Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску участника общества с ограниченной ответственностью «Буржелезобетон» ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Буржелезобетон» (ОГРН <***> ИНН <***>), ФИО2, ФИО3, ФИО4

о признании недействительным решения общего собрания участников ООО «Буржелезобетон», оформленного протоколом от 29.11.2021 по 2 вопросу,

о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО2, об исключении из трудового договора от 02.11.2020 абзаца 2 пункта 2.2.13,

о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО3,

о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО4,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО5,

при участии судебном заседании:

от истца: ФИО6 (доверенность от 16.12.2021, диплом), ФИО7 (доверенность от 16.12.2021, диплом),

от ответчика ООО «Буржелезобетон»: ФИО4 (доверенность от 30.11.2021, диплом), ФИО8 (доверенность от 30.11.2021, диплом),

от ответчика ФИО2: ФИО4 (доверенность от 28.07.2021, диплом), ФИО8 (доверенность от 28.07.2021, диплом), ФИО2 (паспорт),

от ответчика ФИО4: ФИО4 (паспорт),

от третьего лица ФИО5: ФИО4 (доверенность от 30.06.2021, диплом),

установил:

участник общества с ограниченной ответственностью «Буржелезобетон» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Республики Бурятия с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Буржелезобетон» (ОГРН <***> ИНН <***>), ФИО2, ФИО3, ФИО4

о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО3,

о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО4

Определением от 23 декабря 2021 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО5.

В последующем истец заявил отказ от иска в части требования о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО2, об исключении из трудового договора от 02.11.2020 абзаца 2 пункта 2.2.13, в связи с тем, что такое дополнительное соглашение не заключалось.

В судебном заседании истец уточненные исковые требования поддержал, в обоснование иска указал, что 29.11.2021 было проведено внеочередное собрание участников ООО

«Буржелезобетон». По второму вопросу повестки на собрании было принято решение об исключении из трудового договора от 02.12.2020г. с генеральным директором общества ФИО2 условия, содержащегося в абзаце втором пункта 2.2.13 трудового договора, об обязанности генерального директора назначать и увольнять административно управленческий персонал после принятия общим собранием участников общества решения большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов, как противоречащего пункту 23.2. устава общества. За принятие решения проголосовали ФИО2 и ФИО5.

Общее собрание было проведено с нарушением требований об извещении участников о его проведении. Уставом общества предусмотрены сокращенные сроки уведомления о проведении общего собрания - 15 дней. Уведомление о проведении внеочередного общего собрания участников исх. 105 от 10.11.2021 было сделано своевременно - за 18 дней до его проведения. Однако уведомление об изменении адреса места проведения внеочередного общего собрания участников от 17.11.2021 вручено истцу 22.11.2021 - за 7 дней до его проведения.

Истец со ссылкой на пункт 2 статьи 65.3 Гражданского кодекса РФ, статьи 32, 33, 40 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», п.23.2, п.27.6, п.28.3. Устава указал, что внесение изменений в трудовой договор с генеральным директором, тем более в отношении ограничений, установленных в интересах участников, должно производиться по той же процедуре как и избрание генерального директора.Поскольку истец не голосовал за принятие решения об исключении из трудового договора от 02.12.2020 с генеральным директором Общества условия, содержащегося в абзаце втором пункта 2.2.13 трудового договора на предложенных ФИО2 условиях, данное решение принято в отсутствие кворума и противоречит положениям статей 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

На основании принятого решения об исключении из трудового договора п. 2.2.13 генеральный директор общества принял на работу в ООО «Буржелезобетон» без согласования с участниками исполнительного директора ФИО3 и начальника юридического отдела ФИО4. Исполнительный директор ФИО3 и начальник юридического отдела ФИО4 являются доверенными лицами ФИО2 и в полной мере осведомлены об ограничениях установленных, для генерального директора при приеме на работу в АУП ООО «Буржелезобетон». Истец также указал, что ФИО4 является личным юристом ФИО2 и его сына, который инициировал внесение изменений в трудовой договор и организовал юридическое сопровождение данной процедуры с целью личного трудоустройства. Указанные лица были приняты на работу в то время, когда в целях экономии денежных средств на предприятии был установлен сокращенный 7-ми часовой режим рабочего времени.

Истец пояснил, что своими действиями участники ФИО2 и ФИО9 решили устранить участника ФИО1 от управления делами общества. Все оспариваемые действия ФИО2 по делу (решения и
заключенные в последствии трудовые договору с работниками) совершены с нарушением порядка одобрения сделок с заинтересованностью также считаем несостоятельным.

Истец также указал, что ответчик ФИО2 не имеет права ссылаться на недействительность абз.2 п.2.2.13 трудового договора, поскольку ранее в Арбитражном суде Республики Бурятия рассматривалось дело №А10-4258/2021 по его иску к обществу «Буржелезобетон» о признании недействительным абзаца 2 подпункта 2.2.13 трудового договора от 02.12.2020, в процессе рассмотрения которого ФИО2 заявил отказ
от иска.

