Решение № А40-153995/17-171-1481 от 14.12.2017 АС города Москвы

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

января 2018 г.

Резолютивная часть решения объявлена 14 декабря 2017 года

Полный текст решения изготовлен 10 января 2018 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Р.Т. Абрекова (единолично)

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Л.А. Соколовой

рассмотрев в судебном заседании дело

по исковому заявлению ООО "НЕКСТ ЛОДЖИК" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 105523 <...>. СТР.1, дата регистрации:31.07.2008 г.

к ответчику ООО "РАЙФФАЙЗЕН-ЛИЗИНГ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 105064 <...>. 1, дата регистрации:21.11.2002 г.

о взыскании неосновательного обогащения в размере 37 573 423 руб. 82 коп.

при участии: от истца – Конкурсный управляющий ФИО1, решение по делу №А40-152553/14 от 14.10.2015 г.

от ответчика – ФИО2 по дов. б/№ от 09.01.2017 г.

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском к ответчику о взыскании неосновательного обогащения в размере 29 935 923,31 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму  29 935 923,31 руб. с 26.09.2014г. по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ (с учетом принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения).

Исковые требования мотивированы тем, что в результате одностороннего расторжения договора лизинга автотранспортных средств № 2011/5865 от 16.06.2011 г. и изъятия предмета лизинга, истцом утрачена возможность получения предмета лизинга в собственность. Таким образом, истец полагает, что ответчик неосновательно обогатился за счет выплаченной истцом в счет доли выкупной стоимости автомобиля денежной суммы, размер неосновательного обогащения рассчитан истцом по формуле сальдо встречных обязательств на основании Постановления Пленума ВАС РФ №17 от 14.03.2014г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

В обоснование правовой позиции истец ссылается на положения ст. 309, 310,  395, 1102, 1107 ГК РФ.

Протокольным определением от 14.12.2017г. суд, рассмотрев ходатайство истца о назначении проведения экспертизы, в порядке ст. 82 АПК РФ, отказал истцу в удовлетворении заявленного ходатайства. Суд не усмотрел необходимости в проведении судебной экспертизы. В материалы дела представлено достаточно доказательств для оценки заявленных доводов, дело может быть рассмотрено по представленным в материалы дела доказательствам (отчеты, договоры).

Истец поддержал иск.

Ответчик против удовлетворения иска в заявленном истцом размере возражал, представил отзыв на иск, в обоснование своих доводов представил расчет по формуле сальдо встречных обязательств на основании Постановления Пленума ВАС РФ №17 от 14.03.2014г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Выслушав доводы и возражения истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно действующему законодательству на споры, вытекающие из договоров финансовой аренды лизинга, распространяются общие нормы главы 34 ГК РФ, а именно, положения об аренде.

Положениями ст. 614 ГК РФ установлена обязанность арендатора по своевременному внесению платы за пользование имуществом (арендной платы). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии с п. 5 ст. 15 ФЗ № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязуется выплачивать лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором лизинга.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-152553/2014 от 14 октября 2015 г. ООО «Некст Лоджик» (105523, <...>, ОГРН <***>; ИНН <***>; КПП 771901001) признано несостоятельным (банкротом).

16.06.2011 г. между ООО «Райффайзен-Лизинг» (Ответчик, Лизингодатель) и ООО «Некст Лоджик» (Истец, Лизингополучатель) был заключен договор лизинга №2011/5865, в соответствии с которым Лизингодатель обязался передать Лизингополучателю во временное владение и пользование 8 седельных тягачей Mersedes - Benz Axor C1835LS (Автомашины и/или Предмет лизинга)

Во исполнение договора лизинга Истец заключил Договор купли-продажи № РЛ-5825/2011-5865-092/110616/3-1 от 16 июня 2011 г. (далее - договор купли-продажи) с ЗАО «Мерседес-Бенц Рус»».

Предмет лизинга был передан Лизингополучателю, что подтверждается Актом приемки-передачи от 30.06.2011 года.

В связи с нарушением платежной дисциплины ответчик расторг договор лизинга путем направления уведомлений о расторжении договора лизинга.

Предмет лизинга был возвращен лизингодателю по актам приема-передачи 25.09.2014 года.

