Гражданский кодекс часть 1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Герасимовой М.С.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ООО «Техцентр» (местонахождение: 193230, <...>, литер Б, ИНН <***>, ОГРН <***>)
к Федеральному государственному унитарному предприятию "Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Минобороны России" (местонахождение: 123007, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>)
третье лицо: Министерство обороны Российской Федерации в лице Департамента имущественных отношений Министерства обороны Российской Федерации
с участием военного прокурора Западного военного округа

о взыскании 9 434 660,78 руб., встречный иск - о признании сделки недействительной

при участии
от истца: представитель ФИО1 по доверенности от 16.11.2015;
от ответчика: представитель ФИО2 по доверенности от 12.08.2016 № 339;
от третьего лица: представитель ФИО3 по доверенности от 25.02.2015;
от Военной прокуратуры Западного военного округа: прокурор Балеевских В.Ю. по доверенности от 12.01.2016 № 4/160;

установил:

ООО "Техцентр" обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию "Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Минобороны России" о взыскании 8 552 667,00 руб. долга и 881 993,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 70 173,30 руб. расходов по оплате госпошлины.

Определением от 22.04.2014 исковое заявление принято к производству, возбуждено производство по делу, назначено предварительное судебное заседание и судебное разбирательство.

В порядке статьи 132 АПК РФ ходатайство ответчика о принятии встречного иска о признании договора № 5/А от 01.07.2010 недействительным (ничтожным) рассмотрено и удовлетворено.

Решением от 27.02.2015 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области взыскал с Федерального государственного унитарного предприятия «Инженерно-технический центр Министерства обороны Российской Федерации» (местонахождение: 123007, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Техцентр» (местонахождение: 193230, <...>, литер Б, ИНН <***>, ОГРН <***>) 8 552 667,00 руб. долга и 881 993,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 70 173,30 руб. расходов по оплате госпошлины. В удовлетворении встречного иска отказал.

Постановлением от 30.06.2015 Тринадцатый арбитражный апелляционный суд решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2015 по делу № А56-24449/2014 оставил без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановлением от 29.10.2015 Арбитражный суд Северо-Западного округа решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2015 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2015 по делу № А56-24449/2014 отменил. Дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении дела суду суд кассационной инстанции рекомендовал устранить отмеченные недостатки, обеспечить предусмотренные процессуальным законодательством требования о всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств в их совокупности и взаимной связи для чего в порядке, предусмотренном статьей 66 АПК, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, либо запросить их у соответствующих органов, в частности выяснить, имелись ли у Предприятия собственные транспортные средства, количественный и качественный состав которых позволял в спорный период выполнять принятые на себя обязательства по заключенным в этот же период государственным контрактам и дать оценку обстоятельствам дела, связанным в том числе с фактическим исполнением полностью или в части подписанных сторонами Договоров 5/А и 6/А.

В судебном заседании от 16.12.2015, ввиду отсутствия возражений сторон, против рассмотрения дела по существу в настоящем судебном заседании, суд, в порядке части 4 статьи 137 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, посчитал возможным завершить предварительное судебное заседание и начать рассмотрение дела в судебном заседании арбитражного суда первой инстанции.

По ходатайству истца в связи с подачей жалобы, судебное заседание было отложено.

Судебное заседание от 03.02.2016, при отсутствии возражений со стороны сторон, было отложено для рассмотрения жалобы ООО "Техцентр".

Судебное заседание от 13.07.2016 было отложено для оценки доводов сторон и исследования представленных доказательств.

В судебном заседании 25.08.2016 ответчик заявил ходатайство о вызове в судебное заседание в качестве свидетелей следующих лиц:

ФИО4 (Санкт-Петербург, Колпино, ул. Пролетарская, д. 89, кв. 45);

ФИО5 (Санкт-Петербург, Петергоф, ул. Чебышевская, д. 11, кв. 100);

ФИО6 (<...>);

ФИО7 (Санкт-Петербург, ул. Димитрова, д. 26, кв. 43).

Истец представил дополнительные письменные объяснения, возражал против удовлетворения ходатайства ответчика.

Третье лицо 1 поддержало ходатайство ответчика о вызове свидетелей.

Третье лицо 2 ходатайство оставило на усмотрение суда.

В целях всестороннего и объективного рассмотрения спора, судом было удовлетворено ходатайство ответчика о вызове свидетелей.

В судебном заседании 07.10.2016 судом совместно с участниками процесса были заслушаны свидетельские показания, зафиксированы посредством аудиозаписи.

Ответчик заявил ходатайство об отложении судебного заседания для подготовки правовой позиции с учетом показаний свидетелей.

Ходатайство судом было удовлетворено.

В судебном заседании 11.11.2016 истец и ответчик представили письменные правовые позиции, поддержав их доводы в судебном заседании.

Третьи лица поддержали правовую позицию ответчика.

Исследовав и оценив материалы дела, заслушав доводы сторон, суд установил следующие обстоятельства с учетом выводов, сделанных в ходе первоначального рассмотрения дела и рекомендаций кассационной инстанции.

Как следует из материалов дела, между ООО «Техцентр» (Арендодатель) и Федеральным государственным унитарным предприятием "Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Минобороны России" (Предприятие, Арендатор) были заключены Договора аренды транспортных средств без экипажа № 5/А от 01 июля 2010 года и № 6/А от 27 сентября 2010 года.

Предметом указанных договоров аренды являлось предоставление Арендодателем Арендатору за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации 26 (двадцати шести) автотранспортных средств по договору № 5/А и 12 (двенадцати) автотранспортных средств по договору № 6/А.

Приложениями № 1 к указанным договорам (протоколом согласования арендной платы) сторонами была согласована и утверждена стоимость арендной платы за транспортные средства. Факт передачи транспортных средств арендатору во владение и пользование подтвержден актами приема-передачи от 01.07.2010 и от 01.10.2010, подписанным сторонами. На основании п. 5.3. договоров аренды арендная плата перечисляется на расчетный счет арендодателя не позднее 15 числа текущего месяца ежемесячно, то есть обязательство по оплате арендных платежей у арендатора возникает в том же месяце, в котором осуществлялось владение и пользование арендованным автомобилем.

Ответчик нарушил принятые на себя обязательства, предусмотренные п. 3.11 договора, согласно которому, арендатор обязался в установленные сроки вносить плату за пользование транспортным средством.

На основании п. 3.12 на арендатора возлагается обязанность по возврату транспортного средства в течение 2-х дней после истечения срока действия договора.

В соответствии с актом сверки взаимных расчетов между сторонами на 01.01.2012 года задолженность Арендатора перед Арендодателем по двум вышеуказанным договорам аренды составила 3 651 000,00 рублей. Указанная задолженность подтверждена также первичными документами учета - соответствующими двухсторонними актами за 4-й квартал 2011 года.

В дальнейшем, в 2012 году, эксплуатация Арендатором арендуемой техники продолжилась и на 31.12.2012 года его задолженность перед Арендодателем увеличилась до 8 575 491,70 руб. Данное обстоятельство также подтверждено документами первичного учета. При этом в течение всего 2012 года оплаты аренды со стороны Арендатора не происходило.

В 2013 году техника по вышеуказанным договорам аренды не эксплуатировалась и была возвращена Арендодателю, за исключением одного автомобиля - автоэвакуатора марки ISUZU АЭ-4456 SE, идентификационный номер (VIN) <***>, гос. номер <***>. Указанный автомобиль находился в эксплуатации у Арендатора до 31.08.2013.

По состоянию на 13.03.2014 общая сумма задолженности Арендатора перед Арендодателем на 31.12.2013 составила 8 552 667,00 руб., при этом 160 000,00 руб. составила аренда автоэвакуатора марки 1SUZU АЭ-4456 SE гос. номер <***> в период с 01.01.2013 по 31.08.2013, при арендной плате 20 000 руб. в месяц.

