Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Ганцева И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Латыповой Е.Ф., рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью "ФП-Ишимбай" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к непубличному акционерному обществу "Башкирское шахтопроходческое управление" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

третьи лица: Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов" (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО1, ООО «Респект» (ОГРН <***>), ФИО2

о взыскании суммы основного долга в размере 10 826 163 руб. 93 коп. по договору поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016г., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 239 182 руб. 40 коп. за период с 04.10.2016г. по 21.03.2019г., процентов на сумму основного долга 10 826 163 руб. 93 коп. с даты вступления решения в законную силу и по день фактической оплаты (согласно уточнению).

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3 представитель по доверенности от 05.04.2018 г.,

от ответчика – ФИО4, ФИО5, представители по доверенности от 22.03.2018 г.,

от Агентства по страхованию вкладов – ФИО6, представитель по доверенности от 20.04.2018 г.

от ФИО1, ФИО2, ООО «Респект» - не явились, надлежащим образом извещены.

Общество с ограниченной ответственностью "ФП-Ишимбай" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к непубличному акционерному обществу "Башкирское шахтопроходческое управление" о взыскании суммы основного долга в размере 10 826 163 руб. 93 коп. по договору поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016г., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 413 491 руб. 03 коп. за период с 30.09.2016г. по 27.02.2018г.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора были привлечены Государственная корпорация "Агентство по страхованию вкладов", ФИО1, ООО «Респект», ФИО2.

Третьи лица ФИО1, ФИО2, ООО «Респект» явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, уведомления, направленные по адресу регистрации, возвращены в Арбитражный суд Республики Башкортостан органом почтовой связи с указанием причины невручения: "истек срока хранения".

От ФИО1 имеется заявление о рассмотрении дела без его участия.

В соответствии с абз. 1 ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса извещаются арбитражным судом о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия путем направления копии судебного акта.

В п. 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 12 "О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 N 228-ФЗ "О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации" разъяснено, что арбитражный суд к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия должен располагать сведениями о получении лицом, участвующим в деле, копии первого судебного акта по делу либо иными сведениями, указанными в ч. 4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Для лица, участвующего в деле, первым судебным актом является определение о принятии искового заявления (заявления) к производству и возбуждении производства по делу (ч. 6 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В части 4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрены случаи, приравниваемые к надлежащему извещению и позволяющие суду рассмотреть дело в отсутствие в данном случае ответчика. В частности лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если, несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

В соответствии с ч. 4 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации извещения направляются арбитражным судом по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, либо по месту нахождения организации (филиала, представительства юридического лица, если иск возник из их деятельности) или по месту жительства гражданина. При этом место жительства индивидуального предпринимателя определяется на основании выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе.

Дело рассматривается в соответствии со ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без участия представителей третьих лиц.

Истец в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил исковые требования, согласно которым просит взыскать с ответчика сумму основного долга в размере 10 826 163 руб. 93 коп. по договору поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016г., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 239 182 руб. 40 коп. за период с 04.10.2016г. по 21.03.2019г., проценты на сумму основного долга 10 826 163 руб. 93 коп. с даты вступления решения в законную силу и по день фактической оплаты.

Согласно ч.1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Судом уточнение исковых требований принято в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца уточненные исковые требования поддержал.

Представители ответчика исковые требования не признали.

Представитель Агентства по страхованию вкладов просил исковые требования удовлетворить.

Исследовав представленные доказательства, выслушав представителей истца, ответчика и третьего лица, суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, 24.12.2015 г. между Коммерческим банком «РОСЭНЕРГОБАНК» (кредитор, банк) и Непубличным акционерным обществом «Башкирское шахтопроходческое управление» (заемщик, ответчик, НАО БПШУ) был заключен кредитный договор №15254, по условиям которого кредитор обязуется открыть кредитную линию лимитом 1 000 000 000 (Один миллиард) рублей и предоставить заемщику кредиты, а заемщик обязуется возвратить кредиты и уплатить проценты по кредитной линии (п.2.1 кредитного договора) (т. 1 л.д. 9-19).

Цель кредитной линии: приобретение оборудования для медно-колчанного месторождения «Вишневское» в Хайбулинском районе Республики Башкортостан (п. 3.2 кредитного договора).

Проценты за пользование кредитом установлены в пункте 6.1 кредитного договора и составляют 16,5 процентов годовых.

Проценты за пользование кредитом уплачиваются ежемесячно в последний рабочий день каждого месяца (п. 6.5 кредитного договора).

