Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Куприной Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Мехтиевой Э.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к публичному акционерному обществу «Геотек Сейсморазведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании неустойки в размере 1 445 545,44 рублей,

по встречному иску

публичного акционерного общества «Геотек Сейсморазведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 766 232,61 рублей,

при участии в заседании представителей:

от истца: ФИО1, на основании доверенности от 12.01.2016; ФИО2, на основании доверенности от 01.12.2015, после перерыва ФИО1, на основании доверенности от 12.01.2016;

от ответчика: ФИО3, на основании доверенности от 01.01.2016, ФИО4, по доверенности от 01.01.2016;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «Геотек Сейсморазведка» о взыскании неустойки в размере 1 445 545,44 рублей.

Определением суда от 08.12.2015 к производству принят встречный иск.

Представитель ответчика в судебном заседании заявил об уточнении встречных требований, просит взыскать 571 585,11 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, 1 197 647,50 рублей процентов за пользование денежными средствами на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Поскольку увеличение встречных требований не противоречит закону и не нарушает права других лиц, судом принято заявленное увеличение.

Ответчик представил дополнительные доказательства, которые с согласия истца приобщены к делу.

В судебном заседании, начатом 25.01.2016, объявлен перерыв до 01.02.2016 до 11 часов 45 минут.

После перерыва судебное заседание было продолжено при участии представителей сторон.

Представитель истца поддержал иск в полном объеме.

Ответчик возражает против удовлетворения иска по основаниям отзыва и дополнения к нему.

Ответчик заявил об уточнении встречных требований, просит взыскать 568 585,11 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, 1 197 647,50 рублей процентов за пользование денежными средствами на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку уменьшение встречных требований не противоречит закону и не нарушает права других лиц, судом на основании ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принято заявленное уменьшение.

Представитель истца возражает против удовлетворения встречного иска по основаниям отзыва.

Ответчиком представлено дополнительное доказательство, которое с согласия истца приобщено к делу.

Исследовав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства, доводы и возражения сторон, заслушав пояснения представителей сторон, суд считает, что исковые требования и встречные требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,24.12.2013 между обществом с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» (заказчик, истец) и открытым акционерным обществом «Геотек Сейсморазведка» (подрядчик, ответчик) заключен договор № Р828/13 на выполнение полевых геологоразведочных работ, в соответствии с которым заказчик поручает, а подрядчик обязуется выполнить полевые сейсморазведочные работы 3D (7 уч., 8 уч.) на Ковыктинском лицензионном участке в соответствии с требованиями технического (геологического) задания на выполнение работ (приложение № 1), заказчик обязуется принять работы и оплатить их (том 1 л.д. 22-32, 54).

Согласно п. 4.1 договора стоимость работ составляет 2 537 500 000 рублей.

Сроки выполнения работ согласованы сторонами согласно п. 3.1 договора в плане-графике с января 2014 г. по июнь 2016 г. (том 1 л.д. 61).

В соответствии с планом-графиком, этапы работ по договору должны были быть выполнены в следующие сроки:

1 этап – составление и согласование проектно-сметной и разрешительной документации, экспертиза – в период с января по апрель 2014 года;

2.1 этап – мобилизация 1-го геодезического отряда – в период с мая по июнь 2014 года;

3.1 этап – мобилизация 1-го сейсмоотряда – в период с октября по ноябрь 2014 года;

3.2, 3.3 этапы – мобилизация 2-го и 3-го сейсмоотряда – в период с апреля по май 2015 года;

В исковом заявлении истец ссылается на то, то фактически указанные этапы работ были выполнены ответчиком с нарушением установленных сроков, 1 и 2.1 этапы работ – в период с 01.01.2014 по 23.10.2014, что истец подтверждает актом приемки выполненных работ от 23.10.2014 № 1, 3.1 этап работ – в период с 24.10.2014 по 25.12.2014, что истец подтверждает актом приемки выполненных работ от 25.12.2014 № 2 (том 1 л.д. 73-74).

14.05.2015 истец направил ответчику письмо с предложением с 31.05.2015 расторгнуть договор (том 1 л.д. 102-103).

