Гражданский кодекс часть 1

Как следует из материалов дела, между АО «Газпромбанк Лизинг» (лизингодатель) и ГБУ МО «Мосавтодор» (лизингополучатель) заключен контракт №0148200005417000677 финансовой аренды (лизинга) имущества для нужд ГБУ МО «Мосавтодор» от 20.09.2017, в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в собственность по заказу лизингополучателя у определенного лизингодателем продавца по договору поставки имущество, соответствующее спецификации и техническому заданию, при участии лизингополучателя и на согласованных с лизингополучателем условиях и предоставить данное имущество лизингополучателю за плату во временное владение и пользование в качестве предмета лизинга, а лизингополучатель обязуется принять его во временное владение и пользование на согласованный сторонами срок, в соответствии с условиями контракта.

Приложение № 3 к техническому заданию на оказание услуг лизинга дорожной и специализированной техники для нужд ГБУ МО «Мосавтодор» предусматривает 4 этапа передачи имущества в лизинг: I этап – 21 единица, II этап – 17 единиц, III этап – 194 единицы, IV этап – 434 единицы.

В целях реализации III-го этапа поставки лизингодатель заключил с ООО «Меркатор-Сервис СТ», после смены наименования ООО «ТД «Смолмаш» (продавец) договор № 16 от 20.09.2017 на поставку транспортных средств в количестве 94 единиц.

Согласно п. 1.2 договора поставки, продавец уведомлен, что имущество по договору приобретается покупателем в целях дальнейшей его передачи лизингополучателю в лизинг по контракту № 0148200005417000677 финансовой аренды (лизинга) имущества для нужд ГБУ МО «Мосавтодор» от 20.09.2017 г., с текстом и условиями которого продавец ознакомлен.

В соответствии с п. 1 ст. 406.1 ГК РФ стороны обязательства, действуя при осуществлении ими предпринимательской деятельности, могут своим соглашением предусмотреть обязанность одной стороны возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных в таком соглашении обстоятельств и не связанные с нарушением обязательства его стороной (потери, вызванные невозможностью исполнения обязательства, предъявлением требований третьими лицами или органами государственной власти к стороне или к третьему лицу, указанному в соглашении, и т.п.).

Согласно абз. 2 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» соглашение о возмещении потерь может быть включено в договор в виде его условия (оговорки).

Пунктом 5.10 договора поставки стороны предусмотрели, что продавец уведомлен, что договор заключается во исполнение контракта, заключенного между покупателем и грузополучателем, и согласен, что в случае получения покупателем от грузополучателя требования уплаты штрафных санкций по контракту, связанных с ненадлежащим исполнением продавцом обязательств по поставке имущества, покупатель вправе требовать возмещения своих потерь по контракту, связанных с требованием грузополучателя по контракту, до момента исполнения покупателем обязательств по уплате штрафных санкций по контракту на сумму выставленного грузополучателем требования, также продавец вправе представлять возражения относительно оснований выставленных требований, представляя доказательства надлежащей поставки имущества. Продавец уведомлен о размерах штрафных санкций по Контракту.

Согласно п. 15 постановления № 7 в силу п. 1 и 5 ст. 406.1 ГК РФ соглашением сторон обязательства может быть прямо установлена обязанность одной из них возместить имущественные потери другой стороны, возникшие в случае наступления определенных обстоятельств, каким-либо образом связанных с исполнением, изменением или прекращением обязательства либо его предметом, и не являющихся нарушением обязательства.

Таким обстоятельством в соответствии с п. 5.10 договора поставки является получение 18.07.2018 АО «Газпромбанк Лизинг» от ГБУ МО «Мосавтодор» претензии №исх-54515/2018 от 22.06.2018 об уплате пеней за просрочку передачи техники в лизинг по III этапу контракта. Предъявление претензии лизингодателю по контракту связано с исполнением ООО «ТД «Смолмаш» обязательства по продаже техники АО «Газпромбанк Лизинг» по договору поставки.

В соответствии с абз. 2 п. 15 постановления № 7, в отличие от возмещения убытков по правилам статей 15 и 393 ГК РФ возмещение потерь по правилам статьи 406.1 ГК РФ осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств.

