Гражданский кодекс часть 1

Общество с ограниченной ответственностью «Мистраль РемСтрой» (далее – истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Проммаркет» (далее – ответчик) о взыскании 3 125 800 руб. денежных средств, перечисленных по платежному поручению №41 от 07.12.2020, а также 400 000 руб. расходов на представителя.

Истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, просил взыскать 7 894 300 руб., в том числе: 4 768 500 руб. предварительной оплаты, перечисленной по платежному поручению №82 от 25.08.2020 согласно счету 174 от 25.08.2020, 3 125 800 руб. предварительной оплаты, перечисленной по платежному поручению №41 от 07.12.2020 за поставку материалов согласно счета №1676504 от 25.11.2020.

В порядке статьи 49 АПК РФ суд удовлетворил ходатайство об уточнении оснований иска в части 3 125 800 руб. предварительной оплаты, в остальной части ходатайство судом отклонено, поскольку является дополнительным требованием, направленным на одновременное изменение предмета и основания иска, что в силу статьи 49 АПК РФ не допускается.

Ответчик по существу спора возражал по мотивам, изложенным в отзыве, ссылаясь на освоение полученных денежных средств, в подтверждение чего представил универсально-передаточный документ №337 от 08.12.2020 на сумму 3 125 800 руб., оформленный сторонами с использованием цифровой электронной подписи.

Ответчик для подтверждения довода об отражении истцом в налоговой и бухгалтерской отчетности за 2020 года для целей налогообложения, ходатайствовал об истребовании у Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Домодедово Московской области доказательств: налоговая декларация истца по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2020 с приложениями; книга покупок ООО «Мистраль РемСтрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) за 4 квартал 2020 год с приложениями.

Истец, в свою очередь, представил возражения на отзыв ответчика, в котором отрицал факт подписания спорного УПД в электронном виде со стороны истца, полагая, что квалифицированный сертификат ключа проверки электронной подписи №73ВО с помощью которого был подписан УПД №337 от 08.12.2020, истцу не выдавался, в подтверждение чего представил справку оператора электронного документооборота АО ПФ СКБ «Контур» от 26.07.2021.

Истец заявил о фальсификации доказательств - УПД №337 от 08.12.2020, просил исключить его из числа доказательств, истец отрицал факт получения в ООО «МЦСП-Групп» квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи с серийным номером 73ВО, ходатайствовал об истребовании в ООО «МЦСП-Групп» (Москва, 123112, наб. Пресненская, д. 12, эт. 18, ком. СЗ63) доказательств: оригиналов документов по факту получения квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи с серийным номером 73ВО руководителем истца ФИО4 с датой выдачи 18.03.2021 и сроком действия до 15.06.2022.

В судебном заседании ответчик возражал против доводов истца, в том числе об исключении спорного УПД №337 от 08.12.2020, представил письменные пояснения по делу, указав, что по данным оператора электронного оборота спорный УПД подписан ЭЦП, принадлежащей непосредственно генеральному директору истца ФИО4, а не кому-либо из работников истца. Доказательств недействительности принадлежащей генеральному директору истца спорной ЭЦП, указанной в УПД №337 от 08.12.2020, не представлено. Справка АО ПФ СКБ «Контур» от 26.07.2021, на которую ссылается истец, не является таким доказательством, поскольку спорный УПД подписан с использованием квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи 73ВО, выданного удостоверяющим центром ООО «МЦСП-Групп», который не входит в группу компаний АО ПФ СКБ «Контур».

В целях проверки заявления о фальсификации доказательств, суд установил основания для истребования у ООО «МЦСП-Групп» документов (информации), явившиеся основанием для выдачи и получения квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи с серийным номером 73ВО руководителем истца ФИО4 с датой выдачи 18.03.2021 и сроком действия до 15.06.2022, признав их в качестве сведений, необходимых для выяснения обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела.

Однако документы во исполнение определения суда от 13.12.2021 ООО «МЦСП-Групп» не представлены.

Ответчик представил письменные пояснения на заявление истца о фальсификации доказательств, а также возражения на ходатайство об истребовании доказательств, представил документы, подтверждающие факт приобретения товара, переданного по УПД №337 от 08.12.2020.