Ответчики против иска возражали, указав, поддержали доводы отзывов на иск, указав, что истец был надлежащим образом уведомлен о времени и месте проведения собрания. Истец не принял участия в собрании не по мотиву его не уведомления, а по основаниям, изложенным им в письме от 29.11.2021, которые было вручено до собрания другим участникам и нотариусу, указав, что он не согласен с вопросами повестки и будет обжаловать все решения, принятые на данном собрании. Ответчики также указали, что компетенция общего собрания определена в статье 23 устава, которая не содержит положений об отнесении к компетенции общего собрания вопросов о назначении на должность и увольнения с должности административно-управленческого персонала. Для возможности включения пункта 2.2.13 в трудовой договор необходимо было внести изменения в устав. При заключении трудового договора с генеральным директором уполномоченное от имени общества лицо (ФИО1) вышло за пределы предоставленных ему полномочий. Оспариваемое истцом решение, по мнению ответчика, включено в повестку общего собрания участников общества законно, с целью исключения из трудового договора условия, противоречащего уставу. Пункту 2.2.13 трудового договора ограничивает полномочия генерального директора, определенные Законом об ООО и уставом общества, и одновременно расширяет компетенцию общего собрания участников. Решение общего собрания участников Общества не может быть признано недействительным по тем основаниям, что оно противоречит положениям ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку сам абзац второй пункта 2.2.13 трудового договора с генеральным директором не отвечает требованиям устава и закона.

По требованию о признании недействительными трудовых договоров, заключенных между ООО «Буржелезобетон» и ФИО3, принятым на должность исполнительного директора; ООО «Буржелезобетон» и ФИО4, принятым на должность начальника юридического отдела, ответчик пояснил, что данные трудовые договоры были заключены в интересах общества, имелась необходимость в их приеме на работу.

Ответчики просили учесть, что с учетом распределения долей участников (ФИО2 51%, ФИО1 – 35%, ФИО5 – 14%) для принятия общим собранием участников общества решения о приеме либо увольнении работников АУП, необходимо 66,66% голосов от общего числа голосов. Общее количество голосов ФИО2 и ФИО5 составляет 65%, что менее 2/3 голосов от общего числа, без согласия участника ФИО10, владеющего 35% голосов, решение о приме либо увольнении не состоится. Данный пункт трудового договора направлен исключительно на защиту личных интересов истца и гарантирует самому ФИО1 и его дочери ФИО11, постоянное трудоустройство в штате, так как сам ФИО1 занимает должность заместитель генерального директора, его дочь – должность юриста.

Фактически указанное условие трудового договора в обществе никогда не исполнялось, решения о приеме и увольнении работников АУП всегда принимались генеральным директором единолично. Исключение общим собранием участников Общества абз.2 п.2.2.13 из трудового договора не может быть признано недействительным по тем основаниям, что оно противоречит положениям об одобрении сделок с заинтересованностью, поскольку сам абз.2. п.2.2.13 не одобрен участниками общества как сделка с заинтересованностью и не отвечает требованиям закона и устава.Также ответчики указали, что отказ от иска по делу №А 10-4258/2021 был заявлен ФИО2 по причине удовлетворения его требований во внесудебном порядке путем проведения 29.11.2021 общего собрания участников ООО «Буржелезобетон».

Представитель третьего лица ФИО5 поддержал позицию ответчиков.

Заслушав пояснения истца, ответчика, третьего лица, изучив материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из сведений из ЕГРЮЛ, общество с ограниченной ответственностью «Буржелезобетон» (ОГРН <***> ИНН <***>) зарегистрировано 20.05.2003.

Участниками ООО «Буржелезобетон» являются: ФИО2 с долей в уставном капитале в размере 51%, ФИО5 с долей в уставном капитале в размере 14%, ФИО1 с долей в уставном капитале в размере 35%.

ФИО2 с 06.02.2008, согласно выписке из ЕГРЮЛ, является генеральным директором общества.

В соответствии с уставом общества, договор между обществом и генеральным директором, подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избран генеральный директор, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания.

Последний заключенный с ФИО2 трудовой договор от 02.12.2020 был представлен в материалы дела (л.д. 102, т.1). Срок договора – по 02.12.2021.

Представитель сторон в судебном заседании пояснили, что трудовой договор с ФИО2 на новый срок не заключался, в настоящее время решение об избрании директора ООО не принято, ввиду разногласий участников по данному вопросу.

Данный трудовой договор заключен на срок до 02.12.2021, в нем содержится п. 2.2.13, согласно которому генеральный директор обязан назначать и увольнять административно-управленческий персонал (АУП) после принятия общим собранием участников общества решения большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов, согласно уставу общества и действующему законодательству.

Согласно штатному расписанию (л.д. 56, 92 т.1) в АУП общества входят: экономист, генеральный директор, заместитель главного инженера, главный энергетик (в промышленности), инженер по охране труда, эколог, заместитель генерального директора, юрист, главный инженер (в промышленности), заместитель генерального директора по материально-техническому снабжению, механик по ремонту оборудования, сотрудник службы безопасности, заместитель генерального директора по экономике и финансам, исполнительный директор, секретарь руководителя, начальник отдела кадров, начальник юридического отдела.

Штатные единицы исполнительный директор и начальник юридического отдела введены АУП общества с 28.11.2021, что подтверждается ответом от 14.12.2021 №131 (л.д. 63, т.1).

29.11.2021 было проведено внеочередное собрание участников общества с повесткой дня:

- Избрание председательствующего и секретаря общего собрания участников Общества;

- Принятие решения об исключении из трудового договора от 02.12.2020г. с генеральным директором Общества условия, содержащегося в абзаце втором пункта 2.2.13 трудового договора, об обязанности генерального директора назначать и увольнять административно-управленческий персонал после принятия общим собранием участников Общества решения большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов как противоречащего пункту 23.2. Устава Общества.

