Гражданский кодекс часть 1

Акционерное общество «Водоканал Ростова-на-Дону» (далее – АО «Водоканал Ростова-на-Дону») обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Лукойл-Ростовэнерго» (далее – ООО «Лукойл-Ростовэнерго») о признании недействительными дополнительных соглашений №5 от 01.09.2014г. к договорам на отпуск питьевой воды и прием сточных вод №799 от 10.02.2006г. и №706 от 10.02.2006г.

Представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям иска и дополнительных письменных пояснений, пояснил, что изменился расчетный период, в связи с чем АО «Ростовводоканал» не получает деньги по плану расходов и доходов (ненормативный документ, внутренне планирование). Также пояснил, что есть обязательства оплат контрагентам во взаимосвязи от поступления плановых платежей. Со всеми энергоснабжающими организациями предусмотрены в договорах авансовые платежи, которые не выполняются, были вынуждены заключить кредитный договор от 30.09.2014 года для оплаты. Баланс интересов нарушен, так как платят поставщикам авансом, а расчет потребителем производится один раз в месяц.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения требований по основаниям отзыва и дополнений, пояснил, что кредитный договор подписан 30.09.2014г., а из пояснений представителя истца следует, что узнали о дополнительном соглашении в октябре 14 года из представления Прокурора. Также пояснил, что нет связи между представленным договором и дополнительных соглашений о переносе платежей. Не представлено доказательств что ответчик является единственным потребителем АО «Ростовводоканал», только в судебном заседании стало известно, что изменение порядка оплаты повлекло ущерб. В денежном выражении баланс не представлен, не доказано ни наличия ущерба, ни факта, о том , что должны были знать о нем.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

01.10.2014г. начальником отдела заключения договоров АО «Ростовводоканал» ФИО3 были подписаны дополнительное соглашение №5 к договору на отпуск питьевой воды и прием сточных вод №799 от 10.02.2006 и дополнительное соглашение №5 к договору на отпуск питьевой воды и прием сточных вод №706 от 10.02.2006, заключенными между АО «Ростовводоканал» и ООО «Лукойл-Ростовэнерго», которыми предусматривалось изменение условий договоров, в том числе в части изменения расчетного периода.

В тексте дополнительных соглашений имеется ссылка на доверенность №44 от 10.01.2014 ФИО3, подписавшего от имени АО «Ростовводоканал» указанные дополнительные соглашения.

Истец мотивировал исковые требования тем, что в момент подписания дополнительных соглашений ФИО3 являлся начальником отдела заключения договоров, у ФИО3 отсутствовали полномочия для подписания указанных соглашений, ФИО3 действовал с превышением предоставленных ему на момент подписания дополнительных соглашений полномочий. Из искового заявления и пояснений представителя истца данных в судебных заседаниях следует, что согласно Положению об отделе заключения договоров, утвержденному генеральным директором ОАО «ПО Водоканал» 17.06.2013, руководитель отдела в своей работе руководствуется, в том числе приказами, распоряжениями руководителей ОАО «ПО Водоканал», распорядительной документацией ОАО «ПО Водоканал».

В соответствии с п. 5.2.5 руководитель отдела уполномочен реализовывать меры по заключению, изменению и расторжению договоров предоставления услуг ВКХ в соответствии с нормами гражданского законодательства с учетом правил оборота документации, принятых в ОАО «ПО Водоканал» без права подписания документов, касающихся расчетов, начислений абонентам и изменения условий действующих договоров в указанной части.

Доверенность №44 от 10.01.2014, указанная в дополнительных соглашениях, была отменена приказом №410/1 от 19.08.2014г. генерального директора, назначенным на должность в августе 2014 года.

С указанным приказом об отмене доверенности ФИО3 был ознакомлен 19.08.2014г., оригинал отозванной доверенности возвращен предприятию, что подтверждается уведомлением от 19.08.2014г.

10.09.2014г. ФИО3 была выдана новая доверенность №226, уполномочивающая подписывать договоры водоснабжения и водоотведения с лицами, пользующимися на законном основании помещениями в многоквартирном доме, жилом доме, домовладении, потребляющими коммунальные услуги.

