Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Голубевой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 2 542 126,55 руб.,

при участии:

от истца: ФИО1 – представитель по доверенности от 07.04.2020 (сроком по 31.12.2021), диплом,

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности от 26.09.2021 (сроком до 15.07.2023), диплом,

установил:

публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (далее – истец, ПАО «Камчатскэнерго», адрес: 683000, <...>) обратилось в арбитражный суд с иском к публичному акционерному обществу «Ростелеком» (далее – ответчик, ПАО «Ростелеком», адрес: 191002, г. Санкт-Петербург, Достоевского д. 15) о взыскании 2 542 126,55 руб. неустойки за период с 16.04.2021 по 23.08.2021.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 330, 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору подряда от 11.12.2020 № ГП-420.

Протокольным определением от 10.11.2021 в порядке статьи 49 АПК РФ принято уточнение исковых требований, согласно которому истец просит взыскать с ответчика 2 542 126,55 руб. неустойки за период с 16.04.2021 по 23.08.2021 с последующим ее взысканием, начиная с 24.08.2021 по день фактического исполнения обязательств, исходя из ставки 0,1 % в день и цены работ 19 554 819,60 руб.

Поскольку представители истца и ответчика выразили мнение о готовности дела к рассмотрению по существу, суд с согласия сторон на основании части 1 статьи 136, части 4 статьи 137 и части 3 статьи 156 АПК РФ провел предварительное судебное заседание, завершил его, открыл и провел судебное заседание первой инстанции.

Представитель истца уточненные требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Доводы, приведенные ответчиком в отзыве, относительно невозможности своевременно исполнить обязательство по причинам, зависящим от заказчика, полагает необоснованными, указывая, что ответчик был заблаговременно ознакомлен с документацией по договору.

Представитель ответчика просила отказать в удовлетворении требований в заявленном размере, указывая на отсутствие вины ответчика в просрочке исполнения обязательства в период по 10.06.2021, поскольку в этот период работы не могли выполняться по обстоятельствам, зависящим от заказчика. Наличие просрочки, начиная с 11.06.2021, признает, однако полагает, что неустойка должна исчисляться без учета НДС. Кроме того, заявила о применении положений статьи 333 ГК РФ, полагая начисленную истцом неустойку несоразмерной последствиям неисполнения обязательства.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к следующему выводу.

Как следует и материалов дела, 11.12.2020 между ПАО «Камчатскэнерго» (заказчик) и ПАО «Ростелеком» (подрядчик) заключен договор подряда № ГП-420 от 11.12.2020, по условиям которого подрядчик обязуется по заданию заказчика в соответствии с техническим заданием (приложение № 1 к договору) выполнить работы по «Замене приборов учета с истекшим сроком эксплуатации в частном секторе (Федеральный закон от 27.12.2018 № 522-ФЗ), класснапряжения 0,22 (0,4) кВ» (далее – работы), а также сдать результат работ заказчику, а заказчик обязуется создать подрядчику указанные в договоре условия для выполнения работ, принять результат работ и уплатить цену договора (пункт 1.1).

Согласно пункту 3.1 договора цена договора в соответствии с объектным сметным расчетом с приложениями (приложение № 4 к договору) является предельной и составляет 16 295 683 руб. без учёта НДС. При этом НДС исчисляется дополнительно по ставке, установленной статьей 164 НК РФ.

Цена работ с учетом НДС, который на дату заключения договора составлял 20%, определена сторонами в календарном графике (приложение № 3) и в сводной таблице стоимости работ (приложение № 1 к приложению № 4 к договору) в размере 19 554 819,60 руб.

В соответствии с пунктом 1.6 договора и согласованным календарным графиком (приложение № 3 к договору) срок выполнения работ подрядчиком установлен с момента заключения договора по 25.12.2020. Дополнительным соглашением от 12.02.2020 № 1 стороны продлили срок выполнения работ до 15.04.2021.

На случай нарушения подрядчиком обязательств по выполнению работ, в том числе сроков выполнения работ, установленных календарным графиком, а несвоевременного устранения выявленных недостатков результата работ, пунктом 7.4.1 договора установлена ответственность в виде штрафной неустойки в размере 0,1 % от цены работ за каждый день просрочки.

