Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общество с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток» в лице Генерального директора ФИО1 (ИНН <***>, дата регистрации 30.08.2005г., адрес: 109428, <...>, ПОМ VI КОМ 12)

Акционерная компания «ФИО2 А.» (Итальянская Республика, 280041, г.Мрон, площадь Сан Грациано, д.31)

к МИФНС России № 46 по г.Москве; ФИО3

о признании выхода участника из Общества и внесении сведений в ЕГРЮЛ

при участии:

от истца-1 (в лице Генерального директора ФИО1): ФИО4 по доверенности от 19.10.2017г., ФИО5 по доверенности от 19.10.2017г.

от истца-1 (в лице Генерального директора ФИО3): ФИО6 по доверенности от 04.08.2017г.

от истца-2: ФИО4 по доверенности от 13.09.2017г., ФИО5 по доверенности от 13.09.2017г.

от ответчика-1: ФИО7 по доверенности от 01.03.2017г.

от ответчика-2: ФИО8 по доверенности от 04.12.2017г.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток», Акционерная компания «ФИО2 А.» обратились в арбитражный суд с иском в котором просят признать состоявшимся 12 апреля 2017 года выход ФИО3 из состава участников Общества с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток» и переход доли ФИО3 в уставном капитале Общества в размере 5% номинальной стоимостью 5 ООО рублей к Обществу с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток», обязать Межрайонную инспекцию ФНС России №46 по г. Москве как орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, внести в ЕГРЮЛ изменения, связанные с:

- выходом ФИО3 из состава участников Общества с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток» и переходом её доли к Обществу;

- освобождения ФИО3 от должности Генерального директора Общества и назначения на эту должность ФИО1

Представителя ООО «СПИГ-Восток» по доверенности, подписанной Генеральным директором ФИО3 заявил ходатайство об отказе от иска и прекращении производства по делу.

Суд рассмотрев заявленное ходатайство не находит оснований для его удовлетворения.

В условиях корпоративного конфликта, препятствующему нормальному функционированию единоличного исполнительного органа, в соответствии с Постановлениями Президиума ВАС РФ от 11.05.2005 № 1662/05 и от 04.07.2006 № 1008/06 отказ от иска со стороны одного генерального директора при участии в деле другого генерального директора, несогласного с этими действиями, нельзя рассматривать как волеизъявление самого акционерного общества.

И такой ходатайство об отказе от иска не подлежит удовлетворению.

Ответчики просят в удовлетворении требований отказать, по основаниям изложенным в отзывах на иск.

Суд, исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, приходит к выводу, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из искового заявления Акционерная компания «ФИО2 А.» (далее - «АК «ФИО2 А.» или «Истец») является единственным участником Общества с ограниченной ответственностью «СПИГ-Восток» (ОГРН <***>, ИНН <***>, КПП 772101001, юридический адрес: <...>, пом. VI, ком 12) (далее - «ООО СПИГ-Восток» или «Общество»).

ФИО3 в период с 30 августа 2005 года по 18 мая 2017 года являлась единоличным исполнительным органом (Генеральным директором) Общества. Также в период с момента учреждения Общества до 12 апреля 2017 года ФИО3 являлась участником ООО «СПИГ-Восток» с долей владения 5% уставного капитала Общества.

ФИО1 является избранным Генеральным директором Общества с 19 мая 2017 года.

12 апреля 2017 года ФИО3, действуя в качестве участника ООО «СПИГ-Восток» с долей владения 5% уставного капитала Общества, предоставила в ООО «СПИГ-Восток» заявление о выходе из Общества на бланке № 77 АВ 3975539, удостоверенное 12 апреля 2017 года ФИО9, ВРИО нотариуса города Москвы ФИО10 (далее - «Заявление о выходе»).

