Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи М.В.Ковалевойпри ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Г.А.Захаровойрассмотрел дело №А60-65302/2017 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Марка» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Уральскому управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО1

об оспаривании постановления о назначении административного наказания № 18-00-37/96 от 21.11.2017,

при участии в судебном заседании

от заявителя: ФИО2, представитель по доверенности от 26.02.2018, ФИО3, представитель по доверенности от 12.01.2018,

от заинтересованного лица: ФИО4, представитель по доверенности от 10.11.2017 №126,

от третьего лица: не явился, извещен.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду не заявлено.

ООО «Марка» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением об оспаривании постановления Уральского управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору о назначении административного наказания от 21.11.2017 №18-00-37/96.

По мнению заявителя, является недоказанным административным органом состав административного правонарушения, предусмотренный ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ. ООО «Марка» считает, что спорные экспертизы подписаны непосредственно самим ФИО1, Управлением Ростехнадзора не опровергнута подлинность подписи эксперта на заключениях. При этом заявитель полагает, что им доказан факт составления спорных экспертных заключений именно ФИО1, а также произведенной оплаты эксперту за составление экспертиз. Также считает, что дата заключения трудового договора со ФИО1 после проведения экспертиз в рассматриваемом случае не имеет значение, поскольку экспертом ФИО1 ранее составлялись экспертные заключения для ООО «МаркА» (другое общество) при отсутствии трудового договора. Кроме того, в заключениях указаны реквизиты квалификационных удостоверений ФИО1, которые были известны только ему и ООО «Марка» не передавались.

Заявителем указано, что ООО «Марка» вменяется Управлением Ростехнадзора совершение обществом двух разных административных правонарушений, за одни и те же действия, описание, которых содержится в п. 1-9 протокола №96 и в п. 1-9 протокола №97. Объективная сторона, описанная в указанных протоколах, является идентичной. В связи с чем, поскольку общество уже было привлечено к административной ответственности по ч. 3 ст.9.1 КоАП РФ, то данное обстоятельство исключает возможность привлечения ООО «Марка» к ответственности за те же самые действия по ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ.

Также заявитель считает, что перечисленные нарушения, в п.п. 2-9 обжалуемого постановления, не образуют состав правонарушения по ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ, поскольку нарушения не повлекли за собой недостоверность выводов эксперта о соответствии объектов исследования требованиям промышленной безопасности. Экспертные заключения не являются заведомо ложными. При этом постановление Управления Ростехнадзора не содержит выводов о несоответствии заключения эксперта фактическому состоянию объектов.

Заявитель указал, что административный орган в подтверждение выявленного правонарушения ссылается не недопустимое доказательство – протокол опроса ФИО1, проведенный вне рамок проверки неуполномоченным лицом без предупреждения ФИО1 об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Заинтересованное лицо считает оспариваемое постановление законным и обоснованным, просит отказать в удовлетворении заявленных требования.

Управлением Ростехнадзора указано, что в состав группы экспертов могут быть включены эксперты, не состоящие в штате экспертной организации, такая группа в данном случае создана не была. В совокупности все обстоятельства ставят под сомнения факт пребывания эксперта ФИО1 на объекте ЗАО «Нерудсервис», а, следовательно, заключение экспертизы промышленной безопасности подготовлено без проведения экспертиз.

Заинтересованным лицом указано, что при проверке обнаружены достаточные данные, указывающие на событие административного правонарушения, которые и явились поводом для возбуждения дела об административном правонарушении с составлением протокола об административном правонарушении № 96 от 08.11.2017. Ответственность за совершение данного правонарушения предусмотрена ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ.

В экспертных заключениях допущены нарушения, указанные в пунктах 2-9 обжалуемого постановления, а именно применены утратившие законную силу нормативные акты, не содержатся результаты отдельных исследований, нарушение установленной формы документов.

Также заинтересованное лицо указывает, что ООО «Марка» привлечено к административной ответственности за разные правонарушения, объективная сторона, которых предусмотрена ч. 3 (Грубое нарушение требований промышленной безопасности или грубое нарушение условий лицензии на осуществление видов деятельности в области промышленной безопасности опасных производственных объектов) и ч. 4 (Дача заведомо ложного заключения экспертизы промышленной безопасности, если это действие не содержит уголовно наказуемого деяния) ст. 9.1 КоАП РФ.