Письмом от 13.04.2021 № 0806/05/730/21 подрядчик просил продлить срок выполнения работ до 30.05.2021, однако заказчик письмом от 24.05.2021 № 07-01/3405 перенос срока выполнения работ не согласовал.

Поскольку в установленный срок ответчик работу в полном объеме не выполнил, истец направил ему претензию от 23.08.2021 № 23/5431 с требованием об уплате штрафной неустойки, неисполнение которого послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Проанализировав содержание договора подряда, суд пришел к выводу, что сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям, присущим для договоров данного вида, и между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые по правилам главы 37 ГК РФ, а также общими положениями ГК РФ об обязательствах и договоре.

Согласно пункту 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

По смыслу пункта 1 статьи 314 и пункта 1 статьи 408 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения, в течение которого оно должно быть исполнено, обязательство подлежит исполнению в этот день, а надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Исходя из положений пункта 1 статьи 708 ГК РФ, в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться, в том числе, с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором.

В силу абзаца 2 пункта 1 статьи 708 ГК РФ подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы. Иное может быть установлено законом, иными правовыми актами или предусмотрено договором.

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

В силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Факт неисполнения договорных обязательств в полном объеме как к моменту истечения согласованного срока, так и на день судебного разбирательства, подтверждается материалами дела и ответчиком не оспаривается.

Вместе с тем, ответчик указывает на наличие обстоятельств, освобождающих его от ответственности за период с даты истечения срока выполнения работ по 10.06.2021 – день, когда истцом был согласован новый способ исполнения работ.

Проанализировав доводы ответчика, суд установил, что 07.04.2021 ответчик направил истцу письмо, в котором указал, что в силу условий договора (пункт 3.1) на подрядчика возложена обязанность организовать передачу данных с приборов учета в облачную платформу энергоданных РусГидро «Пирамида 2.0». Однако в связи с отсутствием у истца доступа к платформе «Пирамида 2.0» ответчик предложил альтернативный способ передачи данных путем их передачи на сервер «Radio Access 3» (Миртек), гарантировав выполнение в последующем дистанционных работ по переносу телеметрии с приборов в облачную платформу энергоданных РусГидро после предоставления к ней доступа специалистам ответчика.

Письмом от 08.04.2021 подрядчик направил заказчику на утверждение проект производства работ (утвержденный проект заказчиком подрядчику не возвращен, доказательств обратного не представлено).

Письмом от 13.04.2021 № 0806/05/730/21 подрядчик просил перенести сроки выполнения работ до 30.05.2021, указав, что приборы учета получены им в феврале 2021 года, однако приступить к установке счетчиков на объекты с последующей проверкой их работоспособности не представляется возможным в связи с отсутствием реализации, и как следствие, совместимости с программным комплексом «Пирамида 2.0» модуля АИСКУЭ цифровой облачной платформы по состоянию на дату начала работ.

Заказчик письмом от 24.05.2021 № 07-01/3405 сообщил, что не согласовывает перенос на 30.05.2021 срока выполнения работ, однако письмом от 10.06.2021 № 23/1493 ПАО «Камчатскэнерго» согласовало временную передачу данных на предложенный подрядчиком альтернативный сервер до представления доступа к облачной платформе энергоданных РусГидро «Пирамида 2.0».

Оценивая доводы ответчика о невозможности выполнения работ по независящим от него причинам, суд установил, что в соответствии с пунктом 1 технического задания (приложение № 1) основанием для проведения работ по установке приборов учета электрической энергии является необходимость оснащения приборами учета потребителей, у которых отсутствуют приборы учета, вышли из строя или истек межповерочный интервал, с установкой на границе раздела балансовой принадлежности (опора воздушной линии 0,4 кВ; ВРУ-0,4 кВ жилого дома) интеллектуальных приборов учета электрической энергии с внедрением в существующую систему АИИС КУЭ ПАО «Камчатскэнерго».

Пунктом 2 технического задания установлены технические требования к внедрению проекта по установке приборов учета (добавление точек в существующую систему АИИС КУЭ), в том числе: построение конфигурации установленных точек в систему АИИС КУЭ с автоматизированной передачей данных с приборов учета на место оператора (пункт 2.1.1).