Кроме того, доверенность №44 от 10.01.2014г, выданная ФИО3, предусматривала право подписывать договоры и соглашения, за исключением сделок, влекущих отчуждение имущества или распоряжение денежными средствами на сумму свыше 200 000 рублей.

Таким образом, полномочия по подписанию договоров и соглашений были ограничены Положением об отделе, а сумма по отчуждению или распоряжению денежными средствами - доверенностью №44 от 10.01.2014г. При этом, сумма начислений за два расчетных периода существенно превышает ограничения по сумме, установленной в доверенности.

Одобрение сделки, совершенной ФИО3 в отсутствие на то полномочий в последующем отсутствовало.

Выставление счетов на оплату после подписания дополнительного соглашения №5 производилось в порядке, предусмотренном пунктом 2.6 договора. В связи с отсутствием оплат ответчиком выставленных счетов в порядке, предусмотренном условиями договора №799, а именно п. 2.6 договора 26.09.2014г, 29.09.2014г. в адрес ООО «Лукой ТТК» было направлено уведомление о прекращении водоснабжения, впоследствии 30.09.2014г в связи с наличием задолженности, рассчитанной более чем за 4 расчетных периода, согласно условиям действующего договора, 30.09.2014г. сотрудниками ОАО «ПО Водоканал» было произведено отключение водоснабжения.

17.10.2014г. АО «Ростовводоанал» стало известно о подписанных дополнительных соглашениях №5 лицом, действовавшим от имени ОАО «ПО Водоканал» ФИО3 в отсутствие полномочий на подписание такого рода соглашений.

В связи с данными обстоятельствами, письмом №5378 от 22.10.2014г. АО «Ростовводоканал» за подписью ФИО4 уведомило ООО «Лукойл-Ростовэнерго» о том, что не одобряет в соответствии с пунктом 1 статьи 183 Гражданского кодекса РФ подписание представителем ФИО3 дополнительных соглашений от 01.09.2014г., договоры №706 и №799 на отпуск воды и прием сточных вод остаются без изменений и подлежат дальнейшему исполнению сторонами на прежних условиях.

Ни одна из сторон не совершила действий, направленных на исполнение подписанных дополнительных соглашений.

Истец пояснил, что значительную часть от всего объема оказываемых АО «Ростовводоканал» услуг по водоснабжению и водоотведению составляют услуги, предоставляемые ООО «Лукойл-Ростовэнерго», в связи с чем, поступление от данного потребителя оплаты в установленные договором сроки (2 раза в месяц) связано с планированием расходной части бюджета АО «Ростовводоканал» в части оплаты за приобретение электрической, тепловой энергии (мощности) и других ресурсов, поскольку порядок оплаты по договорам на приобретение электрической, тепловой энергии (мощности) и других ресурсов предусматривает авансовую систему расчетов.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением о признании недействительными дополнительных соглашений №5 от 01.09.2014г. к договорам на отпуск питьевой воды и прием сточных вод №799 от 10.02.2006г. и №706 от 10.02.2006г.

Рассмотрев исковые требования истца, суд счет их не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с положениями статьи 153 ПК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу положений пункта 1 статьи 160 и пункта 1 статьи 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой должны совершаться в простой письменной форме путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1 статьи 160 ГКРФ).

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В силу статьи 183 ГК РФ при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку (пункт 1). Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения (пункт 2).

Как следует из искового заявления и пояснений представителя истца, основанием для подачи настоящего иска явилось подписание оспариваемых дополнительных соглашений №5 от 01.09.2014г. к договорам на отпуск питьевой воды и прием сточных вод №799 от 10.02.2006г. и №706 от 10.02.2006г. не уполномоченным лицом – ФИО3, отсутствие действий по признанию указанных дополнительных соглашений и их одобрению в дальнейшем.

Между тем, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что указывая на недействительность оспариваемых дополнительных соглашений, АО «Ростовводоканал» совершило действия, свидетельствующие об одобрении оспариваемых дополнительных соглашений.