С учетом того, что предмет лизинга был изъят, истец полагает, что лизингодатель неосновательно обогатился.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Расторжение договора выкупного лизинга, в т.ч. по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

(П – А) – Ф

ПФ= ---------------- × 365 × 100

  Ф × С/дн

Где: ПФ – плата за финансирование (в процентах годовых);

П - общий размер платежей по договору лизинга;

А – сумма аванса по договору лизинга;

Ф – размер финансирования;

С/дн – срок договора лизинга в днях.

Согласно материалам дела, истцом представлен следующий расчет сальдо встречных обязательств:

П - общий размер платежей по договору лизинга -  33 290 872,80 руб.

А - сумма аванса по договору лизинга -  5 296 896,00 руб.

Ф - размер финансирования –  20 064 000,00 руб.

С_/ДН - срок договора лизинга в днях – 1 460 дней (48 месяцев)

 Расчет платы за финансирование (в процентах годовых):

               (33 290 872,80 руб. – 5 296 896,00 руб.) – 20 064 000,00 руб.

ПФ = ------------------------------------------------------------------------------ x 365 x 100 = 9,88 % 

 Таким образом, размер платы за финансирование  (за период с 30.06.2011 г. по 25.09.2014 г., всего 1184 дня)  выглядит следующим образом:

20 064 000,00 руб. х  9,88 %  х  1184 дней   : 100 : 365 =  6 430 330,59  руб.

Фактический срок лизинга составил: 1184 дней,  предмет лизинга был передан 30.06.2011 г.,  договор расторгнут  с 27.08.2014 г., предмет лизинга изъят  25.09.2014 г.

Имущественный интерес лизингодателя должен составить: 20 064 000,00 руб. (размер финансирования)  +  6 430 330,59  руб. (плата за финансирование) + 129 564,55 руб. (пени) + 200 640,00 руб. (комиссия за организацию сделки) + 240 000,00 руб. (частичная оплата аванса) + 320 930,32 руб. (оплата за организацию страхования КАСКО) =  27 145 465,46  руб.

Имущественный интерес лизингодателя составил: 25 352 253,47 руб. (сумма всех лизинговых платежей) – 5 296 896,00 руб. (размер аванса) + 3 513 681,30 руб. (согласно решения Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-150799/14 от 17.11.2014 г.)  + 12 688 350,00 руб. (150 000,00 Евро х 84,5890  руб., согласно решения Арбитражного суда г. Москвы по делу №А40-150799/14 от 17.11.2014 г.,  Центробанк определил официальный курс Евро на 18.12.2014 г. –  84,5890 руб.)  + 20 824 000,00 руб. (согласно отчета  №01/620/1649 от 26.05.2017 г.,  рыночная стоимость  возвращенного имущества,  тягачей,  составляет: 8 х 2 603 000,00 руб. =  20 824 000,00 руб., по состоянию на 25.09.2014 г.,  7 тягачей, по состоянию на 18.12.2014 г.,  1 тягач) =57 081 388 ,77 руб.

Итого сальдо в пользу лизингополучателя составило: 57 081 388 ,77 руб. – 27 145 465,46  руб. =  29 935 923,31 руб.

Согласно расчету сальдо встречных обязательств по договору лизинга, представленного истцом, ответчик обогатился за счет истца на сумму 29 935 923,31  рублей.

В свою очередь ответчик представил следующий расчет сальдо встречных обязательств по договору лизинга:

Согласно расчету сальдо встречных обязательств по договору лизинга, представленного ответчиком, ответчик обогатился за счет истца на сумму 4 045 102,01  руб.

Проверяя представленные расчеты, суд приходит к выводу о том, что расчеты истца и расчет ответчика не обоснованы и арифметически неверны и не соответствуют методике расчета, изложенной в Постановлении Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, в связи с чем судом был составлен свой расчет сальдо встречных обязательств, который приобщен к материалам дела.

При проверке расчетов, представленных сторонами, судом было установлено, что у сторон имеются расхождения в дате заключения договора (истец считает датой заключения договора дату передачи предмета лизинга), в закупочной цене предмета лизинга, в сумме внесенных лизингополучателем платежей, в убытках, в стоимости ТС после изъятия.

В части определения даты заключения договора, судом было установлено следующее.

Истец считает датой заключения договора дату передачи предмета лизинга, т.е. 30.06.2011.

