Гражданский кодекс часть 1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО3 в Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии обратился финансовый управляющий ФИО2 с заявлением о признании недействительными сделками: договора займа от 04.12.2016, заключенного должником с ФИО1 в форме расписки, в части условия о выплате 5 процентов от суммы займа в день до дня погашения суммы займа в полном объеме; передачи ФИО1 как взыскателю в рамках исполнительного производства от 06.04.2017 № 5287/17/21031-ИП права собственности на имущество должника (¼ доли
в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства площадью 617,5 кв.м с кадастровым номером 21:01:020706:265, расположенный
по адресу: <...>), оформленной постановлением судебного пристава-исполнителя ФИО4 о передаче не реализованного
в принудительном порядке имущества должника взыскателю от 29.05.2017, постановлением о расчете задолженности от 30.05.2017, а также актом о передаче нереализованного имущества должника взыскателю от 30.05.2017; действий ФИО1 по регистрации перехода права собственности от ФИО3 в отношении доли в праве на указанный объект недвижимости 16.04.2018. Заявитель также просил применить последствия недействительности оспоренных сделок в виде возврата ФИО3 доли в праве на указанный объект недвижимости.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены судебный пристав-исполнитель Отдела судебных приставов по исполнению исполнительных документов о взыскании алиментных платежей по г. Чебоксары Управления Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике ФИО4 и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии
по Чувашской Республике (далее – Управление Росреестра по Чувашской Республике).

Суд первой инстанции определением от 07.05.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021, удовлетворил заявленные требования частично: признал недействительными сделками договор займа
от 04.12.2016 в части установления условия об уплате процентов за пользование займом
в размере, превышающем 0,288378 процента от суммы займа в день займа, и передачу
в рамках исполнительного производства № 5287/17/21031-ИП взыскателю ФИО1 ¼ доли в праве общей долевой собственности на спорный объект недвижимости; применил последствия недействительности сделок, восстановил право собственности ФИО3 на ¼ доли в праве общей долевой собственности на спорный объект недвижимости и обязал регистрирующий орган после вступления в силу данного судебного акта внести в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним соответствующую запись, восстановил право требования ФИО1 к ФИО3 по договору займа от 04.12.2016.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился
в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Заявитель жалобы полагает, что судебные инстанции неверно установили фактические обстоятельства спора. Наличие дружеских отношений с ФИО3 не подтверждается какими-либо иными доказательствами кроме утверждений бывшей супруги должника ФИО5, которая также является его конкурсным кредитором. Незамедлительное обращение ФИО1 в суд за взысканием задолженности обусловлено его разумным и осмотрительным поведением, направленным на реализацию конституионных прав, и не подтверждает доводы о злоупотреблении кредитором своими правами. Кроме того, ФИО1 принимались меры по урегулированию спора,
в частности, по заключению мирового соглашения с ФИО3 Злоупотребление правами ФИО1 не подтверждается также и теми фактами, что должник
не погасил задолженность перед ним при наличии финансовой возможности. Изложенные обстоятельства свидетельствуют лишь о недобросовестном поведении самого ФИО3, наличие умысла ФИО1 не установлено.

Подробно доводы изложены в кассационной жалобе.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом
Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства и проверив обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО3 и ФИО1 04.12.2016 оформили расписку, в соответствии с которой ФИО3 получил от ФИО1 в срок до 06.12.2016 денежные средства в размере 250 000 рублей с условием уплаты процентов в размере 5 в день от суммы займа до дня погашения задолженности в полном объеме.

Московский районный суд города Чебоксары Чувашской Республики заочным решением по делу № 2-846/2017 (резолютивная часть объявлена 07.02.2017) удовлетворил исковые требования ФИО1 к ФИО3 о взыскании долга по договору займа и процентов за пользование чужими денежными средствами, взыскал с ФИО3 в пользу ФИО1 250 000 рублей основного долга и 25 000 рублей процентов за пользование займом, начисленных с 04.12.2016 по 06.12.2016 и далее с 07.12.2016 по день фактического погашения долга в размере 5 процентов ежедневно, а также расходы по уплате государственной пошлины.

Судебный пристав-исполнитель Отдела судебных приставов по исполнению исполнительных документов о взыскании алиментных платежей по городу Чебоксары Управления Федеральной службы судебных приставов по Чувашской Республике-Чувашии ФИО4 в рамках исполнительного производства № 5287/17/21031-ИП вынесла постановление от 29.05.2017 о передаче взыскателю ФИО1
не реализованного в принудительном порядке имущества должника – ¼ доли в праве общей долевой собственности на нежилое двухэтажное здание (реконструкция двухэтажного здания котельной с разделением одноэтажной части на два этажа под административно-бытовые и складские помещения) площадью 617,5 квадратного метра с кадастровым номером 21:01:020706:265, находящегося по адресу: <...>.

Согласно постановлению судебного пристава-исполнителя от 30.05.2017 о расчете задолженности сумма процентов за пользование займом за период с 04.12.2016
по 06.12.2016 составила 2 437 500 рублей, итого общая сумма долга (основной долг, государственная пошлина, проценты за пользование займом) определена в размере
2 442 450 рублей.

