Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, в зале №7, апелляционные жалобы АКБ «Ак Барс» (ПАО) и общества с ограниченной ответственностью «Торгово-Производственный комплекс «Агро-Трейд» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 августа 2018 года по делу №А65-10385/2017 (судья Маннанова А.К.) по заявлению Публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о признании сделок недействительными (договоров поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017) к ответчикам - ООО «ТПК «Агро-Трейд», г.Казань, АКБ «Ак Барс» (ПАО) (вх.№ 9882), предъявленного в рамках дела № А65-10385/2017 о несостоятельности (банкротстве) Общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское» (ИНН <***>; ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 25 апреля 2017 года поступило заявление общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Агентство Тимерхан», г. Казань, о признании общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», РТ, Камско-Устьинский район, пгт. Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>), несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02 мая 2017 года, заявление общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Агентство Тимерхан» принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12 июля 2017 года (резолютивная часть определения оглашена 05 июля 2017 года), признано обоснованным заявление общества с ограниченной ответственностью Частная охранная организация «Агентство Тимерхан», г. Казань, и в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», РТ, Камско-Устьинский район, пгт.Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>), введена процедура банкротства - наблюдение. Временным управляющим утверждена кандидатура ФИО2 (ИНН <***>), являющегося членом некоммерческого партнерства Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс»; соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №127 от 15.07.2017.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 октября 2017 года (резолютивная часть решения оглашена 16 октября 2017 года) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», РТ, Камско-Устьинский район, пгт.Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО2, являющегося членом некоммерческого партнерства Союз «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Альянс». В Арбитражный суд Республики Татарстан 11 января 2018 года поступило требование общества с ограниченной ответственностью «Идель», с.Теньки о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», РТ, Камско-Устьинский район, пгт.Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>), в размере 86 932 643 руб. 71 коп.. (вх.№ 1153).

В Арбитражный суд Республики Татарстан 07 марта 2018 года поступило заявление публичного акционерного общества «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» г.Казань, о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок (договоров поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017) к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью «ТПК «Агро-Трейд», г.Казань, (вх.№ 9882).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.03.2018 г. (резолютивная часть определения оглашена 07.03.2018 г.), конкурсным управляющим обществом с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», РТ, Камско-Устьинский район, пгт.Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>) утвержден ФИО3 (ИНН <***>), являющийся членом Ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (МСО ПАУ) (ИНН <***>) (юридический адрес: 109240, <...>, почтовый адрес: 119071, <...>).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16 марта 2018 года, заявление конкурсного кредитора о признании недействительными сделок должника принято к производству, назначено к рассмотрению в судебном заседании на 09 час. 00 мин. 23.04.2018 г. Указанным определением в порядке ст.51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: АКБ «Ак Барс» ПАО, ООО «ТД «Белый Барс». Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 апреля 2018 года, судебное заседание отложено на 14 час. 40 мин. 24 мая 2018 г. К участию в деле в качестве соответчика привлечено АКБ «Ак Барс» (ПАО). Определением от 02.07.2018 г., судебное заседание отложено на 16 час. 40 мин. 26 июля 2018 г. Указанным определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации привлечены: ЗАО ТПК «Агро-Трейд», ООО «Ак барс Снаб», ФИО4, ООО «Золотой колос», АО «Земельная корпорация Лидер», ОАО «ХК «Ак Барс», ОАО «Камско-Устьинское ХИЛ», ОАО «Буинский элеватор».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 августа 2018 года заявление публичного акционерного общества «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» г.Казань, (ИНН <***> ОГРН <***>) о признании сделок (договоров поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017) недействительными, удовлетворено.

Признаны недействительным договоры поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017, заключенные между обществом с ограниченной ответственностью «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское» РТ, Камско- Устьинский район, пгт.Камское Устье, (ИНН <***>; ОГРН <***>), и ПАО «Ак Барс» Банк (ИНН <***> ОГРН <***>).

В удовлетворении заявления публичного акционерного общества «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» г.Казань, (ИНН <***> ОГРН <***>) о признании сделок недействительными (договоров поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017) к ООО «ТПК «Агро-Трейд», отказано.