ФИО1, в отзыве указывает, что с ООО «Марка» в трудовых отношениях не состоял, персональные данные, удостоверение эксперта в области промышленной безопасности не передавал. В период проведения экспертных заключений в ноябре 2016 и декабре 2016 находился в Москве, где сдавал экзамены на эксперта в области промышленной безопасности в Федеральной службе по экологическому, технологическом и атомному надзору. В качестве подтверждения данного факта представлена выписка из реестра о результатах сданных экзаменах, которая размещается также на сайте Ростехнадзора. ФИО1 указал, что поддерживает показания, данные им в период проверки в Уральском Управлении Ростехнадзора.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

установил:

В период с 16.10.2017 по 03.11.2017 Уральским управлением Ростехнадзора в соответствии с распоряжением от 29.09.2017 № Св-4989-р проведена внеплановая документарная проверка в отношении ООО «Марка» с целью осуществления лицензионного контроля лицензиата - лицензия от 21.10.2016 № ДЭ-00-016216, при осуществлении деятельности по проведению экспертизы промышленной безопасности (далее ЭПБ) по видам работ (услуг), выполняемых (оказываемых) в составе лицензируемого вида деятельности.

По результатам проверки Управлением составлен акт от 03.11.2017 №Св-4989-р/а, содержащий сведения о нарушениях обязательных требований законодательных и иных нормативных правовых актов Российской Федерации и нормативных технических документов.

03.11.2017г. вынесено предписание №Св-4989-р/п о принятии предприятием мер по устранению выявленных нарушений.

В отношении общества составлен Протокол №96 об административном правонарушении от 08.11.2017г.

21.11.2017 г. вынесено постановление №18-00-37/96 о привлечении Предприятия к административной ответственности по ч. 4 ст. 9.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде штрафа в размере 300 000 руб.

Не согласившись с вынесенным постановлением, общество обратилось с настоящим заявлением в арбитражный суд.

В ходе проведения вышеуказанной проверки установлено, что для проведения экспертиз промышленной безопасности (далее - ЭПБ):

per. № 54-ТУ-01068-2017 от 16.01.2017,

per. № 54-ТУ-01071-2017 от 16.01.2017,

per. № 54-ТУ-01070-2017 от 16.01.2017.

приказами руководителя организации ООО «Марка» от 25.11.2016 № 612/16 и от 22.11.2016 № 624/16 назначен эксперт ФИО1.

Заявитель утверждает, что Управлением Ростехнадзора не опровергнута подлинность подписи эксперта на заключениях.

Данный довод отклоняется, исходя и следующего:

По результатам проверки административным органом установлено, что на дату подписания приказов ФИО1 не состоял в трудовых отношениях с ООО «Марка», указанные экспертные заключения не составлял.

Трудовой договор по совместительству № 17/16 заключенООО «Марка» со ФИО1 01.12.2016.

Заинтересованное лицо указало, информацию о наличии других трудовых договоров ООО «Марка» не сообщало, соответственно Управление, сведениями, подтверждающими обратное, на момент проверки не располагало и не могло дополнительно запросить иные трудовые договоры, заключенные с экспертом ФИО1

Как следует из материалов проверки, в том числе зафиксировано в оспариваемом постановлении после окончания проверки, составления и подписания акта и предписания ООО «Марка» представлен еще один трудовой договор по совместительству от 11.01.2016 № 04/16, заключенный с экспертом ФИО1

Однако, как указано в оспариваемом постановлении, данный договор к вниманию не был принят, в связи с тем, что в материалах административного дела имелось обращение эксперта ФИО1 от 03.10.2017 № 0-18399 «О фальсификации его подписи при подготовке ООО «Марка» заключений ЭПБ на технические устройства, применяемые на ОПО ЗАО «Нерудсервис» и об отсутствии трудовых и договорных отношений с ООО «Марка» в момент издания приказа ООО «Марка» «О проведении ЭПБ» от 25.11.2016 г. № 612/16».

