Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу гражданина ФИО1 (Москва) на решение Суда по интеллектуальным правам от 24.02.016 по делу № СИП-597/2015 (судьи Тарасов Н.Н., Булгаков Д.А., Лапшина И.В.)

по заявлению гражданина ФИО1 о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>) от 01.10.2015, которым патент на изобретение «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» по свидетельству Российской Федерации № 2488765 признан недействительным полностью.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Специальное конструкторское бюро средств гражданской обороны» (ш. Боровское, <...>, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие:

гражданин ФИО1 (паспорт);

представитель Федеральной службы по интеллектуальной
собственности – ФИО2 (по доверенности от 11.08.2015
№ 01/32-527/41);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Специальное конструкторское бюро средств гражданской обороны» – ФИО3 (по доверенности от 01.11.2015).

Президиум Суда по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

гражданин ФИО1 обратился в Суд по интеллектуальным правам с заявлением о признании недействительным решения Федеральной службы по интеллектуальной собственности (Роспатента) от 01.10.2015, которым патент на изобретение «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» по свидетельству Российской Федерации № 2488765 признан недействительным полностью.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 27.11.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Специальное конструкторское бюро средств гражданской обороны» (далее – общество «СКБ СГО», общество).

Решением Суда по интеллектуальным правам от 24.02.2016 заявленные требования оставлены без удовлетворения.

В кассационной жалобе, поданной в президиум Суда по интеллектуальным правам, ФИО1, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит отменить решение суда от 24.02.2016 и принять новый судебный акт, которым при отсутствии изобретательского уровня признать частично недействительным решение Роспатента от 01.10.2015 и обязать Роспатент обеспечить выполнение прав патентообладателя, закрепленных пунктом 3 статьи 1398 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее –
ГК РФ), а при наличии изобретательского уровня принять новое решение о признании недействительным решения Роспатента от 01.10.2015.

Одновременно ФИО1 просит рассмотреть заключение специалиста от 18.03.2016, которое, по его мнению, должно подтвердить правомерность заявленного им требования.

ФИО1 также просит провести независимую квалифицированную патентно-техническую экспертизу в отношении оспариваемого решения административного органа, заявления и отзыва на него, а также обжалуемого решения суда.

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель указывает на то, что суд не учел, что в связи с тем, что обжалуемое решение Роспатента содержит отрицание положительного заключения о соответствии оспариваемого патента условию патентоспособности «промышленная применимость», он направил в Роспатент заявление о преобразовании патента на изобретение в патент на полезную модель. ФИО1, указывая на положения пунктов 10.7.2, 10.7.4.2 10.7.4.3 Административного регламента исполнения Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам государственной функции по организации приема заявок на изобретение и их рассмотрения, экспертизы и выдачи в установленном порядке патентов Российской Федерации на изобретение, утвержденного приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 29.10.2008 № 327 (далее – Регламент ИЗ), и заключение специалиста от 18.03.2016, считает ошибочным вывод Роспатента о том, что названный в пунктах 1 и 2 формулы изобретения по спорному патенту признак «малосминаемый материал» не находится в причинно-следственной связи с техническим результатом изобретения.

По мнению заявителя кассационной жалобы, административным органом не рассмотрено его ходатайство от 18.03.2016 об изменении формулы патента на изобретение «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» по свидетельству Российской Федерации № 2488765, тем самым нарушены его права, закрепленные в пункте 3 статьи 1398 ГК РФ, пункте 4.9 Правил подачи возражений и заявлений и их рассмотрения в Палате по патентным спорам, утвержденных приказом Российского агентства по патентам и товарным знакам от 22.04.2003 № 56 (далее – Правила № 56).

Кроме того, ФИО1 указывает на нарушение Роспатентом процедуры рассмотрения административного дела об отражении в протоколе юридически значимых действий.

Заявитель жалобы также усматривает нарушение судом первой инстанции требований части 4 статьи 82 и статьи 155 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на кассационную жалобу общество «СКБ СГО» просит оспариваемый судебный акт оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании президиума Суда по интеллектуальным правам ФИО1, настаивая на ранее указанных ходатайствах, доводы, изложенные в кассационной жалобе, поддержал.