В соответствии с п. 5 информационного письма Президиума ВАС РФ от 23.10.2000г. №57 «О некоторых вопросах практики применения статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с применением пункта 2 статьи 183 ГК РФ, судам следует принимать во внимание, что под прямым последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься письменное или устное одобрение, независимо от того, адресовано ли оно непосредственно контрагенту по сделке; признание представляемым претензии контрагента; конкретные действия представляемого, если они свидетельствуют об одобрении сделки (например, полная или частичная оплата товаров, работ, услуг, их приемка для использования, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке): заключение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Так, согласно п. 1 дополнительного соглашения №5 к договору №706 содержится условие о том, что в договор добавляется пункт 1.2.3 «Пробы сточных вод отбираются для целей контроля их состава и свойств в контрольном канализационном колодце ФК-46, расположенном по адресу <...>».

В п. 1 дополнительного соглашения №5 к Договору № 799 содержится условие о том, что в ооговор добавляется пункт 1.2.3 «Пробы сточных вод отбираются для целей контроля их состава и свойств в контрольных канализационных колодцах, указанных в таблице. В таблице приведены колодцы по разным источникам генерации, в том числе, по РТЭЦ-2, т. к. по договору № 799 поставка питьевой воды осуществляется на все источники генерации. В таблице в отношении РТЭЦ-2 указан - контрольный канализационный колодец ФК-46.

Судом установлено, что ранее в договорах точка отбора проб была обозначена в паспорте водного хозяйства - пробоотборный кран КНС по ул. Пескова, 17 и АО «Ростовводоканал» до сентября 2014г. отбирал пробы именно в КНС. Об этом свидетельствует, приложенный акт отбора проб за период до заключения дополнительных соглашений и отзыв на исковое заявление по делу №А53-15982/14.

Судом также установлено, что после заключения дополнительных соглашений №5 пробы стали отбираться в новой точке, определенной в текстах дополнительных соглашений, что подтверждается в частности копией акта отбора проб от 22.01.2015, от 14.11.2014. Более того, в акте от 14.11.2014г. в графе «Особые отметки» имеется фраза, внесенная представителем АО «Ростовводоканал» - «Проба отобрана в КК (ФК-46), по ранее согласованным дополнительным соглашениям».

Акты отбора проб от 14.11.2014г. и 22.01.2015г. были получены ООО «ЛУКОЙЛ-Ростоюнерго» 21.05.2015г., сопроводительное письмо было подписано заместителем генерального директора АО «Ростовводоканал» по сбытовой деятельности ФИО5

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что АО «Ростовводоканал» своими фактическими действиями одобрил оспариваемые дополнительные соглашения.

В качестве оснований для оспаривания указанных дополнительных соглашений, истцом также в частности было указано на тот факт, что доверенность №44 от 10.01.2014г., указанная в дополнительных соглашениях, была отменена Приказом №410/1 от 19.08.2014г. генерального директора, назначенным на должность в августе 2014г.

Между тем, суд критически относится к указанному доводу истца, послужившему также основанием для подачи настоящего искового заявления, поскольку в соответствии с действующим законодательством РФ, смена генерального директора юридического лица не является основанием для прекращения доверенности и не дает оснований сомневаться в полномочиях лиц, которым доверенность выдана предыдущим генеральным директором.

Так, согласно ст. 188 ГК РФ основанием прекращения доверенности может являться только прекращение юридического лица, от имени которого или которому выдана доверенность, в том числе в результате его реорганизации в форме разделения, слияния или присоединения к другому юридическому лицу.

Кроме того, о действительности оспариваемых дополнительных соглашений свидетельствуют также следующие обстоятельства.

В нарушение ч. 1 ст. 189ГК РФООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» не было извещено об отмене доверенностиФИО3 ни адресно, ни через публикацию в СМИ.

В силу п. 2 ст. 188 ГК РФ лицо, выдавшее доверенность, может во всякое время отменить доверенность.

Пунктом 1 ст. 189 ГК РФ установлено, что лицо, выдавшее доверенность и впоследствии отменившее ее, обязано известить об отмене лицо, которому доверенность выдана, а также известных ему третьих лиц, для представительства перед которыми дана доверенность.

Следовательно, юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством, является выяснение обстоятельства извещения заинтересованных лиц об отмене доверенности ФИО3

Отклоняя вышеуказанный довод истца суд также исходит и из того обстоятельства, , что в текстах дополнительных соглашений указана доверенность от 10.01.2014 №44. При подписании дополнительного соглашения ФИО3 вручил представителю ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» копию именно доверенности от 10.01.2014 №44.

