Гражданский кодекс часть 1

о признании частично недействительным решения от 16.08.2018 №11
о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018 №18-18/253 (с учетом уточнения требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации),

при участии представителей:

от заявителя – ФИО2, по доверенности от 27.11.2018, предъявлен паспорт; ФИО3, по доверенности от 27.11.2018, предъявлен паспорт; ФИО4, директор, предъявлен паспорт;

от налогового органа – ФИО5, по доверенности
от 25.12.2018 № 03-1-11/13391, предъявлено служебное удостоверение; ФИО6, по доверенности от 17.01.2019 № 03-2-01/00181, предъявлен паспорт; ФИО7, по доверенности от 17.01.2018 № 03-2-01/00185, предъявлен паспорт;

лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) путем направления в их адрес копий определения заказным письмом
с уведомлением, а также размещения данной информации на официальном сайте суда, ссылка на который имеется в определении суда,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «УралМеталлОбработка» (далее - заявитель, Общество, общество «УралМеталлОбработка», налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Пермского края
с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы
№ 6 по Пермскому краю (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании частично недействительным решения от 16.08.2018 № 11 о привлечении
к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 № 18-18/253 (с учетом уточнения требований в порядке
статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Ненормативный акт Инспекции от 16.08.2018 № 11, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 № 18-18/253, оспаривается заявителем по мотиву необоснованного доначисления налога на добавленную стоимость (далее также - НДС), налога на прибыль организаций, начисления соответствующих пеней и применения налоговых санкций по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неуплату НДС, налога на прибыль организаций, а также применения налоговой санкции по пункту 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 1 050 рублей.

Как указывает заявитель, Инспекцией необоснованно отказано
в применении налоговых вычетов НДС и доначислен налог на прибыль организаций по взаимоотношениям с обществами с ограниченной ответственностью «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка» (далее – ООО или общества «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка», соответственно), исходя из выводов о том, что данные контрагенты не осуществляли сделок
с заявителем и представленные в обоснование налоговых вычетов и расходов документы по сделкам с этими контрагентами являются недостоверными.
С позиции заявителя, факт реальности сделок (оказания услуг) Инспекцией не оспорен, оснований рассматривать представленные документы, подтверждающие исполнение сделки, как недостоверные не имеется,
а предусмотренные статьями 169, 171, 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ, Кодекс) условия для применения вычетов Обществом соблюдены, искусственное введение в систему договорных отношений в целях получения необоснованной налоговой выгоды спорных контрагентов не доказано, должная осмотрительность при выборе контрагентов проявлена, заявитель не может нести негативные налоговые последствия за деятельность контрагентов. Наряду с этим, Общество указывает на наличие смягчающих ответственность обстоятельств, которые подлежат учету при определении мер налоговой ответственности.

Налоговый орган с требованиями заявителя не согласился,
по основаниям, изложенным в письменном отзыве, письменных объяснениях и полагает, что установленные статьями 169, 171, 172, 252 Кодекса условия для применения вычетов НДС и учета расходов по сделкам со спорными контрагентами, с учетом установленных выездной налоговой проверкой обстоятельств, не соблюдены; представленные в обоснование применения налоговых вычетов документы содержат недостоверные и противоречивые сведения; реальность сделок не подтверждена; контрагенты являлся номинальным субъектами, не исполнявшими налоговых обязательств. Как отмечает Инспекция, в ходе мероприятий налогового контроля установлены факты, опровергающие реальность сделок со спорными контрагентами, выявлено искусственное введение их в систему договорных отношений посредством фиктивного документооборота; установлены и подтверждены номинальность контрагентов, отсутствие ресурсов, достаточного персонала
у спорных контрагентов для исполнения договорных обязательств заявителем.

В рамках судебного разбирательства по ходатайству заявителя
в статусе свидетеля (статья 56 АПК РФ) по делу допрошен ФИО8, свидетельские показания которого (статья 88 АПК РФ) и представленные письменные пояснения учтены при рассмотрении спора.

Протокольным определением суда от 20.06.2019 судебное разбирательство по делу откладывалось в порядке статьи 158 АПК РФ
на 24.06.2019.

Представленные в ходе рассмотрения дела сторонами процессуальные документы и доказательства приобщены судом к материалам настоящего дела.

Рассмотрев материалы дела, исследовав письменные доказательства, заслушав объяснения представителей заявителя, Инспекции, суд приходит
к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что должностными лицами Инспекции проведена выездная налоговая проверка деятельности Общества за период
с 01.01.2014 по 31.12.2016, по результатам которой составлен акт проверки
от 12.04.2018 № 2, фиксирующий выявленные нарушения законодательства
о налогах и сборах (том 4).

Уполномоченным должностным лицом Инспекции, при надлежащем уведомлении заявителя, рассмотрены материалы налоговой проверки, и вынесено решение от 16.08.2018 № 11 о привлечении к ответственности
за совершение налогового правонарушения, которым Обществу
по выявленным нарушениям доначислены и предъявлены к уплате НДС и налога на прибыль организаций в общей сумме 2 730 906 руб., начислены и предъявлены к уплате пени в общей сумме 710 939,21 руб., применены и предъявлены к уплате налоговые санкции по пункту 2 статьи 120, пунктам 1 и 3 статьи 122, пункту 1 статьи 126 НК РФ в общем размере 509 543,40 руб. (с учетом смягчающих обстоятельств размер штрафов снижен налоговым органом в два раза), также Обществу предложено уменьшить убыток
за 2014 год на сумму 41 400 руб. и представить сведения о доходах
по форме 2-НДФЛ за 2014, 2015, 2016 годы на физических лиц, которым осуществлялись выплаты денежных средств за оказанные услуги (выполненные работы).

Не согласившись с вынесенным Инспекцией решением от 16.08.2018
№ 11, заявитель обжаловал его в вышестоящий налоговый орган – Управление Федеральной налоговой службы по Пермскому краю. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 №18-18/253 жалоба Общества на ненормативный акт Инспекции удовлетворена частично, решение Инспекции отменено в части предъявления к уплате штрафов по пункту 2 статьи 120 НК РФ
в размере 15 000 руб., пункту 3 статьи 122 НК РФ в размере 245 771,70 руб. и пункту 1 статьи 126 НК РФ в размере 1 950 руб., в остальной части жалоба заявителя оставлена без удовлетворения (том 2 л.д.183-196).

Установленный пунктом 2 статьи 138 Кодекса досудебный порядок урегулирования налогового спора Обществом соблюден (статья 138 НК РФ, часть 5 статьи 4, пункт 1 части 1 статьи 126 АПК РФ), как и установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок обращения в суд, и его заявление
об оспаривании в части указанного решения налогового органа от 23.05.2017 № 3 подлежит рассмотрению судом по существу.

С учетом положений пункта 9 статьи 101, статей 101.2, 101.3 НК РФ, правовой позиции, отраженной в пункте 75 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее также – ВАС РФ)
от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», принимая во внимание, что решение Инспекции от 16.08.2018 № 11 в части отмененной решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018 №18-18/253, в силу не вступило
и не влечет юридически значимые последствия для заявителя, предметом оценки арбитражного суда при рассмотрении настоящего дела, исходя
из заявленных требований, с учетом их уточнения, является решение Инспекции от 16.08.2018 № 11, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018
№ 18-18/253.

Суд, с учетом имеющихся в материалах дела доказательств, исследованных согласно требованиям, предусмотренным статьями 9, 65, 71, 162 АПК РФ, полагает, что уточненные требования заявителя подлежат частичному удовлетворению.

Порядок проведения выездной налоговой проверки, оформления
ее результатов, процедура вынесения решения по итогам рассмотрения материалов налоговой проверки нормативно регламентируется статьями 89, 100, 101 НК РФ. Из анализа представленных в материалы дела документов следует, что акт проверки вручен заявителю, заявитель уведомлен о времени и месте рассмотрения материалов проверки.

Основания для признания решения Инспекции от 16.08.2018 № 11 недействительным, в связи с несоблюдением существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки либо наличием иных нарушений (пункт 14 статьи 101 НК РФ), судом не установлены.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации, статьями 3, 23 НК РФ каждый налогоплательщик обязан платить законно установленные налоги.

В силу пункта 1 статьи 38 НК РФ объект налогообложения - реализация товаров (работ, услуг), имущество, прибыль, доход, расход или иное обстоятельство, имеющее стоимостную, количественную или физическую характеристику, с наличием которого законодательство
о налогах и сборах связывает возникновение у налогоплательщика обязанности по уплате налога. Каждый налог имеет самостоятельный объект налогообложения, определяемый в соответствии с частью второй Кодекса
и с учетом положений статьи 38 НК РФ.

Согласно статье 41 НК РФ в соответствии с Кодексом доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой такую выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главами 23
и 25 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное
не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность
по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах. Налогоплательщик вправе исполнить обязанность по уплате налога досрочно.

В качестве способа обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов предусмотрено начисление пени (пункт 1 статьи 72,
статья 75 НК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 57 Кодекса при уплате налога и сбора
с нарушением срока уплаты налогоплательщик (плательщик сбора) уплачивает пени в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим Кодексом.

На основании пункта 1 статьи 75 НК РФ пеней признается установленная настоящей статьей денежная сумма, которую налогоплательщик должен выплатить в случае уплаты причитающихся сумм налогов или сборов в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки.

Пеня начисляется за каждый календарный день просрочки исполнения обязанности по уплате налога или сбора, начиная со следующего
за установленным законодательством о налогах и сборах дня уплаты налога или сбора (пункт 3 статьи 75 Кодекса). Пеня за каждый день просрочки определяется в процентах от неуплаченной суммы налога или сбора. Процентная ставка пени принимается равной одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации (пункт 4 статьи 75 НК РФ).

Исходя из пункта 5 статьи 75 НК РФ, пени уплачиваются одновременно с уплатой сумм налога и сбора или после уплаты таких сумм
в полном объеме.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 146 НК РФ объектом обложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Как установлено пунктом 1 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии
со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы НДС, предъявленные налогоплательщику
по товарам (работам, услугам), приобретенным для осуществления
операций, признаваемых объектами налогообложения НДС (пункт 2
статьи 171 Кодекса).

Условиями принятия к вычету сумм НДС, предъявленных налогоплательщику поставщиками товаров (работ, услуг), согласно
статьям 171 и 172 НК РФ являются: предъявление суммы НДС покупателю поставщиком, наличие соответствующего счета-фактуры, приобретение налогоплательщиком товаров (работ, услуг, имущественных прав) для осуществления операций, облагаемых НДС, принятие налогоплательщиком
к учету товаров (работ, услуг, имущественных прав).

Статья 172 Кодекса, определяющая порядок применения налоговых вычетов, не исключает возможности применения вычета сумм НДС
за пределами налогового периода, в котором товары (работы, услуги) оплачены, а основные средства - оплачены и поставлены на учет.