Представитель Роспатента, считая оспариваемый судебный акт законным и обоснованным, в удовлетворении кассационной жалобы просил отказать.

В свою очередь, представитель общества «СКБ СГО», поддержав правовые основания, изложенные как в решении суда первой инстанции, так и в своем отзыве на кассационную жалобу, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным в отличие от притязаний ФИО1, заявленных без учета компетенции президиума Суда по интеллектуальным правам.

Президиум Суда по интеллектуальным правам возвращает приложенные к кассационной жалобе дополнительные доказательства (письмо в Роспатент о преобразовании изобретения в полезную модель, заключение специалиста от 18.03.2016), поскольку в силу части 2 статьи 284, части 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции не наделен правом принимать и исследовать дополнительные доказательства по делу.

Заявленные ФИО1 ходатайства о назначении экспертизы и о привлечении специалиста не могут быть удовлетворены президиумом Суда по интеллектуальным правам.

Согласно части 1 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд кассационной инстанции рассматривает дело по правилам рассмотрения дела арбитражным судом первой инстанции, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными в главе 35 этого Кодекса.

Правила, установленные данным Кодексом только для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, не применяются при рассмотрении дела в арбитражном суде кассационной инстанции, если иное не предусмотрено в указанной главе (часть 2 статьи 284 названного Кодекса).

Таким образом, назначение экспертизы на стадии кассационного рассмотрения дела не допускается.

В соответствии с частью 1 статьи 871 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения профессионального мнения лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора, арбитражный суд может привлекать специалиста.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2012 № 59 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с принятием Федерального закона от 08.12.2011
№ 422-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с созданием в системе арбитражных судов Суда по интеллектуальным правам» разъяснено, что согласно положениям части 2 статьи 551, части 1 статьи 871 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации специалист может быть привлечен в процесс только по инициативе арбитражного суда. При этом арбитражный суд может учитывать мнение лиц, участвующих в деле.

Таким образом, привлечение к участию в деле специалиста не является обязанностью суда. Вопрос о необходимости его участия в деле разрешается судом в каждом конкретном случае с учетом фактических обстоятельств дела и представленных доказательств.

В случае если суд придет к выводу, что дело может быть рассмотрено без участия в деле лица, обладающего специальными техническими знаниями, специалист не привлекается.

В настоящем деле президиум Суда по интеллектуальным правам не усматривает необходимости получения консультации специалиста.

Законность обжалуемого судебного акта проверена президиумом Суда по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены судебного акта, установленных частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, патент на изобретение «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» по свидетельству Российской Федерации № 2488765 выдан по заявке № 2012101370/11 с приоритетом от 16.01.2012.

Автором и патентообладателем спорного патента являлся ФИО1; патент действовал со следующей формулой:

«1. Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека, содержащая каркас, установленную на нем наружную защиту, при пробитии пулей которой образуется большая площадь разлета осколков и рикошет пули от стены, противоположной пробитию, и внутреннюю защиту, закрепленную на каркасе посредством шнура, продетого через люверсы на защите и скобы на каркасе, отличающаяся тем, что в качестве внутренней защиты используется композиция из листов малосминаемого и листов энергопоглощающего материалов, при этом в качестве энергопоглощающего применяется сверхвысокомолекулярный полиэтилен, кевлар, стеклотекстолит и другие материалы с высокой ударной прочностью.

2. Антирикошетная и антиосколочная защита по п. 1, отличающаяся тем, что малосминаемый и энергопоглощающий материалы крепятся между собой клеевым способом, люверсами, высокопрочными нитками.

3. Антирикошетная и антиосколочная защита по п. 1, отличающаяся тем, что внутренняя защита крепится к наружной клеевым способом.

4. Антирикошетная и антиосколочная защита по п. 1, отличающаяся тем, что внутренняя защита крепится к каркасу болтами, шнуром, ремнем, ответные части которых, а именно бонки крепежных болтов, скобы шнура и ремней крепятся к каркасу электрогазосваркой или клеевым способом.

5. Антирикошетная и антиосколочная защита по п. 1, отличающаяся тем, что внутренняя защита крепится посредством крючков, которые вставляются в отверстия, выполненные в каркасе».