Общая стоимость переданного ФИО1 имущества составила 2 336 812 рублей 50 копеек, разница в стоимости передаваемого имущества сумме, подлежащей выплате взыскателю по исполнительному документу, составила 0 рублей.

Судебный пристав-исполнитель передал взыскателю ФИО6 имущество
по акту о передаче нереализованного имущества должника от 30.05.2017.

Управление Росреестра по Чувашской Республике 16.04.2018 зарегистрировало право собственности ФИО1 на долю в праве на указанный объект недвижимости.

Арбитражный суд Чувашской Республики-Чувашии определением от 27.09.2018возбудил дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 по заявлению ФИО5; решением от 12.02.2019 признал должника несостоятельным (банкротом), ввел в отношении него процедуру реализации имущества гражданина, утвердил финансовым управляющим ФИО2

Посчитав, что установление в расписке от 14.12.2016 условия о начислении 5 процентов в день от суммы займа за пользование заемными денежными средствами,
а также последовавшая передача имущества ФИО3 кредитору и внесение регистрирующим органом записи о переходе права собственности на данное имущество к ФИО1 являются недействительными сделками, финансовый управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации,
а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»
(далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут,
в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника
к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Из пункта 5 Постановления № 63 следует, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает
в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3 - 5 данного пункта.

Согласно данному положению, предполагается, что другая сторона знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления
№ 63).

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 и 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации
не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны
от недобросовестного поведения другой стороны.

Злоупотребление правом при совершении сделки является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем такая сделка является ничтожной в силу статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

О злоупотреблении сторонами правом может свидетельствовать совершение такой сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью вывода имущества из собственности должника во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что ведет к утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований за счет выбывшего имущества.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды установили факт получения ФИО3 денежных средств от ФИО1
Из представленных в материалы обособленного спора доказательств также следовало, что на момент заключения договора займа у должника ФИО3 имелись неисполненные обязательства перед кредиторами по требованиям на общую сумму более 1 028 975 рублей, впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника. ФИО3 представил доказательства расходования заемных денежных средств
в сумме, превышающей полученную согласно расписке (представлены товарная накладная и квитанция к приходному кассовому ордеру, подтверждающие приобретение буровой установки стоимостью 258 815 рублей). При этом лица, участвующие в рассмотрении спора, не представили доказательств приобретения данного имущества за счет собственных средств должника. Кроме того, буровая установка приобретена должником лишь 09.12.2016, то есть после истечения срока возврата займа. Убедительных пояснений относительно неисполнения денежного обязательства перед ФИО1
в установленный согласно расписке срок ФИО3 не представил.

Судебные инстанции также установили, что предусмотренные договором займа проценты за пользование займом в размере 5 процентов в день многократно превышают ключевую ставку Центрального Банка Российской Федерации, а также ставки микрофинансовых и кредитных организаций по потребительским кредитам (согласно общедоступным сведениям), и в пересчете составляют 1 825 процента годовых.

В пункте 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4).

Вместе с тем принцип свободы договора, сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, не исключает обязанности суда оценивать условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, учитывая при этом, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства. Таким образом, встречное предоставление не может быть основано на несправедливых договорных условиях, наличие которых следует квалифицировать как недобросовестное поведение.

В рассмотренном случае суды рассмотрели и справедливо отклонили пояснения ФИО1, ссылавшегося в качестве обоснования добросовестности своих действий
по начислению платы за пользование займом в указанном размере на выдачу денежных средств на непродолжительный срок (2 дня). Суды исходили из того, что проценты за пользование займом, по общему правилу, рассчитываются в установленном договором размере по истечении срока действия договора. Таким образом, право ФИО1 как займодавца на начисление процентов за пользование займом не было ограничено пределами двухдневного срока, а ссылка на выдачу займа с условием возврата денежных средств через 2 дня сама по себе не является достаточным основанием для установления платы за пользование займом в размере 1 825 процента годовых, что в настоящей ситуации фактически повлекло скорое наращивание общей задолженности, несоразмерное сумме основного долга.

Изложенное позволило судебным инстанциям заключить, что установленный договором займа размер процентов не отвечает принципу разумности и добросовестности и ведет к нарушению баланса прав и обязанностей сторон договора. Кроме того, данное условие договора является явно обременительным для заемщика и влечет за собой неосновательное обогащение кредитора.

