Гражданский кодекс часть 1

при участии: от истца (общества с ограниченной ответственностью «Промстрой») - ФИО2, директора; от ответчика (общества с ограниченной ответственностью «Енисей-Лизинг») - ФИО3, представителя по доверенности от 08.12.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Промстрой»

на решение Арбитражного суда Республики Хакасия

от 22 июня 2023 года по делу № А74-9462/2022,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Промстрой» обратилось в Арбитражный суд Республики Хакасия с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Енисей-Лизинг» о взыскании 2 615 212 рублей
66 копеек денежных средств в виде сальдо взаимных расчетов в рамках исполнения договора финансовой аренды (лизинга).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца, привлечены ФИО4, ФИО5.

Решением от 22 июня 2023 года в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, истец обратился с апелляционной жалобой, просит отменить судебный акт и удовлетворить исковые требования, поскольку применение для расчётов условий договора являлось неверным, противоречило требованиям законодательства.

Ответчик с доводами апелляционной жалобы не согласен, просит оставить решение без изменения.

Третьи лица, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в заседание не явились. Жалоба рассматривается в их отсутствие.

Апелляционный суд на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщил к материалам дела документы, представленные ответчиком в обоснование возражений на апелляционную жалобу.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении апелляционной жалобы судом установлены следующие обстоятельства.

Между ООО «Енисей-Лизинг» (лизингодатель) и ООО «Промстрой» (лизингополучатель) был заключен договор финансовой аренды (лизинга) №359
от 10.07.2020.

Согласно пункту 1.1. договора лизинга лизингодатель обязался на условиях отдельно заключенного договора купли-продажи (поставки), который является неотъемлемой частью настоящего договора, приобрести в собственность и предоставить лизингополучателю в финансовую аренду (лизинг) имущество (далее по тексту «Предмет лизинга») за плату, на срок и на условиях, указанных в настоящем договоре. Предметом лизинга является имущество, указанное в спецификации (приложение №1 к настоящему договору).

Согласно положениям договора, лизингополучатель принял на себя обязательства по уплате лизинговых платежей согласно согласованного сторонами графика вне зависимости от характера, степени и интенсивности использования предмета лизинга
(п.п. 4.1., 4.2., 4.8. договоров).

В связи с неоплатой стороны расторгли договор лизинга 31.03.2022, предмет лизинга (грохот KLEEMANN MS15Z-AD) возвращен лизингодателю, 14.07.2022 предмет лизинга был продан акционерному обществу «КрайДЭО».

Пунктом 12.14 договора стороны предусмотрели, что в случае необходимости определения соотношения взаимных предоставлений сторон по договору, совершенных до момента его прекращения (сальдо встречных обязательств), Стороны пришли к соглашению о нижеследующем:

12.14.1. Стоимость изъятого/возвращенного предмета лизинга определяется исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга (цена, указанная в договоре купли-продажи предмета лизинга третьему лицу).

При этом стороны признают, что разумным и объективно необходимым для продажи предмета лизинга является срок 12 (двенадцать) месяцев с даты получения (возврата/изъятия) предмета лизинга лизингодателем.

В случае, если предмет лизинга не будет продан в течение указанного срока, стоимость извращенного/изъятого предмета лизинга определяется на основании отчета оценщика, выбранного лизингодателем, с учетом недостатков, указанных в акте возврата (изъятия) предмета лизинга.

12.14.2. Лизингодатель и лизингополучатель признают, что при определении встречных представлений сторон по договору, на стороне имущественного интереса лизингодателя учитывается сумма оставленного лизингополучателю финансирования, плата за финансирование до дня возврата финансирования (включительно), а также убытки лизингодателя, санкции, установленные договором лизинга. Днем возврата финансирования является день поступления на расчетный счет лизингодателя в полном объеме денежных средств от продажи изъятого/возвращенного предмет лизинга.

12.14.3. Стороны пришли к соглашению, что плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется расчетным путем по следующей формуле:

(П - А) - Ф

ПФ - _____________* 355 * 100

(Ф + Ф/Т)/2*Сдн

где: ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), П - общий размер платежей по договору лизинга, А - сумма аванса по договору лизинга, Ф - размер финансирования, Сдн - срок договора лизинга в днях, Т- количество лизинговых платежей.