Заёмщик имеет право использовать кредит несколькими траншами, заёмщик сообщает банку о своем намерении получить транш путем предоставления банку заявления на получение кредита не менее чем за один рабочий день до даты предоставления транша (п. 5.2, 5.4 кредитного договора).

Заемщик предоставляет банку реестр платежей, оплачиваемых за счет каждого запрашиваемого транша кредита (п. 4.1.1 кредитного договора).

Согласно п.4.1.3 кредитного договора заемщик дает заранее данный акцепт (согласие) кредитору на списание с собственного расчетного счета без дополнительных распоряжений заемщика, а также обеспечит предоставление банку заранее данного акцепта (согласия) поручителей на списание банковским ордером без дополнительных распоряжений с банковских счетов поручителей средств в счет погашения задолженности по кредиту и процентов по кредитной линии, в том числе повышенных процентов, просроченных процентов, комиссии за предоставление кредита, платы за досрочное полное или частичное погашение кредита, пеней.

В период с 24 декабря 2015 года по 1 февраля 2016 года банк 14 траншами предоставил НАУ БПШУ кредит в полном объеме в размере 1 000 000 000 (Один миллиард) рублей, подтверждается банковской выпиской по счету ответчика (т. 2 л.д. 81-82).

В материалы дела также представлены заявления НАУ БПШУ на получение кредита в отношении каждого из 14 предоставленных траншей, подписанных генеральным директором ФИО7 и главным бухгалтером ФИО8, а также реестры платежей по перечислению полученных кредитных средств контрагентам ответчика, также подписанные руководителями ответчика (т. 2 л.д. 48-74).

В материалы дела представлен сводный анализ движения денежных средств по счету ответчика, полученных им в рамках кредитного договора, представленный ГК «Агентство по страхованию вкладов» (т. 2 л.д. 46-47).

В период с января 2016 по август 2016 года ответчиком надлежащим образом осуществлялось уплата процентов по кредитному договору, подтверждается банковской выпиской по счету ответчика за период с 20.11.2015 года по 06.09.2018 года (т. 2 л.д. 75-78).

С сентября 2016 года по февраль 2017 погашение процентов за ответчика по кредитному договору осуществлялось третьими лицами по договорам поручительства.

С марта 2017 года ответчиком проценты по кредитному договору не оплачиваются.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2017 года по делу А40-71362/2017-184-74 Коммерческий банк «РОСЭНЕРГОБАНК» признан несостоятельным (банкротом), функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов» привлечена к участию в деле в качестве третьего лица.

По информации Агентства по страхованию вкладов на 10.08.2018 года задолженность НАУ БПШУ по кредитному договору №15254 от 24.12.2015 года составила 1 290 067,355,60 руб.: сумма срочной задолженности 1 000 000 000 (Один миллиард) рублей, проценты 238 684 931,43 руб., пени 50 930 369,38 руб. (т. 2 л.д. 79-80).

30.09.2016 г. между Коммерческим банком «РОСЭНЕРГОБАНК» (кредитор, банк) и истцом ООО «ФП-Ишимбай» (поручитель) был заключен договор поручительства №15254/ДП1, согласно которому Поручитель солидарно отвечает за исполнение Заемщиком НАО БПШУ обязательств по уплате процентов за сентябрь 2016 г. за пользование кредитом №15254 от 24.12.2015 года, по ставке 16,5 % годовых, начисляемых на сумму использованного и непогашенного основного долга и подлежащих уплате заемщиком по 30 сентября 2016 г. Сумма принятого обеспечения составила 10 826 163,93 руб. (т. 1 л.д. 21-24).

Как установлено пунктами 2.1, 2.3 договора поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016 поручитель солидарно отвечает за исполнение Заемщиком обязательств по уплате процентов за сентябрь 2016 г. за пользование кредитом по ставке 16,5 % годовых, начисляемых на сумму использованного и непогашенного основного долга и подлежащих уплате заемщиком по 30 сентября 2016 г.

В пункте 3.2 договора поручительства установлено, что поручитель заранее одобряет (акцептирует) банку право списания денежных средств со счета.

Заключение договора поручительства №15254/ДП1 согласовано на заседании Кредитного комитета Коммерческого банка «РОСЭНЕРГОБАНК», в подтверждение в материалы дела представлен протокол от 30.09.2016 года (т. 2 л.д. 36).

Согласно квитанции № 224783 от 30.09.2016 года истец внес денежную сумму в размере 10 826 163,93 руб. на свой счет в банке «РОСЭНЕРГОБАНК».