- Принятие решения о досрочном прекращении полномочий полного состава ревизионной комиссии Общества — ФИО1, ФИО5, ФИО12, ФИО11, ФИО13, в связи с грубым нарушением сроков представления отчета (заключения) по результатам проверки годового отчета и бухгалтерского баланса Общества за 2020 год;

- Принятие решения об избрании нового состава ревизионной комиссии Общества.

Как следует из представленного протокола (л.д. 43-48, т.1) на собрании присутствовали два участника: ФИО2, владеющий долей в уставном капитале, составляющей 51 % от общего числа голосов участников ООО «Буржелезобетон», и ФИО5, владеющий долей в уставном капитале, составляющей 14% от общего числа голосов участников ООО «Буржелезобетон».

В рамках дела истцом оспаривается решение, принятое по 2 вопросу повестки.

Так, по второму вопросу повестки дня на собрании было принято решение об исключении из трудового договора от 02.12.2020 с генеральным директором Общества ФИО2 условия, содержащегося в абзаце втором пункта 2.2.13 трудового договора, об обязанности генерального директора назначать и увольнять административно управленческий персонал после принятия общим собранием участников Общества решения большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов, как противоречащего пункту 23.2. Устава общества.

За принятие решения проголосовали ФИО2 и ФИО5.

В последующем, генеральный директор ФИО2 заключил трудовой договор с ФИО4 от 30.11.2021 (л.д. 94, т.1), в соответствии с которым работник ФИО4 был принят на должность начальник юридического отдела на неопределенный срок с должностным окладом 21 893,82 руб. (с учетом коэффициентов 32 840,73 руб., в том числе НДФЛ), а также трудовой договор с ФИО3 от 30.11.2021 (л.д. 98, т.1), в соответствии с которым последний принят на должность исполнительного директора на неопределенный срок с должностным окладом 27 367,28 руб. (с учетом коэффициентов 41 050,92 руб. в том числе НДФЛ).

Истец, полагая, что решение, принятое по 2 вопросу повестки, противоречит нормам действующего законодательства, нарушает его права, как участника общества на управление делами, обратился в суд с рассматриваемым иском о признании недействительным решения общего собрания участников ООО «Буржелезобетон», оформленного протоколом от 29.11.2021 по 2 вопросу, о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО2, об исключении из трудового договора от 02.11.2020 абзаца 2 пункта 2.2.13, о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО3, о признании недействительным трудового договора, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО4

Исследовав и оценив в соответствии со статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества.

Компетенция единоличного исполнительного органа общества указана в статье 40 Закона № 14-ФЗ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 названного Закона директор: 1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; 2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; 3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; 4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные данным Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

В соответствии с пунктом 4 статьи 32 Закона № 14-ФЗ исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

Вопросы определения компетенции общего собрания, как вышестоящего органа управления, регламентированы в статье 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», согласно п. 1 которой компетенция общего собрания участников общества определяется уставом общества в соответствии с настоящим Федеральным законом.

К компетенции общего собрания участников общества относятся:

1) определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций;

2) утверждение устава общества, внесение в него изменений или утверждение устава общества в новой редакции, принятие решения о том, что общество в дальнейшем действует на основании типового устава, либо о том, что общество в дальнейшем не будет действовать на основании типового устава, изменение размера уставного капитала общества, наименования общества, места нахождения общества;

4) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, утверждение такого управляющего и условий договора с ним, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества;

5) избрание и досрочное прекращение полномочий ревизионной комиссии (ревизора) общества;

6) утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов;

7) принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;

8) утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);

9) принятие решения о размещении обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг;

10) назначение аудиторской проверки, утверждение аудитора и определение размера оплаты его услуг;

11) принятие решения о реорганизации или ликвидации общества;

12) назначение ликвидационной комиссии и утверждение ликвидационных балансов;

13) решение иных вопросов, предусмотренных настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Предусмотренные подпунктами 2, 5 - 7, 11 и 12 настоящего пункта вопросы, а также другие отнесенные в соответствии с настоящим Федеральным законом к исключительной компетенции общего собрания участников общества вопросы не могут быть отнесены уставом общества к компетенции иных органов управления обществом.

Таким образом, установленная пунктом 2 статьи 33 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» компетенция общего собрания участников общества может быть расширена, но также в пределах, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Систематическое толкование положений статей 33 и 40 Закона № 14-ФЗ позволяет сделать вывод о том, что единоличный исполнительный орган общества и общее собрание участников – это два органа управления в обществе с ограниченной ответственностью с различной компетенцией, функциями и задачами. Выполняя свои функции, один орган управления не должен подменять другой или парализовать его работу.

В соответствии со статьей 28 Устава общества (л.д. 17, т.1), в полномочия генерального директора включаются, в том числе, издание приказов о назначении на должность работников общества, их переводе и увольнении, генеральный директор принимает меры поощрения, налагает дисциплинарные взыскания. Данные положения устава Общества соответствуют положениям статьи 40 Закона № 14-ФЗ.

Компетенция общего собрания участников ООО «Буржелезобетон» указана в статье 23 устава: 1) определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций; 2) изменение устава общества, 3) внесение изменений в учредительный договор, 4) образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю, 5) избрание и досрочное прекращение полномочий ревизионной комиссии (ревизора) общества;6) утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов;7) принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;8) утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);9) принятие решения о размещении обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг; 10) назначение аудиторской проверки, утверждение аудитора и определение размера оплаты его услуг, 11) принятие решения о реорганизации или ликвидации общества; 12) назначение ликвидационной комиссии и утверждение ликвидационных балансов; 13) решение иных вопросов, предусмотренных настоящим Федеральным законом или уставом общества.

