Гражданский кодекс часть 1

от ответчиков: 1. представителя ФИО5 по доверенности от 11.02.2013, выданной генеральным директором ФИО6, представителя ФИО7 по доверенности от 28.02.2014, выданной генеральным директором ФИО8 (протокол от 05.12.2013); 2. представителя ФИО9 по доверенности от 10.01.2014

от третьего лица: представителя ФИО10 по доверенности от 30.01.2014

установил:

ФИО1 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Теорема» (далее – Общество) и Межрайонной ИФНС России № 15 по Санкт-Петербургу (далее – Инспекция) о признании недействительным решения Общества об освобождении от должности генерального директора ФИО11 и о назначении на эту должность ФИО12, признании незаконным решения Инспекции о государственной регистрации изменений, не связанных с учредительными документами Общества, на основании которого 15.11.2013 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8137847989700, обязании Инспекции внести в ЕГРЮЛ запись о признании незаконным решения, на основании которого 15.11.2013 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8137847989700.

Определением от 28.041.2014 предварительное судебное заседание и судебное заседание арбитражного суда первой инстанции назначены на 04.03.2014.

ООО «Теорема» в лице представителя, действующего по доверенности, выданной генеральным директором ФИО8, представило письменные объяснения по существу спора, в которых поддержало позицию истца.

ООО «Теорема» в лице представителя, действующего по доверенности, выданной генеральным директором ФИО6, представило отзыв на иск с возражениями по существу заявленных требований.

Инспекция представила материалы регистрационного дела.

ФИО3, действующая в качестве законного представителя ФИО2, подала заявление о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора. В обоснование ходатайства ФИО3 указала, что Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга рассматривается дело об установлении факта признания ФИО13 отцовства в отношении несовершеннолетнего ФИО2, признании права на наследство, открывшееся после смерти ФИО13

Определением от 04.03.2014 суд на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворил ходатайство ФИО3

В настоящем судебном заседании истица уточнила требования, заявленные к Обществу, просила признать недействительным решение доверительного управляющего ФИО12 от 08.10.2013 (л.д. 142, т. 2) об освобождении от должности генерального директора ФИО11 и о назначении на эту должность ФИО12 Уточнения приняты судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Третье лицо представило отзыв на иск с возражениями по существу заявленных требований.

Как установлено вступившими в законную силу судебными актами по делам А56-60530/2013 и А56-21035/2013 и следует из материалов дела, ФИО14, умерший 20.01.2013, являлся единственным участником ООО «Теорема» и исполнял функции генерального директора Общества.

28.01.2013 его мать, ФИО1, обратилась к нотариусу ФИО15 с заявлением о принятии наследства. 31.01.2013 ФИО1 подала нотариусу ФИО15 заявление о принятии мер к охране наследственного имущества, включая долю в уставном капитале Общества в размере 100 процентов, доверительным управляющим ФИО1 просила назначить ФИО12

01.02.2013 нотариус ФИО15 (учредитель управления) и ФИО12 (доверительный управляющий) заключили договор доверительного управления наследственным имуществом (далее – договор), по условиям которого учредитель управления передал доверительному управляющему на срок, установленный в договоре, имущество в доверительное управление, а доверительный управляющий обязался осуществлять управление этим имуществом в интересах наследника – ФИО1. Объектом доверительного управления является доля в размере 100 процентов уставного капитала ООО «Теорема».

В пункте 7.1 договора предусмотрено, что договор заключен сроком до даты получения выгодоприобретателем свидетельства о праве на наследство на имущество, переданное в доверительное управление по указанному договору.

Решением доверительного управляющего ФИО12 от 04.02.2013 № 01/13 на должность генерального директора Общества назначен ФИО6.

11.04.2013 нотариус ФИО15 (учредитель управления) и доверительный управляющий подписали дополнительное соглашение к договору, которым внесли изменения в пункты 5.1 и 7.1 договора. Стороны договора согласовали, что договор заключен на срок, предусмотренный пунктом 4 статьи 1171 Гражданского кодекса Российской Федерации.

