Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании, проводимом в порядке статьи 153¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Мотовилихинского районного суда города Перми (судья Симонова Н.Б.), кассационную жалобу ФИО1 (г. Пермь) и общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» (ул. Светлогорская, д. 11, оф. 6, <...>, ОГРН <***>) на решение Суда по интеллектуальным правам от 27.10.2020 по делу № СИП?779/2019

по исковому заявлению ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» к ФИО2 (Пермский край), ФИО3 (Пермский край), обществу с ограниченной ответственностью «Промрубеж» (ул. Автозаводская, д. 9А, оф. 17, <...>, ОГРН <***>) о признании патентов Российской Федерации № 142109, № 178797, № 176458 на полезные модели недействительными в части указания авторов и патентообладателей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>), федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральный институт промышленной собственности» (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 121059, ОГРН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО4 (Московская обл., ОГРНИП <***>).

В судебном заседании приняли участие:

ФИО1 лично;

представитель общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» – ФИО5 (по доверенности от 14.09.2020 № 12);

представитель общества с ограниченной ответственностью «Промрубеж» – ФИО6 (по доверенности от 12.08.2020 № 04);

ФИО2 лично;

представитель ФИО2 – ФИО6 (по доверенности от 05.08.2019);

представитель ФИО3 – ФИО6 (по доверенности от 13.11.2019);

представитель ФИО4 – ФИО6 (по доверенности от 03.12.2020)

Президиум Суда по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и общество с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» (далее – общество «ПермЭнергоМаш») обратились в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к ФИО2, ФИО3, обществу с ограниченной ответственностью «Промрубеж» (далее – общество «Промрубеж») с требованиями:

«1. Признать заявку на полезную модель 142109 от 19.05.2014
и патент № 142109 на полезную модель «Дорожный блокиратор» недействительным в части указания в нем автором ФИО7.

2. Признать ФИО1 автором заявки, автором и патентообладателем полезной модели по патенту № 142109
от 19.05.2014.

3. Признать заявку на полезную модель 178797 и патент № 178797
от 20.04.2018 на полезную модель «Противотаранный дорожный блокиратор» недействительным в части указания в нем автором ФИО8.

4. Признать ФИО1 автором заявки, автором и патентообладателем полезной модели по патенту № 178797
от 20.04.2018.

5. Признать заявку на полезную модель 176458 патент № 176458
от 19.01.2018 на полезную модель «Противотаранный дорожный блокиратор» недействительным в части указания в нем автором ФИО3.

6. Признать ФИО1 автором заявки, автором и патентообладателем полезной модели по патенту № 176458
от 19.01.2018.

7. Обязать Роспатент выдать новые патенты на полезные модели
по оспариваемым патентам с указанием в качестве автора ФИО1, патентообладателем ООО «ПермЭнергоМаш» (ИНН <***>).

8. Признать товары произведенные ООО «Промрубеж»
и ФИО8, контрафактными.».

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьих лиц,
не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по интеллектуальной собственности (Роспатент), Федеральное государственное бюджетное учреждение «Федеральный институт промышленной собственности» (далее – ФИПС), ФИО4.

В ходе рассмотрения дела истцы неоднократно уточняли заявленные требования (том 6, листы дела 40-41; том 6, листы дела 110-114; том 9, листы дела 1-8), в последней из указанных редакций изложили их следующим образом:

«1. Признать патент РФ № 142109 на ПМ «Дорожный Блокиратор», в котором используется технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором и патентообладателем Ответчика ФИО8 и неуказания автором Истца ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

2. Признать патент РФ № 176458 на ПМ «Дорожный блокиратор», в которых используются технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным электрическим приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором ФИО3 и патентообладателем ФИО8 и неуказания автором ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

3. Признать патент № 178797 на ПМ «Дорожный Блокиратор», в котором используются технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным электрическим приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором и патентообладателем Ответчика ФИО8 и неуказания автором Истца ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

4. Признать патент РВ № 2672277 на изобретение «Дорожный Блокиратор», в которых используются технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным электрическим приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором и патентообладателем Ответчика ФИО8 и неуказания автором Истца ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

5. Признать заключенные Ответчиком (ООО «Промрубеж») договоры поставки электромеханических противотаранных устройств «Дорожных Блокираторов», изготовленных с 21.07.2017 г. по 17.07.2019 г. по патентам РФ на ПМ № 142109, № 178797, на изобретение № 2672277 – ничтожными.».

Суд первой инстанции рассмотрел заявленное ходатайство в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определением от 02.07.2020 принял к рассмотрению первое, второе и третье требования, изложенные в приведенной редакции:

«1. Признать патент РФ № 142109 на ПМ «Дорожный Блокиратор», в котором используется технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным электрическим приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором и патентообладателем Ответчика ФИО8 и неуказания автором Истца ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

2. Признать патент РФ № 176458 на ПМ «Дорожный блокиратор», в которых используются технические решения и средство индивидуализации «Дорожный Блокиратор» со встроенным линейным электрическим приводом принадлежащие Истцам, недействительными в части указания автором ФИО3 и патентообладателем ФИО8 и неуказания автором Истца ФИО1 и патентообладателем Истца ООО «ПЭМ».

Четвертое и пятое требования уточненного искового заявления суд расценил как новые требования (имеющие самостоятельный предмет и основание), которые не могут быть приняты в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Впоследствии истцы в очередной раз уточнили заявленные требования, сформулировав их следующим образом:

«1. Признать патенты Российской Федерации на Полезные Модели ПМ 142109, ПМ 178797, патент на изобретение 2672277 недействительными частично, в части указания автором и патентообладателем ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. неуказания автором ФИО1 и патентообладателем ООО «ПЭМ».

2. Признать патент Российской Федерации на Полезную Модель ПМ № 176458 недействительными частично, в части указания автором и патентообладателем ФИО3, и не указания автором ФИО1 и патентообладателем ООО «ПЭМ».