Данные положения устава также полностью соответствуют нормам статьи 33 Закона № 14-ФЗ.

Согласно пункту 4 статьи 40 Закона № 14-ФЗ порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Следовательно, уставом общества, внутренними документами общества или соответствующим договором может быть установлен только порядок деятельности единоличного исполнительного органа. Но данные документы не могут противоречить положениям Закона № 14-ФЗ и изменять цели и задачи создания органов управления, их компетенцию и полномочия.

Между тем, абзацем вторым п.2.2.13 трудового договора с генеральным директором общества, вопросы о приеме на работу и увольнение работников административно-управленческого персонала, отнесены к компетенции общего собрания участников общества.

Указанный пункт, таким образом, вступает в противоречие с подпунктом 3 пункта 3 ст. 40 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», так как в силу прямого указания Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» вопросы принятия и увольнения работников общества отнесены к полномочиям единоличного исполнительного органа общества. Содержащиеся в п. 2.2.13 трудового договора с ФИО2 условие ограничивают полномочия генерального директора, определенные Законом № 14-ФЗ и уставом Общества, и одновременно расширяют компетенцию общего собрания. При установленных противоречиях трудового договора с генеральным директором с нормами Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и Устава, следует руководствоваться положениями закона и Устава общества.

В такой ситуации, значительная часть руководства текущей деятельностью Общества сводится не к принятию соответствующих компетенции решений, а к формальному подписанию от имени Общества исполнительно-распорядительных документов только после принятия общим собранием участников общества решения о приеме либо увольнении работников АУП.

С учетом распределения долей участников (ФИО2 51%, ФИО1 – 35%, ФИО5 – 14%) для принятия общим собранием участников общества решения о приеме либо увольнении работников АУП, необходимо 66,66% голосов от общего числа голосов. Общее количество голосов ФИО2 и ФИО5 составляет 65%, что менее 2/3 голосов от общего числа, без согласия участника ФИО1, владеющего 35% голосов, решение о приме либо увольнении не состоится. С учетом того, что стороны не отрицают, что между участниками ФИО2 и ФИО1 в настоящее время имеется корпоративный конфликт, риск возникновения такой ситуации, крайне велик.

Кроме того, при применении исключенного пункта трудового договора, генеральный директор общества будет ограничен в своем праве на применение дисциплинарного взыскания к работнику за совершенный им дисциплинарный проступок в виде увольнения по инициативе работодателя по соответствующим основаниям. Следовательно, в случаях совершения работником дисциплинарных проступков в виде кражи, растраты, прогула, неисполнения должностных обязанностей, утрата доверия и т.п., генеральный директор не сможет уволить работника, без получения согласия всех участников общества. Для увольнения работника за совершения дисциплинарного проступка Трудовым кодексом РФ предусмотрены ограниченные сроки для применения указанных мер, что с учетом установленных сроков уведомления участников и проведении собрания, недопустимо.

Из пункта 1 статьи 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью следует, что участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном настоящим Федеральным законом и уставом общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке.

В данном случае, принятием решения по п. 2 повести дня собрания, права истца, как участника по управлению делами общества, не ограничиваются, так как управление делами общества осуществляется только в пределах полномочий участника (общего собрания участников), установленных Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» и уставом.

Правовой анализ норм ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ в их системном толковании позволяет сделать вывод о том, что решение кадровых вопросов, регулирование трудовых отношений в обществе отнесено к исключительной компетенции единоличного исполнительного органа, а не его участников.

Штатное расписание общества (унифицированная форма № Т-3, утвержденная Постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты») составляется работодателем самостоятельно с учетом потребностей и экономической целесообразности. В штатном расписании работодатель вправе предусмотреть любые наименования должностей.

В случае, если участник полагает, что кадровые решения единоличного исполнительного органа являются нецелесообразными, совершены в ущерб интересам общества и его участников, то он вправе защитить свои права путем подачи иска о взыскании с генерального директора убытков.

При заключении трудового договора уполномоченное от общества лицо (ФИО1) вышло за пределы предоставленных ему полномочий. Трудовой договор, заключенный от имени общества, участником общества ФИО1, содержит ссылку о том, что ФИО1 действует от имени общества на основании Устава и протокола внеочередного собрания участников общества №5 от 02.12.2020. При этом, Устав общества не содержит положений о компетенции общего собрания на принятие решений о назначении на должность и увольнения с должности административно-управленческого персонала. Протокол №5 от 02.12.2020 (приобщен в судебном заседании 31.05.2022) также не содержит условий о включении в текст трудового договора п.2.2.13. ФИО1 знал о том, что данное условие не отнесено компетенции общего собрания, поскольку является участником-общества, устав общества, в действующей редакции, был утвержден с его участием.

