Гражданский кодекс часть 1

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Спортивно-Коммерческий центр «Спартак» (ИНН <***>), г. Сочи,

о признании недействительным договор, о возмещении вреда, заключенного между ФИО1 и ФИО2, удостоверенный ФИО3, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО4 Сочинского нотариального округа, за номером в реестре 23/76-н/23-2019-1-99 от 01.02.2019;

применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО1 45% доли в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак»
(ИНН <***>) путем аннулирования в едином государственном реестре юридических лиц записи ЕРН № 2192375442576 от 01.03.2019, а также в виде возврата ФИО1 права собственности на нежилое помещение с кадастровым номером 23:49:0204018:2077, назначение – нежилое помещение, площадью 130,8 кв.м, расположенного по адресу: <...> /
ул. Первомайская, 11, пом. 4, путем аннулирования записи ЕГРН № 23:49:0204018:2077-23/050/2019-9 от 08.02.2019,

при участии:

от истца: ФИО5 (представитель по доверенности );

от ответчика: ФИО6 (по доверенности от 18.12.2018);

от третьего лица: ФИО6 (директор согласно выписке из ЕГРЮЛ),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, г. Сочи обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к ФИО2, г. Сочи, третье лицо,
не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество
с ограниченной ответственностью «Спортивно-Коммерческий центр «Спартак»
(ИНН <***>), г. Сочи о признании недействительным договор, о возмещении вреда, заключенного между ФИО1 и ФИО2, удостоверенный ФИО3, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО4 Сочинского нотариального округа, за номером в реестре 23/76-н/23-2019-1-99 от 01.02.2019;

В судебном разбирательстве представитель истца заявила ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы, мотивируя данное ходатайство тем, что в связи с рассмотрением настоящего дела возник вопрос об определении действительной стоимости 45% доли в уставном капитале ООО «Спортивно-коммерческий центр «Спартак» по состоянию на 01.02.2019, с учетом рыночной стоимости чистых активов ООО «Спортивно-коммерческий центр «Спартак».

Также определением суда от 19.11.2019 ходатайство ФИО1, г. Сочи об истребовании из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, а также
у ООО «СКЦ «Спартак» дополнительных документальных доказательств, согласно перечню, представленному в материалы дела принято к производству.

Представитель истца настаивала на удовлетворении представленных ходатайств, дала пояснения суду, также указала на то, что не может самостоятельно получить данные сведения из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (350063, <...>) в силу ограничений, наложенных п. 27 Приказа Минэкономразвития России от 23.12.2015 № 968 "Об установлении порядка предоставления сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, и порядка уведомления заявителей о ходе оказания услуги по предоставлению сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости" (Зарегистрировано в Минюсте России 28.04.2016 N 41955), в соответствии с которыми орган регистрации прав направляет заявителю сообщение об отказе в предоставлении запрашиваемых документов по форме, устанавливаемой в соответствии с частью 6 статьи 62 Закона, в случаях, если за выдачей копии документа, выражающего содержание сделки, обратилось ненадлежащее лицо, в том числе представитель правообладателя (лица, которому может быть выдана копия документа, выражающего содержание сделки), не уполномоченное надлежащим образом на получение копии документа, выражающего содержание сделки.

Представитель ответчика дал пояснения относительно заявленных истцом ходатайств, возражал против их удовлетворения.

В судебном заседании истец заявил ходатайство о назначении по делу судебно экспертизы, разрешив следующий вопрос: Определить действительную стоимость 45 % доли в уставном капитале ООО «Спортивно-коммерческий центр «Спартак» по состоянию на 01.02.2019г., с учетом рыночной стоимости чистых активов ООО «Спортивно-коммерческий центр «Спартак».

Суд ознакомившись с ходатайством о проведении по делу судебной экспертизы, а также с полученными пояснениями представителя ответчика и третьего лица, установил, что основании для назначения по делу судебной экспертизы не имеется, поскольку, установление действительной стоимости 45 % доли в уставном капитале ООО «Спортивно-коммерческий центр «Спартак», не входит в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной совершенной под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом.

Кроме того, положения ст. 179 ГК РФ для оспаривания сделки, совершенной под влиянием обмана, требования доказать крайнюю невыгодность сделки не содержит.