Ответчиком была произведена оплата в указанный период в качестве арендного платежа денежной суммы в размере 182 824,70 руб., которая покрыла расходы по аренде автоэвакуатора в 2013 году и уменьшила общую его задолженность перед Истцом, образовавшуюся на 31.12.2012 до 8 552 667,00 руб.

Таким образом, на момент предъявления иска в суд, у ответчика образовалась задолженность в размере 8 552 667,00 руб.

На основании статьи 395 ГК РФ истец начислил ответчику 881 993,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2013 по 31.03.2014.

В целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 13.03.2014 с требованием об оплате денежной суммы задолженности в размере 8 552 667,00 руб.

В связи с неисполнением ответчиком обязательств по оплате и оставлением претензии без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим иском в суд.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, полагая, что сделка является фиктивной, недействительной, мнимой, передача имущества фактически не состоялась, в связи с чем, ответчик предъявил встречный иск о признании договоров № 5/А и 6/А недействительными, в обоснование которого, ссылаясь в том числе на несогласование крупной сделки с собственником имущества унитарного предприятия.

Третье лицо и прокурор поддержали правовую позицию ответчика.

Оценив доводы сторон в совокупности с материалами дела, суд при первоначальном рассмотрении дела, пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 ГК РФ, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статьи 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без указания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

Арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ).

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (статья 307 ГК РФ).

В соответствии со статьей 309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 ГК РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

В соответствии со статьей 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

Как указал Высший Арбитражный Суд РФ в Информационном письме № 66 от 11.01.2002 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»: взыскание арендной платы за фактическое использование арендуемого имущества после истечения срока действия договора аренды производится в размере, определенном этим договором (п. 38). Помимо этого в информационном письме указано также, что в силу закона прекращение договора аренды само по себе не влечет прекращения обязательства по внесению арендной платы.

Истец со своей стороны надлежащим образом исполнил договора аренды, что подтверждается актами приема-передачи транспортных средств от арендодателя арендатору, а также ежемесячные акты об исполнении договора аренды. Данные доказательства не опровергнуты никакими другими доказательствами, являются относимыми, допустимыми и исчерпывающими.

Доводы третьего лица, о том, что арендодатель не передал арендатору документы и принадлежности, отсутствие которых исключает эксплуатацию переданного в аренду автотранспортного средства, судом были отклонены в связи с их необоснованностью.

В соответствии со статьей 611 ГК РФ, если такие принадлежности и документы переданы не были, однако без них арендатор не может пользоваться имуществом в соответствии с его назначением либо в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, он может потребовать предоставления ему арендодателем таких принадлежностей и документов или расторжения договора, а также возмещения убытков.

Если арендодатель не предоставил арендатору сданное внаем имущество в указанный в договоре аренды срок, а в случае, когда в договоре такой срок не указан, в разумный срок, арендатор вправе истребовать от него это имущество в соответствии со статьей 398 настоящего Кодекса и потребовать возмещения убытков, причиненных задержкой исполнения, либо потребовать расторжения договора и возмещения убытков, причиненных его неисполнением.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами дела подтверждается надлежащее исполнение истцом обязательств по договорам аренды, в связи с чем, у ответчика возникла обязанность по оплате.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При указанных обстоятельствах, суд посчитал требования истца правомерными, подтвержденными материалами дела, условиями договора и обоснованными статьями 307, 309, 310, 606, 614, 642 ГК РФ, в связи с чем были удовлетворены в полном объеме.

В силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проверив расчет начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, суд также признал его обоснованным, в связи с чем, исковые требования в данной части также удовлетворил в полном объеме.

В данном случае суд первой инстанции посчитал, что удовлетворение первоначального иска исключило удовлетворение встречного иска, который суд признал необоснованным по следующим основаниям.

На основании статьи 7 Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» № 161-ФЗ «унитарное предприятие несет ответственность по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом».

Совместным Постановлением Пленума ВС РФ № 10 и Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» определено: «сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца первого пункта 2 статьи 295 ГК РФ, а также с нарушением положений Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», в частности пунктов 2, 4, 5 статьи 18, статей 22-24 этого закона, являются оспоримыми».

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть совершенная лишь для вида, без намерения создать ей соответствующие правовые последствия, ничтожна.

Оценивая представленные доказательства при первоначальном рассмотрении, суд оценивал представленные доказательства, исходя из следующего.

В постановлении о признании ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России» потерпевшим от 08.09.2014 сообщается о неких предполагаемых фактах хищения чужого имущества, вверенного виновному, а именно - денежных средств в размере свыше 8 000 000 руб., которые на момент написания данного постановления уже были перечислены на расчетные счета ООО «Автосервис-ММ» и ООО «Техцентр» за предполагаемо фиктивную аренду указанных в постановлении пяти транспортных средств.

Эти же пять транспортных средств были также отмечены в постановлении о возбуждении уголовного дела № 29/00/0001-14 от 22.01.2014 с указанием денежной суммы в размере 8 100 667 руб., предполагаемо перечисленной в полном объеме Предприятием на расчетные счета ООО «Автосервис-ММ» и ООО «Техцентр», и образующей тем самым ущерб для предприятия.

Однако, ни в постановлении о возбуждении уголовного дела от 22.01.2014, ни в постановлении о признании потерпевшим от 08.09.2014 не приведена детальная расшифровка периода и номера договора аренды, по которому производилось перечисление денежных средств предприятием по каждому из указанных в постановлениях автомобилей, в результате чего образовалась общая сумма предполагаемо похищенных денежных средств в размере 8 100 667 руб.

В постановлении о возбуждении уголовного дела от 22.01.2014 не упомянуты договора аренды № 5/А от 01.07.2010 и № 6/А от 27.09.2010.

В материалы дела не было представлено платежных поручений, подтверждающих перевод денежных средств, а также данными бухгалтерского учета ответчика, такими как оборотно-сальдовые ведомости, которыми подтверждается задолженность Ответчика перед Истцом по указанным договорам аренды за рассматриваемый период во взыскиваемой сумме, соответственно подтверждается также отсутствие факта оплаты за аренду указанных в договорах автомобилей.

В письме следователя ГВСУ № 2у-2оо-29/00/0028-12/4412 от 16.12.2014 не содержится каких-либо установленных фактических данных, подтверждающих фиктивную аренду. В качестве доводов, обосновывающих позицию следствия о том, что аренда некоторых транспортных средств, включенных в рассматриваемые договора аренды, носила фиктивный характер, заявлено о позиции налогового органа, которая содержится в акте выездной налоговой проверки от 23.05.2014 № 16-11/09-17/19, проведенной МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 2 по Санкт-Петербургу и в решении № 16/05846 от 30.06.2014 того же налогового органа, в соответствии с которой, транспортные средства, арендованные по договорам № 5/А от 01.07.2010 и № 6/А от 27.09.2010, не использовались в производственной деятельности предприятия.

Факт не использования определенных автотранспортных средств в производственной деятельности предприятия, имевший место по мнению налогового органа, не является бесспорным признаком отнесения таких транспортных средств к категории фиктивно арендованных. Более того, в акте выездной налоговой проверки от 23.05.2014 № 16-11/09-17/19, проведенной МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 2 по Санкт-Петербургу и в решении № 16/05846 от 30.06.2014 не упоминается слово «фиктивный», как термин, неприемлемый для рассматриваемых правоотношений между ООО «Техцентр» и ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России».

В то же время, третьим лицом, также, как и ответчиком, не представлено в материалы дела платежных документов, подтверждающих факт оплаты арендатором за аренду транспортных средств по спорным договорам за период, начиная с 01.01.2012.