В связи с неоплатой ответчиком процентов за сентябрь 2016 года по кредитному договору данная сумма в соответствии с договором поручительства была списана 30.09.2016 года банком со счета истца. Списание суммы обеспечения подтверждается выпиской по операциям на счете № 40702810700090009299 и банковским ордером от 30.09.2016 года (т. 1 л.д. 26), представленными в материалы дела.

Факт наличия дебиторской задолженности в размере 10 826 163,93 руб., отражен в бухгалтерской отчётности истца (т. 1 л.д. 88-101).

16.01.2018 года истцом в адрес ответчика была направлена претензия (т. л.д. 61) о необходимости возместить сумму в размере 10 826 163,93 руб., списанную банком со счета истца по договору поручительства в счет уплаты за ответчика процентов по кредитному договору №15254, а также оплатить проценты за пользование чужими денежными средствами.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Не удовлетворение претензии во внесудебном порядке явилось основанием для предъявления настоящего иска.

Ответчик иск не признал, заявил о ничтожности договора поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016 года в связи со злоупотреблением правом со стороны банка и истца, а также о притворности данной сделки.

Ответчиком было заявлено ходатайство о приостановлении производства по делу до вступления в силу приговора по уголовному делу № 11802450035000065, возбужденного по заявлению ответчика по фактам хищения денежных средств, полученных в рамках кредитного договора.

Судом в удовлетворении данного ходатайства отказано, в связи с отсутствием оснований, предусмотренных статьей 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд считает заявленные требования подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Судом кредитный договор №15254г. от 24.12.2015 года, заключенный между Коммерческим банком «РОСЭНЕРГОБАНК» и Непубличным акционерным обществом «Башкирское шахтопроходческое управление» исследован, установлено, что он содержит все существенные условия кредитного договора, признаков незаключённости или недействительной не установлено.

Факт предоставления кредита 14 траншами на сумму 1 000 000 000 (Один миллиард) рублей, подтверждается банковской выпиской по счету ответчика (т. 2 л.д. 81-82).

Довод ответчика о том, что генеральный директор ФИО7 не мог подписать 4 из 14 заявок на получение кредита, так как с 26 января 2016 года по 31 января 2016 года находился за пределами государственной границы Российской Федерации, отклоняется судом по следующим основаниям.

В материалах дела имеются, в том числе, заявки ответчика на получение траншей от 26, 27, 28 и 29 января 2016 года.

При этом, сам по себе факт того, что в данные числа ФИО7 не находился на территории Российской Федерации не доказывает, что данные заявки были подписаны не им.

Учитывая, что в относительно небольшой период времени с 24 декабря 2015 года по 1 февраля 2016 ответчиком было направлено 14 заявок на выдачу траншей, а отдельные заявки подавались каждый день или через день, суд считает обоснованном довод истца и Агентства по страхованию вкладов, что заявки, датированные 26, 27, 28, 29 января 2016 года могли быть составлены ранее той даты, которая в них указана.

Суд учитывает, что в заявках не указан порядковый исходящий номер, что также делает затруднительным установить действительную дату их подписания.

Согласно п.5.7 кредитного договора №15254 от 24.12.2015 г. с даты предоставления кредитору заявления на получение кредита заемщик не вправе в одностороннем порядке отказаться от получения кредита.

Заявления НАО «БШПУ» и реестры платежей в соответствии со статьями 847 и 854 ГК РФ подтверждают правомерность действий банка по выдаче ответчику траншей по кредитному договору и дальнейшее перечисление денежных средств контрагентам ответчика.

Кроме того, факт предоставления кредита подтверждается так же тем обстоятельством, что ответчик с января по август 2016 года самостоятельно уплачивал проценты по кредиту, что было бы нецелесообразно, если бы кредит ему не был выдан., а в марте 2017 года просил банк представить сведения об уплате процентов за предшествующий период.

В силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

В материалы дела Агентством по страхованию вкладов из кредитного досье ответчика представлены договора поставки оборудования, заключенные НАУ БПШУ со своими контрагентами (т. 6 л.д. 9-68).

Довод ответчика о том, что он денежных средств по кредитному договору не получал, руководство банка ввело его в заблуждение, контрагенты, которым были перечислены денежные средства, связаны с банком, а фактически денежные средства, полученные НАО «БШПУ» по кредитному договору, были похищены руководством банка, а не были использованы ответчиком на его хозяйственную деятельность судом отклоняется, так как каких либо относимых и достоверных доказательств подтверждающих данный довод ответчиком не представлено.

С учетом изложенного, суд считает установленным факт выдачи кредита ответчику и факт направления им заявок на получение траншей и реестров платежей, в отношении полученных по кредиту денежных средств.