Взыскано с ПАО «Ак Брас» Банк (ИНН <***> ОГРН <***>) в пользу ПАО «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» г.Казань, (ИНН <***> ОГРН <***>) 18 000 рублей госпошлины. Определение подлежит немедленному исполнению.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, АКБ «Ак Барс» (ПАО) подало апелляционную жалобу, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.07.2018г. (резолютивная часть) - отменить, в удовлетворении заявления ПАО «Татфондбанк» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» о признании договоров поручительства 296/11-2г, 144/11-2в, 101/11-2в от 18.04.2017г. недействительными - отказать.

В апелляционной жалобе указывает, что в настоящем рассматриваемом случае имеется экономическая цель заключения договора поручительства, в частности 18.04.2017г. в обеспечение обязательств ООО «СХП «Камско-Устьинское» по Кредитному договору для финансирования инвестиционных проектов №248/1302-12 и по договору на открытие кредитной линии под лимит выдачи для финансирования инвестиционных проектов №78/11 от 13.06.2012г., между ПАО «АК БАРС» Банк и ОАО «Каратунское ХПП» заключены договоры поручительства, в силу которых поручитель обязался отвечать за исполнение Заемщиком обязательств по вышеуказанному договору (копия договора имеется в материалах дела).

Также не согласившись с вынесенным судебным актом, ООО «Торгово-Производственный комплекс «Агро-Трейд» обратилось в суд апелляционной инстанции с жалобой, в которой просит определение Арбитражного Суда Республики Татарстан от 26.07.2018г. (рез. часть) по делу № А65-10385/2017 - отменить. В заявлении ПАО «Татфондбанк», в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» об оспаривании договора поручительства №296/11-2г от 18.04.2017г., договора поручительства №144/11-2в от 18.04.2017г., договора поручительства№101/11-2вот 18.04.2017г. - отказать. Включить ООО «ТПК «Агро-Трейд» в реестр требований кредиторов ООО «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское».

В апелляционной жалобе указывает, что в условиях недоказанной недобросовестности действия банка по получению обеспечении от аффилированного с должником лица, находящегося в неустойчивом финансовом положении, сами по себе не могут рассматриваться как направленные на причинение вреда кредиторам лица, предоставляющего обеспечение. При ином подходе следовало бы признать принципиальную недопустимость кредитования банками предприятий, функционирующих в кризисной ситуации.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ООО «Торгово-Производственный комплекс «Агро-Трейд» поддержал доводы апелляционных жалоб.

От ФНС России поступило ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя уполномоченного органа, с изложением позиции по апелляционным жалобам.

Также от конкурсного управляющего ООО «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское» поступили письменные пояснения по доводам апелляционной жалобы, в которых конкурсный управляющий просит оставить Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.08.2018 года (дело № А65-10385/2017), - без изменения, а апелляционные жалобы конкурсных кредиторов АКБ «АК БАРС» (ПАО) и ООО «Торгово-Производственный Комплекс «Агро-Трейд», - без удовлетворения. Кроме того, от конкурсного управляющего ООО «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское» поступило ходатайство о рассмотрении дела без его участия.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалобы рассматриваются в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 августа 2018 года по делу №А65-10385/2017, исходя из нижеследующего.

Согласно ч.1 ст.223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п.1 ст.32 Федерального Закона РФ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела, 18.04.2017 (менее чем за месяц до принятия к производству заявления о банкротстве) между должником и АКБ «Ак Барс» (ПАО) были заключены договоры поручительства №296/11-2г, №144/11-2в, №101/11-2в от 18.04.2017 в обеспечение обязательств ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» (заемщик) перед АКБ «Ак Барс» (ПАО), вытекающих из:

- договора на открытие кредитной линии под лимит выдачи для финансирования инвестиционных проектов № 296/11 от 10.12.2009. с установлением общего максимального размера предоставленных Заемщику средств 200 000 000,00 руб. - кредитный договор для финансирования инвестиционных проектов № 144/11 от 29.08.2011 в размере 23 670 000 руб.

- договор на открытие кредитной линии под лимит выдачи № 101/11 от 11.08.2016 с установлением общего максимального размера предоставленных Заемщику средств 133 000 000 рублей.

