Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Трояк Е.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску акционерного общества "Центр судоремонта "Дальзавод" (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации: 06.11.2008)

к обществу с ограниченной ответственностью "Кингисеппский машиностроительный завод" (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации: 17.05.2013)

третье лицо: Министерство обороны Российской Федерации

о взыскании процентов за пользование авансом как коммерческим кредитом, неустойки, штрафа, встречный иск о взыскании фактически понесенных расходов,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1, доверенность №804-8/5-64/уо от 10.12.2021., диплом, паспорт;

от ответчика: ФИО2, доверенность №02-С, от 10.01.2022, диплом,

третье лицо: ФИО3, доверенность от 05.07.2022, диплом (участвует онлайн);

установил: акционерное общество "Центр судоремонта "Дальзавод" (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Кингисеппский машиностроительный завод" (далее – ответчик) о взыскании 21 594 958 рублей 32 копеек процентов за пользование авансом как коммерческим кредитом, 36 688 004 рубля 18 копеек неустойки и 5 375 000 рублей штрафа за непродление банковской гарантии по договору от 17.08.2017 № 1618187304731442209003153/799-17Р(с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением от 11.03.2021 для совместного рассмотрения с первоначальным иском принято к производству встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью "Кингисеппский машиностроительный завод" о взыскании 123 893 597 рублей 40 копеек фактически понесенных заводом расходов на исполнение договора, и о расторжении договора.

Истец уточненные требования поддержал в полном объеме, мотивировав их ненадлежащим исполнением ответчиком договорных обязательств, встречные исковые требования оспорил.

Ответчик иск оспорил, по доводам, изложенным в отзыве на иск, указал, что одновременное начисление неустойки за просрочку выполнения работ и процентов за пользование авансом приводит к получению истцом необоснованной выгоды, полагает, что из периода начисления неустойки подлежат исключению периоды приостановки выполнения работ, завил о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ, уточнил требования встречного иска и просил взыскать фактически понесенные им расходы на исполнение договора в сумме 123 893 597 рублей 40 копеек.

Уточнения судом приняты в порядке статьи 49 АПК РФ.

Из материалов дела суд установил следующее.

17.08.2017 года между АО «Центр судоремонта «Дальзавод» (далее -АО «ЦСД», заказчик) и ООО «Кингисеппский машиностроительный завод» (далее - ООО «КМЗ», исполнитель) заключен договор № 1618187304731442209003153/799-17Р (далее - договор) о выполнении работ по сервисному обслуживанию кораблей и судов ТОФ.

ООО «КМЗ» в соответствии с пунктом и 3.1. договора обязалось выполнить на объекте ГДГ № 1 сс «Алагез» средний ремонт дизеля 68Г-6 (18 ДПН 23/2x30) согласно ТУ №68Б-УР-75 с заменой остова - 1 шт., заменой коленчатых валов - 4 шт., заменой воздухоохладителей - 2 шт., ремонтом терморегуляторов РТНД-200М - 2 шт., с заменой датчиков, заменой амортизаторов - 70 шт. в соответствии с условиями договора и своевременно сдать их результат заказчику. Данные работы выполнялись в целях исполнения государственного оборонного заказа.

Согласно пункту 2.2. договора работы подлежат выполнению в срок 90 рабочих дней с даты подписания договора. При этом сроки начала и окончания работ по отдельным позициям Ведомости исполнения могут быть предусмотрены в соответствующих столбцах Ведомости исполнения.

В силу пункта 2.4 договора датой выполнения работ считается дата подписания заказчиком технического акта.

В соответствии с пунктом 4.1 договора цена работ является ориентировочной и в соответствии с Ведомостью исполнения (приложение № 2 к договору) составляет 107 500 000 рублей.

В период судебного разбирательства сторонами достигнуто соглашение об изменении условий договора относительно объема и цены работ путем сокращения первоначально заданного ООО «КМЗ» объема работ до транспортировки и дефектовки двигателя, изготовления ЗИП для его ремонта, сам ремонт из объема работ исключен, что привело к уменьшению предельной стоимости работ по договору с 107 000 000 рублей до 54 550 000 рублей, при этом, согласованный в договоре срок выполнения работ остался прежним.

Изменения оформлены дополнительным соглашением № 1 от 17.12.2021 к договору и вступили в силу в дату подписания соглашения последней из его сторон 28.02.2022.