В Роспатент поступило возражение общества «СКБ СГО» против выдачи спорного патента, мотивированное несоответствием запатентованного изобретения условиям патентоспособности «промышленная применимость» и «изобретательский уровень».

Решением Роспатента от 01.10.2015 возражение общества было удовлетворено частично, патент на изобретение «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» по свидетельству Российской Федерации № 2488765 признан недействительным полностью ввиду несоответствия условию патентоспособности «изобретательский уровень».

ФИО1, ссылаясь на незаконность решения Роспатента
от 01.10.2015 в части удовлетворения заявленного возражения, на нарушение его прав и законных интересов, обратился в Суд по интеллектуальным правам с настоящим заявлением.

Дело рассматривалось судом первой инстанции по правилам
главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей проверку полномочий органа, принявшего оспариваемый ненормативный правовой акт, и соответствия оспариваемого акта требованиям законодательства.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, согласился с выводом административного органа о том, что в приведенных в возражении источниках раскрыты все отличительные признаки спорного изобретения, а также известно влияние указанных признаков на достигаемый ими технический результат, ввиду чего спорное изобретение не соответствует условию патентоспособности «изобретательский уровень».

Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, рассмотрев доводы, содержащиеся в кассационной жалобе и отзыве на нее, выслушав мнения ФИО1 и представителей Роспатента и общества, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального права и норм процессуального права, а также соответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам и установленным фактическим обстоятельствам, пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Основанием для принятия решения суда о признании ненормативного правового акта недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием (статья 13 ГК РФ, пункт 6 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с правовой позицией, разъясненной в пункте 2.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении возражений против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров суды определяют основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, исходя из законодательства, действовавшего на момент подачи заявки на выдачу патента, заявки на товарный знак, заявки на наименование места происхождения товаров. Вместе с тем подлежит применению порядок рассмотрения соответствующих возражений, действующий на момент обращения за признанием недействительными патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров.

Как обоснованно установлено судом первой инстанции, с учетом даты подачи заявки № 2012101370/11 (16.01.2012) административный орган правомерно пришел к выводу, что применимым законодательством для оценки спорного изобретения является ГК РФ, Регламент ИЗ.

Пунктом 1 статьи 1350 ГК РФ установлено, что изобретению предоставляется правовая охрана, если оно является новым, имеет изобретательский уровень и промышленно применимо.

Пунктом 2 статьи 1354 ГК РФ для толкования формулы изобретения могут использоваться описание и чертежи.

Согласно пункту 10.7.4.2 Регламента ИЗ в качестве аналога изобретения указывается средство того же назначения, известное из сведений, ставших общедоступными до даты приоритета изобретения.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 10.7.4.3 Регламента ИЗ сущность изобретения как технического решения выражается в совокупности существенных признаков, достаточной для достижения обеспечиваемого изобретением технического результата. Признаки относятся к существенным, если они влияют на возможность получения технического результата, т.е. находятся в причинно-следственной связи с указанным результатом.

Подпунктом 2 пункта 24.5 Регламента ИЗ установлено, что в том случае, когда в предложенной заявителем формуле содержится признак, выраженный альтернативными понятиями, проверка патентоспособности проводится в отношении каждой совокупности признаков, включающей одно из таких понятий.

Согласно подпункту 2 пункта 24.5.1 Регламента ИЗ при установлении возможности использования изобретения в промышленности, сельском хозяйстве, здравоохранении и других отраслях деятельности проверяется, указано ли назначение изобретения в описании, содержавшемся в заявке на дату подачи (если на эту дату заявка содержала формулу изобретения, то в описании или формуле изобретения). Кроме того, проверяется, приведены ли в указанных документах и чертежах, содержащихся в заявке на дату подачи, средства и методы, с помощью которых возможно осуществление изобретения в том виде, как оно охарактеризовано в каждом из пунктов формулы изобретения. При отсутствии таких сведений в указанных документах допустимо, чтобы упомянутые средства и методы были описаны в источнике, ставшем общедоступным до даты приоритета изобретения. Кроме того, следует убедиться в том, что в случае осуществления изобретения по любому из пунктов формулы действительно возможна реализация указанного заявителем назначения.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 24.5.1 Регламента ИЗ, если установлено, что соблюдены все указанные требования, изобретение признается соответствующим условию промышленной применимости. При несоблюдении хотя бы одного из указанных требований делается вывод о несоответствии изобретения условию промышленной применимости.

