Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – Кредитор) на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 по делу Арбитражного суда Республики Башкортостан № А07-17650/2018.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения соответствующей информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

ФИО1, которому со стороны суда округа предоставлена возможность дистанционного участия в процессе путем использования сервиса веб-конференции (соответствующее ходатайство удовлетворено определением от 03.10.2022, одобрено посредством административного интерфейса «Мой арбитр»), при открытии судом кассационной инстанции судебного заседания к каналу связи не подключился. Установив в судебном заседании, что средства связи суда воспроизводят видео - и аудиосигнал надлежащим образом, технические сбои и неполадки отсутствуют (что проверено сотрудником информационно-технического отдела суда), суд округа счел возможным продолжить рассмотрение дела в отсутствие
ФИО1 (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ)).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.11.2018 ФИО2 (далее – Должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан
от 14.04.2022 процедура реализации имущества ФИО2 завершена, применены положения статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002
№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении от дальнейшего исполнений требований кредиторов, за исключением требования ФИО1

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 определение суда первой инстанции в части неприменения в отношении Должника правила об освобождении от дальнейшего исполнений требований кредиторов в отношении задолженности перед ФИО1 в размере 724 133 руб. 16 коп., отменено.

В кассационной жалобе ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, определение суда первой инстанции оставить в силе. Кассатор настаивает на недобросовестности Должника, выразившейся в принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств и предоставлении при получении займа недостоверных сведений относительно условия о продаже квартиры в случае невозврата долга. По мнению заявителя, ФИО2 предпринимались меры по злостному уклонению от погашения задолженности, путем отчуждения принадлежащей ей доли в праве собственности на недвижимое имущество в пользу заинтересованного лица. ФИО1 также отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства направления полученных в заем денежных средств на приобретение Должником материальных благ либо на заслуживающие внимание и социально одобряемые цели, не связанные с материальным потреблением. Кредитор полагает, что Должником использован институт банкротства с неправомерной целью избежать обязанности оплатить взысканную задолженность. Кроме того, ФИО1 отмечает пассивное поведение ФИО2 в ходе процедуры банкротства, в том числе отсутствие Должника в судебных заседаниях, а также выражает сомнения относительно отсутствия возможности получения детальной выписки по карте Должника.

ФИО2 в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. ФИО2 указывает, что заемные денежные средства получены ею с целью передачи брату для осуществления предпринимательской деятельности, о чем кредитор обладал информацией и в заблуждение не вводился. Должник отмечает, что кредитор ФИО1 осуществляет деятельность по предоставлению физическим лицам денежных средств в заем под высокий процент, в частности, ей предоставлялись денежные средства под 120% годовых. ФИО2 указывает, что ее брат (фактический получатель заемных денежных средств) обращался к ФИО1 с целью урегулирования задолженности, путем погашения суммы основного долга (195 000 руб.) и части процентов, от чего Кредитор отказался.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд округа оснований для его отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО1 является конкурсным кредитором Должника, его требование в сумме 747 014 руб. 50 коп., из которых: 195 000 руб. – сумма основного долга, проистекающее из договора займа от 03.10.2014 о предоставлении ФИО2 займа на сумму 195 000 руб. под 120% годовых, включено в реестр требований кредиторов Должника определением от 15.01.2019.

Общий размер требований, включенных в реестр, составил 804 883 руб. 16 коп., конкурсная масса сформирована в размере 61 298 руб. 59 коп.

Задолженность перед конкурсными кредиторами погашена частично на сумму 24 546 руб. 45 руб., из них: ФИО1 погашено 22 881, 34 руб., публичному акционерному обществу «Сбербанк России» - 1 665 руб. 11 коп.

Управляющим проведен анализ финансового состояния Должника, составлено заключение об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства; сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено.

Ходатайствуя о завершении процедуры банкротства Должника, финансовый управляющий выразила суждение о возможности освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

В свою очередь, кредитор ФИО1 возразил против применения в отношении Должника правил об освобождении от обязательств, указал на вступление ФИО2 в заемные правоотношения без цели исполнения долговых обязательств, а также в условиях сообщения недостоверных сведений путем указания на возможность реализации квартиры в счет погашения долга, возможность реализации которой отсутствовала.

Должник в своих возражениях привела доводы аналогичные доводам, приведенным в отзыве на кассационную жалобу, в частности, указала, что взяла у ФИО1 денежные средства в заем для своего брата, являющегося предпринимателем, для преодоления сложившегося в 2014 году кризиса, данной цели от Кредитора не скрывала, все деньги сразу же отправила брату, при этом полагала, что последний сможет своевременно расплатиться по этому долгу, оформление на отца доли в праве собственности на квартиру произведено по его инициативе после того, как Кредитор начал требовать от нее возврата долга и продажи квартиры, при том, что эта квартира являлась для нее и ее детей единственным жильем.

Завершая процедуру банкротства, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», и исходил из того, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении Должника финансовым управляющим выполнены, возможности дальнейшего пополнения конкурсной массы исчерпаны.