Разрешая вопрос о добросовестности сторон договора займа, суды также приняли во внимание пояснения, данные в судебном заседании суда первой инстанции бывшей супругой ФИО3 ФИО5, согласно которым должник и ФИО1 находятся в дружеских отношениях. При этом судебные инстанции отклонили возражения ФИО3 и ФИО1, признав пояснения относительно их взаимоотношений противоречивыми и не опровергающими утверждение кредитора ФИО5

Изложенное позволило судам констатировать, что ФИО1, в силу дружеских отношений с должником, а также с учетом общедоступности сведений о размере ставок по займам, не мог не знать о том, что сделка по выдаче займа по расписке от 04.12.2016
в части размера процентов за пользование денежными средствами совершена на невыгодных для должника и его кредиторов условиях (пункт 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, судебные инстанции исходили из поведения займодавца при взыскании задолженности по займу с ФИО3 Из материалов обособленного спора следовало, что кредитор незамедлительно после окончания срока выдачи займа обратился в суд общей юрисдикции за его судебным взысканием (заочное решение Московского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 07.02.2017 по делу
№ 2-846/2017), не приняв обычных и разумных мер по урегулированию спора. При подаче искового заявления ФИО1 просил взыскать с ФИО3 проценты
за пользование займом с их начислением по день фактической уплаты задолженности.

В этой связи суды выявили в пояснениях сторон противоречия: ФИО1 сослался на возникновение у него уже в последний день срока выдачи займа оснований полагать, что ФИО3 не исполнит свои обязательства, что побудило кредитора обратиться в суд. Должник указал, что незамедлительно сообщил ФИО1 об отсутствии возможности вернуть денежные средства в срок, однако в последующем заявил, что сказал ответчику об указанном обстоятельстве только при встрече в суде. Между тем суды установили, что ФИО3 на судебное заседание не явился (суд общей юрисдикции принял заочное решение).

При таких обстоятельствах судебные инстанции заключили, что установление чрезмерно завышенной процентной ставки по договору займа в совокупности с наискорейшим инициированием займодавцем судебного разбирательства о взыскании задолженности и процентов по день уплаты долга фактически свидетельствует о намерении сторон сделки, находящихся в дружеских отношениях, обеспечить получение ФИО1 сверхприбыли по отношению к переданной им в заем денежной суммы в целях приобретения именно им в ходе исполнительного производства прав на имущество ФИО3

Суды при этом учли иные обстоятельства спора, свидетельствующие о сохранении должником фактического контроля над имуществом – ¼ доли в праве на объект недвижимости. Так, из материалов дела следовало, что именно с ФИО3 согласовывалось заключение договора аренды в отношении указанного имущества с обществом с ограниченной ответственностью «Примех» (01.07.2018), о чем имеется отметка в договоре в графе «арендодатель» за подписью должника. При этом факт дальнейшего признания Калининским районным судом города Чебоксары Чувашской Республики договора недействительным (решение от 20.11.2019 по делу № 2-3113/2019) правомерно не принят судебными инстанциями во внимание. Суды верно указали, что признание договора недействительным не опровергает установленное обстоятельство согласования заключения договора именно с ФИО3, формально утратившим право собственности на данное имущество. При этом необходимость внесения в договор записи о согласовании должником заключения договора со стороны арендодателя лицами, участвующими в обособленном споре, не раскрыта.

С учетом изложенного, судебные инстанции, принимая во внимание поведение как кредитора (начисление «кабальных» процентов за пользование займом, скорейшее инициирование судебного взыскания долга и процентов с должника с условием о начислении процентов до дня исполнения обязательства), так и должника (неисполнение
в срок взятых на себя чрезмерных обязательств при наличии денежных средств
в достаточной сумме, непринятие мер по минимизации ущерба его имущественному положению и сохранению возможности удовлетворения требований иных кредиторов, согласование заключения договора аренды после регистрации ФИО1 права собственности на спорный объект недвижимости), обоснованно пришли к выводу о том, что стороны договора займа, оформленного распиской от 04.12.2016, согласовывая условия о размере процентов за пользование денежными средствами, действовали при злоупотреблении правом, вследствие чего на законных основаниях признали указанное условие недействительным, а проценты – подлежащими начислению в соответствии с положениями статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации исходя из сведений о среднерыночных значениях полной стоимости потребительских кредитов (займов)
по договорам с микрофинансовыми организациями. Суды также признали по этому основанию недействительной передачу судебным приставом-исполнителем и принятие ФИО1 ¼ доли в праве на спорный объект недвижимости по акту от 30.05.2017 и применили последствия недействительности сделки, предусмотренные в пункте 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, фактически направлены на переоценку установленных судами предыдущих инстанций обстоятельств и имеющихся в деле доказательств и не влияют на законность принятых судебных актов. При этом ссылка ФИО1 на обстоятельства, по его мнению, свидетельствующие о его добросовестности при включении в договор займа недействительного положения о начислении процентов, не может быть принята во внимание окружным судом в силу законодательно ограниченных пределов рассмотрения дела, установленных в статьях 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суды первой и апелляционной инстанций исследовали материалы дела полно, всесторонне и объективно. Представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом приведенных в кассационной жалобе доводов не имеется.

Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, или допущенной судебной ошибки.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой и апелляционной инстанций не допущено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики-Чувашии от 07.05.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2021 по делу № А79-10885/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу Краснова Геннадия Николаевича – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

С.В. Ионычева

Судьи

Е.Ю. Трубникова

А.Н. Чих