Согласно пункту 12.14.4 договора лизингополучатель дает согласие на изменение стоимости услуг по договору лизинга (цены договора) в случае необходимости расчета сальдо встречных обязательств (завершающей обязанности одной стороны по отношению к другой) по договору, на основании уведомления об изменении стоимости услуг и корректировочного счета-фактуры, которые направляются лизингодателем по адресу лизингополучателя, указанному в разделе 14 настоящего договора. Заключение отдельного соглашения не требуется.

По акту от 20.07.2020 предмет лизинга передан лизингополучателю.

10.07.2020 между сторонами подписано соглашение о возмещении имущественных потерь к договору лизинга.

10.07.2020 между истцом, ответчиком и ООО «Промышленно-производственный центр «Металлические конструкции» был заключен договор поставки №359 (грохот KLEEMANN MS15Z-AD), цена договора составила 11 900 000 рублей. Платежным поручением №372 от 14.07.2020 лизингодатель перечислил продавцу 11 900 000 рублей.

31.03.2022 договор лизинга расторгнут лизингодателем в одностороннем порядке.

Решением арбитражного суда Республики Хакасия от 04.05.2022 по делу
№А74-2629/2022, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, с общества с ограниченной ответственностью «Промстрой» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Енисей Лизинг» 3 229 256 рублей 59 копеек, в том числе 2 616 258 рублей 08 копеек основного долга, 161 626 рублей 61 копейка платы за коммерческий кредит и 451 371 рубль 60 копеек неустойки.

Согласно отчету №59-28/04 об определении рыночной стоимости автотранспорта от 27.06.2022 рыночная стоимость предмета лизинга (грохот KLEEMANN MS15Z-AD) составила 18 129 000 рублей.

По договору купли-продажи №АО-21/362-2022 от 15.07.2022 предмет лизинга был продан АО «КрайДЭО», цена договора с учетом дополнительного соглашения №1
от 30.08.2022 составила 17 809 000 рублей.

Уведомлением от 12.09.2022 №185 ответчик уведомил истца о продаже предмета лизинга, направил корректировочную счет – фактуру.

Платежными поручениями №5331 от 20.07.2022, №5815 от 09.08.2022, №6590
от 31.08.2022 АО «КрайДЭО» перечислило ООО «Енисей-Лизинг» денежные средства за предмет лизинга в размере 17 809 000 рублей.

На основании постановления об обращении взыскания на дебиторскую задолженность от 18.10.2022 ООО «Енисей-Лизинг» платежным поручением №493 от 01.11.2022 перечислило на расчетный счет Абаканского ГОСП №2 УФССП денежные средства в сумме 6 059 733 рубля 93 копейки.

Истец не согласился с произведённым зачетом встречных обязательств, в связи с чем обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Предметом иска является взыскание неосновательного обогащения.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Истец определяет неосновательное обогащение как сумму, полученную ответчиком от истца по договору лизинга в нарушение условий договора, то есть без оснований.

Таким образом, ключевым вопросом является вопрос о том, какую сумму ответчик должен был получить от истца.

Заключенный между истцом и ответчиком договор от №359 от 10.07.2020 по своей правовой природе является договором финансовой аренды (лизинга), правоотношения по которому регулируются главой 34 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом Российской Федерации от 29.10.1998 № 164- ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон № 164-ФЗ).

Согласно статье 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

В соответствии со статьей 625 Гражданского кодекса Российской Федерации к отдельным видам договора аренды и договорам аренды отдельных видов имущества (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда) положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются, если иное не установлено правилами настоящего Кодекса об этих договорах.

В настоящем случае сторонами заключен договор выкупного лизинга.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пунктах 3.1, 3.3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из этого следует однозначный вывод – по настоящему договору ответчик не может получить от истца суммы большей, чем он бы получил, если бы договор был исполнен в полном объёме в соответствии с его условиями.

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой согласно следующим правилам.

Согласно пункту 4 Постановления № 17, стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 Гражданского кодекса Российской Федерации - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон.

Согласно пункт 17 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021) по общему правилу финансирование по договору выкупного лизинга в случае его расторжения считается возвращенным в соответствующем размере лизингодателю с момента продажи предмета лизинга, но не позднее истечения разумного срока, необходимого для его реализации.