Как следует из пункта 5.4.1 договора, исполнитель обязан своевременно и надлежащим образом выполнить работы по договору и представить на согласование заказчику в период выполнения работ и по итогам исполнения отчетную документацию.

В соответствии с пунктом 4.8 договора в случае получения исполнителем аванса по настоящему договору, предоставление денежных средств, в виде такого аванса признается сторонами коммерческим кредитом. При этом к авансу (или его соответствующей части) применяются правила статьи 823 ГК РФ о коммерческом кредите.

Проценты за пользование коммерческим кредитом в виде аванса (или его соответствующей части) уплачиваются, начиная со дня, следующего за днем получения аванса (или его соответствующей части) по день фактического исполнения обязательств. Плата за пользование коммерческим кредитом устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день уплаты процентов, от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом (или его соответствующей частью) как коммерческим кредитом.

Согласно пункту 11.2 договора в случае просрочки исполнителем срока выполнения работ по какой-либо позиции Сводной ведомости исполнения, заказчик вправе потребовать уплату неустойки (пени). Размер такой неустойки (пени) устанавливается в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от стоимости позиции Ведомости за каждый факт просрочки. Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного срока выполнения работ и до даты выполнения работ.

Во исполнение условий договора истец произвел авансирование ответчика на общую сумму 53 750 000 рублей платежным поручением № 13994 от 19.10.2017.

Подлежащий ремонту дизель 68Г-6 (18 ДПН 23/2x30) вывезен силами ООО «КМЗ» с территории АО «ЦСД» для ремонта на территории ООО «КМЗ», что подтверждается письмами ООО «КМЗ» № 2341 от 13.09.2017 и № 2419 от 27.09.2017, накладными, комплектовочными ведомостями.

02.06.2022 ООО «КМЗ», личным составом сс «Алагез» и командиром войсковой части 25147 подписан технический акт № 1 к дополнительному соглашению № 1 от 17.12.2021 к договору 1618187304731442209003153/799-17Р.

Полагая, что в период действия договора получены достоверные сведения о применении ООО «КМЗ» остова, не соответствующего требованиям Федеральных законов 275-ФЗ от 29.12.2012 «О государственном оборонном заказе» и № 44-ФЗ от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», указав, что при ремонте остова ООО «КМЗ» применило остов дизеля бывший в эксплуатации, исполнителем нарушены сроки выполнения работ по договору, АО «ЦСД» направило в адрес ООО «КМЗ» претензию с требованием оплаты процентов за пользование коммерческим кредитом, неустойки за просрочку выполнения работ и штрафа, неосновательного обогащения.

Данные обстоятельства послужили основанием для обращения АО «ЦСД» в арбитражный суд с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства и доводы сторон в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению в силу следующего.

К правоотношениям сторон настоящего спора подлежат применению нормы главы 37 ГК РФ.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со статьей 708 ГК РФ в договоре указывается начальный и конечный сроки выполнения работ.

По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки выполнения отдельных этапов работ.

Если иное не установлено законом иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Первичными доказательствами факта выполнения работ являются технические акты сдачи-приемки выполненных работ.

02.06.2022 подписан технический акт № 1, указывающий на фактическую сдачу ответчиком выполненных работ по договору, что согласуется с положениями пункта 2.4 договора.

Таким образом, датой сдачи работ является 02.06.2022, дата подписания технического акта.

Истцом заявлено о взыскании неустойки в соответствии с пунктом 11.2 договора за просрочку исполнения обязательств по договору с 22.12.2017 по 27.02.2022 в сумме 35 524 270 рублей 85 копеек от общей стоимости первоначально согласованных работ (107 500 000 рублей) и 1 163 733 рублей 33 копеек за период с 28.02.2022 по 31.03.2022 (от суммы установленной дополнительным соглашением № 1 - 54 550 000 рублей). Общий размер неустойки определен истцом в размере 36 688 004 рубля 18 копеек.

Как указано выше, изменения цены и объема работ оформлены дополнительным соглашением № 1 от 17.12.2021 к договору и вступили в силу в дату подписания соглашения последней из его сторон 28.02.2022.

В соответствии с частью 3 статьи 453 ГК РФ, в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Следовательно, по общему правилу изменение договора влечет изменение соответствующих обязательств сторон лишь на будущее время и не освобождает стороны от ответственности за нарушение обязательств, возникших до такого изменения, что согласуется с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-6839.

