Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Белгородской области в составе судьи Пономаревой О. И., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания Черноморд С.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ИП ФИО1 к ИП ФИО2, третье лицо: ФИО3 о признании договора не заключенным, взыскании 408 400,92 руб. неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1, паспорт; ФИО4, представитель по доверенности от 12.01.2015, удостоверение адвоката № 849 от 25.06.2010;

от ответчика: ФИО2, паспорт; ФИО5, представитель по доверенности от 12.01.2015, паспорт, адвокат, удостоверение № 1021 от 30.07.2013;

от третьего лица: не явился, определение суда возвращено по истечении срока хранения.

Установил: Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 с иском о признании договора купли – продажи товара в магазине «Отделочные материалы», а также торгового оборудования, мебели и оргтехники незаключенным, а также о взыскании 400 000 руб. в счет долга по расписке от 18.09.2014, 8 400 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 10 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

В судебном заседании 24.02.2015 истец в порядке ст. 49 АПК РФ заявил об уменьшении исковых требований в связи с тем, что договор купли – продажи, о признании которого незаключенным заявлено ИП ФИО1, вообще не существует, не оговорены его существенные условия, отсутствует перечень товаров, которые должны были быть переданными (л.д. 45, т. 1).

В судебном заседании 23.06.2015 истец в порядке ст. 49 АПК РФ уменьшил исковые требования, просит взыскать с ИП ФИО2 355 412 руб. неосновательно приобретенных денежных средств, проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ на день вынесения решения суда, 10 000 руб. судебных расходов.

В судебном заседании 30.06.2015 истец в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил исковые требования в части процентов за пользование чужими денежными средствами в связи с перерасчетом периода их начисления, просит взыскать с ИП ФИО2 23 049,95 руб. процентов, начисленных по ст. 395 ГК РФ за период с 18.09.2014 по 30.06.2015.

Суд принял уточненные истцом исковые требования к рассмотрению по существу.

Определением суда от 24.02.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО3 (л.д. 55, т. 1).

В судебном заседании объявлялся перерыв с 23.06.2015 по 30.06.2015 (27 и 28 июня выходные дни).

Дело рассмотрено в соответствии со ст. 156 АПК РФ в отсутствие надлежаще извещенного третьего лица.

Требования истца мотивированы тем, что 16.09.2014 он прочитал объявление в газете «Призыв» о продаже действующего прибыльного бизнеса; позвонил по указанному в объявлении телефону, ответила ИП ФИО2, рассказав, что продает товар в магазине, находящемся на территории рынка (лакокрасочная продукция, электроинструменты, метизы и т.д.), однако не успевает работать в двух точках, а ее помощник (ФИО3) переезжает в г. Москву. 17.09.2014 истец занял 500 000 руб. под 60% годовых, что подтверждено представленным в дело договором займа и расписками о получении денежных средств.

Также истец пояснил, что он проверил документацию на аренду помещения и убедился, что договор аренды, приходные накладные, ценники оформлены на хозяйку магазина – ИП ФИО2

18.09.2014 он передал ИП ФИО2 400 000 руб. в счет покупки продаваемого ей бизнеса, а именно – за товар, находящийся в магазине «Отделочные материалы», торговое оборудование, мебель и оргтехнику в этом магазине. При передаче денежных средств было оговорено, что стороны проведут инвентаризацию с составлением акта приема – передачи материальных средств (товаров) и подписанием договора купли – продажи позже. О получении денежных средств ответчиком была дана расписка от 18.09.2014. За деньгами ехать к ИП ФИО1 домой ответчик предложила ФИО3 Дома истец отдал Юдину деньги в сумме 400 000 руб., которые он пообещал передать ИП ФИО2 Договорились через час встретиться в магазине, чтобы составить договор приема – передачи товара и провести ревизию. Истец прождал три часа в магазине, но ни ФИО2, ни ФИО3 так и не пришли для составления договора. За три часа ожидания истец выявил большое количество просроченной лакокрасочной продукции на сумму более 60 000 руб., а также узнал от продавщицы, что в магазине есть недостача на сумму 53 438,69 руб. ИП ФИО1 позвонил ИП ФИО2, предъявил эти факты и потребовал немедленного возврата денежных средств. После этого на звонки истца ответчик и третье лицо не отвечали. ИП ФИО1 29.09.2014 привез в магазин свой товар, которым торговал три месяца.