Согласно пункту 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм НДС к вычету
в порядке, предусмотренном главой 21 названного Кодекса.

Как установлено пунктом 2 статьи 169 НК РФ счета-фактуры являются основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету при выполнении требований, установленных
пунктами 5, 5.1 и 6 этой статьи.

На основании пункта 1 статьи 173 НК РФ сумма НДС, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 Кодекса, общая сумма налога, исчисляемая в соответствии
со статьей 166 Кодекса и увеличенная на суммы налога, восстановленного
в соответствии с главой 21 Кодекса.

Пунктом 2 статьи 173 НК РФ предусмотрено, что если сумма налоговых вычетов в каком-либо налоговом периоде превышает общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса и увеличенную на суммы налога, восстановленного в соответствии с пунктом 3 статьи 170 Кодекса, положительная разница между суммой налоговых вычетов и суммой налога, исчисленной по операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 1 статьи 146 Кодекса, подлежит возмещению налогоплательщику в порядке и на условиях, которые предусмотрены статьями 176 и 176.1 Кодекса,
за исключением случаев, когда налоговая декларация подана налогоплательщиком по истечении трех лет после окончания соответствующего налогового периода.

На основании статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу
на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 НК РФ признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии
с главой 25 НК РФ.

В статье 252 НК РФ определено, что расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме; под документально подтвержденными - затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии
с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Затраты не подлежат включению в расходы по налогу на прибыль организаций на основании пункта 49 статьи 270 Кодекса, если
не соответствуют критериям, указанным в пункте 1 статьи 252 Кодекса.

Порядок признания доходов и расходов в целях исчисления налога на прибыль организаций регламентируются статьями 271, 272, 273 НК РФ,
а порядок определения налоговой базы по налогу на прибыль организаций статьей 274 НК РФ.

Статья 272 Кодекса для организаций, использующих метод начисления, устанавливает порядок, при котором расходы, принимаемые для целей налогообложения, признаются таковыми в том отчетном (налоговом) периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты и определяются
с учетом положений статей 318 - 320 Кодекса.

В соответствии со статьей 9 (пункт 1) Федерального закона
от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом; не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни,
в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

Исходя из пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011
№ 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: 1) наименование документа; 2) дата составления документа; 3) наименование экономического субъекта, составившего документ; 4) содержание факта хозяйственной жизни;
5) величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения; 6) наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события; 7) подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 этой части,
с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Как определено пунктом 3 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания. Лицо, ответственное за оформление факта хозяйственной жизни, обеспечивает своевременную передачу первичных учетных документов для регистрации содержащихся в них данных в регистрах бухгалтерского учета, а также достоверность этих данных. Формы первичных учетных документов определяет руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (пункт 4 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ
«О бухгалтерском учете»).

Исходя из статьи 106 НК РФ, налоговым правонарушением признается виновно совершенное противоправное (в нарушение законодательства
о налогах и сборах) деяние (действие или бездействие) налогоплательщика, налогового агента и иных лиц, за которое настоящим Кодексом установлена ответственность.

Согласно пункту 1 статьи 107 НК РФ ответственность за совершение налоговых правонарушений несут организации и физические лица в случаях, предусмотренных главами 16 и 18 Кодекса.

Пунктом 1 статьи 108 НК РФ закреплено, что никто не может быть привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения иначе, как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Кодексом. При этом обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности
лица в его совершении, возлагается на налоговые органы (пункт 6
статьи 108 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 НК РФ виновным в совершении налогового правонарушения признается лицо, совершившее противоправное деяние умышленно или по неосторожности. Вина организации в совершении налогового правонарушения определяется в зависимости от вины ее должностных лиц либо ее представителей, действия (бездействие) которых обусловили совершение данного налогового правонарушения (пункт 4
статьи 110 Кодекса).

В соответствии с пунктом 1 статьи 122 Кодекса (в действующей
в проверенные периоды редакции) неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия) влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов
от неуплаченной суммы налога (сбора).

Исходя из пункта 3 статьи 122 НК РФ, деяния, предусмотренные пунктом 1 этой статьи, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа
в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

Положения пункта 6 статьи 108 НК РФ, части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 АПК РФ возлагают на налоговый орган обязанность по доказыванию факта налогового правонарушения, что предполагает необходимость установления в ходе налоговой проверки конкретных обстоятельств, подтвержденных документально и свидетельствующих о совершении налогоплательщиком вменяемого ему налогового правонарушения.

В силу части 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел
об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя
в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из взаимосвязанного анализа положений части 1 статьи 198, части 4 статьи 200 и части 3 статьи 201 АПК РФ следует, что основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. На наличие указанных обстоятельств при оценке ненормативных актов, действий (бездействия) обращено внимание в пунктах 1, 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», вынесенных при разрешении публично-правовых споров постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.02.2010 № 13065/10, от 17.03.2011 № 14044/10.

Как следует из материалов дела, и не оспаривается лицами, участвующими в деле, заявитель являлся в проверенный налоговым органом период, в частности, в 2014, 2015, 2016 годах, на основании статей 19, 23, 24, 38, 52, 54, 57, 58, 143, 146, 246, 247 НК РФ плательщиком НДС, налога на прибыль организаций и обязан самостоятельно исчислять сумму налогов, подлежащую уплате за налоговый период и уплачивать налоги
в установленный срок в бюджетную систему Российской Федерации.

Основанием для доначисления заявителю НДС, налога на прибыль организаций, уменьшения убытка в целях исчислен7ия налога на прибыль организаций, начисления соответствующих сумм пеней, и применения налоговых санкций за неуплату НДС, налога на прибыль организаций, явились выводы налогового органа о необоснованном применении заявителем вычетов НДС и учете расходов по сделкам с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка».

На основании установленных выездной налоговой проверкой обстоятельств налоговый орган пришел к выводу о том, что перевозка груза (товаров) и оказание транспортных услуг спорными контрагентами
не подтверждены, представленные в обоснование сделок документы содержат недостоверные сведения, что предопределило доначисление НДС по взаимоотношениям с обществами «ИзиТрейд» и «Киа-мет» в связи
с корректировкой состава вычетов. Также налоговым органом заявителю по мотиву получения необоснованной налоговой выгоды доначислен налог на прибыль организаций, начислены пени и применены штрафы за неуплату этого налога, правомерность решения Инспекции в указанной части
не подтверждена вышестоящим налоговым органом, в указанной части решение Инспекции отменено.

Как выявлено Инспекцией в ходе налоговой проверки,
в рамках осуществления хозяйственной деятельности обществом «УралМеталлОбработка» (в статусе покупатель, заказчик, клиент) оформлены договоры: - на выполнение работ по изготовлению продукции
от 10.01.2012 № 30/Д (с обществом «Техноресурс»), от 05.08.2013 № 46/Д,
от 25.03.2014 №48/Д (с обществом «Лавр»), от 03.02.2014 № 48/Д,
от 25.03.2015 № 54/Д (с обществом «УралКомплектМаркет»); - поставки товара (расточная (проходная) державка, твердосплавные пластины)
от 01.09.2015 № 56/Д (с обществом «Техноресурс»), от 02.06.2014 № 49/Д
(с обществом «Лавр»); - транспортной перевозки от 23.03.2015 № 09/15
с обществом «УралРегионПоставка».

Предъявленный по счетам-фактурам спорных контрагентов НДС
в размере 1 965 942 руб., отражен налогоплательщиком в составе налоговых вычетов в налоговых декларациях по НДС за 1, 2, 3 кварталы 2014 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года, 1, 2, 3, 4 кварталы 2016 года. Затраты по сделкам
с отмеченными контрагентами учтены налогоплательщиком в составе расходов по налогу на прибыль организаций за 2014, 2015, 2016 годы.

По результатам анализа в ходе проведения выездной налоговой проверки сделок заявителя, субъективного состава их участников, с учетом представленных заявителем документов, имеющейся в Инспекции информации, проведенных допросов свидетелей, и полученной информации, налоговым органом установлены следующие обстоятельства, явившиеся основанием для вынесения оспариваемого заявителем в указанной части ненормативного акта.

Как установлено налоговым органом у спорных контрагентов - обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка» отсутствовали необходимые ресурсы (имущество, транспортные средства, техническое оборудование, работники) для исполнения сделок с заявителем, как и не подтверждены факты несения расходов, необходимых для ведения реальной хозяйственной деятельности, отсутствует информация о наличии у контрагентов официальных сайтов.

Исходя из сведений, содержащейся в информационных ресурсах налоговых органов, спорным контрагентам присвоены различные критерии налоговых рисков (неисполнение требования о представлении документов (информации), отсутствие основных средств и трудовых ресурсов, непредставление либо представление налоговой отчетности с нулевыми показателями, «массовый» руководитель (учредитель)).

Адрес государственной регистрации обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» - <...> является «массовым», по данному адресу контрагенты не находятся,
что подтверждено протоколами осмотров от 05.02.2018, от 06.02.2018,
от 07.02.2018.

ФИО8, являвшийся руководителем ООО «Лавр» с 10.02.2014
по 21.10.2014, ООО «УралКомплектМаркет» с 25.09.2014 по 27.08.2015,
ООО «Техноресурс» с 13.03.2008 на момент подписания договоров
от 05.08.2013 № 46/Д с ООО «Лавр» и от 30.02.2014 № 48/Д с ООО «УралКомплектМаркет» не являлся руководителем данных организаций, доверенность на право подписи финансово-хозяйственных документов
не представлена.

Как отмечает Инспекция, ФИО8 имеет асоциальные характеристики, привлекался к уголовной и административной ответственности.

Обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка»сделки с заявителем не подтверждены, документы
в порядке статьи 93.1 НК РФ этими контрагентами не представлены.

В рамках проведенного допроса свидетеля ФИО8 (протокол допроса от 12.12.2017 № 448) им даны неподтвержденные анализом движения денежных средств по счетам ООО «Лавр» и ООО «Техноресурс» показания о том, что поставленный заявителю товар (расточная (проходная) державка, твердосплавные пластины) приобретался на «заводе под
г. Кировым» и в «ЛМЗ», оплата осуществлялась через расчетные счета. При этом по расчетным счетам ООО «Техноресурс», ООО «Лавр» отсутствуют перечисления денежных средств на счета организаций, зарегистрированных и находящихся в г. Кирове и Кировской области, имеющих названии (наименовании) аббревиатуру «ЛМЗ», а также на счета иных лиц.

По выводам Инспекции, нанесение покрытия методом горячего цинкования (ГорЦ) на детали (фланец) контрагентами - обществами «УралКомплектМаркет», «Техноресурс» в действительности не производилось, поскольку, исходя из представленных ООО «Инста-Сил» (заказчик продукции) в порядке статьи 93.1 НК РФ сведений, поставленный заявителем фланец покрытия не имел (требования по нанесению покрытия заявки не содержали, стоимость покрытия включена в оговоренную цену (перерасчет цены не производился) работы по изготовлению деталей), нанесение покрытия выполнялось силами и на оборудовании ООО «Инста-Сил».