Поскольку ФИО3 являлась в одном лице как Генеральным директором, так и участником Общества, то датой перехода доли ФИО3 к Обществу следует считать 12 апреля 2017 года, так как в указанную дату:

- ФИО3 получила на руки от нотариуса заверенное последним Заявление о выходе ФИО3 из Общества, что подтверждается подписью ФИО3 в реестре нотариуса для регистрации нотариальных действий, а так же ФИО3. как Генеральный директор подписала и направила мажоритарному участнику Общества (Акционерной компании «ФИО2 А.») уведомление № 023/17 от 12 апреля 2017 года о подаче в Общество ФИО3 как участником Заявления о выходе с приложением копии нотариально заверенного заявления о выходе.

Вследствие выхода ФИО3 из Общества мажоритарный участник Общества, Акционерная компания «ФИО2 А.», стала единственным участником Общества, владеющим долей в размере 95% уставного капитала Общества (оставшиеся 5%, ранее принадлежавшие ФИО3, перешли к Обществу).

В результате Акционерной компанией «ФИО2 А.» было принято Решение №3 единственного участника Общества о прекращении 18 мая 2017 года полномочий ФИО3 как Генерального директора Общества и о назначении с 19 мая 2017 года Генеральным директором Общества ФИО1

Об этом факте ФИО3 была неоднократно уведомлена как по телефону, так и письмом ФИО1 от 23 мая 2017 года, в котором ФИО1 требовал от ФИО3 передать находящиеся у нее документы Общества.

Тем не менее, ФИО3 до сих пор не передала новому Генеральному директору находящиеся у нее документы Общества, в числе которых оригиналы Заявления о выходе, устава, свидетельства о государственной регистрации юридического лица, свидетельства о постановке юридического лица на налоговый учет, а также иные документы Общества.

10 августа 2017 г. Акционерной компанией «ФИО2 А.» было принято Решение о расторжении договора с работником ФИО3 с 10 августа 2017 г. в связи с совершением ряда дисциплинарных проступков, выразившихся в длительном отсутствии на рабочем месте, использованием своего служебного положения и держанием оригинальной документации Общества.

Поскольку ФИО3 злонамеренно уклонилась от внесения в ЕГРЮЛ в предусмотренный Законом срок сведений о переходе ее доли к Обществу, ЕГРЮЛ до сих пор содержит сведения о ФИО3 как участнике Общества. Таким образом, выписка из ЕГРЮЛ не может служить подтверждением права Акционерной компании ФИО2 А.» единолично принять решение о смене Генерального директора.

Документ, который мог бы служить подтверждением выхода ФИО3 из Общества - оригинал Заявления о выходе, - не может быть представлен нотариусу, поскольку он незаконно удерживается ФИО3 вместе с остальными документами, необходимыми для подтверждения юридического статуса Общества при совершении нотариальных действий. ФИО1 была предпринята попытка получить дубликат заверенного нотариусом заявления ФИО3 о выходе из Общества, но на его запрос был получен отказ нотариуса со ссылкой на то, что он не является уполномоченным лицом для получения дубликата данного документа.

ФИО3 являлась Генеральным директором Общества и, при поступлении собственного заявления о выходе из состава участников Общества, имела реальную возможность и на неё была возложена обязанность совершить предусмотренные законом действия по государственной регистрации соответствующих изменений, либо проконтролировать совершение таких действий. Однако с 12 апреля 2017 года и на дату составления настоящего искового заявления этого сделано не было.

Несовершение указанных действий на протяжении длительного промежутка времени (превышающий установленный законом срок в несколько раз) очевидно свидетельствует о нарушении обычного порядка делопроизводства в Обществе, что в свою очередь указывает на недобросовестность в действиях ФИО3., поскольку участник Общества, являющийся также единоличным исполнительного органом Общества, имел возможность по своему усмотрению определять порядок прохождения документов в Обществе и своими действиями изменять его к своей выгоде.

При таких обстоятельствах, неподача со стороны ФИО3 заявления по форме Р14001 не соответствуют действующему законодательству РФ и нарушает права и законные интересы истцов - Акционерной компании «ФИО2 А.» и ФИО1, - отражая недостоверные сведения в федеральном информационном ресурсе, открытом для всеобщего доступа.