Истец также настаивает на ходатайство об истребовании из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю, а также у ООО «СКЦ «Спартак» следующих документов:

сведения из Единого государственного реестра недвижимости в отношении объектов недвижимого имущества принадлежащих и принадлежавших ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>), за период с 01.01.2019 по настоящее время с указанием актуального собственника;

истребовать из Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (350063, <...>) выписку из ЕГРН о переходе прав в отношении нежилого помещения с кадастровым номером 23:49:0204018:2077, назначение - нежилое помещение, площадью 130,80 кв.м., находящееся по адресу: Краснодарский край,
<...> за период с 01.01.2019 по настоящее время
с указанием актуального собственника;

истребовать у ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>; 354000, <...>) бухгалтерскую отчетность ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>) за 2018 – 2019 гг. (бухгалтерские балансы, отчеты о финансовых результатах, пояснительные записки), включая годовую и квартальную (промежуточную) отчетность; с расшифровками статей и забалансовых счетов, в том числе:

1) перечень основных средств, принадлежащих обществу;

2) перечень дебиторской и кредиторской задолженности, с указанием просроченной, безнадежной (сомнительной) задолженности, объема задолженности со сроками образования;

3) перечень нематериальных активов с указанием наименования, характеристик, даты ввода в эксплуатацию, первоначальной и остаточной стоимостей;

4) перечень объектов незавершенного строительства;

5) перечень кредитов и займов с указанием условий договоров (срок, процентная ставка, перечень заложенного имущества, график погашения кредита (займа), дата выдачи, дата погашения, остаток на дату оценки);

6) перечень финансовых вложений с указанием наименования, характеристик. В случае если финансовые вложения представляют собой вложения в организации.

7) выписку по счету за 2018-2019 гг.

Ввиду того, что ходатайство о проведения судебной экспертизы по делу оставлено без удовлетворения, также не подлежит удовлетворению и ходатайство истца
об истребовании документов, поскольку испрашиваемая истцом документация запрашивается в рамках ходатайства о проведении по делу судебной экспертизы.

В судебном разбирательстве представитель истца дала пояснения по заявленным требованиям, настаивала на удовлетворении заявленных требований, в частности указала на тот факт, что Истец на дату заключения договора не имел оснований усомниться в достоверности оценки стоимости 45% доли в уставном капитале общества, закрепленной в справке от 01.02.2019 № 2, выданной ООО «СКЦ «Спартак» за подписью директора ФИО7 Кроме того, истец не обладал возможностью направить надлежащий запрос в адрес ООО «СКЦ «Спартак» о предоставлении информации об основных средствах, принадлежащих обществу, бухгалтерской отчетности за 2018 - 2019 гг. (бухгалтерских балансов, отчетов о финансовых результатах, пояснительных записки) по причине ведущегося в отношении него судебного следствия, о чем был осведомлены: директор ФИО7, действовавший со злоупотреблением прав в интересах своего доверителя ФИО2

Представитель истца также пояснила суду, что ФИО2, обладающая всей полнотой информации относительно стоимости передаваемой доли в уставном капитале общества путем привлечения к участию в сделке своего доверенного лица - представителя ФИО7 и одновременно директора ООО «СКЦ «Спартак», сокрыла свои истинные намерения при заключении договора, действовала с намерением причинить вред ФИО1

Также представитель истца указала на то, что сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки

Представитель ответчика пояснил суду, что из содержания оспариваемого договора следует, что ФИО1 был признан обвиняемым по уголовному делу в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации. Передача указанного в договоре имущества была осуществлена им добровольно, в счет возмещения вреда за совершенное им преступление. Договор заключался с целью последующего прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1 за примирением сторон.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований, также сообщил, что при подаче своего искового заявления ФИО1 умышлено, не сообщил арбитражному суду обстоятельства, имеющие существенное значения для рассмотрения настоящего дела и не позволяющие рассматривать и удовлетворять его исковые требования в порядке искового производства.

Постановлением Центрального районного суда города Сочи от 10 января 2019 года, с целью возмещения ущерба, причиненного потерпевшим, судом был снят ранее наложенный арест в виде запрет на распоряжение, отчуждение, продажу, уступку долей ФИО1 в уставных капиталах ООО «Инжзащита» (ИНН <***>) и ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>) и нежилым помещением площадью 130,8 кв.м., расположенном по адресу: <...>, с кадастровым номером 23:49:020401862077.