3. Обязать Федеральную службу по интеллектуальной собственности выдать новые патенты с указанием автором ФИО1 и патентообладателем ООО «ПермЭнергоМаш» по заявкам

1) ПМ № 2014108399/03, 04.03.2014

2) ПМ № 2017141387, 28.11.2017г.

3) ПМ №2017135039 от 04.10.2017г.

4) Изобретение № 2017141386, 28.11.2017г.

4. Признать неправомерным использование средства индивидуализации «Дорожный Блокиратор» ФИО9, ФИО3,

ООО «Промрубеж».».

В судебном заседании 20.10.2020 суд первой инстанции отказал в принятии указанных уточненных требований, указав, что требования истцов о признании патентов Российской Федерации № 142109, № 176458 и № 178797 недействительными в части указания автором и патентообладателем ФИО8 и неуказания автором ФИО1 и патентообладателем общества «ПермЭнергоМаш» уже являются предметом рассмотрения настоящего дела.

Требования, сформулированные в пунктах третьем и четвертом уточненных требований, суд первой инстанции признал новыми, имеющими самостоятельный предмет и основания, и не подлежащими принятию в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Суда по интеллектуальным правам от 27.10.2020 в удовлетворении исковых требований отказано.

В кассационной жалобе, поданной в президиум Суда по интеллектуальным правам, ФИО10 и общество «ПермЭнергоМаш» просят отменить решение суда первой инстанции и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, а также на неправильное применение судом первой инстанции норм материального права.

От ФИО10 30.01.2021 и 04.02.2021 поступили письменные пояснения по доводам кассационной жалобы.

От общества «ПермЭнэргоМаш» 08.02.2021 поступили дополнения к кассационной жалобе.

Кроме того, 08.02.2021 от общества «ПермЭнергоМаш» поступило ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетелей ФИО11 и ФИО12.

До судебного заседания от общества «Промрубеж» поступил отзыв на кассационную жалобу и на дополнения к ней, в котором оно возражало против удовлетворения жалобы, считая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

От Роспатента поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

В судебное заседание президиума Суда по интеллектуальным правам 24.02.2021, проводимое в порядке статьи 153¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации c использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края, явилась ФИО6, представляющая интересы всех ответчиков и третьего лица – ФИО4 (в Арбитражный суд Пермского края).

ФИО1 и представитель общества «ПермЭнергоМаш» приняли участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания).

В судебном заседании президиум Суда по интеллектуальным правам принял к рассмотрению поступившие от ФИО1 и общества «ПермЭнергоМаш» дополнения к кассационной жалобе, приобщил к материалам дела отзыв общества «Промрубеж».

Президиум Суда по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для рассмотрения ходатайства общества «ПермЭнергоМаш» о вызове и допросе свидетелей исходя из пределов полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»; далее – Постановление № 13).

ФИО1 и представитель общества «ПермЭнергоМаш» поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель ответчиков и ФИО4 возражали против удовлетворения кассационной жалобы, считая принятое по делу решение законным и обоснованным.

Судебное разбирательство по кассационной жалобе ФИО1 и общества «ПермЭнергоМаш» было отложено на 22.03.2021.

Общество «ПермЭнергоМаш» 15.03.2021 представило ходатайство о вызове ответчика ФИО2, в котором просило обязать указанное лицо лично явиться в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы для дачи пояснений в отношении вопроса авторства на спорные полезные модели.

Непосредственно перед судебным заседанием 22.03.2021 поступили пояснения ФИО1 и общества «ПермЭнергоМаш».

В судебное заседание президиума Суда по интеллектуальным правам 22.03.2021, проводимое в порядке статьи 153¹ Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации c использованием систем видеоконференц-связи при содействии Мотовилихинского районного суда города Перми, явились ФИО6, представляющая интересы всех ответчиков и третьего лица – ФИО4, а также ФИО2 лично (в Мотовилихинский районный суд города Перми).

Роспатент и ФИПС, надлежащим образом извещенные о месте и времени судебного заседания президиума Суда по интеллектуальным правам, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Президиум Суда по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для рассмотрения ходатайства общества «ПермЭнергоМаш» о вызове для дачи пояснений ответчика ФИО2, поскольку указанный ответчик явился в судебное заседание лично.

Президиум Суда по интеллектуальным правам отказал в приобщении пояснений ФИО1 и общества «ПермЭнергоМаш», поступивших непосредственно перед судебным заседанием, по причине их ненаправления лицам, участвующим в деле (пункт 29 Постановления № 13).

В судебном заседании ФИО1 и представитель общества «ПермЭнергоМаш» поддержали ранее высказанную позицию по кассационной жалобе, настаивали на ее удовлетворении.

Представитель ответчиков и ФИО4, а также ФИО2 повторно отметили необоснованность доводов кассационной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена президиумом Суда по интеллектуальным правам в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, а также на предмет наличия безусловных оснований для отмены обжалуемого судебного акта, предусмотренных частью 4 статьи 288 названного Кодекса.

Как следует из материалов дела и установил суд первой инстанции, патент Российской Федерации № 142109 на полезную модель «Дорожный блокиратор» (рубрики Международной патентной классификации – F41H 11/08 (2006.01), E01F 13/12 (2006.01)) выдан по заявке № 2014108399/03 с приоритетом от 04.03.2014 с указанием в качестве автора и патентообладателя ФИО9 со следующей формулой:

«1. Дорожный блокиратор, содержащий опорное основание, блокирующее устройство, электрический привод со штоком, служащим для приведения блокирующего устройства в рабочее положение, отличающийся тем, что приведение блокирующего устройства в рабочее положение осуществляют посредством жестко установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, выполненного с возможностью разъединения со штоком при ударе транспортного средства о блокирующее устройство.

2. Дорожный блокиратор по п.1, отличающийся тем, что дополнительное приспособление содержит отрезок швеллера или два параллельно расположенных отрезка уголков, полки которых с внешней стороны имеют симметрично расположенные направляющие выемки для перемещения по ним установленного на конце штока стержня.