Таким образом, на основании изложенного, третьим лицом не представлено доводов, в соответствии с которыми существовала бы взаимосвязь между рассматриваемым в рамках настоящего арбитражного дела спором, связанным со взысканием задолженности по договорам аренды № 05/А и № 06/А и уголовным делом, связанным с хищением денежных средств посредством фиктивной аренды некоторых автомобилей.

Кроме того, судом был оценен и довод о том, что в письме следователя ГВСУ СК РФ не сообщается о каких-либо обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о фиктивности договоров аренды и, соответственно, о фиктивности аренды спорного транспортного средства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни.

Истцом в материалы дела представлены акты об исполнении договоров аренды.

Согласно пункта 2 статьи 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу пункта 5 статьи 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Ответчиком не представлено доказательств того, что рассматриваемые сделки нарушают его права или охраняемые законом интересы, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с пунктом 5 статьи 166 ГК РФ встречное исковое заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, так как после заключения оспоримой сделки предприятие своим поведением не давало оснований обществу полагаться на действительность данной сделки, то есть, после заключения договора, арендатор принял от арендодателя и использовал в соответствии с его назначением автомобиль, указанный в договоре аренды; подписывал каждый месяц акты о выполнении, подтверждающие нахождение в аренде автомобиля.

Вместе с этим, судом было признано обоснованным заявление истца о пропуске срока исковой давности для обращения предприятия со встречным иском, так как в соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Так как предприятие заключило оспариваемую сделку без согласования с собственником 01.01.2012 года, то именно с этой даты начинается исчисление срока исковой давности.

К настоящему времени срок исковой давности для обращения в арбитражный суд с требованием о признании сделки недействительной истек, что является самостоятельным основанием для отказа во встречном иске.

Довод ответчика о том, что срок исковой давности может исчисляться с даты, когда вновь назначенный руководитель предприятия приступил к исполнению своих обязанностей, то есть с октября 2013 года был признан судом первой инстанции несостоятельным.

В соответствии с пунктом 13 совместного Постановления Пленум ВС РФ от 12.11.2001 г. № 15 и Пленума ВАС РФ от 15.11.2001 г. № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности» при рассмотрении заявления стороны в споре о применении исковой давности в отношении требований юридического лица необходимо иметь в виду, что в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда юридическое лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

С учетом этого довод вновь назначенного руководителя о том, что он узнал о нарушенном праве возглавляемого им юридического лица лишь со времени своего назначения, не может служить основанием для изменения начального момента течения срока исковой давности, поскольку в данном случае заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя, как физического лица.

Указанное обстоятельство не является основанием и для перерыва течения срока исковой давности.

В соответствии с частью 4 статьи 18 ФЗ РФ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» государственное или муниципальное предприятие не вправе без согласия собственника совершать сделки, связанные с предоставлением займов, поручительств, получением банковских гарантий, с иными обременениями, уступкой требований, переводом долга, а также заключать договоры простого товарищества.

Уставом государственного или муниципального предприятия могут быть предусмотрены виды и (или) размер иных сделок, совершение которых не может осуществляться без согласия собственника имущества такого предприятия.

Ознакомившись с Уставом ответчика, суд первой инстанции установил, что в соответствии с разделом 4 Устава, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 31.01.2012 № 141 (внесен в ЕГРЮЛ 15.02.2012), определены права и обязанности Предприятия, а именно:

Для выполнения уставных целей Предприятие имеет право в порядке, установленном действующим законодательством Российской Федерации:

-создавать филиалы и представительства;

-утверждать положения о филиалах, представительствах, назначать их руководителей, принимать решения об их реорганизации и ликвидации;

-заключать все виды договоров с юридическими и физическими лицами, не противоречащие законодательству Российской Федерации, настоящему Уставу, а также целям и предмету деятельности Предприятия;

-приобретать или арендовать основные и оборотные средства за счет имеющихся у него финансовых ресурсов, кредитов, ссуд и других источников финансирования;

-с согласия собственника имущества передавать в залог, сдавать в аренду или вносить имущество в виде вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ, а также некоммерческих организаций в порядке и пределах, установленных законодательством Российской Федерации и настоящим Уставом;

-осуществлять внешнеэкономическую деятельность;

-осуществлять материально-техническое обеспечение производства и развитие объектов социальной сферы;

-планировать свою деятельность и определять перспективы развития исходя из программы деятельности Предприятия, утверждаемой в установленном порядке, а также наличия спроса на выполняемые работы, оказываемые услуги, производимую продукцию;

-определять и устанавливать формы и системы оплаты труда, численность работников, структуру и штатное расписание;

-устанавливать для своих работников дополнительные отпуска, сокращенный рабочий день и иные социальные льготы в соответствии с законодательством Российской Федерации;

-определить размер средств, направляемых на оплату труда работников Предприятия, на техническое и социальное развитие.

Исходя из указанных положений суд сделал вывод, что ответчик был ограничен только в определенных сферах деятельности, на которые необходимо согласие собственника имущества, а именно: передавать в залог, сдавать в аренду или вносить имущество в виде вклада в уставный (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ, а также некоммерческих организаций в порядке и пределах, установленных законодательством Российской Федерации и настоящим Уставом.

Такая сфера деятельности, как приобретение или аренда основных и оборотных средств осуществляется за счет имеющихся у него финансовых ресурсов, кредитов, ссуд и других источников финансирования.

Таким образом, заключенный договор аренды, в том числе, не может относиться и к крупной сделке, для оформления которой необходимо одобрение собственника.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ № 28 от 16.05.2014 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью, следует, что сделки, совершенные без необходимого согласия (одобрения) органа юридического лица, а также сделки, совершенные единоличным исполнительным органом или другим представителем (единоличным исполнительным органом) которого он одновременно является, но не подпадающие под действие упомянутых норм о крупных сделках и(или) сделках с заинтересованностью, могут быть оспорены в соответствии с общими правилами, предусмотренными статьей 173.1 и пунктом 3 статьи 182 ГК РФ.

Согласно пункта 3 данного Постановления лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статьи 78 и 81 Закона об акционерных обществах);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров) т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац пятый пункта 6 статьи 79 и абзац пятый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Как указано в постановлении, судам также следует учитывать, что, если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения контрагентом или самим обществом возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Однако, даже, если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 указанного постановления, сделка признается недействительной, но - отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 5 статьи 45 и абзац четвертый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

2) к моменту рассмотрения дела в суде сделка одобрена в предусмотренном законом порядке (абзац шестой пункта 5 статьи 45 и абзац шестой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац шестой пункта 6 статьи 79 и абзац шестой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

3) ответчик (другая сторона оспариваемой сделки или выгодоприобретатель по оспариваемой односторонней сделке) не знал и не должен был знать о ее совершении с нарушением предусмотренных законом требований к ней (абзац седьмой пункта 5 статьи 45 и абзац седьмой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац седьмой пункта 6 статьи 79 и абзац седьмой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

Одновременно в данном Постановлении обращается на следующее.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с нарушением порядка одобрения крупных сделок, следует учитывать то, насколько это лицо могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие у сделки признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее одобрения. В частности, контрагент должен был знать о том, что сделка являлась крупной и требовала одобрения, если это было очевидно любому разумному участнику оборота из характера сделки, например, при отчуждении одного из основных активов общества (недвижимости, дорогостоящего оборудования и т.п.). В остальных случаях презюмируется, что сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что сделка являлась крупной.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах. Если в ходе рассмотрения дела будет установлено, что заинтересованность была неявной для обычного участника оборота, то ответчик считается добросовестным. При этом истец может представить доказательства того, что по обстоятельствам конкретного дела сторона сделки - физическое лицо или представитель стороны сделки - юридического лица тем не менее знали или должны были знать об указанной неявной аффилированности.

