Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Симахиной И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Максютовым Т.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет"

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Общество с ограниченной ответственностью "Гелиос"

о признании частично недействительным решения

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 – представитель по доверенности № 03/589 от 15.07.2021г., наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом АВС 0950093 (регистрационный номер 92), предъявлено служебное удостоверение № 4881 от 12.07.2021г.

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет" (далее – Заявитель, Учреждение) посредством системы «Мой арбитр» обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании недействительными пунктов 1, 2, 4, 5 решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан (далее – Антимонопольный орган, Управление) от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17 сентября 2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено Общество с ограниченной ответственностью "Гелиос" (далее – Третье лицо, Общество).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30 сентября 2021 года рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции было отложено на 18 ноября 2021 года в 10 час. 50 мин. в связи с отсутствием сведений о надлежащем извещении Третьего лица о месте и времени судебного разбирательства.

Названным определением судом было предложено Заявителю доводы обосновать и подтвердить документально, изложить в письменном виде свою развернутую позицию по делу, письменные пояснения заблаговременно направить в адрес всех участвующих в деле лиц; Антимонопольному органу – доводы обосновать и подтвердить документально с учетом доводов Заявителя, изложенных в письменных пояснениях; Третьему лицу – представить в суд письменный мотивированный отзыв по существу заявленных требований с указанием сведений, предусмотренных статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с приложением доказательств, подтверждающих изложенные в отзыве доводы и заблаговременное направление копии отзыва в адрес всех участвующих в деле лиц.

Кроме того, судом было предложено сторонам доводы и возражения обосновать и подтвердить документально со ссылками на нормы права и арбитражную практику, рассмотреть возможность урегулирования спора мирным путем.

Указанное определение было размещено судом в "Картотеке арбитражных дел" (https://kad.arbitr.ru) 01 октября 2021 года в 13 час. 36 мин. 59 сек. по московскому времени, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов.

В судебном заседании, состоявшемся 18 ноября 2021 года, представитель Заявителя представил для приобщения к материалам дела дополнительные документы.

Антимонопольный орган и Третье лицо, извещенный о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, явку в судебное заседание, состоявшееся 18 ноября 2021 года, не обеспечили, какие-либо доказательства во исполнение вышеуказанного определения суда не представили.

В связи с необходимостью ознакомления с представленными Заявителем документами, определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 18 ноября 2021 года в судебном заседании на основании статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв до 25 ноября 2021 года в 11 час. 45 мин.

Указанное определение было размещено судом в "Картотеке арбитражных дел" (https://kad.arbitr.ru) 19 ноября 2021 года в 12 час. 31 мин. 25 сек. по московскому времени, что подтверждается отчетом о публикации судебных актов.

Лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда лицами, участвующими в деле, меры по получению информации не могли быть приняты в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств (часть 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013г. № 99 "О процессуальных сроках" если перерыв объявляется на непродолжительный срок и после окончания перерыва судебное заседание продолжается в тот же день, арбитражный суд не обязан в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, извещать об объявленном перерыве, а также времени и месте продолжения судебного заседания лиц, которые на основании статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, но не явились на него до объявления перерыва. Если продолжение судебного заседания назначено на иную календарную дату, арбитражный суд не позднее следующего дня размещает в информационном сервисе "Календарь судебных заседаний" на своем официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" информацию о времени и месте продолжения судебного заседания. Если перерыв объявляется на один день, арбитражный суд размещает такую информацию до окончания дня объявления перерыва. Размещение такой информации на официальном сайте арбитражного суда с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетельствует о соблюдении правил статей 122, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, а также заслушав объяснения представителя Заявителя, суд установил следующее.

12 декабря 2019 года Учреждением на Интернет-сайте www.zakupki.gov.ru было размещено извещение об осуществлении закупки путем проведения открытого конкурса в электронной форме № 0301100027719000089 «Оказание услуг по охране объектов ФГБОУ ВО "УГНТУ"». Начальная (максимальная) цена контракта была установлена в 26 452 437 руб.

Не согласившись с положениями данной документации, Общество обратилось с соответствующей жалобой в Управление, ссылаясь на факт нарушения Учреждением требований Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд".