3. Дорожный блокиратор по п.1, отличающийся тем, что электрические провода для подводки электропитания к электрическому приводу выполнены в установленном на опорном основании защитном устройстве.».

Патент Российской Федерации № 176458 на полезную модель «Противотаранный дорожный блокиратор» (рубрики Международной патентной классификации – E01F 13/08 (2006.01), E01F 13/12 (2006.01), F41H 11/08 (2006.01)) выдан по заявке № 2017135039 с приоритетом от 04.10.2017 с указанием в качестве автора ФИО3, в качестве патентообладателя – общества «Промрубеж» со следующей формулой:

«1. Противотаранный дорожный блокиратор, содержащий опорное основание; блокирующий элемент, шарнирно соединенный с опорным основанием; линейный электрический привод, задний крепеж которого шарнирно соединен с блокирующим элементом, а конец штока линейного электрического привода шарнирно соединен с опорным основанием; отличающийся тем, что шток линейного электрического привода соединен с опорным основанием посредством соединенного с опорным основанием соединительного узла, выполненного с возможностью разъединения со штоком линейного электрического привода при принудительном поднятии блокирующего элемента.

2. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что шток линейного электрического привода соединен с соединительным узлом цилиндрическим пальцем; соединительный узел содержит отрезок швеллера или два параллельно расположенных отрезка уголков, полки которых с внешней стороны имеют симметрично расположенные направляющие для перемещения по ним стержня, установленного на конце штока линейного электрического привода.

3. Блокиратор по п. 2, отличающийся тем, что направляющие выполнены в виде выемок.

4. Блокиратор по п. 2, отличающийся тем, что направляющие выполнены в виде прорезей.

5. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что блокиратор выполнен врезным в дорожное полотно.

6. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что блокиратор содержит соединенные с ним пологие скаты для установки блокиратора на поверхность дорожного полотна.».

Патент Российской Федерации № 178797 на полезную модель «Противотаранный дорожный блокиратор» (рубрики Международной патентной классификации – E01F 13/10 (2006.01), F41H 11/08 (2006.01)) выдан по заявке № 2017141387 с приоритетом от 28.11.2017 с указанием в качестве автора ФИО2, в качестве патентообладателя – общества «Промрубеж» со следующей формулой:

«1. Противотаранный дорожный блокиратор, содержащий: опорное основание; блокирующий элемент, шарнирно соединенный с опорным основанием; линейный электрический привод, выполненный с возможностью приведения блокирующего элемента в закрытое и открытое положения; при этом линейный электрический привод соединен с блокиратором с помощью соединительного узла, выполненного с возможностью разъединения с линейным электрическим приводом при принудительном поднятии блокирующего элемента; отличающийся тем, что противотаранный дорожный блокиратор содержит гнездо, соединенное с блокирующим элементом и выполненное с возможностью обеспечения разъемного сочленения блокирующего элемента с подъемным механизмом.

2. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что гнездо выполнено с возможностью сочленения с рычагом.

3. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что соединительный узел соединен с опорным основанием.

4. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что соединительный узел соединен с блокирующим элементом.

5. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что соединительный узел соединен с приводом посредством соединения типа «палец-проушина»; при этом соединительный узел содержит отрезок швеллера или два параллельно расположенных отрезка уголков, полки которых с внешней стороны имеют симметрично расположенные направляющие выемки для перемещения по ним стержня соединения соединительного узла с приводом.

6. Блокиратор по п. 5, отличающийся тем, что направляющие выполнены в виде выемок.

7. Блокиратор по п. 5, отличающийся тем, что направляющие выполнены в виде прорезей.

8. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что блокиратор выполнен с возможностью установки врезным в дорожное полотно.

9. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что блокиратор содержит соединенные с опорным основанием пологие скаты для обеспечения возможности установки блокиратора на поверхность дорожного полотна.

10. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что линейный электрический привод выполнен и расположен таким образом, что шток привода соединен с опорным основанием.

11. Блокиратор по п. 1, отличающийся тем, что линейный электрический привод выполнен и расположен таким образом, что шток привода соединен с блокирующим элементом.».

Полагая, что автором технических решений по спорным патентам является ФИО1, а лицом, имеющим право на получение патента на эти технические решения, является общество «ПермЭнергоМаш», ФИО1 и общество «ПермЭнергоМаш» обратились в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением.

В обоснование своей позиции истцы ссылались на наличие у общества «ПермЭнергоМаш» исключительных прав на полезные модели (автором которых является ФИО1), охраняемые патентами Российской Федерации № 119869, № 119754, № 175372; на признание ФИО1 в рамках дела № СИП-745/2017 автором и патентообладателем полезной модели по заявке № 2010150386 (патент Российской Федерации № 183809); на производство обществом «ПермЭнергоМаш» с 2007 года электромеханических противотаранных устройств («Дорожный блокиратор») серий «Капкан», «Скат», «Барьер» и поставку этих устройств большому количеству юридических лиц; на то, что ФИО8 (ранее носящая фамилию ФИО13) работала в обществе «ПермЭнергоМаш» в 2012 году в качестве менеджера по продажам и была знакома с реализуемым товаром; на то, что впоследствии ФИО2 организовала производство и реализацию аналогичных товаров, которые нарушали исключительные права общества «ПермЭнергоМаш» на полезные модели, охраняемые принадлежащими ему патентами.

В отношении технического решения, защищенного патентом Российской Федерации № 142109, истцы указывали на то, что ему по сравнению с полезной моделью, охраняемой патентом Российской Федерации № 119869, присущ дополнительный признак (дополнительное приспособление, содержащее отрезок швеллера или два параллельно расположенных отрезка уголков, полки которых с внешней стороны имеют симметрично расположенные направляющие выемки для перемещения по ним установленного на конце штока стержня), однако о возможности использования такого приспособления ФИО2 узнала во время работы в обществе «ПермЭнергоМаш», поскольку оно применялось в производимой обществом «ПермЭнергоМаш» продукции. Кроме того, истцы указали на то, что конструкция дорожных блокираторов, приведенная в техническом решении, защищенном патентом Российской Федерации № 142109, не является «промышленно применимой».