Из текста ходатайств ФИО1, заявленных им в ходе рассмотрения уголовного дела, следует, что между ним, как обвиняемым и ФИО2, как потерпевшей по уголовному делу, достигнуто соглашение по вопросам размера, способа и условиям возмещения ущерба. При этом стороны добровольно договорились о передаче ФИО1 всех 45% принадлежащих ему в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак». Вне зависимости от действительной или рыночной стоимости доли.

С момента принятия ФИО1 решения о размере и способе возмещения причиненного ФИО2 ущерба, он не обращался в ООО «СКЦ «Спартак» с просьбой сообщить стоимость его доли или необходимости проведения экспертизы ее стоимости.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 26.11.2019 объявлялся перерыв до 13 час. 40 мин., после окончания которого, судебное заседание было продолжено.

Выслушав пояснения сторон и третьего лица, суд, исходя из существа заявленных требований и установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания по настоящему спору, установил следующее:

В рамках примирения сторон 01.02.2019 между ФИО1 и ФИО2 заключен Договор о возмещении вреда, причиненного преступлением (удостоверен ФИО3, временно исполняющей обязанности нотариуса ФИО4 Сочинского нотариального округа, за номером в реестре 23/76-н/23-2019-1-99 от 01.02.2019 года), согласно которому стороны находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно, заключили настоящий договор о нижеследующем:

1. ФИО1 признан обвиняемым по уголовному делу в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Потерпевшим по данному делу признана ФИО2.

2. Настоящим договором ФИО1-с одной стороны, и ФИО2 в лице ФИО8 - с другой стороны, по взаимному согласию устанавливаем размер вреда, причиненного указанным преступлением, в размере 14 566 114руб., которая включает в себя компенсацию материального и морального вреда.

3. В счет возмещения вреда, совершенного указанным преступлением, ФИО1 передает в собственность ФИО2, а ФИО2 в лице ФИО8 принимает, на условиях установленных настоящим договором, имущество, состоящее из:

- нежилого помещения с кадастровым номером 23:49:0204018:2077, назначение- нежилое помещение, площадью 130,80 кв.м., находящегося по адресу: Краснодарский край, <...>;

- всей принадлежащей ФИО1 в размере 45% доли
в уставном капитале ООО "Спортивно-коммерческий центр "Спартак" идентификационный номер налогоплательщика (ИНН) <***>, основной государственный регистрационный номер (ОГРН) <***>, свидетельство о государственной регистрации юридического лица: серия 23№004667158, дата государственной регистрации: 28.05.2004, наименование регистрирующего органа: Инспекции МНС России по г. Сочи территориальный участок 2320 по Центральному району, код причины постановки на учет (КПП): 232001001, место нахождения юридического лица: <...>.

Согласно пункту 4.2. Стороны оценивают указанное в пункте З Договора, нежилое помещение по кадастровой стоимости, которая составляет 2 353 399,38 руб.,
что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости
об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости №№23/001/023/2019-1290, выданной 28 января 2019 года Филиалом ФГБУ "Федеральная кадастровая палата Росреестра" по Краснодарскому краю.

Пунктом 5 Договора установлено, что полномочие на распоряжение отчуждаемой доли в уставном капитале Общества принадлежит ФИО1 на основании протокола собрания учредителей ООО "Спортивно-коммерческий центр "Спартак" от 19 мая 2004 года, Учредительного договора ООО "Спортивно-коммерческий центр "Спартак" от 19 мая 2004 года и Договора купли-продажи части доли
ООО "Спортивно-коммерческий центр "Спартак", удостоверенного нотариусом ФИО9 Сочинского нотариального округа 13 августа 2017 года реестровый
№ 4-3590, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ №ЮЭ9965-19-10402936
от 01 февраля 2019 года.

Пунктом 5.1 Договора стороны оценивают отчуждаемую долю в уставном капитале Общества по ее действительной стоимости, которая составляет 12 212 715 руб., что подтверждается справкой ООО «СКЦ «Спартак» от 01 февраля 2019 года № 2, выданной обществом с ограниченной ответственностью "Спортивно-коммерческий центр "Спартак".

Согласно пункту 5.2 сторонам, нотариусом разъяснено, что соглашение о цене является существенным условием настоящего договора и, в случае сокрытия ими подлинной цены и истинных намерений, они самостоятельно несут риск признания сделки недействительной, а также риск наступления иных отрицательных последствий.

