Гражданский кодекс часть 1

Общество с ограниченной ответственностью «Геострим Сервисиз Груп» (далее – ООО «Геострим Сервисиз Груп», истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «КомиКуэст Интернешнл» (далее – ООО «КомиКуэст Интернешнл», ответчик) о взыскании 4 417 336 руб. 00 коп. убытков по договору № ККИ-190214/КРС/011 от 19.02.2014, 45 087 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 22.09.2016 исковое заявление принято к производству.

В отзыве на исковое заявление исх. № 1390/1 от 11.11.2016 (л.д. 115, т. 1) ответчик считает исковые требования не подлежащими удовлетворению, считая представленные истцом документы фиктивными, а расчет убытков – завышенным, поскольку по расчету ответчика стоимость 395 СБТ составляет 1 256 500 руб. 00 коп.

Определением от 17.11.2016 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Тимано-Печорская газовая компания» (далее – ООО «Тимано-Печорская газовая компания», третье лицо).

В возражениях на отзыв (л.д. 9-12, т. 2) истец не согласен с доводами ответчика, изложенными в отзыве на иск, ссылаясь на представленные в материалы дела документы, свидетельствующие об обратном.

В дополнении к отзыву на исковое заявление исх. № 1498 от 12.12.2016 (л.д. 28-29, т. 2) ответчик указал, что приложением № 3 к договору предусмотрена стоимость проката СБТ 73х9,19, которая была включена в стоимость выполненных работ и оплачена в рамках мирового соглашения, утвержденного Арбитражным судом Республики Коми по делу № А29-8267/2014. В связи с тем, что истцом не представлены документы (паспорта, сертификаты качества), подтверждающие дату изготовления и прочее, произвести точный расчет стоимости утраченного инструмента не представляется возможным. По расчету ответчика размер убытков составляет 1 177 618 руб. 63 коп.

В возражениях на письменные пояснения ответчика (л.д. 153, т. 2) истец считает доводы ответчика необоснованными и не соответствующими ни действующему законодательству, ни фактическим обстоятельствам, включая положения спорного договора, указав на то, что в обязанности истца не входила разработка плана ликвидации аварии, поскольку такая обязанность согласно статье 10 Федерального закона от 21.07.1991 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности» возложена на организацию, эксплуатирующую опасный производственный объект. Также истец отметил, что вина ответчика установлена актом расследования причин аварии от 28.04.2014.

Ходатайством исх. № 85 от 30.01.2016 (л.д. 161-162, т. 2) ответчик просил назначить экспертизу по настоящему делу, проведение которой поручить по усмотрению суда ООО «Негосударственная экспертиза проектной документации и инженерных изысканий в строительстве», либо ООО «Бюро независимых экспертов».

Ходатайством от 20.02.2017 (л.д. 70, т. 3) истец просил отказать ответчику в назначении в качестве эксперта одной из экспертных организаций, предложенных ответчиком, при этом просил при назначении экспертизы учесть квалификацию экспертов следующих экспертных организаций: АНО «Центр независимых экспертиз», АНО «Центр строительных экспертиз», ФГБОУ ВО «Ухтинский государственный технический университет».

Определением от 24.04.2017 производство по делу приостановлено в связи с назначением судебной экспертизы, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Ухтинский государственный технический университет».

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы.

«Каковы причины выброса газа, произошедшего 07.04.2014 при производстве капитального ремонта скважины № 2 Кожимского месторождения, и последующего прихвата инструмента (СБТ-73х9,19)?»

«Соответствовали ли действия буровой бригады ООО «Геострим Сервисиз Груп» и распоряжения представителей ООО «КомиКуэст Интернешнл» непосредственно до и после инцидента Правилам безопасности в нефтяной и газовой промышленности, требованиям Плана на производство капитального ремонта скважины № 2 Кожимского месторождения, Регламенту ООО «Тимано-Печорская газовая компания» в области промышленной и пожарной безопасности, охраны труда и окружающей среды к организациям, привлекаемым к работам и оказанию услуг на объектах ООО «Тимано-Печорская газовая компания»?».

13.06.2017 в суд поступило заключение экспертной организации Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ухтинский государственный технический университет» по настоящему делу.