В ходе рассмотрения жалобы Общества Антимонопольным органом было установлено, что в описании объекта закупки конкурсной документации Учреждением установлено, в числе прочего, требование «в лицензии перечнем разрешенных видов услуг должны являться, в том числе охранники охранной организации Исполнителя должны обеспечивать на территории Заказчика сохранность имущества и общественного порядка в соответствии с документацией и требованиями руководства ФГБОУ ВО "УГНТУ" о пропускном и внутриобъектовом режиме и другими нормативно-правовыми актами».

Проанализировав положения Закона Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" и Федерального закона от 07.02.2011г. № 3-ФЗ "О полиции", Управление пришло к выводу, что охрана общественного порядка относится к деятельности полиции и не входит в виды деятельности частных охранных предприятий, в связи с чем признало, что Учреждением в описание объекта закупки включены требования к видам деятельности не в соответствии с Законом Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации", что является нарушением требования пункта 1 части 1 статьи 33 Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд".

По результатам рассмотрения жалобы Общества Антимонопольным органом было вынесено от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020, из резолютивной части которого следует, что он пришел к следующим выводам:

«1. Признать жалобу Заявителя частично обоснованной.

2. В действиях Заказчика установлены нарушения п. 1 ч. 1 ст. 33 Закона о контрактной системе.

3. Предписание об устранении выявленных нарушений не выдавать.

4. Передать материалы дела соответствующему должностному лицу Башкортостанского УФАС России для рассмотрения вопроса о возбуждении дела об административном правонарушении.

5. Обязать заказчика обеспечить явку должностного лица ответственного за утверждение документации с документами, удостоверяющими личность, полномочия не утверждение документации по Конкурсу, письменными объяснениями по обстоятельствам дела на составление протокола об административном правонарушении по адресу: Уфа, ФИО2, 95, каб.527 с объяснением по факту выявленного нарушения 27.02.2020 года в 11:30».

Считая, что пункты 1, 2, 4, 5 решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020 не соответствуют действующему законодательству и нарушают его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с настоящим заявлением.

Изучив материалы дела, исследовав изложенные обстоятельства дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации установлено, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Право на судебную защиту и доступ к правосудию относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и одновременно выступает гарантией всех других прав и свобод, оно признается и гарантируется согласно общепризнанным принципам и нормам международного права (статьи 17 и 18, части 1 и 2 статьи 46, статья 52 Конституции Российской Федерации). Равным образом оно распространяется и на организации как объединения граждан (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2004г. № 15-П "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 59 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами Государственного Собрания - Курултая Республики Башкортостан, Губернатора Ярославской области, Арбитражного суда Красноярского края, жалобами ряда организаций и граждан").

В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина (объединения граждан) часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Тем самым в нормах арбитражного процессуального законодательства находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения) (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.12.2017г. № 3032-О, от 26.10.2017г. № 2360-О, от 18.07.2017г. № 1690-О, от 20.12.2016г. № 2665-О и другие).

Всякое заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса в порядке, установленном законом. Тем самым предполагается, что заинтересованные лица вправе обратиться в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права либо охраняемого законом интереса лишь в установленном порядке (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2017г. № 879-О).

Арбитражный суд рассматривает дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности, об оспаривании затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц.

Согласно части 1 статьи 197 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела об оспаривании затрагивающих права и законные интересы лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями (далее - органы, осуществляющие публичные полномочия), должностных лиц, в том числе судебных приставов - исполнителей, рассматриваются арбитражным судом по общим правилам искового производства, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными в главе 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пленумами Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 6 их совместного постановления № 6/8 от 01.07.1996г. "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" было разъяснено, что основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

Частью 1 статьи 65, частью 3 статьи 189 и частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что по делам о признании недействительными ненормативных правовых актов обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Вместе с тем указанные положения не исключают общих требований части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из которых применительно к категории дел о признании недействительными ненормативных правовых актов обязанность по доказыванию своих доводов и нарушения оспариваемым ненормативным правовым актом прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности возлагается на заявителя.