Как следует из материалов дела и на что было обращено внимание суда первой инстанции, ответчиком не было представлено достаточных доказательств о том, что истец знал или должен был знать о том, что совершаемая сделка является крупной. Тем более не подтвержден также и факт заинтересованности в совершении оспариваемой сделки.

Более того, не требуется соблюдения предусмотренного законом порядка одобрения крупных сделок в случаях, когда сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, к которой и относится аренда транспортных средств.

Довод о мнимости совершенной сделки судом при первоначальном рассмотрении также не был принят, так как в соответствии с положениями статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в связи с чем считается ничтожной.

Из материалов дела суд первой инстанции не усмотрел, что оспариваемая сделка относится к сделке, совершенной лишь для вида, так как транспортное средство эксплуатировалось ответчиком.

Определением Верховного Суда РФ от 29.10.2013 N 5-КГ13-113 установлено, что, чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в статье 431 ГК РФ.

Пункт 1 статьи 170 ГК РФ применяется в том случае, когда стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения. Для обоснования мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Установление обстоятельств, которые свидетельствуют о совершении конкретных действий, направленных на создание соответствующих заключенным сделкам правовых последствий, исключает применение пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Как посчитал суд первой инстанции при первоначальном рассмотрении, ему не представлено доказательств того, что заключенный договор был заключен без намерения создать соответствующие правовые последствия.

Более того, заключение государственного контракта № 64 от 30.12.2009 между Министерством обороны Российской Федерации в лице начальника государственного учреждения «Автомобильная база Министерства обороны» и ответчиком на оказание услуг по автотранспортному обеспечению органов военного управления Министерства обороны Российской Федерации, дислоцированных в г. Москве и 20-ти км зоне за ее пределами, г. Санкт-Петербурге, г. Ростов-на-Дону, г. Екатеринбурге, г. Чите, г. Хабаровске, г. Североморске, г. Калининграде, г. Астрахани, г. Владивостоке транспортными средствами, указанными в Приложении № 1 (прим. BMV 730 LI, BMV 730 LIa, TOYOTA LAND CRUISER, TOYOTA CAMRY, RORD FOCUS, a, реанимационный автомобиль, бронированный автомобильa и т.д.) косвенно подтверждает необходимость наличия у ответчика большого парка автотранспортных средств.

Представленное ответчиком решение Межрайонной инспекции ФНС по крупнейшим налогоплательщикам № 2 по Санкт-Петербургу о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения суд посчитал недостаточным доказательством какого-либо основания для признания недействительности сделки, так как данное решение в судебном порядке не обжаловалось, а в рамках данного дела суд не может давать оценку правомерности выводов, сделанных налоговой инспекции.

Более того, сделанные выводы инспекции о том, что не установлено использования взятых в аренду автомобилей в производственной деятельности ответчика, могут, наоборот, свидетельствовать о том, что истцом автомобили сдавались в аренду, а по какой причине они не использовались самим ответчиком, не является основанием для неоплаты арендных платежей, так как в соответствии с положениями абзаца 1 пункта 1 статьи 614 ГК РФ арендодатель не вправе требовать арендной платы за период, в котором арендатор был фактически лишен возможности использовать арендованное имущество.

В рассматриваемом случае, как посчитал суд первой инстанции, ответчик сам не использовал арендованное имущество. Причин, свидетельствующих о невозможности использования арендованного имущества по вине арендодателя, либо осуществления действий, препятствующих использованию арендованным имуществом, со стороны арендодателя, суду не было представлено.

Согласно статьи 69 АПК РФ обстоятельства дела, признанные арбитражным судом общеизвестными, не нуждаются в доказывании.

Согласно пункта 2 этой статьи обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Также положениями пункта 3 статьи 69 АПК РФ установлено, что вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

И согласно пункта 4 данной статьи вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Суд первой инстанции не принял документы, представленные в материалы дела по ходатайству ответчика, и полученный из 53 военного следственного отдела СК России по Западному военному округу и Главного военного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации ответ, за основу признания договора аренды недействительным, так как они не подпадают под действие статьи 69 АПК РФ, в том числе относятся к суждениям лица, подписывающим ответ на запрос суда.

При указанных обстоятельствах требования по встречному иску судом были отклонены.

Суд кассационной инстанции, отменяя решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.02.2015 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2015 года по делу № А56-24449/2014, ссылался на следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, между Обществом (арендодателем) и Предприятием (арендатором) подписаны Договоры 5/А и 6/А, согласно которым арендодатель обязался предоставить арендатору за плату во временное владение и пользование 26 и 12 автотранспортных средств соответственно.

Размер арендной платы согласован в приложении № 1 к Договорам 5/А и 6/А.

Согласно актам приема-передачи от 01.07.2010 и от 01.10.2010 указанные в означенных договорах транспортные средства переданы арендатору.

Общество, ссылаясь на то, что в 2013 году техника не эксплуатировалась и была возвращена арендодателю (за исключением автоэвакуатора марки ISUZU АЭ-4456 SE, идентификационный номер (VIN) <***>, государственный регистрационный знак <***>, который находился в эксплуатации у арендатора до 31.08.2013), однако Предприятие за все время аренды транспортных средств в качестве арендных платежей уплатило только 182 824 руб. 70 коп., а также на то, что претензия от 13.03.2014 с требованием об уплате оставшейся задолженности в размере 8 552 667 руб. оставлена арендатором без внимания, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

Предприятие возражало против удовлетворения иска Общества и заявило встречный иск о признании Договоров 5/А и 6/А недействительными сделками.

В обоснование утверждения о недействительности указанных договоров Предприятие ссылалось на отсутствие согласия его собственника на совершение спорных сделок, которое необходимо в силу положений Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Федеральный закон № 161-ФЗ), согласно которому решение о совершении крупной сделки, а также сделки, в совершении которой имеется заинтересованность руководителя унитарного предприятия, принимается с согласия собственника имущества унитарного предприятия (пункт 1 статьи 22 и пункт 3 статьи 23).

Кроме того, истец по встречному иску заявил о признании Договоров 5А и 6А ничтожными, как мнимых сделок ввиду того, что у Предприятия отсутствует подтверждение использования указанных в них транспортных средств.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с пунктом 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно статье 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.

В силу статьи 622 ГК РФ, если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

В обоснование возникшей у Предприятия задолженности в размере 8 552 667 руб. Общество представило Договоры 5А и 6А, акты передачи тридцати восьми единиц техники в аренду от 01.07.2010 и от 01.10.2010 соответственно, паспорта транспортных средств на двенадцать автомобилей, из которых следует, что арендатор впоследствии стал собственником этих автомобилей, а также акты сверки задолженности и акты оказанных услуг.

Из представленных в материалы дела актов оказанных услуг видно, что некоторые транспортные средства, указанные в качестве переданных арендатору по акту от 01.07.2010, а именно автомобили «Fiat Ducato» с государственными регистрационными номерами <***>, В617УТ/98, В618УТ/98, В620УТ/98, В621УТ/98, В626УТ/98, В628УТ/98, В630УТ/98 поименованы только в акте от 31.12.2011 № 00000037, а в представленных в материалы дела актах за предыдущий и последующий периоды не упомянуты; автомобили «Fiat Doblo Cargo» с государственными регистрационными номерами <***>, В615УТ/98, В622УТ/98, В623УТ/98, В630УТ/98 не указаны в актах за октябрь 2011 года, но упомянуты в актах за последующий период; часть транспортных средств, переданных по акту от 01.10.2010, а именно автомобили «Ford Focus» с государственными регистрационными номерами <***>, В781АВ/178, В782АВ/178, также упомянуты только в акте от 31.12.2011 № 00000036, при этом ни в актах за октябрь и ноябрь 2011 года, ни позже не указываются.

