Гражданский кодекс часть 1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 (далее – должник) финансовый управляющий должника ФИО6 и Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике (далее – уполномоченный орган; налоговый орган) обратились в Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии с заявлениями, уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и объединенными в одно производство для совместного рассмотрения, о признании недействительными брачного договора от 17.12.2011, заключенного ФИО2 и ФИО4, и договора дарения жилого дома и земельного участка от 01.12.2016, заключенного ФИО4 и ФИО7, и о применении последствий недействительности сделок в виде возврата сторон в первоначальное положение, взыскания с ФИО4 в пользу ФИО2 3 684 200 рублей рыночной стоимости одной второй доли
ФИО4 в совместно нажитом имуществе супругов и возврата в конкурсную массу должника одной второй доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок.

Заявления финансового управляющего и уполномоченного органа основаны на пункте 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что спорные сделки совершены при злоупотреблении сторонами правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

К участию в споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Чувашской Республике и ФИО7

Суд первой инстанции определением от 27.06.2018, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018, отказал в удовлетворении заявленных требований. Суды пришли к выводу о недоказанности совокупности обстоятельств, необходимых для признания спорных сделок недействительными.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, уполномоченный орган обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 27.06.2018 и постановление от 18.10.2018 и принять по спору новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судами норм материального права и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам.

Как полагает заявитель кассационной жалобы, ФИО2 заключил брачный договор от 17.12.2011 при наличии у него непогашенной задолженности по налогу на добавленную стоимость за 1 – 3 кварталы 2011 года, то есть признаков банкротства. Сразу после заключения брачного договора ФИО2 реализовал 29 перешедших в его собственность транспортных средств, 28.03.2014 реализовал транспортное средство после получения решения налогового органа от 14.03.2014 о проведении выездной налоговой проверки. Указанные обстоятельства, по мнению уполномоченного органа, свидетельствуют об умышленном принятии ФИО2 и его супругой противоправных мер по сокрытию имущества должника, не совпадающих с обычным финансовым интересом участников правоотношений, и о мнимости брачного договора, заключенного при злоупотреблении сторонами правом, без намерения создать реальные правовые последствия.

Заявитель кассационной жалобы указывает, что отчужденные по договору дарения от 01.12.2016 жилой дом и земельный участок ранее принадлежали матери
ФИО2 – ФИО8, которая передала данное имущество по договору от 04.04.2015, признанному решением Калининского районного суда города Чебоксары договором купли-продажи, ФИО4 по цене
500 000 рублей при наличии брачного договора и в период проведения в отношении ФИО2 выездной налоговой проверки. ФИО4 приобрела спорное имущество на совместно нажитые с должником средства; договор дарения от 01.12.2016, в свою очередь, заключен с дочерью ФИО2 и ФИО4 –
ФИО7 безвозмездно, в период процедуры реализации имущества должника. При этом, действуя разумно и добросовестно в собственных интересах, ФИО2 мог получить жилой дом и земельный участок в свою собственность по наследству в силу закона после смерти матери (07.06.2015), что лишило бы такое имущество статуса совместно нажитого.

Уполномоченный орган считает, что суды неправомерно не применили к спорным правоотношениям положения статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации, устанавливающие обязанность супруга уведомлять своего кредитора о заключении брачного договора, при невыполнении которой супруг отвечает по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора.

В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе. ФИО2 и ФИО4 в письменных отзывах на кассационную жалобу и их представители в ходе судебного заседания отклонили доводы заявителя жалобы, указав на законность и обоснованность принятых судебных актов.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 27.06.2018 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив представленные в дело доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в отзывах на нее, и заслушав представителей уполномоченного органа, ФИО2 и ФИО4, суд округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов.

Как следует из материалов дела, ФИО2 и ФИО4 (супруги), состоящие в браке, зарегистрированном 23.02.1996, заключили брачный договор от 17.11.2011, в соответствии с которым определили правовой режим имущества, приобретенного во время брака, на период этого брака и в случае расторжения брака. По условиям брачного договора все движимое и недвижимое имущество признается как в период брака, так и в случае его расторжения, собственностью того супруга, на чье имя оно создано, приобретено и (или) зарегистрировано (титульного собственника имущества); любые доходы, полученные одним из супругов, в том числе доходы целевого назначения, признаются как в период брака, так и в случае его расторжения, собственностью того супруга, которым они получены.

Брачный договор удостоверен нотариально в установленном законом порядке.

По договору дарения от 04.04.2015 ФИО4 (одаряемый) получила безвозмездно в дар от ФИО8 (дарителя) жилой дом площадью
490,9 квадратного метра и земельный участок общей площадью 2125 квадратных метров.

Решением Калининского районного суда города Чебоксары Чувашской Республики от 16.05.2016 по делу № 2-1532-2016 договор дарения от 04.04.2015 признан притворной сделкой и квалифицирован в качестве договора купли-продажи жилого дома и земельного участка по цене 500 000 рублей.