В дополнительных пояснениях (том 9, листы дела 1-8) истцы указали, что сравнение признаков полезной модели по спорному патенту № 142109 и полезной модели по патенту 119869 (исключительное право на которую принадлежит обществу «ПермЭнергоМаш») свидетельствует об отсутствии принципиальных отличительных признаков, позволяющих утверждать, что это разные полезные модели.

Оспаривая авторство ФИО2 на техническое решение, защищенное патентом Российской Федерации № 178797, истцы указали на наличие у него отличающегося признака «противотаранный дорожный блокиратор содержит гнездо, соединенное с блокирующим элементом и выполненное с возможностью обеспечения разъемного сочленения блокирующего элемента с подъемным механизмом», однако считали такой признак идентичным по своей сути признаку «подъемный механизм или ручка-рычаг-противовес с гнездом на подъемной платформе для приведения подъемной платформы в закрытое и открытое положение», известному из технических решений, исключительные права на которые принадлежат обществу «ПермЭнергоМаш».

В дополнительных пояснениях (том 9, листы дела 1-8) истцы указали, что такое техническое решение как «гнездо» было разработано ФИО1 до 2012 года.

Оспаривая авторство ФИО2 на техническое решение, охраняемое патентом Российской Федерации № 176458, истцы указали на наличие такого отличительного признака, как «линейный электрический привод развернут наоборот и соединен через расчленение с базой». Истцы считали, что электрический привод технически не может быть так развернут, в связи с чем полезная модель по патенту Российской Федерации не соответствует условию «промышленной применимости».

В дополнительных пояснениях (том 9, листы дела 1-8) истцы указали, что в независимом пункте формулы полезной модели по спорному патенту № 176458 отражены все существенные признаки, что и в независимых пунктах формул полезных моделей по патентам № 119754 и № 119869 (исключительные права на которые принадлежат обществу «ПермЭнергоМаш»).

В подтверждение своего авторства в отношении отличающихся признаков спорных полезных моделей, ФИО1 сослался на разработанный им в 2011 году чертеж (далее – чертеж), а также на осмотр с фотофиксацией продукции, поставленной в 2011 году обществом «ПермЭнергоМаш» покупателю – обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт», проведенный нотариусом (далее – нотариальный протокол осмотра с фотографиями).

Истцами было представлено заключение специалиста ФИО14, сделанное по результатам анализа полезной модели, охраняемой патентом Российской Федерации № 142109, в котором указывалось на наличие у этого технического решения такого отличительного признака от технических решений, защищенных патентами общества «ПермЭнергоМаш», как «наличие установленного на блокирующем устройстве дополнительного приспособления, посредством которого шток электрического привода соединен с блокирующим устройством с возможностью разъединения штока и блокирующего устройства при ударе транспортного средства о блокирующее устройство», однако названный специалист указал, что такие признаки усматриваются из разработанного ФИО1 чертежа и нотариального протокола осмотра с фотографиями.

Истцами было представлено заключение специалиста ФИО14, сделанное по результатам анализа полезной модели, охраняемой патентом Российской Федерации № 178797, в котором указывалось на наличие у этого технического решения таких отличительных признаков от технических решений, защищенных патентами общества «ПермЭнергоМаш», как «соединение линейного электрического привода с блокиратором с помощью соединительного узла, выполненного с возможностью разъединения с линейным электрическим приводом при принудительном поднятии блокирующего элемента» и «наличие гнезда, соединенного с блокирующим элементом и выполненного с возможностью обеспечения разъемного сочленения блокирующего элемента с подъемным механизмом», однако названный специалист указал, что такие признаки усматриваются из разработанного ФИО1 чертежа и нотариального протокола осмотра с фотографиями.

Кроме того, истцы указывали на то, что факт производства обществом «Промрубеж» и ФИО2 контрафактной продукции подтвержден вступившими в законную силу судебными актами по делам № А50-32881/2018 и № А50?12360/2013.

В ходе рассмотрения дела суд первой инстанции отклонил ссылки истцов на судебные акты, принятые по делам № А50-32881/2018 и № А50?12360/2013, указав, что дела возбуждены по искам общества «ПермЭнергоМаш» к обществу «Промрубеж» и ФИО9 о защите своих исключительных прав на полезные модели по патентам № 119754 и № 119869 со ссылкой на использование этих технических решений в выпускаемой обществом продукции (вопросы авторства технических решений по патентам Российской Федерации № 142109, № 178797 и № 176458, являющихся предметом настоящего спора, в ходе рассмотрения этих дел не разрешались).

Кроме того, суд первой инстанции установил, что судебные акты по делу № А50-32881/2018 отменены определением Верховного Суда Российской Федерации от 22.05.2020 № 309-ЭС19-26352 с направлением дела на новое рассмотрение. При новом рассмотрении в удовлетворении требований общества «ПермЭнергоМаш» отказано.

Судебные акты по делу № А50-12360/2013 отменены по вновь открывшимся обстоятельствам, при новом рассмотрении дела в удовлетворении требований общества «ПермЭнергоМаш» отказано.

Суд первой инстанции установил, что:

патент Российской Федерации на полезную модель № 183809 (автор и патентообладатель – ФИО1) прекратил свое действие 09.12.2011;

патент Российской Федерации на полезную модель № 119754 (автор – ФИО1, патентообладатель – общество «ПермЭнергоМаш») признан частично недействительным решением Роспатента от 30.10.2017 вследствие несоответствия независимого пункта формулы полезной модели условию патентоспособности «новизна», выдан новый патент Российской Федерации на полезную модель № 194993 с уточненной формулой, в независимый пункт которой внесены признаки зависимого пункта;

патент Российской Федерации на полезную модель № 119869 (автор – ФИО1, патентообладатель – общество «ПермЭнергоМаш») признан частично недействительным решением Роспатента от 18.10.2017 вследствие несоответствия независимого пункта формулы полезной модели условию патентоспособности «новизна», выдан новый патент Российской Федерации на полезную модель № 183820 с уточненной формулой, в независимый пункт которой внесены признаки зависимого пункта.