Указанное соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20.12.2016г. № 2665-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав положениями статей 17, 65, 201, 266, 270, 291.6, 291.8 и 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, положениями статей 3.1 и 34 Федерального закона "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", в соответствии с которой положения статей 65 и 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ставя возможность удовлетворения арбитражным судом заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц в зависимость от выявления арбитражным судом нарушения оспариваемым решением или действием (бездействием) прав и свобод заявителя, что предполагает наличие у последнего обязанности доказать в ходе судебного заседания факт такого нарушения.

При этом суд отмечает, что в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства.

Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с предоставлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из положений частей 1-5 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

По смыслу части 4 статьи 200, части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд проверяет законность обжалуемого ненормативного правового акта исходя из обстоятельств, которые существовали на момент его принятия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.03.2016г. № 305-КГ16-382).

Предмет судебного разбирательства по делам об оспаривании ненормативных правовых актов определен частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту.

Осуществление такой проверки судом в силу статьи 123 Конституции Российской Федерации, статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подчинено принципу равноправия и состязательности сторон, в связи с чем судебное разбирательство не должно подменять осуществление контроля в соответствующей административной процедуре.

Аналогичная правовая позиция была сформулирована Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 01.12.2016г. № 308-КГ16-10862.

Указанное означает, что, оценивая в порядке части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность ненормативного правового акта государственного органа, суд не подменяет собой государственный орган, а лишь осуществляет проверку, соответствуют ли его выводы совокупности собранных в ходе административной процедуры доказательств и нормам права.

Иными словами, суд, не имея организационной соподчиненности с административным органом, не должен устанавливать вновь или переустанавливать фактические обстоятельства, подлежащие выяснению в рамках соответствующей административной процедуры, принимать от административного органа и оценивать доказательства, не исследованные им при прохождении административных процедур, а также иным образом подменять правосудие по административным делам административной деятельностью.

Схожие по своему смыслу разъяснения для судов общей юрисдикции были даны Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в абзаце втором пункта 61 постановления от 27.09.2016г. № 36 "О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации", согласно которому суд не вправе признать обоснованным оспариваемое решение, действие, бездействие со ссылкой на обстоятельства, не являвшиеся предметом рассмотрения соответствующего органа, организации, лица, изменяя таким образом основания принятого решения, совершенного действия, имевшего место бездействия.

Судом оцениваются на соответствие закону лишь те выводы, которые были положены в основу обжалуемого ненормативного правового акта, поскольку при рассмотрении дела в рамках главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверяется вопрос о законности конкретного ненормативного правового акта, а не спорная ситуация в целом.

В случае, если суд установит, что основание, по которому был принят обжалуемый ненормативный правовой акт, не соответствует закону, это обстоятельство должно повлечь за собой признание такого ненормативного правового акта недействительным.

В силу части 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Возможность установления иного срока на обжалование, в том числе с даты вынесения обжалуемого ненормативного правового акта, федеральным законом, подтверждается пунктом 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008г. № 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства".

На основании части 9 статьи 106 Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" решение, принятое по результатам рассмотрения жалобы по существу, может быть обжаловано в судебном порядке в течение трех месяцев с даты его принятия.

Таким образом, согласно части 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с частью 9 статьи 106 Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" заявление о признании недействительным решения, принятого по результатам рассмотрения жалобы по существу, может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня принятия такого решения.

Из материалов дела следует, что обжалуемое Заявителем решение было принято Антимонопольным органом 17 января 2020 года (сведений о его принятии в иную дату, в том числе вынесения определения об исправлении опечатки в дате вынесения ненормативного правового акта, не имеется).

Статьей 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что процессуальные сроки исчисляются годами, месяцами и днями. В сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни (часть 3). Течение процессуального срока, исчисляемого годами, месяцами или днями, начинается на следующий день после календарной даты или дня наступления события, которыми определено начало процессуального срока (часть 4).

Согласно части 2 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальный срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца установленного срока. Если окончание процессуального срока, исчисляемого месяцами, приходится на месяц, который соответствующего числа не имеет, срок истекает в последний день этого месяца.

С этой точки зрения, в рассматриваемом случае срок для обжалования решения от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020 для Заявителя начал течь с 18 января и завершил течение 17 апреля 2020 года, то есть начиная с 18 апреля 2020 года срок считается пропущенным.

