Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Бабаевой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мадьяровой Ю.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1, г. Краснодар,

к 1. ФИО2, г. Краснодар,

2. Инспекции ФНС России № 3 по г. Краснодару, г. Краснодар,

3. ООО «Краснодаркурорт», г. Краснодар,

третьи лица: 1. ФИО3, г. Краснодар;

2. ЗАО «Пансионат «Ольгинка», Туапсинский район, п. Ольгинка;

3. ФИО4, г. Краснодар;

4. ФИО5, г. Краснодар;

5. ФИО6, Туапсинский район, пос. Южный;

6. ФИО7, г. Краснодар;

7. ЗАО "Санаторий "Предгорье Кавказа", г. Горячий Ключ;

8. ФИО8, г. Краснодар;

9. ФИО9, г. Краснодар;

10. ФИО10, г. Краснодар;

о переводе прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006;

об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО2 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО1 в уставном капитале общества до 54,867 %;

об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару внести изменения в Единый государственный реестр юридических лиц, в соответствии с которыми ФИО1 на праве собственности принадлежит доля номинальной стоимостью 263 363 рублей, что составляет 54,867 % уставного капитала ООО «Краснодаркурорт»;

об исключении из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с включением ФИО2 в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»;

об исключении из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с изменениями размера доли ФИО2 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»;

при участии в судебном заседании представителей:

истца: ФИО1 – паспорт, ФИО11 по доверенности от 18.07.2011;

ответчиков: 1. ФИО12 по доверенности от 03.08.2010;

2. извещен по правилам ст. 121, 123 АПК РФ, не явился;

3. ФИО12 по доверенности от 24.04.2009;

третьих лиц:

1. ФИО12 по доверенности от 03.08.2010;

2. извещен по правилам ст. 121, 123 АПК РФ, не явился;

3. ФИО12 по доверенности от 06.12.2010;

4. ФИО12 по доверенности от 27.10.2010;

5. извещен по правилам ст. 121, 123 АПК РФ, не явился;

6. извещена по правилам ст. 121, 123 АПК РФ, не явилась;

7. извещен по правилам ст. 121, 123 АПК РФ, не явился;

8. ФИО12 по доверенности от 07.09.2010;

9. ФИО12 по доверенности от 29.09.2010;

10. ФИО12 по доверенности от 15.09.2010.

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ФИО2, Инспекции ФНС № 3 по г. Краснодару, обществу с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» (уточненные требования):

- о переводе на ФИО1 прав и обязанностей покупателя по договорам купли-продажи долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» от 28.01.2002, заключенного между ЗАО «Курортресурс» и ФИО2, от 12.07.2002, заключенного между ФИО4 и ФИО2, от 10.07.2003, заключенного между ФИО13 и ФИО2, от 30.07.2003, заключенного между ФИО5 и ФИО2, от 07.08.2003, заключенного между ФИО6 и ФИО2, от 29.08.2003, заключенного между ФИО7 и ФИО2, от 30.06.2004, заключенного между ЗАО "Санаторий "Предгорье Кавказа" и ФИО2, от 19.09.2005, заключенного между ФИО8 и ФИО2, от 26.12.2005, заключенного между ФИО9 и ФИО2, от 20.03.2006, заключенного между ФИО10 и ФИО2;

- об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО2 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО1 в уставном капитале общества до 54,867 %;

- об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару внести изменения в Единый государственный реестр юридических лиц, в соответствии с которыми ФИО1 на праве собственности принадлежит доля номинальной стоимостью 263 363 рублей, что составляет 54,867 % уставного капитала ООО «Краснодаркурорт»;

- об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару исключить из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с включением ФИО2 в состав участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт»;

- об обязании Инспекции ФНС России № 3 по городу Краснодару исключить из Единого государственного реестра юридических лиц всех записей, связанных с изменениями размера доли ФИО2 в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» (исковые требования в утоненной редакции).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 16.02.2011, оставленным без изменения Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2011, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 22.07.2011, судебные акты судов первой и апелляционной инстанций отменены, дело направлено на новое рассмотрение. Причиной отмены судебных актов послужило неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора. Кассационная инстанция указала, что, признавая спорное условие договора не отлагательным, суды не выяснили на что была направлена истинная воля сторон при подписании договора, что имеет существенное значение при разрешении спора. Суды не оценили представленные истцом доказательства (заявление о предоставлении документов, адресованные обществу) и не указали мотивов, по которым они отклонили доводы истца о чинимых обществом препятствиях в реализации его прав как участника общества на ознакомление с документами общества. Ссылка судов на возможность реализации права на ознакомление с документами в судебном порядке, сделана без учета того, что данное положение в действующем законодательстве рассматривается как право лица, а не его обязанность, в связи с чем, не может рассматриваться как доказательство не проявления разумности и осмотрительности в действиях истца.