Как указано налоговым органом, производственное помещение по адресу: <...> ГСК № 76, бокс № 6, принадлежащее ФИО9, и арендованное ООО «Техноресурс»
у ФИО10 недвижимое имущество (гаражи боксового типа, расположенные в ГСК № 115 по адресу: <...>, бокс
№ П 129), по своим техническим характеристикам, не соответствует требования (противопожарным, санитарно-эпидемиологических нормативам) необходимым для размещения и работы металлорежущих станков, сварочного аппарата и оборудования позволяющего нанести покрытие методом горячего цинкования.

По выводам Инспекции, полученными от ПАО «Лысьвенский завод эмалированной посуды» (организация, по соглашению с обществом «УралМеталлОбработка», обеспечивающая пропускной режим на охраняемую территорию сотрудников (иных лиц) общества «УралМеталлОбработка», на которой располагалось производственное помещение заявителя) и от перевозчиков (индивидуальные предприниматели ФИО11, ФИО12, ФИО13) сведениями и документами транспортировка товарно-материальных ценностей (деталей) в адрес контрагентов и обратно с целью выполнения сварочных (токарных, фрезерных) работ не подтверждена, транспортные накладные содержат противоречивую информацию - составлен: в даты фактических перевозок
на склад (со склада) иных организаций (АО «Новомет-Пермь,
АО «Пермметалл», ООО «Космос-Лайн», ООО «М-Прайс».

Налоговый орган посчитал, что общество «УралМеталлОбработка» располагало квалифицированным персоналом (привлекало физических лиц без официального трудоустройства), соответствующими материалами, специализированным оборудование и производственным помещением
для выполнения сварочных (токарных, фрезерных) работ с использованием собственных ресурсов (без привлечения ООО «Лавр», ООО «УралКомплектМаркет», ООО «Техноресурс»).

В отношении общества «УралРегионПоставка» установлено, что данная организация, с даты постановки на учет в налоговом органе - 13.04.2011, применяет упрощенную систему налогообложения (далее - УСН), не является налогоплательщиком НДС. В налоговых декларациях по УСН обществом «УралРегионПоставка» отражены нулевые показатели, декларации по НДС в налоговый орган по месту учета не представлялись.

ФИО14 (собственник и водитель транспортного средства, на котором осуществлялась перевозка груза) в рамках допроса (протокол допроса свидетеля от 20.10.201 № 367) показал, что с 2014 по 2016 год являлся безработным, договор перевозки с обществом «УралРегионПоставка» не заключал, денежные средства от данной организации не получал, транспортное средство в аренду не передавал; на вопросы связанные с деятельностью ООО «УралМеталлОбработка» отвечал «не помню».

В налоговой отчетности обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» исчислены и отражены налоги в минимальных размерах за счет значительной доли налоговых вычетов и расходов, приведенные обстоятельства указывают на нарушение спорными контрагентами требований законодательства о налогах и сборах, отсутствие
в бюджете сформированного источника возмещения НДС.

В свою очередь, общество«УралРегионПоставка» в период сделок
с налогоплательщиком применяло упрощенную систему налогообложения и не являлось плательщиком НДС (пункт 2 статьи 346.11 НК РФ).

Анализ движения денежных средств, характеристики субъектов, на счета которых перечислялись средства от указанных контрагентов заявителя, выявили обстоятельства, указывающие на транзитный характер движения денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов,
а также выведение денежных средств из легального финансового оборота. Так, денежные средства, поступившие от общества «УралМеталлОбработка» в адрес обществ «Лавр», «УралКомплектМаркет», «Техноресурс»,
в дальнейшем перечислялись на расчетные счета руководителя - ФИО8 и взаимозависимому физическому лицу - ФИО9 (жена ФИО8),
с последующим обналичиванием (страницы 11, 17, 23-24 решения Инспекции).

Денежные средства, поступившие заявителя на счет общества «УралРегионПоставка», в дальнейшем перечислялись на банковские счета физических лиц, с последующим обналичиванием.

В основу выводов о неправомерности применения спорных сумм налоговых вычетов и расходов Инспекцией положены доводы о наличии
у названных контрагентов признаков номинальной структуры (номинальное руководство, отсутствие материально-технических ресурсов; минимальные показатели бухгалтерской и налоговой отчетности, неосуществление, исходя из движения денежных средств по расчетным счетам, операций, характерных для обычной хозяйственной деятельности).

Приведенные обстоятельства, по выводам Инспекции, свидетельствуют
о создании формального документооборота между налогоплательщиком и его контрагентами, поскольку последние, обладая признаками номинальных структур, не имели реальной возможности выполнить работы, поставить товар и осуществить перевозку груза в рамках договорных обязательств
с заявителем.

Реальность сделок заявителя с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и «УралРегионПоставка», с позиции налогового органа, не подтверждена, представленные документы содержат недостоверные, противоречивые сведения о сделках в целях получения необоснованной налоговой выгоды, и Обществом не проявлена должная степень осмотрительности в выборе указанных организаций в качестве контрагентов.

На основании установленных обстоятельств, с учетом выводов
о недостоверности представленных в обоснование налоговой выгоды документов по сделкам с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», ненадлежащем оформлении хозяйственных операций и отражении недостоверных сведений в учетных документах, нереальности сделок с номинальными контрагентами, решением налогового органа 23.05.2017 № 3 заявителю, в частности доначислен НДС и налог
на прибыль организаций в связи с корректировкой вычетов и расходов
за спорные налоговые периоды. Также налогоплательщику доначислен НДС в связи с уменьшением налоговых вычетов по сделке с обществом «УралРегионПоставка».

Исследовав представленные в материалы дела доказательства
в совокупности и взаимной связи в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, с учетом свидетельских показаний допрошенного в судебном заседании ФИО8, суд приходит к выводу о том, что достаточными доказательствами факт получения заявителем неосновательной налоговой выгоды по взаимоотношениям с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» не подтвержден.

При этом арбитражный суд исходит из следующего.

Согласно правовых позиций, отраженных в пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством
о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Исходя из критериев, отраженных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53,
о необоснованности получения налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Как отражено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом
в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных
статьями 169, 171, 172, НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение сделки контрагентами и отражение сделки в соответствии с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

При оценке соблюдения требований НК РФ необходимо учитывать, что законодательство о налогах и сборах исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений
в сфере экономики.

Соответственно, на налоговом органе, оспаривающем реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной
в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Налоговая выгода может быть признана также необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Исходя из правовой позиции, выраженной в пункте 1 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, постановлениях Президиума ВАС РФ от 10.07.2007 № 2236/07,
от 20.01.2009 № 2236/07, в случае указания налоговым органом на экономическую неоправданность расходов налогоплательщика или на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных им в обоснование налоговой выгоды документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

Исходя из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в Определении от 04.06.2007 № 366-О-П, Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, налоговое законодательство
не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (часть 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. При этом, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие
в ней деловых просчетов.

При этом Кодекс не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиками расходы и платежи по налогу на добавленную стоимость с позиции их экономической целесообразности, рациональности и эффективности (постановления Президиума ВАС РФ от 26.02.2008 № 11542/07, от 18.03.2008 № 14616/07,
от 10.03.2009 № 9024/08).

Исходя из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, выраженных в его Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, Определениях от 04.06.2007 № 320-О-П, № 366-О-П, правовых подходов, приведенных в постановлениях Президиума ВАС РФ от 26.02.2008
№ 11542/07, от 09.12.2008 № 9520/08, хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. При этом законодательство о налогах и сборах не использует понятие «экономическая целесообразность» и не регулирует порядок ведения финансово-хозяйственной деятельности, следовательно, хозяйственная деятельность заявителя не подлежит оценке Инспекцией или судом с точки зрения целесообразности, эффективности, рациональности.

Наличие посредников при осуществлении хозяйственных операций само по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (пункт 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53). Возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, также не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Налоговым органом при вменении налогоплательщику создание формального документооборота должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места
в действительности, либо спорный товар, работы, услуги хотя и был получены налогоплательщиком, но фактически поставлены (выполнены) иными лицами.

Указывая на фиктивность представленных заявителем документов, опосредующих сделки с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», налоговый орган приоритетное перед предусмотренными законодательством о налогах и сборах правилами налогообложения, устанавливающими условия для применения вычетов, как следует из приведенной в обоснование отказа в применение вычетов мотивации, отдал опосредованно связанным с совершенными заявителем операциями взаимоотношениям контрагентов заявителя с иными субъектами и их характеристике.

Приведенные Инспекцией обстоятельства при реальном исполнении сделок не доказывают участие заявителя в целенаправленной, основанной на групповой согласованности действий участников хозяйственного оборота, схеме незаконной минимизации налоговых обязательств и получении неосновательной налоговой выгоды.

Достаточных доказательств выявление и фиксации мероприятиями налогового контроля в деятельности заявителя и его контрагентов фактов нарушения законодательства о налогах и сборах налоговым органом
не представлено (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Факты поставки товаров и выполнения работ подтверждаются представленными в Инспекцию документами, в частности договорами, счетами-фактурами, актами.

Полученные от вышеуказанных контрагентов документы (счета-фактуры) были представлены заявителем в подтверждение обоснованности заявленных вычетов.

Приобретение заявителем товаров обусловлено фактами ведения реальной хозяйственной деятельности, и извлечения связанной с этим прибыли, факты использования заявителем приобретенных у контрагентов товаров и работ в деятельности, облагаемой НДС, Инспекцией не оспорены.

Исходя из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженной в постановлениях от 28.10.2008
№ 6272/08, № 6273/08, от 10.03.2009 № 9821/08, в контексте постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» подлежат оценке установленные налоговыми органами обстоятельства, связанные с получением налоговой выгоды, на основе конкретных законодательных положений, а не такого субъективного понятия, как «недобросовестный налогоплательщик»; представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством
о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Сформированные Европейским Судом по правам человека, Конституционным Судом Российской Федерации, Высшим Арбитражным Судом Российской Федерации правовые подходы, предполагают возможность отказа в возмещении НДС при наличии совокупности доказательств, однозначно указывающих на злоупотребление правом на получение налоговой выгоды.

Из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 следует, что существенное значение при решении вопроса о правомерности заявленного налогового вычета имеет реальность сделки. В соответствии с отраженной в указанном постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 правовой позицией, при соблюдении требований статей 171, 172 Кодекса налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении НДС, при этом, поскольку обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком - покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных
статьей 169 Кодекса, возлагается на продавца, вывод о недостоверности счетов-фактур, подписанных не лицом, значащимся в учредительных документах поставщика в качестве руководителя организации, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, опровергающих реальность сделки, в том числе по критериям, отраженным в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
от 12.10.2006 № 53, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Таким образом, вывод о недостоверности счетов-фактур не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Доказательства, представленные налоговым органом в подтверждение необоснованного получения налогоплательщиком налоговой выгоды в виде налоговых вычетов, должны быть достаточными для вывода
о недобросовестности налогоплательщика, проявленной в отношениях, связанных с получением налоговой выгоды, и указывающих на злоупотребление правом в налоговых отношениях.

