Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Бутенко Е.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Михиной Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "НСК-Трейд", г. Новосибирск (ИНН 5410020867) к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов, г. Москва (ИНН 7709576929) о взыскании убытков в размере 3 833 000 руб.,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика: 1) Гулло Анастасия Александровна, г. Новосибирск, 2) судебный пристав-исполнитель отдела судебных приставов по Первомайскому району г. Новосибирска Кушенчереков Руслан Муратович, г. Новосибирск, 3) Шимчук Олег Александрович, г. Новосибирск, 4) Зиновьев Роман Владимирович, г. Новосибирск, 5) Кузнецов Алексей Александрович, г. Новосибирск,

при участии представителей:
от истца – Зезюлин Д.В., по доверенности от 18.09.2019, паспорт,

от ответчика – Чередниченко Д.В., по доверенности от 07.06.2019, 26.07.2019, удостоверение,

от третьих лиц – не явились, извещены,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "НСК-Трейд" (далее – истец, ООО «НСК-Трейд») обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с исковым заявлением к Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов (далее – ответчик) с требованиями, уточненными в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о взыскании 3 833 000 рублей убытков за счет казны Российской Федерации.

Ответчик с заявленными требованиями не согласился по основаниям, изложенным в отзыве, указав, что судебными приставами-исполнителями принимались все возможные меры к исполнению требований исполнительного документа, неоднократно совершались выходы по месту нахождения имущества, составлялись протоколы об административных правонарушениях в отношении лиц, препятствующих исполнению исполнительного документа, давались поручения иным отделам судебных приставов для установления имущества.

Определениями суда от 26.07.2019, 30.08.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены: 1) Гулло Анастасия Александровна, 2) судебный пристав- исполнитель отдела судебных приставов по Первомайскому району г. Новосибирска Кушенчереков Руслан Муратович, 3) Шимчук Олег Александрович, 4) Зиновьев Роман Владимирович, 5) Кузнецов Алексей Александрович.

Третьи лица отзыва на исковое заявление не представили, представителей в судебное заседание не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, возражений относительно рассмотрения дела в свое отсутствие не заявляли.

Представители сторон в судебном заседании поддержали изложенные процессуальные позиции по делу.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Требования истца мотивированы тем, что в связи с ненадлежащим исполнением своих обязанностей, бездействием судебного пристава-исполнителя Гулло А.С. в рамках исполнительного производства № 21552/18/54008-ИП истцу причинены убытки в размере 3 833 000 рублей, поскольку арестованное имущество (транспортные средства) было утрачено.

Ссылаясь на положения ст. 15, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил взыскать с ответчика в счет возмещения причиненного вреда 3 833 000 рублей.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, руководствуясь положениями статей 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает, что требования истца подлежат удовлетворению, при этом основывая свои выводы на следующем.

В соответствии со статьей 2 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве" (далее – Закон № 229-ФЗ) задачами исполнительного

производства являются правильное и своевременное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц, а в предусмотренных законодательством Российской Федерации случаях исполнение иных документов в целях защиты нарушенных прав, свобод и законных интересов граждан и организаций.

Согласно части 1 статьи 5 Закона № 229-ФЗ принудительное исполнение судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на Федеральную службу судебных приставов и ее территориальные органы. Непосредственное осуществление функций по принудительному исполнению судебных актов, актов других органов и должностных лиц возлагается на судебных приставов-исполнителей структурных подразделений территориальных органов Федеральной службы судебных приставов.

В статье 1 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ "О судебных приставах" (далее – Закон № 118-ФЗ) предусмотрено, что на судебных приставов возлагаются задачи по исполнению судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом "Об исполнительном производстве" от 02.10.2007 № 229-ФЗ. Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации (статья 19 Закона № 118-ФЗ).

Пунктами 1 статьи 12, статьи 13 Закона № 118-ФЗ предусмотрено, что в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных Федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав-исполнитель, в частности, принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Судебный пристав обязан использовать предоставленные ему права в соответствии с законом и не допускать в своей деятельности ущемления прав и законных интересов граждан и организаций.

Требования, содержащиеся в исполнительном листе, выданном на основании определения суда об обеспечении иска, должны быть исполнены в день поступления исполнительного листа в подразделение судебных приставов, а если это невозможно по причинам, не зависящим от судебного пристава-исполнителя, - не позднее следующего дня (ч. 6 ст. 36 Закона № 229-ФЗ).