При новом рассмотрении дела ФИО6 заявил ходатайство о рассмотрении дела по существу без его участия.

При новом рассмотрении дела истец заявил ходатайство о вызове в качестве свидетелей ФИО14 (<...>), ФИО15 (<...>). Определением суда от 04.10.2011 ходатайство истца судом отклонено.

В настоящем судебном заседании истец повторно заявил ходатайство о вызове в качестве свидетелей ФИО14 (<...>), ФИО15 (<...>), ФИО16 (Туапсинский район, п. Ольгинка).

В обоснование заявленного ходатайства, ответчик приводит довод о том, что вызов указанных лиц в качестве свидетелей позволит подтвердить доводы ФИО1 о нелегитимности проведенного 16.11.2001 общего собрания участников ООО «Крассноларкурорт» и установить, что решения, принятые на указанном собрании не имеют юридической силы, заключая в последующем договоры купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Краснодаркурорт» с другими участниками общества, сам ФИО2 участником общества не являлся.

Согласно части 1 статьи 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела.

Истец, заявивший ходатайство о вызове свидетелей, не пояснил суду, какими сведениями о фактических обстоятельствах, входящих в предмет доказывания по настоящему иску и имеющих значение для рассмотрения настоящего дела располагают ФИО14, ФИО15, ФИО16

Ходатайство ответчика о вызове свидетелей по делу судом рассмотрено и оставлено без удовлетворения.

Истец заявил ходатайство об изменении предмета иска и просит суд уточнить требование об обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» исключить ФИО2 из списка участников ООО «Краснодаркурорт» и внести соответствующие изменения в список участников ООО «Краснодаркурорт», увеличив долю ФИО1 в уставном капитале общества до 54,867 %, и считать его как требование о признании ФИО2 не приобретшим права участника общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» с 12.11.2001 и обязании общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» внести соответствующие изменения в список участников общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт».

Ходатайство истца судом удовлетворено в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец в судебном заседании поддержал заявленные требования в уточненной редакции, представил дополнительные письменные пояснения по существу заявленных требований, которые приобщены к материалам дела. Истец указал на то, что в нарушение требований закона общество проигнорировало права участника общества ФИО1 и неоднократно запрашиваемая ею документация обществом так и не была представлена. Уклонение общества от предоставления соответствующей информации явилось причиной несвоевременно ознакомления истца с документами общества.

ЗАО «Пансионат «Ольгинка» заявило ходатайство о рассмотрении дела без участия своего представителя, представило отзыв в котором заявило несогласие с заявленными требованиями, указав, что при рассмотрении производства по делу №А32-24168/2010 установлен факт неоднократно участия ФИО1 в общих собраниях участников общества, в том числе с одновременным участием ФИО2.

При новом рассмотрении дела представитель ответчиков: ФИО2, ООО «Краснодаркурорт», третьих лиц: ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО8, ФИО9, ФИО10 исковые требования не признал, от имени ООО «Краснодаркурорт» заявил о пропуске истцом срока исковой давности, представил отзыв на иск и дополнение к отзыву, которые приобщены к материалам дела.

При новом рассмотрении спора представителем ООО «Краснодаркурорт» в качестве доказательств осведомленности истца о введении ФИО2 в состав участников общества в дело представлены:

- копия искового заявления, поступившая в общество 28.12.2009 от представителя ФИО1 ФИО17 (том 4). В качестве приложения к указанному иску значится копия выписки из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.06.2009;

- список лиц, прибывших для участия в общем собрании 22.09.2009, с подписью представителя ФИО1 ФИО17;

- протоколы общих собраний участников общества от 26.12.2005, от 27.06.2006, от 26.06.2008, от 25.06.2009;

- заявление о предоставлении годового отчета о деятельности общества за 2008 год, с подписью ФИО1 о получении соответствующих документов.

Инспекция ФНС России № 3 по г. Краснодару, ФИО7, ЗАО "Санаторий "Предгорье Кавказа" в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом в порядке абзаца 3 части 2 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Дело рассматривается по существу в отсутствие представителей Инспекции ФНС России № 3 по г. Краснодару, ЗАО «Пансионат «Ольгинка», ФИО7, ЗАО "Санаторий "Предгорье Кавказа", ФИО6 по правилам, предусмотренным статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения сторон в судебных заседаниях, суд установил следующие обстоятельства, касающиеся существа спора.