Считает, что расписка от 18.09.2014 свидетельствует лишь о получении денежных средств в счет подписания в дальнейшем договора купли – продажи, которая не может являться свидетельством заключения договора купли – продажи, поскольку не позволяет определить наименование и количество товара, ни место его нахождения. Поскольку ИП ФИО2 отказалась от заключения договора купли – продажи, то, по мнению истца, расписка о получении денежных средств порождает для нее лишь обязательство о возврате полученных денежных средств. Добровольно ответчик денежные средства возвратить отказывается.

В дальнейшем в ходе рассмотрения дела истец отмечал, что из доказательств по делу имеется расписка ответчика о том, что она получила денежные средства от ИП ФИО1 в сумме 400 000 руб. за товар, находящийся в магазине «Отделочные материалы», торговое оборудование, мебель и оргтехнику в этом магазине. В свою очередь ИП ФИО2 истцу фактически ничего не передала, то есть никаких документов, подтверждающих номенклатуру передаваемого товара. По мнению истца, юридически значимым обстоятельством по делу является то, что ИП ФИО2 получила денежные средства, но свои обязательства не исполнила, то есть имеет место неосновательное обогащение. При этом доводы ответчика о неполучении ею денег от истца не могут быть приняты во внимание при рассмотрении настоящего спора, так как ИП ФИО1 пояснил, что именно ИП ФИО2 попросила денежные средства передать через ее представителя, если он их ей не передал, то она вправе взыскать их с него в порядке гражданского или уголовного судопроизводства в зависимости от причин, по которым он их ей не передал.

Также истец указал, что в связи с тем, что товар, который ИП ФИО2 ему должна была передать, хранился в магазине, то ИП ФИО1 приходилось платить арендную плату в этом магазине, в связи с чем пришлось продать небольшую часть товара для внесения части арендной платы. Товара было продано на 44 588 руб., в связи с чем заявленная ко взысканию сумма неосновательного обогащения уменьшена истцом до 355 412 руб.

Ответчик в отзывах на иск (л.д. 49-50, т. 1; л.д. 105-107, т. 2) и в судебном заседании уточненные требования истца не признала. Пояснила, что приобретенный истцом бизнес фактически принадлежал ее сожителю ФИО3, которому в период, предшествующий продаже 18.09.014 этого бизнеса (магазина «Отделочные материалы»), поступило предложение о трудоустройстве в г. Москве.

Поскольку ФИО2 является индивидуальным предпринимателем и ведет предпринимательскую деятельность на территории рынка в п. Борисовка в магазине «Искушение», в 2012 году ФИО3 предложил ей открыть магазин по продаже электроинструмента и отделочных материалов, поскольку он сам являлся торговым представителем фирм, осуществляющих оптовую торговлю указанным товаром. Данное предложение возникло еще во многом потому, что на указанном рынке освободился торговый павильон № 69, который находился в месте с большой проходимостью людей. ИП ФИО2, дав согласие на осуществление от ее имени указанной торговой деятельности, заключила с администрацией рынка договор аренды указанного торгового павильона. Фактически магазином «Отделочные материалы» занимался только ФИО3, ответчик в деятельности магазина участия не принимала и им не занималась. Первоначально для развития указанного бизнеса ФИО3 использовал только свои денежные средства. Ответчику было известно, что данный бизнес являлся прибыльным и приносил ФИО3 в месяц от 80 до 130 тыс. руб. дохода. Поскольку ФИО3 в августе 2014 года предложили повышение по службе с переводом в г. Москву, он был вынужден продать организованный им бизнес, при этом ИП ФИО2 данный бизнес фактически не принадлежал и она им не занималась. В этой связи ФИО3 разместил в газете «Призыв» объявление о продаже действующего прибыльного бизнеса с пометкой «срочно».

Ответчик указала, что все переговоры о продаже бизнеса ИП ФИО1 вел с ФИО3 лично, ИП ФИО2 в их разговоре участия не принимала. До заключения договора купли – продажи ИП ФИО1 демонстрировалось торговое оборудование, которое было приобретено более чем за 200 000 руб., часть его хранилась на складе, находящемся в пользовании ответчика.

