Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Прокопенко Е.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Руденок И.Н., рассмотрев исковое заявление открытого акционерного общества «Магистральные нефтепроводы «Дружба», г.Брянск к обществу с ограниченной ответственностью «Стройконтракт», гВидное Ленинского района Московской области, о взыскании 15 600 000 руб. 00 коп., при участии в судебном заседании: от истца: 02.07.2013г. – ФИО1 – представитель (доверенность №88 от 01.03.2011г.), 04.07.2013г. - ФИО2 - представитель (доверенность №232 от 11.04.2013г.), от ответчика: ФИО3 – представитель (доверенность от 11.03.2013г.), установил:

Открытое акционерное общество «Магистральные нефтепроводы «Дружба» (далее – ОАО «МН «Дружба»), г.Брянск обратилось в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением обществу с ограниченной ответственностью «Стройконтракт» (далее – ООО «Стройконтракт»), г.Видное Ленинского района Московской области о взыскании 15 600 000 руб. неустойки за выявленные дефекты в результате выполнения комплекса работ в рамках контракта №1187/0404/09 от 08.09.2009г.

Ответчик исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к нему.

Дело рассмотрено после перерыва, объявленного в заседании суда 02.07.2013г. до 12 час. 30 мин. 04.07.2013г.

Изучив материалы дела, выслушав сторон, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 08.09.2009 г. между ОАО «МН «Дружба» (заказчик) и ООО «Стройконтракт» (подрядчик) был заключен контракт №1187/0404/09 на выполнение строительно-монтажных работ по объектам нового строительства (в том числе инвестиционных проектов):

п. 4.1.10 Балтийская трубопроводная система (БТС-II). Участок от НПС-7 до терминала в Усть-Луге с ответвлением на Киришский НПЗ. Первый пусковой комплекс. Линейная часть км 0 – км 122. Новгородская область. Участок км 0 – км 37;

п. 4.1.11 Балтийская трубопроводная система (БТС-2). Участок от НПС-7 до терминала в Усть-Луге с ответвлением на Киришский НПЗ Первый пусковой комплекс. Линейная часть км 0 – км 122. Ленинградская область. Участок км 37 – НПС № 8;

п. 4.1.12 Балтийская трубопроводная система (БТС-2) Участок от НПС-7 до терминала в Усть-Луге с ответвлением на Киришский НПЗ. Линейная часть км 122- км 236. Ленинградская область. Участок НПС № 8 – ПСП Усть-Луга.

В соответствии с п. 7.1. договора подрядчик обязан выполнять все работы и услуги, являющиеся предметом контракта, в соответствии с рабочей документацией (Приложение 4), графиком выполнения работ (Приложение 3), распределением контрактной цены и графиком объемов финансирования (Приложение 2), иными условиями контракта, требованиями регламентов заказчика, а также требованиями действующего законодательства Российской Федерации, ГОСТ, СНиП, ВСН. Любые отклонения от рабочей документации, требований регламентов заказчика, в том числе не влияющие на технологию и качество объекта, подрядчик обязан согласовывать с заказчиком.

Согласно абз.5 п.28.1.6 контракта подрядчик обязан уплатить заказчику штраф в размере 150 000 руб. за каждый допущенный дефект, при этом подрядчик не освобождается от обязанности выполнения работ по устранению дефекта. Уплата штрафа по нарушениям, указанным в пункте 28.1.6, производится подрядчиком по каждому нарушению отдельно.

В соответствии с п. 31.1 контракта, все споры и разногласия, которые могут возникнуть между сторонами из контракта или в связи с ним, регулируются ими путем переговоров с применением претензионного порядка. При этом претензии рассматриваются, и ответ на них направляется в течение 15 календарных дней, следующих за датой их поступления.