Правовые подходы, отраженные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, не изменяют правила налогообложения, определенные Кодексом.

Суд, проанализировав представленные налоговым органом доказательства, с учетом доводов заявителя, пришел к выводу
о недоказанности Инспекцией наличия согласованных неправомерных действий заявителя и его непосредственных контрагентов - обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» и получение именно заявителем неосновательной налоговой выгоды.

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика
с контрагентом.

Разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Действия налогоплательщика предполагаются экономически оправданными и законными, если иное
не доказано налоговым органом.

Налоговым органом в ходе проверки не было установлено обстоятельств, подтверждающих осведомленность заявителя о возможных указываемых Инспекцией нарушениях, допущенных его контрагентами и иными субъектами.

Общества «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» зарегистрированы в качестве юридических лиц в установленном порядке,
в период сделок с заявителем являлись действующими юридическим лицами, расчеты между заявителем и этими контрагентами производились посредством безналичных перечислений на основании составленных и подписанных сторонами документов, перед заключением сделки заявителем проявлена достаточная степень осмотрительности в выборе контрагентов, проверены общедоступные сведения из публичных источников, в частности - Единого государственного реестра юридических лиц.

Как следует из показаний допрошенного в судебном заседании
в статусе свидетеля ФИО8 он являлся фактическим руководителем обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», контролировал деятельность этих организаций, в том числе в период, когда являлся их участником, для целей ведения хозяйственной деятельности привлекал физических лиц, без официального оформления трудовых отношений,
а также по разовым договорам. ФИО8 подтвердил факт подписания документов по спорным сделкам с заявителем, поставку товаров в адрес налогоплательщика и выполнение работ; показал, что деятельность обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» разграничивалась по определенным направлениям, имелись негативные экономические явления, в том числе сказывающие на деятельности указанных организаций. Показал, что осуществления организациями хозяйственной деятельности, выполнении работ в частности для заявителя использовал объект недвижимости, принадлежащие его супруге - и нежилые помещения - гаражи на основании договоров аренды. Также ФИО8 показал, что наличными денежными средствами, снятыми с банковских счетов, осуществлял расчеты
с привлеченными для ведения деятельности организацией без официального оформления трудовых отношений физическим лицами, численный состав которых менялся.

Таким образом, как следует из материалов дела и не оспорено налоговым органом (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ), спорными контрагентами для целей ведения деятельности привлеклись работники, с которыми ФИО8 осуществлял наличные расчеты.

Привлечение спорных контрагентов для целей исполнения сделок,
как пояснили представители заявителя и его руководитель ФИО4,
в том числе основано на фактах личного знакомства учредителя и финансового директора ФИО15 с ФИО8.

Договорные и расчетные отношения заявителя с контрагентами носили относительно долгосрочный характер, поставка товаров, выполнение работ и расчеты осуществлялись на систематической основе - на протяжении ряда налоговых периодов.

Кроме того, договор на выполнение работ по изготовлению продукции от 10.01.2012 № 30/Д с ООО «Техноресурс», договор на выполнение работ
по изготовлению продукции от 05.08.2013 № 46/Д с ООО «Лавр» заключены заявителем до охваченного выездной проверкой периода, доказательств фиктивности и неисполнения этих договоров с момента оформления
не представлено (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Аргументы Инспекции о том, что договоры налогоплательщика
с обществами «Лавр» и «УралКомплектМаркет» подписаны ФИО8, тогда как по сведениям Единого государственного реестра юридических лиц, на момент оформления сделок с обществами «Лавр» (договор подряда
от 05.08.2013 № 46/Д) и «УралКомплектМаркет» (договор подряда 03.02.2014 № 48/Д) ФИО8 не являлся руководителем указанных организаций, судом признаны недостаточно обоснованными.

Как установлено налоговым органом на основании сведений Единого государственного реестра юридических лиц ФИО8 являлся руководителем общества «Лавр» в период с 10.02.2014 по 21.10.2014,
а общества «УралКомплектМаркет» в период с 25.09.2014 по 27.08.2015.

При этом руководителем общества «Лавр» в период с 23.03.2009
по 09.02.2014 значился ФИО16, в свою очередь, руководителем общества «УралКомплектМаркет» период с 31.08.2011 по 24.09.2014 значилась ФИО17.

Налоговый орган указал, что в период подписания договоров
от 05.08.2013 № 46/Д, от 03.02.2014 № 48/Д ФИО8 не являлся руководителем общества «Лавр» и общества «УралКомплектМаркет»,
а доверенности, оформленные на ФИО8 для подписания указанных договоров в качестве директора обществ «Лавр», «УралКомплектМаркет»
не представлены.

Исходя из пункта 1 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо действует через свои органы, образование и действие которых определяется законом и учредительными документами юридического лица. Законодательство о юридических лицах, в частности пункт 6 статьи 37, пункт 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998
№ 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», связывает возникновение прав и обязанностей единоличного исполнительного органа
с решением уполномоченного органа управления данного юридического лица, которое оформляется протоколом общего собрания акционеров (участников) или решением единственного акционера (участника). С момента прекращения уполномоченным органом управления юридического лица полномочий единоличного исполнительного органа лицо, чьи полномочия как руководителя организации прекращены, по смыслу приведенных норм
не вправе без доверенности действовать от имени юридического лица, в том числе подписывать документы (Корреспондирующие правовые позиции отражены в Решении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.05.2006 по делу № 2817/06, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 14.02.2006 № 12049/05,
№ 12580/05, № 14310/05).

Соответственно, для целей постановки указанного вывода
о подписании от имени отмеченных контрагентов договоров
не уполномоченным лицом налоговому органу надлежало выяснить с какого момента участниками организаций приняты решения о назначении
ФИО8 на должность руководителя организаций, а не руководствоваться исключительно сведениями Единого государственного реестра юридических лиц. Вместе с тем, из материалов дела не следует, что налоговым органом исследовался и устанавливался период назначения решениями участников ФИО8 на должность руководителем отмеченных обществ «Лавр» и «УралКомплектМаркет». Таким образом, вывод налогового органа
о подписании договоров от имени обществ неуполномоченным лицом постановлен на неполном исследовании фактических обстоятельств спорной ситуации.

Положения главы 10 Гражданского кодекса Российской Федерации
не ограничивающим право юридического лица на выдачу доверенности только работникам, состоящим в штате организации.

Доказательств того, что заявитель в силу особенностей взаимоотношений с обществами «Лавр» и «УралКомплектМаркет» располагал сведениями о подписании документов не руководителями организаций не представлено.

Обязанность по составлению как счетов-фактур, так и иных документов при предъявлении результатов сделки покупателю, возложена на контрагента - поставщика товаров (работ, услуг), в связи с чем ошибки
в первичных учетных документах, допущенные контрагентами налогоплательщика не являются для последнего безусловным препятствием
к принятию таких документов к учету в соответствии с фактически осуществленными хозяйственными операциями.

Сведения, отраженные в представленных Обществом для проведения проверки документах, позволяют идентифицировать содержание хозяйственных операций, даты их совершения, количество и стоимость приобретенных товаров и работ с выделенной суммой НДС, а также идентифицировать субъектов сделок.

Фактов взаимозависимости, аффилированности заявителя и обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» налоговым органом
не доказано.

В представленных доказательств и установленных Инспекцией обстоятельств, следует, что общества «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» в проверяемом периоде: сдавали налоговые отчетности по осуществляемой предпринимательской деятельности; уплачивали налоговые платежи; осуществляли взаиморасчеты
с контрагентами, при этом сделки с налогоплательщиком в объеме доходов данных организаций не являлись единственными и крупными.

Факты отражения минимальных сумм налогов к уплате предопределены посредническим характером деятельности контрагентов, что следует из обстоятельств спора.

Доказательств того, что выручка, полученная от налогоплательщика по фактам перечислений за исполнение договорных обязательств не отражена обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» для целей определения налоговых обязательств, налоговым органом не представлено (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, налогоплательщики не должны и не вправе заниматься контролем
за деятельностью других лиц.

Налоговым органом не доказано, что работы, которые заявлены как выполненные спорными контрагентами, в действительности не выполнялись, либо выполнены персоналом и с использованием оборудования, принадлежащего заявителю.

Как указал заявитель, в его распоряжении имелся сварочный аппарат, использование которого не позволило бы самостоятельно выполнить
тот объем работ, который выполнен спорными контрагентами, иные станки были законсервированы и временно не использовались, на 2014 год произошло сокрушение персонала. Объем трудозатрат для целей выполнения работ налоговым органом не рассчитывался, и не доказано, что
с использованием того персонала и оборудования, который фактически использовался в спорный период, налогоплательщик мог самостоятельно,
без привлечения спорных контрагентов в статусе подрядчиков, выполнить весь объем работ, переданных заказчикам. Кроме того, как отметил заявитель
и не оспорено налоговым органом, спорным контрагентам передана лишь часть работ, подлежащая передаче заказчикам, остальные виды работ выполнялись ресурсами налогоплательщика.

Аргументы Инспекции о то, что заказчик продукции - ООО «Инста-Сил» не подтвердил факт получения от заявителя продукции с нанесенным покрытием безоснователен, поскольку из ответа ООО «Инста-Сил»
от 09.02.2018 следует, что часть продукции, поступавшей от заявителя имела покрытие (файл «Ответ ООО Инста-Сил на требование 107 (договор спецификации)».

Доводы Инспекции о том, что нежилые помещения, используемые спорными контрагентами заявителя не отвечали санитарным, техническим нормам для целей выполнения работ, судом рассмотренные и отклоняются.

Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, должна производиться налоговыми органами на основании законодательства о налогах и сборах, что корреспондирует с правовыми позициями Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отраженными в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.07.1997
№ 544/97, от 22.12.1998 № 6708/97.

Таким образом, нарушение требований иных отраслей законодательства, влечет налоговые последствия только в прямо установленных НК РФ случаях.

Материалами дела не подтверждается физические лица: ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26., ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО31, ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, ФИО36, на которых Обществом оформлялись пропуска фактически без официального трудоустройства выполнили тот объем работ, который получен от спорных контрагентов.
В решении Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018 №18-18/253 отмечено, что Инспекцией лишь на основании свидетельских показаний ФИО37 (протокол допроса от 30.01.2018
№ 122), ФИО24 (протокол допроса от 31.01.2018 № 123) сделан
не подтвержденный совокупностью иных доказательств вывод об участии этих физических лиц в выполнении работ в интересах заявителя.