В такой ситуации суд первой инстанции признал правомерным использование в ограничительных частях формул спорных полезных моделей признаков, содержащихся в формуле полезной модели по патенту Российской Федерации № 183809 (прекратившего свое действие к датам приоритетов спорных полезных моделей), а также признаков, содержащихся в независимых пунктах полезных моделей по патентам Российской Федерации № 119754 и № 119869 (поскольку такие признаки признаны Роспатентом известными из уровня техники на дату их приоритета).

Кроме того, суд первой инстанции отклонил все доводы истцов, касающиеся несоответствия спорных полезных моделей условиям патентоспособности «промышленная применимость» и «новизна», указав на иной (административный) порядок проверки соответствия спорных полезных моделей этим условиям патентоспособности.

В результате суд первой инстанции сосредоточился на вопросе доказанности ФИО1 своего авторства в отношении признаков, которые истцами были указаны в качестве отличительных в спорных полезных моделях, и о которых, по мнению истцов, ФИО2 стало известно во время трудовой деятельности в обществе «ПермЭнергоМаш».

В подтверждение авторства ФИО1 в отношении этих отличительных признаков истцами были представлены:

чертеж с указанием в качестве автора ФИО1;

нотариальный протокол осмотра с фотографиями, содержащий сведения об осмотре двух блокираторов, установленных по месту нахождения общества с ограниченной ответственностью «Лукойл?Пермьнефтепродукт»;

договор субподряда от 21.11.2011 № 630.Д-11 на выполнение работ по монтажу технических средств безопасности (с актом о приемке выполненных работ, справкой о стоимости выполненных работ, товарной накладной) и договор субподряда от 02.09.2011 № 463.Д-11 на выполнение работ по монтажу технических средств безопасности (со справкой о стоимости выполненных работ и счетом-фактурой), подтверждающие факт поставки блокираторов обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт».

Ответчиками в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сделано заявление о фальсификации чертежа: ответчики считали, что дата изготовления этого чертежа не соответствует указанной на нем дате и, соответственно, не подтверждает создание описанного в чертеже технического решения до даты приоритета спорных полезных моделей.

Исключать чертеж из числа доказательств истцы отказались.

В ходе рассмотрения заявления о фальсификации доказательств суд первой инстанции обязал истцов представить оригинал чертежа.

В ответ на требование суда о представлении оригинала чертежа ФИО1 представил письменные пояснения, в которых указал, что чертежи находятся в компьютерной базе, дату их распечатки и подписания установить не представляется возможным, однако полагал, что существование этих чертежей на 2011 год подтверждается поставкой выполненных по этим чертежам устройств в 2011 году в адрес общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт», осмотр которых отражен в нотариальном протоколе осмотра с фотографиями.

Суд первой инстанции исследовал нотариальный протокол осмотра с фотографиями и договоры субподряда от 02.09.2011 № 463.Д-11 и от 21.11.2011 № 630.Д-11 с приложенными к ним документами и пришел к выводу о том, что они не представляют единую цепь связанных между собой доказательств: договоры субподряда подтверждают факт установки на территории общества с ограниченной ответственностью «Лукойл?Пермьнефтепродукт» заградительных устройств в 2011 году, однако оснований для вывода о том, что нотариусом производился осмотр именно этих заградительных устройств, которые были установлены в 2011 году, не имеется.

В такой ситуации суд первой инстанции отклонил довод ФИО1 о том, что существование чертежа в 2011 году подтверждено нотариальным протоколом осмотра с фотографиями.

Суд первой инстанции предложил истцам представить иные доказательства создания чертежа в 2011 году, однако никаких документов представлено не было.

Истцы обратились с ходатайством об истребовании у Роспатента чертежей, представленных с заявками на выдачу патентов на технические решения, исключительные права на которые принадлежат обществу «ПермЭнергоМаш», однако в удовлетворении этого ходатайства суд первой инстанции отказал, установив, что все представленные с заявками на получение патентов чертежи опубликованы на официальном сайте Роспатента, исследуемый чертеж в материалах заявок отсутствует.

В результате суд пришел к выводам о неподтвержденности времени создания чертежа, датированного 2011 годом.

Суд первой инстанции опросил в качестве свидетеля ФИО14, подготовившего по заказу истцов заключения, представленные в материалы дела, подтверждающие, по мнению истцов, авторство ФИО1 на технические решения, охраняемые спорными патентами.

В судебном заседании ФИО14 пояснил, что ему оригинал чертежа не представлялся, представленная ему копия была изготовлена в 2008 году, чертеж являлся основным документом, по которому было установлено авторство ФИО1 в отношении отличительных признаков спорных полезных моделей.

С учетом отсутствия доказательств создания ФИО1 чертежа в период до окончания трудовой деятельности ФИО2 в обществе «ПермЭнергоМаш», невозможности соотнести осмотренные нотариусом устройства, установленные на территории общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт», с устройствами, установленными по представленным в материалы дела договорам, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований считать созданные ФИО2 технические решения, охарактеризованные в формулах полезных моделей по патентам Российской Федерации № 142109, № 178797 и № 176458, заимствованными из технической документации, созданной ФИО1 в качестве автора.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения заявленных требований.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства президиумом Суда по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

В кассационной жалобе общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 отмечают, что ими было подано уточненное исковое заявление с требованием о признании недействительным патента Российской Федерации № 2672277 на изобретение. При этом суд первой инстанции отказал в принятии названных уточнений, указав на нарушение требований части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно на отсутствие связи между уточненными требованиями с ранее заявленными.