Частями 5 и 6 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что процессуальное действие, для совершения которого установлен срок, может быть выполнено до двадцати четырех часов последнего дня установленного срока. Если заявление, жалоба, другие документы либо денежные суммы были сданы на почту, переданы или заявлены в орган либо уполномоченному их принять лицу до двадцати четырех часов последнего дня процессуального срока, срок не считается пропущенным.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, заявление Учреждения поступило в Арбитражный суд Республики Башкортостан в электронном виде посредством системы "Мой арбитр".

Исходя из содержания листа "Информация о документе дела" заявление и приложенные к нему документы поступили от Учреждения в систему "Мой арбитр" 16 апреля 2020 года.

В соответствии с пунктом 4.3 Порядка подачи в арбитражные суды Российской Федерации документов в электронной форме, в том числе в форме электронного документа, утвержденного приказом Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации от 28.12.2016г. № 252, дата и время поступления документов в информационную систему определяются по московскому времени, фиксируются автоматически и учитываются судом при рассмотрении вопроса о соблюдении срока для направления обращения в суд согласно процессуальному законодательству (часть 6 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В целях определения момента подачи документов по общему правилу принимаются во внимание дата и время информационной системы, а не дата и время часовой зоны, в которой находится суд – адресат направляемого обращения.

Таким образом, датой подачи документов в электронном виде является дата поступления их в систему подачи документов.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.10.2012г. № 6499/12.

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации было разъяснено, что по смыслу части 4 статьи 1, части 3 статьи 108 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, части 5 статьи 3, части 6 статьи 114 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, части 4 статьи 2, части 4 статьи 93 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, статей 128, 129 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при решении вопроса об истечении срока подачи обращения в суд (срока исковой давности) следует исходить из того, что обращение подано в суд на дату, указанную в уведомлении о поступлении документов в соответствующую информационную систему (пункт 13 постановления от 26.12.2017г. № 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов").

Приведенные обстоятельства подтверждают, что Заявителем в рассматриваемом случае установленный частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации трехмесячный срок был соблюден, что позволяет суду перейти к рассмотрению дела по существу.

Отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок в Российской Федерации регулируются положениями Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее – Закон № 44-ФЗ).

Требования к правилам описания объекта закупки предусмотрены статьей 33 Закона № 44-ФЗ.

Так, согласно пункту 1 части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ заказчик при описании в документации о закупке объекта закупки должен руководствоваться, в том числе, следующими правилами: в описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости). В описание объекта закупки не должны включаться требования или указания в отношении товарных знаков, знаков обслуживания, фирменных наименований, патентов, полезных моделей, промышленных образцов, наименование страны происхождения товара, требования к товарам, информации, работам, услугам при условии, что такие требования или указания влекут за собой ограничение количества участников закупки. Допускается использование в описании объекта закупки указания на товарный знак при условии сопровождения такого указания словами "или эквивалент" либо при условии несовместимости товаров, на которых размещаются другие товарные знаки, и необходимости обеспечения взаимодействия таких товаров с товарами, используемыми заказчиком, либо при условии закупок запасных частей и расходных материалов к машинам и оборудованию, используемым заказчиком, в соответствии с технической документацией на указанные машины и оборудование.

По мнению Антимонопольного органа, изложенного в обжалуемом решении, в рассматриваемом случае Заявителем было допущено нарушение приведенной нормы права, поскольку в описание объекта закупки Учреждением были включены требования к видам деятельности не в соответствии с Законом Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации".

Оснований поддержать данный вывод Антимонопольного органа суд не усматривает, руководствуясь при этом следующим.

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, частью 1 статьи 65, частью 3 статьи 189 и частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что по делам о признании недействительными ненормативных правовых актов обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Данные нормы арбитражного процессуального законодательства регламентируют правила распределения бремени доказывания между участвующими в делах данной категории лицами на судебной стадии рассмотрения дела.

Однако делам категории законности принятых публичными органами ненормативных правовых актов всегда предшествует досудебная стадия, на которой такие акты собственно и принимаются.

При этом при принятии ненормативного правового акта, особенно же такой разновидности, как решение по жалобе, публичный орган обязан не просто изложить в нем свои выводы касательно проблематики, в связи с которой он был вынесен, но и четко, недвусмысленно привести их обоснование, которое при этом не должно допускать двоякого толкования.