Вместе с тем, при определении даты заключения договора, суд соглашается с позицией ответчика и определяет ее как 16.06.2011, т.е. непосредственно дату заключения договора лизинга.

Таким образом, общий срок договора лизинга в днях составляет 1476 дней (с 16.06.2011 по 30.06.2015).

В части определения размера предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования, суд также соглашается с позицией ответчика.

Как следует из представленных сторонами расчетов, в указанной части расхождения вызваны тем, что истцом неверно определена закупочная цена предмета лизинга.

В п. 3.4 Постановления Пленума указано следующее: «Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту передаче лизингополучателю и т.п.».

В ст. 5 Договора лизинга №2011/5865 от 16 июня 2011 г. (далее - Договор лизинга) стороны согласовали, что к затратам (расходам) Лизингодателя на приобретение предмета лизинга входят следующие суммы:

(а)       расходы Лизингодателя, связанные с приобретением предмета лизинга, в
том числе стоимость предмета лизинга согласно Контракту, включая все налоги, а в
случае если, предмет лизинга приобретается в рамках внешнеторгового контракта
таможенные пошлины, сборы и налоги, уплачиваемые при таможенном оформлении
предмета лизинга, затраты (расходы), связанные с оплатой услуг таможенного брокера,
затраты (расходы), связанные с государственной регистрацией предмета лизинга,
банковские комиссии (включая расходы по оформлению паспорта импортной сделки в
отношении Контракта, комиссии за перевод денежных средств, за авизование
банковской гарантии, комиссии по открытию аккредитива, но, не ограничиваясь ими),
стоимость дополнительных услуг, оказанных Лизингополучателю в отношении предмета
лизинга по письменной заявке Лизингополучателя;

(б)       расходы на выплату процентов за пользование кредитными средствами;

(в)       расходы, понесенные Лизингодателем по письменному требованию
Лизингополучателя, в том числе расходы на оказание дополнительных услуг,
приобретение и установку дополнительного оборудования;

(г)       расходы по уплате налога на имущество в отношении предмета лизинга и
расходы, связанные с введением новых налогов, имеющих базу налогообложения,
аналогичную базам налогообложения для расчета налога на имущество, если предмет
лизинга учитывается на балансе Лизингодателя;

(д)       обоснованные расходы, связанные с оплатой налогов, сборов и других
обязательных платежей, подлежащих уплате собственником предмета лизинга в
отношении предмета лизинга, в соответствии с законодательством РФ;

(е)       расходы, понесенные Лизингодателем в связи с невыполнением
Лизингополучателем своих обязанностей по договору лизинга;

(ж)      расходы, связанные с расторжением договора лизинга и изъятием
предмета лизинга;

(з)        расходы по оплате штрафов компетентных органов, а также расходы
Лизингодателя, связанные с нарушением лизингополучателем порядка ввода предмета
лизинга в эксплуатацию;

(и)       расходы по страхованию предмета лизинга, если страхование предмета
лизинга осуществляет Лизингодатель;

(к) иные расходы Лизингодателя, возникающие в течении срока лизинга и непосредственно связанные с использованием предмета лизинга.

Указанные расходы и затраты Лизингодателя подлежат возмещению лизингополучателем в полном объеме в порядке, предусмотренном договором лизинга.

Расходы и затраты, понесенные лизингодателем в валюте, отличной от валюты Договора лизинга, пересчитываются в валюту договора лизинга по курсу указанной валюты к валюте договора лизинга, установленному в статье 7 Договора.

В подтверждение указанных затрат на приобретение предмета лизинга, стороны п. 7 Договора лизинга прописали сумму расходов и затрат на приобретение предмета лизинга в размере 632 000 Евро, что в валюте договора лизинга составило сумму в размере 20 174 536,80 руб., которая подтверждается оплатами поставщику платежными поручениями №№3496 и 3497 от 29.06.2011г.

В расчете сальдо встречных обязательств размер финансирования (Ф) будет определяться как закупочная цена со всеми сопутствующими расходами (Цн) минус аванс (А), который вносил Лизингополучатель.

В результате получается следующая формула: Ф = Цн - А.

Итоговый размер финансирования, посчитанный по данной формуле, составляет 20 174 536,80 руб. (расчет 25 471 432.80 руб. - 5 296 896 руб. = 20 174 536,80 руб.).