Указывая на то, что в результате проведенной внутритрубной диагностики работ, выполненных ответчиком на объектах строительства, были выявлены 104 дефекта трубы, указанные в отчетах по диагностическому обследованию, истец направил в адрес ответчика претензии №01-03-20/1598 от 28.01.2011г. на сумму 3 450 000 руб. (23 дефекта), №01-03-20/1599 от 28.01.2011г. на сумму 2 250 000 руб. (15 дефектов), №01-03-20/2873 от 09.02.2012г. на сумму 300 000 руб. (2 дефекта), №01-03-20/2874 от 09.02.2011г. на сумму 3 000 000 руб. (20 дефектов), №01-03-20/11213 от 14.05.2011г. на сумму 150 000 руб. (1 дефект), №01-03-20/17265 от 18.07.2011г. на сумму 3 450 000 руб. (23 дефекта), №01-03-20/19451 от 09.08.2011г. на сумму 3 000 000 руб. (20 дефектов), с требованием уплатить штраф в общей сумме 15 600 000 руб.

Поскольку в добровольном порядке штраф ответчиком не был уплачен, ОАО «МН
«Дружба» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив имеющиеся в деле доказательства, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ст.8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно п.2 ст.307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ.

В порядке ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 ГК РФ).

В силу ст. 4 АПК РФ право на обращение в арбитражный суд за защитой своих нарушенных прав или оспариваемых интересов имеют заинтересованные лица. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, является установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса и факта его нарушения ответчиком, а также доказанность того обстоятельства, что избранный способ защиты приведет к восстановлению нарушенных прав.

Право выбора конкретного способа защиты нарушенного права принадлежит истцу. Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в ст. 12 ГК РФ способами, в том числе путем взыскания неустойки.

В силу п. 1 ст. 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно расчету истца, размер неустойки составляет 15 600 000 руб. за 104 дефекта в соответствии с размером штрафа за каждый дефект – 150 000 руб. согласно абз.5 п.28.1.6 контракта.

В обоснование возражений ответчик приводит довод о несоблюдении ОАО «МН «Дружба» порядка оформления дефектов, предусмотренного ст.26 контракта.

Позицию ответчика суд находит необоснованной ввиду следующего.

Правилами статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Статьей 26 контракта «Гарантийный срок» установлен порядок устранения брака, дефектов или недоделок, выявленных в гарантийный срок, который устанавливается на 2 года с момента полписания сторонами акта приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией формы КС-14 (п.26.2 контракта).

Как установлено судом из материалов дела, акты формы КС-14 №10-12 приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией по объекту подписаны сторонами 19.02.2012г. (т.1 л.д.142-159), разрешение на ввод в эксплуатацию выдано Министерством регионального развития РФ 20.02.2012г. (т.2, л.д.64), и именно с этой даты начал исчисляться гарантийный срок по контракту.

Согласно представленным истцом в материалы дела актам дополнительного дефектоскопического контроля (акты ДДК) (т.2, л.д.92-151, т.3, л.д.1-158, т.4, л.д.1-149) дефекты трубы, послужившие основанием начисления спорной суммы штрафа, выявлены заказчиком – истцом в период выполнения подрядчиком работ на объекте (2010-2011гг.), то есть до наступления гарантийного срока, в связи с чем условия статьи 26 контракта в данном случае не подлежат применению к способам выявления и устранения дефектов в период выполнения подрядчиком работ по договору.

В соответствии с Отраслевым регламентом ОР-19.020.00-КТН-239-10 «Порядок очистки, гидроиспытаний и внутритрубной диагностики трубопроводной системы БТС-2 после завершения строительно-монтажных работ», утвержденным 24.09.2010г. (далее – Регламент), который является обязательным для организаций системы «Транснефть» и подрядных организаций, осуществляющих строительство объекта (п.1.1 Регламента), работы по выявлению дефектов проводятся до ввода объектов в эксплуатацию.