Копия приказа от 19.08.2014 №410/1 об отмене доверенности была предоставлена АО «Ростовводоканал» ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» только в 2015 году, в рамках судебного дела А53-25655/14.

Приказу об отмене доверенности присвоен регистрационный номер с дробью (410/1). Однако, обоснований необходимости ведения дробной нумерации истцом не представлено. Не представлено истцом доказательств сдачи ФИО3 подлинника доверенности. Письмо АО «Ростовводоканал», которым последнее уведомило общество об отмене доверенности ФИО3, было датировано 22.10.2014г., то есть позднее даты подписания дополнительных соглашений, следовательно, не имеет правового значения при разрешении настоящего спора.

Существенным в данном случае является также то обстоятельство, что в момент заключения дополнительных соглашений к договору, ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» не было уведомлено об отсутствии у ФИО3 полномочий на подписание дополнительных соглашений ни самим ФИО3 ни иными работниками АО «Ростовводоканал», ни путем публикации в СМИ.

Истец не обоснованно ссылатся на Положение об отделе заключения договоров как документ, на основании которого ответчик мог бы анализировать объем полномочий представителя ФИО3, поскольку указанный документ носит локальный характер, не размещен для ознакомления широкого круга лиц.

В силу закона (ст. 182 ГК РФ) полномочие представителя в отношения с 3-ми лицами может быть основано только на: доверенности, указании закона, акте уполномоченного органа явствовать из обстановки.

Согласно ч. 1 ст. 182 ГКРФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Полномочие может также явствовать из обстановки, в которой действует представитель (продавец в розничной торговле, кассир и т.п.). Локальный нормативный акт не может рассматриваться как документ - основание, по которому третье лицо должно устанавливать объем полномочий представляемого.

Аналогичный вывод также следует из п. 22 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому положения учредительного документа, определяющие условия осуществления полномочий лиц, выступающих от имени юридического лица, в том числе о совместном осуществлении отдельных полномочий, не могут влиять на права третьих лиц и служить основанием для признания сделки, совершенной с нарушением этих положений, недействительной, за исключением случая, когда будет доказано, что другая сторона сделки в момент совершения сделки знала или заведомо должна была знать об установленных учредительным документом ограничениях полномочий на ее совершение (ну ню статьи 74 ГК РФ). Бремя доказывания того, что третье лицо знало или должно было знать о таких ограничениях, возлагается на лиц, в интересах которых они установлены (пункт 1 статьи 174 ГК РФ)».

В силу закона, извещение об отмене доверенности должно быть направлено третьему лицу до заключения сделки, а не после ее заключения. Если третьему лицу предъявлена доверенность, о прекращении которой оно не знало и не должно было знать, права и обязанности, приобретенные в результате действий лица, полномочия которого прекращены, сохраняют силу для представляемого и его правопреемников (ч. 2 ст. 189 ГК РФ).

В сентябре 2014г. ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» была представлена доверенность, о прекращении которой в сентябре 2014 года ответчик не знал, что не отрицается АО «Ростовводоканал».

Между тем с 19.08.2014г. у АО «Ростовводоканал» была возможность направить данное извещение заблаговременно, еще до 01.09.2014г., учитывая, что в протоколах совещаний от 22.08.2014г. были выводы, согласно которым стороны явно выразили волю на подписание в скором времени дополнительных соглашений.

Согласно прокурорской проверки по данному факту (письмо Прокуратуры Пролетарского р-на г. Ростов-на-Дону от 18.06.2015), было установлено, что АО «Ростовводоканал» не исполнило положений закона об извещении третьих лиц, в частности ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго», об отмене доверенности.

Принимая во внимание, что на момент внесения изменений в договоры от 10.02.2006 №706 и 799, общество не знало об отмене доверенности ФИО3, применяются последствия, предусмотренные ч. 2 ст. 189 ГК РФ и суд полагает, что дополнительные соглашения являются действующими, влекут правовые последствия для сторон, его заключивших.