Кроме того, административный орган пришел к выводу, что подлинность, представленного ООО «Марка» договора от 11.01.2016 № 04/16 не доказана, т.к. договор был заключен 11.01.2016, а согласно выписки из ЕГРЮЛ ООО «Марка» зарегистрировано в качестве юридического лица только 19.01.2016, лицензия ООО «Марка» № ДЭ-00-016216 на осуществление деятельности по проведению далее ЭПБ по видам работ (услуг), выполняемых (оказываемых) в составе лицензируемого вида деятельности получена лишь 21.10.2016.

Указанные обстоятельства, легли в основу выводов административного органа о том, что экспертные заключения не составлялись ФИО1

Более того, в судебном заседании эксперт ФИО1 также пояснил суду, что на опасные производственные объекты ЗАО «Нерудсервис» не выезжал, обследование объектов не проводил, экспертизы промышленной безопасности не составлял. В период проведения экспертиз промышленной безопасности в ноябре-декабре 2016 сдавал экзамены на эксперта в области промышленной безопасности в Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору в г. Москве. В качестве подтверждения данного довода в материалы дела экспертом представлена выписка из реестра, размещенного на официальном сайте Ростехнадзора, в которой содержатся результаты компьютерного тестирования и решения ситуационных задач на квалификационном экзамене по аттестации экспертов в области промышленной безопасности. Согласно, которым эксперт проходил экзаменационные испытания 21.11.2016, 19.12.2016, 20.12.2016, 21.12.2016.

Кроме того, экспертом в материалы дела представлены его обращение в Федеральную службу по экологическому, технологическому и атомному надзору (г. Москва) о том, что спорные экспертные заключения им не составлялись, в трудовых отношениях с ООО «Марка» не состоял, договоры подряда и иные договоры с данной организацией не заключал. Согласие на проведение указанных работ не давал. В связи с чем, эксперт просил признать экспертные заключения ложными и исключить их из реестра заключений экспертизы промышленной безопасности.

В материалах административного дела имеется письменный протокол опроса ФИО1 составленный сотрудником Управления Ростехнадзора, в котором ФИО1 пояснил, что не состоит в трудовых отношениях с ООО «Марка».

Заявитель утверждает, что ФИО1 получал оплату за проведение экспертиз. Из пояснений заявителя следует, что эксперт ФИО1 неоднократно готовил экспертизы для другого юридического лица ООО «МаркА», в частности – экспертизы объектов ОАО «Сухоложский огнеупорный завод» и объектов ЗАО «Нерудсервис» полностью совпадают. Спорные экспертизы по объектам ЗАО «Нерудсервис» подписаны экспертом ФИО1 и специалистом ФИО5, которым согласовались вопросы оплаты за проведенные экспертизы. В подтверждение данного довода заявителем представлены письма, содержащую переписку ФИО6 по вопросам оплаты, заявления ФИО7 (директор ООО «Марка»), адресованные в банк ПАО КБ «УБРиР» по вопросам банковских операций (перевода денежных средств). Также представлены сведения из Сбербанка по банковской карте ФИО7 (директор ООО «Марка»), в которой содержатся две банковские операции по переводу денежных средств с карты клиента 26.06.2016 и 29.07.2016.

Исследовав в совокупности представленные заявителем документы и изложенные доводы, суд пришел к выводу, что установить факт перечисления денежных средств именно ФИО1 за составление спорных экспертиз, как утверждает заявитель, не представляется возможным. Сведения о движении денежных средств на счете клиента ФИО7 в банке не позволяют установить кому и с какой целью перечислялись денежные средства. Представленная переписка по электронной почте ФИО5 по поводу вопросов оплаты и иные документы, содержащие сведения о том, что на счетах происходило движение денежных средств с целью осуществления оплаты клиентом счета (оплата товара, услуг т.д.), не позволяет суду сделать выводы, что денежные средства перечислялись именно ФИО1 за спорные или иные экспертизы.

Отнесение заявителем данных документов в качестве доказательств заявленных доводов основано на его предположениях и не может являться доказательством, подтверждающим факт оплаты за проведение экспертиз.