Пункт 2.2.13 трудового договора регламентирует корпоративные отношения субъектов, а именно отношения, связанные с участием и управлением корпоративными организациями, к которым относится общество. Утверждение внутренних документов является компетенцией общего собрания участников общества. Детализация полномочий единоличного исполнительного общества (генерального директора) законом не запрещена и может производиться с учетом исключительной компетенции общего собрания участников, путем отнесения некоторых вопросов к компетенции общего собрания либо путем утверждения внутреннего документа общества (например: «Положения о генеральном директоре Общества»). Оспариваемое решение включено в повестку дня общего собрания участников общества законно, с целью исключения из трудового договора условия, противоречащего Уставу общества и положениям действующего законодательства. Кворум для принятия оспариваемого решения имелся.

Истец не учитывает, что при заключении трудового договора участники общества не определяли условия трудового договора с директором. Ограничение, установленное ФИО1 при заключении трудового договора, определяющее полномочия генерального директора, участниками общества также не утверждалось. Для возможности включения п.2.2.13 в трудовой договор, Обществу необходимо было внести изменения в Устав, в которых предусмотреть вопрос об отнесении к компетенции общего собрания участников вопроса о принятии решений о назначении надолжность и увольнения с должности административно-управленческого персонала.

Участники общества, принимая на собрании 29.11.2021 решение об исключении абз.2 п.2.2.13, фактически выразили свое несогласие с условием, которое ранее не было ими утверждено и одобрено. Исключая абз.2 ст.2.2.13 трудового договора, участники общества исключили существующие несоответствия трудового договора закону и уставу, то есть привели его в соответствие с ними. Указанные действия не противоречат положения закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

По вопросам о заключении трудовых договоров, принятии решений о найме и увольнении сотрудников, утверждении штатного расписания принятие решений участниками общества не требуется.

Как было указано выше, трудовой договор с ФИО2 на новый срок не заключался, в настоящее время решение об избрании директора ООО не принято ввиду разногласий участников по данному вопросу.

Закон об обществах с ограниченной ответственностью не устанавливает каких-либо определенных юридических последствий, связанных с истечением срока полномочий руководителя общества с ограниченной ответственностью; какие-либо нормы, устанавливающие, что истечение срока, на который лицо было избрано руководителем, влечет с соответствующей даты прекращение его полномочий как единоличного исполнительного органа общества, в данном Федеральном законе отсутствуют; отсутствуют такие последствия и в уставе общества. Таким образом, в ситуации, когда срок полномочий единоличного исполнительного органа истек и общим собранием участников общества не принято решение об избрании нового единоличного исполнительного органа, прежний руководитель общества продолжает выполнять функции единоличного исполнительного органа до избрания в установленном порядке нового руководителя.

ФИО2 в спорный период являлся единоличным исполнительным органом общества и продолжает выполнять функции единоличного исполнительного органа в настоящее время, а потому вопросы трудоустройства и введения в штат предприятия должностей могли быть разрешены им в отсутствие решений участников общества.

Кроме того, как указал ответчик и следует из представленных им приказов, трудовых договоров, заявлений работников (л.д.8-67, т.3) в обществе вопросы принятия работников в АУП и их всегда решал единолично генеральный директор, общее собрание участников по данному вопросу никогда не проводилась, кандидатуры работников АУП общим собрание участников никогда не утверждались.

Доводы истца о том, что ФИО2 всегда согласовывал кандидатуры с истцом, документально ничем не подтверждены.

В связи с чем, суд находит противоречивой позицию самого истца, который ранее на протяжении длительного времени своего участия в обществе, несмотря на заключение ФИО2 многочисленных трудовых договоров с работниками АУП, никогда ранее не заявлял о их недействительности, не оспаривал действия генерального директора по заключению трудовых договоров со ссылкой на п. 2.2.13 трудового договора с ФИО2, что свидетельствует о том, что такой порядок приема на работу всегда одобрялся истцом, полномочия генерального директора в этой части никогда не оспаривались.

Относительно требования о признания недействительными трудовых договоров с ФИО4 и ФИО3, суд отмечает следующее.

Отношения, регулируемые гражданским законодательством, определены в ст. 2 Гражданском кодексе РФ. Гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления права собственности и других вещных прав, прав на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальных прав), регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников.

Гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

В силу же ст. 5 Трудового кодекса РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права: указами Президента Российской Федерации; постановлениями Правительства Российской Федерации и нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти; нормативными правовыми актами органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации; нормативными правовыми актами органов местного самоуправления.

Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Таким образом, регулирование трудовых отношений с помощью прямого или по аналогии закона применения норм гражданского законодательства противоречит ст. 5 Трудового кодекса РФ, не предусмотрено ст. 2 Гражданского кодекса РФ.

В отличие от гражданского законодательства в трудовом законодательстве отсутствует понятия недействительности трудового договора. Это обусловлено тем, что трудовые договоры, по сути, представляют особый вид договоров, объект которых - выполнение трудовой функции (работы по определенной специальности, квалификации или в должности) с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка.

Трудовое право имеет свой предмет и метод к регулированию общественных отношений, отличные от предмета и метода гражданского права. Именно в силу специфики предмета и метода регулирования, а также с учетом невозможности возвращения сторон в первоначальное положение после исполнения условий трудового договора полностью или частично, в трудовом законодательстве отсутствуют нормы о недействительности трудового договора. Трудовое законодательство не содержит механизма признания трудового договора недействительным. В нем нет аналога статье 168 Гражданского кодекса РФ.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса РФ, трудовой договор заключается письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами.

В соответствии со ст. 61 Трудового кодекса РФ трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в данном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведом или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 Трудового кодекса) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом (п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. N 2).

Как было указано выше, Устав общества не предусматривает необходимость согласования либо одобрения трудовых договоров с принимаемыми работниками со стороны общего собрания.