В рассматриваемом случае в обжалуемом ненормативном правовом акте Антимонопольным органом указано, что в описании объекта закупки конкурсной документации Учреждением установлено, в числе прочего, требование «в лицензии перечнем разрешенных видов услуг должны являться, в том числе охранники охранной организации Исполнителя должны обеспечивать на территории Заказчика сохранность имущества и общественного порядка в соответствии с документацией и требованиями руководства ФГБОУ ВО "УГНТУ" о пропускном и внутриобъектовом режиме и другими нормативно-правовыми актами».

Вместе с тем данные выводы Антимонопольного органа противоречат материалам дела.

Как следует из части Iаукционной документации "Информационная карта конкурса", в разделе "Установлены следующие единые требования к участникам закупки" (пункт 1) предусмотрено такое требование, как наличие действующей лицензии на осуществление частной охранной деятельности.

Также в части I аукционной документации "Информационная карта конкурса" предусмотрено содержание второй части заявки на участие в открытом конкурсе в электронной форме, которая в числе прочего содержит требования к содержанию лицензии, согласно которым разрешенными видами услуг должны являться:

«- защита жизни и здоровья граждан;

- охрана объектов и (или) имущества (в том числе при его транспортировке), находящихся в собственности, во владении, в пользовании, хозяйственном ведении, оперативном управлении или доверительном управлении, за исключением объектов и (или) имущества, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона РФ № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" от 11.03.1992г.

- охрана объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны, перечень видов которых устанавливается Правительством Российской Федерации, и (или) с принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию;

- консультирование и подготовка рекомендаций клиентам по вопросам правомерной защиты от противоправных посягательств;

- обеспечение порядка в местах проведения массовых мероприятий;

- обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, за исключением объектов, предусмотренных пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона РФ № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" от 11.03.1992г;

- охрана объектов и (или) имущества, а также обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, в отношении которых установлены обязательные для выполнения требования к антитеррористической защищенности, за исключением объектов, предусмотренных частью третьей статьи 11 пунктом 7 части третьей статьи 3 Закона РФ № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" от 11.03.1992г.».

Аналогичные требования к лицензии предусмотрены в части III"Техническая часть конкурсной документации" (раздел "Условия поставки товара (оказания услуг, выполнения работ)").

Приведенный в аукционной документации перечень услуг в полной мере соответствует (дублирует) положениям части третьей статьи 3 Закона Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации", в нем, вопреки указанию Антимонопольного органа, отсутствует такое требование к лицензии, как «охранники охранной организации Исполнителя должны обеспечивать на территории Заказчика сохранность имущества и общественного порядка».

Соответственно, в рассматриваемом случае Заявитель каких-либо требований к содержанию лицензии, выходящих за пределы положений Закона Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации", не установил. Выводы Антимонопольного органа об обратном быть признаны обоснованными не могут.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017г. (абзацы первый, одиннадцатый и двенадцатый), по общему правилу указание заказчиком в аукционной документации особых характеристик товара, которые отвечают его потребностям и необходимы заказчику с учетом специфики использования такого товара, не может рассматриваться как ограничение круга потенциальных участников закупки, в силу статьи 6 Закона № 44-ФЗ к числу основных принципов контрактной системы относятся принцип ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд и принцип эффективности осуществления закупки (эффективного использования источников финансирования), который должен соблюдаться наряду с принципом обеспечения конкуренции, возможное сужение круга участников закупки с одновременным повышением эффективности использования финансирования (обеспечением его экономии), исходя из положений пункта 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ, не может само по себе рассматриваться в качестве нарушения требований Федерального закона от 26.07.2006г. № 135-ФЗ "О защите конкуренции".

Как уже ранее отражалось в настоящем судебном акте, Антимонопольный орган, проанализировав положения Закона Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" и Федерального закона от 07.02.2011г. № 3-ФЗ "О полиции", пришел к выводу, что охрана общественного порядка относится к деятельности полиции и не входит в виды деятельности частных охранных предприятий.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 5 части третьей статьи 3 Закона Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации"в целях охраны разрешается предоставление такого вида охранных услуг, как обеспечение порядка в местах проведения массовых мероприятий.