Таким образом, из тридцати восьми транспортных средств, которые значатся в актах приема-передачи техники как переданные в 2010 году, по одиннадцати автомобилям в материалы дела представлены доказательства о начислении арендной платы только за один месяц. При этом какие-либо документы о возврате данных транспортных средств из аренды и о последующей передаче в аренду вновь в материалах дела отсутствуют.
Кроме того, в некоторых актах имеются противоречия.

Так, в акте от 31.10.2011 № 00000032 поименовано пять автомобилей «Fiat Doblo Cargo», а в графе «Количество автомобилей» указано десять и начисление произведено за использование десяти автомобилей; в акте от 31.12.2011 № 00000037 поименован один автомобиль «Volkswagen 7HM Multivan» c государственным регистрационным номером <***>, однако начисление произведено за два автомобиля, упомянут автомобиль «Toyota Land Cruiser» с государственным регистрационным номером <***>, но начисление также произведено с указанием на два автомобиля, имеются также иные несоответствия; в акте от 29.02.2012 № 00000003 значатся те же автомобили что и в акте от 31.03.2012 № 00000005, однако сумма отличается по размеру, такие же несоответствия присутствуют в актах от 29.02.2012 № 00000004 и от 31.03.2012 № 00000006.

Между тем какие-либо первичные документы, позволяющие определить правильность проставленных в подписанных сторонами актах оказания услуг денежных сумм и указанных в них транспортных средств, а также устранить (объяснить) имеющиеся в них противоречия, в том числе относительно периода начисления арендных платежей (например, акты возврата транспортных средств из аренды или документы об их продаже), в материалах дела не содержатся.

Согласно пункту 5.2 Договоров 5/А и 6/А в случае, если транспортные средства использовались арендатором неполный календарный месяц, арендная плата за этот период определяется путем деления месячной арендной платы на количество дней в данном месяце и умножения полученной суммы на количество календарных дней, в течение которых использовались транспортные средства.

Ввиду указанных несоответствий невозможно в точности установить, как в действительности складывались отношения сторон по исполнению договоров.

Как указывает суд кассационной инстанции, судам следовало установить, за что и как именно происходило начисление арендной платы и от каких факторов оно зависело, как определен период аренды и с чем связано начисление арендной платы только за некоторые месяцы (если исходя из фактического использования транспортных средств, то чем подтверждается такое фактическое использование).

Судами этого сделано не было.

Согласно статье 168 ГК РФ, в редакции, действовавшей до 01.09.2013, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Положения приведенной нормы изменены с 01.09.2013.

Как установлено пунктом 1 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ (в редакции, действовавшей до 01.09.2013) сделка признавалась недействительной по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В пункте 9 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца первого пункта 2 статьи 295 ГК РФ, а также с нарушением положений Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон № 161-ФЗ), в частности пунктов 2, 4, 5 статьи 18, статей 22 - 24 этого закона, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица.

Как указал суд кассационной инстанции, суды обеих инстанций пришли к выводу о том, что Договоры 5/А и 6/А, о недействительности которых заявило Предприятие по мотиву того, что они являются для Предприятия крупными сделками, а также ссылаясь на заинтересованность подписавшего Договоры 5/А и 6/А руководителя в их совершении и на аффилированность их сторон, являются оспоримыми сделками.

Проанализировав положения устава Предприятия и его хозяйственную деятельность на основании представленных в материалы дела доказательств, суды установили, что оспариваемые сделки являются для Предприятия сделками, заключенными в процессе обычной хозяйственной деятельности, поэтому не нуждаются в согласовании с его собственником.

Суды обеих инстанций также указали на отсутствие в материалах дела неопровержимых доказательств, подтверждающих позицию Предприятия о заинтересованности подписавшего Договоры 5/А и 6/А руководителя в совершении спорных сделок, а также на аффилированность их сторон.

Поскольку Общество заявило о пропуске Предприятием срока исковой давности для признания спорных договоров недействительными, суды со ссылкой на пункт 2 статьи 181 ГК РФ отказали в признании сделок недействительными по ранее указанным основаниям, в том числе и в связи с истечением срока исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Предприятие и Министерство полагают, что судами не учтена правовая позиция, изложенная в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), а также в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 № 8194/13 (далее - Постановление № 8194/13).

В абзаце втором пункта 10 Постановления № 62 разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

В Постановлении № 8194/13 указано, что данная правовая позиция применима и при оспаривании сделок юридического лица в случае, если соответствующие органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании.

Встречный иск подан Предприятием в июле 2014 года.
Между тем, как следует из материалов дела и подтверждено подателями жалоб в заседании суда кассационной инстанции, руководитель Предприятия, подписавший спорные договоры, был освобожден от должности в мае 2013 года.
Доводов и доказательств того, что до назначения на должность нового директора (в октябре 2013 года) Предприятием руководили лица, не заинтересованные в оспаривании Договоров 5/А и 6/А, и Предприятие, и Министерство не приводят.

Таким образом довод подателей жалобы о том, что срок исковой давности для оспаривания Договоров 5/А и 6/А следует исчислять с октября 2013 года, когда был назначен на должность новый директор Предприятия, подлежит отклонению.

Суды не нашли оснований для признания Договоров 5/А и 6/А недействительными (ничтожными) по причине их мнимости.

Согласно положениям пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Стороне, заявляющей о мнимости сделки, необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

При этом суд, рассматривая вопрос о мнимости сделки, не должен ограничиваться проверкой соответствия установленных законом документов, подтверждающих факт их исполнения (акты о передаче техники арендатору, акты сверки задолженности, а также акты оказания услуг) формальным требованиям, поскольку, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета и доказательства.

Заявляя о мнимости Договоров 5/А и 6/А, Предприятие ссылалось, в частности, на невозможность передачи некоторых транспортных средств по соответствующему акту ввиду того, что эти же транспортные средства были предметом других договоров аренды и срок действия указанных договоров не истек. Для обоснования своей позиции истец по встречному иску обращал внимание суда в том числе на постановление о возбуждении уголовного дела от 22.01.2014 № 29/00/0001-14.

Из упомянутого постановления следует, что между сторонами заключены договор аренды транспортных средств без экипажа от 14.12.2009 № 1/А на аренду автомобилей «Toyota Land Cruiser LC», государственный регистрационный номер <***>, и «Toyota Land Cruiser 78», государственный регистрационный номер <***>, и договор аренды транспортных средств без экипажа от 01.01.2010 № 2/А на аренду автомобиля «Mercedes-Benz GL 320 4Matic», государственный регистрационный номер <***>, сроком действия до 31.12.2012, а также договор аренды транспортных средств без экипажа от 14.12.2009 № 2/А, в том числе аренды автомобиля «Volkswagen 7HM Multivan», государственный регистрационный номер <***> (срок действия последнего договора в постановлении не указан).

Кроме того, в данном постановлении есть ссылка на перечисление Предприятием денежных средств за аренду указанных автомобилей в период с 2010 по 2013 год.

Между тем из материалов дела следует, что названные транспортные средства также упомянуты в оспариваемых договорах, актах приема-передачи и актах оказанных услуг.

Общество никак не опровергло доводов Предприятия о том, что некоторые транспортные средства были переданы в аренду по другим договорам и не могли быть предметами аренды по спорным.

