Гражданский кодекс часть 1

Акционерное общество «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к 1) Компании с ограниченной ответственностью «МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» (далее – ответчик 1), Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по городу Москве (далее – ответчик 2) о признании недействительным Соглашения от 24.03.2017 об отступном к договору подписки акции от 28.02.2017, заключенного между ContentUnionS.A. (Акционерное общество «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.») и MartellataLimited (Компанией с ограниченной ответственностью «МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД») и применении последствий недействительности в виде возврата доли в размере 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб. в уставном капитале ООО «Контент Юнион»; о восстановлении корпоративного контроля ContentUnionS.A. (Акционерное общество «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.») над ООО «Контент Юнион», а именно:

2.1. прекратить право собственности MartellataLimited (Компании с ограниченной ответственностью «МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД») на долю в размере 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб. в уставном капитале ООО «Контент Юнион»;

2.2. признать право собственности ContentUnionS.A. (Акционерного общества «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.») на долю в размере 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб. в уставном капитале ООО «Контент Юнион»;

2.3. обязать МИФНС РФ № 46 по г. Москве исключить из ЕГРЮЛ сведения о MartellataLimited как об участнике ООО «Контент Юнион» и включить сведения в ЕГРЮЛ о ContentUnionS.A. как об участнике ООО «Контент Юнион» с долей в уставном капитале в 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб.;

о признании недействительными решений МИФНС № 46 по г. Москве № 138735А от 03.04.2017 и № 157310А от 12.04.2017, на основании которых в ЕГРЮЛ были внесены записи № 8177746462798 от 03.04.2017 и № 8177746896869 от 12.04.2017 в отношении ООО «Контент Юнион», основывая свои требования на положениях ст. ст. 10, 65.2, 168, 170, 174, 1202 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ.

Требования уточнены истцом в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и приняты судом к рассмотрению.

Определением суда от 08.06.2017 к участию в деле в качестве третьего лица (1), не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Контент Юнион».

Определением суда от 14.12.2017 к участию в деле в качестве третьего лица (2), не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен нотариус города Москвы ФИО1.

Определением суда от 29.03.2018 к участию в деле в качестве третьего лица (3), не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

Третье лицо (2) в заседание суда не явилось, надлежащим образом извещено о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившихся представителей третьего лица.

Ответчик 1 исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве.

Ответчик 2 исковые требования не признает по мотивам, изложенным в отзыве.

Третье лицо (1) поддерживает позицию, изложенную в письменных пояснениях.

Третье лицо (3) поддерживает позицию, изложенную в письменных пояснениях третьего лица (1).

Ответчик (1) заявил ходатайство об оставлении иска без рассмотрения в части требования о признании Соглашения об отступном от 24.03.2017 к договору подписки на акции от 28.02.2017 недействительным в связи с наличием соглашения сторон о передаче спора в Международный арбитражный суд при Международной торговой палате и отсутствием компетенции российского арбитражного суда.

Ходатайство мотивировано тем, что спор о недействительности соглашения об отступном не относится к исключительной компетенции российского арбитражного суда согласно положениям ч. 1 ст. 248 АПК РФ, а пророгационного соглашения о рассмотрении в российском государственном арбитражном суде споров, вытекающих из договора подписки на акции от 28.02.2017 и/или соглашения об отступном от 24.03.2017 стороны не заключали; из договора подписки на акции от 28.02.2017 и соглашения об отступном к нему от 24.03.2017 следует, что они совершены иностранными по отношению к Российской Федерации коммерческими организациями, то есть применительно к положениям российского законодательства спор возник из отношений, осложненным иностранным элементом; в п. 14.2 договора подписки на акции от 28.02.2017 установлено, что любой спор, разногласие или претензия, возникающие из или в связи с настоящим договором, включая любой вопрос относительно его действительности или расторжения, должны быть переданы на рассмотрение и окончательно разрешены в соответствии с правилами Международной торговой палаты и данное соглашение, изложенное в п. 14.2 договора подписки на акции от 28.02.2017, распространяется, в том числе, на отношения сторон, связанные с предоставлением отступного по указанному договору, исключая в этом компетенцию российского государственного арбитражного суда.

В соответствии с п. 5 ст. 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что имеется соглашение сторон о рассмотрении данного спора третейским судом, если любая из сторон не позднее дня для представления своего первого заявления по существу спора в арбитражном суде первой инстанции заявит по этому основанию возражение в отношении рассмотрения дела в арбитражном суде, за исключением случаев, если арбитражный суд установит, что это соглашение недействительно, утратило силу или не может быть исполнено.

Отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд исходит из того, что соглашение об отступном, проверка законности которого является предметом настоящего спора, не содержит третейскую оговорку (арбитражное соглашение).

Согласно положениям ст. 1 Конвенции Организации Объединенных Наций о признании и приведении в исполнение иностранных арбитражных решений каждое договаривающееся государство признает письменное соглашение, по которому стороны обязуются передавать в арбитраж все или какие-либо спора, возникшие или могущие возникнуть между ними в связи с каким-либо конкретным договорным или иным правоотношением, объект которого может быть предметом арбитражного разбирательства. В силу ст. 2 названной Конвенции письменное соглашение включает арбитражную оговорку в договоре, или арбитражное соглашение, подписанное стонами, или содержащееся в обмене письмами или телеграммами. По смыслу изложенных положений, соглашение, на основании которого споры могут быть переданы в арбитраж, являются только оговорка в самом договоре, отдельное арбитражное соглашение или соглашение, содержащееся в письмах и телеграммах. Однако, как указано выше, в соглашении об отступном, являющемся самостоятельной сделкой (договором), не содержится арбитражной оговорки и ответчиком не представлено отдельного арбитражного соглашения или каких-либо писем, телеграмм, содержащих такое соглашение.

Кроме того, спор по своему характеру является корпоративным, поскольку связан с принадлежностью доли в российском юридическом лице (ООО «Контент Юнион»), являющемся коммерческой организацией, созданной по законодательству и на территории Российской Федерации, в связи с чем суд полагает, что на основании п. 2 ст. 225.1, ч. 4.1 ст. 38 АПК РФ к заявленным требованиям применимы правила об исключительной подсудности: исковое заявление должно быть подано в арбитражный суд по месту нахождения Общества, то есть в Арбитражный суд города Москвы.

Также суд учитывает, что спор связан с оспариванием решений регистрирующего органа, наделенного публичными полномочиями, поэтому относится к исключительной подведомственности арбитражных судов Российской Федерации.

Согласно ч. 2 ст. 225.1 АПК РФ споры, связанные с оспариванием ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда.

Материально-правовые требования истца по данному делу направлены на восстановление корпоративного контроля в отношении доли в уставном капитале ООО «Контент Юнион», являющегося российским юридическим лицом.

Корпоративные споры, как установлено положениями ч. 5 ст. 225.1 АПК РФ, могут быть переданы на рассмотрение только третейским судам, администрируемым постоянно действующим арбитражным учреждением.

В соответствии со ст. 44 Федерального закона от 29.12.2015 № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» (далее – Закон № 382-ФЗ), постоянно действующее арбитражное учреждение вправе осуществлять свою деятельность при условии получения некоммерческой организацией, при которой оно создано, права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения, предоставляемого актом Правительства Российской Федерации.

Согласно п. 3 ст. 44 Закона № 382-ФЗ для целей указанного закона иностранные арбитражные учреждения признаются постоянно действующими арбитражными учреждениями при условии получения ими права на осуществление функций постоянно действующего арбитражного учреждения в соответствии со ст. 44 Закона № 382-ФЗ.

В соответствии с п. 7 ст. 45 Закона № 382-ФЗ споры, связанные с созданием в РФ юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, могут рассматриваться только в рамках арбитража, администрируемого постоянно действующим арбитражным учреждением. Указанные споры, включая споры по искам участников юридического лица в связи с правоотношениями юридического лица с третьим лицом, если у участников юридического лица есть право на подачу таких исков в соответствии с федеральным законом, могут рассматриваться в рамках арбитража, администрируемого постоянно действующим арбитражным учреждением в соответствии с утвержденными, размещенными и депонированными правилами арбитража корпоративных споров, в порядке, установленном указанным законом. Споры, предусмотренные п. п. 2 и 6 ч. 1 ст. 225.1 АПК РФ, могут рассматриваться в рамках арбитража, администрируемого постоянно действующим арбитражным учреждением при отсутствии правил арбитража корпоративных споров.

Поэтому третейский суд, который имеет право рассматривать корпоративные споры в отношении долей/акций юридических лиц, созданных на территории Российской Федерации, что имеет место быть в данном случае в отношении ООО «Контент Юнион», правомочен рассматривать такие споры только в рамках арбитража, администрируемого постоянно действующим арбитражным учреждением.

Однако доказательств наличия указанных обстоятельств суду не представлено.

С учетом изложенного, суд не находит правовых оснований для удовлетворения ходатайства ответчика (1) об оставлении искового заявления в части без рассмотрения.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению в связи со следующим.