ФИО1 является участником общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» и владеет 25,312 % долей в уставном капитале общества.

ФИО1 указывает, что она узнала о совершении сделки – договора дарения доли между ФИО2 и ФИО3 от 12.11.2001, при ознакомлении с материалами надзорного производства №1352ж09, проведенного по ее жалобе прокуратурой Западного административного округа города Краснодара. Ознакомление состоялось 11.06.2010.

До обращения в правоохранительные органы истица неоднократно направляла запросы (письма вх.№1-61 от 25.05.2004, вх.№1-37 от 21.04.2005, вх.№38 от 25.06.2009 – том 2) в ООО «Краснодаркурорт» с просьбой предоставить ей для ознакомления документы, касающиеся деятельности общества «Краснодаркурорт». Систематическое уклонение от предоставления документов явилось одной из предпосылок для обращения ФИО1. за защитой ее прав в прокуратуру Западного административного округа города Краснодара.

В судебном заседании представители истца отрицали факт участия своей доверительницы в общем собрании участников общества 16.11.2001.

Вместе с тем, в возражениях на заявление ответчика о применении срока исковой давности, ФИО1 признала факт участия в ежегодных очередных общих собраниях участников общества «Краснодаркурорт».

Однако, по мнению истца, проведение общего собрания участников общества преследует иные цели, нежели ознакомление участников общества с различными правоустанавливающими документами. Как указывает истец в своих пояснениях, факт совместного присутствия ФИО1 и ФИО2 на ежегодных общих собраниях участников общества не свидетельствует о том, что ФИО1 знала или должна была знать о том, что ФИО2 приобрел статус участника общества «Краснодаркурорт» с нарушением положений Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (или далее – Закон).

Ответчики заявили о пропуске истцом срока исковой давности, предусмотренного абзацем четвертым пункта 4 статьи 21 Закона (в редакции действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений).

При продаже доли (части доли) с нарушением преимущественного права покупки любой участник общества и (или) общество, если уставом общества предусмотрено преимущественное право общества на приобретение доли (части доли), вправе в течение трех месяцев с момента, когда участник общества или общество узнали либо должны были узнать о таком нарушении, потребовать в судебном порядке перевода на них прав и обязанностей покупателя (абзац четвертый пункта 4 статьи 21 Закона).

В возражениях на заявление ответчика о применении срока исковой давности, ФИО1 признала факт участия в ежегодных очередных общих собраниях участников общества «Краснодаркурорт». Однако, как считает истец, факт совместного присутствия ФИО1 и ФИО2 на ежегодных общих собраниях участников общества не свидетельствует о том, что ФИО1 знала или должна была знать о том, что ФИО2 приобрел статус участника общества «Краснодаркурорт» с нарушением положений Закона. В нарушение требований закона общество проигнорировало права участника общества ФИО1 и неоднократно запрашиваемая ею документация обществом так и не была представлена. Уклонение общества от предоставления соответствующей информации явилось причиной несвоевременного ознакомления истца с документами общества.

Истец представил в материалы заявления, полученные обществом, с требованием о предоставлении документов, касающихся деятельности общества (том 2 л.т. 32-35).

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции указал, что истец утверждает, что он не знал о приобретении доли ФИО2 вплоть до ознакомления с результатами прокурорской проверки, поскольку ему на протяжении длительного периода времени препятствовали в реализации его права на ознакомление с документами общества. В подтверждение указанных обстоятельств истец представил заявления о предоставлении документов, адресованные обществу (том 2 л.т. 32-35). В нарушение статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды не оценили представленные истцом доказательства и не указали мотивов, по которым они отклонили доводы истца о чинимых обществом препятствиях в реализации его прав как участника общества на ознакомление с документами общества. Ссылка судов на возможность реализации права на ознакомление с документами в судебном порядке, сделана без учета того, что данное положение в действующем законодательстве рассматривается как право лица, а не его обязанность, в связи с чем, не может рассматриваться как доказательство не проявления разумности и осмотрительности в действиях истца.

Исполняя указания суда кассационной инстанции, суд первой инстанции, по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценивает заявления истца о предоставлении документов, адресованные обществу (том 2 л.т. 32-35). Исследуемые заявления содержат требование истца о предоставлении следующих документов: учредительный договор, устав, протоколы общих собраний, бухгалтерский баланс, материалы к собранию на 21.04.2005, проект устава, годовой отчет о деятельности общества за 2008 год.