При этом заявитель полагает, что факт составления спорных экспертных заключений именно ФИО1 является доказанным, по мнению заявителя, дата заключения трудового договора со ФИО1 после проведения экспертиз в рассматриваемом случае не имеет значение, поскольку экспертом ФИО1 ранее составлялись экспертные заключения для ООО «МаркА» (другое общество) при отсутствии трудового договора. Кроме того, в заключениях указаны реквизиты квалификационных удостоверений ФИО1, которые были известны только ему и ООО «Марка» не передавались.

Доводы заявителя отклоняются, поскольку составление экспертиз ФИО1 для другого общества ООО «МаркА» в отсутствие трудового договора, не имеет отношения к спорной ситуации и не может быть принято судом, при заявленных возражениях ФИО1 об отсутствии вообще каких-либо правоотношений с ООО «Марка», а также, при наличии доказанных Управлением Ростехнадзором противоречивых фактов, имевших место в период составления экспертиз, и позволивших административному органу в совокупности с представленными заявителем документами прийти к выводу о недоказанности составления экспертом ФИО1 экспертных заключений.

Суд полагает верным сделанные административным органом выводы в результате совокупности всех перечисленных выше обстоятельств о том, что эксперт ФИО1 не присутствовал на объекте ЗАО «Нерудсервис».

Данные доводы поддержаны экспертом, поскольку в период проведения экспертиз он находился в Москве в связи с происходившей сдачей экзаменов.

Представленные заявителем нотариально заверенные письменные пояснения сотрудника ЗАО «Нерудсервис», о том, что 16.12.2016 на карьер прибыла экспертная группа от компании ООО «Марска», в составе ФИО1 и ФИО8 на экспертизу промышленной безопасности техники: буровой станок СБШ-250МНА, карьерный экскаватор ЭКГ-5А «№11», карьерный экскаватор ЭКГ-5А «№9», не могут быть приняты судом в качестве доказанного факта пребывания ФИО1 на карьере с целью составления именно экспертиз. При этом данные пояснения заявителем не представлялись в период административного расследования Управлению Ростехнадзора, данные сведения органом наравне с иным документами при вынесении постановления не исследовались.

При проведении проверки заинтересованным лицом исследовалось информационное письмо ЗАО «Нерудсервис» от 08.11.2017 № 315 (представленного ООО «Марка», в котором сообщается, что ФИО1 в декабре 2016 находился на территории Курманского каменно-щебеночного карьера с целью проведения экспертизы промышленной безопасности), однако Управлением не были учтены данные сведения, поскольку пришло к выводу, что в данной ситуации ЗАО «Нерудсервис» является заинтересованной стороной.

Кроме того, из протокола опроса ФИО1 следует, что в ЗАО «Нерудсервис» экспертизы промышленной безопасности не проводил.

В связи с изложенным, суд признает правомерным вывод Управления Ростехнадзора о том, что в состав группы экспертов могут быть включены эксперты, не состоящие в штате экспертной организации (п. 18 ФНП "Правила проведения ЭПБ"), но такая группа не была создана. В совокупности все обстоятельства ставят под сомнение факт пребывания эксперта на ОПО ЗАО «Нерудсервис», а, следовательно, заключение ЭПБ подготовлено без проведения указанных экспертиз - заведомо ложное заключение экспертизы.

Кроме того, по результатам проведения проверки заинтересованным лицом установлено, что оценка соответствия объектов экспертизы (Экскаватор карьерный ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, per. № 54-ТУ-01068-2017, Экскаватор карьерный ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, per. № 54-ТУ-01071-2017, Буровая установка СБШ-250 МНА, зав. № 568, инв. № 63, per. 54-ТУ-01070-2017), проведенная ООО «Марка» в 2017 году с выводами о соответствии объекта экспертизы требованиям промышленной безопасности проведена на основании несуществующих, замененных или утративших силу нормативных правовых актов:

-Правила технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Минэнерго РФ от 13.01.1974 № 107Т2229-1 (заменены Правилами технической эксплуатации электроустановок потребителей, утвержденных Приказом Минэнерго РФ от 13.01.2003 № 6);

-ПОТ РМ-016-2001 (РД 153-34.0-03.150-00) Межотраслевые правила по охране труда (правила безопасности) при эксплуатации электроустановок (дата окончания действия: 04.08.2014);

-ГОСТ 14782 Контроль неразрушающий. Соединения сварные. Методы ультразвуковые (дата окончания действия: 01.07.2015);

-ОСТ 26-2044-83 Швы стыковых и угловых сварных соединений и аппаратов, работающих под давлением. Методика ультразвукового контроля (заменено СТО 00220256-005-2005 «Швы стыковых, угловых и тавровых сварных соединений сосудов и аппаратов, работающих под давлением. Методика ультразвукового контроля»);

-ОСТ 26 291-94 Сосуды и аппараты стальные сварные. Общие технические условия (дата окончания действия 01.10.2011).