В части определения общей суммы внесенных лизингополучателем платежей, суд также соглашается с позицией ответчика, поскольку сумма денежных средств, полученных от истца в размере 19 734 457,15 руб. подтверждена документально (ответчиком представлены платежные поручения на указанную сумму), в то время как истцом документов, подтверждающих оплату ответчику платежей по договору на сумму 20 055 357,47 руб. суду не представлено.

В части определения фактического срока финансирования и соответственно платы за финансирование суд также не соглашается ни с истцом, ни с ответчиком.

Как усматривается из расчета истца, истец определяет фактический срок финансирования за период с 30.06.2011 (дата передачи ТС по договору лизинга от ответчика к истцу) по 25.09.2014 (дата изъятия ТС), т.е. 1184 дня, а плату  за фактический срок финансирования соответственно – в размере 6 334 085,03 руб.

Ответчик же в свою очередь определяет фактический срок финансирования за период с 26.09.2011 (дата оплаты денежных средств поставщику ТС) по 26.11.2014 (дата реализации ТС), т.е. 1184 дня, а плату  за фактический срок финансирования соответственно – в размере 6 276 757,26 руб.

Вместе с тем, суд принимает во внимание следующее.

Согласно разъяснениям, приведенным в пунктах 3.2, 3.3 и 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга", если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Суд приходит к выводу о том, что датой начала периода определения фактического срока финансирования является дата заключения договора лизинга.

Датой окончания фактического срока финансирования является 25.09.2014 (согласно дате договора комиссии от 25.09.2014, представленного непосредственно ответчиком)

Поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме, путем оплаты имущества по договору купли-продажи, то возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме. То есть дата возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества.

Таким образом, плата за финансирование, исходя из фактического пользования финансированием составляет 6 346 672,85 руб.

В части включения в расчет сальдо убытков лизингодателя, суд не соглашается ни с истцом, ни с ответчиком, ввиду следующего.

Так, из расчета истца усматривается, что истец вообще не включает убытки лизингодателя в расчет сальдо, поскольку, по его мнению, размер страховой премии в сумме 481 395,48 руб. учтен в решении по делу №А40-150799/14, а упущенная выгода не доказана. Суд отмечает, что пояснений относительно не включения в расчет сальдо пени истцом не представлено.

Согласно п. 3.6 Постановления о лизинге «убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством».

В силу ч. 2 ст. 15 ГК РФ «под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода)».

В силу пп. 5 п. 7.1 Договора лизинга №2007/2322 от 25 мая 2007 г. расходы, связанные со страхованием предмета лизинга в соответствии со ст. 8 настоящего договора, также относятся к расходам Лизингодателя. Предполагалось, что страхование будет осуществлено за свой счет и от своего имени Лизингополучателем (п. 8.1 Договора лизинга), поэтому данные суммы не были включены в график лизинговых платежей.

Однако фактически страхование было осуществлено за счет средств Лизингодателя, т.к. Лизингополучатель не исполнил свою обязанность по договору в этой части.

П. 8.1 Договора лизинга прямо допускает включение подобных расходов в сумму затрат Лизингодателя «В случае непредставления лизингополучателем указанных в настоящей статьей документов в установленный срок, лизингодатель имеет право застраховать предмет лизинга самостоятельно, выставив лизингополучателю счет на суммы понесенных расходов, и включив такие суммы в состав затрат лизингодателя по договору лизинга».

Таким образом, указанные расходы должны быть также учтены в расчете сальдо встречных обязательств.

1) В период с 17.09.2013 по 31.12.2013 Лизингодатель застраховал предмет лизинга и страховая премия составила сумму в размере 481 395,48 рублей, которое подтверждается решением Арбитражного суда г. Москвы от 17.11.2014 по делу №А40-150799/14.

2) В период с 08.05.2014 по 05.02.2015 Лизингодатель очередной раз застраховал предмет лизинга и страховая премия составила сумму в размере 543 949,68 рублей.

3) Расходы по уплате по госпошлины по делу №А40-150799/14 в размере 44 568,41 рублей.

Факт несения ответчиком расходов на страхование, помимо решения суда по делу №А40-150799/14, подтвержден также платежными поручениями.