То есть, для предъявления требования о возмещении потерь, истец не обязан доказывать наличие нарушения ответчиком условий договора поставки и причинную связь между нарушением ответчиком договора поставки и возмещением потерь, вызванных предъявлением в адрес истца претензии Мосавтодор.

По смыслу статьи 406.1 ГК РФ, возмещение потерь допускается, если будет доказано, что они уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем. При этом сторона, требующая выплаты соответствующего возмещения, должна доказать наличие причинной связи между наступлением соответствующего обстоятельства и ее потерями (абз. 3 п. 15 постановления № 7).

В соответствии с п. 13.1.3.1 контракта, по полученной претензии сторона должна дать письменный ответ по существу в срок не позднее 15 календарных дней с даты ее получения.

В ответ на претензию Мосавтодор письмом №014-2/1403 от 30.07.2018 АО «Газпромбанк Лизинг» отказало лизингополучателю в удовлетворении требований.

26.02.2019 лизингополучатель обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании 549 699 066 руб. пени по контракту (с учетом уточнения иска в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 г. по делу № А41-14838/19 с АО «Газпромбанк Лизинг» в пользу лизингополучателя взыскано 81 505 908,28 руб. пеней, 200 000 руб. государственной пошлины.

21.10.2019 постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда 10АП-17783/2019, 10АП-17790/2019 от 21.10.2019 решение Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 по делу № А41-14838/19 изменено. С АО «Газпромбанк Лизинг» в пользу ГБУ МО «Мосатодор» взыскано 29 655 руб. судебных расходов. В остальной части решение суда оставлено без изменения, апелляционная жалоба ГБУ МО «Мосавтодор» без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.02.2020 г. по делу № А41-14838/2019 решение Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 г. и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 г. по делу № А41-14838/2019 оставлено без изменения, кассационные жалобы АО «Газпромбанк Лизинг», ГБУ МО «Мосавтодор» - без удовлетворения.

Определением Верховного суда Российской Федерации № 305-ЭС20-7636 от 10.06.2020 АО «Газпромбанк Лизинг» отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

АО «Газпромбанк Лизинг» оплатило в адрес ГБУ МО «Мосавтодор» по контракту 81505908,28 руб. платежным поручением № 821 от 17.02.2020 в счет оплаты пени в соответствии с решением Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 по делу № А41-14838/19.

В соответствии с п. 1 ст. 406.1 ГК РФ соглашением сторон должен быть определен размер возмещения таких потерь или порядок его определения

Стороны вправе установить, в частности, такой порядок определения размера потерь, по которому одна из сторон возмещает другой все возникшие у нее потери, вызванные соответствующими обстоятельствами, или их часть (абз. 4 п. 15 Постановления № 7).

Исходя из толкования п. 5.10 договора поставки размер потерь определяется исходя из суммы выставленного лизингополучателем требования уплаты штрафных санкций по контракту.

Сумма требования по уплате пени по III этапу согласно претензии Мосавтодор составляет 80 049 415,17 руб. Указанная сумма уменьшена решением суда первой инстанции и составила – 2 748 945,28 руб.

Согласно расчету потерь на 11.11.2019 г. размер потерь, подлежащих возмещению ответчиком, составляет 1 014 085 руб.

В силу ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Направленная истцом в адрес ответчика претензия с требованием возмещения потерь, оставлена без исполнения.

Возражая против заявленных исковых требований, ответчик ссылается на то, что просрочка исполнения поставщиком обязательств по передаче имущества связана, в том числе, и с действиями самого покупателя (истца) по несвоевременной приемке предметов лизинга.

Покупатель и лизингополучатель не совершили необходимые действия, предусмотренные ст. 484 ГК РФ, для обеспечения приемки имущества в срок 19.12.2017, предложенного продавцом для надлежащего исполнения им обязательства по договору.

Истец и лизингополучатель, назначая иные даты приемки имущества, своими действиями содействовали возникновению пени, штрафов и потерь у ответчика, который своими уведомлениями о готовности имущества к отгрузке в срок, предусмотренный договором №16от 02.10.2017, подтвердил готовность в срок, осуществить поставку имущества.

Если сторона, в пользу которой должно быть осуществлено возмещение потерь, недобросовестно содействовала наступлению обстоятельства, на случай которого установлено это возмещение, для целей применения ст. 406.1 ГК РФ такое обстоятельство считается ненаступившим(п. 4 ст. 1, п. 2 ст. 10 ГК РФ, п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7).