При этом ни Акционерная компания «ФИО2 А.», ни единолично назначенный Генеральный директор ООО «СПИГ-Восток» ФИО1 не могут своими силами законным способ разрешить сложившуюся ситуацию.

Данные факты послужили основанием для обращения в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленные требований суд исходит из следующего.

ООО «СПИГ-Восток» (далее - Общество) создано 30.08.2005 г. итальянской Акционерной компанией СПИГ СПА (название на латинице SPIG s.p.a.), и гражданкой Российской Федерации ФИО3 для осуществления на территории Российской Федерации, а также зарубежных стран коммерческой деятельности сфере проектирования, инжиниринга, монтажа, поставки, строительства и т п. градирен, охладительных систем и других аналогичных установок и их компонентов и других видов оборудования, что нашло свое отражение в п. 2.2. Устава ООО «СПИГ-Восток», утвержденного протоколом № 14 Общего собрания участников от 24 июня 2015 г. (далее Устав Общества).

Доли в ООО «СПИГ-Восток» были распределены следующим образом:

1. Акционерная компания СПИГ СПА - 95% от уставного капитала;

2. ФИО3 - 5 % от уставного капитала.

Генеральным директором Общества Протоколом Общего собрания № 1 от 07 июля 2005 г. была назначена ФИО3 и согласно приказу № 1 от 30 августа 2005 г. приступила к исполнению своих обязанностей. Протоколом Общего собрания участников от 14 октября 2013 г. полномочия ФИО3 в должности генерального директора были продлены.

Согласно п. 1 ст. 26 ФЗ от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Заявление участника общества о выходе из общества должно быть нотариально удостоверено по правилам, предусмотренным законодательством о нотариате для удостоверения сделок. Аналогичное положение предусмотрено и п. 7.1 Устава Общества.

Как разъяснено в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 9 декабря 1999 г. N 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» временем подачи такого заявления следует рассматривать день передачи его участником как совету директоров (наблюдательному совету) либо исполнительному органу общества (единоличному или коллегиальному), так и работнику общества, в обязанности которого входит передача заявления надлежащему лицу, а в случае направления заявления по почте - день поступления его в экспедицию либо к работнику общества, выполняющему эти функции.

В силу пп. 2 п. 7 ст. 23 ФЗ от 8 февраля 1998 г. N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля или часть доли переходит к обществу с даты: 2) получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

Учитывая тот факт, что законом прямо предусмотрено, что для выхода участников из общества необходима передача оригинала заявления о выходе непосредственно в само Общество, а не сам факт составления такого заявления.

Таким образом, исходя из прямого указания закона, а также разъяснений вышестоящих судов единственным документом, который подтверждает волю лица на выход из Общества является нотариально удостоверенное заявление, которое адресовано Обществу. При этом, оригинал данного заявления должен быть передан генеральному директору Общества и (или) иному уполномоченному лицу и находится в самом Обществе.

Сам по себе факт наличия заявления участника Общества о его выходе, которому он не придал официальный ход, не свидетельствует о намерении участника Общества и не подтверждают его волю на выход из Общества.

Выход из Общества по своей правовой форме представляет собой одностороннюю сделку. Согласно п. 2 ст. 154 Гражданского кодекса РФ односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражения воли одной стороны.

Таким образом, для признания односторонней сделки, состоявшейся необходимо наличие воли на ее совершение непосредственно у лица, совершившего данную сделку. Между тем, ФИО3 свою волю на выход из Общества не изъявляла. Данный факт подтверждается отсутствием в Обществе оригинала нотариального заявления на выход из Общества.

Представленное в материалах дела копия заявления участника на выход из Общества 77 АВ 3975539 не может служить достаточным доказательством совершения ФИО3 действий по изъявлению воли на выход из Общества.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Между тем, Истцами не представлено надлежащих доказательств совершения ФИО3 сделки по выходу 12.04.2017 г. из Общества.

