Гражданский кодекс часть 1

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО2 обратился в Арбитражный суд Ярославской области с заявлением о признании недействительными договора купли-продажи от 25.08.2015 в части продажи 1/3 доли в праве собственности на квартиру, заключенного ФИО3 и ФИО1, и договора купли-продажи от 18.08.2015, заключенного ФИО4 (супругой должника) и ФИО1, и о применении последствий недействительности сделки в виде возврата ФИО7 указанной квартиры.

Заявленные требования основаны на пункте 2 статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5 и ФИО6.

Суд первой инстанции определением от 09.02.2019, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019, удовлетворил заявление финансового управляющего. Суды руководствовались статьями 19, 61.1, 61.2 и 213.32 Закона о банкротстве, статьями 10 и 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 34 и 36 Семейного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктами 5, 8 и 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), пунктом 15 постановления постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дела о расторжении брака», пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) и статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пришли к выводу о доказанности оснований для признания сделки недействительной по заявленным основаниям.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение от 09.02.2019 и постановление от 25.04.2019 и принять новый судебный акт об отказе в признании договоров купли-продажи недействительными в полном объеме.

Заявитель настаивает на том, что спорные объекты были приобретены им в отсутствие какого-либо запрета на сделки с ними и по рыночной стоимости. ФИО1 оспаривает вывод судов о том, что должник и члены его семьи имели возможность пользоваться проданными помещениями после заключения договоров купли-продажи, поскольку факт проживания/пользования не может подтверждаться исключительно оплатой коммунальных платежей и свидетельскими показаниями. Помимо прочего, сведения о коммунальных платежах, совершенных ФИО6 являются в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации недопустимыми доказательствами, так как получены с нарушением законодательства о банковской тайне. Поведение сторон заявитель считает не отличающимся от обычного поведения иных лиц гражданского оборота, когда граждане в силу каких-либо жизненных ситуаций реализуют

свое жилье, но продолжают проживать там на условиях аренды (найма), а покупатель жилых помещений сам там не проживает, вкладывает денежные средства с инвестиционной целью и с целью получения дохода. Кроме того, свидетельскими показаниями Серанова Сергея Николаевича подтверждается, что Дрыжаков М.В. с лета 2015 года проживает с Павловой Анной Вячеславовной по адресу: город Ярославль, улица, Победы, дом 16, корпус 2, квартира 37. Однако данному факту суды не дали никакой оценки. Таким образом, в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие использование должником отчужденных квартир. Факт оплаты по договорам купли-продажи подтвержден расписками, а также документами, свидетельствующими о наличии у Москалева Е.В. финансовой возможности приобрести квартиры. Опрошенный в качестве свидетеля Пятериков В.А., будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, подтвердил, что предоставил Москалеву Е.В. займ на сумме 6 400 000 рублей в июле 2015 года. При наличии совокупности доказательств, подтверждающих реальный характер совершенных сделок, причинение вреда кредиторам должника не произошло. Расходование денежных средств должником объяснено и частично подтверждено. Заявитель также считает, что часть полученных от спорных сделок денежных средств была направлена на погашение задолженности перед Мисаиловым Л.В.

Как полагает заявитель, суды не исследовали наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделок. При этом даже в случае доказанности неблагоприятного финансового состояния у должника ФИО1 не мог быть осведомлен о нем. ФИО1 являлся поручителем ФИО3 лишь по одному заемному обязательству, о наличии просрочки по которому узнал лишь 23.11.2015 – из претензии ФИО11, которую он получил уже после совершения сделок. Договоры купли-продажи заключались практически за год до возбуждения дела о банкротстве в отношении должника. ФИО1 не является родственником ФИО12, соответственно, не может являться заинтересованным по отношению к ним лицом и не входит в группу лиц по признакам указанным в статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции). Обязательства, которые включены в реестр требований кредиторов должника, возникли в 2011 – 2013 годах и относятся к личным обязательствам должника. ФИО1, осуществляя начиная с 2014 года совместно с ФИО3 деятельность, вытекающую из участия в уставном капитале двух юридических лиц, не мог и не должен был знать о личных обязательствах должника.

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

ФИО1 направил в суд округа ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность определения от 09.02.2019 и постановления от 25.04.2019 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО3 на основании договора передачи жилой площади в общую (совместную, долевую) собственность от 29.04.1997 № 1-4980

принадлежала 1/3 доля в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: город Ярославль, улица Свердлова, дом 31, квартира 58.

ФИО3 совместно с другими участниками долевой собственности – ФИО5 (отец должника, собственник 1/3 доли в праве) и ФИО6 (мать должника, собственник 1/3 доли в праве) заключили договор купли-продажи от 25.08.2015, согласно которому ФИО1 приобрел у указанных лиц квартиру, расположенную по адресу: <...>, по цене 2 500 000 рублей.