Оценив наряду с иными доводами также довод истца о том, что доверенность №44 от 10.01.2014г, выданная ФИО3, предусматривала право подписывать договоры и соглашения, за исключением сделок, влекущих отчуждение имущества или распоряжение денежными средствами на сумму свыше 200 000 рублей, суд находит его не обоснованными, поскольку доверенность ФИО3 не содержала ограничений на совершение сделок в виде изменений договоров, приводящих их в соответствие с законодательством.

В доверенности №44 от 10.01.2014 было указано: «…уполномочивает... подписывать договоры и соглашения, за исключением сделок, влекущих отчуждение имущества или распоряжение денежными средствами на сумму свыше 200 000 (двести тысяч) рублей...».

Правомочие распоряжения в силу своей правовой природы является одним из правомочий собственника вещи, определяющих возможность отчуждения вещи.

Дополнительные соглашения не содержали условий, влекущих расходование денежных средств АО «Ростовводоканал», не содержали условий, влекущих уменьшение платы за услуги ВКХ.

Условия соглашений об изменении расчетного периода касались только временного аспекта в денежных отношениях, соглашения в этой части всего лишь приводили отношения сторон в соответствие с действующим законодательством РФ, но никак не имели целью распоряжение денежными средствами представляемого.

Более того, суд обращает внимание на тот факт, что полномочия ФИО3 на подписание соглашений явствовали из обстановки, поскольку указанные дополнительные соглашения содержали помимо подписи ФИО3, печать АО «Ростовводоканал».

Проставление на документе печати рядом с подписью подписавшего представителя, согласно судебной практики, рассматривается как основание, позволяющее установить наличие полномочий у подписанта, явствовавших из обстановки.

Аналогичная позиция изложена в частности в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.03.2015 по делу А53-4732/2014, согласно которому: «сотрудник ООО «Елка» ФИО6, подписавшая договор, воспринималась истцом в качестве управомоченного лица, обладающего полномочиями на подписание от лица ООО «Елка» иных документов, в том числе актов выполненных работ. Наличие у нее доступа к печати общества подтверждает, что ее полномочия явствовали из обстановки, в которой она действовала (абзац 2 пункта 1 статьи 182 Кодекса)».

Дополнительные соглашения были направлены сопроводительным письмом, составленным на бланке АО «Ростовводоканал» с указанием исходящего номера письма.

О том, что рассмотрение и принятие решения по заключению соглашений входило в полномочия ФИО3, по мнению суда также свидетельствует тот факт, что проекты соглашений были отправлены ответчиком на имя генерального директора АО «Ростовводоканал», который не мог бы отписать и поручить их рассмотрение ФИО3, как неуполномоченному сотруднику.

Согласно материалам дела, подписанию дополнительных соглашений предшествовали переговоры между ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» и АО «Ростовводоканал».

Проекты дополнительных соглашений были направлены ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» в АО «Ростовводоканал» после совещания 22.08.2014г., по итогам которого, стороны решили изменить договор в части вопросов водоотведения. Кроме того, ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» выразило волю на приведение условия о расчетном периоде в соответствие с законодательством.

Судом установлено, что копия доверенности №44 на ФИО3 была вручена представителю ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» в сентябре 2014г., когда согласно ГК РФ в случае отмены доверенности 19.08.2014г. ФИО3 должен был вернуть доверенность работодателю и не снимать с неё больше копии.

Кроме того, в возражениях на отзыв от 14.07.2015г. №92, АО «Ростовводоканал» были представлены уточнения нормативно-правового обоснования исковых требований в рамках настоящего дела, истец указал, что оспариваемые дополнительные соглашения являются оспоримыми в силу ч. 2 ст. 174 Г К РФ.

Между тем, исследовав данный довод истца, суд полагает, что в данном случае отсутствуют основания и доказательства того, что спорные дополнительные соглашения являются недействительными по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 174 ГК РФ.

Согласно п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»: «оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 ГК РФ). При этом не требуется доказывания наступления указанных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ» Истец не привел доводов и доказательств, подтверждающих наличие конкретных неблагоприятных последствий в связи с заключением дополнительных соглашений.