Представленное в материалы дела письмо № 023/2017 от 12.04.2017 г., которое якобы было получено СПИГ СПА от имени Общества и содержащее уведомление о том, что ФИО3 в Общество было подано заявление о выходе из Общества, а равно копия сопроводительного письма от 12 апреля 2017 г., таковыми доказательствами не являются, поскольку законом установлено, что единственным доказательством волеизъявления участника Общества на его выход из Общества является оригинал нотариально удостоверенного заявления о выходе участника из Общества. Все остальные доказательства являются недопустимыми и не могут подтверждать выход участника из Общества.

Представленные в судебном заседании копии листов журнала исходящей документации также не являются допустимыми доказательствами и не подтверждают совершение ФИО3 сделки по выходу из Общества, поскольку указанные копии не содержат информацию о получении Обществом заявление участника о выходе из Общества.

Таким образом, Истцами не доказан факт совершения ФИО3 сделки по выходу из Общества.

Истцы в нарушение ч. 9 ст. 75 АПК РФ, обязывающей представлять подлинные документы в случае если обстоятельства дела в силу закона подлежат доказыванию исключительно только такими документами, основывают свои позицию на копиях документов, которые не содержат отметок о принятии их Обществом.

По мимо указанного выше, судом принимается во внимание, что согласно свидетельству о браке от 07.08.2017 г. ФИО3 состоит в брачных отношениях с Изолани Аквилино. Брак заключен 08 сентября 2000 года.

В силу положений ч. 1 ст. 158 Семейного кодекса РФ браки между гражданами Российской Федерации и браки между гражданами Российской Федерации и иностранными гражданами или лицами без гражданства, заключенные за пределами территории Российской Федерации с соблюдением законодательства государства, на территории которого они заключены, признаются действительными в Российской Федерации, если отсутствуют предусмотренные статьей 14 настоящего Кодекса обстоятельства, препятствующие заключению брака.

Согласно ч. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Таким образом, императивной нормой закона для совершения сделки по выходу из Общества установлена обязанность получения нотариального согласия супруга на такой выход, поскольку сделка по выходу из Общества должна быть совершена в нотариальной форме, а также в отношении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации.

ФИО3 при составлении спорного заявления о выходе нотариусом данные положения Семейного кодекса РФ были разъяснены, о чем прямо указано в копии заявлении о выходе из Общества, имеющегося в материалах дела. Таким образом, нотариус г. Москвы поставил ФИО3 в известность, что в случае подачи ей заявления в Общество она должна получить нотариально удостоверенное согласие супруга.

Нотариально удостоверенного согласия на выход из Общества ФИО3 у супруга не получала, и его в известность о составлении у нотариуса заявления о выходе не ставила. При этом, если бы она действительно имела волю на выход из Общества, и подала бы указанное заявление в Общество, ей бы в обязательном порядке было получено нотариальное согласие супруга, так как указанные положения закона ей были в достаточной степени известны. При этом данное нотариальное согласие супруга должно было бы быть подано в Общество совместно с заявлением о выходе участника из Общества.

Таким образом, надлежащих доказательств получения обществом заявления о выходе его из состава участников общества Истцы не представили, в связи с чем, суд отказывает в удовлетворении требований.

Так же не подлежит удовлетворению и требования заявленные к МИФНС № 46 по г.Москве, поскольку, они являются производными от первоначальных.

Руководствуясь ст. ст. 26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. ст. 65, 68, 71, 110, 123, 124, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Заявление представителя ООО «СПИГ-Восток» об отказе от иска и прекращении производства по делу, оставить без удовлетворения.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить ООО «СПИГ-Восток», АО «ФИО2 А.» из дохода Федерального бюджета 6 000 (шесть тыс.) руб. – госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный Апелляционный суд в течении месяца со дня принятия.

Судья Н.А. Константиновская