Из материалов дела следует, что Акционерное общество «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» являлось участником ООО «Контент ФИО9» (сокращенное наименование ООО «Контент Юнион») с долей в уставном капитале в размере 19,99%.

Между АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» в лице ФИО2, действующего на основании устава АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» от 14.09.2010 и Выписки из Реестра коммерсантов и обществ Люксембурга, выданного управляющим Реестром коммерсантов и обществ ФИО10 14.03.2017, Апостиль проставлен в Великом герцогстве Люксембург № V-20170315-57808, 15.03.2017, и МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД в лице поверенного ФИО11 было заключено Соглашение от 24.03.2017 об отступном к договору подписки на акции от 28.02.2017, заключенному между АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» (Должник) и МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД (Кредитор).

По данному соглашению Должник представляет Кредитору отступное в порядке и на условиях, определенных Соглашением (п. 1.1) в счет исполнения обязательства, вытекающего из договора подписки на акции, заключенного 12.02.2017 между Должником и Кредитором, условия которого изложены в п. 1.2 Соглашения,

Сведения об обязательстве, в счет исполнения которого предоставляется отступное:

- сумма основного долга (п.п. 2.1. и 3.3. Договора): 180 000 Евро;

- срок исполнения обязательства (п.2.1. Договора): 14 марта 2017г.

- ответственность за просрочку исполнения обязательства на дату подписания Соглашения (п.1.2 Соглашения).

С момента предоставления отступного обязательство Должника, поименованное в п. 1.2 Соглашения, прекращается частично, на сумму 165 000 Евро. Оставшаяся часть обязательства Должника оплачивается в срок до 18.10.2017 включительно (п. 1.3 Соглашения).

Согласно п. 2.1 Соглашения в качестве отступного по Соглашению Должник передает Кредитору следующее имущество: принадлежащую Должнику долю в размере 19,99% уставного капитала ООО «Контент ФИО9», номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб.

В соответствии с п. 2.2 Соглашения стороны оценили передаваемую долю в стоимость 165 000 Евро, что на день заключения Соглашения составляло 10 245 823,50 руб.

По мнению истца, данное соглашение является мнимой сделкой, совершенной без намерения создать соответствующие правовые последствия. Истец считает, что соглашение было заключено с целью лишить АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» права на участие в ООО «Контент Юнион». На момент совершения сделки волеизъявление сторон не было направлено на прекращение обязательств истца, поскольку долг на сумму 180 000 Евро является искусственно созданной у истца задолженностью с целью заключения Соглашения об отступном и передачи доли участника в ООО «Контент Юнион».

Истец также полагает, что соглашение об отступном является недействительной сделкой, совершенной с нарушением ст. 10 ГК РФ. В соответствии с законодательством Люксембурга, ФИО2, являясь одним из директоров истца, не мог заключить Соглашение об отступном единолично. Подписанием оспариваемого Соглашения истцу причинены убытки, поскольку произошло отчуждение доли в ООО «Контент Юнион» по заниженной стоимости.

В соответствии со ст. 1202 ГК РФ личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо.

На основе личного закона юридического лица определяются, в частности: статус организации в качестве юридического лица; организационно-правовая форма юридического лица; требования к наименованию юридического лица; вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства; содержание правоспособности юридического лица; порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей; внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками; способность юридического лица отвечать по своим обязательствам; вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам (п. 2 ст. 1202 ГК РФ).

Таким образом, порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей, в том числе наличие или отсутствие воли на совершение сделки, определяется на основании личного закона юридического лица.

В соответствии с п. 1 ст. 1211 ГК РФ, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве, к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.

В силу п. 1 ст. 1211 ГК РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или другим законом, при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, где на момент заключения договора находится место жительства или основное место деятельности стороны, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора.

Стороной, которая осуществляет исполнение, имеющее решающее значение для содержания договора, признается сторона, являющаяся, в частности: продавцом - в договоре купли-продажи (п. 1 п. 2 ст. 1211 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1215 ГК РФ, правом, подлежащим применению к договору в соответствии с правилами ст. ст. 1210-1214, 1216 названного Кодекса, определяются, в частности: толкование договора; права и обязанности сторон договора; исполнение договора; последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора; прекращение договора; последствия недействительности договора.

Так, согласно п. 4.1 Соглашения об отступном во всем, что не предусмотрено Соглашением, стороны руководствуются законодательством Российской Федерации.

Кроме того, в п. п. 3.9, 3.11, 313 Соглашения об отступном стороны ссылаются на применение положений российского законодательства.