Из анализа перечня требуемых истцом корпоративных документов следует, что ФИО1 не представила в материалы дела доказательств того, что она запрашивала у общества документы, связанные с основанием возникновения у ФИО2 статуса участника общества. Участвуя совместно с ФИО2 на протяжении многих лет в деятельности общих собраний участников общества, ФИО1 не могла не понимать, что ФИО2 воспринимается как полноправный участник общества. Материалами дела подтверждается, что представитель ФИО1 в 2009 году располагал выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц от 30.06.2009, в которой не могло не быть информации о ФИО2 как об участнике общества.

Вместе с тем, располагая указанной информацией, ФИО1 не запрашивала у общества документы, на основании которых само общество, и остальные его участники воспринимают ФИО2 как участника общества (учредительный договор и устав общества не относятся к таким документам, поскольку содержат информацию о самом факте наличия статуса участника общества, что и так было известно истцу, но не правовые основания возникновения такого статуса).

Таким образом, исполнив указания суда кассационной инстанции, суд пришел к выводу, что общество не препятствовало истцу в реализации его права на ознакомление с документами общества, которые касаются правовых оснований возникновения у ФИО2 статуса участника общества.

Вместе с тем, истец при должной степени осмотрительности и заботливости имел возможность в случае участия в очередных общих собраниях требовать от общества документов, на основании которых ФИО2 участвует в собраниях и рассматривается руководством общества как участник общества.

В письмах вх.№1-61 от 25.05.2004, вх.№1-37 от 21.04.2005, вх.№38 от 25.06.2009 (том 2) не содержится требований о предоставлении указанных выше документов. В целом исследуемые письма вообще не содержат каких-либо ссылок, на основании которых можно прийти к выводу, что их направление в общество каким-либо образом связано с наличием возражений относительно участия ФИО2 в собраниях или желанием ФИО1 воспользоваться преимущественным правом, которое предусмотрено статьей 21 Закона.

Кроме того, реализуя разумно и осмотрительно принадлежащие ей корпоративные права на участие в деятельности общества, ФИО1, зная, что ФИО2 участвует в собраниях общества как его участник, а свое согласие на вступление нового участника (ФИО2) она не давала, предложения реализовать преимущественное право на долю, отчуждаемую ФИО2, ей не поступало, имела возможность потребовать в судебном порядке перевода на нее прав и обязанностей покупателя доли и не располагая копией спорного договора, который мог быть истребован судом в рамках производства по такому спору.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При новом рассмотрении с учетом уточнений оснований и предмета исковых требований, истец сослался на следующие обстоятельства заявленных требований.

Согласно абзацу первому пункта 3.1. договора дарения доли от 12.11.2001, договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и при условии наличия соответствующего решения (протокола) общего собрания участников общества. По мнению истца, стороны договора от 12.11.2001 поставили возникновение права приобретателя на долю по договору дарения в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно наступит оно или нет. В соответствии с частью 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, это сделка, совершенная под условием.

При проведении общего собрания участников общества «Краснодаркурорт» 16 ноября 2001 года, и принятии соответствующего решения о включении ФИО2 в состав участников общества, были допущены следующие нарушения положений Закона.

ФИО1, как участник ООО «Краснодаркурорт», не была уведомлена о проведении общего собрания 16 ноября 2001 года. В связи с тем, что ФИО1 в собрании 16 ноября 2001 года участия не принимала, голосовать по вопросу внесения изменений в учредительный договор общества она не могла. Следовательно, кворум по данному вопросу отсутствовал. Тем самым нарушены требования абзаца второго пункта 8 статьи 37 Закона.

По мнению истца, договор дарения доли в уставном капитале общества, заключенный между ФИО2 и ФИО3, не вступил в законную силу, поскольку отсутствовало законное решение общего собрания участников общества. Соответственно, уступка доли не состоялась, а уведомление общества об уступке не имеет юридической силы.

Не являясь, по мнению истца, участником общества, ФИО2 покупал доли остальных участников общества, с нарушением преимущественного права на приобретение долей ФИО1

Руководствуясь пунктом 18 статьи 21 Закона, истец обратился в суд с заявленными исковыми требованиями в уточненной редакции.

В соответствии с пунктом 1.1. договора дарения от 12.11.2001 ФИО3 уступает, а ФИО2 получает на безвозмездной основе в форме дарения обязательственное право по отношению к обществу «Краснодаркурорт» на долю в уставном капитале последнего в размере 0,5% номинальной стоимостью 2400 рублей.