Кроме того, ответчик отметил, что факт получения спорного товара истцом подтверждается бухгалтерской и налоговой отчетностью за 2020 год, переданной в налоговый орган - согласно сведениям, отраженным в программе «Контур.НДС+», истец принял данную поставку к учету в своей налоговой и бухгалтерской отчетности за 2020 год.

С учетом документальных подтверждений ответчика, ходатайства об истребовании у АО ПФ СКБ «Контур» и налогового органа доказательств судом отклонены.

В судебном заседании 06.06.2022 стороны поддержали заявленные требования и возражения.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств и исследованных доказательств применительно к предмету настоящего спора, суд полагал возможным рассмотреть дело в настоящем судебном заседании по имеющимся материалам дела.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства.

Истец перечислил ответчику по платежному поручению №41 от 07.12.2020 денежные средства в размере 3 125 800 руб. за материалы согласно счету №1676504 от 25.11.2020.

Полагая, что перечисленные ответчику в спорном размере не были освоены последним в счет исполнения каких-либо обязательств, истец направил ответчику претензии №05/04 от 23.03.2021, №05/05 от 05.04.2021 с требованием возвратить неправомерно удерживаемые денежные средства.

Неисполнение указанных требований послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Истец требует возврата перечисленных денежных средств, ошибочно уплаченных ответчику на основании счета.

В этой связи необходимо установить правовые для такого требования основания исходя из совокупности применяемых норм права, регламентирующих договорные либо внедоговорные отношения сторон (статья 8 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 3 статьи 487 ГК РФ в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом.

Согласно пункту 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Как усматривается из материалов дела, отдельный договор между сторонами заключен не был.

Факт перечисления истцом и получение ответчиком от истца денежных средств в сумме 3 125 800 руб. подтвержден представленным в материалы дела платежным поручением №41 от 07.12.2020 (средства списаны со счета 08.12.2020).

В подтверждение освоения полученных от истца денежных средств ответчик представил в материалы дела универсальный передаточный документ №337 от 08.12.2020, удостоверяющий передачу истцу товара на сумму 3 125 800 руб. Указанное УПД подписано со стороны истца с использованием квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи №73ВО.

В обоснование ходатайства истец указал, что данные доказательства необходимы с целью проверки его доводов о том, что система «Контур» фактически находилась в руках бывшего и.о. главного бухгалтера истца ФИО5

При этом истец также заявил, что все электронные ключи с самого их получения находились у ФИО5, а электронный ключ, выданный удостоверяющим центром ООО «МЦСП-Групп» №73ВО от 18.03.2021 истец в принципе не получал.

Между тем, факт получения/неполучения генеральным директором истца электронного ключа №73ВО от 18.03.2021 в удостоверяющем центре ООО «МЦСП-Групп» не может быть проверен с помощью информации, об истребовании которой просил истец.

То обстоятельство, что система «Контур» и электронный ключ, с помощью которого был подписан УПД №337 от 08.12.2020, находились в пользовании главного бухгалтера истца, а не непосредственно генерального директора истца, не лишает юридической силы УПД применительно к абзацу2 пункта1 статьи182 ГК РФ.

Передав пароли для доступа к системе «Контур» своему работнику и вверив ему электронные ключи для подписания универсальных передаточных документов, истец, тем самым наделил его необходимыми полномочиями на совершение действий по получению товара от имени общества.

УПД, подписанный с использованием квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи, серийный номер 73B0 от 18.03.2021, выданного удостоверяющим центром – обществом «МЦСП-Групп», принадлежал генеральному директору истца ФИО4, в связи с чем, ответчик не мог сомневаться в полномочиях лица, расписавшегося электронным способом в спорном УПД.

Ответчик, получив УПД №337 от 08.12.2020, подписанный электронной подписью, принадлежащей генеральному директору истца, в независимости от того, у кого она физически находилась на момент подписания данного документа, добросовестно полагал, что данный первичный документ подписан надлежащим лицом.

Учитывая изложенное, вопреки мнению истца, подписание спорного УПД с использованием принадлежащего генеральному директору истца ключа электронной подписи не его генеральным директором, а работником, в распоряжении которого находился данный электронный ключ (электронный носитель) и имевшим доступ к системе электронного документооборота, не свидетельствует о фальсификации данного документа.

Общество «МЦСП-Групп» согласно информации, размещенной на официальном сайте Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации, на дату подписания спорного УПД являлось аккредитованным удостоверяющим центром, уполномоченным на создание и выдачу квалифицированных сертификатов ключей проверки электронных подписей, соответствующих требованиям, установленным Законом № 63-ФЗ.