В силу ч. 4 ст. 80 Закона № 229-ФЗ арест имущества должника включает запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости – ограничение права пользования имуществом или изъятие имущества. Вид, объем и срок ограничения права пользования имуществом определяются судебным приставом-исполнителем в каждом случае с учетом свойств имущества, его значимости для собственника или владельца, характера использования, о чем судебный пристав-исполнитель делает отметку в постановлении о

наложении ареста на имущество должника и (или) акте о наложении ареста (описи имущества).

Движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым Федеральной службой судебных приставов или ее территориальным органом заключен договор. Хранение документов, подтверждающих наличие и объем имущественных прав должника, а также движимого имущества может осуществляться в подразделении судебных приставов при условии обеспечения их сохранности (ч. 2 ст. 86 Закона № 229-ФЗ).

Иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств – ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

Согласно пункту 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2015 № 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства" по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно- следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава- исполнителя и причинением вреда. То обстоятельство, что действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя не были признаны незаконными в отдельном судебном производстве, не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного этими действиями (бездействием), и их законность суд оценивает при рассмотрении иска о возмещении вреда.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить причиненные убытки.

В силу правил статьи 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ).

Согласно Положению о Федеральной службе судебных приставов (утверждено Указом Президента РФ от 13 октября 2004 г. № 1316), ФССП России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание центрального аппарата ФССП России и территориальных органов, а также на реализацию возложенных на нее функций.

Согласно подп. 1 п. 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Таким образом, по смыслу статьи 125 и статьи 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей, за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает ФССП России как главный распорядитель бюджетных средств. Следовательно, требования предъявлены истцом к надлежащему ответчику.

В силу положений ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

В силу п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» в соответствии со статьей 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, в предмет и пределы доказывания по искам о возмещении ущерба входят как виновные противоправные действия ответчика, так и наличие ущерба (реального ущерба или упущенной выгоды) и причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) ответчика и ущербом.

При разрешении спора о возмещении убытков, причиненных гражданину или юридическому лицу в результате действия (бездействия) государственных органов, суду необходимо установить состав правонарушения, включающий факт наступления вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными для истца последствиями, а также размер ущерба. Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов.

Как разъяснено в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами», тот факт, что ненормативный правовой акт не был признан в судебном порядке недействительным, а решение или действия (бездействие) государственного органа – незаконными, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким актом, решением или действиями (бездействием). В названном случае суд оценивает законность соответствующего ненормативного акта, решения или действий (бездействия)

государственного или муниципального органа (должностного лица) при рассмотрении иска о возмещении вреда.

Требуя возмещения вреда, истец обязан представить доказательства, обосновывающие противоправность акта, решения или действий (бездействия) органа (должностного лица), которыми истцу причинен вред. При этом бремя доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия такого акта или решения либо для совершения таких действий (бездействия), лежит на ответчике.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое участвующее в деле лицо должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований либо возражений.

При рассмотрении настоящего дела суд приходит к выводу, что истцом доказано, что имеются основания для взыскания с Российской Федерации убытков, причиненным незаконными действиями судебного пристава-исполнителя.

Так, из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.04.2018 по делу № А45-30827/2017 общество с ограниченной ответственностью «НСК-Трейд» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден Зезюлин Илья Александрович.

Согласно ответу УГИБДД по г. Новосибирску на запрос конкурсного управляющего за должником зарегистрированы транспортные средства, в том числе:

С даты утверждения конкурсного управляющего конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника (п. 2 ст. 128 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу материальных и иных ценностей конкурсному управляющему (п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве).

Все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу (п. 1 ст. 131 Закона о банкротстве).

В связи с неисполнением бывшим руководителем должника Криволаповым К.В. своей обязанности по передаче транспортных средств конкурсному управляющему последний обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением об истребовании у бывшего руководителя должника Криволапова К.В. указанных выше транспортных средств. Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.05.2018 по делу № А45-30827/2017 заявление удовлетворено, у Криволапова К.В. истребованы вышеуказанные транспортные средства, возложена обязанность по передаче истребованного имущества конкурсному управляющему ООО «НСК-Трейд» Зезюлину И.А.