08.07.2013 ФИО6 обратился к доверительному управляющему ФИО12 с заявлением об увольнении по собственному желанию.

Решением доверительного управляющего ФИО12 от 09.07.2013 № 07/03 полномочия ФИО6 в качестве генерального директора прекращены, обязанности генерального директора ФИО12 возложила на себя.

25.08.2013 на бланке 78АА4774110 нотариус ФИО15 выдала ФИО1 свидетельство о праве на наследство по закону, подтверждающее возникновение у истицы права на 1/3 доли наследства умершего ФИО13 (доли в размере 100 процентов уставного капитала ООО «Теорема»).

24.08.2013 на бланке 78АА4774108 нотариус ФИО15 выдала аналогичное свидетельство другому наследнику – несовершеннолетнему ФИО16

На оставшуюся часть 1/3 наследства в виде доли в уставном капитале ООО «Теорема» до настоящего времени не выдано в связи с рассмотрением Василеостровским районным судом г. Санкт-Петербурга дела по иску ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетнего ФИО2, об установлении факта признания факта отцовства умершего ФИО13 в отношении несовершеннолетнего ФИО2 и признании за последним права на наследство.

Письмом от 14.08.2013, адресованным наследнику ФИО1 и законному представителю несовершеннолетнего наследника ФИО16 ФИО18, нотариус ФИО15 сообщила, что договоры доверительного управления считает прекращенными после 20.07.2013, о чем уведомила доверительного управляющего ФИО12

Определением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 27.08.2013 приняты обеспечительные меры в виде запрета нотариусу нотариального округа Санкт-Петербург ФИО15 совершать нотариальные действия по выдаче свидетельств о праве на наследство после ФИО13, запрета МИФНС России № 15 по Санкт-Петербургу регистрацию любых изменений в ЕГРЮЛ, связанных с реализацией наследниками ФИО13 своих прав по свидетельствам о праве на наследство по закону, выданным нотариусом ФИО15 ФИО1 на бланке 78АА4774110, ФИО16 на бланке 78АА4774108.

Определением Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 01.10.2013 указанные обеспечительные меры отменены.

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 29.10.2013 определение Василеостровского районного суда г. Санкт-Петербурга от 01.10.2013 отменено.

Сведения о наследниках ФИО1 и ФИО16, как об участниках ООО «Теорема» до настоящего времени не внесены в ЕГРЮЛ в связи с принятием Василестровским районным судом г. Санкт-Петербурга обеспечительных мер в виде наложении запрета на регистрацию указанных сведений.

08.10.2013 ФИО12 принято решение о прекращении полномочий генерального директора ООО «Теорема» ФИО11 и о возложении обязанностей генерального директора ООО «Теорема» на ФИО12 с исполнением указанных обязанностей до момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о правопреемниках умершего 20.01.2013 единственного участника Общества ФИО13 и о размерах принадлежащих им долей уставного капитала.

На основании решения Инспекции от 14.11.2013 № 152851А, принятого по заявлению ФИО12, соответствующие сведения внесены Инспекцией в ЕГРЮЛ 15.11.2013 за ГРН 8137847989700.

Впоследствии, 17.12.2013 ФИО12 приняла решение о прекращении полномочий ФИО12 в качестве генерального директора ООО «Теорема» и о возложении соответствующих полномочий сроком на один год на ФИО17

Решением от 31.12.2013 Инспекция отказала в осуществлении регистрационных действий, направленных на внесение в ЕГРЮЛ сведений о ФИО17, как о единоличном исполнительном органе.