ФИО4 (даритель) и ФИО7 (одаряемый) заключили договор дарения от 01.12.2016, по условиям которого жилой дом площадью 490,9 квадратного метра и земельный участок общей площадью 2125 квадратных метров безвозмездно переданы в собственность ФИО7

Государственная регистрация перехода права собственности на жилой дом и земельный участок к ФИО7 осуществлена 16.12.2016.

Арбитражный суд Чувашской Республики – Чувашии определением от 21.05.2014 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО2 по его заявлению; решением от 07.09.2016 (резолютивная часть объявлена 05.09.2016) признал ФИО2 несостоятельным (банкротом), ввел процедуру реализации имущества гражданина и утвердил финансовым управляющим должника ФИО6

Посчитав, что брачный договор от 17.12.2011 и договор дарения жилого дома и земельного участка от 01.12.2016 заключены при злоупотреблении сторонами правом с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий и уполномоченный орган оспорили законность сделок на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По правилам пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В рассмотренном случае брачный договор заключен до 01.10.2015, заключение договора не связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности, следовательно, суды верно посчитали, что данная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются при недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) прежде всего при заключении сделки, которая оспаривается в суде (в том числе в деле о банкротстве), а также при осуществлении права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении брачного договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Оценив брачный договор от 17.12.2011 на предмет наличия признаков его недействительности по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды обеих инстанций установили, что в результате заключения брачного договора ФИО2 приобрел единоличное право собственности на имущество, в отношении которого ранее действовал режим общего совместного имущества супругов. Единственным кредитором должника с требованием в сумме 40 818 475 рублей 17 копеек является налоговый орган, обязательства перед которым на дату заключения брачного договора у должника отсутствовали, выездная налоговая проверка на момент совершения данной сделки не проводилась. На дату заключения брачного договора у ФИО2 не имелось кредиторов, должник исполнял текущие обязательства перед контрагентами, имел существенные обороты по расчетному счету, не обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Таким образом, на дату заключения брачного договора у ФИО2 отсутствовали кредиторы, по отношению к которым он обязан был соблюдать требования, установленные в пункте 1 статьи 46 Семейного кодекса Российской Федерации, об уведомлении их обо всех случаях заключения, изменения или расторжения брачного договора, и нести ответственность по своим обязательствам независимо от содержания брачного договора, если он указанные требования не выполняет.

Установив отсутствие обстоятельств, указывающих на заключение брачного договора с намерением осуществить вывод ликвидных активов из собственности должника с целью избежать возможного обращения взыскания на это имущество, суды пришли к обоснованным выводам об отсутствии доказательств, подтверждающих, что стороны при заключении брачного договора действовали исключительно с намерением причинить вред кредиторам должника либо злоупотребили правом в иных формах. Стороны брачного договора совершили действия, направленные на возникновение соответствующих прав и обязанностей; тот факт, что воля сторон при совершении сделки не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, не подтвержден, и, соответственно, не доказано наличие у спорного брачного договора признаков мнимой сделки.

При изложенных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания брачного договора недействительной (ничтожной) сделкой в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Реализация должником после заключения брачного договора перешедших в его собственность транспортных средств не относится к предмету настоящего обособленного спора.Данный вопрос подлежал исследованию судами в рамках спора о признании недействительными сделок по отчуждению транспортных средств.

Как предусмотрено в пункте 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве, оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества (пункт 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно пункту 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации режим совместной собственности супругов является законным режимом их имущества. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

В силу пункта 1 статьи 42 Семейного кодекса Российской Федерации брачным договором супруги вправе изменить установленный законом режим совместной собственности (статья 34 названного кодекса), установить режим совместной, долевой или раздельной собственности на все имущество супругов, на его отдельные виды или на имущество каждого из супругов.

По условиям брачного договора от 17.12.2011 жилой дом и земельный участок, отчужденные в пользу ФИО7 по спорному договору дарения от 01.12.2016, являлись собственностью ФИО4, не принадлежали должнику и не относились к общему имуществу супругов, нажитому в период брака, и, следовательно, не подлежали включению в конкурсную массу должника.

Суды, оценив с позиции статей 65, 67, 68 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, установили, что в данном случае сам по себе факт дарения супругой должника жилого дома и земельного участка дочери не мог привести и не привел к причинению вреда имущественным правам кредиторов, поскольку такое имущество в любом случае не могло быть включено в конкурсную массу должника и за счет его стоимости не могли быть удовлетворены требования кредиторов.

С учетом того, что в результате заключения договора дарения от 01.12.2016 не были нарушены права и законные интересы кредиторов должника, в частности, не произошло уменьшение конкурсной массы, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Приведенные в кассационной жалобе доводы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств. Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясьстатьями 286, 287 (пунктом 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

П О С Т А Н О В И Л :

определение Арбитражного суда Чувашской Республики – Чувашии от 27.06.2018 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 18.10.2018 по делу
№ А79-5415/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу Федеральной налоговой службы России в лице Управления Федеральной налоговой службы по Чувашской Республике – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Е.В. Елисеева

Судьи

О.Н. Жеглова

В.А. Ногтева