Заявители кассационной жалобы выражают несогласие с указанным выводом суда первой инстанции и полагают, что основанием как первоначальных, так и уточненных требований является нарушение ФИО2, ФИО3 и обществом «Промрубеж» авторства ФИО1

В кассационной жалобе общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 обращают внимание на то, что ФИО2 и ФИО3 зарегистрированы в городе Перми, тогда как в обжалуемом решении суд первой инстанции указал, что их местонахождением является город Москва. Соответственно при рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции не установил должным образом личности ответчиков, их местожительство, что является нарушением норм процессуального права и правил ведения судебного процесса.

По мнению заявителей кассационной жалобы, доводы и доказательства ответчиков по настоящему делу имели для суда первой инстанции преимущественное значение.

Общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 указывают на то, что имеющиеся в материалах дела договоры и заключения патентных поверенных являются относимыми и допустимыми доказательствами и содержат сведения об использовании ФИО1 с 2011 года всех технических решений и средств индивидуализации, используемых в товарах, производимых ответчиками.

Заявители кассационной жалобы отмечают, что суд первой инстанции неправомерно отказал им в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей и не рассмотрел ходатайство от 04.03.2020 о допросе в качестве свидетеля ФИО15.

Общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 полагают, что суд первой инстанции неправомерно отказал в удовлетворении их ходатайства об истребовании оригиналов чертежей устройств по заявкам № 2012116754 и № 2012116751, а также лицензионного договора на использование результатов интеллектуальной деятельности от 17.01.2011.

По мнению заявителей кассационной жалобы, во исполнение указания суда первой инстанции общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 представили в материалы дела оригиналы чертежей, однако в обжалуемом решении данное обстоятельство не отмечено и не оценено судом первой инстанции.

Общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 также отмечают, что суд не оценил надлежащим образом представленные ими в материалы дела фотографии дорожных устройств, из которых усматривается наличие в этих устройствах всех существенных признаков, присущих спорным патентам.

Заявители кассационной жалобы полагают, что при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции подменил право авторства правом использования и рассмотрел дело, принимая доводы ответчиков об отсутствии доказательств нарушения исключительных прав ФИО1 и о правомерности использования ими патентов Российской Федерации № 142109, № 178797, № 176458 на полезные модели и патента Российской Федерации № 2672277 на изобретение.

Заявители кассационной жалобы указывают: при рассмотрении дела суд первой инстанции принял во внимание недостоверные и ложные пояснения ФИО4, что является основанием для отмены обжалуемого решения.

Общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 обращают внимание на то, что необоснованно непринятым судом первой инстанции протоколом осмотра доказательств от 18.12.2017 зафиксировано устройство – дорожный блокиратор врезной в дорожное полотно в рабочем и боевом положениях. При этом на фотографиях указанного устройства видны признаки, содержащиеся в полезных моделях по патентам Российской Федерации № 142109 и № 178797.

По мнению общества «ПермЭнергоМаш» и ФИО1, указание ответчиков на то, что они не обязаны доказывать свое авторство на спорные полезные модели не соответствует изложенной в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) позиции и сложившейся судебной практике.

Заявители кассационной жалобы обращают внимание на то, что «судом безосновательно были приуменьшены действия ФИО1 как автора в процессе создания технических решений, впоследствии использованных Ответчиками в своих патентах, а также невыяснены реальные действия Ответчиков, вследствие которых были созданы технические решения, положенные в основу патентов РФ № 142109, 178797, 176458 на полезные модели, патента РФ на изобретение № 2672277».

Общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 отмечают, что в судебных заседаниях ответчики не представили доказательства своего личного творческого вклада в создание спорных полезных моделей, указывая на презумпцию авторства, что противоречит действующему законодательству.

Заявители кассационной жалобы указывают, что сообщали суду первой инстанции о том, что представленный ими чертеж является восстановленным подлинником, однако суд первой инстанции необоснованно не принял это обстоятельство во внимание.

Кроме того, общество «ПермЭнергоМаш» и ФИО1 полагают, что суду первой инстанции следовало критически отнестись к пояснениям свидетеля ФИО14

По мнению заявителей кассационной жалобы, при рассмотрении настоящего дела суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что ФИО2, будучи работником общества «ПермЭнергоМаш» и имея доступ к чертежам и описаниям устройств, получила статус индивидуального предпринимателя и начала производство дорожных блокираторов.

Президиум Суда по интеллектуальным правам, изучив материалы дела, обсудив доводы, содержащиеся в кассационной жалобе и возражениях на нее, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, изложенных в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, пришел к следующим выводам.

Согласно подпункту 1 пункта 5 статьи 1398 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец может быть признан недействительным полностью или частично в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора или патентообладателя лица, не являющегося таковым в соответствии с настоящим Кодексом, либо без указания в патенте в качестве автора или патентообладателя лица, являющегося таковым в соответствии с этим Кодексом.

В силу статьи 1347 ГК РФ автором изобретения, полезной модели или промышленного образца признается гражданин, творческим трудом которого создан соответствующий результат интеллектуальной деятельности. Лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, считается автором изобретения, полезной модели или промышленного образца, если не доказано иное.

В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 1357 ГК РФ право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец первоначально принадлежит автору изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Пунктом 1 статьи 1354 ГК РФ установлено, что патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец удостоверяет приоритет изобретения, полезной модели или промышленного образца, авторство и исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В пункте 121 Постановления № 10 разъяснено, что дела по спорам об авторстве на изобретение, полезную модель, промышленный образец (подпункт 1 пункта 1 статьи 1406 ГК РФ), на которые уже выдан патент, подлежат рассмотрению в судебном порядке путем оспаривания выданного патента на основании подпункта 5 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ в связи с указанием в нем в качестве автора лица, не являющегося таковым в соответствии с названным Кодексом, либо в связи с отсутствием в патенте указания на лицо, являющееся автором в соответствии с этим Кодексом.

В таком споре подлежит установлению, кто является автором изобретения, полезной модели или промышленного образца (статья 1357 ГК РФ).

С учетом того, что в силу статьи 1347 ГК РФ автором изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, пока не доказано иное, лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, дела об авторстве изобретения, полезной модели, промышленного образца могут рассматриваться судом и до выдачи патента.

Подача такого заявления в суд не приостанавливает процедуру выдачи патента.