Пунктом 26.9.2 контракта установлено, что если в период пуска и/или окончательных испытаний и/или в течение гарантийного срока выявятся недостатки, неполнота и/или некомплектность материалов и оборудования подрядчика, либо несоответствие материалов и оборудования поставки подрядчика нормативным документам, действующим в системе магистрального нефтепроводного транспорта ОАО «АК «Транснефть», полностью или частично, то (независимо от того, могло ли быть это установлено при испытании на заводах-изготовителях) подрядчик обязуется за свой счет устранить все установленные дефекты путем исправления либо замены дефектных материалов и оборудования или их частей на доброкачественные материалы и оборудование.

Из буквального толкования данного пункта контракта следует, что его условия относятся к случаю обнаружения в период пуска и/или окончательных испытаний и/или в течение гарантийного срока дефектов в материалах и оборудовании, поставленных подрядчиком, но не подлежат применению к дефектам, выявленным в выполненных подрядчиком работам.

Учитывая изложенное, довод ответчика о необходимости в спорной ситуации оформления акта о выявленных дефектах в соответствии со ст.26 контракта при обнаружении дефекта по результатам проведения профилеметрии и ДДК, не соответствует условиям контракта.

Также свои возражения ответчик основывает на том, что представленные в материалы дела истцом акты ДДК не являются, по мнению ООО «Стройконтракт», доказательствами, подтверждающими как наличие дефектов, так и вину общества в выявленных дефектах.

Между тем, позиция ответчика не находит подтверждения в материалах дела.

В соответствии с п.7.1 контракта, подрядчик выполняет все работы, являющиеся предметом контракта, в соответствии с рабочей документацией, требованиями регламентов заказчика, а также требованиями действующего законодательства Российской Федерации, ГОСТ, СНиП, ВСН.

После завершения строительно-монтажных работ и до ввода участка нефтепровода БТС-2 в эксплуатацию, проводится профилеметрия, внутритрубная, ультразвуковая, магнитная диагностика при пропуске ВИП (внутритрубный инспекционный прибор, дефектоскоп) по участку нефтепровода (п.1.2 Регламента).

Порядок устранения дефектов по результатам пропуска ВИП по участку нефтепровода, заполненного водой, после завершения СМР до ввода в эксплуатацию установлено пунктом 14 Регламента, в соответствии с которым ДДК дефектов проводится подрядчиком с участием представителей ОАО «МН «Дружба», ОАО «ЦТД «Диаскан» и организации по технадзору (п.14.2); по результатам ДДК оформляется акт в соответствии с В.9 приложения В с участием представителя организации по технадзору.

Сведения об идентификации дефекта (тип, категория, размеры) указываются в актах о проведении дополнительного дефектоскопического контроля (акты ДДК), которые подписываются представителями заказчика, подрядчика, технического надзора (формат акта приложение В.9 к Регламенту).

Таким образом, в отношении дефектов, обнаруженных на участках нефтепровода по результатам пропуска ВИП и подтвержденных ДДК, нормативно-технической документацией заказчика установлен особый порядок их выявления и устранения.

Из материалов дела усматривается, что в результате проведенной в соответствии с вышеуказанным Регламентом внутритрубной диагностики работ, выполненных ООО «Стройконтракт» на объектах строительства, были выявлены 104 дефекта трубы не заводского происхождения: вмятина (местное уменьшение проходного сечения трубы без излома оси трубопровода, возникшее в результате поперечного механического воздействия (п.3.18 Регламента); несплавление по кромке шва (отсутствие соединения между металлом шва и основным металлом, либо между отдельными валиками сварного шва (п.3.25 Регламента); риска (уменьшение толщины стенки) – образовывается перемещающимся по поверхности трубы твердым телом (п.3.20 Регламента); смещение в поперечном шве – дефект в виде смещения (увод) наружного или внутреннего шва относительно друг друга (п.3.32 Регламента), что отражено в п.2 соответствующих актах.

Представленные в материалы дела истом спорные акты ДДК в подтверждение наличия дефектов, составлены с участием субподрядных организаций ООО «Стройконтракт», привлеченных к выполнению работ в установленном контрактом порядке, субподрядчики согласованы сторонами в дополнительном соглашении №1 от 18.02.2010г. к контракту.