В последующем, в период после введения процедуры наблюдения, 31.08.2017 ПАО «Ак Барс Банк» заключил с ООО «Торговый Дом «Белый Барс» (ИНН <***>) договор уступки права требования № 52/18, в соответствии с которым, к ООО «Торговый Дом «Белый Барс» перешло право требования с ОАО «Каратунское ХПП» задолженности (в том числе и по вышеуказанным кредитным договорам) в общей сумме 141 286 347,33 рубля. Таким образом, к цессионарию перешли в полном объеме и права, обеспечивающие исполнение обязательств по кредитным договорам, в том числе по договорам поручительства № 101/11-2в и № 296/11-2г от 18.04.2017г., заключенным с должником.

01.09.2017г. ООО «Торговый Дом «Белый Барс» уступило право требования к Должнику ООО «Торгово-Производственный комплекс «Агро-Трейд» (ИНН <***>) по договор уступки права требования № 419.

Кредитор ПАО «Татфондбанк», позицию которого поддерживают конкурсный управляющий должника и уполномоченный орган считают, что указанные сделки договоры поручительства (№296/11-2г, №144/11-2в, №101/11-2в от 18.04.2017г., являются недействительными по п. 1, п.3 ст. 61.3. Закон о банкротстве, поскольку были заключены менее чем за месяц до принятия к производству заявления о банкротстве, направлены на обеспечение исполнения обязательства третьего лица (ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие») перед отдельным кредитором (АКБ «Ак Барс»), возникшего до совершения оспариваемой сделки. При этом, как указывает, конкурсный управляющий должника, последующие уступки, в результате которых, право требования по оспариваемым договорам №296/11-2г, №101/11-2в от 18.04.2017г. перешло к ООО «ТПК «Агро-Трейд» (ИНН <***>), - может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора (в силу возникновения оснований для включения в реестр требований кредиторов должника, вытекающих из оспариваемых сделок).

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

Согласно п. 1 ст. 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенным в пункте 13 Постановления от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством», в котором поясняется следующее: «в соответствии с пунктом 1 статьи 365 и абзацем четвертым статьи 387 ГК РФ к поручителю, исполнившему свое обязательство перед кредитором (в том числе в ходе исполнительного производства), переходят права, принадлежащие кредитору по обеспеченному обязательству».

В силу ст.382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Статьей 61.9 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, кредиторская задолженность которых составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника.

В силу положений пунктов 1 и 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, то есть действия, направленные, в том числе, на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, следует, что по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, могут быть оспорены сделки по принятию должником обязательств или обязанностей, в частности договоры поручительства и залога, в которых должник выступает соответственно поручителем, залогодателем.

В соответствии с п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 указанной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве).

В п. 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением гл. Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве; б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям п. 1 ст. 61.3, и при этом установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, в силу пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований (сделка с предпочтением).

Применяя перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, приведенный в абзацах втором - пятом пункта 1 указанной статьи, судам следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий.

Так, как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно, при наличии соответствующих условий состав недействительности сделки с предпочтением, по сути, носит формальный характер.

Цель указанной нормы - защитить интересы кредиторов против уменьшения конкурсной массы должника, которое может возникнуть в результате недополучения должником причитающегося ему имущества или выбытия имущества должника в интересах одного из кредиторов в нарушение очередности удовлетворения требований кредиторов должника (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.11.2010 № ВАС-14769/10).

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице пункт 10 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63.

Согласно п. 1 ст. 361 ГК РФ (здесь и далее статьи ГК РФ приведены в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных отношений) по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части. Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет в будущем.

Пунктом 1 ст. 363 ГК РФ предусмотрено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

На основании п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Из материалов дела следует, что договоры поручительства №296/11-2г, №144/11-2в, №101/11-2в от 18.04.2017г. были заключены менее чем за месяц до принятия к производству заявления о признании Должника несостоятельным (банкротом) (02.05.2017).

Оспариваемые договоры поручительства заключены в обеспечение исполнения обязательства третьего лица (ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие») перед отдельным кредитором (АКБ «Ак Барс»).

Судом верно установлено, что на момент заключения спорных договоров поручительства, у самого должника имелась задолженность перед иными кредиторами, требования которых не погашены и включены в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, Должник фактически увеличил собственные обязательства, существующие до 18.04.2017.

Как верно отмечено судом первой инстанции, на момент совершения спорных сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку у него имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, а банк получил преимущественное удовлетворение перед иными кредиторами должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд верно установил, что имеются предусмотренные п. 1 и п.2 ст. 61.3 Закона о банкротстве условия для признания сделки недействительной.