Определением от 19.06.2017 назначено собеседование по вопросу возобновления производства по делу с указанием на то, что при отсутствии возражений сторон относительно возобновления производства по делу и проведения судебного заседания в отсутствии представителей сторон, производство по делу может быть возобновлено и открыто судебное заседание.

Стороны и третье лицо, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания, явку в суд своих представителей не обеспечили; возражения относительно открытия судебного заседания в суд от сторон не поступили.

Определением от 13.07.2017 производство по делу возобновлено.

В судебном заседании в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объявлялся перерыв с 13.07.2017 до 12 часов 00 минут 20.07.2017, после окончания которого судебное разбирательство по делу продолжено в отсутствии представителей сторон и третьего лица. Сведения об объявлении перерыва опубликованы на официальном сайте арбитражного суда в разделе картотека арбитражных дел в информационно-коммуникационной сети «Интернет» (http://kad.arbitr.ru).

С учетом статьи 156 АПК РФ суд рассматривает дело в отсутствии представителей участвующих в деле лиц.

Изучив материалы дела, оценив представленные доказательства, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, 19.02.2014 между ООО «КомиКуэст Интернешнл» (подрядчик) и ООО «Геострим Сервисиз Групп» (субподрядчик) заключен договор № ККИ-190214/КРС/011 (далее – договор, л.д. 23-31, т. 1), по условиям которого субподрядчик обязуется выполнить работы по восстановлению, испытанию и ликвидации скважин №2, № 4 Кожимского месторождений на условиях и в объеме, предусмотренном договором на основании заказ-наряда (Приложение № 2 к договору) и в соответствии с проектной документацией, передать результата работ подрядчику, а подрядчик обязуется принять результата работ и оплатить их.

С учетом пункта 3.1. договор вступает в силу со дня его подписания и действует до полного исполнения обязательств обеими сторонами.

В силу пункта 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В соответствии с пункта 2.3. договора субподрядчик обязан выполнить работы в соответствии с графиком выполнения работ (Приложение № 1 к договору).

В силу пункта 1 статьи 709 ГК РФ в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения.

С учетом пункта 6.1. договора стоимость выполненных работ определяется на основании Приложения № 3 к договору.

Согласно пункту 1 статьи 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 711 ГК РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

С учетом пункта 6.7. договора оплата выполненных и принятых работ осуществляется в течение 30 календарных дней с момента подписания подрядчиком актов сдачи-приемки выполненных работ.

В обоснование исковых требований истец указал, что 07.04.2014 в рамках исполнения спорного договора произошел инцидент в виде прихвата принадлежащего ООО «Геострим Сервисиз Групп» инструмента (СБТ 73х9,19) в интервале вечномерзлых пород на скважине № 2 Кожимского месторождения.

По факту прихвата инструмента сторонами договора, в соответствии с пунктом 10.10. договора, составлен первичный акт об осложнении от 07.04.2014, позднее была создана комиссия по расследованию причин прихвата, по результатам которого установлено, что причиной прихвата явилось предоставление заказчиком недостоверной информации об ожидаемом пластовом давлении, по этой причине бригада ООО «Геострим Сервисиз Групп» осуществляла работы с использованием раствора СаСl2 удельным весом 1,11 г/куб.см на основании утвержденного заказчиком (ООО «КомиКуэст Интернешнл» плана работ. Истец пояснил, что использование такого раствора с удельным весом явилось причиной прорыва газа разбуривания цементного моста, что повлекло образование гидратной пробки, вследствие чего и произошел прихват инструмента в количестве 359 шт., о чем было отражено в акте расследования причин прихвата.

Указанное обстоятельство повлекло причинение ущерба истцу в сумме 4 417 336 руб. 00 коп.

В обоснование исковых требований ООО «Геострим Сервисиз Групп» представлен договор № ГК-З-316/42 от 01.08.2013, заключенный между истцом (арендатор) и компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» (Республика Кипр, арендодатель), в соответствии с условиями которого арендодатель за согласованную сторонами плату и в порядке, определенном договором, обязуется передать арендатору в аренду буровой мобильный самоходный комплекс КЕС 536, серийный № 882, смонтированный на полуприцепах в количестве и комплектации согласно Приложению № 1 (л.д. 20, т. 1), а последний обязуется принять оборудование в аренду для использования в производственных целях в соответствии с его конструктивными и эксплуатационными характеристиками, своевременно вносить арендную плату, а по окончании срока аренды вернуть оборудование арендодателю (л.д. 17-19, т. 1).