Истец не доказал, что оспариваемые им трудовые договоры являются крупной и взаимосвязанной сделкой.

Согласно абз. 4 п.10 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 (ред. от 26.06.2018) «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» при квалификации сделки, как крупной сделки или как сделки с заинтересованностью следует учитывать следующее. При решении вопроса о том, нарушает ли интересы юридического лица заключение трудового договора, судам следует оценивать, насколько его условия отвечали обычным условиям трудовых договоров, заключаемых со специалистами аналогичной квалификации и соответствующего профессионального уровня, с учетом характера обязанностей сотрудника, в том числе о неразглашении информации, неконкуренции (после увольнения), масштаба и прибыльности бизнеса и т.п.

Ответчиком в материалы дела предоставлены копии трудовых договоров с принятыми сотрудниками ФИО3 и ФИО4, согласно пункту 5.1. которых, указанным лицам установлены должностные оклады в разумных пределах, не превышающих средний размер заработной платы в Обществе. Так, ФИО3 установлена ежемесячная заработная плата в размере 41050 руб., а ФИО4 в размере 32 840 руб. Фактов, указывающих на то, что указанные лица не исполняют своих трудовых функций, из материалов дела не следует, оснований полагать, что трудовые договоры заключены с ними лишь для видимости, отсутствуют.

При этом из содержания трудовых договоров с ФИО4 и ФИО3 не усматривается каких-либо положений, предоставляющих работникам дополнительные льготы, компенсации и иные преференции, выходящие за рамки стандартного трудового договора (статья 57 Трудового кодекса Российской Федерации).

Истцом доказательства того, что условия оспариваемых договоров не отвечали обычным условиям трудовых договоров, заключаемых со специалистами аналогичной квалификации и соответствующего профессионального уровня, с учетом характера обязанностей сотрудника, масштаба и прибыльности бизнеса и т.п., не представлены.

Ответчиком ФИО2 были даны пояснения о необходимости принятия указанных выше работников, представлены их должностные инструкции (л..д. 156-129, т.3).

Необходимость принятия на работу ФИО3 на должность исполнительного директора обусловлена расширением производственным мощностей ООО «Буржелезобетон» и связанным с этим увеличением рынка сбыта производимой продукции. ООО «Буржелезобетон» является крупным предприятием в Республике Бурятия, которое специализируется на производстве большого ассортимента бетонных смесей, железобетонных изделий и конструкций различных направлений строительства: гражданского, промышленного, сельскохозяйственного, транспортного, энергетического и гидротехнического назначения. Завод представляет собой единый хозяйственный комплекс, в который входят карьеры инертных материалов, дробильно-сортировочный комплекс, бетонно-смесительный, арматурный и формовочные цеха. Проектная мощность предприятия составляет 55 тыс. куб.м. сборного железобетона в год. Завод обеспечивает материалами из тяжелых бетонов строительные площадки города Улан-Удэ, Республики Бурятия и соседних субъектов. По итогам работы в 2021 г. ООО «Буржелезобетон» достигло следующих результатов: совокупная выручка Общества составила 332,72 млн. руб., что больше на 48,74%, чем в предыдущем году; производство продукции увеличено на 38%, в том числе, за счет запуска в эксплуатацию в 3квартале 2021г. следующего производственного оборудования: Бетонный завод СКИП-60, Дробилка однороторная СМД-75А. В течение 2021 г. ФИО3, до приема его на работу в Общество, оказывал Обществу комплекс услуг по договорам гражданско-правового характера, в том числе комплекс услуг, связанных с приобретением и вводом в эксплуатацию на территории Общества бетонного завода СКИП-60, дробилки однороторной СМД-75А. В процессе оказания услуг ФИО3 зарекомендовал себя как ответственный работник, способный грамотно скоординировать и организовать деятельность, принимать управленческие решения, проводить аналитическую работу, использовать системный подход в решении поставленных задач, осуществлять контроль, вести деловые переговоры. В связи с чем, генеральным директором Общества было принято решение продолжить работу с ФИО3 уже в рамках трудового договора. С момента принятия на работу и по настоящее время, одной из стратегических задач исполнительного директора ФИО3 является курирование и взаимодействие с покупателем продукции - ОАО «Хотьковский автомост», который осуществляет строительство в г.Улан-Удэ социально значимого объекта «Строительство моста через р. Уда и Транссибирскую магистраль в створе ул.Сахъяновой и 3-я Транспортная». Между ООО «Буржелезобетон» и ОАО «Хотьковский автомост» заключен договор поставки №57 от 30.07.2021, согласно которому общество осуществляет поставку производимой продукции, необходимой для строительство моста, на сумму более 154 млн. руб. (л.д. 101-107, т.3). Текущие должностные обязанности ФИО3 изложены в должностной инструкции исполнительного директора. Кроме этого, ФИО3 осуществляет взаимодействие с крупными контрагентами (покупателями) - Агрохолдинг Николаевский, ТД Смит; проводит работу по расширению рынка сбыта (осуществляет поиск контрагентов).