Согласно абзацу первому пункта 3.1. договора, договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и при условии наличия соответствующего решения (протокола) общего собрания участников общества.

В соответствии с абзацем вторым пункта 3.1. договора, право приобретателя на переданную ему долю в уставном капитале общества возникает с момента внесения соответствующих изменений в учредительные документы о новом владельце переданной доли.

Истец, толкуя условия договора, приходит к выводу, что стороны поставили возникновение права приобретателя на долю по договору дарения в зависимость от обстоятельства, относительно которого не известно, наступит оно или не наступит (часть 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для вступления в силу договора дарения, а также для возникновения права ФИО2 на переданную ему по договору дарения долю в уставном капитале общества необходимо, чтобы общее собрание участников приняло и надлежащим образом оформило решения о внесении изменений в устав общества, о внесении изменений в учредительный договор общества.

Согласно пункту 2 статьи 21 Закона продажа или уступка иным образом участником общества своей доли (части доли) третьим лицам допускается, если это не запрещено уставом общества.

Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получить согласие общества или остальных участников общества на уступку доли (части доли) участника общества третьим лицам иным образом, чем продажа (пункт 5 статьи 21 Закона).

В соответствии с положениями устава общества с ограниченной ответственностью «Краснодаркурорт» продажа или уступка иным образом участником общества своей доли или ее части третьим лицам допускается без согласия других участников.

В силу части 1 статьи 11 Закона учредители общества заключают учредительный договор и утверждают устав, которые являются учредительными документами общества. В основе этих документов лежит соглашение учредителей, которое по своей природе носит гражданско-правовой характер.

12.11.2001 ФИО3, будучи участником общества, заключил договор дарения доли, по условиям которого, ФИО2 передана в дар доля в уставном капитале общества в размере 0,5 % номинальной стоимостью 2 400 рублей.

В этот же день, 12.11.2001, даритель по указанному договору – ФИО3, направили обществу «Краснодаркурорт» уведомление (трансфертное объявление) о безвозмездной передаче ФИО2 доли в уставном капитале общества с приложением договоров дарения от 12.11.2001.

Указанное уведомление о дарении доли получены директором общества «Краснодаркурорт», что подтверждается материалами дела, а также не оспаривается при рассмотрении настоящего дела представителями истца.

Процедура, связанная с переходом доли участника общества в уставном капитале к третьим лицам, регулируется статьей 21 Закона.

Согласно пункту 6 статьи 21 названного Закона приобретатель доли (части доли) в уставном капитале общества осуществляет права и несет обязанности участника общества с момента уведомления общества об указанной уступке.

Сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит (пункт 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения (пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (пункт 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условие договора дарения от 12.11.2001, ставящее вступление договора в законную силу при условии наличия соответствующего решения общего собрания участников общества, противоречит императивным нормам статьи 21 Закона о свободном праве участника общества уступить свою долю третьим лицам.

Кроме того, решение общего собрания участников общества не является «обстоятельством» в смысле пункта 1 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку зависит от волеизъявления участников общества, противоречит праву участника общества уступить свою долю третьим лицам.

Кассационная инстанция указала, что, признавая спорное условие договора не отлагательным, суды не выяснили, на что была направлена истинная воля сторон при подписании договора, что имеет существенное значение при разрешении спора.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исполняя указания суда кассационной инстанции и выясняя действительную волю сторон при подписании договора, с учетом пояснений представителя обеих сторон договора (дарителя и одаряемого - ФИО2 и ФИО3), суд установил, что воля сторон договора не была направлена на установление прав и обязанностей по договору в зависимость от наличия решения общего собрания участников общества.

Из положений статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что условие должно быть обстоятельством не зависящим от воли сторон. Между тем, решение общего собрания участников общества зависит, в том числе, от воли дарителя по договору 12.11.2001 – предыдущего участника общества ФИО3, что противоречит правовой природе отлагательного условия.

Кроме того, неопределенность условий договора дарения как основание для признания такого договора не вступившим в законную силу может заявляться до исполнения сторонами договора. Из материалов дела следует и судебными актами по делу установлено, что фактически стороны приступили к исполнению договора дарения, тем самым, признав его действие.

Также суд считает необходимым указать, что ФИО1 не является заинтересованным лицом в смысле статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в данной части заявленных возражений, так как вопрос о вступлении договора в законную силу касается оценки возникновения прав и обязанностей только у сторон по договору. ФИО1 не является стороной договора дарения, в связи с чем, ее позиция относительно вступления договора в законную силу не может иметь правового значения, при том, что у сторон договора не имеется возражений относительно легитимности заключенного между ними соглашения, в противном случае нарушается принцип диспозитивности гражданских отношений и свободы заключения договора.