Применяя ст. 431 ГК РФ к п. 5.10 договора, исходя из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, сопоставляя с другими условиями и смыслом договора в целом, из положений п. 5.10 договора следует, что требование о возмещении потерь может быть предъявлено только в случае ненадлежащего исполнения обязательств продавцом по поставке имущества и зависит от причинной связи между действиями поставщика и подлежащими возмещению потерями, тем самым противореча основным положениям статьи 406.1 ГК РФ.

П. 5.10 договора предусмотрено, что продавец вправе представлять возражения относительно оснований выставления требований, представляя доказательства надлежащей поставки имущества, тем самым возмещение потерь в соответствии с данным пунктом зависит от причинной связи между надлежащим или ненадлежащим выполнением обязанностей продавцом, что противоречит правилам ст. 406.1 ГК РФ.

По мнению ответчика, ссылка истца на п.1 ст.406.1 ГК РФ не правомерна, так как стороны договором поставки не предусматривали возмещение потерь по ст.406.1 ГК РФ.

Ответчик также возражает относительно представленного истцом расчета, представив свой контррсчет, в соответствии с которым сумма потерь составляет 370 565,33 руб. Указанный контррасчет произведен ответчиком с учетом п.9.6 контракта, с учетом количества дней просрочки исполнения обязательства непосредственно ООО «ТД «Смолмаш».

Указанные возражения ответчика не обоснованы по следующим основаниям.

Доводы ответчика о том, что покупатель недобросовестно содействовал наступлению обстоятельства, на случай которого установлено возмещение потерь, не состоятельны.

Согласно п. 4.7 контракта при осуществлении приемки-передачи имущества в лизинг лизингодатель совместно с лизингополучателем производят осмотр имущества на предмет соответствия предъявляемым к нему требованиям, отсутствия внешних повреждений и осуществляют его приемку от продавца в соответствии с условиями технического задания и договора поставки.

В п. 1.3. договора №16 от 20.09.2017 прямо предусмотрено, что грузополучателем имущества по договору является ГБУ МО «Мосавтодор».

В соответствии с п. 3.1 и п. 3.3 договора поставки продавец передает (поставляет) имущество покупателю и лизингополучателю, сдача-приемка имущества от продавца покупателю и лизингополучателю оформляется актом сдачи-приемки, дата которого считается датой поставки по договору поставки.

Таким образом, согласно условиям договора поставки, фактическая приемка товара осуществляется непосредственно лизингополучателем, условия договора поставки не предусматривают передачи имущества только лизингодателю.

Такая договорная конструкция в отношении приемки товара от поставщика в рамках реализации договора лизинга обычно используется в случаях заключения договора выкупного лизинга, которым является контракт. В связи с этим, условие договора поставки о передаче имущества непосредственно от продавца лизингополучателю, имеет существенное значение для договоров такого рода.

Учитывая данные обстоятельства, признать лизингодателя уклонившимся от приемки невозможно, т.к. лизингодатель готов был принять товар в сроки, предусмотренные договором поставки, однако в силу договорных условий принять товар без лизингополучателя он права не имел.

Истец также возражал против требований лизингополучателя об уплате неустойки и осуществил все необходимые действия по отстаиванию своей позиции в судебном порядке, обжаловав решение Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 г. по делу № А41-14838/19 о взыскании лизингополучателем неустойки с истца по контракту во всех инстанциях.

Факт переноса сроков поставки лизингополучателем уже являлся предметом разбирательства по делу № А41-14838/19, где суд указал, что возражения ответчика о том, что со стороны истца имел место перенос срока передачи имущества, являются несостоятельными в отсутствие письменно согласованных сторонами дополнений к контракту.

Ответчик утверждает, что лизингодатель и лизингополучатель не могли заключить дополнительные соглашения о переносе сроков передачи имущества в лизинг, т.к. это нарушает положения Федерального закона от 05.04.2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Вопреки утверждению ответчика перенос сроков поставки товара по договору поставки путем направления письменных уведомлений всеми сторонами также невозможен.

Согласно п. 6.2 договора поставки любые изменения, дополнения и приложения к договору будут действительны только в том случае, если они совершены в письменной форме и подписаны уполномоченными представителями сторон.

Дополнительное соглашение к договору поставки об изменении сроков поставки ответчиком в материалы дела не предоставлено.