Поскольку стоимость подлежащих выполнению работ изменена сторонами только 28.02.2022, то есть после наступления установленного сторонами срока исполнения обязательства (22.12.2017), у ООО «КМЗ» с этого момента до даты заключения дополнительного соглашения, установившего другую стоимость подлежащих выполнению работ, имеется просрочка исполнения обязательства в объеме и стоимости первоначального обязательства (107 500 000 рублей).

Приходя к указанному выводу, суд руководствуется правовой позицией, изложенной в постановлении Арбитражного суда Дальневосточного округа от 22.10.2019 по делу № А51- 13627/2016.

При таких обстоятельствах представленный истцом расчет неустойки, признается судом обоснованным, в части начисления неустойки на сумму 107 500 000 рублей за период до 28.02.2022.

В связи с ошибочным определением истцом начала периода просрочки, без учета правил статей 190, 191 ГК РФ, суд полагает обоснованным начисление неустойки за просрочку выполнения работ с 23.12.2022.

Однако поскольку с учетом перерасчета судом сумма неустойки за период с 23.12.2017 по 31.03.2022 с применением ключевой ставки, действующей на дату изменения обязательства (27.02.2022 – 9,5%) и на дату исполнения обязательства (02.06.2022 – 11%) составила большую сумму, чем просит истец и суд не может выйти за пределы заявленных требований, исковые требования в указанной части признаются обоснованными в заявленной сумме.

Определенность в отношениях сторон по вопросу о размере неустойки, подлежащей уплате в связи с допущенной подрядчиком просрочкой выполнения работ по контракту, наступила в момент окончания исполнения таких обязательств, в связи с чем, при расчете неустойки необходимо руководствовался ставкой Центрального банка Российской Федерации, действовавшей на день прекращения обязательства. Указанный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.12.2018 № 302-ЭС18-10991 по делу № А33-16241/2017, Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.09.2019 по делу № 308-ЭС19-8291 по делу №А15-1198/2018.

С учетом изложенного, произведенный истцом расчет неустойки признан судом допустимым.

Доводы ответчика о неисполнении встречных обязательств истцом, что выразилось в нарушением порядка передачи имущества в ремонт, и приостановки выполнения работ в период с 09.11.2017 по 25.07.2018, судом отклоняются, в связи со следующим.

Поскольку спорные работы выполнялись в рамках государственного оборонного заказа для нужд Министерства обороны России (далее – МО РФ), в соответствии с п.7 ч.1 ст.33 Федерального закона № 44-ФЗ от 05.04.2013 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» поставляемый товар должен быть новым товаром в случае, если иное не предусмотрено описанием объекта закупки.

Подписав договор, не предусматривающий применение бывшего в употреблении остова, ООО «КМЗ» приняло на себя обязанность соблюдать указанное требование законодательства.

При выполнении работ ООО «КМЗ» извещало АО «ЦСД» о применении остова двигателя нового, с хранения (письма от 10.12.2018 № 3264 и №3265), тем самым ввело в заблуждение АО «ЦСД» и органы военной приемки.

Фактически при ремонте дизеля 68Г-6 ООО «КМЗ» применило остов ч.68-012-012-01 зав. № 13 бывший в эксплуатации, что само ООО «КМЗ» в дальнейшем подтвердило письмом от 01.04.2019 № 702.

17.04.2019 на основании постановления ВрИО начальника УФСБ России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области генерал-лейтенанта ФИО4 №6/3455-в от 14.04.2019 в рамках оперативного17.04.2019 на основании постановления ВрИО начальника УФСБ России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области генерал-лейтенанта ФИО4 №6/3455-в от 14.04.2019 в рамках оперативного дела № 1711 в помещениях ООО «КМЗ» в ходе оперативно-розыскных мероприятий изъят оригинал паспорта «Остов двигателя»
68-012-012-01ПС ГП заводской № 13 и акт технического освидетельствования указанного остова двигателя от 08.11.2017, остов двигателя № 13 был также изъят и передан на ответственное хранение техническому директору ООО «КМЗ» ФИО5

С учетом указанных обстоятельств Военное представительство
№ 758 при АО «ЦСД» приостановило приемку работ по среднему ремонту ГДГ № 1, согласно письма № 758/780 от 29.04.2019.