05.12.2013 ФИО1 и ФИО16 в лице законного представителя ФИО18 провели собрание участников ООО «Теорема», на котором приняли решение об избрании на должность генерального директора Общества ФИО8 (л.д. 40, т. 3). Подлинность подписей ФИО1 и представителя ФИО7, действующей на основании доверенности ФИО18, на протоколе от 05.12.2013 удостоверены нотариусом ФИО19

Указав, что наследники ФИО1 и ФИО16, в совокупности владеющие 66,6 процента доли в уставном капитале Общества не принимали решение о назначении ФИО12 на должность генерального директора Общества, не получали извещений о проведении собрания с соответствующей повесткой дня, с ними не согласовывалось назначение ФИО12 на данную должность, истица обратилась в суд с настоящим иском.

ООО «Теорема» в лице представителя, действующего на основании доверенности, выданной генеральным директором ФИО8, поддержало заявленные исковые требования, указав в письменных пояснениях, что действие договора доверительного управления 20.07.2013 прекращено, наследникам 24.08.2013 выданы свидетельства о праве на наследство, ФИО1 и ФИО16 являются участниками Общества со дня открытия наследства и, с учетом указанных выше обстоятельств, обладают всеми правами участников Общества; поскольку указанные лица не принимали решение о назначении ФИО12 на должность генерального директора, оспариваемое в настоящем деле решение недействительно.

Возражая против удовлетворения исковых требований представитель ООО «Теорема», действующий по доверенности, выданной генеральным директором ФИО6, пояснил, что, принимая решение о возложении на себя обязанностей генерального директора в июле 2013 года, ФИО12 исходила из отсутствия со стороны иных лиц намерений и желания исполнять данные обязанности, что подтверждается отказами ряда лиц, изложенными на текстах информационного письма от 08.07.2013 № 4ДУ/13 (л.д. 112-116, т. 1, л.д. 95, т. 2). Оспариваемое решение принято ФИО12, чьи полномочия в качестве доверительного управляющего не прекращены в силу того, что сведения об участниках ФИО1 и ФИО16 не внесены в ЕГРЮЛ, вопрос о наследстве до настоящего времени в полном объеме не разрешен, ФИО12 вынуждена принимать такие решения в целях сохранения активов Общества.

Инспекция, возражая против удовлетворения заявленных к ней требований, указала, что не допустила нарушения норм действующего законодательства при осуществлении регистрационных действий.

ФИО3, действующая в качестве законного представителя ФИО2, возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив в отзыве, что оспариваемое корпоративное решение не нарушает прав и законных интересов ФИО1, истица и ФИО16 в настоящее время не имеют правовой возможности вступить в фактическое владения и управлять наследственным имуществом; нахождение доли в уставном капитале Общества в размере 100 процентов в доверительном управлении ФИО12 после 20.07.2013 не может нарушать прав и законных интересов истицы.

Оценив доводы участников процесса в совокупности с представленными доказательствами, установив обстоятельства дела и подлежащие применению нормы материального права, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Согласно статьям 32, 37 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» высшим органом общества является общее собрание участников общества. Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений. Каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов, пропорциональное его доле в уставном капитале общества, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Общее собрание участников общества проводится в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, уставом общества и его внутренними документами. Участники общества вправе участвовать в общем собрании лично или через своих представителей. Представители участников общества должны предъявить документы, подтверждающие их надлежащие полномочия.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований названного Закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

В силу пункта 6 статьи 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» решения общего собрания участников общества, принятые по вопросам, не включенным в повестку дня данного собрания (за исключением случая, если на общем собрании участников общества присутствовали все участники общества), либо без необходимого для принятия решения большинства голосов участников общества, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке.

Согласно правовой позиции, сформулированной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 20.12.2011 № 10107/11, со дня открытия наследства к наследнику переходят все права, удостоверяемые долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, и он приобретает статус участника общества, если уставом прямо не предусмотрено право участников давать согласие на переход доли в уставном капитале такого общества к наследникам участников общества.

В данном случае уставом Общества такое право не предусмотрено, и наследодатель являлся единственным участником Общества.

В соответствии с абзацем вторым пункта 8 статьи 21 Федерального закона от «Об обществах с ограниченной ответственностью» до принятия наследником умершего участника общества наследства управление его долей в уставном капитале общества осуществляется в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации.