Поскольку договоры поручительства №296/11-2г, №144/11-2в, №101/11-2в от 18.04.2017г., заключены в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, в обеспечение существующего обязательства третьего лица, возникшего до совершения оспариваемой сделки, в результате ее совершения может быть оказано предпочтение отдельному кредитору - ответчику в части преимущественного удовлетворения требований, имеются основания считать данную сделку недействительной и по указанному основанию. Установление факта осведомленности кредитора о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, не является обязательным исходя из вышеназванных разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (определение Верховного суда Российской Федерации от 17.14.2016 №307ЭС15-17721 (4)).

При этом оспариваемые сделки не влекут и не могут повлечь изменение очередности удовлетворения требований кредитора в силу того, что Банк является кредитором должника лишь вследствие заключения договора поручительства в обеспечение исполнения обязательств третьим лицом по кредитному соглашению. В отсутствие данного договора Банк (правопреемник) не являлся бы кредитором должника, следовательно, его требования не подлежали бы включению в реестр. Основания недействительности сделки, предусмотренного абзацем третьим п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве, не имеется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки (пункт 14 Постановления № 63).

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.).

При этом ни экономические мотивы заключения сделок, ни юридические обусловленности исполнения обязательств не влияют на порядок исчисления специальных периодов, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 17.10.2016 № 307-ЭС15-17721 (4)).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до возбуждения дела об его банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательства другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63, по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться лишь сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение. Сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут быть оспорены по пункту 2 названной статьи.

С учетом изложенного, сделка по договору поручительства не может быть оспорена на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем в предмет исследования при рассмотрении спора включена проверка соответствия оспариваемой сделки критериям недействительности, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 этого же Закона.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъясняется, что пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в соответствии с абзацем 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Статьей 2 Закона о банкротстве предусмотрено, что под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановление Пленума ВАС № 63).

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, в соответствии с которым недостаточность имущества - это превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Принимая во внимание, что производство по делу о несостоятельности должника возбуждено 02.05.2017, а оспариваемые в рамках данного обособленного спора договоры совершены 18.04.2017, данные сделки относятся к периоду подозрительности, установленному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», сам по себе тот факт, что другая сторона сделки является кредитной организацией, не может рассматриваться как единственное достаточное обоснование того, что она знала или должна была знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 или пункт 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве); оспаривающее сделку лицо должно представить конкретные доказательства недобросовестности кредитной организации.

О плохом финансовом состояние заемщика может свидетельствовать факты, если заемщик признан несостоятельным (банкротом) в соответствии с законодательством либо если он является устойчиво неплатежеспособным, а также, если анализ производственной и (или) финансово-хозяйственной деятельности заемщика и (или) иные сведения о нем свидетельствуют об угрожающих негативных явлениях (тенденциях), вероятным результатом которых могут явиться несостоятельность (банкротство) либо устойчивая неплатежеспособность заемщика. К угрожающим негативным явлениям (тенденциям) в деятельности заемщика могут относиться: убыточная деятельность, отрицательная величина либо существенное сокращение чистых активов, существенное падение объемов производства, существенный рост кредиторской и (или) дебиторской задолженности, другие явления.

Конкурсным управляющим доказано и судом верно установлено, что у должника на момент совершения оспариваемых сделок имелись признаки неплатежеспособности.

Проанализировав данные бухгалтерской отчетности Должника по состоянию на 31.12.2016, суд первой инстанции верно установил, что имущества предприятия не достаточно для погашения кредиторской задолженности, при этом сумму кредиторской задолженности на 626634 тыс. руб. больше стоимости имущества.

Как усматривается из финансового анализа должника общая сумма текущих обязательств предприятия в несколько раз превышает среднемесячную выручку, общая сумма обязательств по данным на 01.01.2017 составляет 1380780 тыс.руб. Увеличение суммы обязательств по данным экспертного баланса произошло в связи в увеличением финансовых санкций и требований по поручительству и залогу за третьих лиц.

Кроме того, в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2016 в строке 1370 указан непокрытый убыток (835 898), по состоянию на 31.03.2017 - (869 238).

Выручка от реализации и необоротные доходы составили за 2014 год - 916 990, за 2015 год - 1 036 443, за 2016 - 769 158.

Согласно финансовому анализу должника в 2016 году себестоимость и расходы превышают выручку предприятия, в связи, с чем предприятие в этот период работает в убыток.