В связи с утратой оборудования компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» в адрес истца направлена претензия исх. № ДжК 30/10-15 от 12.10.2015 (л.д. 56, т. 1), в котором арендодатель просит возместить стоимость утраченного оборудования в сумме 9 951 705 руб. 98 коп., по причине невозможности возврата инструмента в натуре ввиду его прихвата.

Письмом исх. № 380/11-15 от 16.11.2015 в ответ на претензию арендодателя о необходимости компенсации утраченного оборудования (л.д. 50, т. 1) истец сообщил о тяжелом финансовом положении, а также о том, что на дату прихвата трубы были частично амортизированы, что, по мнению ответчика, понизило их балансовую стоимость по сравнению с указанной в договоре, в связи с чем просил снизить размер требований до 4 417 336 руб. 00 коп. и предоставить рассрочку до 30.06.2016.

Согласно письму исх. № ДжК-29/12/15-41 от 29.12.2015 (л.д. 51, т. 1) арендодатель согласовал возможность уменьшения стоимости утраченного оборудования до 4 417 336 руб. 00 коп.

В обоснование доводов о несении истцом убытков в указанной сумме истцом представлены платежные поручения № 487 от 25.04.2017 на сумму 500 000 руб. 00 коп., № 517 от 26.04.2016 на сумму 2 050 000 руб. 00 коп., № 596 от 23.05.2016 на сумму 65 000 руб. 00 коп., № 606 от 25.05.2016 на сумму 50 000 руб. 00 коп., № 671 от 03.06.2016 на сумму 100 000 руб. 00 коп., № 712 от 09.06.2016 на сумму 480 000 руб. 00 коп., № 755 от 15.06.2016 на сумму 100 000 руб. 00 коп., 827 от 24.06.2016 на сумму 1 072 336 руб. 00 коп. (л.д. 9-12, т. 1). Как пояснил истец, указанные суммы были выплачены им арендодателю в качестве возмещения стоимости утраченного оборудования (ущерб).

В качестве доказательств, свидетельствующих о возникновении инцидента в виде прихвата, истцом представлены акт об осложнении от 07.04.2014 (л.д. 47, т. 1), подписанный в том числе представителями ответчика, в котором в том числе отражено указание представителя ООО «КомиКуэст Интернешнл» о герметизации скважины на контроль на время завоза технической воды и приготовления раствора САСl2-1,18 г/куб.см для глушения скважины.

В соответствии с актом расследования причины прихвата СБТ-79х9,19 на скважине № 2, составленным и подписанным членами комиссии в составе представителей истца и ответчика, причиной прихвата инструмента явилось предоставление заказчиком недостоверной информации об ожидаемом пластовом давлении, в результате чего бригада работала на растворе САСl2 удельным весом 1,11 г/куб.см, согласно утвержденного плана работ, вследствие чего произошел прихват инструмента (л.д. 48, т. 1).

В связи с утратой инструмента истцом в адрес ответчика направлена претензия исх. № 03/01-16 от 18.01.2016 (л.д. 49, т. 1), в котором истец просил компенсировать стоимость прихваченного инструмента или организовать его извлечение и передачу в срок до 12.02.2016.

В отсутствии ответа на претензию и соответственно оплаты стоимости утраченного инструмента истцом в адрес ответчика повторно направлены претензии исх. № 85/02-16 от 26.02.2016, исх. № 340/07-16 от 06.07.2016 (л.д. 57-58, т. 1), содержащие просьбу об оплате стоимости утраченного инструмента.

Указанные претензии получены ответчиком, согласно уведомлениям о вручении, 18.03.2016, 20.07.2016 соответственно (л.д. 154-155, т. 1), вместе с тем оставлены без ответа, что послужило основанием для обращения с настоящим иском в суд.

Статьей 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Статьей 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. На основании пункта 1 статьи 66 АПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Также пунктами 4, 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

По смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Статьей 9 АПК РФ предусмотрено, что лица участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Факт утраты инструмента СБТ 79х9,19 ответчиком не оспаривается.