Таким образом, расходы складывается из расходов на страхование в размере 481 395,48 руб. + 543 949,68 рублей и государственной пошлины в размере 44 568.41 рублей, которые составляют сумму 1 069 913,57 рублей.

Доводы истца относительного того, что в расчет сальдо подлежат включению суммы, взысканные с истца в пользу ответчика по решению суда по делу №А40-150799/14, суд отклоняет, поскольку зачета, предусмотренного ст. 410 ГК РФ в данном случае не происходит.

Отсутствие фактического исполнения (то есть выплат по решению в рамках дела №А40-150799/14) говорит том, что на момент расчета сальдо данные суммы не учитываются судом как оплаченные.

Размер неустойки рассчитан, исходя из согласованного сторонами размера в Договоре.

Указанные в расчетах периоды для начисления неустойки полностью соответствует правовой позиции Пленума Верховного суда, изложенной в п. 66 Постановления №7 от 24 марта 2016 г., в котором указано, что если при расторжении договора основное обязательство не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты (статья 622, статья 689, пункт 1 статьи 811 ГК РФ).

Таким образом, в расчет сальдо встречных обязательств правомерно подлежит включению неустойка в размере 285 339,34 руб.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о необоснованности и неправомерности позиции ответчика в части включения в расчет сальдо убытков за пользование денежными средствами в размере 275 336,17 руб. за период с 29.09.2014 по 30.06.2015, ввиду следующего.

Ответчиком не доказано, что заявляемые им убытки в виде неполученной платы за финансирование являются прямым следствием несвоевременной оплаты Истцом лизинговых платежей. Ответчиком не указано, к каким именно негативным последствиям для него привело односторонне расторжение договора лизинга. Само по себе изъятие и последующая реализация предмета лизинга, очевидно, не может относиться к негативным последствиям расторжения договора лизинга, поскольку возвращая имущество в собственное владение и пользование, Ответчик вправе распорядиться им любым способом по своему усмотрению в целях возврата финансирования. Реализуя изъятое имущество, либо сдавая его повторно в аренду, лизингодатель досрочно возвращает размещенное финансирование с прибылью, что лишает его права требовать убытков в виде потерь платы за финансирование. Включение в расчет сальдо встречных обязательств в связи с расторжением договора лизинга убытков в виде потерь платы за финансирование привело бы к нарушению п.3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014г. № 17 и повлекло бы за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее положение, чем в то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с их условиями.

Ответчик, являясь Лизингодателем, действуя своей волей и в своем интересе, в одностороннем порядке расторг Договор лизинга и изъял имущество. Расчет убытков, вызванных досрочным прекращением договора производится по общим правилам в соответствии со ст. 393.1 Гражданского кодекса РФ, которой установлено, что в случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен его аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора. Если же кредитор не заключил аналогичный договор взамен прекращенного договора, но в отношении предусмотренного прекращенным договором исполнения имеется текущая цена на сопоставимые товары, работы или услуги, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и текущей ценой. Текущей ценой признается цена, взимаемая в момент прекращения договора за сопоставимые товары, работы или услуги в месте, где должен был быть исполнен договор, а при отсутствии текущей цены в указанном месте - цена, которая применялась в другом месте и может служить разумной заменой с учетом транспортных и иных дополнительных расходов.

Однако, Ответчик, заявляя о возникновении на его стороне убытков в виде потерь платы за финансирование, произвел расчет убытков без учета положений ст. 393.1. Гражданского кодекса РФ и не предоставил доказательств заключения или не заключения им аналогичного договора взамен прекращенного, как и не предоставил сведений об имеющееся текущей цене на сопоставимые товары, работы или услуги, как того требует норма ст. 393.1. Гражданского кодекса РФ.

При таких обстоятельствах, суд соглашается с мнением истца и считает  недоказанным ни факт наличия понесенных убытков, ни их размер, ни причинно-следственную связь между нарушением Истцом обязательства и возникшими убытками, ни вину Истца в причинении убытков. Равным образом Ответчиком не предоставлены доказательства совершения им, как лизингодателем, каких-либо действий в целях исключения возникновения на его стороне убытков в виде потерь платы за финансирование.