В случае, если лизингодатель продал предмет лизинга на более выгодных условиях, чем приобрел, ввиду увеличения его рыночной стоимости, то дополнительная выгода при расчете сальдо взаимных предоставлений учитывается в счет возврата финансирования и удовлетворения иных требований лизингодателя, а в оставшейся части причитается лизингополучателю (пункт 21 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021).

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

В настоящем споре стороны спорят о результатах их взаимных обязательств.

Спор связан не с исходными данными для расчёта – в этой части разногласий нет, а с методикой расчёта.

Стороны подписанием договора лизинга установили формулу расчета встречных обязательств, в случае досрочного расторжения договора лизинга, а лизингополучатель вправе требовать взыскания с лизингодателя только указанную выше разницу по сальдо встречных обязательств, при ее наличии.

В пункте 12.14.3 договора стороны пришли к соглашению, что плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется расчетным путем по следующей формуле:

(П - А) - Ф

ПФ - _____________* 355 * 100

(Ф + Ф/Т)/2*Сдн

Суд первой инстанции принял расчет, основанный на положениях договора.

Истец в иске и жалобе указывает, что данная формула неправомерна, и в результате ее применения на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение.

Согласно пункту 3.5 Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора (плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле):

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

- срок договора лизинга в днях.

Суд первой инстанции указал, что положения Постановления №17 не носят императивного характера, и сославшись на статьи 9, 421 Гражданского кодекса Российской Федерации указал что стороны вправе самостоятельно определять условия договора, которыми в дальнейшем обязаны руководствоваться.

Между тем, суд первой инстанции не учел следующее.

Следует учитывать, что принцип свободы договора, закрепленный в
статье 421 Гражданского кодекса, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, что являлось бы превышением пределов осуществления гражданских прав (злоупотребления правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 3 - 4 статьи 1, пункты 1 - 2 статьи 10 ГК РФ).

В частности, если условия договора определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, то применительно к
пунктам 1 - 2 статьи 428 Гражданского кодекса договор не должен содержать условий, лишающих эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключать или ограничивать ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержать другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Как указано в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений
раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Сторона договора в случае существенного нарушения баланса интересов сторон также вправе на основании статьи 10 ГК РФ заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной, то есть оказалась слабой стороной договора (пункт 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленумов вытекает, что пределы свободы договора определяются, в том числе необходимостью поддержания добрых нравов в гражданском обороте, включая взаимоотношения участников хозяйственного (экономического) оборота.

В ситуации, когда сторона договора не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения (к заключению предложена стандартная форма договора; проект договора разработан лицом, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний; договор заключается с лицом, занимающим доминирующее положение на рынке или имеет место иная экономическая зависимость стороны и т.п.), суд не вправе отклонить возражения такой стороны относительно применения спорного условия договора только по той причине, что при заключении договора в отношении этого условия не были высказаны возражения.

Даже при формальном наличии права заявить возражение о включении спорного условия в договор в момент его заключения, слабая сторона зачастую не имеет финансовых и организационных возможностей оценить обременительность договорных условий на случай наступления тех или иных обстоятельств при исполнении договора, а издержки, связанные с потерей времени и финансовых ресурсов, которые должна понести эта сторона для урегулирования разногласий окажутся несоразмерными предпринятым усилиям. Использование названных обстоятельств стороной, находящейся в более сильной переговорной позиции, не соответствует принципу добросовестности.

С учетом изложенного, если спорное условие договора грубо нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора не обосновала его разумность, суд в соответствии с
пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023
№ 305-ЭС23-12470, от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453, от 19.05.2022 №№ 305-ЭС21-28851, от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954 и др.).

Аналогичная правовая позиция выражена в пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее - Обзор судебной практики).

В данном случае стороны по-разному понимают спорное условие договора.

Так, в дополнениях к апелляционной жалобе от 15.01.2024 истец указывает, что из буквального толкования пункта 12.14.3 следует, что Лизингодатель при заключении договора рассчитал плату за финансирование по формуле, указанной в данном пункте, т.е. сначала рассчитал плату за финансирование в процентах, а потом перевел проценты в сумму (рубли).

ПФ = 16 011 672,26 – 1 200 000 – 10 700 000

(10 700 000+10 700 000/36)/2х1095 Х 365 X 100 =24,92% (в процентах годовых),

ПФ = 10 700 000 х 24,92 %

365 х 1095 = 7 999 320 рублей.