В пункте 2.2.2 технического задания установлены требования к приборам учета, в числе которых указано, что счетчики электрической энергии должны быть совместимы с программным комплексом «Пирамида 2.0», реализованном в модуле АИИС КУЭ облачной платформы энергоданных РусГидро.

Также одним из требований к организации связи между приборами учета, сервером АИИС КУЭ ПАО «Камчатскэнерго» и облачной платформы энергоданных РусГидро согласно пункту 3.1 технического задания является совместимость УСПД (или Шлюз) с программным комплексом «Пирамида 2.0», реализованном в модуле АИИС КУЭ облачной платформы энергоданных РусГидро и сервером АИИС КУЭ ПАО «Камчатскэнерго».

Таким образом, по условиям заключенного договора и, в частности, технического задания, приборы учета, которые ответчик должен был внедрить в существующую систему АИИС КУЭ ПАО «Камчатскэнерго», должны быть совместимы с программным комплексом «Пирамида 2.0», реализованном в модуле АИИС КУЭ облачной платформы энергоданных РусГидро.

Буквальный анализ условий договора и содержания технического задания во взаимосвязи с пояснениями сторон позволяет прийти к выводу, что исполнение ответчиком принятых на себя обязательств было поставлено в зависимость от наличия на оборудовании истца программного комплекса «Пирамида 2.0», реализованного в модуле АИИС КУЭ облачной платформы энергоданных РусГидро. Причем с учетом содержания заключенного договора истец должен был обеспечить наличие данного программного комплекса к моменту начала работ, поскольку по условиям договора счетчики подлежали внедрению в существующую систему.

Однако как утверждает ответчик, и данное обстоятельство не опровергнуто истцом, а также подтверждено перепиской сторон, в период исполнения договора у истца отсутствовал доступ к платформе «Пирамида 2.0», в результате чего ответчик не смог реализовать интеграцию приборов учета, которые приобретены с учетом предъявленных требований о совместимости с указанной платформой, в систему АИИС КУЭ ПАО «Камчатскэнерго».

Об указанных обстоятельствах ответчик уведомил истца письмами от 07.04.2021 и от 13.04.2021, предложив альтернативный способ выполнения работ (до решения истцом вопроса о представлении подрядчику доступа к облачной платформе энергоданных РусГидро «Пирамида 2.0»), который согласован истцом в письме от 10.06.2021.

В силу пункта 1 статьи 718 ГК РФ заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

Аналогичная обязанность истца указана и в пункте 1.1 договора подряда от 11.12.2020 № ГП-420, согласно которому заказчик обязуется создать подрядчику указанные в договоре условия для выполнения работ.

Вместе с тем, поскольку на дату заключения договора и в период его исполнения истец не обеспечил наличие функционирующей системы с предъявленными к ней техническими требованиями и не реализовал доступ подрядчику к платформе энергоданных РусГидро «Пирамида 2.0», у подрядчика объективно отсутствовала возможность интегрировать приборы учета, которые им приобретались с учетом требований технического задания на условиях совместимости к указанной платформе, в автоматизированную систему истца, которая, в свою очередь, таким требованиям не отвечала.

При этом суд учитывает, что о наличии препятствий к интеграции приборов учета ответчик в соответствии с требованиями пунктов 2.3.22.3 договора и статьи 716 ГК РФ письменно сообщил истцу впервые письмом от 07.04.2021 (то есть до истечения срока выполнения работ), на которое получен ответ о согласовании альтернативного способа выполнения работ лишь 10.06.2021.

Таким образом, до 10.06.2021 включительно ответчик объективно был лишен возможности исполнить принятые по договору обязательства, в связи с чем в данной части суд признает доводы ответчика обоснованными.

В свою очередь, доводы истца о том, что ответчик был заблаговременно ознакомлен с технической документацией, подлежит отклонению, поскольку содержание договора не могло вызвать у ответчика сомнений в добросовестности истца и в наличии реализованных в системе истца программных комплексов, которым должны соответствовать приобретаемые для установки приборы учета. Приступая к выполнению работ с учетом требований, установленных техническим заданием, ответчик правомерно рассчитывал, что со своей стороны заказчик выполнил необходимые технические мероприятия и программный комплекс «Пирамида 2.0», реализованный в модуле АИИС КУЭ облачной платформы энергоданных РусГидро, с которым должны быть совместимы приборы учета, у заказчика имеется. Иного из условий договора не следует.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Согласно части 1 статьи 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника.