Как указывает суд кассационной инстанции, суды также не исследовали данный вопрос, не запросили соответствующие документы у лиц, участвующих в деле, или у органов, ведущих расследование указанного уголовного дела (доказательства передачи части транспортных средств, являющихся предметом договоров аренды по спорным договорам и договорам, упомянутым в постановлении о возбуждении уголовного дела, а также связанные с оплатой аренды указанных транспортных средств, иные первичные документы).

Между тем изучение данных обстоятельств имеет значение для решения вопроса об удовлетворении как первоначального иска (и по праву, и по размеру), так и встречного иска (в полном объеме или в части).

С учетом изложенного суд кассационной инстанции не признал, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, а выводы судов обеих инстанций соответствуют представленным в материалы доказательствам.

В связи с выше изложенным, а также учитывая, что суд кассационной инстанции в силу полномочий, установленных статьей 286 и пунктом 2 статьи 287 АПК РФ, не обладает самостоятельным правом на установление обстоятельств дела, которые не были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, обязан решение и постановление по настоящему делу отменить с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суд кассационной инстанции рекомендовал суду устранить отмеченные недостатки, обеспечить предусмотренные процессуальным законодательством требования о всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств в их совокупности и взаимной связи для чего в порядке, предусмотренном статьей 66 АПК, предложить сторонам представить дополнительные доказательства, либо запросить их у соответствующих органов, в частности выяснить, имелись ли у Предприятия собственные транспортные средства, количественный и качественный состав которых позволял в спорный период выполнять принятые на себя обязательства по заключенным в этот же период государственным контрактам и дать оценку обстоятельствам дела, связанным в том числе с фактическим исполнением полностью или в части подписанных сторонами Договоров 5/А и 6/А.

В зависимости от установленных обстоятельств, суду первой инстанции надлежит разрешить спор в соответствии с действующим законодательством.

Исходя из рекомендаций, данных судом кассационной инстанции, суд первой инстанции дополнительно исследовал представленные сторонами дополнительные доказательства, оценил свидетельские показания, а также представленные письменные объяснения истца и ответчика.

При повторном рассмотрении дела, истец обосновывает свои доводы дополнительными пояснениями следующего содержания.

По вопросу о том, что в рассматриваемый период с 2010 по 2013 годы договорных отношений предприятие (ответчик) производило перечисление денежных средств за аренду указанных автомобилей, о чем сообщается в постановлении о возбуждении уголовного дела № 29/00/0001 от 22.01.2014, истец полагает, что подобный вывод не может опровергнуть того обстоятельства, что предприятие имеет задолженность перед обществом во взыскиваемом размере за указанный период аренды по рассматриваемым договорам № 5/А и № 6/А, так как в постановлении о возбуждении уголовного дела сообщается в принципе о перечислении неких денежных средств предприятием обществу (истец) в отмеченный период времени, без указания какой-либо конкретики по основаниям для такого перечисления; кроме того информация, содержащаяся в данном постановлении, в том числе в части произведенных выплат, не подтверждена материалами дела, более того – не подтверждена самим ответчиком, в частности, не подтверждена платежными документами об оплате.

Как поясняет истец, общество не опровергало доводов предприятия о том, что некоторые транспортные средства были переданы в аренду по другим договорам и не могли быть предметом аренды по спорным, так как подобные доводы со стороны предприятия не заявлялись.

Ответчик, являясь наряду с истцом стороной, как по рассматриваемым в данном деле договорам № 5/А и № 6/А, так и ранее действовавшим № 1А и № 2А, и, соответственно, являясь правовым субъектом, обладающим всей полнотой информации о том: когда и с кем у него заключен и считался действующим определенный хозяйственный договор, - не заявлял подобных доводов о наложении этих договоров по срокам действия и не представил каких-либо доказательств, подтверждающих позицию третьего лица относительно такого наложения.

Кроме того, как отмечено истцом, сведения о ранее действовавших договорах аренды № 1/А и № 2/А были получены из содержания представленного в материалы постановления о возбуждении уголовного дела № 29/00/0001-14 от 22.012014. Непосредственно сами эти договора в материалы дела не предоставлялись и судом не исследовались.

В материалы дела истцом представлены соглашения о расторжении договора № 1/А от 14.12.21009 от 30.06.2010 и № 2/А от 01.01.2010 от 30.06.2010.

Дополнительно в материалы дела было представлено дополнительное доказательство: постановление о привлечении в качестве обвиняемого от 21.05.2015 – ФИО8

В обоснование доводов о мнимости сделки, представитель ответчика указывает на следующее.

Доказывание отсутствия такого обстоятельства – отсутствие намерения создать соответствующие правовые последствия, не может быть возложено исключительно на сторону спора, заявившую о мнимости сделки.

ООО «Техцентр» не представлены доказательства, опровергающие доводы ответчика о мнимости договоров № 5/А и № 6/А. Истец никак не опроверг доводы ответчика о том, что некоторые транспортные средства были переданы в аренду по другим договорам и не могли быть предметами аренды пор спорным договорам.

Кроме того, как считает ответчик, мнимость арендных отношений подтверждается и тем обстоятельством, что один и тот же факт отражался сторонами в различных документах.

Так, как указывает ответчик, в частности транспортное средство ISUZU АЭ-4456 SE, идентификационный номер (VIN) <***> гос. № <***> является предметом, как минимум, договоров № 6/А и № 7/А, возврат оформлен как минимум двумя различными актами.

Кроме того, в актах возврата данного транспортного средства указано на возврат ПТС 62 МУ 817 052, выданного 02.09.2010 ООО «Центртранстехмаш».

Указанное также не может соответствовать действительности, ввиду того, что согласно сведениями, отраженным в дубликате ПТС (т. 1 л.д. 43) в разделе «особые отметки» указано на утрату вышеуказанного ПТС 62 МУ 817 052 (выданное заводом-изготовителем р/с утрачено).

Ответчик, считая, что ссылка истца на акты сверки, являющиеся производными от первичной документации, также является необоснованной.

Довод мнимости ответчик также подтверждает следующим.

Истцом за транспортные средства MERCEDES-BENZ S 500 4 MATIC г.р.з. В 980 УХ 98, BMW X5 XDRIVE 481 г.р.з. О 541 ОН 98 (договор № 6/А), MERCEDES-BENZ GL 320 CDI 4 MATIC г.р.з. В 098 ТМ 98 (договор № 5/А) предъявлена ко взысканию арендная плата за 2012 год лишь за некоторые месяцы.

Доказательств, обосновывающих период начисления арендной платы, истцом не представлено. При указанных обстоятельствах, как считает ответчик, истцом не доказан период начисления арендной платы, расчет размера требуемого истцом долга по арендной плате, а, следовательно, и процентов на сумму долга, нельзя признать обоснованным.

Также ответчик ссылается на то обстоятельство, что, учитывая положения п. 3.2. договора, а также п. 2.1.1. Правил дорожного движения, утвержденного постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090, п. 7 Приказа МВД России от 24.11.2008 № 1001 «О порядке регистрации транспортных средств» для эксплуатации транспортного средства арендатору арендодателем подлежало передаче свидетельство о регистрации транспортного средства. Доказательств передачи в материалы дела не представлено.

В материалы дела дополнительно представлены отчеты об оказанных услугах за март 2012, декабрь 2011 года, январь 2012.

Возражая по указанным доводам ответчика, истец указывает, что обязанность доказывания о мнимости договора ложится на обе стороны, находится в противоречии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ, а также со статьей 170 ГК РФ, так как доказывание доводов о мнимости договора законодательно возложено на ту сторону, которая о такой мнимости заявляет.

Принимая во внимание то, что никаких доказательств заявленным ответчиком доводам о мнимости договоров аренды в материалы дела не представлено – отсутствуют предусмотренные законом основания для представления со стороны истца каких-либо доказательств, подтверждающих реальное исполнение заключенных договоров аренды № 5/А и № 6/А, опровергающих тем самым ничем не подтвержденные доводы ответчика о мнимости договоров аренды.