С учетом изложенного суд считает, что оспариваемое Соглашение об отступном подчинено законодательству Российской Федерации и к спорным правоотношениям подлежат применению нормы российского законодательства, в том числе, нормы права, указываемые истцом в иске правовым основанием предъявленных требований.

Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки в качестве защиты гражданских прав осуществляются в соответствии со ст. ст. 166 - 181 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 названной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой. Если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 ст. 174 ГК РФ установлено, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

Соглашение об отступном от 24.03.2017 подписано от имени АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» ФИО2, действующим как член Совета директоров АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.».

Сделка удостоверялась нотариусом, которому был представлен пакет документов, копии которого представлены в материалы настоящего дела.

Так, нотариусу была представлена копии Уставов АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» с переводами на русский язык с английского и французского языков (т. 5 л.д. 13-52). Между тем, переводы ст. 13 Устава на русский язык с английского и французского языков не согласуются друг с другом.

Согласно ст. 13 Устава истца (перевод с английского) «юридически обязывающий характер договоров общества создается совместными подписями двух (2) директоров, или единой подписью управляющего директора, или единой подписью любых лиц, которым совет директоров предоставляет такую доверенность на право подписания документов» (т. 5 л.д. 39).

Согласно ст. 13 Устава истца (перевод с французского) «обязательство общества устанавливается единоличной подписью каждого директора или единоличной подписью любого (любых) другого (других) лица (лиц), которому (которым) такие полномочия предоставлены советом директоров (т. 5 л.д. 47).

Следовательно, факт наличия полномочий у лица, действовавшего от имени истца, устанавливался на основании документов, содержащих в себе противоречия.

Кроме того, в Выписке из реестра коммерсантов и предприятий Люксембурга от 14.03.2017 в отношении АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.», представленной нотариусу при заключении соглашения об отступном, указано, что компания принимает на себя обязательства индивидуальной подписи каждого управляющего или индивидуальной подписью любого (ых) лица (лиц), которое будет уполномочено (ы) на это правлением. Если правление состоит из одного (1) члена, Компания будет принимать обязательства на основании его индивидуальной подписи (т. 4 л.д. 139).

В период подписания Соглашения об отступном в состав Совета директоров АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» кроме ФИО2 входили еще три члена Совета директоров.

В отношении протокола заседания совета директоров истца от 18.07.2016 № 50, суд не может принять его как достаточного самого по себе документа для подтверждения полномочий лица.

В соответствии с п. 1 ст. 185.1 ГК РФ доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами, должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Соглашение об отступном требовало нотариальной формы совершения сделки, в связи с чем полномочия на ее совершение также требовали соблюдения нотариальной формы.

Ссылка ответчика (1) и третьих лиц на протокол Совета директоров от 13.09.2016 является несостоятельной, поскольку из содержания данного протокола усматривается, что было принято решение только о реструктуризации активов в соответствии с изменениями в законодательстве Российской Федерации, а не одобрение сделки по отчуждению 19,99% доли в уставном капитале ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН». Указанное подтверждается нотариально удостоверенными заявлениями директоров АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.».

С учетом изложенного, суд согласен с доводом истца о том, что у ФИО2 отсутствовали полномочия на совершение Соглашения об отступном, о чем не могло не быть известно его контрагенту - МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД.

Кроме того, в соответствии с п. 13 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» при совершении сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, проверяются, в том числе, полномочия отчуждающего их лица на распоряжение такими долей или частью доли.

Таким образом, подлежит проверке наличие у лица, отчуждающего долю, "полномочий по распоряжению ею", а точнее - факт принадлежности доли самому отчуждателю. Проверка заключается в истребовании у лица, отчуждающего долю, документов, на основании которых он эту долю приобрел. Такими документами являются нотариально удостоверенный договор и выписка из ЕГРЮЛ, а для случаев, когда доля была изначально приобретена по основаниям, не требующим нотариального удостоверения (например, ввиду правопреемства), документы, подтверждающие эти обстоятельства.

Одной из мер, направленных против недобросовестных участников оборота, - является проставление отметки об отчуждении доли на оригинале договора, по которому эту долю ранее приобрел продавец.

Как указывает истец, он приобрел долю в уставном капитале ООО «Контент Юнион» на основании договора купли-продажи доля от 01.11.2007. Однако оригинал указанного договора не мог быть предоставлен при удостоверении соглашения об отступном от 24.03.2017, поскольку оригинал договора от 01.11.2007 хранится по месту нахождения истца в Люксембурге и на момент совершения сделки находился вне территории РФ.