Принятие на работу на должность начальника юридического отдела ФИО4 было обусловлено необходимостью соблюдения законности в деятельности Общества и для защиты его правовых интересов, с учетом того, что в обществе был один юрист, а также в целях предотвращения и урегулирования конфликта интересов. До приема на работу ФИО4 должность юриста предприятия занимала ФИО11, которая является дочерью истца (в ходе рассмотрения дела истец факт родства с ФИО11 подтверждал). В Обществе, на момент принятия на работу ФИО4, существовал корпоративный конфликт между участниками Общества, продолжающийся до настоящего времени, который касается вопросов избрания генерального директора. Поскольку ФИО11 состоит в близкой родственной связи с ФИО1, она не может действовать объективно и беспристрастно и предпочитает личные интересы интересам Общества. Так, ответчик указал, что ФИО11, в октябре 2021г. одновременно представляла интересы ответчиков - Общества и его участника ФИО1 по делу А10-4258/2021 в Арбитражном суде Республики Бурятия. ФИО11 в материалы дела был представлен единый отзыв на исковое заявление, подписанный ею как представителем Общества и ФИО1, из которого следовало, что она полностью поддерживает позицию ФИО1, в том числе и как представитель Общества (л.д. 77, т.3). Кроме этого, ФИО11 представляла интересы своего отца ФИО1 (потерпевшего), при составлении протокола в Национальном банке Республики Бурятия в отношении Общества за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 11 ст.15.23.1 КоАП РФ (незаконный отказ в созыве общего собрания участников). ФИО11 просила привлечь Общество к административной ответственности, при этом сама, в настоящее время, занимает должность юриста в ООО «Буржелезобетон» (л.д.108-125, т.3). Сведений о том, что начальник юридического отдела ФИО4 осуществляет какие-либо действия в ущерб интересам общества истцом в дело не представлено.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ каких-либо бесспорных доказательств совершения оспариваемых трудовых договоров в ущерб Обществу на заведомо и значительно невыгодных условиях, о которых вторая сторона сделки могла знать, а также доказательств того, что в результате совершения оспариваемых сделок Обществу причинен явный ущерб (убытки, либо такие убытки возникнут в будущем), о чем ответчики знали или должны были знать, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре, либо об иных совместных действиях представителей сторон сделки в ущерб интересам Общества, в материалы дела не представлено.

Истцом не доказана аффилированность сторон по сделке в смысле критериев, предусмотренных Законом об обществах с ограниченной ответственностью, поскольку личное знакомство работодателя в лице генерального директора общества с работниками, с неизбежностью не влечет вывод о недействительности подписанных ими трудовых договоров.

Довод истца о том, что ФИО2 является выгодоприобретателем по трудовым договорам, поскольку за счет Общества организует оплату труда своих личных представителей, также несостоятелен. Участие ФИО4 и ФИО3 в деятельности Общества, в рамках установленной оплаты труда, ограничивается исполнением трудовой функции по занимаемой должности. Доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО3 возмездной основе оказывает услуги лично ФИО2, не представлено.

ФИО4 при рассмотрении дела пояснил, что оказывает услуги также лично Березовскому В.И, как участнику общества (юридические услуги). Данные услуги оплачиваются ФИО2 из личных средств, что подтверждено ответчиком документами кредитных организаций о зачислении денежных средств на счет ФИО4 (в судебное заседание 31.05.2022 представлены скриншоты о переводе лично Березовским ФИО4 средств на карту «Сбербанк»).

Установление в обществе сокращенного рабочего дня не может свидетельствовать об отсутствии необходимости в приеме на работу новых сотрудников. Именно генеральный директор определяет штатное расписание, и он в пределах своей компетенции имеет право принять на работу сотрудника, в случае если полагает наличие таковой необходимости для деятельности общества. Оспариваемые трудовые договоры были заключены в пределах компетенции генерального директора.

Доводы истца о причинении какого-либо ущерба обществу, о ненадлежащем, исполнении трудовых обязанностей ответчиками, являются голословными и не подтверждены какими-либо доказательствами.

Кроме того, ответчиком также были представлены сведения, свидетельствующие об увеличении выручки общества за 2020-2021 гг. (л.д. 7-96, т.4).

Истец, при наличии доказательств причинения ущерба, не лишен права обращения с иском о взыскании убытков с генерального директора.

Довод о не уведомлении истца о предстоящем собрании участников, суд также отклоняет.

Как следует из материалов дел, в п.26.1 устава Общества предусмотрен срок уведомления о проведении общего собрания участников общества, который составляет 15 дней.

Уведомление о проведении внеочередного собрания участников (исх.№105 от 10.11.2021) было сделано за 18 дней до его проведения (л.д. 136, т.1).

Уведомление было направлено истцу почтовой связью 12.11.2021. Согласно сведениям «Почта России» об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 67004264030136, уведомление было вручено адресату 26.11.2021 (л.д. 137-139, т.1).

Кроме этого, уведомление было вручено ФИО1 лично 12.11.2021.(л.д. 140, т.1).

Уведомление об изменении места проведения собрания (исх. от 17.11.2021, л.д. 141, т.1), было направлено ФИО1 ценным письмом с описью вложения 17.11.2021 и получено последним 22.11.2021 (л.д. 142-145, т.1). Кроме этого, указанное уведомление было вручено ФИО1 экспедитором службы доставки «Major» 27.11.2021 (л.д. 146, т 1).

В указанном уведомлении от 17.11.2021 содержалась информация только об изменении места проведения собрания, время и повестка дня остались прежними. Место проведения собрания было определено в помещении нотариуса ФИО14, то есть в пределах того же населенного пункта г.Улан-Удэ.

Таким образом, истец был надлежащим образом уведомлен о времени и месте проведения собрания, а также о повестке дня.