18.09.2014 в магазин «Отделочные материалы» прибыл истец, который на микроавтобусе вывез со склада торговое оборудование (торговые стеллажи с навесами), затем он вернулся и уже в магазине проверил наличие товара, которого было на сумму около 642 000 руб., в том числе на сумму около 400 000 руб. имелся электроинструмент (триммеры, пилы, дрели и т.д.) и на оставшуюся сумму иные отделочные материалы, в том числе и лакокрасочная продукция. ИП ФИО1 был поставлен в известность, что незначительная часть лакокрасочной продукции с истекшим сроком годности, не более чем на 5 000 руб. Также истец знал, что программа по учету товара, установленная на персональном компьютере в магазине, выдавала недостачу на сумму около 50 000 руб. По данному поводу истцу было разъяснено, что данная недостача является формальной, поскольку товар не в полном объеме внесен в программу. ФИО3 подготовлен акт приема – передачи товара, который был передан ИП ФИО1 для подписания. Истец в свою очередь по договоренности брал на себя обязательство, что к 18.09.2014 подготовит договор купли – продажи с помощью знакомого ему юриста. На момент, когда товар истцом был принят, ФИО3 передал ему ключи от магазина и не имел больше возможности в него войти. Истец, получив ключи, предложил ответчику перезаключить договор аренды торгового павильона на него.

Ответчик отметила, что продажа бизнеса ИП ФИО1 подразумевала передачу ФИО3 действующего магазина, находящегося в месте с большой проходимостью людей. Наличие в магазине торгового оборудования стоимостью более 200 000 руб., товара на сумму более 640 000 руб., мебели, оргтехники с установленным специальным программным обеспечением для ведения розничной торговли, журналов с данными поставщиков и постоянных покупателей, а также продавцов, торговавших в указанном магазине. Переоформив в администрации рынка аренду указанного помещения на ИП ФИО1, ФИО3 проследовал к ИП ФИО1 домой для установки указанной компьютерной программы на его домашний компьютер. По месту жительства истец передал ФИО3 400 000 руб. Истец знал, что ФИО3 19.09.2014 уезжает в г. Москву. 21.09.2014 ИП ФИО6 пришел к ИП ФИО2 в магазин и потребовал от нее расписаться в расписке о получении денежных средств, поставить на ней печать, что ответчик и сделала. 22.09.2014 ИП ФИО1 обратился в отношении ИП ФИО2 в ОМВД России по Борисовскому району с заявлением о привлечении ее к уголовной ответственности по факту совершения в отношении него мошеннических действий. 02.10.2014 в отношении ответчика было отказано в возбуждении уголовного дела.

По мнению ответчика, ИП ФИО1, покупая бизнес, должен был понимать, что в дальнейшем будет осуществлять деятельность на свой страх и риск. Утверждение о том, что он купил не прибыльный бизнес, подразумевая, что его якобы обманули, является несостоятельным, поскольку на протяжении последних трех лет магазин осуществлял деятельность по указанному адресу; была сформирована большая клиентская база. Помимо товара ИП ФИО1 была передана компьютерная техника с установленным программным обеспечением по учету и продаже товара.

Также ИП ФИО2 отметила, что, осуществляя предпринимательскую деятельность на рынке в пос. Борисовка, она достоверно знает, что истец по настоящее время ведет свою предпринимательскую деятельность, используя проданный ему бизнес.

В этой связи ответчик считает требования истца необоснованными и неправомерными, поскольку: истец убедился в наличии товара и торгового оборудования в магазине; принял акт наличия товара на бумажном носителе и компьютерной программе, которая была установлена на служебном компьютере в магазине и в домашнем компьютере ИП ФИО1; заключил договор аренды магазина «Отделочные материалы»; принял на работу продавцов, которые работали ранее в магазине «Отделочные материалы»; согласно представленной им документации осуществлял новые закупки товара и впоследствии осуществлял их продажу; ведет торговую деятельность в указанном магазине по сей день; в ходе совместной ревизии было установлено, что в магазине имеется незначительная часть переданного ФИО3 товара, точное количество которого установить не представилось возможным, поскольку ИП ФИО1 отказался производить ревизию в полном объеме.