Таким образом, общая сумма платежей по договору (П) составит: П = А + ПФ + Ф = 1 200 000+ 7 999 320 +10 700 000=19 899 320 рублей, что не соответствует условиям договора, так как согласно п. 4.1 договора общая сумма платежей составляет
16 011 672 рубля 26 копеек. Следовательно, применение п.12.14.3 договора изменяет п.4.1 договора, чем необоснованно увеличивает доход лизингодателя.

Со своей стороны ответчик указывает (пояснения от 10.10.2023 и 30.10. 2023), что плата за финансирование в лизинге распределена не равномерно, а пропорционально остатку долга (т.е. начисляется на остаток финансирования ежемесячно), т.к. в основу лизинга заложен кредитный продукт.

Поскольку в договоре лизинга установлен ежемесячный график погашения (равными платежами), и в каждом ежемесячном платеже содержится часть суммы финансирования, соответственно при оплате каждый месяц происходит начисление платы за финансирование на меньшую сумму (столбец «Остаток финансирования»).

По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования - увеличивается. К концу исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую (столбец «Лизинговый платеж с НДС»).

В начале срока лизинга (первые четыре платежа) лизингополучателю была установлена пониженная процентная ставка платы за финансирование, в целях ускоренного возврата самого тела финансирования, поскольку имелись дополнительные финансовые риски из-за низкой ликвидности предмета лизинга (Грохот KLEEMANN MS15Z-AD (359 Б-ЛП)), и недостаточно устойчивого финансового положения лизингополучателя на момент заключения договора.

По сложившейся деловой практике по таким сделкам лизинговые компании устанавливают повышенный размер авансового платежа (в ООО «Енисей-Лизинг» не менее 20%). Но так как между ООО «Енисей-Лизинг» и ООО «Промстрой» сложились многолетние деловые отношения, клиенту был согласован пониженный аванс - 10% от стоимости предмета лизинга. График платежей и общая сумма договора были также согласованы с лизингополучателем. Таким образом, устанавливая пониженную ставку, лизинговая компания увеличивала в составе первых четырех лизинговых платежей долю погашения финансирования и сокращала долю платы за финансирование, тем самым ускорив возврат самого тела финансирования.

При этом, средняя процентная ставка финансирования по договору составила 24,68%

В данной части истец возражает (№183 от 07.11.2023) и указывает, что если ответчик считает лизинговые платежи по договору лизинга №359 от 10.07.2020 аннуитетными, то полученный ежемесячный платеж (423 613 рублей) превышает размер платежа, указанного в договоре лизинга (411 435 рублей 35 копеек). Соответственно сумма договора при платеже 423 613 рублей составит: (423 613 рублей * 36 месяцев) +
+ 1 200 000 рублей (авансовый платеж) = 16 450 068 рублей, что не соответствует сумме договора лизинга №359 от 10.07.2020. Из вышеизложенного следует вывод - при заключении договора лизинга ставка 24,68% годовых и система аннуитетных платежей не применялись.

Апелляционный суд обращает внимание, что условия договора сформулированы таким образом, что его стороны производят разные арифметические операции и получают разные арифметические результаты, трактуя их каждый в свою пользу.

Ссылаясь на свободу договора, сторонам следует учитывать, что отступая от рекомендованных законом алгоритмов взаимоотношений следует устанавливать свои правила, во всяком случае не противоречивые и не могущие толковаться неоднозначно.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В соответствии с пунктом 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

По смыслу вышеприведенных положений суд применяет буквальное толкование условий договора, а также систематическое толкование, то есть условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора. При невозможности применения способов буквального и системного толкования судом должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора.

В пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» такое значение определяется с учетом общепринятого употребления слов и значений, используемых в договоре, любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. (Данный подход отражен в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации
от 02.09.2021 № 309-ЭС20-24330 по делу № А07-22417/2019).

Суд исходит из того, что толкование спорного условия буквально приводит к его несовпадению с другими условиями договора, в частности, с итоговой суммой взаимных обязанностей по договору.

При этом никто из сторон не указал, что намеривался заключить договор на менее выгодных для себя условиях, чем они применятся обычно.