При рассмотрении дел, связанных с оспариванием авторства на изобретение, полезную модель, промышленный образец, суд учитывает характер участия каждого из лиц, указанных в патенте или претендующих на авторство, в создании технического решения, решения внешнего вида изделия; факты внесения личного творческого вклада в создание технического решения (решения внешнего вида изделия) названными лицами, принятия каждым из них творческого участия в совместном труде по созданию технического решения (решения внешнего вида изделия), разработки ими каких-либо существенных признаков, направленных на достижение обеспечиваемого изобретением и полезной моделью технического результата; факты создания перечисленными в патенте в качестве авторов лицами технического решения (решения внешнего вида изделия), совокупность признаков которого получила отражение в формуле изобретения, полезной модели, на изображениях внешнего вида изделия, содержащихся в патенте на промышленный образец.

С учетом приведенного правового регулирования и позиции высшей судебной инстанции суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что в российском законодательстве об интеллектуальной собственности применительно к объектам патентным прав действует презумпция авторства: пока не доказано иное лицо, указанное в заявке на выдачу патента и в патенте в качестве автора считается таковым пока не доказано иное.

Суд первой инстанции правильно указал, что именно на лице, претендующем на авторство технического решения, лежит обязанность доказывания того, что это техническое решение создано его творческим трудом, а также того, что лицо, указанное в патенте в качестве автора, имело доступ с созданному первым лицом техническому решению и воспользовалось полученной информацией с целью получения патента на это техническое решение с указанием себя в качестве автора.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из двух обстоятельств:

признаки, содержащиеся в ограничительных частях независимых пунктов формул полезных моделей, охраняемых спорными патентами, были известны из уровня техники на даты их приоритетов в том числе и из технического решения, на которое ранее был выдан патент Российской Федерации № 183809 на полезную модель (автором которой являлся ФИО10), и который прекратил свое действие (то есть могли правомерно и свободно использоваться любым лицом в качестве аналогов для своей творческой деятельности);

в отношении отличительных признаков спорных технических решений ФИО1 своего авторства не подтвердил.

Президиум Суда по интеллектуальным правам считает данные выводы суда первой инстанции соответствующими применимым нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела.

Суд первой инстанции правомерно отклонил все доводы истцов, касающиеся несоответствия спорных полезных моделей условиям патентоспособности «промышленная применимость» и «новизна».

Соответствующие доводы на основании подпунктов 1-4 пункта 2 статьи 1398 ГК РФ, с одной стороны, не относятся к спору об авторстве полезных моделей, а с другой стороны, подлежат рассмотрению в административном (внесудебном порядке (пункт 52 Постановления № 10)).

Мнение ФИО1 о том, что он вправе как оспаривать «младшую» полезную модель по основанию ее несоответствия условию патентоспособности «новизна», так и требовать признания себя ее автором и патентообладателем ошибочно, поскольку гражданское законодательство об интеллектуальной собственности не предусматривает предоставление двух исключительных прав на одно техническое решение. Полагая, что «младшее» техническое решение совпадает по признакам с принадлежащим ему «старшим» техническим решением, ФИО1 вправе оспорить младшее техническое решение по основанию его несоответствия условию патентоспособности «новизна».

Довод заявителей кассационной жалобы, выражающий несогласие с данной судом первой инстанции оценкой нотариального протокола осмотра с фотографиями и договоров субподряда от 02.09.2011 № 463.Д?11 и от 21.11.2011 № 630.Д?11 с приложенными к ним документами, отклоняется президиумом Суда по интеллектуальным правам.

Суд первой инстанции обоснованно исходил в частности из того, что нотариусом были осмотрены два дорожных блокиратора «Барьер/Barrier 4000А», находящихся перед воротами проходных общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт» (ул. Промышленная, г. Пермь), в то время как по договору от 02.11.2011 № 463.Д-11 при въезде на территорию нефтебазы общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт» по адресу: ул. Промышленная, г. Пермь – установлено противотаранное устройство «Капкан-ТС 4000»; по договору от 21.11.2011 № 630.Д-11 при въезде на территорию нефтебазы общества с ограниченной ответственностью «Лукойл-Пермьнефтепродукт» по адресу: ул. Промышленная, г. Пермь –выполнены работы по модернизации противотаранных устройств «Капкан-ТС 4000».

В такой ситуации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что истцами не доказано осуществление нотариусом осмотра именно тех устройств, которые были установлены в 2011 году на основании указанных договоров.

Иных доказательств того, в какое время были установлены осмотренные нотариусом дорожные блокираторы «Барьер/Barrier 4000А», истцы в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представили.

Таким образом, отсутствие возможности определить дату изготовления осмотренных нотариусом дорожных блокираторов свидетельствует о невозможности соотнесения даты их изготовления с датой приоритета спорных полезных моделей. а следовательно, лишь из них нельзя сделать вывод о том, что ответчица – ФИО2 знала о характеристиках этих блокираторов, будучи сотрудницей общества «ПермЭнергоМаш» в 2012 году.

Президиум Суда по интеллектуальным правам отклоняет довод заявителей кассационных жалоб о том, что представленный ими в материалы дела чертеж не был оценен судом первой инстанции.

В пояснениях, представленных в ответ на истребование судом первой инстанции оригинала этого чертежа, изготовленного в указанную на нем дату, ФИО1 пояснил, что представить такой оригинал не имеет возможности, поскольку чертежные доски и бумажные носители не используются, представлена распечатка из архива системы автоматизированного проектирования (САПР) «КОМПАС».

Суд первой инстанции предлагал истцам подтвердить факт изготовления чертежа в 2011 году, однако ни общество «ПермЭнергоМаш», ни ФИО1 данных о создании электронного файла не представили, указали, что факт существования чертежа подтверждается выпускаемой по этому чертежу продукцией, сославшись на договоры от 02.11.2011 № 463.Д?11 и от 21.11.2011 № 630.Д-11, а также на нотариальный протокол осмотра с фотографиями.