Нарушение требований: ч. 1, 3 ст. 8 Закона № 99-ФЗ; ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13, п. 26 ФНП "Правила проведения ЭПБ".

В рамках проверки было установлено, что Программа проведения экспертизы карьерных экскаваторов, установленных на ОПО - Курманский каменно-щебеночный карьер, per. № А54-00519-0016, класс опасности III ЗАО «Нерудсервис»:

-ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017 не содержит проверку соответствия горно-геологическим и горнотехническим условиям работы, заложенным в технические характеристики эксплуатационной документации

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 25 РД-15-14-2008 "Методические рекомендации о порядке проведения ЭПБ карьерных одноковшовых экскаваторов", утвержденных Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 04.04.2008 № 209, зарегистрированного в Минюсте 11.04.2008, per. № 562 (далее - РД-15-14-2008).

При проведении проверки также установлено, что не проведена проверка технического состояния тяговых органов -
состояние канатов и надежность их крепления на барабанах и рабочих
органах карьерных экскаваторов, установленных на ОПО - Курманский
каменно-щебеночный карьер, per. № А54-00519-0016, класс опасности III
ЗАО «Нерудсервис»:

-ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017.

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 36 РД-15-14-2008.

Административным органом установлено, что в экспертных заключениях Отсутствуют измерения шума и вибрации на рабочих местах
карьерных экскаваторов, установленных на ОПО - Курманский каменно-
щебеночный карьер, per. № А54-00519-0016, класс опасности III ЗАО
«Нерудсервис»:

-ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017.

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 40 РД-15-14-2008.

В ходе проведения ЭПБ в отношении карьерных экскаваторов,
установленных на ОПО - Курманский каменно-щебеночный карьер, per. №
А54-00519-0016, класс опасности III ЗАО «Нерудсервис»:

-ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017 не проверялось соответствие фактической схемы подключения энергопотребителей паспортной схеме, а также выполнение рекомендаций и требований к подключению электрического оборудования: марка, сечение и длина прокладки кабелей. В процессе обследования технического состояния электрооборудования нет проверки температуры нагрева приводов.

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 41 РД-15-14-2008.

Протоколы результатов по визуальному и измерительному
контролю воздухосборников экскаваторов ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. №
9 и ЭКГ-5А зав. № 10543, борт. № 11

не утверждены руководителем лаборатории неразрушающего контроля ООО «Промэнергоаудит».

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 23 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 47 РД-15-14-2008.

Акты по визуальному и измерительному контролю карьерных
экскаваторов, установленных на ОПО - Курманский каменно-щебеночный
карьер, per. № А54-00519-0016, класс опасности III ЗАО «Нерудсервис»:

-ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017

не соответствуют форме, установленной Приложением № 12 РД-15-14-2008

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; Приложение № 12 РД-15-14-2008.

В заключении ЭПБ технических устройств, установленных на ОПО

- Курманский каменно-щебеночный карьер, per. № А54-00519-0016, класс опасности III ЗАО «Нерудсервис»:

-Экскаватор карьерный ЭКГ-5А-У, зав. № 495571, борт. № 9, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01068-2017;

-Экскаватор карьерный ЭКГ-5А, зав. № 10543, борт. № 11, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01071-2017;

-Буровая установка СБШ-250 МНА, зав. № 568, инв. № 63, ЭПБ зарегистрирована в Управлении, per. № 54-ТУ-01070-2017

не отражена эффективность действующей в организации системы технического обслуживания и ремонта технических устройств.