В силу п. 3 ст. 706 Гражданского кодекса РФ генеральный подрядчик несет перед заказчиком ответственность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств субподрядчиком в соответствии с правилами пункта 1 статьи 313 и статьи 403 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

В пункте 1 статьи 403 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.

Согласно пункту 15.2 контракта, подрядчик (ООО «Стройконтракт») несет в полном объеме ответственность перед ОАО «МН «Дружба» за качество и сроки выполнения работ привлеченными им субподрядчиками.

Пунктом 6.2.4 Регламента установлено, что подрядчиком является строительно-монтажная организация, осуществляющая строительство участка нефтепровода и отвечающая за проведение работ по согласованному с заказчиком проекту производства работ (ППР), при выполнении профилеметрии, внутритрубной диагностики генеральный подрядчик полностью отвечает перед ОАО «МН «Дружба» за действия привлекаемых им субподрядных организаций.

На основании пункта 14.5 Регламента по результатам ДДК оформляется акт в соответствии с В.9 приложения В с участием представителя организации по технадзору, в соответствии с которым акт подписывается ответственным за производство работ, представителем организации по техническому надзору, представителем ОАО «МН «Дружба».

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что все спорные акты ДДК составления в соответствии с вышеуказанными требованиями Регламента и условиями контракта, подписаны заказчиком (ОАО «МН «Дружба»), субподрядчиками (лицами, ответственными за производство работ – ООО «Стройнефтегаз», ООО «БлокТрудопроводСтрой», ООО «Контакт-С», ОАО «СУ-7 СМТ», ЗАО «Аргус Паплайн Сервис», ЗАО «Нефтегазстрой», ООО «Стройконтракт») и представителями ОАО ЦТД «Диаскан», выполняющим независимый технический надзор в соответствии с контрактами №28-3592-2009 от 07.12.2009г. и №28-4498-2010 от 10.12.2010г., представленными истцом в материалы дела.

Кроме того, согласно актов входного контроля, составленным при участии заказчика, подрядчика, представителя завода-изготовителя, вся трубная продукция, поставленная на участок строительства ООО «Стройконтракт» была принята от поставщика без замечаний по качеству, признана соответствующей требованиям нормативно-технической документации.

Более того, после устранения всех дефектов объект строительства был принят заказчиком у подрядчика по актам формы КС-11, КС-14 и участок нефтепровода введен в эксплуатацию.

Учитывая изложенное, выводы ответчика о неподтверждении представленными истцом актами ДДК наличия дефектов и вины ответчика в выявленных дефектах не находят подтверждении в материалах дела, противоречат им и являются необоснованными.

Одновременно ответчик ссылается на то, что дефекты, указанные в актах ДДК, представленных истцом, являются явными и могли быть выявлены заказчиком при приемке работ, в обоснование чего приводит заключение экспертизы ООО «Инжиниринг Газ Систем» №01/2013 по дефектам трубопровода, обнаруженным после проведения внутритрубной диагностики на законченном строительством объекте БТС-2, участок 0-236 км ОАО «МН «Дружба».

В данном случае суд исходит из того, что порядок проведения экспертизы в арбитражном процессе установлен статьей 82 АПК РФ. Соответствующего ходатайства о проведении экспертизы ответчиком не заявлялось.

В силу ч. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Оценка доказательств производится судом в соответствии с положениями ст. 71 АПК РФ.

В частности, положениями ч. 3 ст. 71 АПК РФ установлено, что доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Поскольку представленное ответчиком заключение экспертизы ООО «Инжиниринг Газ Систем» №01/2013 не соответствует требованиям ст.ст.82, 86 АПК РФ, суд не может признать такое доказательство достоверным ввиду невозможности проверки и исследования действительности содержащихся в нем сведений.

Однако, применительно к вышеизложенной позиции ответчика, суд исходит из следующего.