Проценты за пользование кредитом установлены в пункте 6.1 кредитного договора и составляют 16,5 процентов годовых. Проценты за пользование кредитом уплачиваются ежемесячно в последний рабочий день каждого месяца (п. 6.5 кредитного договора).

Доказательств, того, что ответчиком проценты за пользование кредитом за сентябрь 2016 года были уплачены банку, в материалах дела не имеется.

30.09.2016 г. между Коммерческим банком «РОСЭНЕРГОБАНК» и истцом ООО «ФП-Ишимбай» был заключен договор поручительства №15254/ДП1, согласно которому Поручитель солидарно отвечает за исполнение Заемщиком НАО БПШУ обязательств по уплате процентов за сентябрь 2016 г. за пользование кредитом №15254 от 24.12.2015 года, по ставке 16,5 % годовых, начисляемых на сумму использованного и непогашенного основного долга и подлежащих уплате заемщиком по 30 сентября 2016 г. Сумма принятого обеспечения составила 10 826 163,93 руб.

Согласно банковскому ордеру № 1084881 от 30.09.2016 года (т. 1 л.д. 26) и банковской выписке по счету истца сумма в размере 10 826 163,93 руб. была списана со счета истца банком в счет обязательств по договору поручительства №15254/ДП1.

Исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе поручительством (п. 1 ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В силу п. 1 ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (п. 2 ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая, что 30 сентября 2016 года было последним днем исполнения обязательства по уплате процентов за сентябрь 2016 года по кредитному договору, а ответчик его не исполнил, то действия банка по списанию денежных средств со счета поручителя были правомерными.

Согласно п.1 ст. 365 ГК РФ к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Договор поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016 года судом исследован, признаков незаключённости или недействительности не установлено.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что факт исполнения истцом обязательств ответчика по кредитному договору в части платы процентов в размере 10 826 163,93 руб. подтвержден материалами дела, требование истца о взыскании с ответчика указанной суммы подлежит удовлетворению в полном объеме.

Истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами размере 2 239 182 руб. 40 коп. за период с 04.10.2016г. по 21.03.2019г., согласно уточнению.

В силу п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 03.07.2016 № 315-ФЗ) в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет суммы процентов за заявленный истцом период судом проверен, признан верным, проценты за пользование чужими денежными средствами составляют 2 239 182 руб. 40 коп. и подлежат принудительному взысканию с ответчика.

Истец также просит взыскивать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму основного долга 10 826 163 руб. 93 коп., с даты вступления решения в законную силу и по день фактической оплаты.

В силу положений пункта 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, – иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму основного долга 10 826 163 руб. 93 коп. с даты вступления решения в законную силу и по день фактической оплаты также подлежат удовлетворению.

Довод ответчика о ничтожности договора поручительства №15254/ДП1 от 30.09.2016 подлежит отклонению, по следующим основаниям.

Ответчик указывает, что заключив договор поручительства, банк и истец прикрывали другую сделку, а именно исполнение истцом за должника (ответчика), как третьим лицом, обязанности по уплате процентов в соответствии с нормами статьи 313 ГК РФ.

Ответчик указывает, что целью прикрытия было то обстоятельство, что на момент оплаты процентов по договору поручительства (30.09.2016 года) обязанность ответчика по уплате процентов еще не была просрочена, следовательно, истец не мог без возложения на него ответчиком соответствующей обязанности произвести такой платеж, а банк не должен был его принимать.

Ответчик также указывает, что договор поручительства прикрывал двухсторонний договор (между истцом и ответчиком) о возложении исполнения на третье лицо.

Также НАО БШПУ в своих возражениях помимо прочего указывает на то, что не давало согласие на заключение договора поручительства.

Ответчик также считает, что истинная воля банка и истца при заключении договора поручительства была направлена на создание видимости обслуживания кредита по договору с целью отсрочить отзыв лицензии у банка.

Ответчик ссылается на злоупотребление правом со стороны банка и истца (ст. 10 и п. 2 ст. 168 ГК РФ), так как банку было известно об отсутствии каких либо взаимоотношений между истцом и ответчиком, но несмотря на это банк заключил договор поручительства, чем причинил ответчику вред в виде необходимости оплаты поручителю суммы, уплаченной последним за ответчика по договору поручительства.

В качестве доказательства данных доводов ответчик также ссылается на то обстоятельство, что в спорный период одним из учредителей истца был ФИО2, который одновременно в банке занимал должность начальника службы управления рисками.

В силу п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как предусмотрено п. п. 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

В соответствии с п.2 ст.170 ГК РФ притворной является сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях.

На основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. По смыслу названной нормы права признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

По основанию притворности недействительной сделки может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. Доказывая притворный характер сделки, заявитель обязан подтвердить, что воля обеих сторон была направлена именно на совершение прикрываемой сделки.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

По правилам статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В силу ст.421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора. В соответствии с п.5 ст.10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действия предполагается. Следовательно, недопустимо утверждение о чьей- либо недобросовестности, не подтвержденное достаточными на то доказательствами.

Довод ответчика о том, что им не было дано согласие на заключение договора поручительства, подлежит отклонению, по следующим основаниям.

В соответствии с п.5 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 N 42 "О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством" из положений параграфа 5 главы 23 ГК РФ следует, что договор поручительства может быть заключен без согласия или уведомления должника, названное обстоятельство не влияет на действительность договора поручительства.

При этом, судом не установлено каких либо мотивов, по которым банк и истец заключили договор поручительства с намерением умышленно причинить вред ответчику.

Сам по себе факт того, что договор поручительства был заключен 30.09.2016 года и исполнение по нему было произведено также 30.09.2016 года не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны банка и истца.

Довод ответчика о том, что заключив договор поручительства, банк и истец прикрывали действия истца по оплате за ответчика процентов по кредитному договору, регулируемые нормами статьи 313 ГК РФ, отклоняется судом по следующим основаниям.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор обязан принять исполнение от третьего лица в следующих случаях:

- должник возложил исполнение на указанное третье лицо;

- должник допустил просрочку исполнения денежного обязательства;

- такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество.

Вместе с тем, названная норма устанавливает именно обязанность принять исполнение от третьего лица при определенных обстоятельствах. Она не может толковаться как ограничивающая количество случаев, когда кредитор имеет право (а не обязанность) принять подобное исполнение.

Поэтому в силу свободы договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации) кредитор и третье лицо вправе согласовать возможность принятия исполнения за должника в иных случаях, в том числе при отсутствии просрочки со стороны последнего. С экономической точки зрения аналогичный эффект может быть достигнут в ситуации, когда кредитор добровольно передает свои права к должнику и получает определенное встречное исполнение при уступке права на основании соглашения (пункты 1 и 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации), где согласия должника не требуется; либо когда кредитор принимает в обязательство нового должника (кумулятивное принятие долга) без получения согласия должника первоначального (абзац второй пункта 1 статьи 391 Гражданского кодекса Российской Федерации), и новый должник осуществляет погашение долга.

Данная позиция отражена в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 08.10.2018 N 308-ЭС18-9823 по делу N А53-8008/2016.

По смыслу нормы п. 1 ст. 313 ГК РФ должник вправе исполнить обязательство самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, возложить исполнение на третье лицо. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять исполнение. В законе не установлено обязанности добросовестного кредитора проверить, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение третьим лицом обязательства должника перед добросовестным кредитором, если кредитор не знал и не мог знать, что исполнение обязательств на это лицо возложено не было, и исполнением не были нарушены права и законные интересы должника.

Таким образом, истец мог исполнить обязательство за ответчика как без возложения на него такой обязанности последним, так и до наступления срока исполнения обязательства, а у банка в любой случае имелось бы право принять такое исполнение за третье лицо.

Следовательно, заключать притворный договор поручительства, как для истца, так и для банка не имело никакого смысла, так как при желании истец мог оплатить задолженность за ответчика и без такого поручительства, и в этом случае у истца также бы возникло право требования к ответчику в сумме исполненного им обязательства.

Суд также отмечает, что сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила, следовательно, даже если бы банк и истец прикрывали сделку по оплате истцом обязательства по правилам статьи 313 ГК РФ, то у истца все равно бы возникло право требования, аналогичное требованию, заявленному в настоящем иске.

Отклоняя доводы ответчика о том, что истинная воля банка и истца при заключении договора поручительства была направлена на создание видимости обслуживания кредита по договору с целью отсрочить отзыв лицензии у банка, а также доводы о злоупотреблении правом со стороны банка и истца, суд отмечает следующее.

Факт возникновения кредитных взаимоотношений между банком и ответчиком установлен судом.

Следовательно, суд считает обоснованным довод Агентства по страхованию вкладов, что банк желал минимизировать возможные риски в данном правоотношении и получить от НАО «БШПУ» или третьих лиц обеспечение по обязательствам НАО «БШПУ».