В данной части судебный акт не обжалован.

Отказывая в освобождении ФИО2 от исполнения обязательств перед ФИО1 в размере 724 133 руб. 16 коп., суд исходил из того, что при вступлении в заемные правоотношения с Кредитором Должником составлена расписка с условием о продаже квартиры в случае невозврата долга, между тем, Должнику наряду с ее несовершеннолетними детьми принадлежала доля в праве собственности на квартиру, следовательно, распоряжение квартирой было невозможно, таким образом, Должником приняты на себя обязательства, исполнить которые она заведомо не могла; заемные денежные средства направлены Должником на финансирование предпринимательской деятельности иного гражданина – брата, доказательств направления полученных средств на улучшение своего материального состояния, вложение в развитие своей приносящей доход деятельности, приобретение материальных благ, за счет которых кредиторы могли бы получить удовлетворение, либо на заслуживающие внимание и социально одобряемые цели не связанные с материальным потреблением, не представлено; суд счел, что механизм банкротства использован Должником не для освобождения от непомерной задолженности, а как способ неправомерного избежания обязанности оплатить задолженность.

Отменяя определение суда первой инстанции в указанной части, суд апелляционной инстанции исходил из того, что приведенные Кредитором доводы не могут являться достаточным основанием для отказа в применении к должнику положений пункт 3 статьи 213.38 Закона о банкротстве, поскольку заведомая недобросовестность Должника не установлена, сам по себе факт невозможности оплачивать кредиторскую задолженность, вызванный объективным ухудшением материального состояния, не может считаться незаконным и являющимся основанием для не освобождения гражданина от обязательств; как следует из справок 2-НДФЛ, ФИО2 работала, однако после вычета прожиточного минимума на нее и ее детей, денежных средств для погашения займа не оставалось.

Рассмотрев кассационную жалобу Кредитора, изучив материалы дела о банкротстве, суд кассационной жалобы полагает, что апелляционным судом при рассмотрении вопроса о применении/неприменении к Должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов исследованы и оценены все приведенные Кредитором и Должником доводы и доказательства, установлены все существенные для правильного рассмотрения данного вопроса обстоятельства, нормы законодательства о банкротстве применены правильно, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Так, по общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

В рассматриваемом случае, анализ финансового состояния должника ФИО2 признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, совершения ею подозрительных сделок не выявил, фактов отказа от сотрудничества с финансовым управляющим, сообщения недостоверных сведений, сокрытия Должником принадлежащего ей имущества и доходов, принятии ею иных мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

Веских доказательств противоправности поведения ФИО2 Должника при принятии на себя обязательств либо злостного уклонения от погашения обязательств перед ФИО1, апелляционной коллегией также не усмотрено. Так, из пояснений Кредитора следует, что он был осведомлен о цели получений ФИО2 заемных средств – для помощи брату в его предпринимательской деятельности, ознакомлен с выпиской из ЕГРН в отношении квартиры; договор залога сторонами оформлен не был. Оснований полагать, что при возникновении заемного обязательства Должница действовала незаконно, предоставила Кредитору заведомо ложные сведения, совершила мошенничество, суд апелляционной инстанции не усмотрел; судом установлено, что согласно представленным в материалы дела справка 2-НДФЛ в отношении Должника последняя все время была трудоустроена, однако ее заработок не был значительным, после вычета прожиточного минимума на нее и двух несовершеннолетних детей, денежных средств для погашения кредиторских обязательств не оставалось, доказательств, свидетельствовавших о том, что ФИО2 скрывала свои имущество и доходы от кредиторов, в том числе, имея долги, вела роскошный образ жизни, не представлено. Судом также учтено, что квартира, в отношении которой у Должника имелась доля в праве собственности, являлась единственным пригодным для проживания Должника и членов ее семьи жилым помещением, в котором, в том числе на момент отчуждения указанной доли отцу, совместно проживали Должник и ее дети. Иных жилых помещений у Должника Управляющим не выявлено.

С учетом изложенного, в отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения ФИО2 и исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суд апелляционной инстанции посчитал в данном случае должника подлежащей освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами в силу положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Доводы ФИО1 о недобросовестности Должника, принятии ею на себя заемных обязательств без намерения их исполнения, приведенные в кассационной жалобе, судом округа рассмотрены и отклоняются, поскольку касаются фактических обстоятельств, приводимых при рассмотрении спора по существу, исследованных и оцененных апелляционным судом. Суд округа полагает, что содержание кассационной жалобы не свидетельствует о нарушении апелляционным судом норм права, регулирующих спорные правоотношения, в частности о неправильном применении положений пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по сути, доводы Кассатора выражают несогласие его несогласие с выводами апелляционного суда о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не выявлено, обжалуемое ФИО1 постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 является законным и обоснованным и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежит.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 АПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2022 по делу Арбитражного суда Республики Башкортостан
№ А07-17650/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Шершон

Судьи О.Н. Пирская

В.Ю. Калугин