Гражданский кодекс часть 1

Истец, публичное акционерное общество страховая компания «Росгосстрах» в лице филиала в Республике Марий Эл, обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, обществу с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Куарши», о признании недействительным договора страхования.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены публичное акционерное общество «Сбербанк России» в лице отделения Марий Эл № 8614, ФИО1.

В исковом заявлении изложены доводы о недействительности договора страхования заложенного имущества № 042/8614/0101-224/2 от 10.12.2014, поскольку при его заключении страхователь ввел страховщика в заблуждение относительно факта наличия у него законного имущественного интереса в отношении предмета страхования. Истец отметил, что на момент заключения договора страхования спорное имущество по договору купли-продажи ответчику не передавалось. В обоснование иска истцом приведены правовые ссылки на статьи 15, 930, 944 ГК РФ (л.д. 8-9, 110-112).

До принятия судом решения истец уточнил свой иск, просил признать договор страхования ничтожной сделкой и применить последствия недействительности ничтожной сделки (л.д. 110-112, протокол судебного заседания). Заявление истца об уточнении иска на основании статьи 49 АПК РФ принято арбитражным судом к рассмотрению.

Ответчик, надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ извещенный о времени и месте судебного разбирательства по последнему известному и зарегистрированному в едином государственном реестре адресу, в судебное заседание не явился, письменный отзыв на иск и документальные доказательства по предложению арбитражного суда не представил.

На основании частей 1 и 3 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в его отсутствие по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Представитель третьего лица в отзыве на иск, дополнении к нему и в судебном заседании с требованием истца не согласился, отметил, что страховая компания как субъект, осуществляющий профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, вправе при заключении договора страхования проверить наличие имущественного интереса страхователя в отношении объекта страхования. Риск применения последствий заключения договора страхования без соответствующей проверки сведений лежит на страховщике. Страховщик положился на добросовестность страхователя и не проверил представленные им сведения.

Участник спора также указал, что спорное имущество передано в собственность ответчика. Страховщик к моменту наступления страхового случая имел сведения о том, что застрахованное имущество принадлежит ответчику на праве собственности, следовательно, знал о наличии имущественного интереса в отношении застрахованного имущества на стороне организации. Факт отсутствия договора купли-продажи оборудования между страхователем и ООО «Техносервис ПЛЮС» не свидетельствует о том, что спорного имущества не имелось у ответчика в наличии.

Кроме того, третьим лицом заявлено о пропуске предусмотренного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срока исковой давности, исчисляемого с момента заключения сторонами договора страхования. По его мнению, обоснованные сомнения могли появиться у страховой компании и 15.04.2015, то есть с момента заключения договора страхования между страховщиком и ФИО1 в отношении имущества общества «Кондитерская фабрика «Куарши» (л.д., 80-81, протокол судебного заседания).

Третье лицо, Степанова Людмила Алексеева, надлежащим образом по правилам статьи 123 АПК РФ извещенная о времени и месте судебного разбирательства по зарегистрированному в едином государственном реестре адресу, в судебное заседание не явилась, отношение к иску в письменной форме не выразила, документальные доказательства по предложению арбитражного суда не представила. На основании части 5 статьи 156 АПК РФ дело рассмотрено в ее отсутствие.

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения истца, третьего лица, арбитражный суд считает необходимым отказать в удовлетворении иска в полном объеме по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Из материалов дела следует, что 10 декабря 2014 года между обществом с ограниченной ответственностью «Росгосстрах» (страховщиком) и обществом с ограниченной ответственностью «Кондитерская фабрика «Куарши» (страхователем) заключен договор страхования залогового имущества № Д-41208040-4.0-1-00002-14 в обеспечение интересов выгодоприобретателя – ОАО «Сбербанк России» по договору залога № 042/8614/0101-224/2 (л.д. 19-24).

По условиям договора страхования от 10.12.2014 стороны установили, что страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить страхователю (выгодоприобретателю) причиненный вследствие этого события прямой реальный ущерб, возникший в связи с повреждением, утратой или гибелью застрахованного имущества, в пределах определенной договором суммы (страховой суммы) в порядке и на условиях, предусмотренных договором и действующими Правилами страхования имущества предприятий и убытков от перерыва в деятельности («поименованные риски») № 166 (л.д. 19-24).

Объектом страхования являются имущественные интересы страхователя (выгодоприобретателя), связанные, в том числе, с риском утраты указанного в договоре имущества, являющегося предметом залога по договору № 042/8614/0101-224/2, заключенному между страхователем и выгодоприобретателем (л.д. 24-28). Предметом договора залога является передача в залог обществом «Сбербанк России» приобретаемого обществом «Кондитерская фабрика «Куарши» по договору № 98/1014/С от 06.10.2014 оборудования (л.д. 14-15). Страхователем оплачена страховая премия в размере 14 300 руб. (л.д. 18). Территория страхования определена сторонами по адресу: <...> «б» (л.д. 21). В силу условий договора страховая сумма определена в 1 100 000 руб. Договор вступает в силу с 11.12.2014 и действует по 10.12.2015.