ФКУ военная часть 62655 письмом № 57/1503 от 06.07.2020 указало на невозможность выполнения работ по договору № 799-17Р по причине отсутствия остовов, пригодных к агрегатной замене, потребовало работы прекратить, имущество и принадлежности дизеля вернуть на склады хранения Тихоокеанского флота.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что ООО «КМЗ» при выполнении работ по ремонту и сборке дизеля использовало не новый остов, не соответствующий требованиям законодательства, а работа по договору заведомо не могла быть им выполнена из-за отсутствия остова, допущенного к применению, а не в связи с просрочкой истца по передаче деталей. Ввиду изложенного у суда отсутствуют основания, считать работы приостановленными, ввиду просрочки кредитора.

Кроме того, ООО «КМЗ» по собственной инициативе приняло решение выполнять дефектовку и работы в Санкт-Петербурге (письма № 2341 от 13.09.2017 и № 2419 от 27.09.2017).

Между тем акт освидетельствования составлен только 07.11.2017, дефектовочный акт №1 составлен 11.12.2017 и подписан ОТК и 841 ВП МО РФ 16.04.2018. В дальнейшем составлены дополнительные дефектовочиые акты № 2 от 27.06.2018 и № 3 от 10.10.2018, подписанные ОТК И ВП МО РФ 25.03.2019.

Переписка, представленная ООО «КМЗ» в материалы дела, также опровергает довод ООО «КМЗ» о имевшей место приостановке работ в период с 09.11.2017 по 12.07.20018.

Исходя из представленных в материалах дела писем ООО «КМЗ», работа по ремонту (дефектовке, закупке и изготовлению ЗИП) не приостанавливалась.

Так, 01.03.2018 ООО «КМЗ» письмом № 413 уведомляло АО «ЦСД» о планируемом сроке завершения работ в апреле 2018, что опровергает доводы ответчика о том, что в период с 09.11.2017 по 25.07.2018 работы не велись и были приостановлены.

Письмом от 03.12.2018 ООО «КМЗ» уведомило АО «ЦСД» о завершении работ, доказательства того, что до этого момента от ООО «КМЗ» уведомления об иных приостановлениях, возобновлении работ направлялись в адрес заказчика материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах доводы ответчика о приостановлении производства работ с 09.11.2017 по 12.07.2018, с 03.12.2018 по 01.04.2019 по причине непредоставления принадлежностей и документации дизеля, а также с 23.04.2019 по 13.08.2019 - по причине проведения оперативно-розыскных мероприятий правоохранительными органами, отклоняется судом, в связи с тем, что материалами дела подтверждено, что невозможность, продолжения, завершения работ была обусловлена действиями ООО «КМЗ», принявшего решение использовать при выполнении работбывший в эксплуатации остов ч.68-012-012-01 зав. № 13.

Ответчиком заявлено о снижении размера неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

В силу пунктов 1, 2 статьи 333 ГК РФ, пунктов 69, 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Согласно пункту 73 Постановления № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Вместе с тем, ответчик, заявляя о снижении неустойки по правилам статьи 333 ГК РФ, учитывая компенсационную природу неустойки, не представил в материалы дела доказательства ее чрезмерности последствиям нарушения заказчиком обязательств.

При таких обстоятельствах, учитывая, что установленный договором размер штрафных санкций (1/300 ставки рефинансирования), является минимальным, а итоговая сумма неустойки обусловлена продолжительным периодом просрочки исполнения обязательства самим ответчиком, принимая во внимание, что размер неустойки рассчитанный судом с применением ключевой ставки, действующей на дату изменения обязательства (27.02.2022 – 9,5%) и на дату исполнения обязательства (02.06.2022 – 11%) составила большую сумму, чем просит истец, суд не находит правовых оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ.

На основании изложенного, требование о взыскании неустойки подлежит удовлетворению в заявленном истцом размере.

Истцом также заявлено требование о взыскании суммы процентов за пользование коммерческим кредитом в сумме 21 594 958 рублей 32 копейки.

Согласно статье 823 ГК РФ договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом. К коммерческому кредиту соответственно применяются правила настоящей главы, если иное не предусмотрено правилами о договоре, из которого возникло соответствующее обязательство, и не противоречит существу такого обязательства.

Из смысла названной нормы следует, что условие о предоставлении коммерческого кредита должно быть предусмотрено сторонами в договоре подряда.