Указанные доказательства были судом первой инстанции исследованы, получили надлежащую правовую оценку, суд первой инстанции обоснованно счел, что они не подтверждают факт существования чертежа в 2011 году.

Следовательно, и создание отличительных признаков спорных полезных моделей ФИО1 до даты их приоритета ничем документально не подтверждено.

Довод заявителей кассационной жалобы о необоснованном отклонении судом первой инстанции ходатайства об истребовании графических материалов, представленных с заявками на получение патентов № 2012116754 и № 2012116751, президиум Суда по интеллектуальным правам не может признать состоятельным.

Как правильно указал суд первой инстанции, по заявкам № 2012116754 и № 2012116751 обществу «ПермьЭнергоМаш» выданы патенты Российской Федерации № 119754 и № 183820, описание и графические материалы к которым опубликованы в Государственном реестре полезных моделей Российской Федерации в публичном доступе. Спорный чертеж в указанных материалах отсутствует.

Кроме того, президиум Суда по интеллектуальным правам считает необходимым отметить, что в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом истребуются по ходатайству лица, участвующего в деле, те доказательства, которые это лицо не может получить самостоятельно.

С учетом того, что патентообладателем технических решений по патентам Российской Федерации № 119754 и № 183820 является общество «ПермЭнергоМаш», которое не имеет препятствий для обращения в Роспатент с заявлением о представлении документов из административных дел по рассмотрению указанных заявок, такое ходатайство не могло быть удовлетворено.

Отказ суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства об истребовании лицензионного договора о предоставлении права использования результатов интеллектуальной деятельности от 17.01.2011 надлежащим образом мотивирован, оснований не согласиться с позицией суда первой инстанции по этому вопросу у президиума Суда по интеллектуальным правам не имеется.

Довод кассационной жалобы о неправомерности отказа суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей, способных, по мнению истцов, подтвердить авторство ФИО1 в отношении спорных технических решений, подлежит отклонению.

Как усматривается из материалов дела, в поданном в суд ходатайстве о вызове свидетелей истцы подтвердили, что явка свидетелей будет обеспечена в судебное заседание 14.10.2020, кроме того, истцы заявили о проведении судебного заседания в режиме видеоконференц-связи.

Суд первой инстанции удовлетворил ходатайство истцов проведении судебного заседания 14.10.2020 в режиме видеоконференц-связи, однако истцы не только не обеспечили явку заявленных свидетелей, но и не явились в это судебное заседание сами.

Именно это обстоятельство послужило основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей.

Довод заявителей кассационных жалоб о неустановлении судом первой инстанции личностей ответчиков-физических лиц, мотивированный указанием в судебном акте на их место жительства – Москва, не может быть признан обоснованным: в материалах дела имеются заверенные нотариусом доверенности, выданные ответчиками-физическими лицами своему представителю. Ошибочное указание судом первой инстанции места жительства этих ответчиков «Москва» вместо действительного «Пермский край» не свидетельствует о неустановлении судом первой инстанции личностей этих ответчиков.

Довод заявителей кассационной жалобы о том, что суду следовало критически отнестись к показаниям свидетеля ФИО14, отклоняется как необоснованный: показания этого свидетеля оценены судом первой инстанции в качестве одного из доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вывод суда первой инстанции о неподтвержденности факта создания ФИО1 технических решений, на авторство которых он претендует, сделан судом первой инстанции по результатам самостоятельной оценки представленных в материалы дела доказательства, а не на основании показаний этого свидетеля.

Довод ФИО1 и общества «ПермЭнергоМаш» о том, что суд первой инстанции необоснованно не принял в качестве уточнения требование, касающееся установления авторства и патентообладания в отношении технического решения, охраняемого патентом Российской Федерации № 2672277 на изобретение, подлежит отклонению.

В силу части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Изменение предмета иска означает изменение материально-правового требования истца к ответчику. Изменение основания иска означает изменение обстоятельств, на которых истец основывает свое требование к ответчику.

Одновременное изменение предмета и основания иска Арбитражный процессуальный кодекса Российской Федерации не допускает (пункт 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.10.1996 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Как правильно указал суд первой инстанции, требование, предметом которого является установление авторства в отношении технического решения, охраняемого патентом Российской Федерации № 2672277 на изобретение, в первоначальном иске не заявлялось, то есть в этой части имеется изменение предмета иска.

Такое требование основано на том, что действительным автором технического решения, охраняемого этим патентом, является ФИО1, а лицо, указанное в этом патенте в качестве автора, воспользовалось информацией именно об этом техническом решении, полученной в период осуществления трудовой деятельности в обществе «ПермЭнергоМаш».

Таким образом, основанием этого требования являются обстоятельства, связанные с разработкой именно этого технического решения, то есть основание иска также изменяется.

При изложенных обстоятельствах президиум Суда по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что отказ суда первой инстанции в принятии уточненного искового заявления в части требования, касающегося технического решения, охраняемого патентом Российской Федерации № 2672277 на изобретение, соответствует статье 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, рассмотрев кассационную жалобу в пределах изложенных в нем доводов, президиум Суда по интеллектуальным правам полагает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы подлежат отнесению на ее подателей.

После подписания и объявления резолютивной части настоящего постановления, а именно 22.03.2021 в 18 часов 37 минут от ФИО1 через систему «Мой арбитр» поступил документ, содержащий доводы о несогласии с объявленной резолютивной частью.

Приведенные доводы исследованию не подлежат, поскольку рассмотрение кассационной жалобы окончено. Воспроизведенный в этом документе довод об отсутствии промышленной применимости полезной модели № 176458 содержался в кассационной жалобе и получил оценку.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Суда по интеллектуальным правам

ПОСТАНОВИЛ:

решение Суда по интеллектуальным правам от 27.10.2020 по делу № СИП?779/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 и общества с ограниченной ответственностью «ПермЭнергоМаш» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий

Л.А. Новоселова

Члены президиума

В.А. Корнеев

В.А. Химичев

Н.Л. Рассомагина