Нарушение требований: ч. 3 ст. 13 Закона № 116-ФЗ; п. 13 ФНП "Правила проведения ЭПБ"; п. 33 РД 06-565-03 «Методические указания о порядке продления срока службы технических устройств, зданий и сооружений с истекшим нормативным сроком эксплуатации в горнорудной промышленности», утвержденные Постановлением Госгортехнадзора России от 05.06.2003 № 66, зарегистрированы в Минюсте Российской Федерации 16 июня 2003 г. № 4687 (далее по тексту РД 06-565-03).

В соответствии с ч. 4 ст. 13 Закона № 116-ФЗ, результатом проведения ЭПБ является заключение, которое подписывается руководителем организации, проводившей ЭПБ, и экспертом или экспертами в области промышленной безопасности, участвовавшими в проведении указанной экспертизы. Требования к оформлению заключения ЭПБ устанавливаются федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности.

В соответствии с ч. 9 ст. 13 Закона № 116-ФЗ, эксперт в области промышленной безопасности обязан:

-определять соответствие объектов ЭПБ требованиям промышленной безопасности путем проведения анализа материалов, предоставленных на ЭПБ, и фактического состояния технических устройств, применяемых на ОПО, зданий и сооружений на ОПО, подготавливать заключение ЭПБ и предоставлять его руководителю организации, проводящей ЭПБ;

-соблюдать установленные федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности порядок проведения ЭПБ и требования к оформлению заключения ЭПБ;

-обеспечивать объективность и обоснованность выводов, содержащихся в заключении ЭПБ;

- обеспечивать сохранность материалов, предоставленных на ЭПБ, и конфиденциальность информации, полученной в ходе проведения указанной экспертизы.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона № 116-ФЗ под заведомо ложным заключением ЭПБ понимается заключение, подготовленное без проведения указанной, экспертизы или после ее проведения, но явно противоречащее содержанию материалов, предоставленных эксперту или экспертам в области промышленной безопасности и рассмотренных в ходе проведения ЭПБ, или фактическому состоянию технических устройств, применяемых на ОПО, зданий и сооружений на ОПО, являвшихся объектами ЭПБ.

На основании вышеизложенного оценка соответствия указанных технических устройств обязательным требованиям, а, следовательно, их оценка и прогнозирование, включающие определение остаточного ресурса с отражением в выводах заключения ЭПБ установленного срока дальнейшей безопасной эксплуатации объекта экспертизы, не позволяет сделать объективное и всестороннее заключение ЭПБ в связи с неполнотой исследований, следовательно, выводы, описанные в заключениях вышеуказанных ЭПБ, явно противоречат фактическому состоянию технических устройств, применяемых на ОПО ЗАО «Нерудсервис» и понимаются как заведомо ложные.

В соответствии с ч. 6 ст. 13 Закона № 116-ФЗ заключения ЭПБ, признанные заведомо ложным, подлежат исключению из реестра заключений ЭПБ.

Обнаруженные достаточные данные, указывающие на событие административного правонарушения, явились поводом для возбуждения дела об административном правонарушении с составлением протокола об административном правонарушении № 96 от 08.11.2017. Ответственность за совершение данного правонарушения предусмотрена ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ.

Согласно ч. 2 ст. 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых КоАП РФ или законами субъектов РФ предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В данном случае у ООО «Марка» имелась возможность для соблюдения норм установленных требованиями правил, других нормативных документов в области промышленной безопасности при осуществлении деятельности по проведению ЭПБ по видам работ (услуг), выполняемых (оказываемых) в составе лицензируемого вида деятельности, но им не были приняты все зависящие от него меры по недопущению данных правонарушений.

Доказательств, подтверждающих наличие объективных препятствий, помешавших исполнению вышеуказанных требований, не представлено ни в ходе проверки, ни при составлении протокола, ни при его рассмотрении.

ООО «Марка» не были приняты все зависящие от него меры по соблюдению действующего законодательства. Так как доказательств подтверждающих, что ООО «Марка» были приняты все зависящие от него меры по соблюдению требований действующего законодательства о промышленной безопасности, в материалы дела не представлены, должностное лицо полагает, что ООО «Марка» административное правонарушение совершено.

Вина лица, привлекаемого к административной ответственности, подтверждается исследуемыми в процессе производства административного дела документами.

Таким образом, в действиях ООО «Марка» имеется состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст.9.1 КоАП РФ - дача заведомо ложного заключения ЭПБ.