Согласно подпункту 1 пункта 24.5.3 Регламента ИЗ изобретение явным образом следует из уровня техники, если оно может быть признано созданным путем объединения, изменения или совместного использования сведений, содержащихся в уровне техники, и/или общих знаний специалиста.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 24.5.3 Регламента ИЗ проверка изобретательского уровня может быть выполнена по следующей схеме: определение наиболее близкого аналога; выявление признаков, которыми заявленное изобретение, охарактеризованное в независимом пункте формулы, отличается от наиболее близкого аналога (отличительных признаков); при наличии признаков, характеризующих иное решение, не считающееся изобретением, эти признаки не принимаются во внимание как не относящиеся к заявленному изобретению; выявление из уровня техники решений, имеющих признаки, совпадающие с отличительными признаками рассматриваемого изобретения; анализ уровня техники с целью подтверждения известности влияния признаков, совпадающих с отличительными признаками заявленного изобретения, на указанный заявителем технический результат.

Согласно подпункту 7 пункта 24.5.3 Регламента ИЗ в случае наличия в формуле изобретения признаков, в отношении которых заявителем не определен технический результат, или в случае, когда установлено, что указанный им технический результат не достигается, подтверждения известности влияния таких отличительных признаков на технический результат не требуется.

Изобретению по оспариваемому патенту предоставлена правовая охрана в объеме совокупности признаков, содержащихся в приведенной выше формуле.

Общество, обращаясь в административный орган об оспаривании правовой охраны изобретения «Антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека» в том числе со ссылкой на отсутствие условия патентоспособности «изобретательский уровень», представило такие источники информации, как патент Российской Федерации № 2295464 на изобретение, опубликованный 20.03.2007, указанный в качестве ближайшего аналога; патентный документ № UA 38987 U, опубликованный 26.01.2009; патент Российской Федерации № 2085095 на изобретение, опубликованный 27.07.1997; патент Российской Федерации № 106350 на полезную модель, опубликованный 10.07.2011; патент Российской Федерации № 2260766 на изобретение, опубликованный 20.09.2005; патент Российской Федерации № 88787 на полезную модель, опубликованный 20.11.2009; Большой иллюстрированный словарь иностранных слов. М.: ООО «Издательство АСТ», ООО «Издательство Астрель», ООО «Русские словари», 2002, с. 448; интернет-распечатка с сайта «Википедия».

Данные источники суд первой инстанции оценил, исходя из предмета заявленных требований и вышеизложенных положений, в рамках своих полномочий на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов участвующих в деле лиц.

При этом судом первой инстанции установлено, что назначение изобретения по оспариваемому патенту отражено в родовом понятии независимого пункта 1 формулы данного патента – «антирикошетная и антиосколочная защита обитаемого или грузового отсека».

В упомянутом пункте 1 формулы изобретения по оспариваемому патенту содержатся следующие признаки: «в качестве внутренней защиты используется композиция из листов малосминаемого и листов энергопоглощающего материалов, при этом в качестве энергопоглощающего применяется сверхвысокомолекулярный полиэтилен, кевлар, стеклотекстолит и другие материалы с высокой ударной прочностью».

При анализе смыслового содержания процитированных признаков Роспатент пришел к выводу о том, что перечисление ряда материалов, которые могут быть использованы в качестве энергопоглощающего материала, свидетельствует о том, что эти признаки являются альтернативными, в силу чего отклонил возражения лица, подавшего возражение против выдачи спорного патента, о несоответствии этого патента условию патентоспособности «промышленная применимость».

В этой части решение Роспатента от 01.10.2015 лицами, участвующими в деле, не оспаривалось.

Доводы заявителя кассационной жалобы об ошибочности вывода суда первой инстанции о том, что указанный в пунктах 1 и 2 формулы изобретения по спорному патенту признак «малосминаемый материал» не находится в причинно-следственной связи с техническим результатом изобретения», а признаки изобретения по спорному патенту известны из противопоставленных источников информации – патента Российской Федерации № 2295464 на изобретение, патента Российской Федерации № 88787 на полезную модель и патентного документа № UA 38987 U, поскольку описанные в противопоставленных источниках информации устройства отличаются по конструкции и способам достижения технического результата от изобретения по спорному патенту, отклоняются судом кассационной инстанции.