Действительно, заказчик, принявший работу без проверки, лишается права ссылаться на недостатки работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки), если иное не предусмотрено договором подряда (пункт 3 статьи 720 ГК РФ).

В соответствии с п.11.1 "СНиП III-42-80*. Магистральные трубопроводы" (утв. Постановлением Госстроя СССР от 16.05.1980 N 67) (ред. от 10.11.1996) магистральные трубопроводы до ввода в эксплуатацию должны подвергаться очистке полости, испытанию на прочность и проверке на герметичность.

Очистку полости трубопроводов, а также их испытание на прочность и проверку на герметичность следует осуществлять по специальной инструкции, отражающей местные условия работ, и под руководством комиссии, состоящей из представителей генерального подрядчика, субподрядных организаций, заказчика или органов его технадзора (п.11.3 указанных СНиП).

Порядок проведения очистки, гидроиспытаний и внутритрубной диагностики трубопроводной системы БТС-2 определен приведенным выше Регламентом, являющимся обязательным к применению организациями системы «Транснефть» и подрядными организациями, осуществляющими строительство объекта БТС-2.

После завершения строительно-монтажных работ и до ввода объекта в эксплуатацию необходимо проведение гидроиспытаний, очистки внутренней полости, профилеметрии, внутритрубной, ульразвуковой, магнитной диагностики при пропуске ВИП по участку нефтепровода после завершения строительно-монтажных работ до ввода участка нефтепровода БТС-2 в эксплуатацию (пункты 1.1., 1.2.1 Регламента).

Учитывая изложенное, а также то, что внутритрубная диагностика проводится после завершения строительно-монтажных работ, включающих в себя работы по укладке, сварке и засыпке нефтепровода, и данное обстоятельство является общеизвестным (пункт 1 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд приходит к выводу о невозможности выявления спорных дефектов при обычном способе приемки работ.

Доказательств обратного ответчиком не приведено.

Что касается взаимоисключающих мнений сторон в ходе судебного разбирательства относительно подтверждения (истец) и неподтверждения (ответчик) вины ООО «Стройконтракт» как условия применения неустойки фактом устранения выявленных дефектов как силами ответчика, так и субподрядными организациями, то в данном случае устранение таких дефектов не имеет принципиального значения при разрешении настоящего спора, поскольку суд признает доказанным сам факт наличия таких дефектов, что влечет за собой обоснованное применение к подрядчику штрафных санкций в соответствии с абз.5 п.28.1.6 контракта.

Одновременно суд учитывает представленные истцом в материалы дела в порядке ст.65 АПК РФ письма ООО «Стройконтракт», а именно письмо №5496л от 19.11.2012г. о своевременном выполнении подрядными организациями работ по устранению дефектов, выявленных при проведении внутритрубной диагностики нефтепровода, письмо №3352л от 03.03.2011г. о предоставлении у истца дополнительной информации для распределения суммы штрафа между субподрядными организациями, выполнившими работы, письмо №755 от 19.07.2012г. об отзыве претензий №01-03-20/1599 и №01-03-20/2874 в связи с ранее достигнутыми договоренностями об устранении заводских дефектов и дефектов подрядчика, письмо №5782л от 27.04.2011г. о возможности оплаты претензий после оплаты ОАО «МН «Дружба» дополнительных работ по контракту.

Оценив вышеуказанные доказательства по правилам ст.71 АПК РФ в совокупности с другими материалами дела, суд считает доказанным как наличие вины ООО «Стройконтракт» в возникновении спорных дефектов, так и информации у ответчика о имеющихся у истца претензиях по контракту, выразившихся в начислении неустойки.

В этой связи довод ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка урегулирования спора судом отклоняется как противоречащий имеющимся в деле доказательствам (в силу изложенного выше), а также поскольку в целях подтверждения соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, установленного п.31.1 контракта, истцом представлена переписка сторон по претензии №01-03-20/1598, по претензии №01-03-20/1599, ответ ООО «Стройконтракт» на претензию №01-03-20/2874, доказательства отправки и получения претензий №01-03-20/2873, №01-03-20/11213, №01-03-20/17265, №01-03-20/19451, письмо ООО «Стройконтракт» исх.№5497 от 21.11.2012г. (т.2, л.д.67-90).