В пункте 7 Договора указанно, что Договор заключается с согласия:

- супруги ФИО1 - ФИО10, удостоверенного нотариусом ФИО4 Сочинского нотариального округа 30 января 2019 года №23/76-н/23-2019-3-134.

Между тем, оспаривая вышеуказанный договор истец указывает на наличие заинтересованности ФИО2 в указанной сделке; причинение указанной сделкой значительного ущерба ФИО1, также истец полагает, что при заключении Договора он был введен в заблуждение (был обманут) относительно действительной стоимости 45% доли в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>), отчуждаемой им по Договору.

Как указывает истец заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 10.12.2013
№ 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» исковые требования о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом подлежат удовлетворению, если другая сторона по сделке знала или должна была знать об обмане. Такая осведомленность стороны сделки предполагается, если третье лицо, от которого исходил обман, было привлечено этой стороной для оказания содействия в совершении сделки. Такая осведомленность стороны сделки предполагается, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Таким образом, для удовлетворения иска необходимо доказать наличие 2 обстоятельств:

1) Наличие факта введения в заблуждение;

2) Осведомленность ответчика об обмане.

От лица Ответчика при заключении оспариваемого договора действовал
ФИО8, обладающий 45% долей в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак».

В материалах дела представлена справка об уплате уставного капитала ООО «СКЦ «Спартак», из которой следует, действительна стоимость доли ФИО1 в размере 45% уставного капитала на дату выдачи справки
составляет 12 212 715,34 руб.

Из пояснений директора ООО «СКЦ «Спартак» - ФИО7 установлено,
что ФИО1 не обращался к директору с запросом о предоставлении справки о стоимости доли, выдача справки о стоимости доли произошла по запросу нотариуса удостоверявшего сделку.

Однако ФИО1 полагает, что при заключении договора он был введен в заблуждение (был обманут) относительно действительной стоимости 45% доли в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» (ИНН <***>), отчуждаемой им по Договору.

ФИО1, также полагает, что вследствие недобросовестного поведения директора общества ФИО7, учредителя общества ФИО8 и Ответчика, действительная стоимость доли 45 % в ООО «Спортивно-коммерческий центр Спартак» в представленной директором общества ФИО7 справке о стоимости доли была занижена.

Исследовав материалы дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности все представленные в дело доказательства, суд пришел к выводу, что заявленные истцом требования удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел, при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности, таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (пункт 2 части 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, является оспоримой сделкой, и бремя доказывания обстоятельств существенного заблуждения при совершении сделки возлагается на лицо, которое такую сделку оспаривает.

Для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием заблуждения, необходима совокупность условий, а именно: подтверждение самого факта совершения указанной сделки и наличие при ее совершении заблуждения одной из сторон, следствием чего явилась неправильно выраженная ее воля.

Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Таким образом, заблуждение может выражаться как в неправильном представлении о названных в статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации обстоятельствах, так и в их не знании. При этом причины существенного заблуждения значения не имеют: ими могут быть вина самого участника сделки, неправильное поведение его контрагента, третьих лиц, а также иные сопровождающие заключение сделки обстоятельства.

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что, если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (статья 178 или статья 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств, например, статьи 495, 732, 804, 944 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно данным бухгалтерского учета, стоимость доли ФИО1 в размере 45% уставного капитала ООО «СКЦ «Спартак», на дату выдачи справки составляла 12 212 715,34 руб.

Действительная стоимость доли ФИО1 в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» была определена бухгалтером общества в соответствии со следующими нормативными актами:

- Федеральным законом от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»;

-Порядком определения стоимости чистых активов, утвержденным Приказом Минфина России от 28.08.2014 № 84н;

-Положением по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденном Приказом Минфина России от 29.07.1998 №№ 34н.

Правильность определения стоимости доли (части доли) участника в уставном капитале общества по вышеуказанным требованием подтверждена и Верховным судом Российской Федерации в определении об отказе в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации по делу № 305-ЭС19-11204№ А40-87509/2018.

Довод истца о том, что на момент подписания оспариваемого договора, ему не было известно о количестве и реальной стоимости принадлежащего ООО «СКЦ «Спартак» имущества, что он не знал о реальном положении дел в ООО «СКЦ «Спартак» не принимается судом, ввиду следующего.