Также ответчик указала, что истцом не оспаривается факт передачи денежных средств ФИО3, действующему, по его мнению, в интересах ИП ФИО2 на основании достигнутой ими договоренности о продаже бизнеса. Более того, согласно письменных пояснений истца от 26.03.2015, он не оспаривает факт передачи ему товароматериальных ценностей, переоформления договора аренды, передачи документов первичной отчетности, торгового оборудования, оргтехники с установленным программным обеспечением по учету товаров. Фактом получения имущества по договору, не заключенному в простой письменной форме, являются сведения о заключении 19.09.2014 ИП ФИО1 с администрацией Борисовского центрального рынка договора аренды торгового павильона № 69, в котором и хранилось указанное имущество.

Приняв указанный товар и сопутствующие с этим товаров ценности, а также предоставленную возможность осуществлять предпринимательскую деятельность в торговом павильоне № 69, ответчик передал ФИО3 денежные средства в размере 400 000 руб. за приобретенный им бизнес. Таким образом, истец, признавая факт получения товароматериальных ценностей, оргтехники, программного обеспечения, клиентской базы покупателей и поставщиков магазина «Отделочные материалы», а также возможности ведения бизнеса в торговом павильоне на территории рынка, отказавшись от признания договора купли – продажи бизнеса по продаже товаров в магазине «Отделочные материалы», лишил себя правовых оснований для возврата ему денежной суммы, переданной им по договору ФИО3

Полагает, что истец не только неверно выбрал способ защиты гражданских прав, предусмотренный ст. 12 ГК РФ, утверждая, что имело место незаконное обогащение, а не исполнение имущественных условий договора, что влекло за собой признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а умышленно ввел суд в заблуждение относительно юридической природы сложившихся правоотношений, поскольку фактически стороной по договору выступало физическое лицо – ФИО3, а не ИП ФИО2 Денежные средства от ИП ФИО1 ФИО3 получил на возмездной основе, более того, до заключения договора купли – продажи ФИО1 демонстрировалось торговое оборудование.

Считает, что обогащение может быть неосновательным, если отсутствуют правовые основания приобретения или сбережения имущества. Для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения потерпевший должен доказать, что приобретатель приобрел или сберег имущество за его счет без законных оснований. Полагает, что при рассмотрении настоящего дела истец сделал все, чтобы доказать обратное, а именно то, что он передал денежные средства на возмездной основе по сделке, совершенной без соблюдения письменной формы, что исключает возможность незаконного обогащения ответчиком. В этой связи просит отказать истцу в удовлетворении уточненных исковых требований в полном объеме.

Третье лицо – ФИО3 в письменных пояснениях (л.д. 67-69, т. 2) и в ходе рассмотрения дела указал на необоснованность требований ИП ФИО7 Пояснил, что в 2012 году с целью расширения бизнеса ответчика, предложил ИП ФИО2 открыть магазин по продаже электроинструмента и отделочных материалов, поскольку сам являлся торговым представителем фирм, осуществляющих оптовую торговлю указанным товаром. ИП ФИО2, дав согласие ФИО3 на осуществление от ее имени указанной торговой деятельности, заключила с администрацией рынка договор аренды освободившегося торгового павильона. Фактически магазином «Отделочные материалы» занимался только ФИО3, ИП ФИО2 участия в деятельности магазина не принимала и им не занималась. Первоначально для того, чтобы запустить этот бизнес, ФИО3 использовал свои денежные средства, денежные средства ответчика не привлекал. Данный бизнес являлся прибыльным и, произведя в него вложений около 850 000 руб., ФИО3 получал от него доход в месяц от 80 000 до 130 000 руб. в зависимости от сезона продаж. В связи с повышением по службе и переводом в г. Москву в августе 2014 года вынужден был продать организованный им бизнес, в связи с чем разместил в газете «Призыв» объявление о продаже действующего прибыльного бизнеса с пометкой «срочно».