В соответствии со ст. 4.2 и 4.3 КоАП РФ при назначении административного наказания учитываются обстоятельства смягчающие или отягчающие ответственность.

Обстоятельства, отягчающие административную ответственность - не установлены.

Обстоятельством, смягчающим административную ответственность -совершение правонарушения такого рода впервые.

21.11.2017 в отношении ООО «Марка» вынесено постановление о назначении наказания № 18-00-37/96 в виде штрафа в размере 300 000 руб.

Заявителем указано, что ООО «Марка» вменяется Управлением Ростехнадзора совершение обществом двух разных административных правонарушений, за одни и те же действия, описание, которых содержится в п. 1-9 протокола №96 и в п. 1-9 протокола №97. В связи с чем, поскольку общество уже было привлечено к административной ответственности по ч. 3 ст.9.1 КоАП РФ, то данное обстоятельство исключает возможность привлечения ООО «Марка» к ответственности за те же самые действия по ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ.

Так, согласно части 1 статьи 4.4 КоАП РФ при совершении лицом двух и более административных правонарушений административное наказание назначается за каждое совершенное административное правонарушение.

Если лицо совершило несколько административных правонарушений, дела о которых рассматриваются одним и тем же органом, должностным лицом, наказание назначается в пределах только одной санкции.

В данном случае имеет место совершение юридическим лицом действий, образующих объективную сторону правонарушений, ответственность за которые предусмотрена частями 3,4 ст. 9.1 КоАП РФ.

При этом общество привлечено к административной ответственности по ч. 3 ст. 9.1 КоАП РФ в связи с допущенными обществом грубых нарушений лицензионных требований, влекущих за собой последствия, установленные ч. 11 ст. 19 ФЗ от 04.05.2011 №99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» судьей Ленинского районного суда г. Екатеринбурга (Постановление по делу об административном правонарушении от 12.12.2017, вынесенным).

Подведомственность рассмотрения дел об административных правонарушениях по ч. 3 ст. 9.1 КоАП РФ в соответствии с ч. 1 ст. 23.1 КоАП РФ отнесена к компетенции суда.

По части 4 ст. 9.1 КоАП РФ общество привлечено Управлением Ростехнадзора в связи с допущенными нарушениями требований к оформлению заключению экспертизы, установленных федеральными нормами и правилами в области промышленной безопасности (ФЗ №116 от 21.07.1997 «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», Федеральные нормы и правила в области промышленной безопасности «Правила проведения ЭПБ», утв. Приказом Ростехнадзора от 14.11.2013 №538).

Дела об административных правонарушениях по ч. 4 ст. 9.1 КоАП РФ в соответствии с ч. 1 ст. 23.31 КоАП РФ рассматривает Федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий федеральный государственный надзор в области промышленной безопасности.

В рамках настоящего дела судом рассматривается требование заявителя о законности вынесенного административным органом Управлением Ростехнадзора постановления о назначении административного наказания.

Таким образом, правовых оснований для применения административным органом положений части 2 статьи 4.4 Кодекса Российской Федерации Российской Федерации об административных правонарушениях, на которые ссылается заявитель, судом не усматривается, в связи с чем довод заявителя о применении указанной нормы права подлежит отклонению.

Материалами дела подтверждается наличие в действиях заявителя вины в нарушении законодательства; доказательств того, что обществом были приняты все зависящие от него меры по соблюдению правил и норм, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность, суду не представлено. Вопрос вины был предметом исследования административным органом при рассмотрении дела, что нашло отражение в оспариваемом постановлении.

Доказательств отсутствия возможности и наличия объективных обстоятельств, препятствующих выполнению установленных законодательством обязанностей, обществом не представлено.

Существенных процессуальных нарушений закона, являющихся самостоятельным основанием для отмены постановления по делу об административном правонарушении, административным органом в ходе административного производства не допущено, заявителю обеспечена возможность воспользоваться предоставленными ему законом правами и гарантиями.

Оснований для освобождения заявителя от административной ответственности по признакам ст. 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с малозначительностью, по мнению суда, не имеется.