В ответном письме ответчик выразил готовность выполнить оставшийся объем работ, при этом указал на то, что правомерным и справедливым будет при расторжении договора предусмотреть оплату фактически выполненных работ исходя из стоимости, указанной в направленных дополнительных соглашениях, компенсацию затрат, указание даты расторжения после окончательной приемки полевых работ сезона 2014-2015 (предложил 15.06.2015) (том 1 л.д. 104-105).

Материалами дела подтверждается, что 08.06.2015 сторонами подписан акт приемки полевых сейсморазведочных материалов (том 1 л.д. 117-121).

В письме от 30.06.2015 истец указал на то, что анализ затраченного производственного времени и выполненных объемов показывает невозможность достижения запланированной производительности работ, окончание запланированных на 2015 г. объемов сейсморазведочных работ становится явно невозможным, что является основанием для отказа от исполнения договора в соответствии с п. 2 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом чего истец заявил об отказе от исполнения договора с 29.06.2015 (том 1 л.д. 100-101).

В претензии от 20.07.2015 истец потребовал от ответчика оплатить неустойку за нарушение сроков выполнения работ в размере 1 671 534,48 рублей (том 1 л.д. 75-77).

В ответе на претензию ответчик указал, что предпринял все зависящие от него меры для выполнения обязательств по согласованию и составлению проектно-сметной и разрешительной документации (этап № 1), задержка в выполнении этапа возникла по независящим от подрядчика причинам. Кроме того, ответчик не согласился с периодом начисления неустойки, указал, что фактически мобилизация первого геодезического отряда была осуществлена в июне 2014 г., первого сейсмоотряда – в октябре 2014 г., что подтверждается ежедневными сводками о выполнении работ (том 1 л.д. 78-80).

Поскольку в добровольном порядке неустойка не была уплачена ответчиком, истец обратился с иском в суд о взыскании неустойки в размере 1 445 545,44 рублей, согласно расчету (том 1 л.д. 81).

Ответчик с иском не согласился, в отзыве (том 1 л.д. 91-94) указывает, что нарушение срока выполнения работ по этапу № 1 – составление и согласование проектно-сметной и разрешительной документации, экспертизы, по этапу № 2.1 – мобилизация 1-го геодезического отряда и этапу № 3.1 – мобилизация 1-го сейсмоотряда определено истцом исходя из даты актов приемки выполненных работ от 23.10.2014 № 1, от 25.12.2014 № 2. Однако, по мнению ответчика, дата подписания сторонами актов выполненных работ не является датой их фактического выполнения.

Кроме того, ответчик обращает внимание на то, что составление и согласование проектно-сметной и разрешительной документации, экспертизы, мобилизация геодезических и сейсморазведочных отрядов в принципе не могли быть завершены в одну и ту же дату – 23.10.2014, как указано в акте № 1, а также мобилизация первого сейсмоотряда, проведение опытно-методических работ, подготовительные работы и полевые сейсморазведочные работы не могли быть завершены одновременно – 25.12.2014, как указано в акте № 2.

Указанные этапы вытекают один из другого и подразумевают их последовательное выполнение, при этом приступить к выполнению определенного этапа возможно и до завершения предыдущего. Так, например, мобилизация геодезического отряда фактически была начата до оформления разрешительной документации, начало же выполнения работ без мобилизации отряда не представляется возможным.

Таким образом, ответчик полагает, что факт того, что стороны в данном случае подписали акты приемки выполненных работ 23.10.2014 и 25.12.2014, в то время как календарным планом к договору предусмотрены иные сроки выполнение этапов, не свидетельствует о нарушении подрядчиком срока их выполнения.

Вместе с тем, ответчик указывает на то, что предпринял все зависящие от него действия для выполнения в установленный срок этапа № 1, однако задержка возникла по причинам, независящим от подрядчика, а также связана со встречным ненадлежащим исполнением заказчиком условий договора.

Согласно календарному плану выполнение этапа № 1 – составление и согласование проектно-сметной и разрешительной документации, проведение экспертизы установлено в период с января по апрель 2014 года. Ответчик утверждает, что в данный период не представлялось возможным осуществить предусмотренные действия, поскольку для выполнения данного этапа подрядчику необходимо было произвести следующие действия: на основании геологического задания, утвержденного заказчиком составить проектно-сметную документацию и передать ее на утверждение заказчику, а далее на экспертизу в ФБУ «Росгеолэкспертиза».