29 апреля 2016 года было проведено внеочередное общее собрание участников ООО «СКЦ «Спартак», на котором было принято решение о приобретении обществом в собственность двух объектов недвижимого имущества - гостиницы «Спартак», общей площадью 444,9 кв.м. по цене 581 867 рублей и нежилого здания спортивного зала, общей площадью 4195, 1 кв.м., по цене 500 000 рублей.

Кроме того, здание спортивного зала, как на момент покупки, так и в настоящее время, находится в аварийном состоянии после произошедшего в октябре 2014 года пожара.

10 февраля 2018 года было проведено внеочередное общее собрание участников ООО «СКЦ «Спартак», на котором было принято решение о продаже Акционерному обществу «Универсал» нежилых помещений хозблок Литер Г2 за 600 000 рублей и хозблок Литер Н за 400 000 рублей.

Кроме того, в апреле и мае 2018 года в ООО «СКЦ «Спартак» поступали требования представителей участника ФИО1 о предоставлении документов о финансово-хозяйственной деятельности общества, результатах инвентаризации, сведений о движении денежных средств на расчетном счете ООО «СКЦ «Спартак».

Надлежаще заверенные копии истребованных документов были предоставлены представителю ФИО1 29 мая 2018 года, что подтверждается соответствующими документами.

Указанные факты подтверждают, что ФИО1 было достоверно известно о реальном положении дел в ООО «СКЦ «Спартак», количестве и реальной стоимости имущества, находящегося на балансе общества.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу части 2 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Пунктом 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что «по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу части 1 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.

В силу части 5 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном статьей 161 настоящего Кодекса, или если нотариальный акт не был отменен в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством для рассмотрения заявлений о совершенных нотариальных действиях или об отказе в их совершении.

Учитывая вышеизложенные нормы материального и процессуального права, в удовлетворении заявленного ФИО1 требования о признании недействительным нотариально удостоверенного договора о возмещении вреда следует отказать, поскольку истец, оспаривая договор как сделку, тем не менее, действия нотариуса не оспаривает.

Аналогичная позиция высказана в Постановлении Девятого Арбитражного апелляционного суда № 09АП-31842/20177-ГК при проверке дела №А40-116663/2016.

Не соответствует действительности и утверждение истца о том, что он намеревался передать ФИО2 долю в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» исключительно по ее действительной стоимости.

Из содержания оспариваемого договора следует, что ФИО1 был признан обвиняемым по уголовному делу в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации. Передача указанного в договоре имущества была осуществлена им добровольно, в счет возмещения вреда за совершенное им преступление. Договор заключался с целью последующего прекращения уголовного преследования ФИО1 за примирением сторон.

Как указывалось ранее, ФИО1 являлся обвиняемым по уголовному делу за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В ходе расследования уголовного дела, в целях обеспечения заявленных потерпевшими по уголовному делу гражданских исков и обеспечения возмещения причиненного преступлением ущерба, постановлениями Центрального районного суда города Сочи от 28 мая 2018 года и от 26 июня 2018 года был наложен арест на имущество ФИО1, а именно:

- запрет на распоряжение, отчуждение, продажу, уступку долей ФИО1 в
уставных капиталах ООО «Инжзащита» (ИНН <***>) и ООО «СКЦ «Спартак»
(ИНН <***>);

- запрет на распоряжение ФИО1 нежилым помещением площадью
130,8 кв.м., расположенном по адресу: <...>, с
кадастровым номером 23:49:020401862077.

28 декабря 2018 года, в ходе предварительного заседания по рассмотрению Центральным районным судом города Сочи уголовного дела в отношении
ФИО1, им было заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела на основании статьи 25, 76, 76.2 УПК РФ.

Из текста указанного соглашения следует, что между ФИО1 и потерпевшими по делу было достигнуто соглашение о заглаживании причиненного преступления вреда.

Так, в части заглаживания ущерба, причиненного ФИО2, ФИО1 обязался передать в собственность ФИО2 следующее имущество, принадлежащее ему на праве собственности:

- нежилое помещение, площадью 130,8 кв.м., расположенном по адресу: город
Сочи, ул. Первомайская, 11, оф. 4, с кадастровым номером 23:49:020401862077,
кадастровой стоимостью 2 353 399 рублей;

-долей в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» ИНН <***>, ОГРН <***>, в размере 45% уставного капитала;

-уступка прав требования долга в размере 9 700 000 рублей, которые причитались ФИО1 по договору беспроцентного денежного займа № 8 от 14 октября 2015 года, заключенному между ФИО1 и ООО «СКЦ «Спартак».