С учетом презумпции добросовестности, по общему правилу условие договора, допускающее несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

В то же время при неясности условий договора, проект которого был разработан лицом, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.), и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом, толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия, то есть в пользу слабой стороны договора (пункты 44 - 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Таким образом, профессиональные участники оборота должны стремиться к тому, чтобы несправедливые договорные условия, обременяющие контрагентов, изначально не включались в разработанные ими проекты договоров, в том числе стандартные формы договоров, и, не выполнив указанную обязанность - несут риск того, что такого рода условия не будут применяться судом.

По мнению истца, расчет сальдо встречных обязательств, является обременительным для лизингополучателя, поскольку предусматривает существенно менее выгодный для него вариант определения завершающей обязанности по договору в сравнении с общим подходом, отраженным в пунктах 3 - 4 Постановления № 17, и позволяющим исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой стороны. И что при заключении договора он этого результата достичь не хотел и не предполагал подобного исхода.

Ответчик в дополнении к отзыву от 15.12.2023 указывает, что условия финансовой аренды (лизинга) № 359 от 10.07.2020 года между истцом и ответчиком не были определены в каких-либо формулярах или иных стандартных формах. На момент заключения Договора № 359 ООО «Енисей-Лизинг» не имело разработанных Общих условий. Истец имел возможность и время обсуждать условия договора. Обсуждение условий лизинга носило продолжительный характер и истец не был затруднён в согласовании какого-либо иного содержания отдельных условий Договора № 359. Истец имел опыт заключения и исполнения договоров лизинга, и, безусловно, был осведомлён об их условиях. Более того, он имел данные об условиях договоров лизинга, которые предлагал ответчик, т.к. ранее он уже заключал подобные договоры. ООО «Енисей-Лизинг» не занимал и не занимает доминирующее положение на рынке лизинговых операций; также не имеет места иной экономической зависимости истца от ООО «Енисей-Лизинг». В любом случае в материалах дела отсутствуют доказательства использования указанных Верховным Судом РФ обстоятельств стороной ответчика как находящейся в более сильной переговорной позиции при заключении Договора № 359 и отступлении ею от принципа добросовестности.

Апелляционный суд с данными доводами не согласен.

Именно лизингодатель является профессиональным участником гражданского оборота, непрерывно распоряжается денежными средствами и предоставляет их на возмездной основе иным лицам.

Факт отсутствия домириующего положения, как и потраченное на заключение договора время не могут отменять того факта, что спорные условия в толковании ответчика, внёсшего соответствующее условие в договор, ухудшают положение истца. То, что истец ранее заключал договоры лизинга, не может быть учтено – так как не доказано, что они исполнялись на условиях, аналогичных спорному пункту.

Условия о неустойке, также как и предположения ответчика о возможном использовании истцом оборудования, не имеют отношения к конкретному спорному пункту.

Апелляционный суд учитывает так же тот факт, что в течении срока действия договора истцом производились оплаты именно в соответствии с указанной им формулой. Ответчик принимал платежи и не ставил вопрос об их недостаточности, неверности сумм – что истец трактовал как подтверждение правильности его расчетов.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что стороны по разному понимают вписанное ими в договору условие, что при его буквальном применении оно вступает в противоречие с другими условиями договора, что каждая сторона трактует его в свою пользу и в трактовке ответчика спорный пункт имеет характер несправедливого договорного условия, создающего искусственные основания для занижения величины встречного предоставления лизингополучателя, апелляционный суд считает, что заслуживают внимания доводы общества о недопустимости применения спорного положения договора при рассмотрении дела.

Апелляционный суд считает, что в данном случае следует руководствоваться пунктом 3.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», устанавливающего справедливую и логичную формулу - плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующей формуле:

где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых),

П - общий размер платежей по договору лизинга,

А - сумма аванса по договору лизинга,

Ф - размер финансирования,

- срок договора лизинга в днях.

В настоящем случае:

П - общий размер платежей по договору лизинга = 16 011 672 рубля 26 копеек,

А - сумма аванса по договору лизинга = 1 200 000 рублей,

Ф - размер финансирования = 10 700 000 рублей,

С/дн - срок договора днях = 1095 дн (365 x 3).