Закон связывает момент перехода прав участника общества, продавшего долю (продавца), к третьему лицу (покупателю), с моментом уведомления общества о состоявшейся уступке.

Из изложенного следует, что 12.11.2001 ФИО2, с момента уведомления общества о состоявшейся уступке доли в уставном капитале, приобрел статус участника общества, в связи с чем, суд приходит к выводу, что при заключении последующих договоров купли-продажи (от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006) ФИО2 покупал доли в уставном капитале, являясь участником общества «Краснодаркурорт».

Таким образом, при заключении договоров купли-продажи (от 28.01.2002, от 12.07.2002, от 10.07.2003, от 30.07.2003, от 07.08.2003, от 29.08.2003, от 30.06.2004, от 19.09.2005, от 26.12.2005, от 20.03.2006) преимущественное право ФИО1 на приобретение долей нарушено не было, поскольку ФИО2 в смысле статьи 21 Закона не является «третьи лицом» (лицом, не являющимся участником общества).

Исследовав в совокупности доказательства по делу в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции пришел к выводу, что приведенные документы, и другие собранные по делу доказательства, обосновывающие наличие или отсутствие имеющих значение для дела обстоятельств, исследованные и оцененные судом, в своей совокупности свидетельствуют о фактической необоснованности оснований исковых требований.

ФИО2 заявил о возмещении за счет истца судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей.

В доказательство несения расходов на оплату услуг представителя истцом представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 02.08.2010 об оплате юридических услуг в размере 20 000 рублей.

При определении расходов на оплату услуг представителя принимаются во внимание время, которое бы мог затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов, имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг, продолжительность рассмотрения и сложность дела (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»).

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, законодатель установил, что условием взыскания расходов на оплату услуг представителя является не только подтверждение факта понесения таких расходов, но и их разумность. Учитывая, что нормы права в области арбитражного судопроизводства относятся к публичному праву, где превалирует императивный метод регулирования общественных отношений, законодатель ограничил размер подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя принципом разумности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004г. № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

В своем определении от 21.12.2004г. № 454-О Конституционный Суд Российской Федерации, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно.

При оказании правовых услуг оплате подлежат не только сами действия (деятельность) исполнителя, но и тот специфический результат, для достижения которого заключается соответствующий договор, а именно вынесение решения суда в пользу заявителя. Между тем подобная цель - в том смысле, в каком цель того или иного заключаемого договора определена в Гражданском кодексе Российской Федерации либо выявлена из содержания договора при его истолковании в соответствии с частью второй статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, - не может рассматриваться как отвечающая требованиям, вытекающим из содержания главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 января 2007 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 21.12.2004 № 454-0 указал, что в случае, если суд признает расходы по оплате услуг представителя чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела, он вправе уменьшить сумму взыскиваемых расходов. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. При этом суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Аналогичная правовая позиция изложена в пункте 3 Информационного письма от 05.12.2007 № 121 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах».

При определении величины взыскиваемых расходов в соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд первой инстанции применяет принцип разумности, учитывая при этом сложность дела, объем документов, то есть реальный объем оказанной представителем помощи.

Учитывая то обстоятельство, что размер вознаграждения должен определяться с учетом фактически совершенных исполнителем действий (деятельности), суд указывает следующее.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, с учетом степени сложности настоящего дела, руководствуясь принципом разумности и обоснованности, суд пришел к выводу об удовлетворении требования о возмещении расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей (составление отзывов на исковое заявление, участие в судебных заседаниях).

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Судебные расходы по уплате государственной пошлины следует отнести на истца.

Руководствуясь статьями 4, 9, 41, 49, 56, 65, 71, 110, 121, 123, 156, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Ходатайство истца об изменении предмета иска удовлетворить.

2. Ходатайство истца о вызове в судебное заседание и допросе в качестве свидетелей ФИО14, ФИО15, ФИО16 оставить без удовлетворения.

3. В удовлетворении исковых требований ФИО1, г. Краснодар отказать.

4. Взыскать с ФИО1, г. Краснодар в пользу ФИО2, г. Краснодар 20 000 рублей судебных расходов.

В соответствии со статьей 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, на решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца после его принятия арбитражным судом первой инстанции через Арбитражный суд Краснодарского края в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья Бабаева О.В.