Как утверждает ответчик, срок составления проектно-сметной документации, как правило, составляет от двух до трех месяцев в зависимости от сложности обрабатываемой информации. Проведение экспертизы проекта сметно-разрешительной документации осуществляется в течение 60 рабочих дней (максимальный срок установлен п. 22 Административного регламента предоставления Федеральным агентством по недропользованию государственной услуги по организации экспертизы проектов геологического изучения недр).

Как указывает ответчик, фактически схема расположения проектных профилей по договору была утверждена заказчиком и согласована сторонами 10.04.2014, проектно-сметная документация утверждена 11.04.2014, в связи с чем, экспертное заключение получено только 21.05.2014. Таким образом, по мнению ответчика, этап № 1 частично выполнен 21.05.2014, а не 23.10.2014.

Кроме того, этап № 1 содержит условие об оформлении разрешительной документации, то есть получении права пользования лесными участками для проведения сейсморазведочных работ, что включает в себя согласование и утверждение в Агентстве лесного хозяйства Иркутской области актов натурного технического обследования (1 месяц), получение приказа о предоставлении лесного участка в аренду (1 месяц), заключение договора аренды (1 месяц), прохождение государственной экспертизы проекта освоения лесов (1 месяц), подача лесной декларации (в течение 10 дней после получения государственной экспертизы проекта освоения лесов).

Ответчик ссылается на то, что при оформлении разрешительной документации во исполнение п. 2.1.12 договора, а также этапа № 1 календарного плана у него возникли непреодолимые своими силами трудности, выразившиеся в отказе Агентства по лесному хозяйству Иркутской области (в письмах от 18.03.2014 исх. № 91-35-1690/14, от 01.04.2014 исх. № 91-35-1971/14) заключить договор. Данный отказ был мотивирован возможностью предоставления лесных участков в аренду только пользователю недр – заказчику.

Как указывает ответчик, для оформления лесного участка в аренду он обратился к истцу с письмом от 07.04.2014 исх. № 894/06 с запросом необходимых документов, однако ответ на запрос был предоставлен истцом только в мае 2014 года (письмо от 21.05.2014 исх. № 3664/001/06-001), уже после истечения срока выполнения работ по этапу № 1. При этом истец просил повторно обратиться в Агентство по лесному хозяйству Иркутской области от имени подрядчика, ссылаясь на урегулирование им в возникшей ситуации с Агентством по лесному хозяйству Иркутской области.

Ответчик считает, что оформление договоров аренды лесного участка стало возможным только после направления истцом в Агентство лесного хозяйства Иркутской области письма от 13.08.2014 исх. № 03/07-3883, содержащего одобрение на заключение договоров аренды лесного участка с подрядчиком. По мнению ответчика, вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о нарушении срока выполнения этапа № 1, но по независящим от него причинам, а также о неисполнении истцом со своей стороны надлежащим образом п. 2.2.4 договора, несвоевременном оказании подрядчику содействия в выполнении работ.

Кроме того, ответчик ссылается на немотивированный отказ истца от подписания акта с указанием срока окончания работ 30.06.2014, подписание которого было перенесено на другой срок только по причине невыполнения в срок работ только по этапу № 1 в части приемки оформления разрешительной документации.

Относительно нарушения сроков выполнения этапов № 3.2, 3.3 (мобилизация 2-го, 3-го сейсмоотрядов) ответчик указывает, что согласно письму от 13.05.2015 № 3380/001/06-001 истец сообщил ему о намерении расторгнуть договор и предложил заключить соответствующее соглашение 31.05.2015. В ответ в письме от 21.05.2015 исх. № 1305/ПЗ ответчик сообщил истцу о своей готовности продолжить работы, так как имел возможность исполнить принятые обязательства в установленные сроки, при этом, также выразил согласие и на расторжение договора, но после завершения уже начатых работ.

Ответчик утверждает, что в связи с проведением сторонами переговоров о расторжении договора, а также отсутствием согласия со стороны заказчика на предложенные условия, работы по мобилизации второго и третьего отряда (этапы № 3.2, 3.3) были приостановлены подрядчиком.