При этом, принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации (пункт 4 статьи 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1171 Гражданского кодекса Российской Федерации для защиты прав наследников, отказополучателей и других заинтересованных лиц исполнителем завещания или нотариусом по месту открытия наследства принимаются меры, указанные в статьях 1172 и 1173 настоящего Кодекса, и другие необходимые меры по охране наследства и управлению им. Нотариус принимает меры по охране наследства и управлению им по заявлению одного или нескольких наследников, исполнителя завещания, органа местного самоуправления, органа опеки и попечительства или других лиц, действующих в интересах сохранения наследственного имущества. Нотариус осуществляет меры по охране наследства и управлению им в течение срока, определяемого нотариусом с учетом характера и ценности наследства, а также времени, необходимого наследникам для вступления во владение наследством, но не более чем в течение шести месяцев, а в случаях, предусмотренных пунктами 2 и 3 статьи 1154 и пунктом 2 статьи 1156 настоящего Кодекса, не более чем в течение девяти месяцев со дня открытия наследства.

Статьей 1173 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если в составе наследства имеется имущество, требующее не только охраны, но и управления (предприятие, доля в уставном (складочном) капитале хозяйственного товарищества или общества, ценные бумаги, исключительные права и тому подобное), нотариус в соответствии со статьей 1026 настоящего Кодекса в качестве учредителя доверительного управления заключает договор доверительного управления этим имуществом.

Как установлено пунктом 1 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

На основании части 2 статьи 1012 Гражданского кодекса Российской Федерации доверительный управляющий, осуществляя доверительное управление имуществом, вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Таким образом, права доверительного управляющего ограничены интересами выгодоприобретателей. Доверительный управляющий не вправе осуществлять управление переданным ему имуществом в своих интересах.

Управление наследственным имуществом учреждается в связи с тем, что до момента оформления наследственных прав наследники не имеют юридической возможности управлять перешедшим к ним по наследству имуществом. При этом, доверительному управляющему передается не право собственности на долю и не правомочия собственника, а право осуществлять эти правомочия. На доверительного управляющего возлагается обязанность охранять имущество, а именно, долю в уставном капитале Общества, но не право управления Обществом, являющееся прерогативой генерального директора. Безусловно, действия и решения доверительного управляющего должны максимально учитывать интересы всех наследников, особенно в условиях имеющегося конфликта между наследниками.

Из представленных в материалы дела судебных актов, иных документов, пояснений сторон и их поведения в судебном процессе, следует, что в настоящее время между наследниками ФИО13, в отношении которых нотариус ФИО15 выдала свидетельства о праве на наследство по закону (ФИО1 и ФИО16) и ФИО12 имеют место разногласия по вопросам корпоративного управления наследственным имуществом ФИО13, в числе которых вопросы, связанные с управлением деятельностью ООО «Теорема».

Так, суд отмечает, что ссылаясь на отсутствие лиц, желающих занять должность единоличного исполнительного органа Общества в июле 2013 года, ФИО12 не представила доказательств того, что доверительный управляющий ФИО12 обращалась к наследникам с предложением об урегулировании данного вопроса.

20.07.2013 истек срок принятия наследства, установленный статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем в силу части 4 статьи 1171 Гражданского кодекса Российской Федерации истекло действие всех договоров доверительного управления наследственным имуществом.

Таким образом, ФИО12 после 20.07.2013 не имела права на реализацию полномочий участника ООО «Теорема», в том числе, на принятие решения о смене единоличного исполнительного органа Общества.

Учитывая изложенное, суд считает, что оспариваемое ФИО1 решение от 08.10.2013 ничтожно, не имеет юридической силы в соответствии с нормой пункта 6 статьи 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в связи с чем исковые требования подлежат удовлетворению.