Примерно 15.08.2014 на связь с ФИО3 вышел ИП ФИО1, указав, что хочет приобрести указанный бизнес, договорились с ним о встрече. Истец пояснил, что знает, где расположен магазин, поскольку неоднократно туда заходил как покупатель. Договор по продаже бизнеса был заключен 18.09.2014, до этого числа в магазин заходил ИП ФИО1, интересовался наличием товара и торгового оборудования. С его слов ФИО3 стало известно, что для него определяющим фактором является расположение торговой точки, и что возможно он перенесет магазин «Отделочные материалы» в другое место. До заключения договора купли – продажи ИП ФИО1 демонстрировалось торговое оборудование, которое было приобретено более чем за 200 000 руб., часть из которого хранилось на складе ИП ФИО2 18.09.2014 истец вывез со склада ответчика торговое оборудование (стеллажи с навесами), а также проверил наличие в магазине товара, которого было на 642 000 руб., в том числе на 400 000 руб. электроинструмент, и на оставшуюся сумму иные отделочные материалы, в том числе и лакокрасочная продукция.

Также ФИО3 пояснил, что ИП ФИО1 был поставлен в известность об истечении срока годности части лакокрасочной продукции, а также об указании в компьютере в магазине недостачи на сумму около 50 000 руб. с разъяснением истцу о том, что данная недостача является формальной в связи с неполным внесением в программу товара. ФИО3 был подготовлен акт приема – передачи товара, который передан истцу для подписания. Истец в свою очередь по договоренности брал на себя обязательство к 18.09.2014 подготовить договор купли – продажи с помощью его знакомого юриста. На момент, когда товар был принят ИП ФИО1, ФИО3 передал ему ключи от магазина, в связи с чем не имел больше возможности в него войти. ФИО1, получив ключи, предложил ИП ФИО2 перезаключить договор аренды торгового павильона. О том, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем, ФИО3 не знал. Переоформив в администрации рынка аренду торгового павильона на истца, ФИО3 проследовал с ИП ФИО1 к нему домой для установки компьютерной программы на его домашний компьютер. ИП ФИО1 передал ФИО3 400 000 руб., при этом он знал, что ФИО3 19.09.2014 уедет в г. Москву.

21.09.2014 ИП ФИО2 сообщила ФИО3 по телефону о том, что ИП ФИО1 приходил к ней в магазин и потребовал от нее расписаться в расписке о получении денежных средств, которую она по его требованию заверила печатью, а 22.09.2014 истец обратился в полицию с заявлением о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности по факту совершения в отношении него мошеннических действий, 02.10.2014 в возбуждении уголовного дела было отказано.

ФИО3 полагает, что с ИП ФИО1 был заключен договор, поскольку истец убедился в наличии товара и торгового оборудования в магазине; принял акт наличия товара на бумажном носителе и компьютерной программе, которая была установлена на служебном компьютере в магазине и на домашнем компьютере ИП ФИО8; заключил договора аренды магазина «Отделочные материалы»; принял на работу работников, которые работали ранее в магазине «Отделочные материалы»; согласно представленной им документации осуществлял новые закупки товара и в последствии их реализацию; ведет торговую деятельность в указанном магазине по сей день.

Исследовав материалы дела, заслушав и проверив доводы сторон, арбитражный суд находит уточненные исковые требования ИП ФИО1 подлежащими оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 08.07.2014 между ИП ФИО9 (арендатор) и ИП ФИО2 (субарендатор) заключен договор субаренды нежилого помещения № 68 (л.д. 64, т.1), в соответствии с п. 1.1 которого арендатор предоставляет в субаренду субарендатору павильон № 69 площадью 32 кв. м, в том числе торговая площадь составляет 12 кв. м, расположенный по адресу: <...>. Субарендатор осуществляет торговлю от своего имени и на свой риск, в том числе самостоятельно получает необходимые государственные решения и лицензии (п. 1.2). Срок аренды установлен с 08.07.2014 по 28.02.2015 (п. 1.3).

ИП ФИО2 и ФИО3 в ходе рассмотрения дела даны пояснения о том, что фактически торговлю в данном павильоне, оформленном на имя ответчика, зарегистрированного в установленном порядке в качестве индивидуального предпринимателя, осуществлял ФИО3, не имеющий статус индивидуального предпринимателя (л.д. 65-66, т. 1).