Позицию ответчика о пропуске истцом в данном случае годичного срока исковой давности обращения в суд, установленного ст.725 ГК РФ в совокупности с нормами ст.208 Кодекса, со ссылкой на положения законодательства Российской Федерации о государственной регистрации объектов недвижимости, суд считает основанной на неверном толковании указанных норм права.

Согласно ст. 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с п. 1 ст. 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В силу п. 1 ст. 725 ГК РФ срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет один год, а в отношении зданий и сооружений определяется по правилам статьи 196 настоящего Кодекса (то есть составляет три года).

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абз.2 п.2 ст.199 ГК РФ).

В данном случае требований к ответчику в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по контракту, не заявлено.

Из материалов дела судом установлено, что на основании разрешения на ввод в эксплуатацию №RU 47-0112-МРР, выданного Министерством регионального развития Российской Федерации 20.02.2012г., объект капитального строительства «Балтийская трубопроводная система «(БТС-II), участок от НПС-7 до терминала в Усть-Луге с ответвлением на Киришский НПЗ, первый пусковой комплекс, линейная часть км 0 – км 236, введен в эксплуатацию (т.2, л.д.64).

Свидетельством о государственной регистрации права от 15.03.2012г. серии АА №000200 подтверждено право собственности ОАО «МН «Дружба» на вышеуказанное линейное сооружение (т.2, л.д.63).

Учитывая, что спорный объект является линейным сооружением, в данном случае подлежит применению трехлетний срок исковой давности (п.1 ст.725 ГК РФ).

Позиция ответчика о том, что спорный объект до государственной регистрации на него права собственности не является сооружением, противоречит нормам действующего законодательства, поскольку в соответствии с пунктом 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации к объектам капитального строительства законодатель относит здания, строения, сооружения, объекты, строительство которых не завершено, за исключением временных построек, киосков, навесов и других подобных построек.

В любом случае, понятие "недвижимость" является правовой категорией, поэтому признание объекта недвижимым в качестве объекта гражданских прав невозможно на том лишь основании, что оно прочно связано с землей, на него оформлена соответствующая документация, зарегистрировано соответствующее право. Проведение в отношении объекта гражданских прав (в данном случае – линейного сооружения) государственной регистрации права собственности является следствием, а не причиной распространения на конкретный объект правового режима недвижимого имущества и осуществление в отношении него соответствующего учета.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 11052/09 по делу N А53-3598/2008, суд при рассмотрении спора должен дать квалификацию объекту, основываясь на установленных фактических обстоятельствах, определить, имеется ли самостоятельный объект недвижимого имущества, отвечающий признакам, указанным в пункте 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть вопрос о возможности распространения на тот или иной объект правового режима недвижимого имущества в каждом конкретном случае разрешается по результатам исследования в совокупности с обстоятельствами дела.

Таким образом, поскольку в рамках настоящего дела, спорный объект представляет собой линейное сооружение (в том числе и до момента государственной регистрации права собственности), то подлежит применению трехлетний срок исковой давности, который истцом не пропущен.

Учитывая вышеизложенное, факт допущения подрядчиком дефектов при выполнении работ в рамах спорного контракта подтверждается материалами дела.

Следовательно, истец в соответствии со ст.330 ГК РФ и п. 28.1.6. контракта вправе требовать уплаты ответчиком штрафа в размере 150 000 руб. за каждый допущенный дефект.

Истцом начислено и заявлено ко взысканию с ответчика 15 600 000 руб. штрафа.

Размер пени определен истцом в соответствии с действующим законодательством и условиями контракта.

В силу ст.333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

В п.2 Информационного письма от 14.07.1997 №17 «Обзор применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации разъяснил, что основанием для применения ст. 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки сумме возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

Как было указано выше, оценка соразмерности заявленной ко взысканию суммы неустойки и право ее уменьшения является прерогативой суда.