В судебном заседании, состоявшемся 10 января 2019 года, ФИО1 было поддержано ранее заявленное ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон. С целью возмещения причиненного преступлением ущерба, ФИО1 просил суд снять ранее наложенный арест на его имущество.

Из текста ходатайств ФИО1, заявленных им в ходе рассмотрения уголовного дела, следует, что между ним, как обвиняемым и ФИО2, как потерпевшей по уголовному делу, достигнуто соглашение по вопросам размера, способа и условиям возмещения ущерба. При этом, стороны добровольно договорились о передаче ФИО1 всех 45% принадлежащих ему в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак». Вне зависимости от действительной или рыночной стоимости доли.

В соответствии с пунктами 9, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 19 от 27 июня 2013 года «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», в соответствии со статьей 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при выполнении двух условий: примирения лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживания причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей статьи 76 Уголовного кодекса Российской Федерации следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего, перечисленные в пункте 2 настоящего постановления Пленума. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Необходимость заключения оспариваемого ФИО1 договора была продиктована его потребностями достижения публично-правовых целей уголовного судопроизводства - прекращения уголовного преследования за совершенное им преступление.

Фактически, договор является доказательством по уголовному делу. Без предоставления доказательств добровольного возмещения ФИО1 ущерба за совершенное преступление, не могло состояться прекращение уголовного дела в отношении него за примирением сторон.

При этом, как указано в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 19 от 27 июня 2013 года способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим, а соответственно установление реальной стоимости доли ФИО1 в уставном капитале ООО «СКЦ «Спартак» не имеет правового значения.

Вступившим в законную силу постановлением Центрального районного суда города Сочи от 01 февраля 2019 года уголовное дело и уголовное преследование в отношении ФИО1 по части 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации было прекращено в связи с примирением сторон.

При вынесении решения Центральным районным судом города Сочи уже была дана правовая оценка оспариваемому в настоящем деле договору.

Несмотря на обоснование истцом обращения с настоящим иском в арбитражный суд, при рассмотрении дела необходимо руководствоваться Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, в котором не имеется норм, позволяющих пересматривать как условия возмещения вреда за совершенное преступление, так и основания прекращения уголовного преследования, рассмотренных судом общей юрисдикции в рамках уголовного дела.

Удовлетворение требования о признании договора добровольного возмещения вреда, причиненного преступлением недействительным в порядке искового производства приведет к нивелированию обязательной силы постановления Центрального районного суда города Сочи от 01 февраля 2019 года о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 за примирением сторон как судебного акта, вынесенного в рамках уголовного дела (часть 1 статьи 392 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

При названных обстоятельствах, в целях недопущения нарушения единообразия в толковании и применении судами норм права, у арбитражного суда не имеется оснований для удовлетворения, заявленных требований.

Аналогичную правовую позицию неоднократно высказывал и Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, в частности в Постановлении от 24 января 2012 года №11479/11.

Кроме того, следует отметить, что в соответствии с пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, данных в абзацах 2 и 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениям, приведенным в п. 70 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримой) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, своими действиями, как при проведении переговоров о размере и способе возмещения причиненного вреда, так и при заявлении и обосновании возможности прекращения Центральным районным судом города Сочи уголовного дела за примирением сторон, ФИО1 давал ответчику основания полагать о законности спорного договора.

Таким образом, для признания наличия обмана, необходимо доказать, что лицо действовало недобросовестно и умышлено.

Каких-либо доказательств того, что данная сделка совершена под влиянием обмана, материалы дела не содержат.

Учитывая вышеизложенное в удовлетворении заявленных истцом требований надлежит отказать.

Государственную пошлину следует возложить на заявителя в порядке
статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 41, 110, 159, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Краснодарского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении ходатайства истца об истребовании доказательств – отказать.

Ходатайство истца о проведении по делу судебной экспертизы – оставить
без удовлетворения.

В удовлетворении заявленных требований – отказать.

Данное решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Н.В. Семененко