Анализ финансово-хозяйственной деятельности должника свидетельствует об ухудшении финансового состояния предприятия. Предельно низкий уровень рентабельности и наличие кредиторской задолженности не дает возможности дальнейшего экономического роста.

Таким образом, по данным бухгалтерской отчетности должника, по результатам активов и пассивов, усматривается наличие высокой доли долгосрочных и краткосрочных обязательств при недостаточности собственных средств, финансово неустойчивой структуры баланса предприятия, представленной в основном оборотными активами предприятия.

Указанные выводы также нашли свое отражение в финансовом анализе должника.

Таким образом, Банк как кредитная организация, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли, имея интерес в реальном исполнении кредитных обязательств, обеспеченных залогом должника, а также являясь профессиональным участником гражданского оборота, на дату заключения договора имело реальную возможность и обязанность узнать о реальном финансовом состоянии заемщика и залогодателя, ознакомившись с бухгалтерской отчетностью и иными документами бухгалтерского учета должника.

Таким образом, суд пришел к верному выводу, что на дату совершения оспариваемых сделок, у должника имелись признаки недостаточности имущества.

Производство о несостоятельности (банкротстве) Должника ООО «СХПК «Камско-Устьинское» по данному делу №А65-10385/2017 возбуждено 02.05.2017.

24.04.2017 участники общества приняли решение ликвидировать ООО «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское».

Таким образом, Должник заключил оспариваемые договоры залога за 6 дней до принятия решения о собственной ликвидации.

Производство о несостоятельности (банкротстве) Заемщика - открытого акционерного общества «Каратунское хлебоприемное предприятие», Апастовский район (ИНН <***>, ОГРН <***>) по делу №А65-8040/2017 возбуждено 13.04.2017.

18.04.2017, за 6 дней до принятия решения о ликвидации, должник выступает поручителем в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору за третье лицо, при наличии неплатежеспособности и недостаточности имущества и кредиторской задолженности.

Суд, оценив представленные в дело доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, верно установил, что на момент совершения оспоренных сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества; размер денежных обязательств должника превышал стоимость его активов; общество перестало исполнять обязательства по уплате обязательных платежей и иные денежные обязательства; деятельность общества была убыточной; должник передал в залог ликвидное имущество, обеспечивающие его деятельность.

Таким образом, указанные обстоятельства дела свидетельствуют о том, что Банк, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям гражданского оборота осмотрительность, не мог не знать о признаках неплатежеспособности должника, поскольку указанная информация о должнике имелась в открытом доступе и была направлена Банку самим должником.

При решении вопроса о том, должен ли был Банк знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, суд в доказательство недобросовестности Банка учитывает данные, предшествующие заключению договоров залога, бухгалтерский баланс и иную финансовую документацию должника, из которой усматривались явные признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, а также убыточной деятельности должника.

Заключение и исполнение спорных договоров были направлены на уменьшение имущества должника и причинения вреда его кредиторам, тогда как Банк, действуя с должной степенью заботливости и осмотрительности, имел возможность в момент совершения сделок получить информацию об указанных обстоятельствах.

Кроме того, при заключении спорных договоров, имея доступ к открытым источникам и базам данных, Банк при должной степени заботливости и осмотрительности мог с достоверностью выяснить не только финансовое состояние поручителя, основанное на данных бухгалтерской отчетности, но и сведения об имеющихся у него обязательствах на момент заключения договоров поручительства, об ухудшении его финансово-экономического положения, о малой величине дохода по сравнению с имеющимися обязательствами и обязательствами, принимаемыми на себя должника в качестве поручителя.

Действительно, заключение обеспечительных сделок для кредитной организаций является обычной практикой, однако, при совершении любой сделки по выдаче кредита, а также сделок, обеспечивающих возврат кредита, банк-кредитор, как правило, в целях должной заботливости и осмотрительности и с тем, чтобы исключить совершение сделки, которая впоследствии может быть оспорена, должен проверять платежеспособность и надежность заемщиков, поручителей и залогодателей, с которыми совершаются денежные сделки.

В силу изложенного, при совершении любой сделки по выдаче кредита, а также сделок, обеспечивающих возврат денежных средств, банк - кредитор должен проверять платежеспособность и надежность не только основных заемщиков, но и поручителей и залогодателей, с которыми совершаются данные сделки.