В соответствии с п. 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Таким образом, п. 2 ст. 174 ГК РФ определяет основания признания недействительными сделок, совершенных хотя и в пределах полномочий представителя (в том числе лица, выполняющего функции органа юридического лица), но в ущерб интересам представляемого.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало недобросовестность контрагента, которая может иметь место как в ситуациях, когда контрагент знал или должен был знать о явном ущербе для представляемого, так и в случае, когда имели место обстоятельства, которые свидетельствуют о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого.

Как разъяснено в п. 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Из представленных в материалы дела документов следует, что с переходом доли в размере 19,99% в уставном капитале ООО «Контент Юнион» к КОО «Мартеллата лимитед» истцу причинены убытки, в отчете № 024/17 ООО «Искра Солюшнс» об оценке рыночной стоимости 19,99% доли в уставном капитале «Мартеллата лимитед» оценщиком установлено, что по состоянию на 24.03.2017 и 03.04.2017 итоговая величина рыночной стоимости объекта оценки составляет 420 000 000 руб. (т. 12 л.д. 1-117), то есть рыночная стоимость доли превысила установленную в Соглашении об отступном стоимость более чем в 40 раз.

Достоверность и соответствие законодательству об оценочной деятельности Отчета №02417 подтверждается экспертным заключением №721/18 Международной саморегулируемой некоммерческой организацией – некоммерческим партнерством «Общество профессиональных экспертов и оценщиков».

В соответствии с положениями ст. 17.1 Федерального закона от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» под экспертизой отчета понимаются действия эксперта или экспертов саморегулируемой организации оценщиков в целях формирования мнения эксперта или экспертов в отношении отчета, подписанного оценщиком или оценщиками, о соответствии требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности (в том числе требованиям настоящего Федерального закона, федеральных стандартов оценки и других актов уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности), а в случае проведения экспертизы отчета об определении рыночной стоимости объекта оценки также о подтверждении рыночной стоимости объекта оценки, определенной оценщиком в отчете. Результатом экспертизы отчета является положительное или отрицательное экспертное заключение, подготовленное экспертом или экспертами саморегулируемой организации оценщиков.

Положительным экспертным заключением признается экспертное заключение, содержащее вывод о соответствии отчета требованиям законодательства Российской Федерации об оценочной деятельности (в том числе требованиям настоящего Федерального закона, федеральных стандартов оценки и других актов уполномоченного федерального органа, осуществляющего функции по нормативно-правовому регулированию оценочной деятельности), стандартов и правил оценочной деятельности, а в случае проведения экспертизы отчета об определении рыночной стоимости объекта оценки или в случаях, установленных федеральными стандартами оценки, также вывод о подтверждении стоимости объекта оценки, определенной оценщиком в отчете.

Таким образом, достоверность и соответствие законодательству об оценочной деятельности Отчета №02417, а, следовательно, рыночная стоимость доли в размере 19,99% в уставном капитале ООО «Контент Юнион» подтверждена в установленном законодательством порядке.

Согласно отчету об оценке от 10.08.2017, проведенной в Люксембурге, стоимость доли в размере 19,99% по состоянию на апрель 2017 года составляет 7 200 000 долларов США, что также превышает стоимость, по которой доля была отчуждена (т. 12 л.д. 124-128).

Представленные истцом доказательства в отношении отчуждения доли в уставном капитале ООО «Контент Юнион» свидетельствуют о заведомо невыгодных условиях для истца и КОО «Мартеллата лимитед» знала об указанных обстоятельствах.

Аудиторский анализ Отчета ООО «Искра Солюшнс», подготовленный аудиторской компанией ЕвроПрофАудит, не может опровергать выводы оценщика и экспертного заключения СРО, поскольку аудиторская оценочная деятельность различны, регулируются различными актами (Федеральным законом от 29.07.1998 №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и Федеральным законом от 30.12.2008 № 307-ФЗ «Об аудиторской деятельности».

Также истец, оспаривая соглашение об отступном, ссылается на мнимость сделки.

Ответчик (1) и третьи лица считают, что действительная воля и волеизъявление сторон соглашения об отступном совпадали, в том числе, поскольку сторонами сделки фактически исполнены обязательства.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. При совершении мнимой сделки у сторон отсутствует намерение по ее исполнению, такая сделка является ничтожной.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», судам следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом, осуществление сторонами мнимой сделки для вида ее государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Исходя из толкования, которое придается правоприменительной практикой, следует, что мнимость заключается не в том, что действительная воля сторон была направлена на сохранение существующих отношений, а в том, что воля сторон вообще не была направлена на создание хозяйственных отношений, а для придания видимости их существования заключена мнимая сделки.