Таким образом, Инспекцией не доказано, что заявителем с привлечением нетрудоустроенных физических лиц самостоятельно выполнен объем работ, переданных спорным контрагентам.

Возможные отступления от условий договора, неполнота, с позиции Инспекции, комплекта документов не ставят под сомнение фактическое приобретение заявителем товаров, выполнение работ, объем и наличие которых налоговым органом достаточными доказательствами
не опровергнуты (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Инспекцией не установлены обстоятельства, указывающие на невозможность реального осуществления заявителем и его контрагентами - обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет» хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для реализации товаров и выполнения работ на предусмотренных договором и обстоятельствами сделок условиях.

В спорной ситуации налоговым органом достаточной совокупностью доказательств не опровергнуты факты того, что представленные заявителем первичные документы отражают реальное содержание совершенных хозяйственных операций.

Не доказано налоговым органом и отклонение цен, в сделке заявителя и его контрагентов при совершении операций по приобретению товаров и работ, от уровня рыночных цен, приобретение товаров и работ «без НДС», искусственного завышения стоимости товаров и работ для «наращивания» сумм налоговых вычетов.

Также Обществом доказано, что него отсутствовала возможность выполнить работы для заказчика собственными ресурсами и персоналом.

Достаточных, основанных на надлежащем комплексном анализе, доказательств, того, что перечисления денежных средств обусловлены фиктивными договорными конструкциями субъектов сделок, направленными именно на имитацию расчетов, и вуалирующими посредством сформированного документооборота фактические отношения, а также того, что сделки не повлекли соответствующих гражданско-правовых и налоговых последствий, Инспекцией не представлено (часть 1 статьи 65, часть 5
статьи 200 АПК РФ).

Налоговым органом не представлены бесспорные, убедительные доказательства отсутствия реальных хозяйственных взаимоотношений между заявителем и обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет»,
в частности, доказательства того, что товары и работы не приобретались вообще и не оплачивались, либо сделки заявителем заключены и исполнялись иными субъектами, либо самим налогоплательщиком (его ресурсами и персоналом), а также доказательства отсутствия у заявителя фактических расходов по оплате товаров и работ с учетом НДС. Указанные обстоятельства также установлены вышестоящим по отношению
к Инспекции налоговым органом при рассмотрении жалобы Общества на оспариваемое решение Инспекции.

Налоговый орган не оспорил несение расходов заявителем
в связи с внесением платы за полученные товары и результаты работ
в полном объеме, доказательства возврата указанных денежных средств
в адрес Общества и его должностных лиц Инспекцией в материалы дела
не представлены.

Доказательств того, что для целей налогообложения заявитель как налогоплательщик в налоговом учете отразил операции не в соответствии
с их действительным экономическим смыслом, налоговый орган
не представил.

Ссылка Инспекции на свидетельские показания судом рассмотрена, при этом суд отмечает, что результаты допросов не могут быть восприняты как однозначное свидетельство об обстоятельствах отсутствия хозяйственной деятельности спорных контрагентов Общества. Свидетельские показания как источник информации в значительной степени характеризуются неточностью: опрашиваемые в силу тех или иных причин могут сообщить неполные или неточные сведения и т.п., поэтому их содержание должно подтверждаться иными доказательствами.

В силу положений статей 89, 90, 101 НК РФ свидетельские показания, полученные в порядке статьи 90 НК РФ, служат только источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут являться единственным, безусловным доказательством в деле о налоговом правонарушении, доказательства в котором подлежат оценке в совокупности.

Свидетельские показания могут быть использованы только как дополнительные сведения об обстоятельствах, имеющих значение при осуществлении налогового контроля, и могут использоваться только наряду
с другими доказательствами, исследуемыми в рамках мероприятий налогового контроля, если позволяют четко, конкретно, однозначно установить факт, имеющий значение для налогового контроля.

Вместе с тем, из свидетельских показания также однозначно
не следует, что поставка товаров и выполнение работ спорными контрагентами не осуществлялись, и товары поставлены и работы выполнены иными субъектами (этих субъектов Инспекция достоверно
не установила).

Основанных на достаточной доказательной базе мотивированных аргументов, указывающих на фиктивный характер сделок заявителя и обществ «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», их нетипичность для хозяйственного оборота и деятельности как заявителя так и его контрагентов, отсутствие деловой цели сделок, невозможность исполнения, Инспекцией не приведено.

Учитывая, что приобретение работ и товара у указанных контрагентов подтверждено заявителем представленным пакетом документов, Инспекцией не опровергнуты как наличие объекта сделок, так и факты оплаты по заключенным договорам, доводы Инспекции о том, что представленные документы являются формальными, направленными на завышение сумм налоговых вычетов и расходов посредством фиктивного документооборота, и введения в систему договорных отношений номинальных посредников, судом отклоняются.

Представленные заявителем документы, в том числе счета-фактуры, выставленные каждым контрагентом, на основании которых налоговым органом отказано в применении вычетов соответствуют нормативным требованиям, а счета-фактуры также требованиям статьи 169 НК РФ.

Инспекцией в рамках рассмотрения спора не доказано и нормативно
не обосновано (в нарушение части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ) какое нарушение допущено субъектами договоров и заявителем
в частности, при оформлении счетов-фактур и применении заявителем налоговых вычетов НДС.

Исходя из сохраняющей актуальность правовой позиции, отраженной
в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.1997 № 4569/96, нарушения налогового законодательства, выявленные при проведении встречной проверки
у контрагента налогоплательщика, не могут являться доказательством неправомерных действий налогоплательщика, поскольку относятся
к деятельности другого субъекта налогообложения.

Применительно к правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении
от 24.11.1998 № 512/98, отсутствие отдельных реквизитов в первичных документах свидетельствует о нарушении ведомственных, отраслевых актов,
но не опровергает наличия у налогоплательщика соответствующих хозяйственных операций и не связывается законодательством с правом налогоплательщика на налоговый вычет по НДС.

Согласно правовому подходу, приведенному в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, факт неисполнения поставщиком товаров (работ, услуг) обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

Претензии налогового органа к контрагентам контрагентов (приведены выводы о номинальном статусе и наличии различных критериев налоговых рисков) на правомерность применения Обществом налоговой выгоды влиять не могут, поскольку возлагают тем самым на заявителя как налогоплательщика дополнительные обязанности, не установленные законом.

Приведенные в обоснование отказа в применение налоговых вычетов доводы налогового органа об обстоятельствах и условиях заключения и совершения сделки, иные приводимые по настоящему делу аргументы
об обстоятельствах, обладающих признаками, внешне схожими
с перечисленными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, при отсутствии достоверных фактов получения неосновательной выгоды и уклонения от налогообложения, не свидетельствуют о групповых согласованных действиях различных хозяйствующих субъектов, направленных исключительно на применение Обществом вычетов НДС и учете расходов
с использованием фиктивных договорных механизмов (конструкций),
в отсутствие намерения осуществлять предпринимательскую деятельность.

Аргументы Инспекции об отсутствии у спорных контрагентов ресурсов, транспортных средств, персонала, отраженные в оспариваемом ненормативном акте, со ссылкой на представленные в материалы дела доказательства, судом рассмотрены, вместе с тем, сами по себе с учетом посреднического статуса деятельности контрагентов не свидетельствуют
о получении неосновательной налоговой выгоды и нереальности сделок. Так, факт отсутствия основных средств в собственности сам по себе не может свидетельствовать об отсутствии возможности осуществлять посредническую деятельность, также нормативно не запрещено привлекать для исполнения договоров третьих лиц. Кроме того, контрагенты вправе привлекать персонал, транспортные средства, транспортные услуги
на основании гражданско-правовых договоров и оплачивать соответствующие услуги за наличный расчет, с осуществлением иных нормативно предусмотренных и допускаемых форм расчетов (в частности, посредством зачета требований).

Таким образом, налоговым органом не опровергнута реальность исполнения субъектами договорных отношений условий сделок,
не доказаны факты, указывающие на получение заявителем неосновательной налоговой выгоды, что свидетельствует о неправомерном отказе
в применении вычетов НДС и корректировке состава расходов.

Для налогообложения, с учетом приведенных правовых позиций Высших судебных инстанций, определяющее значение имеет
не оптимальность предпринимательских схем, а факт совершения реальной хозяйственной операции, подтвержденный первичными документами и ее экономическая обоснованность.

Исходя из норм НК РФ и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, определение объема прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции осуществляется судом в случае, если суд в результате оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств (по конкретным фактическим обстоятельствам) придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Действительный экономический смысл (деловая цель сделки) и реальный характер сделки налогоплательщика подлежат установлению судом в случае, если при рассмотрении вопроса о законности и обоснованности соответствующего решения налогового органа суду представлены безусловные доказательства того, что документы налогоплательщика недостоверны, не отвечают требованиям законодательства, содержат противоречивые сведения, либо в случае, если такие документы не представлены налогоплательщиком.

По рассматриваемым судом эпизодам налоговым органом
не опровергнута реальность совершения сделок между заявителем и его контрагентами; указанные хозяйственные операции подтверждены необходимыми надлежаще оформленными документами; подтверждены факты осуществления расчетов за реально поставленный товар и выполненные работы в безналичном порядке; совершение заявителем сделок обусловлено разумными экономическими причинами и целями делового характера.

При этом фактов обналичивания (выведения и последующего предоставление в распоряжение) денежных средств заявителем, возврата
в его адрес ранее направленных денежных средств Инспекцией не выявлено; достаточных доказательств для обоснованного вывода о противоправной
(в обход законодательства о налогах и сборах) согласованности действий участников всей системы договорных отношений и расчетов, направленной на извлечение необоснованной налоговой выгоды заявителем, Инспекцией
не представлено (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ).

Налоговый орган фактов получения необоснованной налоговой выгоды по мотиву отражения операций не в соответствии с их подлинным экономическим смыслом не устанавливал, переквалификацию сделок заявителя с контрагентами не производил.

Таким образом, нельзя признать правомерными увеличение Инспекции налоговых обязательств налогоплательщика по налогу на прибыль организаций и отказ Инспекции в соответствующих налоговых вычетах сумм НДС, предъявленных контрагентами заявителя по счетам-фактурам при расчетах в рамках исполнение условий отмеченных договоров.

Поскольку заявителю неправомерно доначислены НДС и налог на прибыль организаций, оснований для начисления пеней и применения штрафов в соответствии с пунктом 3 статьи 122 Кодекса также не имеется (статьи 75, 106, 108, пункт 1 статьи 109, статьи 171, 172, 173, 176 НК РФ).

При таких обстоятельствах, оспариваемый заявителем ненормативный акт Инспекции - решение от 16.08.2018 № 11, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 №18-18/253, в связи с корректировкой налоговых обязательств по НДС и налогу на прибыль организаций по взаимоотношениям
с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», начислению соответствующих пеней и применению соответствующих налоговых санкций не соответствует приведенным положениям НК РФ, и глав 21 и 25 Кодекса,
в частности, и нарушает права и законные интересы общества «УралМеталлОбработка», в связи с чем, подлежит признанию недействительным в указанной части.