ФИО3 16.09.2014 в газете «Призыв» размещено объявление о срочной продаже действующего прибыльного бизнеса (л.д. 59, т. 1).

ФИО1 является индивидуальным предпринимателем, занимается розничной торговлей в палатках на рынке с 28.03.2008. В газете «Призыв» 17.09.2014 он нашел указанное объявление о продаже прибыльного бизнеса и позвонил по указанному в объявлении номеру телефона, принадлежащему ИП ФИО2, которая в ходе разговора пояснила, что указанный в газете бизнес принадлежит ее молодому человеку ФИО3, который позвонил в последующем ИП ФИО1 и пояснил, что у него за бизнес, договорился встретиться в модуле магазина, расположенного на рынке в п. Борисовка.
ИП ФИО1 согласился приобрести у ФИО3 данный бизнес, который, как выяснилось, оформлен на ИП ФИО2

18.09.2014 ИП ФИО1 приехал на рынок, где ИП ФИО2 передала ему расписку о получении денежных средств, и она переоформила аренду модуля на ИП ФИО1 в конторе рынка, а затем с ФИО3 он поехал к себе домой, где передал ему 400 000 руб., а ФИО3 установил ему на компьютер бухгалтерию и документацию по магазину.

В ходе передачи денежных средств ФИО3 никакого договора купли – продажи заключено между ними не было, также не была проведена комиссионная инвентаризация, не составлен акт приема – передачи товароматериальных средств (товаров) находящихся в модуле, так как ФИО3 очень спешил и пояснил, что все документы на инвентаризацию и акт приема – передачи материальных средств (товаров) передаст позже.

19.08.2014 после установки программы «Бухгалтерия» ИП ФИО1 обнаружил, что бизнес убыточный, хотя первоначально было заявлено о том, что бизнес прибыльный. ИП ФИО1 перезвонил ФИО3, сообщил ему о недостатках, пояснил, что хочет отменить сделку, при этом назвал причины (имелась недостача товара, заявленного в компьютере, несоответствие наименования товаров, просрочка лакокрасочных изделий), на что ФИО3 пояснил, что денежные средства в сумме 400 000 руб. он погасил по кредиту и вернет их, когда возьмет другой кредит. В настоящее время ФИО3 деньги не возвратил, при этом уехал в г. Москву, на телефоны не отвечает.

Изложенные обстоятельства установлены ОМВД России по Борисовскому району в ходе проверки по факту мошеннических действий ФИО3, проведенной по заявлению ИП ФИО1 от 22.09.2014.

02.10.2014 по данному заявлению истца принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ в связи с отсутствием признаков состава преступления. Данное постановление ИП ФИО1 в установленном УПК РФ порядке обжаловано не было.

31.01.2015 ОМВД России по Борисовскому району принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 и ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, а также в отношении ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. ст. 160, 333 УК РФ.

В ходе данной проверки, проводимой по заявлению ИП ФИО2 от 21.01.2015 о привлечении ИП ФИО1 к уголовной ответственности, органами дознания установлены те же обстоятельства взаимоотношений истца, ответчика, третьего лица по рассматриваемой сделке, а также установлено, что ФИО1 реализует принадлежащий ему товар, что подтверждается журналом. Товар, который был приобретен у ФИО2, частично реализован, однако количество проданного товара и вырученную сумму ФИО1 представить отказался, мотивируя тем, что необходимые документы представит в суд.

При этом отмечено, что в действиях ФИО3 и ФИО2 отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, так как мошеннических действий в ходе проверки выявлено не было, сделка была заключена добровольно, без принуждения или сокрытия информации. В действиях ФИО1 также отсутствуют признаки состава преступления, предусмотренного ст. ст. 160, 333 УК РФ, так как умысла на безвозмездное, самовольное и противоправное обращение вверенных ему товаров в ходе проверки не установлено.

Данное постановление истцом, ответчиком, третьим лицом в установленном порядке также не было обжаловано.