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 указано, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достигнуть заявленных результатов. Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

При наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При рассмотрении вопроса о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям.

Согласно ст. 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного – уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Суд соглашается с мнением истца, что у сторон не было намерения прекратить обязательство по оплате акций  КОО «Мартеллата лимитед», а преследовалась иная цель, не связанная с прекращением обязательства.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Из представленным в материалы дела доказательств усматривается, что целью заключения Соглашения об отступном явилось не исполнение вытекающих из договора подписки на акции КОО «Мартеллата лимитед» обязательств, а лишение истца права на участие в ООО «Контент Юнион», сделка заключалась с намерением причинить вред истцу.

При этом суд исходит из следующего.

За короткий промежуток времени был последовательно заключен ряд сделок, приведших к лишению истца его актива и права на участие в ООО «Контент Юнион».

Так, 28.02.2017 между АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» в лице ФИО2 и компанией «Мартеллата лимитед» было заключено соглашение о подписке на 9 акций компании «Мартеллата лимитед», согласно которому у АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» возникла обязанность оплатить 180 000 Евро.

Требование о выплате указанной суммы было оформлено письмом от 15.03.2017, однако доказательств его получения АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» по адресу юридического офиса в г. Люксембург суду не представлено.

Однако, уже на следующий день 16.03.2017 от имени АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» ФИО2 направляет в адрес компании «Мартеллата лимитед» письмо-оферту с предложением погасить часть долга в размере 165 000 Евро путем передачи 19,99% доли в уставном капитале ООО «Контент Юнион» и 24.03.2017 уже было заключено оспариваемое истцом соглашение об отступном.

Как указывает истец, при таких условиях совершения сделки усматривается  искусственное создание факта неоплаты 180 000 Евро, известного ФИО2 и компании «Мартеллата лимитед». Вместе с тем, группа истца в финансировании не нуждалась, ей были доступны значительные средства.

Так, между истцом (займодавец) и ООО «Контент Юнион» (заемщик), начиная с 2010 года имелись длительные заемные отношения в рамках договора от 01.11.2010 №3/2010/ЗМ, и по дополнительному соглашению от 04.10.2016 по сравнению с предыдущим соглашением от 19.07.2016 сумма займа увеличилась с 5 680 000 долларов США до 9 880 000 долларов США, а впоследствии по дополнительному соглашению от 18.11.2016 – до 13 080 000 долларов США (т. 9 л.д. 78-95). При этом, все указанные дополнительные соглашения со стороны займодавца - АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» были подписаны ФИО2

Таким образом, при наличии у истца действительного намерения приобрести 9 акций компании «Мартеллата лимитед», истец имел финансовую возможность выплатить 180 000 евро и не допустить просрочку оплаты.

При этом, приобретенные в столь короткие сроки и оплаченные, в том числе, посредством заключения оспариваемого Соглашения об отступном 9 акций компании «Мартеллата лимитед», уже 09.04.2017, то есть спустя месяц после приобретения, были реализованы АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» в лице ФИО2 по договору купли-продажи юридическому лицу, в котором ФИО2 является генеральным директором.

С учетом всей хронологии событий, суд приходит к выводу о том, что данные действия осуществлены для создания видимости реальных хозяйственных отношений, не обусловлены предпринимательскими целями (получение прибыли), экономической целесообразностью и интересами АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.», которое вместо владения долей в уставном капитале ООО «Контент Юнион» в размере 19,99%, позволяющей влиять на принятие решений в обществе, стало обладателем (на короткий срок) 9 акциями компании «Мартеллата лимитед», приобретение которых не может служить доказательством разумной цели отчуждения доли в ООО «Контент Юнион», учитывая более чем миноритарный характер 9 акций, которые составляют 0,89% от уставного капитала компании «Мартеллата лимитед» и не предоставляли возможности учета мнения их владельца при принятии каких-либо корпоративных и иных решений в компании, что подтверждается Уставом компании «Мартеллата лимитед» (т. 4 л.д. 56-133). Данное обстоятельство также представляет собой очевидный ущерб и отсутствие реальной цели взаимодействия между истцом и компанией «Мартеллата лимитед».

Доводы о том, что отчуждение доли обусловлено планом по реструктуризации, судом также не принимаются.

Указывая, что отчуждение доли в уставном капитале ООО «Контент Юнион» в размере 19,99% являлось частью заранее согласованного плана по реструктуризации, который предусматривал отчуждение истцом 100% доли в ООО «Контент Юнион», ответчик (1) и третье лицо не пояснили суду о причинах невозможности ее отчуждения посредством сделки, условия которой были бы более понятны и прозрачны.