В обоснование данной позиции ответчик также представил протокол от 10.06.2015, подтверждающий проведение запроса предложений, размещенного 18.05.2015 на официальном сайте для размещения информации о закупках отдельными видами юридических лиц и на официальном сайте ОАО «Газпром», на выполнение работ, которые являлись предметом договора между сторонами, в связи с чем, ответчик считает, что, действуя разумно, приостановил мобилизацию второго и третьего отряда, так как дальнейшее выполнение работ не планировалось.

Учитывая указанные обстоятельства, ответчик просит отказать в иске.

В дополнении к отзыву (том 2 л.д. 46-53) ответчик также указывает на то, что фактически договор был подписан сторонами 25.02.2014, до указанной даты договор находился на стадии согласования, геолого-техническое задание было фактически подписано в феврале 2014 г., схема расположения проектных профилей, направленная истцу 05.03.2014, была утверждена заказчиком только 11.04.2014, после чего подрядчик обратился в Иркутское отделение ФБУ «Геолэкспертиза» с заявкой на проведение экспертизы.

Истец не согласился с возражениями ответчика по основаниям, изложенным в письменных объяснениях (том 3 л.д. 3-5), указывает, что договор на выполнение полевых геологоразведочных работ от 24.12.2013 № Р 828/13 был заключен по результатам открытого запроса предложений, проведенного истцом в соответствии с Федеральным законом от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». По мнению истца, подписав договор, подрядчик принял на себя все обязательства, предусмотренные договором.

Согласно п.п. 2.1.12 договора, п. 2.2 приложения № 1 к договору «Геологическое задание», ответчик принял обязательство своими силами оформить на свое имя в срок до начала работ договор аренды либо иную разрешительную документацию на земельные участки.

По мнению истца, отказ оформления договоров аренды лесных участков Агентством лесного хозяйства Иркутской области не свидетельствует о том, что исполнение обязательств стало невозможным.

Ссылаясь на п.п. 2.1.13 договора, истец указывает, что заявлений со стороны ответчика о невозможности исполнить обязательства не поступало. Более того, ответчик указывает, что мобилизация первого сейсмоотряда была осуществлена фактически в июне 2014 года. Ссылка ответчика на то, что оформление договоров аренды лесных участков стало возможным только после направления истцом Агентству лесного хозяйства Иркутской области письма от 13.08.2014, не снимает с ответчика ответственности за нарушения сроков выполнения работ по договору.

В соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Рассматриваемые правоотношения сторон регламентируются соответствующими нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно пункту 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации, в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно статьям 309, 310, 312, 314 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом, надлежащему лицу, в установленный срок, односторонний отказ от исполнения обязательств недопустим.

В соответствии с пунктом 1 ст. 329 Гражданского кодекса РФ, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьями 330, 331 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Абзацем 2 пункта 9.4 договора установлено, что в случае нарушения сроков завершения работ по этапу (промежуточный срок) подрядчик выплачивает заказчику пени в размере 0,03% от стоимости этапа за каждый день просрочки.

Поскольку материалами дела подтверждается факт нарушения ответчиком промежуточных сроков выполнения работ по договору, суд считает требование истца о взыскании неустойки правомерным.

Вместе с тем, суд считает необходимым обратить внимание на следующее.

Исходя из буквального толкования норм права, установленных ст. 329, 330 Гражданского кодекса РФ, следует, что при установлении ответственности в виде начисления неустойки за нарушение гражданско-правового обязательства, сторона должна представить относимые, допустимые доказательства, позволяющие установить состав гражданского правонарушения.

Так, основанием гражданско-правовой ответственности, прежде всего, является совершение правонарушения, предусмотренного законом или договором, в частности неисполнение или ненадлежащее исполнение лицом возникших для него из договора обязанностей либо причинение какому-либо лицу имущественного вреда.

Наступление названных оснований, предполагает установление наличия определенных обстоятельств (условий), являющихся общими, типичными для гражданских правонарушений. К числу таких общих условий гражданско-правовой ответственности относятся: противоправный характер поведения (действий или бездействия) лица, на которое предполагается возложить ответственность (либо наступление иных специально предусмотренных законом или договором обстоятельств); наличие у потерпевшего лица вреда или убытков; причинная связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями, вина правонарушителя.

Совокупность перечисленных условий, по общему правилу необходимых для возложения гражданско-правовой ответственности на конкретное лицо, называется составом гражданского правонарушения.

Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности, как правило, исключает ее применение. Установление данных условий осуществляется именно в указанной очередности, поскольку отсутствие одного из предыдущих условий лишает смысла установление других (последующих) условий.

Таким образом, для установления гражданско-правовой ответственности в виде неустойки, необходимо установить объективную и субъективную сторону правонарушения, при этом к элементу объективной стороны будут относиться наличие доказательств, подтверждающих противоправное поведение (деятельность или бездеятельность), вредоносный результат деяния, установление причинной связи между деянием и вредоносным результатом.

С учетом изложенного, правонарушение с объективной стороны будет предполагать собой действие противоправное, нарушающее требование норм права. Это либо нарушение запретов, или невыполнение возложенных обязанностей.

К элементу субъективной стороны по общему правилу будет относиться вина, а иначе – психическое отношение субъекта к своему противоправному поведению и его последствиям в форме умысла или неосторожности, а также мотив и цель правонарушения.

Исходя из субъективно-объективного понимания вины в гражданском праве, сущность которого выражена в абзаце втором пункта 1 статьи 401 ГК РФ, применимой к деликтным обязательствам по аналогии закона, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обстоятельств причинения вреда, оно приняло все меры для предотвращения причинения вреда.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (часть 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 716 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

В силу ст. 719 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Материалами дела не подтверждается, что ответчик воспользовался своим правом и приостанавливал выполнение работ по договору, либо сообщал истцу о невозможности приступить к выполнению работ по отдельным этапам по независящим от него причинам.

Ответчик представил заявку на проведение экспертизы проекта геологического изучения недр от 11.04.2014, положительное заключение экспертизы от 21.05.2014 (том 1 л.д. 96-97, 106-116).

Из материалов дела следует, что письмом от 18.03.2014 в ответ на обращение ООО «Эвенкиягеофизика» (выполнявшего работы на иных участках) от 06.03.2014 Агентство лесного хозяйства Иркутской области отказало в предоставлении испрашиваемого лесного участка в аренду (том 1 л.д. 123).

Ответчик обратился к истцу о предоставлении доверенностей для оформления лесных участков с письмом от 07.04.2014, указывая на отказ в предоставлении участков ООО «Эвенкиягеофизика» (том 1 л.д. 126-127).

Истец письмом от 21.05.2014, полученным ответчиком 26.05.2014, уведомил ответчика о том, что в результате переговоров, проведенных с Правительством Иркутской области, согласована возможность заключения договора аренды земельных (лесных) участков для проведения сейсморазведочных работ на Ковыктинском лицензионном участке на подрядчика (том 1 л.д. 128).

Письмом от 13.08.2014 истец просил Агентство лесного хозяйства Иркутской области одобрить оформление договоров аренды лесных участков на субподрядные организации (том 1 л.д. 129-130).

Вместе с тем, представленным заявлением о предоставлении лесного участка в аренду подтверждается, что ответчик обратился в Агентство лесного хозяйства Иркутской области 10.06.2014, 15.08.2014 (том 2 л.д. 114-121).

04.09.2014 Агентством лесного хозяйства Иркутской области и ответчиком был заключен договор аренды (том 2 л.д. 122-128).

Указанные обстоятельства и доказательства не являются основанием для освобождения ответчика от ответственности за допущенное нарушение сроков выполнения работ по этапам, поскольку подрядчик при подписании договора не указал иную дату его фактического подписания, принял на себя обязательства по выполнению работ в указанные в графике сроки, соответственно, должен был понимать последствия своих действий, в том числе, предполагать неблагоприятные для себя последствия, связанные с нарушением сроков выполнения принятых на себя обязательств.

Более того, обращаясь к истцу с просьбой оформить доверенности на оформление земельных участков 07.04.2014, ответчик, зная срок окончания выполнения работ по 1 этапу – апрель 2014 г., не приостановил выполнение работ в связи с невозможностью их выполнения по независящим от него причинам. Таким образом, суд считает, что ответчик не доказал полное отсутствие своей вины в допущенном нарушении сроков выполнения работ по 1 этапу.

Вместе с тем, поскольку в письме от 07.04.2014 ответчик сообщил истцу о невозможности оформления договора аренды лесных участков по независящим от него причинам, оформление указанных договоров было необходимо для выполнения работ по 1 этапу, суд считает необходимым исключить из периода просрочки выполнения работ по 1 этапу период с 07.04.2014 по 13.08.2014 (129 дней) до получения Агентством лесного хозяйства просьбы истца одобрить оформление договоров, в том числе, с ответчиком.