Из раздела "Описание объекта закупки" части III конкурсной документации (техническая часть) следует, что предметом работ является оказание услуг по охране объектов Учреждения.

В данном разделе перечислены объекты Учреждения, подлежащие охране, количество постов, время охраны, период охраны, количество чел/часов, а также предусмотрено оказание услуг по запросу в течение всего срока контракта.

Из представленных Заявителем документов следует, что принадлежащие ему объекты используются не только по прямому назначению – обучению студентов –, но и с целью проведения массовых мероприятий, в их числе: торжественный вечер выпускников Уфимской детской школы искусств; межфакультетный фестиваль "Студенческая весна-2019"; мероприятия, посвященные юбилею Архитектурно-строительного института; встреча выпускников; научно-техническая конференция; Чемпионат России по гандболу среди мужских команд.

Кроме того, из пункта 13 технического задания аукционной документации следует, что охранники охранной организации исполнителя должны обеспечивать на территории заказчика сохранность имущества и общественного порядка в соответствии с документациями и требованиями руководства Учреждения о пропускном и внутриобъектовом режиме. Документация же требований об обеспечении общественного порядка за исключением массовых мероприятий не содержит.

Соответственно, поскольку на объектах Учреждения проводятся массовые мероприятия, технической частью конкурсной документации предусмотрено оказание услуг не только в определенное время, но и по запросу, а Закон Российской Федерации от 11.03.1992г. № 2487-1 "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации" относит к числу охранных услуг обеспечение порядка в местах проведения массовых мероприятий, суд приходит к выводу, что выводы Управления о том, что охрана общественного порядка относится к деятельности полиции и не входит в виды деятельности частных охранных предприятий, не соответствует нормам действующего законодательства.

Следовательно, по мнению суда, в рассматриваемом случае Учреждением не было допущено нарушение требований пункта 1 части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ. Выводы Антимонопольного органа об обратном основаны на неверном толковании норм права и противоречат материалам дела, в связи с чем обжалуемое решение следует признать несоответствующим положениям Закона № 44-ФЗ.

Поскольку Антимонопольный орган неправомерно признал Учреждение допустившим нарушение требований пункта 1 части 1 статьи 33 Закона № 44-ФЗ, постольку следует признать, что решение в обжалуемой части нарушает права и законные интересы Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах заявленные Федеральным государственным бюджетным образовательным учреждением высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет" требования подлежат удовлетворению, а обжалуемые им пункты 1, 2, 4, 5 решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020 – признанию недействительными, как не соответствующее положениям Федерального закона от 05.04.2013г. № 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" и нарушающее права и законные интересы Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет" в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Правовой целью главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является не просто отмена не соответствующего действующему законодательству ненормативного правового акта, но восстановление нарушенных таким ненормативным правовым актом прав и законных интересов обратившегося за судебной защитой лица.

Указанное положение закреплено в статье 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 3 части 4 которой в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должны содержаться, в том числе, указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Таким образом, при рассмотрении дел по правилам главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность по устранению допущенных нарушений прав и свобод заявителя должна быть возложена на орган, принявший обжалуемый ненормативный правовой акт, в рассматриваемом случае – на Антимонопольный орган.

Учитывая специфику настоящего дела, суд приходит к выводу, что в рамках настоящего дела нарушенные права и законные интересы Учреждения в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности восстанавливаются отменой незаконного ненормативного правового акта.

В соответствии с абзацем первым части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В абзаце третьем пункта 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014г. № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" разъяснено, что если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Поскольку при принятии заявления к производству и возбуждении производства по делу Учреждению была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в ходе рассмотрения настоящего дела доказательства ее уплаты им представлены не были, а Антимонопольный орган от уплаты государственной пошлины освобожден, оснований для рассмотрения вопроса о ее взыскании в доход федерального бюджета не имеется применительно к части 3 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Заявленные требования Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования "Уфимский государственный нефтяной технический университет" удовлетворить.

Пункты 1, 2, 4, 5 решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Республике Башкортостан от 17 января 2020 года № ТО002/06/105-48/2020 признать недействительными.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месяца с момента принятия, если не подана апелляционная жалоба согласно статье 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья И.В.Симахина