Вместе с тем, согласно позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении N 11680/10 от 13.01.2011, необоснованное уменьшение неустойки судами с экономической точки зрения позволяет должнику получить доступ к финансированию за счет другого лица на нерыночных условиях, что в целом может стимулировать недобросовестных должников к неплатежам и вызывать крайне негативные макроэкономические последствия.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Кодекс (ГК РФ) предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Снижение неустойки судом возможно только в одном случае – в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права.

Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований.

Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Содержащееся в указанном постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел.

Пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 года №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства.

В данном случае ответчиком заявлено ходатайство об уменьшении размера неустойки со ссылкой на ст.333 ГК РФ, в обоснование ходатайства ответчик ссылается на несоразмерность неустойки и на отсутствие негативных последствий для истца в результате выявления дефектов (в виде убытков, иные последствия), поскольку объект введен в эксплуатацию, право собственности на него зарегистрировано, ответчиком работы в рамках контракта выполнены без нарушения общего срока выполнения работ, в соответствии с графиком выполнения работ (т.2, л.д.6-55), и приняты по актам КС-2 (т.5, л.д.9-147, т.6, л.д.1-149, т.7, л.д.1-152, т.8, л.д.1-51).

Согласно п.2 вышеуказанного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 года №81, при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Учитывая ходатайство ответчика об уменьшении неустойки, значительный размер предусмотренной договором неустойки (150 000 руб. за каждый дефект), а также то, что работы по контракту выполнены ответчиком и приняты истцом без замечаний, суд считает заявленную истцом неустойку явно несоразмерной последствиям нарушения обязательства, в связи с чем на основании ст.333 ГК РФ уменьшает размер подлежащей взысканию с ответчика неустойки до 780 000 руб.

Суд приходит к выводу, что указанная сумма является справедливой, достаточной и соразмерной, принимая во внимание, что неустойка служит средством, обеспечивающим исполнение обязательства, а не средством обогащения за счет должника.

Возражая против снижения размера неустойки истец ссылается на значительной размер контрактной цены работ и услуг (6,5 млрд. руб.), приводит доводы о том, что установленный контрактом и предъявленный ответчику штраф в размере 150 000 руб. за каждый выявленный дефект трубы обусловлен повышенными требованиями промышленной безопасности к эксплуатации объектов магистральных нефтепроводов, а также возможными неблагоприятными экологическими последствиями, вызванными разливом нефти, мотивирует заключение контракта обоюдным согласием сторон, в том числе и в части размера ответственности за неисполнение обязательств.

В данном случае суд исходит из того, что по смыслу ст.333 ГК РФ уменьшение неустойки является правом суда, и наличие оснований для ее снижения определяется судом в каждом конкретном случае самостоятельно, по своему внутреннему убеждению, исходя из собранных по делу доказательств.

При этом, несмотря на то, что размер неустойки был согласован сторонами при заключении договора, право снижения договорной неустойки при наличии оснований, предусмотренных ст. 333 ГК РФ, предоставлено суду законом, исходя из компенсационного характера неустойки и ее обеспечительной природы, и суд при этом не связан условиями заключенного сторонами договора.

В остальной части исковые требования о взыскании неустойки удовлетворению не подлежат.

При подаче иска истцом была уплачена по платежному поручению №1636 от 29.01.2013г. государственная пошлина в размере 101 000 руб.

Согласно ч.1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. При этом, суд учитывает, что в соответствии с п.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком, исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 101 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 167-170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Решил:

Исковые требования открытого акционерного общества «Магистральные нефтепроводы «Дружба», г.Брянск, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Стройконтракт», г. Видное Ленинского района Московской области, в пользу открытого акционерного общества «Магистральные нефтепроводы «Дружба», <...> 000 руб. неустойки, а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 101 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья Е.Н. Прокопенко