В связи с тем, что Криволапов К.В. в нарушение судебного акта указанное имущество не передал, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о принятии обеспечительных мер.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.05.2018 по делу № А45-30827/2017 ходатайство конкурсного управляющего удовлетворено, приняты обеспечительные меры в виде наложении ареста на имущество: 1. Специализированный автомобиль (лесовоз) 691310 на шасси Скания, 2011 года выпуска, VIN X89591310B0CS5003, государственный регистрационный знак А253ОО154. 2. Прицеп (лесовоз) ТУДРАУЛРS4Ь8С34, 1990 года выпуска, VIN 510200130154, государственный регистрационный знак НО077554. 3. Специализированный автомобиль с манипулятором, проблесковыми маячками желтого цвета 591210, 2011 года выпуска, VIN X89591210B0CS6015, государственный регистрационный знак А275ХК154. 4. Прицеп 912200, 2011 года выпуска, VIN X89912200B0CS6025 государственный регистрационный знак НО253554. 5. Грузовой автомобиль МАЗ, 2011 года выпуска, VIN X89MAЗS2DB0DF8022, государственный регистрационный знак К333ВВ29.

исполнительного производства конкурсный управляющий просил передать ему арестованное имущество.

В рамках указанного исполнительного производства судебным приставом- исполнителем ФИО1 28.05.2018 совместно с представителем взыскателя ФИО2 был осуществлен выход по месту нахождения имущества адресу г. Новосибирск, ул. 1- я Механическая, д. 18/1, что подтверждается соответствующим актом о совершении исполнительных действий.

В ходе данного выхода обнаружено следующее имущество: 1. Специализированный автомобиль (лесовоз) 691310 на шасси Скания, 2011 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***> 2. Специализированный автомобиль с манипулятором, проблесковыми маячками желтого цвета 591210 («ВОЛЬВО»), 2011 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>. 3. Прицеп (лесовоз) ТУДРАУЛРS4Ь8С34, 1990 года выпуска, VIN 510200130154, государственный регистрационный знак <***>. 4. Прицеп 912200, 2011 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***>.

Арест на транспортные средства не накладывался по причине невозможности идентифицировать транспортные средства, так как ключей от автомобилей не обнаружено, о чем свидетельствует акт совершения исполнительных действий от 28.05.2018. Представителю залогодержателю ФИО3 вручено требование о предоставлении ключей в срок до 31.05.2018.

Согласно указанному акту судебный пристав-исполнитель ФИО1 осуществила опись и арест двух транспортных средств: специализированный автомобиль (лесовоз) 691310 на шасси Скания, 2011 года выпуска, VIN <***>, государственный регистрационный знак <***> и специализированный автомобиль с манипулятором, проблесковыми маячками желтого цвета 591210 («ВОЛЬВО»), 2011 года выпуска, VIN

X89591210B0CS6015, государственный регистрационный знак А275ХК154. Предварительная общая стоимость автомобилей указана в размере 1 000 000 рублей.

При этом в отношении первого автомобиля в приложении к акту указано, что оси, колеса и шины отсутствуют, осветительные и сигнальные приборы отсутствуют, стеклоочистителя, зеркала заднего вида отсутствуют; в отношении второго автомобиля указано, что отсутствуют два подкрылка задней оси, имеется замятие топливного бака.

Арестованное имущество передано на ответственное хранение третьему лицу – ФИО3, без права пользования и распоряжения, место хранения – <...>.

Остальное имущество не обнаружено.

Исходя из требований ст. 86 Закона № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель ФИО1 в соответствии с действующим законодательством не имела права передавать транспортные средства на ответственное хранение не конкурсному управляющему ООО «НСК-Трейд» ФИО4 (взыскателю), как это было предписано судебными актами, а третьему лицу – ФИО3

При этом довод ответчика о том, что названный акт описи и ареста признан незаконным и отменен постановлением от 13.06.2018 в данном случае значения не имеет, поскольку не отменяет того обстоятельства, что ранее имущество было обнаружено, на него наложен арест и оно передано на ответственное хранение ненадлежащему лицу. При этом постановление от 13.06.2018, как следует из его содержания, вынесено по жалобе истца со ссылкой на то, что имущество передано на хранение ненадлежащему лицу. Отмена акта описи и ареста законодательством об исполнительном производстве не предусмотрена. Признание ответчиком того факта, что имущество передано на хранение ненадлежащему лицу, не освобождает ответчика от ответственности за обеспечение сохранности названного имущества. Как следует из пояснений представителя ответчика, после отмены акта описи автомобили не были возвращены ответственным хранителем ФИО3, которому они были переданы на хранение судебным приставом.