Вместе с тем, ответчик, возражая относительно удовлетворения исковых требований, ссылается на наличие со стороны истца вины, выразившейся в нарушении правил безопасности работ, выполняемых на опасном промышленном объекте, коим является спорная скважина, а также условий пунктом 4.1.3, 4.1.4, 4.1.11 договора № ККИ-120214/КРС/011 от 19.02.2014, то есть спорного договора.

По мнению ответчика, истец в нарушении указанных положений не осуществлял руководство работами, после возникновения аварийной ситуации бригада субподрядчика действовала не в соответствии с планом по локализации и ликвидации последствий аварии, а непосредственно по распоряжениям старшего мастера и заместителя генерального директора ООО «КомиКуэст Интернешнл», что, в свою очередь, не допустимо, в связи с чем ответчик полагает, что именно действия бригады субподрядчика привели в возникновению инцидента и соответственно повлекли прихват инструмента.

Кроме того, по мнению ответчика, истцом в нарушение Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности не был разработан план ликвидации аварий.

В обоснование своей позиции относительно доводов ответчика о наличии виновного поведения истца, ООО «Геострим Сервисиз Групп» указало, что обязанность по разработке плана по ликвидации аварий возложена на организацию, эксплуатирующую опасный производственный объект, в связи с чем она обязана планировать и осуществлять мероприятия по локализации и ликвидации последствий аварий на опасном производственном объекте.

Таким образом, законодательство возлагает обязанность по разработке плана по ликвидации аварий на недропользователя и соответственно на ответчика, как на фактического заказчика работ по спорному договору, который должен получить указанный план от недропользователя, то есть от генерального заказчика выполнения спорных работ, коим является ООО «Тимано-Печорская газовая компания».

Истец также пояснил, что регламент, на который ссылается ответчик, распространяет свое действие на генерального заказчика - ООО «Тимано-Печорская газовая компания» и подрядчика – ООО «КомиКуэст Интернешнл», основные разделы которого посвящен правам и обязанностям указанных лиц и не затрагивают права и обязанности возможных субподрядчиков.

Помимо этого, именно данный регламент возлагает обязанность по разработке плана ликвидации аварий на заказчика (пункт 3.2.1.5), а ответчик, являясь для истца заказчиком, а для ООО «Тимано-Печорская газовая компания» подрядчиком, в соответствии с пунктом 3.1.32. регламента обязан был ознакомить работников с планом ликвидации аварий и обеспечить их участие в учебно-тренировочных занятиях.

Также суд считает необходимым отметить, что условиями договора предусмотрена обязанность субподрядчика неукоснительно подчиняться требованиям представителей подрядчика, а также соблюдать условия и требования, определенные в плане работ.

С целью определения причин возникновения инцидента и соответствия/несоответствия действий буровой бригады ООО «Геострим Сервисиз Групп» требованиям актов в области нефтяной и газовой промышленности по ходатайство ответчика судом назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Ухтинский государственный технический университет».

Согласно представленному экспертному заключению, экспертами сделаны следующие выводы:

По первому вопросу эксперты пояснили, что причина выброса газа, произошедшего 07.04.2014 при производстве капитального ремонта спорной скважины, заключается в том, что при разработке плана на производство капитального ремонта скважины № 2 специалистами ООО «КомиКуэст Интернешнл», согласованного главными специалистами ООО «Тимано-Печорской газовой компании», не была изучена геологическая информация по скважине и не выполнены необходимые расчеты по обоснованию плотности промывочной жидкости исходя из характеристики вскрытых продуктивных пластов и пластовых давлений.

В связи с этим, согласно плану работ для разбуривания цементного моста предусмотрено применение промывочной жидкости плотностью 1110 кг/куб.м, что фактически не обеспечило противодавление на пласт, привело к нарушению динамического равновесия в пласте и способствовало началу выброса газа на дневную поверхностью.

Таким образом, по мнению экспертов, разработчиками плана работ нарушены требования Правил безопасности в нефтяной и газовой промышленности, а также не обеспечено выполнение требований указанных Правил по обеспечению трехстадийной защиты от возникновения открытых фонтанов. Эксперты при проведении соответствующих расчетов пришли к выводу, что плотность промывочной жидкости должна составлять 1213 кг/куб.м, что на 9,3% больше рекомендованной в плане работ – 1110 кг/куб.м.