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №14 от 08.10.1998 «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» проценты, взимаемые за пользование коммерческим кредитом (в том числе суммами аванса, предварительной оплаты), являются платой за пользование денежными средствами. При отсутствии в законе или договоре условий о размере и порядке уплаты процентов за пользование коммерческим кредитом судам следует руководствоваться нормами статьи 809 Кодекса. Проценты за пользование коммерческим кредитом подлежат уплате с момента, определенного законом или договором. Если законом или договором этот момент не определен, следует исходить из того, что такая обязанность возникает с момента получения товаров, работ или услуг (при отсрочке платежа) или с момента предоставления денежных средств (при авансе или предварительной оплате) и прекращается при исполнении стороной, получившей кредит, своих обязательств либо при возврате полученного в качестве коммерческого кредита, если иное не предусмотрено законом или договором.

Из буквального содержания пункта 4.8 договора следует, что стороны согласовали применение положений о коммерческом кредите к полученному подрядчиком авансу.

По своей правовой природе проценты по коммерческому кредиту, в отличие от неустойки, не являются мерой ответственности, а потому могут взыскиваться вместе с неустойкой, следовательно, требование о взыскании процентов является платой за пользование авансом как коммерческим кредитом (ответчик не оспаривает факт получения от истца аванса), а требование о взыскании неустойки является ответственностью за несвоевременное исполнение обязательств по договору.

По смыслу норм пункта 8 статьи 823 и статьи 809 ГК РФ в их взаимосвязи, проценты на сумму коммерческого кредита подлежат начислению исходя из фактического периода пользования кредитом. Применительно к спорной ситуации указанное означает, что период начисления процентов за пользование суммой аванса по договору подлежит исчислению с даты предоставления аванса до даты его освоения (выполнения работ, для которых был выдан коммерческий кредит в виде аванса), и на сумму такого аванса, с учётом его постепенного освоения, при условии подтверждения факта поэтапного освоения выделенных средств.

В пункте 4.8 договора стороны предусмотрели исчисление процентов за пользование кредитом исходя из одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на дату уплаты процентов от суммы выданного аванса (или его соответствующей части) за каждый день пользования авансом как коммерческим кредитом.

С учётом согласованного сторонами способа определения стоимости пользования товарным кредитом определённость в отношениях сторон по вопросу о применимой ставке банковского процента наступила в момент исполнения ответчиком своих обязательств (02.06.2022), между тем, суд полагает представленный истцом расчет процентов с применением значением ключевых ставок ЦБ РФ, действовавших в соответствующие периоды, допустимым и правоверным.

На основании изложенного, контрасчет процентов, предложенный ответчиком, а также его доводы о том, что одновременное начисление неустойки за просрочку выполнения работ и процентов за пользование авансом приводит к получению истцом необоснованной выгоды, суд находит ошибочным.

Оснований для уменьшения суммы подлежащих взысканию процентов за пользование кредитом не имеется, поскольку положения статьи 333 ГК РФ к данному виду процентов неприменимы.

На основании вышеизложенного, исковые требования в части взыскания процентов за пользование коммерческим кредитом подлежат удовлетворению в полном объёме за заявленный истцом период с 20.10.2017 по 01.06.2022 (дату предшествующую исполнению обязательства по выполнению работ).

Истцом также заявлено требование о взыскании 5 375 000 рублей штрафа за непродление банковской гарантии по договору.

В соответствии с пунктом 13.14 договора, в случае если на дату, наступающую за 28 календарных дней до истечения срока Банковской гарантии возврата аванса, авансовый платеж, в обеспечение которого выдана такая Банковская гарантия, не погашен, исполнитель обязуется продлить действие Банковской гарантии возврата аванса и представить заказчику доказательство такого продления (новую Банковскую гарантию) не позднее чем за 14 (четырнадцать) календарных дней до истечения срока Банковской гарантии возврата аванса. В случае неисполнения обязанности исполнителя, предусмотренной настоящим пунктом, исполнитель обязуется уплатить Заказчику штраф в размере 10 процентов от суммы Банковской гарантии возврата аванса.

Факт неисполнения ответчиком обязанности продлить действие банковской гарантии ответчиком не оспорен, подтвержден материалами дела, в связи с чем требование признается судом обоснованным, между тем, суд полагает возможным снизить размер штрафа до 1 000 000 рублей на основании статьи 333 ГК РФ.

Встречные требования ответчика о взыскании 123 893 597 рублей 4 копеек фактически понесенных расходов, мотивированы неправомерными действиями заказчика, выразившимися в необоснованном отказе от договора уведомлением от 05.10.2020 № 804-5-17629, со ссылками, в том числе, на статьи 15, 718 ГК РФ.

Исследовав доказательства в их совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ, суд не находит оснований для удовлетворения встречного иска, в связи со следующим.