Обязательства НАО «БШПУ» перед банком по возврату кредита <***> являлись обеспеченными, что в случае неплатежеспособности ответчика гарантировало банку возврат денежных средств.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору №15254 от 24 декабря 2015 года между банком и НАО «БШПУ» были заключены договоры залога:

24 декабря 2015 года заключен договор <***>/Д32-1 о залоге прав (требований) в сумме 990 530 000, 00 руб., на получение оплаты выполненных работ по оснащению, проходке и армированию вертикального ствола «Клетевой» подземного рудника «Юбилейный» по договору подряда №50/08-БШПУ от 10 апреля 2008 года, заключенному НАО «БШПУ» с ООО «Башкирская медь» (расторгнут 27 марта 2017 года, в настоящий момент расторжение договора залога оспаривается в Арбитражном суде города Москвы);

24 декабря 2015 года был заключен договор №15254/Д32-2 о залоге прав (требований) в сумме 16 092 956, 00 долларов США на получение оплаты за выполнение работ по строительству «под ключ» вертикального шахтного ствола «Вспомогательный 6- Г» рудника «Гужумсай» по договору подряда №77 от 25 декабря 2014 года, заключенному НАО «БШПУ» с ГП «Навоийский горно-металлургический комбинат», Республика Узбекистан (расторгнут 27 марта 2017 года, в настоящий момент расторжение договора залога оспаривается в Арбитражном суде города Москвы).

30 декабря 2015 года между банком и ООО «ПромРесурс» заключен договор залога акций <***>/Д31 по условиям которого залогодатель передал в залог банку 265 583 обыкновенных именных акции НАО «БШПУ» (75% минус одна акция государственный регистрационный номер выпуска 1-02-30894-D). Залог оценен сторонам в 1 507 661 574, 40 рублей.

В качестве обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору №15254 от 24 декабря 2015 года между банком и третьими лицами были заключены договоры поручительства:

договор поручительства с ООО «ФП-Ишимбай» <***>/ДП1 от 30 сентября 2016 (уплата процентов за сентябрь 2016 года, исполнен).

договор поручительства с ООО «Тропик» №15254/Д2 от 31 октября 2016 года (разовая уплата процентов, исполнен).

договор поручительства с ООО «Импэкс-техно» М15254/ДПЗ от 28 февраля 2017 (уплата процентов за февраль 2017 года, исполнен).

договор поручительства с ООО «Тропик» <***>/ДП2 от 29 ноября 2016 года (на полную сумму кредита, не исполняется).

Таким образом, на момент совершения спорного платежа (30 сентября 2016 года), произведенного ООО «ФП-Ишимбай» по кредитному договору 15254, у банка имелось обеспечение в виде залогов, сумма которых гарантированно обеспечивала полный возврат банку денежных средств, полученных НАО «БШПУ» по кредитной линии.

Указанные договоры залога и договоры поручительства приобщены к материалам дела.

В части возможных мотивов, по которым договор поручительства заключил истец, суд отмечает, что из материалов дела следует, что истец являлся контрагентом банка и зарекомендовал себя как платежеспособный партнер в обязательствах перед банком, исполнив обязательства, в частности, по договору конверсии № ко-фп-05-16 от 23.05.2016 г., опционному соглашению № ор-фп-05-16 от 24.05.2016 г., договору конверсии № ко-фп-05- 16/2 от 30.05.2016 г. на общую сумму более 125 000 000 долларов США (т. 4 л.д. 51-59).

Из объяснений истца следует, что заключая договор поручительства с банком, истец надеялся на вероятные преференции банка и лояльность как контрагента.

С учетом изложенного, учитывая отсутствие доказательств обратного, суд приходит к выводу, что заключая договор поручительства, банк и истец действовали добросовестно.

Довод ответчика о том, что Банку было необходимо заключение договора поручительства с ООО «ФП-Ишимбай» для того, чтобы избежать отзыва лицензии, так как размер и качество обеспечения влияет на размер резерва на возможные потери и если бы банк не смог сформировать такой резерв, у него отозвали бы лицензию, также отклоняется судом.

Резерв на возможные потери формируется кредитной организацией для минимизации потерь от обесценивания ссуды. При выдаче кредита всегда существует вероятность его неуплаты, то есть кредитная организация не может однозначно определить в момент заключения сделки и в ходе сопровождения кредита факт возврата долга своевременно и в полном объёме.

Поэтому при помощи формирования резерва банком закладывается риск невозврата (так называемый «кредитный риск»). Резерв обеспечивает создание банку более стабильных условий финансовой деятельности, позволяя избегать колебаний величины прибыли, связанной со списанием потерь по ссудам. Кредитный риск значительно уменьшается при наличии обеспечения по кредитному договору - залогов или поручительства третьих лиц, которые позволяют минимизировать потери кредитной организации от невозврата кредита заемщиком. При наличии достаточного качественного обеспечения, значительные колебания размера резерва не возможны, а нарушение условий кредитного договора в части размера и периодичности платежей по кредиту не может привести к негативным для банка последствиям, так как банк сможет вернуть средства путем обращения взыскания на заложенное имущество. В такой ситуации негативные последствия в большей части возможны для заемщика и его залогодателей.