Банк, как кредитная организация, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли, имея интерес в реальном исполнении кредитных обязательств, на дату заключения договора обязан был проверить финансовое положение поручителя, провести комплексную оценку потенциального кредитного риска при заключении спорного договора поручительства.

Судом первой инстанции было предложено банку представить финансовый анализ, поручителя, что является сложившимся и широко применяемым в банковской деятельности правилом поведения.

Между тем, доказательств, что Банк провел весь комплекс мероприятий по исследованию финансового состояния заемщика в момент выдачи ссуды и финансовой группы (поручителя), то есть провел оценку комбинированной отчетности, оценивал кредитные риски посредством анализа именно общего экономического состояния указанной группы компаний, не представлено.

Банк не обосновал, в связи с чем он пришел к выводу об отсутствии признаков неплатежеспособности и устойчивом финансовом положении группы.

В п. 9 Постановления № 42 разъяснено, что по смыслу п. 3 ст. 365 ГК РФ одним из мотивов принятия поручителем на себя обязательств по договору поручительства с кредитором является договор, заключенный между должником и поручителем (договор о выдаче поручительства). Если заключение договора поручительства было вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества), то последующее отпадение этих интересов не влечет прекращения поручительства.

Таким образом, экономическая целесообразность поручительства и его выгода для поручителя могут быть обусловлены как наличием возмездного договора о выдаче поручительства, так и наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов.

Следовательно, разрешая вопрос экономической целесообразности сделки, влияющий на оценку ее действительности, суду надлежит проверить наличие у основного должника и поручителя каких-либо общих экономических интересов, которые могли обусловить принятие на себя поручителем солидарной ответственности по обязательствам основного должника.

Так как договоры поручительства должника в обеспечение обязательств третьего лица является в при указанных обстоятельствах безвозмездной сделкой, которая не предусматривает встречного предоставления должнику как поручителю, не обусловлена какими-либо общими экономическими интересами, учитывая, что ООО «ТПК «Агро-Трейд», как правопреемник Банка в отношении кредитных обязательств, предъявил требование к должнику в рамках настоящего дела о банкротстве, ссылаясь на то, что данное требование обеспечено поручительством, суд первой инстанции посчитал обоснованным довод конкурсного управляющего и кредитора об увеличении размера кредиторских требований к должнику, причинении убытков остальным кредиторам должника, включенных в реестр, в силу уменьшения причитающейся им доли при распределении конкурсной массы.

Таким образом, совершение должником оспариваемой сделки причинило вред имущественным правам кредиторов, рассчитывающих на максимально возможное удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы должника.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о цели совершения должником сделки (причинение вреда имущественным правам кредиторов), если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Банк обладал информацией о том, что совершение оспариваемых сделок было направлено на ущемление интересов кредиторов должника, поскольку в случае ненадлежащего исполнения ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие», обязательств, Должник должен был нести необоснованные финансовые потери путем уплаты чужого долга.

Следовательно, заключение оспоренных договоров поручительства, являлось для должника убыточным, в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, выразившийся в возникновении задолженности (обязанности уплаты чужого долга), за счет которого возможно было удовлетворить требования кредиторов, о чем Банк был осведомлен.

В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы ООО «ТПК «Агро-Трейд» о том, что договора поручительства не может затронуть права кредиторов, несостоятельны.

Из материалов дела также следует, что договоры поручительства обеспечивали исполнение обязательства третьего лица, то есть заключение должником договоров поручительства не было связано с хозяйственной деятельностью должника, не повлекло получение должником какой-либо выгоды в том числе имущественной, отсутствовали разумные причины для заключения указанных сделок.

Доводы апелляционных жалоб ООО «ТПК «Агро-Трейд» и ПАО «Ак Барс» о едином экономическом интересе, голословны и ничем не подтверждены. Обстоятельств, свидетельствующих о наличии у должника и поручителя единого экономического интереса или иной разумной экономической цели поручительства, исходя из представленных документов, судом установлено не было.

При этом, суд исходит из отсутствия доказательств того, что деятельность должника и заемщика в обеспечение обязательств которого ему было предоставлено поручительство, является взаимосвязанной и взаимозависимой; расходования полученных заемщиком кредитных средств на осуществление совместной с должником деятельности (на реализацию совместных проектов).