Истец, обращаясь с настоящим иском в суд, указал, что при заключении договора страхования страхователь ввел страховщика в заблуждение относительно предмета страхования (оборудования), поскольку, как стало известно при рассмотрении дела № А38-1684/2017, договор купли-продажи спорного оборудования не заключался, имущество покупателю не передавалось, стоимость его по договору не оплачена. Тем самым, по мнению истца, ответчиком страховщику были сообщены заведомо ложные сведения, о том что страхователь является собственником застрахованного имущества и у него имеется имущественный интерес в заключении договора страхования.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 1 статьи 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

Статьей 945 ГК РФ предусмотрено, что страховщик вправе произвести осмотр страхуемого имущества.

Исходя из положений статьи 942, пункта 1 статьи 943 и пункта 1 статьи 944 ГК РФ, при заключении договора имущественного страхования между страховщиком и страхователем должно быть достигнуто соглашение, в том числе о предмете страхования.

Пунктом 3 статьи 944 ГК РФ предусмотрено, что если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями статей 179 и 944 ГК РФ возможность признания договора страхования недействительной сделкой возможно в случае сообщения страхователем заведомо ложных сведений, т.е. совершения последним умышленных действий, направленных на обман своего контрагента по договору.

При этом обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки (статья 179 ГК РФ) является именно наличие умысла страхователя.

Согласно пункту 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 10 декабря 2013 года № 162 «Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации» обман при совершении сделки (статья 179 ГК РФ) может выражаться в намеренном умолчании лица об обстоятельствах, о которых оно должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Доводы истца о том, что при заключении договора страхования ответчик умышленно сообщил ложные сведения или намеренно умолчал о каких-либо обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, являются необоснованными, не соответствующими фактическим обстоятельствам и опровергаются материалами дела.

Факт отсутствия перечисления в ООО «Техносервис ПЛЮС» денежных средств по договору № 98/1014/С от 06.10.2014 не свидетельствует о том, что этого имущества у ООО «Кондитерская фабрика «Куарши» не имелось в наличии. Согласно имеющимся материалам дела, данное оборудование находилось в собственности предприятия, что подтверждается товарными накладными, и счетами-фактурами, в которых в качестве покупателя указано общество «Кондитерская фабрика «Куарши» (л.д. 82). В приложении № 1 к заявлению на страхование от 10.12.2014 указан перечень оборудования и в нем нет ссылок о приобретении этого оборудования по конкретному договору.

Спорное имущество учтено на балансе предприятия, имелось в наличии у ответчика и использовалось им при производстве вплоть до наступления страхового случая, до совершения кражи в 2015 году. О действительности заключенного договора страхования от 10.12.2014 свидетельствует и то, что страховщиком в пользу выгодоприобретателя произведена выплата страхового возмещения в результате наступления страхового случая – хищение оборудования (л.д. 34-35).

Страховщик, осуществляя профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, располагает необходимыми сведениями для проверки соответствия указанных страхователем в заявлении обстоятельств, влияющих на степень риска, фактическому положению, вправе использовать любые допускаемые законом способы для восполнения недостаточности предоставленных страхователем сведений, проверки их достоверности (пункт 14 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 ноября 2003 года № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования»). При заключении договора страхования от 10.12.2014, страховщик также взял на себя обязательство, в том числе, произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях его действительной стоимости (пункт 8.7 Правил страхования № 166, являющихся неотъемлемой частью договора).

Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Истец вопреки правилам статей 65, 68 АПК РФ не представил достоверные и убедительные доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении договора страхователь действовал умышленно и сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения (идентификации) предмета страхования.

Тем самым страховщик к моменту наступления страхового случая имел сведения о том, что застрахованное имущество принадлежит ответчику на праве собственности, и, следовательно, знал о наличии имущественного интереса в отношении застрахованного имущества на стороне организации.

Истец, обращаясь с настоящим иском в суд, действует исключительно с целью освобождения его от исполнения обязательств, принятых на себя по договору страхования имущества № Д-41208040-4.0-1-00002-14 от 10.12.2014, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд считает, что истцом не доказаны обстоятельства, на которые он ссылается. При таких обстоятельствах суд первой инстанции приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

Арбитражным судом отдельно исследовано заявленное на основании статьи 199 ГК РФ ходатайство третьего лица, публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице отделения Марий Эл № 8614, о пропуске истцом срока исковой давности.

До принятия судебного акта истец уточнил свой иск, просил признал договор страхования от 10.12.2014 ничтожной сделкой и применить последствия недействительности ничтожной сделки (л.д. 110-112). Заявление истца на основании статьи 49 АПК РФ принято арбитражным судом к рассмотрению.

Исходя из положений пункта 1 статьи 181, статьей 199 ГК РФ, разъяснений, приведенных в абзаце 5 пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (в редакции от 07.02.2017), учитывая порядок заключения и условия договора, третье лицо имеет право заявлять о пропуске срока исковой давности, поскольку признание договора недействительным повлечет наступление для третьего лица последствий (взыскание полученного по такой сделке). Однако данные условия применимы исключительно в случае удовлетворения такого иска.

Между тем предусмотренный пунктом 1 статьи 166 ГК РФ трехлетний срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда началось исполнение сделки, на момент обращения истца с настоящим иском в суд не истек.

По правилам статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины в связи с отказом в иске относятся на истца и возмещению не подлежат.

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 29 ноября 2017 года. Судебный акт в полном объеме изготовлен 6 декабря 2017 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия решения.

Руководствуясь статьями 167, 170, 171 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать публичному акционерному обществу страховая компания «Росгосстрах» в лице филиала в Республике Марий Эл (ИНН <***>, ОГРН <***>) в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

Судья В.Г. Куликова