Ссылка ответчика на п. 9 «Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017 г.) к рассматриваемому случаю не относится, поскольку его применение предполагает наличие встречного исполнения от заказчика по государственному контракту без совершения которого к выполнению обязательств исполнитель приступить не может. В данном случае, у лизингополучателя не было никаких обязательств, предшествующих передаче имущества, которые препятствовали бы исполнению обязательства по передаче имущества в лизинг. Сведения о месте и дате поставки определены сторонами в договоре поставки, следовательно, обязательство могло быть исполнено.

Доводы ответчика о несогласовании в договоре поставки соглашения о возмещении потерь не обоснованы.

В п. 5.10 договора поставки речь идет о потерях, в виде неустойки предусмотренной контрактом за несвоевременную передачу имущества в лизинг. Данное обязательство не является обязанностью поставщика по договору поставки, т.к. его обязательством является продать имущество истцу и доставить его третьему лицу - лизингополучателю, но не передать имущество в лизинг.

Кроме того, как разъяснено в абз. 2 п. 15 постановления № 7 в отличие от возмещения убытков по правшам статей 15 и 393 ГК РФ возмещение потерь по правилам статьи 406.1 ГК РФ осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств.

Ответчик ошибочно толкует положения статьи 406.1 ГК РФ, как применяющиеся при отсутствии ненадлежащего исполнения со стороны должника, поскольку как разъяснено в пункте 15 абзаце втором постановления N 7 возмещение потерь по правилам статьи 406.1 ГК РФ осуществляется вне зависимости от наличия данного фактора (неисполнения или ненадлежащего исполнения), а не наоборот.

Указанная правовая позиция подтверждается постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.12.2020 г. по делу № А40-114084/20.

При возмещении потерь в порядке ст. 406.1 ГК РФ истец не обязан доказывать вину ответчика, но это не означает, что вины не должно быть ни при каких обстоятельствах.

Ссылка ответчика на п. 17 постановления № 7, также не состоятельна, поскольку в п. 5.10 договора поставки прямо указано на возмещение потерь, и содержание указанного пункта не позволяет его интерпретировать по-иному. Пунктом 5.10 договора поставки предусмотрено согласие ответчика с требованием истца о возмещении своих потерь по контракту, при условии, что требовать от поставщика покупатель может не любых потерь, а только тех, которые связаны с требованием грузополучателя уплаты штрафных санкций по контракту, связанных с ненадлежащим исполнением продавцом обязательств по поставке имущества.

Ответчик указывает на то, что соглашением между сторонами должна быть предусмотрена именно обязанность, а не ответственность одной стороны возместить имущественные потери другой стороны.

При этом, п. 5.10 договора поставки не предусматривает ответственность по договору поставки. Ответственность наступает только при наличии вины, в данном случае продавец не является стороной контракта, у него нет обязанности передать имущество в лизинг, передачу в лизинг осуществляет именно лизингодатель, а, следовательно, не может быть и вины. В п. 5.10 договора поставки предусмотрена обязанность ответчика возместить потери истца, понесенные им по контракту, а не ответственность поставщика по договору поставки, ответственность по договору поставки предусмотрена другими нормами.

Институт возмещения потерь в отличие от института возмещения убытков не ставит взыскателя в зависимость от вины должника, должник в соглашении о возмещении потерь обязуется возмещать потери, понесенные взыскателем в том числе и по вине третьих лиц. Т.е. институт возмещения потерь должен работать и на тот случай, когда вины должника нет или ее невозможно доказать, должник обязуется платить при определенных обстоятельствах, если они наступят.

Довод ответчика, о том, что п. 5.10 договора поставки находится в разделе 5 Договора поставки «Ответственность сторон», не имеет значения для разрешения настоящего дела, поскольку ст. 406.1 ГК РФ «Возмещение потерь, возникших в случае наступления определенных в договоре обстоятельств», также находится в главе 25 ГК РФ «Ответственность за нарушение обязательств», хотя по своей сути не является ответственностью.

Кроме того, независимо от положений норм гражданского законодательства, по смыслу п. 5.10 договора поставки ответчик фактически принял на себя обязательство возместить штрафы, предъявленные лизингополучателем истцу.

Доводы ответчика о неверности расчета истцом исковых требований не состоятельны.