Относительного второго вопроса эксперты пояснили, что действия буровой бригады истца перед инцидентом соответствовали плану работ, что установлено по сводке к суточному рапорту от 06.04.2014. Вместе с тем, в нарушение пункта 3.2.1.5. Регламента ООО «Тимано-Печорская газовая компания» ответчик не истребовал план работ ликвидации аварий, разрабатываемый в соответствии с Федеральным законом № 116-ФЗ организацией, эксплуатирующей опасный производственный объект, коим является ООО «Тимано-Печорская газовая компания», а также в нарушение пункта 3.1.32 регламента ООО «Тимано-Печорская нефтегазовая компания» не ознакомил буровую бригаду ООО «Геострим Сервисиз Групп» с планом ликвидации аварий и не провел учебно-тренировочные занятия в связи с отсутствием такого плана, что является нарушением Правил безопасности.

Относительно действий истца после инцидента эксперты пояснили, что буровая бригада ООО «Геострим Сервисиз Групп» выполнила первичные действия в соответствии с Правилами безопасности – загерметизировала устье скважины, а ответственный за проведение работ на буровой мастер ООО «КомиКуэст Интернешнл» доложил о начале инцидента старшему мастеру ООО «КомиКуэст Интернешнл».

После начала инцидента весь процесс по локализации и ликвидации инцидента осуществлялся под непосредственным руководством специалистов ООО «КомиКуэст Интернешнл». В связи с отсутствием плана ликвидации аварий у ответственных за соблюдение правил ОТ, ТБ, ПБ и ООС (ООО «КомиКуэст Интернешнл»), дальнейшие работы проводились по телефону, что привело к непрофессиональным действиям и усугублению инцидента по развитию аварийно ситуации.

Кроме того, согласно заключению экспертов, после начала газопроявления по распоряжению специалистов ООО «КомиКуэст Интернешнл» продолжалась закачка в скважину раствора несоответствующей плотности, в результате чего не обеспечена вторая линия защиты, в связи с чем аварийная ситуация была усугублена. Кроме того, по распоряжению специалиста ООО «КомиКуэст Интернешнл» продолжалась подготовка раствора необоснованной плотности 11180 кг/куб.м, в то время как по методическим расчетам плотность промывочной жидкости должна составлять 1213 кг/куб.м.

Таким образом, выводы экспертов сводятся к тому, что действия буровой бригады ООО «Геострим Сервисиз Групп» при разбуривании цементного моста на спорной скважине соответствовали плану работ, разработанному специалистами ООО «КомиКуэст Интернешнл» и ООО «Тимано-Печорская газовая компания», при этом возникновение газового выброса с последующим прихватом инструмента явилось следствием ошибочных решений при составлении плана работ специалистами ООО «КомиКуэст Интернешнл» и ООО «Тимано-Печорская газовая компания».

Ответчик, доводы изложенные в экспертном заключении, не оспорил, возражения относительно заключения в суд не представил, при этом определением от 19.06.2017 суд предлагал участвующим в деле лицам представить пояснения с учетом экспертного заключения.

В связи с чем вопрос о виновности ответчика разрешен.

Вместе с тем, возражая относительно исковых требований, ответчик ссылается на недоказанность истцом стоимости утраченного оборудования, а также на тот факт, что оборудование, стоимость которого предъявлена к взысканию, было передано по договору аренды и использовалось истцом при выполнении спорных работ.

В подтверждение своих возражений ответчиком представлен расчет стоимости СБТ 79х9,19 в сумме 3 500 руб. 00 коп. за 1 единицу, и соответственно в сумме 1 256 500 руб. 00 коп. за 359 единиц (л.д. 116, т. 1).

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить, что документов в обоснование такой стоимости СБТ ответчиком не представлено.

Из представленных в материалы дела суточных рапортов, усматривается, что при проведении спорных работ использовались трубы СБТ 73, а в день возникновения инцидента указанные трубы использовались в количестве 359 штук (л.д. 145-153, т. 1).

В обоснование передачи указанных труб по договору аренды истцом представлены Приложения № 1, № 2 к договору № ГК-З-316/42 (л.д. 137-140, т. 1), акт приема-передачи основных средств в аренду от 01.08.2013 (л.д. 141-143, т. 1).