Ссуды делятся на категории качества (в соответствии с "Положением о порядке формирования кредитными организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней задолженности", утв. Банком России 26.03.2004 N 254-П).

Категории качества ссуды отображают вероятности её обесценения, риск невозврата кредита. В соответствии с профессиональным суждением об уровне кредитного риска по состоянию на 01 июня 2016 года кредитная линия <***> была отнесена ко II категории качества с формированием резерва в 1 %.

Кредитная линии <***> была отнесена ко II категории качества в связи с наличием обеспечения по кредиту на суммы более 2 500 000 000 рублей (залог акций и прав требования) и 16 миллионов долларов США (Залог прав требования).

Договор поручительства <***>/ДП1 заключен с ООО «ФП-Ишимбай» 30 сентября 2016 года и предусматривал обеспечительное обязательство на сумму немногим более 10 миллионов рублей. Наличие или отсутствие такого обеспечения как поручительство ООО «ФП-Ишимбай» не могло существенно повлиять на категорию качества данной ссуды.

Обязательства НАО «БШПУ» были обеспечены ликвидными залогами, и в случае неисполнения обязательств по кредитной линии <***> со стороны НАО «БШПУ» Банк имел право обратить взыскание на заложенное ему имущество - права требования к третьим лицам, а также на акции НАО «БШПУ» и фактически получить контроль над данной организацией.

Таким образом, суд приходит к выводу, что реальная экономическая выгода от заключения договора поручительства с ООО «ФП-Ишимбай» была у НАО «БШПУ», которое в случае неисполнения обязательств по кредитной линии <***> рисковала потерей права требования к третьим лицам на сумму более полутора миллиардов рублей, а акционеры рисковали потерять 75% акций предприятия.

Суд также отмечает, что отсутствие в материалах дела документальных доказательств того, что договор поручительства был заключен с согласия ответчика, не может является однозначным свидетельством того, что такое согласие не было получено в неформальном виде.

Кроме того, суд учитывает, что между банком и ответчиком в спорный период существовали партнерские отношения, и кроме спорного кредита банком выдавались, а ответчиком обслуживались, иные кредиты на значительные суммы.

Необходимость предоставления обеспечения по ежемесячным платежам была выгодна НАО «БШПУ» и в связи с финансовыми проблемами, возникшими у ответчика в сентябре 2016 года.

Факт финансовых затруднений, возникших у НАО «БШПУ» в период произведения спорного платежа, подтверждается тем обстоятельством, что в августе - сентябре 2016 года три организации (АО «Трест «Шахтспецстрой», ООО «Челябинская Арендно-Строительная; Компания» и ООО «ЭнергоМонтажСервис») обратились в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлениями о признании НАО «БШПУ» несостоятельным (банкротом) (дело А07-17542/2016).

Относительно довода ответчика о возможном отзыве у банка лицензии, если бы НАО «БШПУ» вовремя не исполнило обязательства по оплате процентов по кредитной линии <***>, суд отмечает, что лицензия у кредитной организации может быть отозвана по основаниям, перечень которых содержится в ст. 20 ФЗ от 02.12.1990 N 395-1 «О банках и банковской деятельности».

Данной статьей предусмотрен перечень оснований для отзыва у кредитной организации лицензии, основным критерием отзыва лицензии у кредитной организации является неоднократность и/или существенность допущенных нарушений. Исходы из положений данной статьи, однократное не исполнение ответчиком обязанности по уплате процентов не могло привести к отзыву лицензии у банка.

В части довода ответчика о том, что ФИО2 (привлечен к участию в дела в качестве третьего лица) являлся одновременно и сотрудником банка, и учредителем ООО «ФП-Ишимбай» суд отмечает следующее.

В связи с доводами ответчика о возможной взаимозависимости банка истца и ФИО2 Агентством по страхованию вкладов была проведена проверка, в результате которой было установлено, что с 13 апреля 2011 года ФИО2 состоял с банком в трудовых правоотношениях, сначала он был принят на работу в Управление рисками на должность начальника управления, а 28 сентября 2011 года переведен в Службу управления рисками на должность начальника службы. ФИО2 уволен из банка 09 декабря 2016 года.