В п. 5.10 договора поставки прямо указано, что покупатель вправе требовать возмещения своих потерь по контракту на сумму выставленного грузополучателем требования.

Таким образом, размер потерь не связан ни со стоимостью товара, ни с количеством дней просрочки поставки товара, однако напрямую связан с требованием лизингополучателя.

Сумма требования по уплате пени согласно претензии лизингополучателя от 22.06.2018 г. № Исх.-54515/2018 составляет по III этапу 80 049 415,17 руб. Указанная сумма уменьшена решением Арбитражного суда Московской области от 24.07.2019 г. по делу № А41-14838/19 и составила - 2 748 945,28 руб., т.е. исходя из буквального толкования условий п. 5.10 договора ответчик обязался возместить истцу сумму пени, взысканную с истца по решению суда.

Истец в расчете потерь ООО «ТД «Смолмаш» на 11.11.2019 учел то обстоятельство, что просрочившим по III этапу исполнения контракта является не только ответчик, но и другие поставщики (ООО «АК «Гранат», ООО «Меркатор Холдинг»), в связи с чем, самостоятельно уменьшил размер потерь, подлежащих возмещению ответчиком, до 1014085 руб.

Согласно п. 1 ст. 406.1 ГК РФ соглашением сторон должен быть определен размер возмещения таких потерь или порядок его определения.

Пунктом 5.10 договора поставки порядок определения размера потерь определен путем отсылки к сумме выставленного грузополучателем требования. Исходя из того, что истец по собственной инициативе снизил в иске сумму возмещения потерь, то как истец производил данные расчеты не имеет значения, поскольку, в данном случае, улучшает, а не ухудшает положение ответчика, взыскивается сумма меньше предусмотренной соглашением о возмещении потерь.

Контррасчет исковых требований, представленный ответчиком, не может применяться к механизму расчета компенсации потерь.

В контррасчете ответчик рассчитал размер потерь руководствуясь формулой для расчета пени установленной п. 9.6 контракта, за просрочку исполнения лизингодателем обязательства, предусмотренного контрактом, а именно передачи имущества в лизинг. При этом ответчик не пояснил в соответствии с какой нормой закона или договора поставки необходимо руководствоваться указанной нормой, установленной в Контракте.

Согласно абз. 2 п. 15 постановления № 7 в отличие от возмещения убытков по правилам статьей 15 и 393 ГК РФ возмещение потерь по правилам статьи 406.1 ГК РФ осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств.

В соответствии с абз. 3 п. 15 постановления № 7, сторона, требующая выплаты соответствующего возмещения, должна доказать наличие причинной связи между наступлением соответствующего обстоятельства и ее потерями

Наступлением соответствующего обстоятельства является получение покупателем от грузополучателя требования уплаты штрафных санкций по контракту, связанных с ненадлежащим исполнением продавцом обязательств по поставке имущества. Потерями является уплата штрафных санкций по контракту на основании решения суда, вынесенного в связи с отказом в удовлетворении данного требования истцом. В п. 5.10 договора поставки не указано, что требование грузополучателя должно содержать информацию о размере пени в отношении каждого поставщика, а то обстоятельство, что именно ответчик несвоевременно осуществил поставку в III этапе уже было предметом разбирательства по делу №А41-14838/19, где ответчик привлечен третьим лицом, не заявляющим требований относительно предмета спора.

Доводы ответчика, изложенные в отзыве на возражения истца, не принимаются судом во внимание, поскольку не влекут иных выводов, чем те которые установлены в настоящем решением. Ответчик неверно трактует положения договора о компенсации потерь.

При таких обстоятельствах, учитывая, что требования истца обоснованы, документально подтверждены, исковые требования подлежат удовлетворению.

В соответствии с п. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в полном объеме, поскольку оплата долга ответчиком произошла после подачи иска.

На основании ст.ст. 309, 310, 406.1 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 110, 111, 123, 150, 156, 167-171 АПК РФ арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ООО «ТД «Смолмаш» в пользу АО «Газпромбанк Лизинг» 1 014 085 руб.в счёт возмещения потерь и государственную пошлину в размере 23 141 руб.

Решение может быть обжаловано в сроки и порядке, предусмотренные ст. 181, 257, 259, 273, 276 АПК РФ.

Судья А.Г. Антипова