Ссылаясь на отказ ИП ФИО2 от заключения договора купли – продажи имущества, принимая во внимание, что предоставленная ею расписка в получении 400 000 руб. порождает для нее лишь обязательство по возврату этих денежных средств, ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим иском, уточнив в ходе рассмотрения дела исковые требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По совокупности представленных доказательств суд полагает, что волеизъявление сторон при совершении сделки было направлено на заключение договора купли-продажи имущества, принадлежащего ФИО3

Отношения сторон должны регулироваться нормами главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 455 Гражданского кодекса Российской Федерации условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Согласно пункту 2 статьи 465 Гражданского кодекса Российской Федерации если договор купли-продажи не позволяет определить количество подлежащего передаче товара, договор не считается заключенным.

Представленная ИП ФИО1 расписка предпринимателя ФИО2 (л.д. 6, т. 1) от 18.09.2014 не содержит условий, позволяющих идентифицировать наименование и количество товара, оборудования, мебели и оргтехники. Кроме того, в материалах дела отсутствуют иные доказательства, позволяющие установить состав, перечень и индивидуальные признаки передаваемого имущества, либо подтверждающие фактические действия сторон по исполнению договорных обязательств (акты приема-передачи, товарные накладные и иные документы).

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что представленная истцом в дело расписка ответчика от 18.09.2014 о получении 400 000 руб. является незаключенной.

Пунктом 1 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" разъяснено, что положения пункта 4 статьи 453 ГК РФ не исключают возможности истребовать в качестве неосновательного обогащения полученные до расторжения договора денежные средства, если встречное удовлетворение получившей их стороной не было предоставлено и обязанность его предоставить отпала. При ином подходе на стороне ответчика имела бы место необоснованная выгода.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения (п. 1 ст. 1107 ГК РФ).

Для установления факта неосновательного приобретения имущества необходимо в совокупности установить условия приобретения или сбережения имущества за счет другого лица, приобретение или сбережение имущества без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Таким образом, в предмет доказывания по требованиям о взыскании неосновательного обогащения входят следующие обстоятельства:

- факт приобретения или сбережения ответчиком имущества за счет истца;

- отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения;

- размер неосновательного обогащения.

Отсутствие доказательств по одному из указанных условий влечет отказ в удовлетворении иска.

В силу пункта 2 части 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, должны совершаться в простой письменной форме.

Судом на основании представленных в материалы дела доказательств, в том числе материалов об отказе в возбуждении уголовных дел в отношении истца, ответчика, третьего лица, с учетом пояснений участников спора, установлено, что ИП ФИО1 денежные средства в сумме 400 000 руб. ответчику ИП ФИО2 не передавались. Ответчик в ходе рассмотрения дела пояснял, что денежные средства от ИП ФИО1 не получала.

Фактически товар, оборудование, мебель, оргтехника приобретены истцом за 400 000 руб. у ФИО3, которому это имущество принадлежало, именно ФИО3 истцом были переданы денежные средства, и именно ФИО3 в дальнейшем ими распорядился по своему усмотрению, погасив ими свой кредит, что установлено в ходе проверки, проводимой полицией по заявлению ИП ФИО1 Данные фактические обстоятельства спора истцом в ходе рассмотрения дела не оспорены, доказательства иного им не представлены.

Иных письменных доказательств, подтверждающих получение ответчиком денежных средств, в материалы дела ИП ФИО1 суду не представлено.

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Истцом не представлены надлежащие доказательства, достоверно подтверждающие получение ответчиком ИП ФИО2 денежных средств в размере 400 000 руб. и ее обогащение за счет истца, как это предусмотрено положениями главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения уточненных требований ИП ФИО1, поскольку представленные в дело доказательства не содержат сведений, необходимых для удовлетворения требования по правилам статей 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с уточнением истцом исковых требований в ходе рассмотрения дела, подлежит возврату из федерального бюджета 4 599 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Уточненные исковые требования Индивидуального предпринимателя ФИО1 о взыскании и Индивидуального предпринимателя ФИО2 355 412 руб. неосновательного обогащения, 23 049,95 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 10 000 руб. расходов на оплату услуг представителя, оставить без удовлетворения.

Выдать истцу ИП ФИО1 справку на возврат из федерального бюджета 4 599 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.

Судья

Пономарева О. И.