В силу пункта 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Согласно части 1 статьи 406 ГК РФ, кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

При указанных обстоятельства, суд, руководствуясь приведенными нормами права, приходит к выводу, что должник (ответчик) не может быть привлечен к ответственности за просрочку исполнения обязательства, обусловленную просрочкой самого кредитора, а именно: за период, когда ответчик объективно не мог выполнить свои обязательства ввиду отсутствия у истца соответствующих технических параметров, и до момента, когда заказчик согласовал предложенный подрядчиком альтернативный способ исполнения обязательства письмом от 10.06.2021.

Исходя из изложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика неустойки, начисленной за период по 10.06.2021, поскольку в этот период неисполнение обязательств ответчиком обусловлено действиями, зависящими от истца.

Доводы истца об отсутствии письменного уведомления ответчика о приостановлении работ суд признает несостоятельными, поскольку продолжение работ подрядчиком при наличии оснований для их приостановления в силу статьи 719 ГК РФ само по себе не исключает возможности применения судом положений статьи 404 ГК РФ для определения размера ответственности при наличии вины кредитора. Соответствующая правовая позиция приведена Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 15.07.2014 № 5467/14.

В рассматриваемом случае подрядчик своевременно предупредил заказчика о наличии объективных препятствий к выполнению работ и в целях достижения целей договора предложил альтернативные способы их выполнения, что свидетельствует о добросовестности действий подрядчика, направленных на скорейшее выполнение договорных обязательств.

Обстоятельств, исключающих вину ответчика в просрочке исполнения обязательства после 10.06.2021 судом не установлено, а ответчик наличие просрочки, начиная с 11.06.2021, признает согласно представленному отзыву. При этом на дату судебного разбирательства работы по договору ответчиком не завершены, что также им не оспаривается.

Поскольку факт нарушения ответчиком срока исполнения обязательства судом установлен, а обстоятельств, исключающих его ответственность или влияющих на объем его ответственности в период после 10.06.2021, не имеется, требования истца о взыскании с ответчика договорной неустойки за период с 11.06.2021 признаются судом обоснованными.

Истцом предъявлено требование о взыскании с ответчика неустойки, рассчитанной в твердой сумме за период по 23.08.2021 и далее по день фактического исполнения обязательства.

Произведя самостоятельный расчет с учетом согласованного сторонами размера неустойки (0,1%) и цены договора, которая с учетом НДС составляет 19 554 819,60 руб., суд установил, что обоснованным является начисленная истцом неустойка за период с 11.06.2021 по 23.08.2021 в сумме 1 447 056,65 руб.

При этом доводы ответчика о необоснованном начислении на сумму неустойки налога на добавленную стоимость подлежат отклонению как несостоятельные. Вопреки ошибочному утверждению ответчика, истец не начислял НДС на сумму неустойки, а производил расчет неустойки, исходя из цены договора, которая в силу пункту 3.1 договора определяется в соответствии с объектным сметным расчетом с приложениями (приложение № 4 к договору) и предусматривает дополнительное начисление НДС сверх указанной в данном пункте твердой цены без НДС (16 295 683 руб.). То есть в силу согласованных сторонами условий, заказчик должен оплатить подрядчику работы по цене, которая определяется как сумма твердой цены без НДС и суммы НДС, установленной статьей 164 НК РФ. Указанный вывод подтверждается календарным графиком (приложение № 3) и в сводной таблицей стоимости работ (приложение № 1 к приложению № 4 к договору), в которых цена работ указана уже с учетом НДС 20 % в размере 19 554 819,60 руб.

Таким образом, установленная пунктом 7.4.1 договора неустойка в размере 0,1% от цены работ подлежит исчислению, исходя из цены работ с учетом НДС, то есть исходя из суммы 19 554 819,60 руб.

Таким образом, суд признает исковые требования в части взыскиваемой неустойки за период с 11.06.2021 по 23.08.2021 в сумме 1 447 056,65 руб. правомерными.