Ссылка истца на наличие у него договорных отношений с поставщиками ресурсов, содержащих условия о внесении авансовых платежей и частичных расчетах в рамках расчетного периода, не означает, что исполнение договорных условий должно обеспечиваться исключительно за счет средств, получаемых от ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» за первую половину календарного месяца. В договорах №706 и №799 не содержится условий о том, что перечисляемые ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» денежные средства имеют целевой характер и обеспечивают исполнение АО «Ростовводоканал» конкретных расчетных операций, например расчетов с поставщиками.

Доказательств отсутствия у АО «Ростовводоканал» иных крупных потребителей, помимо ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» истцом не представлено.

В п. 93 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» даны подробные разъяснения и описания ситуаций, когда подлежит применению ч. 2 ст. 174 ГК РФ: «По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).»

АО «Ростовводоканал» не привел доказательств наличия совокупности двух обстоятельств: 1)изменениерасчетного периодапричинилоАО «Ростовводоканал»явный ущерб; 2) ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» знало или должнобыло знать о причинении и течением расчетного периода явного ущерба.

Спорными дополнительными соглашения расчетный период был установлен равным одному календарном месяцу.

Федеральный закон от 07.12.201 1 N 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» наделил Правительство Российской Федерации полномочиями по утверждению правил холодного водоснабжения и водоотведения, типового договора холодного водоснабжения (ст. 4).

Постановлением Правительства РФ от 29.07.2013 №644 утверждены «Правила холодною водоснабжения и водоотведения и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации", которые вступили в силу 14.08.2013. и содержали императивную норму: «п. 22. Под расчетным периодом по договору холодного водоснабжения понимается 1 календарный месяц.»

Постановлением Правительства РФ от 29.07.2013 N 645 утверждены типовые договоры в области холодного водоснабжения и водоотведения, которые вступили в силу 14.08.2013. и содержали императивную норму в виде типового условия договора водоснабжения: «Расчетный период, установленный настоящим договором, равен одному
календарному месяцу».

В п. 5 Правил №644 указано, что договоры холодного водоснабжения, договоры водоотведения или единые договоры холодного водоснабжения и водоотведения заключаются между абонентами и организацией водопроводно-канализационного хозяйства в соответствии с типовыми договорами, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Суд полагает, что условие дополнительного соглашения, которое соответствует императивной норме права, нельзя признать невыгодным или экономически неоправданным.

Более того, в момент заключения дополнительных соглашений и в период переговоров АО «Ростовводокапал» не сообщало в ООО «ЛУКОИЛ-Ростовэнерго» о том, что изменение расчетного периода влечет для АО «Ростовводоканал» невозможность внесения авансовых платежей поставщикам ресурсов.

Кроме того, в материалы дела представлены копии договоров с иными потребителями с которыми АО «Ростоводоканал» заключены договоры с установлением расчетного периода, равным 1 календарному месяцу.

Довод представителя истца о том, что подтверждением причиненного ущерба является вынужденное подписание кредитного договора судом отклоняется , поскольку кредитный договор подписан 30.09.2014 года, а из пояснений представителя истца данных в судебном заседании судом установлено, что о наличии дополнительных соглашений истец узнал в октябре 2014 года из представления Прокурора, в связи с чем суд приходит к выводу о том , что взаимосвязь между указанными документами отсутствует. Истец не осуществил должную осмотрительность , не выяснил причину отсутствия авансового платежа со стороны ответчика в сентябре 2014 года, что по мнению суду повлияло бы на более ранний срок установления наличия дополнительных соглашений .

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации.

Истец не привел доводов и доказательств того, что между ФИО3 и ООО «ЛУКОЙЛ-Ростовэнерго» имел место сговор о заключении дополнительных соглашений в ущерб интересам АО «Ростовводоканал».

При указанных обстоятельствах, суд признает исковые требования истца не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Истцом при подаче искового заявления в суд по платежным поручениям №5710 от 04.06.2015г. и №5708 от 04.06.2015г. была уплачена государственная пошлина в размере 12 000,00 рублей.

Исходя из правил, установленных ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, судебные расходы в размере 12000,00 рублей относятся судом на истца, поскольку требования истца признаны судом не обоснованными.

Руководствуясь статьями 167-170,176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья Г.Б. Казаченко