Действительно, из представленных документов усматривается, что трубы бурильные 73х9,19, группы прочности «ЛЭ», с высадкой наружу, с приварными замками ЗП-105м-51, резьба З-86, правая, длиной 9,0-9,45 м в количестве 443 штуки, о стоимости которых истец и заявляет, были отражены в спецификации к договору аренды и имеются в перечне передаваемых истцу от арендодателя основных средств.

Также данные трубы указаны в качестве оборудования, представляемого истцом по спорному договору (Приложение № 4, л.д. 34-35, т. 1).

Факт использования утраченных труб, переданных на основании договора аренды, подтвержден и перепиской истца с арендодателем.

Довод ответчика о том, что представленные в материалы дела истцом документы, а именно: договор аренды, переписка по факту снижения стоимости утраченных труб, являются фальсифицированными, поскольку подписаны одним и тем же лицо, судом признается как необоснованный.

Действительно, из представленного договора аренды и переписки истца с компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» усматривается, что они подписаны как с одной стороны, так и с другой стороны ФИО1, вместе с тем, договор аренды имеет все существенные условия, а, следовательно, считается заключенным. На указанных документах имеются печати как компании с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД», так и истца, при этом доказательства выбытия печати компании с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» из оборота, в том числе его утраты в материалы дела не представлены.

Кроме того, факт фиктивности представленных документов и соответственно отсутствия между истцом и компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» каких-либо договорных отношений, в том числе по аренде утраченного оборудования, опровергается и представленными в материалы дела платежными поручениям относительно возмещения истцом компании с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» стоимости утраченного инструмента, содержащими отметки о списании денежных средств и штампом банка и подписью ответственного исполнителя банка.

Следует также отметить, что гражданское законодательство не запрещает одному и тому же физическому лицу быть представителем разных юридических лиц, в том числе и вступивших в договорные отношения друг с другом.

Согласно пунктам 1-3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно статье 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна; притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Ответчиком не представлены доказательства притворности или мнимости сделки - договора аренды между истцом и компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД», указанный договор исполнялся в соответствии с его условиями и намерениями сторон.

Относительно стоимости утраченного оборудования и соответственно необоснованного завышения истцом размера убытков ответчик ссылается на приобретением им в июле 2013 года по договору № МП 03-07/2013 от 03.07.2013, заключенному между ним и закрытым акционерным обществом «Мультипайп», труб бурильных стандарта АРI 5DP 73х9,19 G105 («М») в количестве 65 тонн на сумму 9 425 000 руб. 00 коп., исходя из веса 1 трубы 144 кг., в связи с чем стоимость 1 трубы СБТ составила 20 898 руб. 00 коп., с учетом НДС, при этом по договору аренды № ГК-З-316/42 от 01.08.2013 балансовая стоимость такой же трубы составила 24 851 руб. 51 коп., без учета НДС.

Кроме того, ответчик также ссылается на амортизацию труб, а именно, указал, что срок использования спорных труб, которые отнесены к 1 амортизационной группе, составляет 2 года, при этом с учетом пункта 1 статьи 259.3 Налогового кодекса Российской Федерации срок использования спорных труб с учетом использования их в агрессивной среде составляет 12 месяцев.

Таким образом, по расчету ответчика, размер убытков составляет 1 177 618 руб. 63 коп.

В обоснование своей позиции ответчиком представлен договор № МП 03-07/2013 от 03.07.2013 на приобретение товара в виде труб бурильных стандарта АРI 5DP 73х9,19 G105 («М») в количестве 65 тонн на сумму 9 425 000 руб. 00 коп (л.д. 34-36, т. 2).

Возражая относительно доводов ответчика, истец пояснил, что в отличие от ООО «КомиКуэст Интернешнл» истцом были закуплены трубы бурильные БН прочности «Л», в подтверждение чего представлены товарные накладные: № 829 от 17.07.2011 на сумму 7 212 770 руб. 51 коп., № 828 от 17.07.2011 на сумму 7 277 912 руб. 51 коп. с приложением сертификатов качества, подтверждающих довод истца о приобретении труб прочностью «Л» и указанием характеристик приобретенных труб.