ключи находятся у доверителей Шимчука О.А., Зиновьева Р.В., которые в настоящее время находятся за пределами Новосибирской области.

Постановлением от 26.06.2018 № 54008/18/113433 заместителем начальника отдела – заместителем старшего судебного пристава Отдела судебных приставов по Первомайскому району г. Новосибирска ФИО8 было отказано в удовлетворении заявления об отводе судебного пристава-исполнителя ФИО1 При этом в заявлении об отводе конкурсным управляющим было указано на допущенное данным должностным лицом нарушение законодательства об исполнительном производстве.

15.10.2018 судебным приставом-исполнителем Гулло А.А. совершен выход по адресу: г. Новосибирск, ул. Механическая, 18, в ходе которого составить акт описи и ареста имущества не представилось возможным по причине ограничения доступа на территорию, где находится имущество, подлежащее аресту, составлен протокол об административном правонарушении по ст. 17.8 КоАП РФ.

Посчитав, что действия судебного пристава-исполнителя ФИО1 по передаче арестованных транспортных средств на ответственное хранение третьему лицу, а также бездействие по изъятию транспортных средств и передаче их конкурсному управляющему являются незаконными, конкурсный управляющий обратился в ОСП по Первомайскому району г. Новосибирска с жалобой на бездействие судебного пристава-исполнителя. Постановлением ОСП по Первомайскому району г. Новосибирска от 13.06.2018 жалоба признана обоснованной, бездействие должностного лица неправомерным.

Поскольку конкурсному управляющему транспортные средства не были переданы, конкурсный управляющий обратился в Управление ФССП по Новосибирской области с жалобой на бездействие судебного пристава-исполнителя. Постановлением Управления ФССП по Новосибирской области № 57865/18/54000-АЖ от 25.02.2019 жалоба удовлетворена.

24.05.2019 конкурсный управляющий обратился с жалобой в Управление ФССП по Новосибирской области на бездействие пристава-исполнителя.

В ответе от 13.06.2019 № 13540-ВИ Управление ФССП по Новосибирской области уведомило конкурсного управляющего, что 01.03.2019 судебным приставом-исполнителем ОСП по Первомайскому району г. Новосибирска ФИО12 осуществлен выход по адресу <...>. В результате совершения исполнительных действий судебным приставом-исполнителем обнаружен автомобиль в разобранном состоянии, VIN номер отсутствует. Установить, что именно этот автомобиль подлежит аресту, невозможно. Иные автомобили по месту совершения исполнительных действий отсутствовали.

С 01.03.2019 по настоящее время иных исполнительных действий судебным приставом-исполнителем не производилось.

Таким образом, в результате арестованные транспортные средства были фактически утрачены. Доказательств их сохранности, истребования у хранителя ФИО3 ответчиком не представлено.

Согласно отчету об оценке транспорта № 2263 от 20.08.2019 рыночная стоимость лесовоза Т691310 (SKANIA) составляет 1 242 000 рублей, стоимость лесовоза 591210 (VOLVO) – 2 591 000 рублей. Оценка проведена с учетом данных о состоянии и комплектности автомобилей. Ответчиком данные отчета не оспаривались, ходатайства о назначении экспертизы не заявлялось.

Факт принадлежности истцу спорных транспортных средств подтверждается письмом Главного управления МВД РФ по Новосибирской области от 26.01.2018 № 4/1-381.

Взыскатель, в пользу которого судом обращено взыскание на заложенное имущество, утраченное в ходе исполнительного производства, в том числе и по вине других лиц, вправе обратиться с иском о возмещении ущерба к службе судебных приставов (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.07.2010 N 13466/08).

Статьей 64 Закона об исполнительном производстве судебному приставу- исполнителю предоставлен широкий перечень прав, направленных на осуществление возложенной на него функции по выполнению требований исполнительных документов.

Непосредственное исполнение исполнительного документа возложено на судебного пристава-исполнителя, то есть с момента принятия к производству исполнительного листа он обязан принять все необходимые и достаточные действия и меры, предусмотренные законом, для принудительного взыскания с должника задолженности в установленные законодательством сроки.