Ненормативный акт Инспекции в части доначисления НДС и налога на прибыль организаций, корректировки убытка по эпизодам взаимоотношений с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», начисления соответствующих сумм пеней и применения налоговых санкций подлежит признанию недействительным.

В свою очередь, ненормативным акт Инспекции по доначислению НДС в связи с исключением из состава вычетов сумм НДС, «предъявленных» обществом «УралРегионПоставка», начислению соответствующих сумм пеней, следует признать законным и обоснованным.

Исходя из обстоятельств дела, налоговым органом представлены достаточные доказательства, указывающие на нереальность сделок заявителя с обществом «УралРегионПоставка» и получения заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определениях от 15.02.2005 № 93-О, от 18.04.2006 № 87-О, исходя из положений статьи 172 НК РФ, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками. При этом, как отметил Конституционный Суд Российской Федерации по смыслу пункта 2
статьи 169 Кодекса соответствие счета-фактуры требованиям, установленным пунктами 5 и 6 данной статьи, позволяет определить контрагентов по сделке (ее субъекты), их адреса, объект сделки (товары, работы, услуги), количество (объем) поставляемых (отгруженных) товаров (работ, услуг), цену товара (работ, услуг), а также сумму начисленного налога, уплачиваемую налогоплательщиком и принимаемую им далее
к вычету; требование пункта 2 статьи 169 НК РФ, согласно которому налогоплательщик в качестве основания налогового вычета может представить только полноценный счет-фактуру, содержащий все требуемые сведения, и не вправе предъявлять к вычету сумму налога, начисленную по дефектному счету-фактуре, сведения в котором отражены неверно или неполно, направлено на создание условий, позволяющих оценить правомерность налогового вычета и пресечь ситуации, связанные
с необоснованным возмещением (зачетом или возвратом) сумм налога
из бюджета.

Аналогичные правовые позиции об обязанности именно налогоплательщика подтвердить надлежащими документами обоснованность применения налогового вычета, отражены в частности, в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
от 30.01.2007 № 10963/06, от 30.10.2007 № 8686/07, от 09.11.2010 № 6961/10, от 09.03.2011 № 14473/10.

Представленные налогоплательщиком документы в совокупности
с достоверностью должны подтверждать реальность хозяйственных операций и иные обстоятельства, с которыми законодатель связывает право налогоплательщика на получение налогового вычета; сведения
в представленных документах должны быть достоверными.

По смыслу статьи 54 НК РФ налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые в их исполнение финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете; при этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций (пункт 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.11.2011 № 148 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений главы 30 Налогового кодекса Российской Федерации»).

В силу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, отраженных в определениях от 08.04.2004 № 168-О, № 169-О, недопустима ситуация, когда с помощью инструментов, используемых
в гражданско-правовых отношениях, создаются и применяются схемы незаконного обогащения за счет бюджетных средств, приводящие
к нарушению публичных интересов в сфере налогообложения и к нарушению конституционных прав и свобод других налогоплательщиков.

В пунктах 1 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи
с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Как отражено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом
в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Применительно к правовой позиции, выраженной в постановлениях Президиума ВАС РФ от 13.12.2005 № 9841/05, от 13.12.2005 № 10048/05,
от 27.01.2009 № 9833/08, если налоговым органом представлены доказательства того, что в действительности хозяйственные операции поставщиками товаров (работ, услуг) не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему сделок, взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия поставщика товаров (работ, услуг) и покупателя указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, направленность их действий на получение необоснованной налоговой выгоды, имеются признаки отсутствия разумной деловой цели заключаемых сделок, суд
не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

В Определении Конституционный Суд Российской Федерации
от 04.11.2004 № 324-О указано, что отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме. Аналогичная позиция отражена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 467-О.

Согласно письму ВАС РФ от 11.11.2004 № С5-7/уз-1355 при обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика о возмещении из бюджета средств НДС. Таким образом, налог на добавленную стоимость от организаций-поставщиков не поступает в Федеральный бюджет, а покупатель же требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в бюджете.

Согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 01.11.2005 № 9660/05, налоговый вычет по НДС предоставляется добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат на уплату налога поставщикам товаров (работ, услуг) и связан
с необходимостью подтверждения документами факта приобретения и оплаты товаров (работ, услуг).

Исходя из правовых позиций, отраженных в постановлениях Президиума ВАС РФ от 09.03.2004 № 12073/03, от 03.08.2004 № 2870/04, положения статьи 176 Кодекса находятся во взаимосвязи со статьями 171 и 172 Кодекса и предполагают возможность возмещения налогов из бюджета при наличии реального осуществления хозяйственных операций и при осуществлении сделок с реальными товарами (реальным выполнением работ, оказанием услуг), что в свою очередь, предполагает уплату НДС
в федеральный бюджет.

Таким образом, помимо формальных требований, установленных статьями 169, 171, 172, статьей 252 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение и исполнение сделки заявленным конкретным контрагентом (содержательный аспект сделки) и отражение сделки в соответствии
с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

При рассмотрении вопроса о получении налогоплательщиком права на получение налогового вычета, недостаточно соблюдения формальных условий, предусмотренных соответствующими положениями НК РФ. Документы, представленные налогоплательщиком, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения
об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые (налогозначимые) последствия.

Судом установлено, что представленные налоговым органом
в материалы дела доказательства в своей совокупности опровергают доводы заявителя-налогоплательщика о реальности осуществления хозяйственных операций с обществом «УралРегионПоставка» по оказанию транспортных услуг, а представленные документы не отвечают критерию достоверности
и не подтверждают хозяйственные операции с указанным контрагентом.

Сами по себе факты перечисления денежных средств на расчетный счет контрагента, иные формы расчетов, наличие договоров и представленных
к ним первичных документов, на что ссылается заявитель,
в отсутствие достоверных доказательств фактического оказания услуг названным контрагентом, не обосновывают право заявителя как налогоплательщика на получение налоговой выгоды, поскольку Обществом представлены документы, содержащие недостоверные и противоречивые сведения.

Также суд учитывает, что заявителем не представлены доказательства обоснования выбора в качестве контрагента общества «УралРегионПоставка», с учетом специфики и объемов услуг, согласования условий сделок, порядка оплаты, гарантийных обязательств, преддоговорной переписки, направления заявок на оказание транспортных услуг, согласования субъектами договорных отношений времени и места прибытия автомобилей и техники для целей оказания услуг.

По пояснениям руководителя заявителя ФИО4 контакты по поводу осуществления перевозок осуществлялись непосредственно
с ФИО14, который для целей оформления сделки предложил оформить договор заявителя с обществом «УралРегионПоставка».

В подтверждение взаимоотношений с контрагентом заявителем
не представлены доказательства направления и получения контрагентом предусмотренных условиями сделок заявок заявителя, контактов сотрудников заявителя с должностными лицами или представителями спорного контрагента, документов, подтверждающих их полномочия,
а также, учитывая отсутствие транспорта у контрагента, не представлены доказательства оформления контрагентом каких-либо отношений
с ФИО14.

В соответствии с правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении
от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик в обоснование доводов
о проявлении им должной осмотрительности вправе приводить доводы
в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

Заявителем не представило доказательств (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ) того, какие сведения на дату оформления договоров оказания услуг он имел о деловой репутации общества «УралРегионПоставка», специфике осуществляемой им деятельности, его платежеспособности, наличии у контрагента необходимых ресурсов (имущества, транспортных средств, оборудования, персонала) и, соответствующего опыта, свидетельствовавших о том, что в рассматриваемом случае заявитель проявил осмотрительность при выборе в качестве контрагента общества «УралРегионПоставка».

Обществом в опровержение доказательств Инспекции
не приведено доводов в обоснование выбора контрагента, учитывая, что
по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие
у контрагента необходимых ресурсов и соответствующего опыта.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательская деятельность осуществляется на свой риск, следовательно, при вступлении в гражданские правоотношения субъекты должны проявлять разумную осмотрительность, так как последствия выбора недобросовестного контрагента ложатся на этих субъектов. Налогоплательщик не может считаться добросовестным, если при выборе контрагента он не проявил необходимой меры осторожности и осмотрительности.

Налогоплательщик, не воспользовавшийся своим правом обеспечить документальное подтверждение достоверности сведений, изложенных
в документах по сделке с контрагентом, на основании которых он, в свою очередь, претендует получения вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия.

Принимая во внимание, что заявитель был свободен в выборе контрагентов и должен был проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагента, в том числе в сфере налоговых правоотношений, негативные последствия выбора неблагонадежного контрагента, документы, оформляющие сделку с которым не отвечают критериям достоверности,
не могут быть переложены на бюджет при реализации права на налоговые вычеты.

Ссылка заявителя на наличие в его распоряжении учредительных документов контрагентов, якобы, свидетельствующих о проявлении заявителем должной осмотрительности, на самом деле не позволяют сделать желаемый (позитивный) для заявителя вывод, так как эти документы сами по себе не содержали для заявителя актуальной информации о контрагенте, возможности исполнить с его стороны договорные обязательства.

Заявитель, располагая актуальной информацией о специфике сделок, представил в обоснование вычетов документы со спорным контрагентом, проявление осмотрительности в выборе которого и исполнение сделок
с которым не подтверждены, а представленные документы являются недостоверными.

Таким образом, заявителем необоснованно заявлены налоговые вычеты НДС по сделкам с обществом «УралРегионПоставка», поскольку реальность сделок с этим контрагентом не подтверждена, представленные в обоснование налоговых вычетов за спорный налоговый период документы являются недостоверными.

Номинальный посредник, не имеющий ресурсов для ведения реальной хозяйственной деятельности, не несущий расходов, свойственных реальной финансово-хозяйственной деятельности, не являющийся плательщиком НДС в связи с применением режима, предусматривающего уплату УСН, не декларировал в полном объеме налоговые обязательства от хозяйственных операций, в том числе с заявителем), является фиктивной структурой, реквизиты и расчетные счета которой используются для целей перечислений в интересах получателей необоснованной налоговой выгоды (каковым применительно к обстоятельствам спора является заявитель) в адрес субъектов, фактически участвующих в исполнении сделок, а также для выведения значительных денежных средств, зачисленных на его счет
из легального финансового оборота, в том числе в пользу физических лиц, с последующим обналичиванием.

Финансово-хозяйственные аспекты деятельности номинального контрагента, размеры исчисленных к уплате налогов, доказывают позицию налогового органа об отсутствии сформированного в бюджете источника возмещения НДС, получении заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Так, исходя из представленных налоговым органом доказательств при регистрации контрагента заявлен минимальный уставный капитал - 10 000 руб., у спорного контрагента отсутствуют работники, имущество на балансе, ресурсы, необходимые для ведения реальной хозяйственной деятельности, анализ его деятельности показал, что он не являлся субъектом, осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность, а выступал номинальной структурой, реквизиты и банковский счет которой использовались для имитации сделок и расчетов.