Как следует из фактических обстоятельств дела, несмотря на односторонний отказ от договора, в период рассмотрения спора стороны находились в переговорном процессе об изменении объема и стоимости выполненных работ, их сдачи, что свидетельствует о том, что фактически договорные отношения продолжались и объективно выражено в подписании дополнительного соглашения № 1 от 17.12.2021.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Подписав договор, не предусматривающий применение бывшего в употреблении остова, ООО «КМЗ» приняло на себя обязанность соблюдать требование законодательства об использовании новых агрегатов и запасных частей.

Как установлено судом, в период рассмотрения дела, ответчик предъявил для осмотра представителям АО «ЦСД» и получателя только ЗИП, изготовленный для ремонта дизеля 68Г-6.

Таким образом, ООО «КМЗ», несмотря на заявления о завершении ремонта (сборки) дизеля, на протяжении более чем 4 лет от согласованной в договоре даты завершения работ, не выполнило условия договора в первоначальной редакции.

Именно в связи с действиями ООО «КМЗ», выраженными в неспособности подыскать или изготовить новый остов двигателя, условия договора были изменены путем сокращения объема работ до транспортировки и дефектовки двигателя, изготовления ЗИП для его ремонта. Сам ремонт дизеля с заменой остова из объема работ исключен, что привело к уменьшению стоимости работ по договору с 107 000 000,00 рублей до 54 550 000 рублей, что оформлено сторонами дополнительным соглашением № 1 от 17.12.2021 к договору.

Согласно пункту 5.4.1 договора, выполнение работ должно подтверждаться отчетной документацией.

В период рассмотрения спора ответчиком в соответствии с условиями договора в редакции дополнительного соглашения № 1 завершены работы общей стоимостью 54 550 000 рублей, что подтверждается техническим актом № 1, подписанным получателем 02.06.2022, и заключением отдела 1014 военного представительства Минобороны России от 29.06.2022.

Таким образом, истцом по договору фактически выполнены транспортировка, дефектовка и изготовление ЗИП для дизеля на сумму 54 550 000, при этом, результат иных работ заказчику, получателю не передан, не представлены отчетные документы, подтверждающие надлежащее выполнение работ по ремонту дизеля 68Г-6 (18 ДПН 23/2x30) на иной объем и иную сумму.

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, что, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В соответствии с правовыми нормами и разъяснениями для наступления гражданско-правовой ответственности в форме убытков необходимо наличие пяти обязательных условий: наличие убытков, противоправное поведение лица, действие (бездействие) которого повлекло причинение убытков, причинная связь между противоправностью и убытками; вина должника (в необходимых случаях); доказанность существования всех этих условий.

Отсутствие или недоказанность одного из них является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении убытков. Убытки должны быть прямыми и реальными.

В спорной ситуации истец предъявляет к возмещению убытки в виде собственных расходов, связанных с исполнением договора. Вместе с тем, истцом не доказан факт противоправного поведения истца, как заказчика по договору, следствием которого является причинение заявляемых убытков.

Таким образом, как полагает суд в нарушение требований части 1 статьи 393 ГК РФ, статьи 65 АПК РФ ООО «КМЗ» не доказало вины АО «ЦСД» в заявляемых убытках, причинно-следственную связь между заявляемыми убытками и действиями/бездействиями АО «ЦСД». То есть состав правонарушения, образующего убытки, отсутствует.

Ввиду изложенного, суд отказывает в удовлетворении встречного иска.

В связи с уменьшением суммы иска 70 процентов от суммы государственной пошлины, уплаченной истцом подлежит возврату ему из федерального бюджета на основании подпункта 3 пункта 1 статьи 333.40 НК РФ. По результатам рассмотрения спора, расходы а по уплате государственно пошлины иску относятся на ответчика в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Кингисеппский машиностроительный завод" в пользу акционерного общества "Центр судоремонта "Дальзавод" 21 594 958 рублей 32 копейки процентов за пользование авансом, как коммерческим кредитом, 36 688 004 рубля 18 копеек неустойки и 1 000 000 рублей штрафа, а также 128 499 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску.

В удовлетворении остальной части первоначального иска отказать.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Возвратить акционерному обществу "Центр судоремонта "Дальзавод" из федерального бюджета 77 501 рубль государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению № 347 от 20.01.2021.

Исполнительный лист выдается по заявлению взыскателя после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Плеханова Н.А.