Причинно-следственная связь между незаконным требованием судебного пристава- исполнителя и убытками общества подтверждается материалами дела. Если бы арестованное имущество было передано на хранение конкурсному управляющему, то убытки у истца не возникли бы. Довод ответчика о том, что представитель взыскателя не присутствовал при аресте имущества, судом отклоняется, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства извещения взыскателя о выходе по месту нахождения имущества 30.05.2018. Кроме того, само по себе отсутствие представителя взыскателя не означает, что судебный пристав имеет право передавать имущество лицам, не предусмотренным законодательством об исполнительном производстве.

Размер убытков подтверждается отчетом об оценке, который ответчиком не оспорен.

Согласно ч. 1, п. 6 ч. 3 ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» мерами принудительного исполнения являются действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом- исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

Как верно указано истцом, судебный пристав-исполнитель обязан принять все необходимые и достаточные меры для принудительного исполнения вступившего в силу судебного акта.

Реальная возможность исполнения судебного акта об аресте транспортных средств, принадлежащих должнику, в данном случае утрачена в результате неправомерных действий судебного пристава-исполнителя. Судебным приставом допущены неправомерные действия по передаче арестованного имущества на хранение иному лицу, не указанному в судебных актах, необеспечении сохранности данного имущества, в связи с чем имеется причинно-следственная связь между допущенными нарушениями и возникшими у истца убытками в результате утраты спорного имущества.

Довод ответчика о том, что ответственность за утрату транспортных средств должны нести лица, которым это имущество было передано на хранение (ФИО3), судом отклоняется.

Как уже указывалось, согласно ч. 2 ст. 86 Закона № 229-ФЗ движимое имущество должника, на которое наложен арест, передается на хранение под роспись в акте о наложении ареста должнику или членам его семьи, взыскателю либо лицу, с которым территориальным органом Федеральной службы судебных приставов заключен договор.

В соответствии с п. 1 ст. 886 Гражданского кодекса РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности. Поклажедателем может быть лицо,

действующее на основании закона или договора и не являющееся собственником имущества.

Согласно ст. 906 ГК РФ правила гл. 47 ГК РФ применяются к обязательствам хранения, возникающим в силу закона, если законом не установлены иные правила.

Поскольку Законом № 229-ФЗ не предусмотрено иное, передача арестованного имущества на хранение третьему лицу не освобождает службу судебных приставов от ответственности за его сохранность (п. 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 31.05.2011 № 145 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами").

В силу ч. 3 ст. 895 ГК РФ при передаче вещи на хранение третьему лицу условия договора между поклажедателем и первоначальным хранителем сохраняют силу и последний отвечает за действия третьего лица, которому он передал вещь на хранение, как за свои собственные.

Следовательно, взыскатель, в пользу которого обращено взыскание на имущество, утраченное в ходе исполнительного производства, в том числе и по вине других лиц, вправе требовать возмещения ущерба, причиненного ему утратой арестованного имущества, непосредственно со службы судебных приставов, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 16.04.2013 № 17450/12.

При этом, как следует из Постановления Президиума ВАС РФ № 17450/12, в рассматриваемой ситуации взыскатель не обязан подтверждать вину и причинно- следственную связь между конкретными действиями (бездействием) судебного пристава- исполнителя, отвечающего за сохранность арестованного имущества, и утратой имущества, даже если эта утрата произошла по вине других лиц. В свою очередь, служба судебных приставов, возместив взыскателю убытки, вправе взыскать их с ответственного хранителя, не исполнившего надлежащим образом своих обязательств по договору хранения.

В Определении Верховного Суда РФ от 09.04.2015 № 305-ЭС15-2130 также указано, что передача арестованного имущества на хранение третьему лицу не освобождает службу судебных приставов от ответственности за его сохранность. При утрате переданного на хранение или под охрану имущества взыскатель имеет право на иск о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации, поскольку судебный пристав-исполнитель несет ответственность за действия третьих лиц, на которых он возложил свою обязанность по сохранности имущества должника (статья 403 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Тот факт, что постановление судебного пристава-исполнителя не было признано в судебном порядке недействительным, сам по себе не является основанием для отказа в иске о возмещении вреда, причиненного таким постановлением.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 83 постановления от 17.11.2015 № 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", вред, причиненный вследствие утраты или повреждения арестованного имущества, переданного судебным приставом-исполнителем самому должнику на хранение (под охрану) либо законно изъятого у должника и переданного на хранение (под охрану) иным лицам, подлежит возмещению взыскателю только в том случае, если у должника отсутствует иное имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования по исполнительному документу. Бремя доказывания наличия иного имущества у должника возлагается на ответчика.