Кроме того, данные доводы судом отклоняются и по следующим основаниям.

Вопреки доводам ответчика 1 и третьих лиц о необходимости и экономической целесообразности отчуждения доли в размере 19,99% в уставном капитале ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН» в связи с приведением структуры собственности в соответствие с законом, законодательство требовало снижения доли участия иностранного лица до 20%, и именно такой долей владел истец (19,99%), в связи с чем отчуждение этой доли не согласуется с мотивом приведения структуры собственности в соответствие с требованиями законодательства. Более того, законодательство о СМИ требовало осуществления указанных действий до 01.01.2017, в то время как отчуждение доли МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД произошло уже в апреле 2017 года.

Кроме того, из представленных истцом в материалы дела документов следует, что самим ФИО2 признавалось, что результатом проведенной реструктуризации является сохранение долей в размере 19,99% в уставном капитале ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН» в собственности у АО «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.».

Истцом в материалы дела представлена электронная переписка, наличие которой не оспаривается представителем ФИО2 в письменных объяснениях.

Так, в письме от 29.09.2016 и в приложении к письму от 30.09.2016 ФИО2 указывал, что истец будет являться собственником 19,99% долей в уставном капитале ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН», что подтвердил в письме от 14.10.2016.

Впоследствии, письмом от 10.11.2016 ФИО2 сообщил директорам истца о том, что 10.11.2016 реструктуризация завершена, с учетом сведений ЕГРЮЛ по состоянию на 10.11.2016 так и после участником ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН» с долей владения 19,99% являлся истец.

В письме от 20.02.2017 ФИО2 указал, что реструктуризация ООО «КОНТЕНТ ЮНИОН» завершена, приложив структуру собственности по результатам реструктуризации, из которой следует, что 19,99% находится в собственности у истца.

Исследовав и оценив по правилам ст. 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь положениями ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ, суд считает, что Соглашение об отступном от 24.03.2017 является недействительной (ничтожной) сделкой по причине мнимости и совершения со злоупотреблением правом, в отсутствие разумной экономической целесообразности, условиях скрытности информации о ее совершении, отчуждения доли по заниженной цене, в течение небольшого промежутка времени.

С учетом изложенного, суд также считает правомерными и подлежащими удовлетворению требования истца, заявленные в целях восстановления положения истца существовавшего до нарушения его права (восстановление права корпоративного контроля над обществом), путем признания права собственности Акционерного общества «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» на долю в размере 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323 руб. 20 коп. в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Контент Юнион» с прекращением права собственности Компании с ограниченной ответственностью«МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» на указанную долю.

В отношении требований истца, предъявленных (с учетом уточнения) к МИФНС № 46 по г. Москве), суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с абзацем 1 п. 14 ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» нотариусом ФИО1 В МИФНС № 46 по г.Москве было направлено заявление установленной формы о внесении изменений в ЕГРЮЛ в части сведений о владельце доли в размере 19,99% в уставном капитале ООО «Контент Юнион».

На основании данного заявления МИФНС № 46 по г. Москве приняты решения №138735А от 03.04.2017 и № 157310А от 12.04.2017, на основании которых в ЕГРЮЛ внесены записи № 8177746462798 от 03.04.2017 и № 8177746896869 от 12.04.2017 в отношении ООО «Контент Юнион».

В соответствии со ст. ст. 12, 13 ГК РФ, одним из способов защиты прав является признание недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно ч. 4 ст. 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу ст. 1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон о государственной регистрации) государственной регистрацией юридических лиц являются акты уполномоченного федерального органа исполнительной власти, осуществляемые посредством внесения в государственный реестр сведений о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц и иных сведений о юридических лицах.

Согласно п. 4.1 ст. 9 Закона о государственной регистрации регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных указанным Законом.

В соответствии с п. 1.2 статьи 9 Закона о государственной регистрации необходимые для государственной регистрации заявление, уведомление или сообщение представляются в регистрирующий орган по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, и удостоверяются подписью заявителя, подлинность которой должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке, если иное не установлено настоящим пунктом. При этом заявитель указывает свои паспортные данные или в соответствии с законодательством Российской Федерации данные иного удостоверяющего личность документа и идентификационный номер налогоплательщика (при его наличии).

Из материалов дела усматривается, что заявление установленной формы подано в МИФНС № 46 по г. Москве нотариусом в электронном виде и удостоверено усиленной электронной подписью.