Доводы о взаимодействии должника и третьих лиц при заключении различных гражданско-правовых сделок не свидетельствует о наличии общих экономических интересов и экономической обоснованности сделок для поручителя.

Доказательств экономической обоснованности заключения сделок о поручительства в период принятия решения о ликвидации поручителя, то есть уже при наличии кредиторской задолженности превышающей активы общества, не представлено.

Судом также верно учтено то обстоятельство, что после получения кредитных средств и представления поручительства, как в отношении основного заемщика, так и поручителя возбуждено дело о банкротстве.

Судом обоснованно принято во внимание то обстоятельство, что у должника фактически отсутствовала потенциальная возможность получить выплаченное за заемщика от последнего (основного должника-заемщика), учитывая возбуждение в отношении указанного лица дела о банкротстве.

Исследовав материалы дела и установив, что заключение спорных договоров поручительства не было каким-либо образом связано с хозяйственной деятельностью ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» и не повлекло получение обществом какой-либо имущественной либо иной выгоды, в деле отсутствуют документы, подтверждающие экономическую целесообразность и необходимость заключения договоров поручительства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что при таких обстоятельствах заключение оспариваемого договора очевидно влечет ухудшение обеспечения требований конкурсных кредиторов должника и свидетельствует о намерении сторон договора вывести активы должника и фактически сохранить имущество за собой.

Таким образом, поручительство за третье лицо, не имея с ним общих экономических интересов, последующее принятия решение о собственной ликвидации, признания несостоятельным (банкротом) как основного заемщика, так и поручителя, переуступка прав требований аффинированному лицу, подтверждает факт совершения оспариваемых сделок в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, осведомленности о данной цели, а также фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок.

Оценив представленные в материалы дела доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд верно исходил из разъяснений, которые изложены в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» и в пункте 9 Постановления № 42 и согласно которым заключение договора поручительства может быть вызвано наличием у поручителя и должника в момент выдачи поручительства общих экономических интересов (например, основное и дочернее общества, преобладающее и зависимое общества, общества, взаимно участвующие в капиталах друг друга, лица, совместно действующие на основе договора простого товарищества). При оспаривании договора поручительства (залога), выданного по обязательству заинтересованного лица, могут приниматься во внимание следующие обстоятельства: были ли должник и заинтересованное лицо платежеспособными на момент заключения оспариваемого договора, было ли заключение такого договора направлено на реализацию нормальных экономических интересов должника (например, на получение заинтересованным лицом кредита для развития его общего с должником бизнеса), каково было соотношение размера поручительства и чистых активов должника на момент заключения договора, была ли потенциальная возможность должника после выплаты долга получить выплаченное от заинтересованного лица надлежащим образом обеспечена (например, залогом имущества заинтересованного лица) и т.п., а также знал ли и должен ли был знать об указанных обстоятельствах кредитор.

По результатам оценки представленных в материалы дела доказательств суд пришел к выводу о том, что заключение договоров поручительства не связано с предпринимательской и иной обычной хозяйственной деятельностью должника; из условий договоров поручительства не усматривается каких-либо интересов должника; не доказана разумная экономическая цель, преследуемая при заключении договора; заключение спорных договоров было для должника убыточным; в результате их совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в увеличении размера имущественных требований к должнику.

Таким образом, судом верно установлены все юридически значимые обстоятельства для квалификации договоров поручительства в качестве сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, и признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Нормы пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяют обеспечивать исполнение обязательств неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

На основании вышеизложенного, требование о признании недействительными договоров поручительства подлежит удовлетворению.

При этом, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что предъявление требования о признании недействительными договоров поручительства к ООО «ТПК Агро-Трейд» является неправомерным, поскольку последний не является стороной по сделке. В связи с чем, требование в указанной части к ООО «ТПК «Агро-Трейд» удовлетворению не подлежит.

Доводы подателей жалоб отклоняются апелляционным судом в связи со следующим.

На основании п. п. 1 и 2 ст. 61.3 Закона № 127-ФЗ сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, при наличии одного из следующих условий:

Также, основываясь на п. 4 Постановления № 63, судам следует иметь в виду, что предусмотренные ст. ст. 61.2 и 61.3 Закона № 127-ФЗ основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу ст. 166 ГК РФ оспоримые сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном гл. Закона № 127-ФЗ. В то же время наличие в Законе № 127-ФЗ специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст. ст. 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

На основании вышеизложенного можно прийти к выводу о том, что сделка является сделкой предпочтения одного кредитора перед другим, если сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки и (или) сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки, в соответствии с чем может быть признана недействительной.