В соответствии с описанием к патенту Российской Федерации
№ 2488765 техническим результатом изобретения является качественно новый уровень снижения запреградного ущерба, задержание большей части осколков и гарантированное предотвращение рикошета пули от внутренних стенок отсека за счет совместного использования наружной защиты, малосминаемого и энергопоглощающего материалов.

Между тем Роспатентом при рассмотрении возражения и судом первой инстанции при проверке законности оспариваемого решения Роспатента было обоснованно установлено, что в описании к ближайшему аналогу – в патенте Российской Федерации № 2295464 также указано, что техническим результатом изобретения является повышение надежности защиты за счет предотвращения рикошета от внутренних стенок обитаемого модуля с целью минимизации нанесенного ущерба, легкая броня защищает внутреннее пространство от осколков брони и гасит энергетику пули. Так как площадь контакта пули с элементом 3 легкой брони в этом случае значительно увеличивается, то пуля не проходит в защищаемое пространство второй раз (стр. 3, строки 19–21, стр. 4, строки 34–42).

При этом работа обоих устройств при пробитии наружной защиты пулей аналогична. Так, в описании к спорному патенту указано, что антирикошетная и антиосколочная защита 6 защищает внутреннее пространство от осколков брони и гасит энергетику пули, которая, пролетая через внутреннее защищаемое пространство, попадает в элемент внутренней защиты на противоположной стенке отсека. При этом пуля, потеряв энергию при пробитии наружной защиты, теряет ее в результате многократного проникновения через антирикошетную и антиосколочную защиту 6, рикошетирует от противоположного борта и попадает в антирикошетную и антиосколочную защиту 6 в третий раз, но уже не острием. В этом случае площадь контакта пули с антирикошетной и антиосколочной защитой 6 значительно увеличивается, и пуля не проходит в защищаемое пространство (стр. 4, строки 3–13).

Вместе с тем в описании к патенту Российской
Федерации № 2295464 отмечено, что легкая броня защищает внутреннее пространство от осколков брони и гасит энергетику пули, которая затем, пролетая через внутреннее защищаемое пространство, попадает
в элемент 3 внутренней защиты на противоположной стенке транспортного средства. При этом пуля в случае, если все-таки его пробьет, попадает по внутренней поверхности наружного броневого листа 2, окончательно теряя энергетику, либо рикошетирует от него, перемещаясь в направлении элемента 3, но уже не острием. Так как площадь контакта пули с элементом 3 легкой брони в этом случае значительно увеличивается, то пуля не проходит в защищаемое пространство второй раз (стр. 4 описания, строки 34–41).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно признал обоснованным вывод Роспатента о том, что приведенные в описании к ближайшему аналогу сведения указывают на то, что устройство по этому патентному документу обеспечивает тот же технический результат, как и в изобретении по спорному патенту, заключающийся в задержании осколков и предотвращении рикошета пули, характеризующий снижение запреградного ущерба. При этом указанный технический результат изобретения по патенту Российской Федерации № 2488765 достигается признаками устройства по патенту Российской Федерации № 2295464.

Также отклоняется довод, изложенный в кассационной жалобе, о том, что признак «малосминаемый материал» находится в причинно-следственной связи с указанным в описании к патенту Российской Федерации № 2488765 техническим результатом в связи со следующим.

В описании к спорному патенту отмечено, что применение малосминаемого материала, который обеспечивает гарантированное сохранение дистанции между наружной защитой и предлагаемой внутренней защитой, кратно увеличивает ее возможности, малосминаемый материал 8 представляет из себя материал с малой плотностью и предназначен для обеспечения необходимого пространства между наружной защитой 1, защитой 6, с одной стороны, для увеличения площади задержания энергопоглощающим материалом защиты 6 осколков при пробитии стены отсека 1, с другой стороны, для разворота пули и увеличения площади ее соприкосновения с энергопоглощающим материалом 9. То есть наличие малосминаемого материала обусловлено необходимостью создания некоторого пространства между наружной защитой и внутренней защитой. Именно обеспечение зазора между внутренней и наружной защитой позволяет достичь устройству по оспариваемому патенту указанного выше технического результата.