Расчёт:

ПФ = (16 011 672,26 – 1 200 000) – 10 700 000

10700000x1095 х 365x100 = 12,80894865%

Плата за финансирование в рублях в таком случае должна рассчитываться следующим образом:

ПФ = 10 700 000 х 12,8089%/365 x 735 дней – или 730, по мнению истца.

Спорным в данном случае является срок финансирования. Дата возврата финансирования – 15.07.2022, в этой части у сторон нет разногласий. Однако истец считает начало срока финансирования от 20.07.2020 – поскольку по акту от 20.07.2020 предмет лизинга передан лизингополучателю; а ответчик – от 10.07.2020, даты подписания договора.

Апелляционный суд полагает, что в данном случае прав ответчик.

Пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Под лизинговыми платежами в соответствии с пунктом 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

В силу пункта 3.3 Постановления № 17, плата за финансирование взимается за время до фактического возврата этого финансирования.

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, то его началом является заключение договора лизинга с целью получения аванса для приобретения предмета лизинга, а возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме.

В связи с чем, срок финансирования определяется с даты начала финансирования, т.е. с даты заключения договора лизинга. Данная позиция отражена в судебной практике (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2023 № 305-ЭС22-20125 по делу № А40-234611/2021, Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 20.09.2016 № Ф02-4557/2016 по делу № А19-10147/2015, Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 18.01.2023
№ Ф09-7294/22 по делу № А60-20775/2020,Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2019 № 04АП-2485/2019 по делу № А19-22318/2018).

Таким образом, срок финансирования = 735 дней, а плата составит 10 700 000 х 12,8089%/365 x 735 дней = 2 759 879 рублей 28 копеек.

Сумма убытков лизингодателя 692 389 рубля 41 копейка со дня расторжения договора (31.03.2022) по дату возврата финансирования (15.07.2022), в т.ч. штрафные санкции.

Сумма, полученная лизингодателем от реализации предмета лизинга третьему лицу 17 809 000 рублей.

Сумма внесенных платежей без учета авансового 8 228 707 рублей (6 812 448,92+
+ 2 616 258,08-1 200 000).

Сумма, полученная лизингодателем 26 037 707 рублей (8 228 707+17 809 000).

Сумма возврата финансирования и выплата причитающегося лизингодателю дохода и возмещение убытков 14 152 268 рублей 70 копеек (10 700 000 + 2 759 879,28 + 692 389,41).

Согласно п.3.3 Постановления Пленума ВАС РФ №17, ' если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Следовательно, 26 037 707 - 14 152 268,70 = 11 885 438 рублей 30 копеек сумма в пользу лизингодателя.

ООО «Енисей Лизинг» произвело зачет встречных однородных требований (письмо исх №184 от 12.09.2022), погасив задолженность ООО «Промстрой» перед ООО «Енисей Лизинг» в размере 3 229 256 рублей (дело №А74-2629/2022).

01.11.2022г. ООО «Енисей Лизинг» перечислило в пользу ООО «Промстрой» сумму в размере 6 059 733 рубля 93 копейки.

Таким образом, 11 885 438,30 - 3 229 256 - 6 059 733,93 = 2 596 448 рублей 37 копеек - сумма задолженности ООО «Енисей -Лизинг» перед ООО «Промстрой» (итоговое сальдо).

Исходя из всего вышеизложенного, исковые требования подлежали удовлетворению частично.

Решение суда первой инстанции о полном отказе в иске является неверным и подлежит отмене.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Государственная пошлина по делу составила 36 076 рублей. Истцу при подаче иска была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины. Исходя из приницпа пропорциональности, с истца в бюджет должно быть взыскано 259 рублей, с ответчика – 35 817 рублей.

Кроме того, при подаче апелляционной жалобы истец оплати 3000 рублей пошлины.

Учитывая, что иск удовлетворён частично, ответчик должен возместить 2978 рублей 47 копеек. В остальной части расходы остаются на самом истце.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Хакасия от «22» июня 2023 года по делу
№ А74-9462/2022 отменить.

Принять новый судебный акт.

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Енисей-Лизинг»
(ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Промстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 2 596 448 рублей 37 копеек долга, 2978 рублей 47 копеек расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Енисей-Лизинг»
(ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 35 817 рублей государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Промстрой»
(ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 259 рублей государственной пошлины.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

Н.Н. Белан

Н.Н. Пластинина