ФИО3 состоит в зарегистрированном браке с ФИО4, что подтверждается выпиской из записи акта о заключении брака N 1967 от 29.09.2006.

ФИО4 заключила договор купли-продажи от 18.08.2015, согласно которому продала ФИО1 квартиру, расположенную по адресу: <...>, приобретенную в период брака с должником.

Арбитражный суд Ярославской области определением от 07.07.2016 возбудил производство по делу о банкротстве должника; определением от 18.10.2016 (резолютивная часть от 17.10.2016) ввел в отношении гражданина процедуру реструктуризации долгов; решением от 15.05.2017 (резолютивная часть от 04.05.2017) признал ФИО3 несостоятельным (банкротом) и ввел процедуру реструктуризации долгов гражданина, утвердив финансовым управляющим ФИО2.

Посчитав, что договоры купли-продажи от 18.08.2015 и 25.08.2015 являются недействительными сделками, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, содержащихся в абзацах 3 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом.

В настоящем случае договоры купли-продажи заключены в период подозрительности, установленной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На момент совершения сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности, поскольку имел задолженность по денежным обязательствам и обязательным платежам, впоследствии включенную в реестр требований кредиторов должника.

Как установили суды, в квартире, расположенной по адресу: город Ярославль, улица Свердлова, дом 31, квартира 58, вплоть до февраля 2017 года (16 месяцев с момента совершения сделки) Дрыжаков М.В., его супруга, а также иные близкие родственники должника были зарегистрированы, соответственно, имели право пользования квартирой. На момент рассмотрения в суде первой инстанции фактическое пользование данной квартирой осуществляла мать должника, которая оплачивала коммунальные услуги.

Проанализировав представленные в материалы дела финансовые документы в соответствии с разъяснениями, содержащимися в третьем абзаце пункта 26 Постановления № 35, суды пришли к выводу о недоказанности факта оплаты приобретенных ФИО1 квартир с учетом привлечения должником в этот период заемных денежных средств. Суды приняли во внимание отсутствие доказательств расходования ФИО3 полученных в счет оплаты по договорам купли-продажи квартир денежных средств, в частности, отсутствия доказательств зачисления их на счета должника либо его супруги, а также иных документальных доказательств. Суды приняли во внимание, что в материалах дела не имеется доказательств расчетов должника с кредиторами после отчуждения жилых помещений.

Установив, что отчуждение квартир произведено в отсутствие доказательств встречного исполнения, что повлекло уменьшение конкурсной массы должника, при наличии у ФИО13 признаков неплатежеспособности с учетом использования одной из квартир членами семьи должника, суды пришли к верному выводу о доказанности цели причинения вреда кредиторам должника.

Кроме того, суды учли, что в спорный период ФИО3 и ФИО1 являлись участниками с долей участия 50 процентов каждый общества с ограниченной ответственностью «ТД «Техкомплект» и общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Техкомплект». ФИО1 выступа перед ФИО11 поручителем по обязательствам должника, возникшим из договора займа от 30.04.2015.

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

На основании анализа взаимоотношений ФИО3 и ФИО1 суды констатировали их фактическую аффилированность, что позволило сделать вывод об осведомленности покупателя о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделок (цели причинения вреда кредиторам должника).

С учетом установленных обстоятельств, суды первой и апелляционной инстанции правомерно признали договоры купли-продажи недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В отсутствие доказательств оплаты реализованного имущества в условиях нахождения должника в тяжелом финансовом состоянии (большего количества долгов), передачу титула собственника квартир суды расценили произведенной с целью уклонения от расчетов с кредиторами за счет данного имущества. Приняв право собственности на квартиры безвозмездно, ФИО1 не мог не знать о противоправной цели заключения спорных договоров.

Таким образом, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой

инстанции пришли к верному выводу о наличии оснований для признания договоров купли-продажи недействительными сделками, как совершенных с нарушением статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов и направлены на переоценку исследованных обстоятельств. Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права применительно к фактическим обстоятельствам, установленным судами при рассмотрении дела в первой и апелляционной инстанциях (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Окружной суд не вправе переоценивать исследованные судом доказательства и сделанные на их основе выводы.

Обжалованные судебные акты приняты при правильном применении норм права, содержащиеся в них выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом округа не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по кассационной жалобе составляет 3000 рублей и относится на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 09.02.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 25.04.2019 по делу № А82-9283/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий В.П. Прыткова

Судьи В.А. Ногтева

Е.Ю. Трубникова