Доводы третьего лица об отсутствии у ФИО1 права на настоящий иск и об отсутствии доказательств нарушения ее прав и законных интересов оспариваемым решением необоснованны, принимая во внимание изложенные выше нормы права, исходя из факта открытия наследства ФИО13 и факта принятия наследства указанным наследником, выдачи ФИО1 свидетельства о праве на наследство, включающее долю в уставном капитале ООО «Теорема», а также отсутствие каких-либо мер, запрещающих наследникам ФИО13 реализовывать права участников ООО «Теорема».

Принятые Василеостровским районным судом г. Санкт-Петербург обеспечительные меры носят запретительных характер в отношении осуществления Инспекцией регистрационных действий на основании корпоративных решений, принятых наследникам как участниками, но не запрещают наследникам ФИО13 реализовывать свои права участников ООО «Теорема» посредством принятия решений в соответствии с положениями Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Следует также отметить отсутствие в материалах настоящего дела документов, свидетельствующих о наличии притязаний кого-либо на долю наследства, полученную ФИО1 в соответствии со свидетельством, выданным нотариусом ФИО15 25.08.2013, равно как и доказательств признания недействительными свидетельств, выданных ФИО1 25.08.2013 нотариусом ФИО15

Пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон о госрегистрации) установлено, что в Российской Федерации ведутся государственные реестры, содержащие соответственно сведения о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, иные сведения о юридических лицах и соответствующие документы.

При разрешении споров о признании недействительными решений регистрирующего органа арбитражные суды исходят из того, что в случае внесения изменений в государственный реестр в отсутствие документов, соответствующих закону, следует удовлетворять требование заинтересованного лица о признании незаконными решений налоговых инспекций и записей о государственной регистрации о внесении изменений в сведения Единого государственного реестра юридических лиц. Такие требования подлежит удовлетворению, несмотря на то, что формально налоговые органы действовали правомерно (осуществили регистрацию при представлении заявителем всех документов, требуемых Законом о госрегистрации).

Не может быть признано действительным решение о государственной регистрации, принятое на основании формально полного пакета документов, которые по своему наименованию соответствуют требованиям Закона о госрегистрации, но которые в то же время изготовлены (получены) с нарушением установленного законом порядка.

Поскольку решение доверительного управляющего 100% долей уставного капитала ООО «Теорема» от 08.10.2013 о смене руководителя не имеет юридической силы, решение МИФНС России №15 по Санкт-Петербургу о государственной регистрации №152851А от 14.11.2013, на основании которого в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8137847989700 о единоличном исполнительном органе Общества ФИО12, принятое на основании представленных ФИО12 на государственную регистрацию недостоверных документов, также подлежит признанию недействительным на основании статьей 5, 17 Закона о регистрации.

В соответствии с пунктом 3 части 5 статьей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Инспекция обязана устранить допущенные нарушения прав и законных интересов истца путем внесения в Единый государственный реестр юридических лиц записи о признании недействительным решения о государственной регистрации №152851А от 14.11.2013.

Уплаченная истцом государственная пошлина в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчиков в части удовлетворенных требований к каждому из них.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Признать недействительным решение доверительного управляющего 100% долей уставного капитала ООО «Теорема» от 08.10.2013 о прекращении полномочий генерального директора ООО «Теорема» ФИО11 и о возложении обязанности генерального директора ООО «Теорема» на ФИО12.

Признать незаконным решение Межрайонной инспекции ФНС России № 15 по Санкт-Петербургу от 14.11.2013 № 152851А о государственной регистрации изменений, не связанных с внесением изменений в учредительные документы ООО «Теорема», на основании которого 15.11.2013 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8137847989700.

Обязать Межрайонную инспекцию ФНС России № 15 по Санкт-Петербургу внести в ЕГРЮЛ запись о признании незаконным решения от 14.11.2013 № 152851А, на основании которого 15.11.2013 в ЕГРЮЛ внесена запись за ГРН 8137847989700.

Взыскать с Межрайонной инспекции ФНС России № 15 по Санкт-Петербургу в пользу ФИО1 200 руб. расходов на уплату госпошлины.

Взыскать с ООО «Теорема» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 4000 руб. расходов на уплату госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Боровая А.А.