Поскольку изменения в ЕГРЮЛ в части сведений о владельце доли в размере 19,99% в уставном капитале ООО «Контент Юнион» внесены на основании недействительной сделки, следует удовлетворить требование истца о признании решений регистрирующего органа о внесении изменений в сведения ЕГРЮЛ недействительными, несмотря на то, что формально регистрирующий орган действовал правомерно (осуществил регистрацию при представлении заявителем всех документов, требуемых Законом о государственной регистрации).

При таких обстоятельствах неосведомленность регистрирующего органа об обстоятельствах смены владельца доли на момент принятия соответствующих решений и внесения записи в ЕГРЮЛ правового значения для разрешения настоящего спора не имеет.

Решения МИФНС № 46 по г. Москве государственной регистрации вносимых изменений в сведения в отношении ООО «Контент Юнион» нарушают права истца.

Из этого следует, что требование истца о признании недействительными решений о государственной регистрации изменений в сведения об ООО «Контент Юнион» является обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Требования истца в части обязания МИФНС РФ № 46 по г. Москве исключить из ЕГРЮЛ сведения о MartellataLimited как об участнике ООО «Контент Юнион» и включить сведения в ЕГРЮЛ о ContentUnionS.A. как об участнике ООО «Контент Юнион» с долей в уставном капитале в 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323,20 руб. удовлетворению не подлежат.

В соответствии с п. 1 ст. 11 Закона о государственной регистрации решение о, принятое регистрирующим органом, является основанием внесения соответствующей записи в соответствующий государственный реестр.

Вносимые в ЕГРЮЛ записи имеют правоподтверждающее значение, записи вносятся по результатам проведения государственной регистрации юридических лиц (изменений содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридических лицах), и не являются ненормативными (распорядительными) правовыми актами.

Соответствующая запись производится на основании решения регистрирующего органа о государственной регистрации изменений.

В силу ч. 1 ст. 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд, оценив все имеющиеся доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в ч. 2 ст. 71 АПК РФ и другие положения Кодекса, признает обоснованными исковые требования в части.

Допущенная в резолютивной части арифметическая ошибка при распределении государственной пошлины по уточненному иску подлежит исправлению в порядке ст. 179 АПК РФ.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, статьями 4, 9, 27, 41, 49, 63-65, 69, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 148 156, 167-171, 176, 180, 181, 198, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Ходатайство Компании с ограниченной ответственностью«МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» об оставлении искового заявления без рассмотрения в части, оставить без удовлетворения.

Признать недействительным Соглашение от 24.03.2017 об отступном к договору подписки на акции от 28.02.2017, заключенное между Акционерным обществом «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» и Компанией с ограниченной ответственностью«МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» и применить последствия недействительности, восстановив корпоративный контроль Акционерного общества «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.», над Обществом с ограниченной ответственностью «Контент Юнион» (ОГРН <***>, ИНН <***>), путем признания права собственности Акционерного общества «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» на долю в размере 19,99% номинальной стоимостью 10 115 323 руб. 20 коп. в уставном капитале Общества с ограниченной ответственностью «Контент Юнион» (ОГРН <***>, ИНН <***>) с прекращением права собственности Компании с ограниченной ответственностью«МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» на указанную долю.

Признать недействительными решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (ОГРН <>, ИНН <>) от 03.04.2017 №138735А и от 12.04.2017 №157310А, на основании которых в ЕГРЮЛ были внесены записи от 03.04.2017 №8177746462798 и от 12.04.2017 №8177746896869 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Контент Юнион» (ОГРН <>, ИНН <>).

В остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с Компании с ограниченной ответственностью«МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД» в пользу Акционерного общества «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 000 (Двенадцать тысяч) руб.

Вернуть Акционерному обществу «КОНТЕНТ ЮНИОН С.А.» из федерального бюджета часть госпошлины в размере 6 000 (шесть тысяч) рыб., перечисленной по чеку-ордеру от 29.05.2017 (плательщик ФИО3)

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства, в Девятом арбитражном апелляционном суде, в течение месяца после его принятия судом.

СУДЬЯ: Н.В. Бушмарина

Гражданский кодекс часть 1

Гражданский кодекс часть 2

Гражданский кодекс часть 3

Гражданский кодекс часть 4

Решение № А40-97888/2017-104-674 от 07.06.2018 АС города Москвы

к Компании с ограниченной ответственностью «МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Компании с ограниченной ответственностью «МАРТЕЛЛАТА ЛИМИТЕД», Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве (ОГРН <>, ИНН <>)