Обратная же позиция, о возможности требования в качестве убытков потерь платы за финансирование, влекла бы за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями, так как в таком случае он получал бы за один и тот же период плату за финансирование в двойном размере – от лизингополучателя, с которым договор расторгнут и не предоставляется финансирование, и от нового лизингополучателя, по договору с которым он вновь разместил денежные средства. На недопустимость извлечения такого рода благ прямо указывает п. 3.1. Постановления №17 со ссылкой на п. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса РФ.

В части определения стоимости предмета лизинга после изъятия, суд соглашается с ответчиком.

В соответствии с п. 4 Постановление Пленума ВАС РФ N 17 от 14.03.2014 г. стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга.

Согласно расчета истца, стоимость возвращенного имущества составляет 20 824 000 руб., указанная стоимость определена на основании отчета об оценке №01/620/1649 от 26.05.2017.

Согласно расчета ответчика, стоимость возвращенного имущества составляет 12 392 528 руб. руб., указанная стоимость определена на основании договора комиссии и последующих договоров купли-продажи третьим лицам.

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что при продаже предмета лизинга ответчик действовал недобросовестно или неразумно, что привело к продаже транспортного средства по заниженной цене.

При отсутствии доказательств неразумного поведения лизингодателя, суд считает, что стоимость реализованного предмета лизинга на основании договора купли-продажи имеет приоритетное значение.

Истец ходатайствовал о назначении экспертизы, в удовлетворении которого судом было отказано. В материалы дела представлено достаточно доказательств для оценки заявленных доводов, дело может быть рассмотрено по представленным в материалы дела доказательствам (отчеты, договоры).

В материалы дела представлены отчет истца, а также договоры купли-продажи предметов лизинга, подтверждающих факт реализации предметов лизинга после изъятия. Таким образом, суд пришел к выводу о том, что в материалы дела представлено достаточно доказательств для оценки заявленных требований.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что при определении стоимости предметов лизинга после изъятия надлежит руководствоваться стоимостью реализации ТС на основании договоров купли-продажи, ввиду следующего.

В п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" разъяснено, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Согласно статье 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным Законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

В силу  статьи 13 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" в случае наличия спора о достоверности величины рыночной или иной стоимости объекта оценки, установленной в отчете независимого оценщика, в том числе в связи с имеющимся иным отчетом об оценке того же объекта, указанный спор подлежит рассмотрению судом, арбитражным судом в соответствии с установленной подведомственностью, третейским судом по соглашению сторон спора или договора либо в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, регулирующим оценочную деятельность.

Суд отмечает, что эксперт, составивший представленный истцом отчет об уголовной ответственности судом не предупреждался.

При этом, выводы эксперта в отчете истца не свидетельствуют о занижении цены по которой имущество было реализовано.

Следовательно, при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в качестве стоимости возвращенного предмета лизинга должна быть учтена стоимость предмета лизинга по договору комиссии и договора купли-продажи в размере 12 392 528 руб.

Таким образом, финансовый результат сделки составляет 4 250 522,59 руб.  и является неосновательным обогащением лизингодателя.

Положениями п. 2 ст. 1107 ГК РФ установлено, что на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (ст. 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Таким образом, начисление предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов при расторжении договора связано с моментом, в который стороне договора стало известно или должно было стать известно в обычных условиях гражданского оборота, что полученное ею от другой стороны исполнение является излишним.

Согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими денежными средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Таким образом, истец праве требовать взыскания с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму  4 250 522,59 руб. с 26.09.2014г. по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ.

Расходы по госпошлине возлагаются на сторон пропорционально в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 8, 11, 12, 15, 309, 310, 395, 1102, 1107 ГК РФ,  ст.ст. 65, 66, 71, 110, 112, 123, 156, 167-171, 176 АПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "РАЙФФАЙЗЕН-ЛИЗИНГ" в пользу  ООО "НЕКСТ ЛОДЖИК"   неосновательное обогащение в размере 4 250 522,59 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму  4 250 522,59 руб. с 26.09.2014г. по дату фактического исполнения, начисляемые по правилам ст. 395 ГК РФ. 

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО "РАЙФФАЙЗЕН-ЛИЗИНГ" в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 28 397,48 руб.

Взыскать с ООО "НЕКСТ ЛОДЖИК" в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 171 602,52 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.