Судом первой инстанции был сделан правильный вывод о том, что у должника на момент совершения оспариваемых сделок имелись признаки неплатежеспособности. Данный вывод сделан из анализа данных бухгалтерской отчетности Должника по состоянию на 31.12.2016. Согласно данных бух.отчетности на 31.12.2016г. (представлена в материалы дела) усматривается, что имущества предприятия не достаточно для погашения кредиторской задолженности (при этом сумма кредиторской задолженности на 626 634 тыс. руб. больше стоимости имущества должника).

Также из финансового анализа должника усматривается, что увеличение суммы обязательств по данным экспертного баланса произошло в связи с увеличением финансовых санкций и требований по поручительству и залогу за третьих лиц.

Выручка от реализации и необоротные доходы составили за 2014 год - 916 990, за 2015 год - 1 036 443, за 2016 - 769 158.

Согласно финансовому анализу должника в 2016 году себестоимость и расходы превысили выручку предприятия, в связи, с чем предприятие в этот период работало в убыток. Анализ финансово-хозяйственной деятельности должника свидетельствует об ухудшении финансового состояния предприятия. Предельно низкий уровень рентабельности и наличие кредиторской задолженности не дает возможности дальнейшего экономического роста. Таким образом, по данным бухгалтерской отчетности должника, по результатам активов и пассивов, усматривается наличие высокой доли долгосрочных и краткосрочных обязательств при недостаточности собственных средств, финансово неустойчивой структуры баланса предприятия, представленной в основном оборотными активами предприятия. Вышеназванные выводы содержатся на стр.10 обжалуемого судебного акта.

Таким образом, вышеизложенные доводы свидетельствуют о наличии признаков неплатёжеспособности должника на момент заключения договоров поручительства имущества должника.

Более того, Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.05.2017г. принято к производству заявление о несостоятельности (банкротстве) ООО «СХПК «Камско-Устьинское» (дело №А65-10385/2017).

24.04.2017г. участниками ООО «СХПК «Камско-Устьинское» было принято решение ликвидации Общества.

То есть, договоры поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017 в обеспечение обязательств ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» (заемщик) перед АКБ «Ак Барс» (ПАО) были заключены за 6 дней до принятия решения о ликвидации ООО «СХПК «Камско-Устьинское».

Также, договоры поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017 в обеспечение обязательств ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» (заемщик) перед АКБ «Ак Барс» (ПАО) были заключены через 5 дней после того, как было возбуждено производство о несостоятельности (банкротстве) Заемщика - ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» по делу №А65-8040/2017 (возбуждено 13.04.2017).

То есть, на 18.04.2017 должник знал о возбуждении производства о несостоятельности (банкротстве) Заемщика - ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие», а кредитная организация знала о признаках неплатёжеспособности как должника, так и заемщика.

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии экономической целесообразности подписания названных договоров поручительства.

Довод о наличии перекрестных обязательств не опровергает отсутствие экономической целесообразности подписания как договоров поручительства №296/11-2г от 18.04.2017, №144/11-2в от 18.04.2017, №101/11-2в от 18.04.2017 в обеспечение обязательств ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие», так и договоров поручительства №248/1302-12, №78/1 заключенных ОАО «Каратунское хлебоприемное предприятие» с АКБ «Ак Барс» (ПАО) в обеспечение обязательств ООО «СХПК «Камско-Устьинское».

Требование заявленное в апелляционной жалобе ООО «ТПК «Агро-Трейд» о включении в реестр требований кредиторов ООО «Сельхозпредприятие «Камско-Устьинское», не было заявлено в суде первой инстанции, в связи с чем не может быть рассмотрено.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных с учетом правильно установленных фактических обстоятельств, исходя из представленных в материалы дела доказательств, и не опровергают их. Оснований для переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Так как доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта не установлено, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 августа 2018 года по делу №А65-10385/2017 является законным и обоснованным.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, возлагаются на заявителей жалоб.

Руководствуясь ст.ст. 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 13 августа 2018 года по делу №А65-10385/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Н.В. Бросова

Судьи Г.М. Садило

Н.А. Мальцев