При этом, как пояснил истец, стоимость одной трубы с учетом НДС составила 32 710 руб. 35 коп., стоимость 443 единиц труб составила 12 280 239 руб. 80 коп., что соответствует стоимости, указанной в спецификации № 2 к договору аренды.

Кроме того, из представленных ответчиком документов относительно приобретения оборудования усматривается, что им приобретены трубы групп «G», в том время как истцом – группы «Л», кроме того стоимость труб у разных поставщиков в определенный период может отличаться как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения.

В связи с этим, у суда отсутствуют основания для соотношения стоимости труб, приобретенных ответчиком, и стоимости труб, приобретенных истцом.

Также суд не может согласиться с расчетом ответчика, произведенным исходя из массы закупленных труб, а не их количества.

Об этом также указывает и истец, приведя в обоснование требования ГОСТ Р 54 383 2011 (ИСО 11961:2008), согласно которому средняя длина приобретенной ответчиком трубы составляет 12,2 м, в том время как по расчету ответчика длина трубы составила 11,9-12,5. таким образом, 65 000 кг. в переводе на количество труб определяется как 323 единицы, в то время как ответчик говорит о 451 единице.

Таким образом, стоимость одной трубы, приобретенной ответчиком по договору № МП 03-07/2013 от 03.07.2013 составила 29 180 руб. 00 коп., что превышает стоимость труб, приобретенных истцом.

Довод ответчика о том, что стоимость проката труб СБТ 73х9,19 была включена в стоимость выполненных работ и оплачена в рамках мирового соглашения, утвержденного определением Арбитражного суда Республики Коми по делу № А29-8267/2016, судом отклоняется, поскольку из текста определения и утвержденного мирового соглашения усматривается о выплате ответчиком в пользу истца в рассрочку долга по двум договорам на капитальный ремонт скважин (№ ККИ 211213/КРС/038 от 21.12.2013, № ККИ-190214/КРС/011 от 19.02.2014), при этом не следует, что плата за аренду используемого оборудования входит в стоимость выполненных в рамках указанных договоров работ.

Кроме того, из условий спорного договора не усматривается обязанность ответчика компенсировать истцу стоимость арендуемого им оборудования.

Относительно доводов ответчика об амортизации утраченного оборудования, необходимо отметить следующее.

Возражая относительно указанных доводов, истец пояснил, что компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» ведется бухгалтерский учет по трем видам бухгалтерских стандартов: стандартам РСБУ (Российские стандарты бухгалтерского учета), стандартам МСФО (международные стандарты финансовой отчетности), стандартам US GAAP.

По стандартам РСБУ данные трубы не относятся в основным средствами, несмотря на то, что срок их эксплуатации составляет более 1 года, поскольку стоимость 1 трубы составляет 27 806 руб. 90 коп., что менее установленного лимита первоначальной стоимости, необходимой для признании объекта основным средством, равного 40 000 руб. 00 коп. на момент принятия труб к учету в августе 2011 года, при чем как в бухгалтерском, так и в налоговом учета.

Учет по стандартам МСФО в отношении спорных труб совпадает с учетом по US GAAP, в соответствии с которыми:

- трубы учитываются как группа однородных объектов, а не поштучно, в связи с чем они по стоимости и по сроку эксплуатации относятся к основным средствам;

- основные средства начинают амортизироваться не в момент вводу в эксплуатацию, а в момент, когда они готовы к эксплуатации;

- срок полезного использования основных средств установлен корпоративной политикой для каждого типа основных средств, а для труб этот срок составляет 4 года.

При этом срок нахождения спорных труб в агрессивной среде составил 26 дней, что подтверждается представленными в материалы дела суточными рапортами (л.д. 81-106, т. 2), обратного ответчиком не доказано.

В связи с чем, как пояснил истец, исходя из срока эксплуатации труб до даты их прихвата, арендодателем был рассчитан минимальный размер убытка в сумме 4 417 335 руб. 17 коп.

Представленный в материалы дела расчет убытков (л.д. 77, т. 2), ответчиком не опровергнут.

Кроме того, ответчиком не представлены доказательства использования спорных труб ранее даты начала работы с указанными трубами на спорном объекте, с учетом того, что они были приобретены в 2011 году.

В материалы дела истцом представлена переписка сторон относительно замены утраченного оборудования на аналогичный.