На момент подписания УПД подлинность электронной подписи подтверждена и не оспорена истцом в установленном законом порядке.

Пунктом 1 части 1 статьи 10 Закона № 63-ФЗ установлена обязанность участников электронного взаимодействия при использовании усиленных электронных подписей обеспечивать конфиденциальность ключей электронных подписей, в частности, не допускать использование принадлежащих им ключей электронных подписей без их согласия.

При этом в соответствии с положениями статьи 11 Закона № 63-ФЗ квалифицированная электронная подпись признается действительной до тех пор, пока решением суда не установлено иное, при одновременном соблюдении следующих условий: - квалифицированный сертификат создан и выдан удостоверяющим центром с действительной на день выдачи аккредитацией; - такой сертификат действителен на момент подписания электронного документа или на день проверки действительности сертификата, если момент подписания документа не определен; - владельцу квалифицированного сертификата принадлежит квалифицированная ЭП, с помощью которой подписан документ, и после подписания в документ не вносились изменения.

Участники электронного взаимодействия не вправе устанавливать иные, за исключением предусмотренных Законом № 63-ФЗ, ограничения признания усиленной квалифицированной электронной подписи.

Нарушение запрета на ограничение или отказ от признания электронных документов, подписанных квалифицированной электронной подписью, соответствующей предъявляемым к ней требованиям, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью, не допускается (часть 2 статьи 10 Закона № 63-ФЗ).

В рассматриваемом случае квалифицированный сертификат подписи генерального директора ООО «Мистраль РемСтрой» ФИО4 от 18.03.2021 № 73B0 создан и выдан удостоверяющим центром с действительной на день выдачи аккредитацией; сертификат являлся на момент подписания электронного документа и на день проверки действительным; доказательств принадлежности квалифицированного сертификата иному лицу, а также сведений о том, что после подписания в документ вносились изменения, не представлено.

Доказательств недействительности ЭЦП генерального директора истца, а именно соответствующего решения суда, истцом в материалы дела не представлено, в связи с чем оснований для непризнания подписанного данной электронной подписью УПД №337 от 08.12.2020 в качестве доказательства факта поставки товара, не имеется

Справка оператора электронного документооборота АО ПФ СКБ «Контур» от 26.07.2021, на которую ссылается истец как на доказательство отсутствия во владении истца спорной электронной подписи, судом не принимается, поскольку указанный документ содержит информацию о выданных указанным лицом истцу квалифицированных сертификатах ключей проверки электронных подписей удостоверяющими центрами Группы компаний СКБ Контур, в состав которой ООО «МЦСП-Групп» не входит. Соответственно, информация о выдаче истцу квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи № 73В0, с помощью которого осуществлялось подписание УПД, не могла быть представлена по запросу истца, направленному в данную организацию, поскольку он выдан иным удостоверяющим центром.

В этой связи, информация, об истребовании которой просил истец с целью установления лица, во владении которого фактически находился ключ электронной подписи на момент подписания УПД №337 от 08.12.2020 и сдачи налоговой отчетности, не имеет правового значения для дела.

Помимо спорного УПД, факт получения истцом товара подтверждается налоговой и бухгалтерской отчетностью общества за 2020 год, переданной в налоговый орган, а также сведениями, отраженными им в программе «Контур.НДС+», в которой истец также принял поставку к учету в своей налоговой и бухгалтерской отчетности за 2020 год. Кроме того, ответчик представил доказательства приобретения спорного товара (товарные накладные, акты) для последующей передачи его истцу по спорному УПД.

При таких обстоятельствах доводы истца о недоказанности ответчиком освоения полученных средств, в том числе в результате преступных действий бухгалтера истца, имевшего доступ к составлению бухгалтерских документов и ведению бухгалтерской отчетности, судом отклоняются как не имеющие правового значения для рассмотрения спора, поскольку подлежат проверке правоохранительными органами в порядке, установленном уголовно-процессуальным законом, а не в рамках арбитражного процессуального законодательства.

Установив имеющие значение для дела обстоятельства, оценив доводы истца и ответчика в обоснование заявленных требований и возражений, исследовав представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд признает исковые требования подлежащими отклонению.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Евдошенко А.П.