Однако в техническом решении по патенту Российской
Федерации № 2295464 внутренняя защита также расположена на некотором расстоянии от внешней защиты. В описании к этому патенту отмечено, что гибкую броню укладывают в виде отдельных элементов (экранов) на расстоянии от наружного слоя, на расстоянии от слоя из броневых листов (2) расположен слой внутренней защиты, выполненный из отдельных элементов (экранов) (3) гибкой брони (стр. 3, строки 28–30, стр. 4, строки 11–13).

При этом работа устройств по патенту Российской Федерации № 2488765 и патенту Российской Федерации № 2295464 при пробитии наружной защиты пулей аналогична.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно установил, что признак независимого пункта 1 формулы изобретения по патенту Российской Федерации № 2488765, касающийся наличия в композиции внутренней защиты листа из малосминаемого материала, не находится в причинно-следственной связи с указанным выше техническим результатом, то есть не является существенным. В этой связи подтверждения влияния указанного признака на технический результат изобретения в соответствии с подпунктом 7 пункта 24.5.3 Регламента ИЗ не требуется.

Довод заявителя о нарушении Роспатентом положений пункта 3 статьи 1398 ГК РФ и абзаца первого пункта 4.9 Правил № 56 права ФИО1 на преобразование патента на изобретение в патент на полезную модель, был рассмотрен судом первой инстанции и правомерно отклонен, так как с таким заявлением ФИО1 в Роспатент до вынесения оспариваемого решения не обращался. Как указывает сам заявитель, с таким заявлением он обратился только после вынесения обжалуемого решения – 18.03.2016. Вместе с тем по смыслу пункта 3 статьи 1398 ГК РФ с заявлением о преобразовании патента на изобретение в патент на полезную модель заявитель может обратиться в период оспаривания патента в административном порядке.

Доводы ФИО1 о процессуальных нарушениях при рассмотрении настоящего дела не нашли своего подтверждения.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства ФИО1 основания своих требований уточнил, пояснив, что не располагает доказательствами нарушения Роспатентом процедуры рассмотрения возражения в палате по патентным спорам, от этих оснований отказался, о чем сделана отметка в протоколе судебного заседания. Суд первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в соответствии с указанным заявлением признал не подлежащими дальнейшему рассмотрению такие доводы заявителя о нарушении Роспатентом регламента рассмотрения возражения против спорного патента, как обоснованные требования о порядке изложения примеров осуществления элемента изобретения, отказ председателя палаты по патентным спорам разъяснять свою позицию в ходе обсуждения, отсутствие в протоколе палаты по патентным спорам причин признания патента недействительным (при более чем 20 противоречивых мнениях сторон), неознакомление представителя федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральный институт промышленной собственности» с отзывом патентообладателя, прием-передача
СМС-сообщений представителей данного учреждения и общества, предвзятое отношение к патентообладателю.

Вопреки доводу заявителя кассационной жалобы, заключение специалиста на решение Роспатента было приобщено к материалам
дела (т. 3, л. д., 118–130).

Из материалов дела следует, что ФИО1 не подавались замечания на протокол судебного заседания.

Президиум Суда по интеллектуальным правам также отмечает, что фактически доводы ФИО1 основаны на субъективном изложении обстоятельств дела, что не может являться достаточным основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Иные доводы, содержащиеся в кассационной жалобе, направлены на переоценку доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем судом кассационной инстанции отклоняются как не основанные на материалах дела и нормах закона.

Президиум Суда по интеллектуальным правам полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могут являться основанием для отмены судебных актов, не установлено.

Таким образом, обжалуемый судебный акт является законным, обоснованным и отмене не подлежит. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Суда по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Суда по интеллектуальным правам от 24.02.2016 по делу
№ СИП-597/2015 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

Л.А. Новоселова

Члены президиума

Г.Ю. Данилов

В.А. Корнеев

С.М. Уколов

В.А. Химичев

С.П. Рогожин