Так, письмом исх. № 1491/1 от 09.12.2016, то есть в ходе судебного разбирательства по настоящему делу, ответчик предложил истцу рассмотреть вопрос о замене утраченного оборудования СБТ 73х9,19 в количестве 359 штук на аналогичный бывший в употреблении инструмент (л.д. 28, т. 2).

Письмом исх. № 258 от 12.12.2016 истец направил в адрес ответчика предложение о предоставлении документов: сертификата качества, паспорта на СБТ-73х9,19, журнал наработки СБТ, акт дефектоскопии (л.д. 29, т. 2). Указанное письмо получено ответчиком, согласно штампу входящей корреспонденции, вместе с тем оставлено без ответа.

Таким образом, ответчик фактически подтвердил на тот момент стоимость утраченного оборудования.

Размер убытков, заявленный истцом, ответчиком документально не опровергнут, суд считает расчет убытков в разумной степени достоверным.

В силу пункта 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 10.4. договора ответственность за последствия, возникшие по причине недостоверных или несвоевременно представленных субподрядчику геологических данных по скважине, а также в результате нарушения подрядчиком (группой подрядчика) технологических регламентов, приведших к непредвиденным геологическим осложнениям при КРС, несет подрядчик.

В соответствии с пунктом 10.6. договора стороны несут ответственность в течение всего срока действия договора за причиненные потери, повреждения или уничтожения наземного оборудования другой стороны, переданное потерпевшей стороне в работу, включая весь инструмент, машины, материалы и оборудование, используемое на поверхности, а также другое оборудование, включая подземное, если оно находится на поверхности или в скважине. Виновная сторона возмещает стоимость восстановительных работ по согласованным сторонами расценкам на дату удовлетворения требований о повреждении действующих коммуникаций, зданий, сооружений.

Пунктом 10.12. договора предусмотрено, что с момента получения одной из сторон требования о возмещении убытков по факту аварии, инцидента, осложнения, ожидания, удостоверенных соответствующим актом, для виновной стороны начинают действовать обязательства, предусмотренные пунктом 10.1. договора.

С учетом пункта 10.17. договора ответственность сторон по договору во всех случаях ограничивается возмещением реального ущерба, и ни одна из сторон не будет нести ответственности перед другой стороной и каждая из сторон освобождает другую сторону от ответственности за возмещению упущенной выгоды.

Пунктом 4.2.4. договора № ГК-З-3016/42 от 01.08.2013 установлена обязанность арендатора возместить причиненные арендодателю убытки в размере реального ущерба (в соответствии с балансовой стоимостью оборудования) вследствие гибели или повреждения оборудования по вине арендатора.

Из материалов дела усматривается, что истец на основании платежных поручений возместил арендодателю стоимость утраченного оборудования, причем не по балансовой стоимости, а уменьшенной с учетом амортизации.

На основании положений пункта 2 статьи 15 ГК РФ суд считает правомерным взыскание в пользу истца убытков в части уплаченной истцом компанией с ограниченной ответственностью «ДжиКей Дриллинг Тулс Лизинг Компании ЛТД» стоимости оборудования.

При таких обстоятельствах, с учетом представленных документов, суд считает заявленную истцом стоимость утраченного оборудования обоснованной и взыскивает с ответчика в пользу истца 4 417 336 руб. 00 коп.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, в том числе расходы по уплате государственной пошлины и расходы на проведение судебной экспертизы, относятся на ответчика.

При этом с депозитного счета Арбитражного суда Республики Коми подлежат выплате денежные средства Федеральному государственного бюджетного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ухтинский государственный технический университет» в размере 100 000 руб. за проведение судебной экспертизы.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «КомиКуэст Интернешнл» (ИНН:<***>, ОГРН:<***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Геострим Сервисиз Груп» (ИНН:<***>, ОГРН:<***>) 4 462 423 руб., в том числе: 4 417 336 руб. 00 коп. убытков, 45 087 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу.

Бухгалтерии Арбитражного суда Республики Коми перечислить Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Ухтинский государственный технический университет» (ИНН:<***>; ОГРН:<***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Коми 100 000 руб. 00 коп.

Разъяснить, что решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд (г. Киров) с подачей жалобы (в том числе в электронном виде) через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объеме.

Судья О.П. Митина