Представленными налоговым органом доказательствами подтверждается формирование и представление заявителем в обоснование налоговых вычетов пакета документов, вуалирующих фактические существовавшие отношения по исполнению сделок, не отвечающих критериям достоверности в целях необоснованного применения налоговых вычетов и получения необоснованной налоговой выгоды.

Транзитный характер платежей и факты участия спорного номинального контрагента в схеме имитации сделок, перечисления денежных средств и их выведения из контролируемого финансового оборота подтверждены налоговым органом.

Суд, с учетом представленных налоговым органом и не опровергнутых заявителем (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ) доказательств, отказывая в подтверждении примененных заявителем налоговых вычетов
по сделкам с обществом «УралРегионПоставка», исходит из совокупности обстоятельств, которые свидетельствуют о том, что контрагент заявителя
не являлся самостоятельно действующей организацией, совершающей реальные хозяйственные операции при осуществлении предпринимательской деятельности в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Согласно правовому подходу, выраженному в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации
от 11.11.2008 № 9299/08, в случае, если счета-фактуры оформлены от имени фиктивного контрагента, соответственно, первичные документы содержат недостоверные сведения, вычеты по НДС нельзя считать документально подтвержденными.

Таким образом, недостоверность сведений о хозяйственных операциях со спорным контрагентом, как фактор, свидетельствующий о неправомерной налоговой выгоде, подтверждена совокупностью доказательств, полученных налоговым органом в ходе контрольных мероприятий.

На основании приведенной совокупности обстоятельств, установленных в ходе проверки, и их оценки в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, суд находит обоснованными выводы налогового органа о том, что фактическая система оказания услуг документально оформлена через общество «УралРегионПоставка» - посредника, фактически
не участвовавшего в реальных финансово-хозяйственных отношениях,
в оказании услуг, а выполняющего функции транзитного звена между заявителем и не являющимся плательщиком НДС физическим
лицом - ФИО14.

Система перечислений с участием спорного контрагента, его реквизитов и счета, позволила заявителю создать видимость оплаты услуг - фактических затрат на приобретение услуг с НДС именно от спорного контрагента, тогда как в действительности указанный контрагент реального участия в сделках не принимал.

Спорный контрагент реальной хозяйственной деятельностью
не занимался, а использовался для организации движения денежных средств
с целью создания видимости осуществления хозяйственных операций.

При анализе движения денежных средств по расчетным счетам субъектов сделок установлено, что движение носит транзитный характер,
при этом значительная часть денежных средств обналичивалась
с использованием перечислений на счета физических лиц.

Таким образом, материалами дела, в том числе дополнительно представленными Инспекцией документами, протоколами допросов подтверждается вывод Инспекции о том, что совокупность вышеизложенных фактов свидетельствует об отсутствии реальности сделок между обществом «УралРегионПоставка» и заявителем, о недостоверности сведений, содержащихся в представленных Обществом документах по сделкам
с данным контрагентом, о создании формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды, который не отражает подлинное экономическое содержание соответствующих операций.

В пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды
в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

При выявлении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход (уклонение) от налогообложения (противоправную минимизацию налогообложения, получение неосновательной налоговой выгоды),
в частности с привлечением номинальных контрагентов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним проявлением такого поведения может служить, в частности причинно-следственная зависимость между бездействием продавца (поставщика), не уплатившего НДС в бюджет
от результатов хозяйственной операции, и требованиями налогоплательщика о возмещении из федерального бюджета средств НДС (применении вычета НДС). При таких схемах (конструкциях, сопровождающихся формальным документооборотом, в том числе не отражающим хозяйственные операции
в соответствии с подлинным экономическом смыслом), НДС от организаций-поставщиков товаров (работ, услуг) не поступает в федеральный бюджет,
а покупатель товаров (работ, услуг), претендуя на получение налоговой выгоды, требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в федеральном бюджете (несформированность источника возмещения налога).

Аргументы Общества о том, что факт получения им налоговой выгоды не доказан, сделки носили реальный характер, заявитель, проявивший должную степень осмотрительности, не может нести негативные последствия за деятельность контрагента, экономическая целесообразность хозяйственных операций с контрагентом, не подлежащая контролю со стороны налогового органа, доказана, судом не принимаются.

Вопреки доводам заявителя, налоговым органом с учетом обстоятельств номинальности контрагента, форм, временных интервалов расчетов, выведения и расходования денежных средств, свидетельских показаний и документов, доказаны факты использования фиктивных договорных конструкций для целей наращивания вычетов
в целях налогообложения и получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, из обстоятельств спора в отношении корректировки обязательств заявителя по НДС ввиду непринятия вычетов по сделкам
со спорным контрагентом следует, что заявителем получена необоснованная налоговая выгоды в связи с противоправным уменьшением налоговых обязательств по НДС за отмеченные налоговые периоды на основании составленных (сформированных) фиктивных документов, отражающих реквизиты спорного контрагента, в результате искажения сведений
о хозяйственных операциях, отражении операций вне их подлинного экономического смысла.

Доказательства того, что Обществом при проверке сведений, содержащихся в государственном реестре юридических лиц, были осуществлены действия по проверке реальности существования выбранной организации как субъекта предпринимательской деятельности, полномочий лиц, представляющих интересы контрагента, составляющих и подписывающих хозяйственные документы, не представлены.

Из совокупности установленных по делу обстоятельств следует, что по спорным сделкам деятельность налогоплательщика направлена на «совершение» операций, связанных с налоговой выгодой, с контрагентом,
не ведущим реальной хозяйственной деятельности и не исполняющим своих налоговых обязанностей, что также является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

В обоснование экономической необходимости заключения со спорным контрагентом договоров, Общество ссылается на отсутствие достаточных собственных ресурсов, транспорта, необходимых для надлежащего исполнения им принятых на себя обязательств перед заказчиками.

Между тем, как указано выше, у спорного контрагента отсутствуют необходимые условия для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (отсутствуют основные средства, транспортные средства, имущество, трудовые ресурсы), фактически для осуществления деятельности и оказания услуг заказчикам заявителем использовался транспорт физического лица - ФИО14.

Исходя из пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных
с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Заявитель приводит доводы том, что им проявлена должная степень осмотрительности при выборе спорного контрагента, а именно: в рамках оформления договорных отношений с целью проявления должной осмотрительности Обществом был запрошен у контрагента пакет правоустанавливающих и учредительных документов.

Вместе с тем, отклоняя указанные аргументы заявителя, суд отмечает следующее.

Наличие государственной регистрации организации в качестве юридического лица само по себе не предполагает фактическую возможность осуществления поставок и оказания услуг по договорам. Каких-либо документов в обоснование выбора спорного контрагента с точки зрения его деловой репутации, платежеспособности, коммерческой привлекательности данных сделок заявителем как налогоплательщиком также не представлено, что не позволяет сделать вывод о проявлении им должной осмотрительности и осторожности при выборе данного контрагента.

Проявления заявителем должной осмотрительности из оценки материалов дела в совокупности не усматривается, поскольку осмотрительность проявляется не только при выборе контрагента и заключении сделок, она должна проявляться и в ходе их исполнения, и по представленным Обществом документам установить лиц, принимавших со стороны спорного контрагента реальное участие в хозяйственных операциях, учитывая номинальный статус контрагента, отсутствие у него персонала, невозможно.

Субъекты предпринимательской деятельности по условиям делового оборота при выборе контрагента должны оценивать не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта. Следовательно, проверка лишь правоспособности контрагента
не свидетельствует о том, что Общество, будучи заинтересованным в надлежащем исполнении контрагентом заключенных с ним договоров, проявило должную степень осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.

Принимая во внимание, что заявитель был свободен в выборе контрагентов и при значимости этих сделок для осуществляемой деятельности, исходя из специфики услуг и поставок, объема расходов, должен был проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагентов, в том числе в сфере налоговых правоотношений, негативные последствия выбора неблагонадежных контрагентов, документы, оформляющие сделку
с которыми не отвечают критериям достоверности, не могут быть переложены на бюджет при реализации права на налоговые вычеты.

Исходя из пункта 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, в частности, в отношении должной осмотрительности налоговый орган вправе приводить аргументы о том, что налогоплательщик исходил лишь из коммерческой привлекательности сделки и не оценил деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения им обязательств, наличие у него необходимых ресурсов. Налогоплательщик может дать объяснения тому, какие соответствующие деловому обороту критерии учитывались им при выборе контрагента, доказывать свою осведомленность о том, каким образом (за счет каких ресурсов, с привлечением каких соисполнителей и т.п.) должен был исполняться договор (таких факторов заявитель в настоящем деле при обосновании своей позиции не привел).

Исходя из обычаев хозяйственного оборота, существует минимальный стандарт действий, которые налогоплательщики обязаны совершать при вступлении во взаимоотношения с иными лицами. С учетом того, что заявителем не представлена информация о лицах, действовавших от имени контрагента, наличия у них соответствующих полномочий (доверенностей, приказов и др.), подтверждающих, что они действовали от названной организации, соответственно, Общество нельзя признать совершившим указанный минимальный стандарт действий.

Налогоплательщик имел возможность удостовериться в личностях и полномочиях лиц, подписавших договоры, оценить деловую репутацию спорного контрагента на рынке соответствующих товаров и услуг. Тот факт, что на момент заключения сделок контрагент был зарегистрирован в установленном порядке и сведения о нем содержались
в Едином государственном реестре юридических лиц, подтвержденные сведениями официального «Интернет сайта» налогового органа и копиями уставных и учредительных документов, не свидетельствует о совершении спорных хозяйственных операциях именно с названной организацией. Указанная информация носит справочный характер и не характеризует контрагентов как добросовестных, надежных и стабильных участников хозяйственных взаимоотношений. Кроме того, регистрация юридических лиц в соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ
«О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» носит заявительный характер. При предоставлении пакета нормативно предусмотренных документов у регистрирующего органа отсутствуют основания для отказа в государственной регистрации, при этом на регистрирующий орган не возложена обязанность по проведению экспертизы представленных документов.

Доказательства личных контактов работников Общества
с представителями спорного контрагента перед заключением договоров и во время исполнения договоров, доказательства оценки деловой репутации спорного контрагента, объема ресурсов, согласования условий сделок, Обществом не представлены.

Доводы Общества о получении от контрагента по сделке учредительных и регистрационных документов не могут быть приняты, поскольку указанные обстоятельства без проверки возможности реального исполнения самой сделки, в том числе: наличие репутации на рынке, решение вопросов с оказания услуг в установленные сроки, согласованием цен, не свидетельствует о проявлении должной степени осмотрительности.