По настоящему делу ответчиком не представлено доказательств наличия у должника иного имущества. Кроме того, в данном случае взыскателю подлежало передаче именно арестованное имущество (индивидуально-определенные вещи), которое должно было войти в конкурсную массу. Поскольку это имуществом после наложения на него ареста судебным приставом-исполнителем оказалось утраченным, истец вправе потребовать со службы судебных приставов возмещения стоимости утраченного арестованного имущества.

В удовлетворении требования о возмещении вреда при подтверждении факта его причинения действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя не может быть отказано только на том основании, что конкретный размер вреда невозможно установить (например, при утрате не подвергшегося оценке или ненадлежащим образом оцененного имущества должника, утрате ценных бумаг, рыночная стоимость которых колеблется). В этом случае размер подлежащего возмещению вреда определяется судом с разумной степенью достоверности с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности (пункт 5 статьи 393 ГК РФ).

Если в ходе исполнительного производства судебный пристав-исполнитель не осуществил необходимые исполнительные действия по исполнению исполнительного документа за счет имевшихся у должника денежных средств или другого имущества, оказавшихся впоследствии утраченными, то на истца по иску о возмещении вреда, причиненного незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя, не может быть возложена обязанность по доказыванию того обстоятельства, что должник не владеет иным имуществом, на которое можно обратить взыскание.

По смыслу статьи 1081 ГК РФ Российская Федерация в порядке регресса вправе взыскать сумму возмещенного вреда с лица, виновного в его причинении, например, при утрате имущества – с лица, которому имущество передано на хранение (хранителя или должника), при использовании недостоверной оценки имущества должника, если эту оценку производил оценщик, – с оценщика.

Поскольку в качестве представителя ответчика по основному обязательству о возмещении вреда с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации выступает ФССП России, то ФССП России вправе предъявить иск от имени Российской Федерации в порядке регресса к лицу, виновному в причинении вреда.

Указанные разъяснения даны в п. 84-87 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства".

Согласно письму Федеральной службы судебных приставов от 28.04.2011 № 12/04- 10035-АП "О нарушениях законности при наложении ареста, изъятии и передаче имущества должников" судебным приставам-исполнителям необходимо систематически (не реже одного раза в месяц) проверять сохранность имущества, подвергнутого описи или аресту.

Согласно части 2 статьи 119 Закона № 229-ФЗ об исполнительном производстве заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

В данном случае правоотношения по хранению возникли между судебным приставом- исполнителем, действовавшим на основании Закона об исполнительном производстве и Закона о судебных приставах и выступающим поклажедателем, и хранителем.

Обязанность по хранению и возвращению вещи в сохранности возникает у хранителя не перед собственником имущества, а перед поклажедателем – судебным приставом- исполнителем. То есть собственника не связывают какие-либо обязательственные правоотношения по хранению с лицом, являющимся ответственным хранителем, следовательно, невозможно осуществление собственником прав поклажедателя.

Данный вывод соответствует правовой позиции, отраженной в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 02.10.2018 по делу № А45-25497/2016.

Довод ответчика о том, что судебными приставами-исполнителями принимались меры к исполнению требований исполнительного документа, неоднократно совершались выходы по месту нахождения имущества, составлялись протоколы об административных правонарушениях в отношении лиц, препятствующих исполнению исполнительного

документа, не опровергает факта утраты арестованного имущества, переданного судебным приставом-исполнителем на хранение третьему лицу, за действия которого несет ответственность ответчик. Следовательно, у взыскателя возникает право требовать возмещения причиненных ему убытков непосредственно со службы судебных приставов.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела суд находит доказанной совокупность условий для удовлетворения требования истца о возмещении убытков, в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина судом не распределяется, поскольку истцу была предоставлена отсрочка от уплаты государственной пошлины, а ответчик освобожден от ее уплаты (ст. 333.37 Налогового кодекса РФ).

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов, г. Москва (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу общества с ограниченной ответственностью "НСК-Трейд", г. Новосибирск (ИНН <***>) убытки в размере 3 833 000 рублей.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья Е.И. Бутенко

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного

департамента
Дата 21.12.2018 6:29:55

Кому выдана Бутенко Евгений Игоревич