Как указывает истец, доводы ответчика о мнимости указанных договоров аренды № 5/А и № 6/А основаны исключительно на тех обстоятельствах, что по его мнению отсутствуют доказательства как наличия возможности использования арендованных автомобилей в хозяйственной деятельности предприятия в связи с отсутствием передачи вместе с автомобилями регистрационных документов и ключей зажигания, так и на том, что на предприятии отсутствуют путевые листы и прочая документация, подтверждающие использование данных автомобилей в такой деятельности, при этом подобные доводы были основаны только лишь на отсутствии как таковых доказательств использования ответчиком арендованных автомобилей в числе материалов рассматриваемого дела, а не на фактических известных ему обстоятельствах.

Опровергая указанные доводы ответчика, истец также указывает на то обстоятельств, что истцом в качестве опровержения заявленных доводов ответчика об отсутствии на предприятии путевой документации по рассматриваемым автомобилям в материалы дела были представлены доказательства наличия путевой документации как такой в период исполнения договоров аренды № 5/А и ; 6/А. В частности, был представлен Акт передачи дел с путевой документацией от 10.11.2011 г., в соответствии с содержанием которого была передана (возвращена) путевая документация, в том числе по некоторым из рассматриваемых автомобилей ответчику от ФБУ «Войсковая часть 83466» (то есть государственного заказчика по государственному контракту № 64).

Кроме того, факт наличия на предприятии путевой документации по арендованным автомобилям подтвержден Протоколом дополнительного осмотра документов от 18.04.2014, а также актами об исполнении государственного контракта № 64, представленными истцом в материалы дела.

Также истец подтверждает свои доводы представленными в материалы дела копиями страховых полисов, полученных по запросу от ПАО «Страховая компания «Гайде», оформленных на транспортные средства, включенные в рассматриваемые договора аренды № 5/А и № 6/А – в отношении 27 транспортных средств, оформленные арендатором на арендованные транспортные средства.

В отношении доводов ответчика о якобы отсутствии (не обнаружении) на предприятии путевых листов, оформленных в отношении арендованных автомобилей, то представителем истца в адрес предприятия был направлен запрос (исх. № 11 от 16.07.2016 г.) с целью установления обстоятельств, связанных с проведением мероприятий по обнаружению искомых путевых листов. ФИО9 запрос был получен ответчиком, но на него до настоящего времени не представлено ответа.

Как полагает истец, доводы ответчика о том, что у него на предприятии отсутствует путевая документация по арендованным у истца автомобилям вызывают обоснованные сомнения ввиду следующих обстоятельств.

Как следует из Протокола допроса в качестве свидетеля от 05.05.2015 года бухгалтера Ростовского филиала предприятия ФИО10 (копия протокола представлена), начиная с 2010 года Ростовским филиалом эксплуатировался автомобиль Тойота Ленд Крузер 200, гос. номер <***>, из числа арендованных предприятием у ООО «Техцентр» по договору аренды № 6/А. Данный автомобиль был задействован для перевозки командующего войсками ЮВО. Указанные сведения подтверждаются Отчетом об оказанных услугах по автотранспортному обеспечению, выполненных Ростовским филиалом предприятия от 31.01.2012 года, в соответствии с которыми данный автомобиль отработал 508 часов при пробеге 2 150 км. При этом другой такой же автомобиль Тойота Ленд Крузер 200, гос. номер <***> в тот же период времени эксплуатировался Владикавказским филиалом предприятия для обеспечения служебной деятельности военного командования в г. Владикавказе.

В то же время, несмотря на фактически подтвержденное использование автомобилей Тойота Ленд Крузер 200, гос. номера: <***> и <***> в хозяйственной деятельности в запрашиваемый период бухгалтер предприятия ФИО11 сообщила в налоговую инспекцию сведения о том, что путевые листы в числе прочих на указанные автомобили на предприятии отсутствуют (несмотря на то, что только по одному из запрашиваемых автомобилей его пробег только за один месяц составил более 2 000 км).

Также Протоколом допроса в качестве свидетеля от 27.05.2014 диспетчера Анапского филиала предприятия ФИО12, ею, при работе на предприятии, в числе прочих, выписывались путевые листы на транспортные средства, эксплуатировавшиеся Анапским филиалом, в частности два а/м Фольксваген Мультивен, г.н.з. В 347 ТЕ и В 348 ТЕ (протокол представлен).

Также из данного протокола следует, что путевые листы на указанные автомобили вместе с остальными путевыми листами были ею лично упакованы в коробки и затем отправлены в головной офис ФГУП «Инжтехцентр Минобороны России».

Кроме того, истец использовал свое право на адвокатский запрос и получил объяснения от гражданина ФИО13, исполнявшего обязанности старшего механика предприятия в период до 31.12.2014.

Более того, истец обращает внимание на тот факт в опровержение доводов ответчика, что в материалах дела находится оборотно-сальщдовая ведомость ФГУП «СПб Инжетехцентр» за 2013 год (т. 2 л.д. 1910, в соответствии с содержанием которой выставленные арендодателем счета на оплату за аренду указанного автомобиля в 2013 году были учтены предприятием как хозяйственные операции, совершенные по договору № 6/А. Каких-либо сведений о том, что аренда данного автомобиля – ISUZU АЭ-4456 арендатором учитывается как исполнение иного договора – ответчиком не представлено.

Как полагает истец, довод ответчика о том, что возврат автомобиля из аренды был произведен с другим ПТС, нежели чем с тем, с которым был получен – не может являться подтверждением мнимости аренды данного автомобиля, так как не опровергает факт получения и последующего возврата непосредственно самого автомобиля.

Возражая на доводы ответчика о том, что арендная плата на некоторые автомобили из числа включенных в спорные договора аренды была начислена только за некоторые месяцы 2012 года, истец также указывает, что такое начисление было произведено только за фактическое время нахождения данных автомобилей в аренде у ответчика.

Ответчик в дополнительных письменных пояснениях, представленных в судебном заседании 07.10.2016 указывает, что, как указывает истец, в 2012 году оплата по договорам не производилась, в то время, как в 2013 году ответчиком в качестве арендного платежа была произведена оплата 182 824,70 руб., которая с учетом начислений в 160 000,00 руб. за автоэвакуатор покрыла расходы по аренде автоэвакуатора в 2013 году уменьшила общую задолженность перед ООО «Техцентр»

Также в материалы дела сторонами представлено постановление о прекращении уголовного дела в отношении должностных лиц Минобороны России, ГУ «Автомобильная база Минобороны России», ФБУ «Войсковая часть 83466» и ФГУП «Санкт-Петербургский инженерно-технический центр Минобороны России» при заключении и реализации государственных контрактов от 30.12.2009 № 64 и от 30.12.2010 № 65, повлекших причинение ущерба, связанного с неправомерной оплатой «режима ожидания» транспортных средств.

Из данного постановления следует, что уголовное дело прекращено:

в отношении бывшего и.о. генерального директора ФГУП «СПб Инжтехцентр» ФИО14 в части совершения им преступлений, предусмотренных ….:

-по факту злоупотребления служебными полномочиями при подписании актов аренды фактически неиспользовавшихся в производственно-хозяйственной деятельности ФГУП «СПб Инжтехцентр» транспортных средств ООО «Техцентр» и ООО «Автосервис-ММ» с декабря 2009 по июнь 2010 …..