Рассмотрев заявление ответчика об уменьшении начисленной истцом неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.

При этом, исходя из разъяснений, приведенных в пункте 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), уменьшение судом размера ответственности должника в соответствии с положениями статьи 404 ГК РФ не исключает применение статьи 333 ГК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 71, 73 Постановления № 7, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (пункт 74 Постановления № 7).

По смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не является препятствием для снижения ее судом (пункт 70 Постановления № 7). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования.

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления № 7).

Как следует из пункта 77 Постановления № 7, снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 14.03.2001 № 80-О снижение неустойки на основании статьи 333 ГК РФ является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В силу абзаца второго пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 81) суд, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, может исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

При оценке соотношения вида и размера ответственности заказчика за просрочку оплаты работ и подрядчика за нарушение срока их выполнения суд установил, что в рассматриваемом случае ответственность заказчика составляет 0,1% от несвоевременно оплаченной суммы, но не более 5% от этой суммы (пункт 7.3 договора), а ответственность подрядчика – 0,1% от цены договора без установления какого-либо ограничения предела ответственности (пункт 7.4.1). При этом для заказчика неустойка носит исключительный характер, а для подрядчика – штрафной.

Подобное соотношение размеров ответственности сторон очевидно свидетельствует о меньшем размере ответственности заказчика перед ответственностью подрядчика.

В этой связи суд приходит к выводу, что подобные условия ответственности явно нарушают баланс интересов равных сторон договора, и, принимая во внимание компенсационный характер неустойки, незначительный период просрочки исполнения обязательства поставщиком, размер ключевой ставки Банка России, действовавшей в спорный период, отсутствие в материалах дела доказательств по размеру действительного ущерба, причиненного подрядчиком в результате нарушения обязательства по сроку выполнения работ, признает несоразмерной начисленную истцом неустойку за нарушение срока выполнения работ последствиям нарушения обязательства.

В данной связи суд полагает необходимым снизить подлежащий применению к ответчику размер неустойки за нарушение срока выполнения работ до двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в период нарушения.

С учетом данных обстоятельств с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка за период с 11.06.2021 по 23.08.2021 в сумме 465 029,69 руб., исходя из двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в период нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 65 Постановления № 7 со ссылкой на статью 330 ГК РФ, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

При указанных обстоятельствах заявленное истцом требование о взыскании с ответчика неустойки, начиная с 24.08.2021 по день фактического исполнения обязательств, также является правомерным и подлежит удовлетворению. При этом неустойка по день фактического исполнения обязательства также подлежит исчислению, исходя из двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в период нарушения, поскольку ставка, установленная договором, признана судом несоразмерной, нарушающей баланс интересов сторон, в связи с чем уменьшена в порядке статьи 333 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о 11 возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных расходов не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 9 Постановления № 81.

Таким образом, при снижении судом неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ ответчик не может считаться стороной, частично выигравшей арбитражный спор и имеющей право претендовать на возмещение за счет истца судебных расходов пропорционально объему требований последнего, в удовлетворении которых арбитражным судом было отказано. Соответственно, истец в данной ситуации не считается частично проигравшим спор.

Вместе с тем, судом учитывается, что требование о взыскании неустойки в твердой сумме признано судом обоснованным лишь в части, начисленной за период с 11.06.2021 по 23.08.2021, в связи с чем, исходя из приведенных выше разъяснений и правил статьи 110 АПК РФ, понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины подлежат возмещению ему за счет ответчика пропорционально размеру неустойки, признанной судом обоснованной без учета применения статьи 333 ГК РФ, то есть пропорционально сумме неустойки 1 447 056,65 руб.

В данной связи с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в сумме 20 328 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Ростелеком» в пользу публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» 465 029,69 руб. неустойки и 20 328 руб. расходов по оплате государственной пошлины; всего – 485 357,69 руб.

Производить взыскание с публичного акционерного общества «Ростелеком» в пользу публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» неустойки за каждый день просрочки выполнения работ, начиная с 24.08.2021 по день фактического исполнения обязательства, исходя из цены работ, составляющей 19 554 819,60 руб., и двукратной ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды просрочки.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья О.А. Душенкина