Материалы дела не содержат доказательств того, что фактические обстоятельства дела могут свидетельствовать об исключительности ситуации, позволяющей применить ст. 2.9 КоАП РФ, как это сформулировано в п. 18.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 №10.

Согласно пунктам 1, 2 и 4 статьи 2 Федерального закона от 28.12.2010 N 390-ФЗ «О безопасности» основными принципами обеспечения безопасности являются соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина, законность и приоритет предупредительных мер в целях обеспечения безопасности.

Одним из основных элементов обеспечения промышленной безопасности является оценка состояния опасных производственных объектов, степень соответствия требованиям, при соблюдении которых возможно их безопасное использование.

В соответствии с преамбулой Федерального закона № 116-ФЗ указанный Федеральный закон определяет правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и направлен на предупреждение аварий на ОПО и обеспечение готовности эксплуатирующих опасные производственные объекты юридических лиц и индивидуальных предпринимателей к локализации и ликвидации последствий указанных аварий.

Суд не может согласиться с доводом заявителя о том, что совершенное им административное правонарушением не представляет опасности.

Статьей 1 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» установлено, что промышленная безопасность опасных производственных объектов - состояние защищенности жизненно важных интересов личности и общества от аварий на опасных производственных объектах и последствий указанных аварий.

Одним из требований указанного выше является проведение экспертизы промышленной безопасности, основной целью выполнения которой является максимально точная оценка риска аварии и продление срока безопасной эксплуатации оборудования.

Проведение экспертизы промышленной безопасности это совокупность мероприятий по исследованию вопросов промышленной безопасности опасного производственного объекта, включающих экспертизу документации на капитальный ремонт, консервацию и ликвидацию, на техническое перевооружение в случае, если указанная документация не входит в состав проектной документации такого объекта, подлежащей государственной экспертизе в соответствии с действующим законодательством; технических устройств, применяемых на опасном производственном объекте; зданий и сооружений на таком объекте; декларации промышленной безопасности, разрабатываемой в составе документации на техническое перевооружение (в случае, если указанная документация не входит в состав проектной документации опасного производственного объекта, подлежащей государственной экспертизе в соответствии с действующим законодательством), капитальный ремонт, консервацию и ликвидацию опасного производственного объекта и иные документы, связанные с эксплуатацией опасного производственного объекта, итогом которых является мотивированное отрицательное или положительное заключение экспертизы.

Проведение экспертизы заключается в установлении полноты, достоверности и правильности представленной информации, соответствия ее стандартам, нормам и правилам промышленной безопасности.

Промышленная безопасность - важнейший элемент национальной безопасности государства, одна из основных составляющих благополучия населения страны. Поэтому создание надежной системы обеспечения защищенности каждого человека в частности и общества в целом от различных аварий, инцидентов и техногенных катастроф при создании и эксплуатации опасных производственных объектов и технических устройств на всех этапах их функционирования - от проектирования до ликвидации — является важнейшей государственной задачей.

Согласно пунктам 1, 2 и 4 статьи 2 Федерального закона от 28.12.2010 № 390-ФЗ «О безопасности» основными принципами обеспечения безопасности являются соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина, законность и приоритет предупредительных мер в целях обеспечения безопасности.

В соответствии с преамбулой Федерального закона № 116-ФЗ указанный Федеральный закон определяет правовые, экономические и социальные основы обеспечения безопасной эксплуатации опасных производственных объектов и направлен на предупреждение аварий на ОПО и обеспечение готовности эксплуатирующих ОПО юридических лиц и индивидуальных предпринимателей к локализации и ликвидации последствий указанных аварий.

В данном конкретном случае, заявителем были допущены существенные нарушения требований действующего законодательства в области промышленной безопасности опасных производственных объектов.

Кроме того, с учетом вышеизложенных обстоятельств, а также характера административного правонарушения, суд не усматривает и основания для снижения размера административного штрафа на основании ч.ч. 3.2, 3.3 ст. 4.1 КоАП РФ.

Наказание назначено административным органом в пределах санкции и соразмерно совершенным правонарушениям.

В соответствии с частью 3 статьи 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования заявителя.

С учетом изложенного требование общества о признании оспариваемого постановления недействительным удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 167-170, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении десятидневного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение 10 дней со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение.

Судья М.В. Ковалева