Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Акопян Е. Г., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ширяевой Н.Д., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ИРКУТСКОГО ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА ЭНЕРГЕТИКИ И ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ (далее - ПАО «ИРКУТСКЭНЕРГО») (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664011, <...>)

к ФИО1

о взыскании 221 270 руб. 98 коп.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО2 доверенность № 701 от 24.01.2020 (паспорт, диплом),

от ответчика: не явился, извещен надлежащим образом,

установил:

ИРКУТСКОЕ ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНЕ ОБЩЕСТВО ЭНЕРГЕТИКИ И ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ (далее – истец, ПАО «ИРКУТСКЭНЕРГО») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании убытков в размере 221 270 руб. 98 коп.

Представитель истца в судебном заседании требования поддержал, представил дополнительные пояснения, согласно которым ответчик в период с 01.10.2014 по 18.05.2015 осуществляла вывод денежных средств с расчетного счета товарищества собственников жилья «Родничок» (далее – ТСЖ «Родничок») на общую сумму 71 200 руб.

Ответчик, надлежащим образом уведомленный о дате, времени и месте рассмотрения дела в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в процесс не явился, представителя не направил.

Информация о времени и месте судебного заседания была размещена па официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет www.irkutsk.arbitr.ru в соответствии с требованиями абзаца второго пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик требования истца ни по существу, ни по размеру не оспорил, отзыв на иск не представил, каких-либо заявлений или ходатайств в дело не направил.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу частей 1, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации непредставление отзыва на исковое заявление или дополнительных доказательств, которые арбитражный суд предложил представить лицам, участвующим в деле, не является препятствием к рассмотрению дела по имеющимся в деле доказательствам. При неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Дело рассматривается в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, без предоставления отзыва ответчиком, по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела, ознакомившись с письменными доказательствами, суд установил следующие обстоятельства.

Как усматривается из материалов дела, в связи с ненадлежащим исполнением ТСЖ «Родничок» своих обязательств по договору теплоснабжения № 8392 от 01.04.2014, ПАО «ИРКУТСКЭНЕРГО» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с соответствующим иском.

Вступившим в законную силу решением суда от 24.02.2015 по делу № А19-21152/2014 с ТСЖ «Родничок»в пользу ИРКУТСКОГО ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА ЭНЕРГЕТИКИ И ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ взыскана сумма 253 802 руб. 64 коп., из которых: основной долг в сумме 250 355 руб. 35 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 3 447 руб. 29 коп. по состоянию на 13.01.2015; проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные на сумму основного долга 250 355 руб. 35 коп. из расчета 8,25 процентов годовых с 14.01.2015 по день фактической оплаты основного долга; расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб.

Вступившим в законную силу решением суда от 22.06.2015 по делу № А19-6266/2015 с ТСЖ «Родничок»в пользу ИРКУТСКОГО ОТКРЫТОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА ЭНЕРГЕТИКИ И ЭЛЕКТРИФИКАЦИИ взысканы основной долг в размере 109 275 руб. 30 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 330 руб. 62 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб.

В соответствии с данными решениями истцом были получены исполнительные листы ФС № 005292727 и ФС № 000051225, направленные на исполнение в службу судебных приставов, прекращенные 18.10.2018 в связи с исключением ТСЖ «Родничок» из Единого государственного реестра юридических лиц. На момент прекращения, остаток задолженности по исполнительным листам составлял 212 493 руб. 07 коп. – основной долг, 6 777 руб. 91 коп. – пени, государственная пошлина – 2 000 руб.

28.03.2018 налоговым органом внесена запись о прекращении деятельности ТСЖ «Родничок» в связи с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) на основании пункта 2 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 года № 129-ФЗ.

В период с 09.02.2017 по 28.03.2018 председателем правления ТСЖ «Родничок» являлась ФИО1

В силу статьи 149 Жилищного кодекса Российской Федерации председатель ТСЖ действует без доверенности от имени товарищества, имеет право давать указания и распоряжения всем должностным лицам товарищества, исполнение которых для указанных лиц обязательно, и, согласно пункту 1 статьи 7, пункту 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» является ответственным лицом за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных.

