобросовестности ФИО2 подтвержден вступившим в законную силу постановлением Петровского районного суда Ставропольского края от 26.12.2018, из которого следует, что ФИО2, являясь исполнительным директором общества, в период с июля 2017 года по апрель 2018 года, действуя умышленно и используя свое служебное положение, путем обмана похитил принадлежащее обществу на праве собственности ликвидное имущество, в том числе, спорный автомобиль.

В указанной части принятые судебные акты не оспорены.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2
статьи 167 Кодекса). В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой 3.1 Закона о банкротстве подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суды установили, что 13.06.2018 спорный автомобиль зарегистрирован за ФИО3; 10.12.2019 – за ФИО4; 05.03.2020 – за ФИО5; 05.03.2020 – за ФИО6. Решением Изобильненского районного суда Ставропольского края
от 26.01.2021 исковые требования ФИО3 удовлетворены частично; суд признал недействительными договор купли-продажи транспортного средства
от 04.12.2019, заключенный ФИО3 и ФИО4; договор купли-продажи от 05.03.2020, заключенный ФИО4 и ФИО5; договор купли-продажи от 05.03.2020, заключенный ФИО5 и ФИО6 Апелляционным определением Ставропольского краевого суда (резолютивная часть объявлена 01.09.2021) решение Изобильненского районного суда Ставропольского края от 26.01.2021 оставлено без изменения. При таких обстоятельствах, установив, что спорный автомобиль отсутствует у ответчика и невозможен возврат в натуре транспортного средства в конкурсную массу должника, суд обоснованно взыскал со стороны оспариваемой сделки (покупателя) – ФИО2 рыночную стоимость автомобиля (1 400 тыс. рублей).

Довод кассационной жалобы о том, что спорное транспортное средство возвращено должнику, являлся предметом рассмотрения апелляционного суда и правомерно отклонен. Апелляционный суд исходил из того, что, кроме ссылок на ответы правоохранительных органов о том, что автомобиль передан под сохранную записку представителю должника, иные доказательства нахождения автомобиля у должника материалы дела не содержат. Сама сохранная записка в материалы дела не представлена. Сведения о регистрации спорного транспортного средства за должником не представлены.

Исходя из совокупности прав (по владению, пользованию и распоряжению), составляющих право собственности, в том числе и на автотранспортное средство, регистрация автотранспортного средства является обязательным условием для реализации собственником принадлежащих ему имущественных прав. Сведения о собственнике в паспорт транспортного средства вносятся на основании правоустанавливающих документов. Между тем, в материалы данного дела не представлены доказательства перерегистрации в органах ГБДД спорного автомобиля на должника. Это свидетельствует об отсутствии доказательств передачи имущества в конкурсную массу должника. Кроме того, в рамках уголовного дела № 11801070027020478 постановлением от 26.12.2018 следователем Следственного отдела МВД России по Петровскому городскому округу ФИО8 на спорный автомобиль наложен арест в целях обеспечения гражданского иска, заявленного в рамках указанного уголовного дела по признакам части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Ходатайство об изменении способа исполнения судебного акта не заявлено.

Последствия недействительности сделки в силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются между сторонами сделки. ФИО3 стороной оспариваемой сделки не является. В силу пункта 3 статьи 308 Кодекса обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц).

Нормы права при рассмотрении обособленного дела применены судами правильно. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену определения и постановления апелляционного суда (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 22.10.2021 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2022 по делу
№ А63-22624/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном
статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи Ю.О. Резник

Н.А. Сороколетова