ФИО1 не принял участие в собрании по мотивам не связанным с отсутствием информации о времени и месте проведения собрания, а по причине его несогласия с вопросами повестки дня. Так, ФИО1 29.11.2021, до проведения собрания, другим участникам общества и нотариусу ФИО14 было вручено заявление о том, что ему известно о собрании, но он не согласен с вопросами повестки дня и все решения, принятые на собрании, он будет обжаловать в судебном порядке (л.д. 147, т.1).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 14 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019, суд может отказать в признании решения общего собрания, не получившего необходимого большинства голосов, недействительным в том случае, если будет установлено, что участник, без голосов которого решение не может быть принято, без уважительных причин уклонялся от участия в собрании и препятствовал принятию общим собранием участников значимых хозяйственных решений, отсутствие которых существенно затруднило деятельность общества (пункт 4 статьи 1, пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

По делу установлено, что ФИО10 был своевременно извещен о повестке дня собрания, о дате и времени его проведения. Об изменении адреса проведения собрания, истец также был уведомлен 22.11.2022 (в разумные сроки до его проведения), кроме того, место проведения собрания было осуществлено в пределах того же населенного пункта - г.Улан-Удэ.

Из представленного заявления ФИО1 от 29.11.2021 следует, что он уведомлен о собрании, не намерен принимать участия в нем, так как не согласен с вопросами повестки дня и все решения, принятые на собрании, он будет обжаловать в судебном порядке.

Доказательств наличия уважительных причин, препятствующих истцу в принятии участия в голосовании по вопросу об избрании генерального директора, истцом не представлено.

Бездействие истца, уклонившегося от участия во внеочередном общем собрании, заведомо влекло существенное затруднение деятельности общества (приведение в соответствии с нормами законодательства и устава компетенции генерального директора).

В силу п. 2 статьи 10 ГК РФ, в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

ФИО1 злоупотребил своим правом, будучи надлежащим образом уведомленным, зная о необходимом кворуме для принятия решения по оспариваемому вопросу повестки дня, не явился на собрание.

Истец оспаривает решение общего собрания, используя формальные положения действующего законодательства и устава, что недопустимо.

Недобросовестный характер действий ФИО1, выразившийся в уклонении от участия в общем собрании, правомерно рассматривается ответчиками, как обстоятельство, исключающее нарушение прав и законных интересов участника ФИО1, оспариваемым решением от 29.11.2021. Истцом вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, не представлено надлежащих доказательств, свидетельствующих об обратном.

В этой связи суд отклоняет доводы истца о том, что участники ФИО2, ФИО5 просто без всякого обсуждения исключили пункт 2.2.13 из трудового договора, так как материалами дела подтверждено, что по данному поводу было созвано собрание участников, истец, уведомленный о нем, без уважительных причин не принял в нем участия.

При этом, истец не учитывает, что в случае присутствия на общем собрании всех участников общества, решения могут приниматься не только по вопросам, включенным в повестку дня заблаговременно (часть 7 статьи 37 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Приняв участие в собрании, истец имел возможность высказать свое мнение по спорному вопросу, внести корректировку в повестку собрания, предложить иное решение возникшего вопроса в отношении п. 2.2.13 трудового договора, однако, уклонялся от данных действий.

Доводы истцом о том, что ответчик ФИО2 не имеет права ссылаться на недействительность п. 2.2.13 трудового договора, поскольку ранее им был подан иск о признании недействительным абзаца 2 подпункта 2.2.13 трудового договора от 02.12.2020, и в последующем заявлен отказ от иска (дело №А10-4258/2021), суд отклоняет, так как отказ от иска ФИО2 был заявлен по причине проведения собрания участников 29.11.2021, на котором данный пункт трудового договора был исключен, то есть по причине того, что его требования были удовлетворены во внесудебном порядке.

В части требования о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору с ФИО2, истец заявил отказ, так как фактически такое соглашение не заключалось.

Рассмотрев заявление истца об отказе от иска в части требования о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенного между ООО «Буржелезобетон» и ФИО2, об исключении из трудового договора от 02.11.2020 абзаца 2 пункта 2.2.13, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, уменьшение им размера исковых требований, признание ответчиком иска, не утверждает мировое соглашение сторон, если это противоречит закону или нарушает права других лиц. В этих случаях суд рассматривает дело по существу.

Пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд прекращает производство по делу, если истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

Учитывая, что отказ истца от требований по настоящему делу не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы третьих лиц, заявлен уполномоченным
лицом – представителем ФИО6, суд считает возможным принять отказ от исковых требований и прекратить производство по делу.

С учетом вышеизложенных выводов, в удовлетворении иска в остальной части, следует отказать.

С учетом положений статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с частичным отказом от иска истцу подлежит возврату государственная пошлина в размере 4 200 руб., в остальной части расходы по оплате государственной пошлины остаются на истце.

Руководствуясь пунктом 4 части 1 статьи 150, статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Принять отказ ФИО1 от заявленных исковых требований в части требования о признании недействительным дополнительного соглашения к трудовому договору, заключенному между ООО «Буржелезобетон» и ФИО2 об исключении из трудового договора от 02.12.2020 абзаца 2 пункта 2.2.13.

Производство по делу № А10-7779/2021 в указанной части прекратить.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета излишне оплаченную по чеку-ордеру №24 от 21.12.2021 государственную пошлину в размере 4 200 руб.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Судья Е.В. Залужная