Полагая, что ответчик, как лицо, действовавшее от имени товарищества без доверенности допустил наличие у ТСЖ «Родничок» признаков недействующего юридического лица, а также не направил возражений против предстоящего исключения товарищества из ЕГРЮЛ, истец обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании с ФИО1 убытков в размере 221 270 руб. 98 коп.

Исследовав и оценив представленные доказательства каждое в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления гражданско-правовой ответственности суду необходимо установить наличие состава правонарушения, включающего в себя наличие убытков и их размер, противоправность поведения субъекта ответственности, причинную связь между убытками и действиями (бездействием) указанного лица, а также его вину. Требование о привлечении к гражданско-правовой ответственности может быть удовлетворено судом только при доказанности всех названных элементов в совокупности.

Согласно пункту 12 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 2, 3 постановления от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление Пленума № 62), недобросовестность действий (бездействия) директор считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

В то же время необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца.

Как установлено судом, требования истца основаны на факте неоплаты ликвидированным юридическим лицом (ТСЖ «Родничок») задолженности, взысканной решениями Арбитражного суда Иркутской области от 24.02.2015 по делу № А19-21152/2014 и от 22.06.2015 по делу № А19-6266/2015.

Между тем, в нарушение вышеперечисленных норм действующего гражданского законодательства истцом в материалы дела не представлено каких-либо доказательств недобросовестности или неразумности действий ФИО1 в период выполнения ею обязанностей единоличного исполнительного органа ТСЖ «Родничок», а также доказательств того, что именно ее действия повлекли причинение убытков истцу вследствие неисполнения ТСЖ «Родничок» обязательств по погашению взысканной вступившими в законную силу судебными актами задолженности (например, вывод активов либо утрата имущества).

Доводы истца о том, что председатель ТСЖ «Родничок» ФИО1 в период с 01.10.2014 по 18.05.2015 осуществляла вывод денежных средств с расчетного счета товарищества на общую сумму 71 200 руб., противоречат материалам дела.

Так, согласно выписке с расчетного счета ТСЖ «Родничок» спорные денежные средства снимались на хозяйственные нужды товарищества, доказательств обратного истцом суду не представлено. Более того, ответчик являлась председателем ТСЖ «Родничок» в период с 09.02.2017 по 28.03.2018. Доказательств, свидетельствующих, что в период своего руководства товариществом ФИО1 выводила его активы истцом суду не представлено.

По существу позиция истца сводится к тому, что ненадлежащее исполнение договора теплоснабжения, задолженность по которому впоследствии была взыскана арбитражным судом, и дальнейшее исключение ТСЖ «Родничок» из Единого государственного реестра юридических лиц презюмирует вину руководителя товарищества и является достаточным основанием для взыскания убытков. Судом данная позиция истца оценивается критически исходя из следующего.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 05.03.2019 № 305-ЭС18-15540, субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава 3.2 Закона о банкротстве), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из Единого государственного реестр юридических лиц) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

При оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Между тем, соответствующих обстоятельств судом не установлено, а кредитором не доказано.

Суд считает необходимым отметить, наличие у ТСЖ «Родничок» (впоследствии исключенного регистрирующим органом из соответствующего реестра в качестве недействующего юридического лица) непогашенной задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, само по себе не может являться бесспорным доказательством вины ответчика (как руководителя такого товарищества) в неуплате указанного долга, равно как свидетельствовать о его недобросовестном или неразумном поведении в период исполнения им обязанностей единоличного исполнительного органа общества-должника, повлекшем неуплату спорного долга.

Кроме того, разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы нарушаются исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ (пункт 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»).

Поскольку судом не установлена вина и причинная связь между возникшими у истца убытками и действиями (бездействием) ответчика, оснований для возложения на ответчика ответственности в виде взыскания убытков не имеется, вследствие чего в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном решении. Иные доводы и возражения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Разрешая вопрос о распределении расходов по оплате государственной пошлины, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом при обращении в суд была оплачена государственная пошлина в размере 2 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 2341 от 14.01.2020.

При этом согласно расчету суда, произведенному в соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, при цене иска 221 270 руб. 98 коп. уплате подлежит государственная пошлина в размере 7 425 руб.

Расходы по оплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на истца.

С учетом изложенного, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 425 руб.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «ИРКУТСКАЯ ЭНЕРГОСБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 5 425 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья: Е.Г. Акопян