В отношении бывшего генерального директора ФГУП «СПб Инжтехцентр» ФИО8 в части совершения им преступлений, предусмотренных ….:

-по факту злоупотребления служебными полномочиями при подписании актов и оплаты аренды фактически неиспользовавшихся в производственно-хозяйственной деятельности ФГУП «СПб Инжтехцентр» транспортных средств ООО «Техцентр» и ООО «Автосервис-ММ» в период с июля 2010 года по июль 2012 года ….

Таким образом, оценив выше изложенное, с учетом ранее исследованных доказательств, а также свидетельские показания приглашенных свидетелей, чьи показания зафиксированы на аудиозаписи, суд не установил дополнительных доказательств, свидетельствующих о необоснованности заявленных требований истцом.

Также, представленные дополнительно доказательства, перечисленные после оценки кассационной инстанции, подтвердили факт получения транспортных средств в аренду ответчиком.

Более того, прекращение уголовного дела также подтверждает факт владения автотранспортными средствами, так как арендатор, который не использует транспортные средства, все равно обязан оплачивать арендную плату. В данном случае ответчиком не представлено доказательств того, что он не имел возможности использовать транспортные средства по вине арендодателя.

Доводы ответчика об оплате 182 824,70 руб. по спорным договорам согласно акта сверки не могут быть приняты судом, так как сам представленный акт сверки не отражает какие взаимоотношения сторонами были сверены, так как в нем не указано по каким договорам она осуществлена.

В данном случае, не повторяя ранее изложенного, суд принимает изначально высказанную позицию в отношении недействительности сделки по основаниям оспоримости с применением срока исковой давности.

В отношении доводов о мнимости заключенных договоров, суд также считает доводы истца обоснованными, так как вывод о мнимости рассматриваемых договоров аренды должен соответствовать критериям оценки мнимости договора, предусмотренными статьей 170 ГК РФ в совокупном применении с положениями законодательства о договоре аренды транспортных средств без экипажа, установленными статьей 642 ГК РФ.

Действия арендодателя, с которыми закон связывает и определяет реальное исполнение с его стороны заключенного договора аренды, а значит и реализацию его воли на установление арендных отношений, является предоставление арендатору имущества во владение и пользование в состоянии пригодном для эксплуатации. Именно это обстоятельство является существенным для определения мнимости действий арендодателя при заключении и исполнении договора аренды с учетом того, что при применении нормы, предусмотренной статьей 170 ГК РФ только установление порока воли каждой стороны при заключении и исполнении договора предоставляет суду право признать спорный договор мнимой (ничтожной) сделкой.

В рассматриваемом случае, как обоснованно отмечает истец, у каждой из сторон оспариваемых ответчиком договоров аренды отсутствовал как таковой порок воли на установление арендных правоотношений, так как представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт предоставления арендодателем арендатору предусмотренных указанными договорами аренды транспортных средств, факт нахождения таких транспортных средств во владении и пользовании арендатора в периоде, за который происходит взыскание арендной платы и при этом данное обстоятельство ответчиком не опровергается и не ставится под сомнение.

Как правомерно указывает истец, со стороны ООО «Техцентр» во исполнение предписания суда кассационной инстанции, были дополнительно предприняты меры по изысканию дополнительных доказательств по рассматриваемому делу, в то время, как ответчиком за весь последующий период рассмотрения после отмены решения и направления его на новое рассмотрение, не было представлено никаких дополнительных доказательств, кроме вызова свидетелей.

В данном случае нельзя оставить без внимания и довод истца в отношении представленного ответчиком акта сверки и платежного поручения о перечислении 182 824,70 руб., так как содержание представленного акта сверки, на который ссылается ответчик, противоречит содержанию иных представленных в дело доказательств в части ведения бухгалтерского учета по взаимным правоотношениям. Об этом свидетельствует и представленное заключение аудиторской фирмы «Геркос» за 2012 год (т. 2 л.д. 182-187), аналитической справке от 27.05.2014 (т. 2 л.д. 188-189) и т.д.

Как обоснованно отмечено, на основании пункта 1 статьи 9 ФЗ «О б3хгалтерском учете» № 402-ФЗ от 06.12.2011 года «каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок».

Также суд полагает, что довод о том, что путевые листы отсутствуют на предприятии документально не подтверждены, так как из письма от 17.03.20151, полученного по запросу от ГВСУ СК РФ об отсутствии обнаружения и изъятия на территории предприятия в ходе проведения обыска 26.07.2012 года путевых листов в отношении рассматриваемых в настоящем деле автомобилей (т. 3 л.д. 86) и протокола обыска от 26.07.2012 (т. 1 л.д. 98) не следует, что вообще были изъяты какие-либо путевые листы в отношении какого-либо транспортного средства.

Таким образом, суд не установил обстоятельств для признания заключенных договоров мнимыми сделками. Недобросовестность сторон договора, неисполнение ими обязательств не влекут признания сделок мнимыми или притворными. Институт притворных и мнимых сделок основывается на том, что у таких сделок отсутствует основание, поскольку стороны вовсе не стремятся к достижению того правового результата, который должен возникнуть из данной сделки. Совершая мнимую или притворную сделку, стороны хотят лишь создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки, и в этом смысле преследуют незаконную цель.

Как отметил Конституционный Суд РФ в пункте 2 Определения от 24.09.2013 № 1255-О, посвященный характеристике мнимой сделки пункт 1 статьи 170 ГК РФ направлен на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Однако недобросовестность эта заключается не в нарушении закона как такового, а в использовании конструкции сделки в противоречии с ее назначением в виде правомерного юридического факта, порождающего те или иные правовые последствия.

На практике вопрос о недействительности сделок по статье 170 ГК РФ решается в каждом конкретном случае также с учетом всех фактических обстоятельств. Если заинтересованному лицу доказать притворность или мнимость сделки не удается, следует исходить из презумпции того, что выраженное сторонами волеизъявление правильно отражает их внутреннюю волю, а значит прийти к выводу о действительности той сделки, которая совершена сторонами.

При указанных обстоятельствах все представленные доказательства, а также свидетельские показания подтверждают факт волеизъявления на заключение оспариваемых сделок, в связи с чем требования ответчика по встречному иску подлежат отклонению.

Также суд не может не отметить факт злоупотребления правом со стороны ответчика, так как весь объем доказательственной базы, после возврата дела на новое рассмотрение, был собран истцом, в то время, как ответчик заявил ходатайство только о вызове свидетелей и то только после установления направления истцом адвокатского запроса в адрес лиц, работающих у ответчика в спорный период.

В рассматриваемом случае суд также принимает доводы истца и о применении срока исковой давности к требованиям о признании сделок недействительными в силу их мнимости, так как действительно, Договора аренды транспортных средств без экипажа № 5/А от 01 июля 2010 года и № 6/А от 27 сентября 2010 года заключены в указанные сроки, в то время, как иск о признании сделок недействительными подан 11 07.2014, то есть по истечении трех годичного срока.

При указанных обстоятельствах требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме, так как суд не усмотрел неправильного исчисления ни самой суммы долга, подтвержденной ответчиком в акте сверки, ни процентов за пользование чужими денежными средствами.

Исковые требования ответчика о признании сделок недействительными по всем основаниям, заявленным в ходе судебного разбирательства, отклонению.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, расходы по оплате государственной пошлины, как по основному иску, так и по встречному иску относятся на ответчика, а также и по кассационной жалобе, так как при новом рассмотрении судом требования ответчика были повторно отклонены.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Инженерно-технический центр Министерства обороны Российской Федерации» (местонахождение: 123007, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО «Техцентр» (местонахождение: 193230, <...>, литер Б, ИНН <***>, ОГРН <***>) 8 552 667,00 руб. долга и 881 993,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 70 173,30 руб. расходов по оплате госпошлины.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Кожемякина Е.В.