Не могут быть применены к спорной ситуации, безотносительно
к доказанной Инспекцией нереальности сделок со спорным контрагентом, и положения статьи 54.1 НК РФ, исходя из периода назначения и проведения выездной проверки, по итогам рассмотрения материалов которой вынесено оспоренное решение Инспекции, поскольку в силу пункта 2 статьи 2 Федерального закона от 18.07.2017 № 163-ФЗ «О внесении изменений в часть
первую Налогового кодекса Российской Федерации» положения пункта 5 статьи 82 НК РФ о возложении бремени доказывания наличия обстоятельств, приведенных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ, и (или) несоблюдении условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 НК РФ, на налоговые органы, действуют в отношении выездных налоговых проверок, решения
о назначении которых вынесены налоговыми органами после дня вступления в силу этого Федерального закона - после 19.08.2017.

При имеющихся обстоятельствах, приведенные в заявлении Общества доводы, основанные на интерпретационном изложении отдельных фактических обстоятельств и норм права, судом исследованы и подлежат отклонению, поскольку не опровергают факт установленного нарушения законодательства о налогах и сборах и не доказывают нарушение налоговым органом прав заявителя.

В рассматриваемом случае налоговым органом обоснованно отказано
в применение вычетов НДС по сделкам с указанным контрагентом, в связи
с несоответствием представленных документов требованиям и условиям статей 169, 171, 172 НК РФ, что обусловило отказ в применении налоговых вычетов НДС за спорные налоговые периоды.

Суд при рассмотрении настоящего спора и оценке доводов заявителя, принимая во внимание приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и ВАС РФ, отмечает, что основанием получения налоговой выгоды является не только формальная соотносимость действий налогоплательщика с нормами законодательства о налогах и сборах, регламентирующих порядок применения налоговых вычетов, но и представление достоверных доказательств, обосновывающих соблюдение условий для применения вычетов.

Не могут быть приняты судом доводы заявителя о необоснованном возложении негативных налоговых последствий за действия и деятельность контрагента, ненадлежащую уплату налогов спорным номинальным контрагентом; применительно к спорной ситуации, в условиях использования фиктивного документооборота, отказ в применении вычетов предопределен именно действиями Общества, не обеспечившего надлежащее документальное обоснование спорных сделок и не подтвердившего их исполнение спорным контрагентом, и правомерность включения в состав налоговых вычетов НДС по сделкам с номинальным контрагентом.

Событие и состав налогового правонарушения по пункту 3
статьи 122 НК РФ в связи с неуплатой НДС по эпизоду взаимоотношений
с обществом «УралРегионПоставка» налоговым органом установлены и доказаны.

Поскольку реальность хозяйственных операций с обществом «УралРегионПоставка» не подтверждена заявителем и опровергнута налоговым органом, выявлены и доказаны факты имитации хозяйственных операций с этим контрагентом, не совершавшиеся им в действительности (сформированный фиктивный документооборот вуалирует фактические отношения по исполнению сделок иным субъектом), получение неосновательной налоговой выгоды в связи с отражением сделок вне подлинного экономического смысла, доначисление заявителю НДС по взаимоотношениям с обществом «УралРегионПоставка», а также начисление соответствующих сумм пеней за неуплату этого налога следует признать правомерным. Ненормативный акт налогового органа в указанной части является законным и не подлежит признанию недействительным.

Кроме того, при доказанных событии и составе налогового правонарушения налоговым органом обоснованно применена налоговая санкция по пункту 1 статьи 126 НК РФ, размер которой уменьшен решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 №18-18/253 при наличии смягчающих ответственность обстоятельств.

Из материалов дела и содержания оспариваемого решения Инспекции следует, что основанием для применения штрафа по пункту 1
статьи 126 НК РФ в размере 2 100 руб. являлся факт непредставления
в установленный срок заявителем 21 документа по выставленному в порядке статьи 93 НК РФ требованию налогового органа от 10.07.2017 № 799, которое получено Обществом по телекоммуникационным каналам связи 21.07.2017. При установленном сроке представления документов - 04.08.2017, документы представлены Обществом 10.08.2017. При привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности размер штрафа снижен Инспекцией в 2 раза и составил 2 100 рублей.

Кроме того, размер санкции снижен решением Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018
№18-18/253 до 1 050 руб., а также отменено решение Инспекции в части применения штрафа по пункту 1 статьи 126 НК РФ в размере 900 рублей.

Размеры примененных решением Инспекцией, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 №18-18/253, с учетом смягчающих налоговую ответственность обстоятельств, по пункту 3 статьи 122 НК РФ налоговых санкций за неуплату НДС, а также налоговой санкции по пункту 1 статьи 126 НК РФ не являются чрезмерными, соответствуют характеру допущенных правонарушений, степени вины заявителя, конституционным принципам справедливости, юридического равенства, пропорциональности и соразмерности ответственности конституционно значимым целям (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11.03.1998 № 8-П,
от 12.05.1998 № 14-П, от 15.07.1999 № 11-П, от 14.07.2005 № 9-П), оснований признать назначенные в таком порядке штрафы по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 НК РФ несправедливым применительно
к фактическим обстоятельствам спора и деятельности заявителя, не имеется.

При оценке обоснованности применения мер публичной ответственности и налоговой ответственности в частности, исходя
из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, подлежат учету, наряду с личностью правонарушителя и степенью его вины, характер правонарушения, его опасность для защищаемых законом ценностей, с тем, чтобы обеспечить адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к ответственности, тому вреду, который причинен
в результате правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения и обеспечивая баланс основных прав индивида (юридического лица) и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от правонарушений.

Неуплата или неполная уплата налогов, исходя из конституционно-правовой природы налогов как необходимой экономической основы существования и деятельности государства, посягает на публичные имущественные отношения, связанные с формированием доходной части бюджетов.

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, необоснованно широкие пределы усмотрения при снижении размера штрафа в процессе правоприменения противоречили бы вытекающему из принципа справедливости принципу неотвратимости ответственности, а также целям наказания за нарушение положений законодательства Российской Федерации, в том числе предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Основания для дальнейшего снижения размеров налоговых санкций по пункту 3 статьи 122 и пункту 1 статьи 126 Кодекса, при установленной и доказанной форме вины заявителя в допущенных нарушениях законодательства о налогах и сборах, конкретного размера оставшихся санкций и отсутствия доказательств их явной чрезмерности, суд
не усматривает, поскольку это может нивелировать значение института налоговой ответственности, направленного, в том числе на предупреждения новых нарушений законодательства о налогах и сборах (общая и частная превенции).

Аргументы представителя заявителя о возможности снижения размеров штрафов при наличии смягчающих обстоятельств до 0 (нуля) рублей, арбитражным судом рассмотрены и признаны ошибочными.

При применении смягчающих ответственность обстоятельств недопустимо снижать размер штрафа до нуля рублей, безосновательно и вопреки положениям пункта 3 статьи 114 НК РФ освобождая лицо
от налоговой ответственности. Соответствующий правовой подход приведен в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2019
№ 309-КГ18-14683.

Иные доводы заявителя и налогового органа судом исследованы, и признаны не имеющими самостоятельного правового значения для рассмотрения спора по существу.

Таким образом, оспариваемое решение Инспекции от 16.08.2018 № 11
о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018 №18-18/253, подлежит признанию недействительным в части доначисления и предъявления к уплате НДС и налога на прибыль организаций, корректировки убытка для целей исчисления налога на прибыль организаций по эпизодам взаимоотношений
с обществами «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», начисления и предъявления к уплате соответствующих сумм пеней и применения и предъявления к уплате соответствующих налоговых санкций за неуплату НДС и налога на прибыль организаций, с возложением на Инспекцию обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя (часть 2, пункт 3 части 4 статьи 201 АПК РФ). В остальной оспоренной части решение Инспекции от 16.08.2018 № 11, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 №18-18/253, является законным и обоснованным, требования заявителя, не доказавшего совокупных условий для признания ненормативного акта Инспекции недействительным в остальной части,
не подлежат удовлетворению (часть 3, пункт 3 части 4 статьи 201 АПК РФ).

В силу статьи 112, части 2 статьи 168 АПК РФ при вынесении решения подлежат распределению судебные расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Учитывая, что законодательством не предусмотрен возврат заявителю уплаченной государственной пошлины из бюджета в случае, если судебный акт принят в его пользу, а также освобождение государственных органов (органов местного самоуправления) от возмещения судебных расходов,
в связи с этим, если судебный акт принят не в пользу указанных органов, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению этими органами в составе судебных расходов (пункт 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства
о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

При этом, исходя из неимущественного характера требований заявителя, не могут применяться положения части 1 статьи 110 АПК РФ, регламентирующие распределение судебных расходов при частичном удовлетворении заявленных требований, соответственно, судебные расходы подлежат возмещению налоговым органом в полном размере (постановление Президиума ВАС РФ от 13.11.2008 № 7959/08).

Поскольку требования заявителя о признании частично недействительным решения Инспекции от 16.08.2018 № 11, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю
от 26.11.2018 № 18-18/253, в оспариваемой части признаны частично обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, расходы
по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. - за рассмотрение заявления об оспаривании решения Инспекции (платежное поручение
от 03.12.2018 № 321, том 1 л.д.62), с учетом статьи 110 АПК РФ,
в сумме 3 000 руб. подлежат отнесению на Инспекцию.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

Р Е Ш И Л:

1. Требования общества с ограниченной ответственностью «УралМеталлОбработка» (ОГРН <***>, ИНН <***>) удовлетворить частично.

2. Признать недействительным вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 6 по Пермскому краю
(ОГРН <***>, ИНН <***>) решение от 16.08.2018 № 11
о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в редакции решения Управления Федеральной налоговой службы по Пермскому краю от 26.11.2018 №18-18/253, в части доначисления и предъявления к уплате налога на добавленную стоимость и налога
на прибыль организаций, корректировки убытка для целей исчисления налога на прибыль организаций по эпизодам взаимоотношений
с обществами с ограниченной ответственностью «Техноресурс», «Лавр», «УралКомплектМаркет», начисления и предъявления к уплате соответствующих сумм пеней и применения и предъявления к уплате соответствующих налоговых санкций за неуплату налога на добавленную стоимость и налога на прибыль организаций.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы
№ 6 по Пермскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>) устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя -
общества с ограниченной ответственностью «УралМеталлОбработка»
(ОГРН <***>, ИНН <***>).

3. В остальной части требования общества с ограниченной ответственностью «УралМеталлОбработка» (ОГРН <***>,
ИНН <***>) оставить без удовлетворения.

4. В порядке распределения судебных расходов взыскать
с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 6
по Пермскому краю (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «УралМеталлОбработка»
(ОГРН <***>, ИНН <***>) в счет возмещения затрат
по уплате государственной пошлины 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.
В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и
не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

Судья В.В. Самаркин