Анализ должностной инструкции ФИО2 (представленной в материалы дела) показал, что занимаемая им должность не была связана с руководством банком, ФИО2 был наделен, властно-распорядительными полномочиями только в рамках возглавляемого структурного подразделения, и частично в отношении иных подразделений банка, но только в части затрагивающей управление рисками кредитной организаций. Обязанности ФИО2 заключались в предоставление руководству аналитической информации, связанной с рисками, возникающими при осуществлении| текущей деятельности кредитной организации.

ФИО2, в спорный период являл сотрудником банка, однако не являлся лицом, контролировавшем деятельность кредитной организации.

В части доводов ответчика о том, что возможно ФИО2 внес денежные средства на счет истца в целях дальнейшего их перечисления банку по договору поручительства, суд отмечет, что доказательств данному доводу в материалах дела не содержится.

Из материалов дела следует, что ООО «ФП-Ишимбай» создано 03 декабря 2012 года в г. Ишимбае. С 03 декабря 2012 года по 06 августа 2017 года обществом руководил генеральный директор ФИО1, учредителями общества в период с 03 декабря 2012 года по 21 декабря 2016 года являлись: ФИО9 (37,5%); ФИО2 (37,5%); ООО «БЭСТ ПРАЙС» (ИНН <***>) (25%).

Уставной капитал ООО «БЭСТ ПРАЙС» составляет 110 000 000, 00 рублей, основной вид деятельности: розничная торговля в неспециализированных магазинах. Выручка предприятия от продаж в 2016 году у данной организации составила 58 262 960 000, 00 рублей, себестоимость продукции - 41 113 666 000, 00 рублей. ООО «БЭСТ ПРАЙС» является учредителем 246 организаций, созданных в форме общества с ограниченной ответственностью, с долей участия 25 %. ООО «БЭСТ ПРАЙС» является правообладателем товарных знаков FIX Price!, PARTY, Top Race, INSTYLE, FLASH, Любосадово, Круаж и иные.

Экономическая модель сети магазинов под брендом «Фикс Прайс», построена на принципе больших оборотов, т.е. получение прибыли не за счет большой наценки на товар, а за счет увеличения продаж при снижении цены. При такой экономической модели требуются большие объёмы поставок реализуемого товарами, в том числе и поступающего из-за рубежа. Оптовое приобретение за рубежом крупных партий товаров народного потребления требует наличия значительных объемов валюты, товары в России реализуются за рубли, вследствие чего у организации есть постоянная необходимость в конвертации крупных сумм валюты Российской Федерации (рублей) в иные валюты (например, доллары США).

Таким образом, из материалов дела следуют, что иные учредители истца имели, как финансовые возможность внести спорную сумму на счет истца, так и коммерческий интерес в поддержке партнерских отношений с банком.

Иные доводы ответчика основаны на неверном толковании норм права и не имеют правового значения для квалификации спорного договора поручительства как ничтожной сделки.

С учетом изложенного, оценив все представленные по делу доказательства, с уд приходит к выводу, что основания для квалификации спорного договора поручительства как ничтожного не имеется, признаков недобросовестности в действиях банка и истца не установлено.

В процессе судебного разбирательства ответчиком было заявлено о наличии договоров перевода долга от 01.02.2017 г. и от 01.09.2016 г., заключенных между НАО «БШПУ» и ООО «Респект» о передаче обязательства по Кредитному договору <***> от 24 декабря 2015 года от первоначального должника (НАО «БШПУ») к новому (ООО «Респект»).

Агентством по страхованию вкладов было заявлено о ничтожности данных договор и о необходимости представления в материалы дела оригиналов данных договор.

В ответ на данное ходатайство ответчик сделал заявление об исключении из числа доказательств по делу договоров перевода долга от 01.02.2017 г. и от 01.09.2016 г.

В соответствии с п.2 ст.391 ГК РФ перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны пользуются равными правами на предоставление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений.

С учетом изложенного, требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Истцу при подаче искового заявления была предоставлена отсрочка, поэтому госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью "ФП-Ишимбай" (ОГРН <***>, ИНН <***>) удовлетворить.

Взыскать с непубличного акционерного общества "Башкирское шахтопроходческое управление" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

в пользу общества с ограниченной ответственностью "ФП-Ишимбай" (ОГРН <***>, ИНН <***>) основной долг в размере 10 826 163 руб. 93 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 239 182 руб. 40 коп., проценты по ключевой ставке Центрального Банка Российской Федерации на сумму основного долга 10 826 163 руб. 93 коп. с даты вступления решения в законную силу и по день фактической оплаты.

Взыскать с непубличного акционерного общества "Башкирское шахтопроходческое управление" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

в доход федерального бюджета госпошлину в размере 88 327 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.

Судья И.В. Ганцев