При этом суд учитывает, что сам ответчик утверждает, что после направления истцом письма от 13.08.2014 в Агентство лесного хозяйства Иркутской области оформление договоров аренды стало возможным.

Учитывая изложенное, суд считает обоснованным начисление неустойки за нарушение срока выполнения работ по 1 этапу в размере 16 581,60 рублей за период с 30.04.2014 по 23.10.2014 (176 дней) за исключением 129 дней, то есть за 47 дней просрочки (1 176 000 х 0,03% х 47).

Кроме того, суд обращает внимание на то, что в возражениях ответчика о возникших затруднениях при оформлении разрешительной документации по 1 этапу работ, в сообщениях, касающихся оформления документации, ответчик не сообщал истцу о невозможности выполнения работ по иным спорным этапам (мобилизация геодезического и сейсмоотрядов).

При этом суд учитывает, что ответчик в дополнении к отзыву указал, что позднее подписание договора, долгое утверждение схемы явилось причиной проведения экспертизы только 21.05.2014, при этом выполнение данной части этапа каких-либо последствий для дальнейшего выполнения работ по последующим этапам не имело.

Учитывая изложенное, суд считает, что указанные возражения ответчика не являются основанием для освобождения ответчика от ответственности за нарушение сроков мобилизации по этапам 2.1, 3.1 – 3.3.

Ответчиком в материалы дела представлен неподписанный акт от 25.07.2014 с указанием сроков выполнения работ в период с 01.01.2014 по 30.06.2014 (том 1 л.д. 98). Однако, данный акт не свидетельствует о невозможности приступить к выполнению работ с 01.01.2014, как указано в графике производства работ. Кроме того, ответчиком не представлено доказательств направления данного акта истцу.

Тем не менее, ответчиком представлено электронное письмо от 30.09.2014 (том 1 л.д. 99), в котором истец отказался от согласования объемов работ по причине отсутствия копий договоров аренды земельных участков, положительных экспертных заключений по проектам освоения лесов, копий лесных деклараций. Какие-либо замечания в отношении выполнения работ по мобилизации 1-го геодезического отряда, также отраженных в данном акте, отсутствовали.

Принимая во внимание изложенное, суд считает, что отказ от приемки работ 30.09.2014 по представленному акту (в отсутствие доказательств направления иных актов) был вызван именно замечаниями к выполнению 1 этапа. Причины непринятия работ по этапу 2.1 истцом не указаны.

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств более ранней сдачи работ по этапу 2.1, отсутствие мотивированного отказа от приемки данных работ по этапу 2.1 30.09.2014, суд считает, что материалами дела подтверждается, что фактически работы этапу 2.1 были выполнены ответчиком и сдавались истцу не позднее 30.09.2014, следовательно, начисление неустойки по данному этапу за период с 01.10.2014 по 23.10.2014 необоснованно.

Учитывая указанные обстоятельства, суд считает правомерным начисление неустойки за нарушение срока выполнения работ по этапу 2.1 в размере 513 918 рублей за период с 30.06.2014 по 30.09.2014 (93 дня) (18 420 000 х 0,03% х 93).

Проверив расчет неустойки по этапу 3.1 на сумму 597 816 рублей, суд считает его верным. Поскольку ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих факт выполнения данных работ до 25.12.2014, сдачи их истцу, суд считает требование истца в данной части обоснованным.

Возражения ответчика со ссылкой на ежедневные информационные сводки о мобилизации, направленные супервайзеру (том 1 л.д. 138-149), судом не принимаются, поскольку являются внутренними документами ответчика, подписанными исключительно сотрудниками ответчика в отсутствие доказательств направления их супервайзеру.

В судебном заседании 11.12.2015 представитель ответчика заявил ходатайство о вызове в качестве свидетелей ФИО5 и ФИО6, которые осуществляли супервайзерский контроль и могли подтвердить передачу подрядчиком информации в период выполнения работ, дать пояснения, каким образом осуществлялась данная передача.

Истец высказал возражения против вызова свидетелей, пояснил, что указанные работники супервайзера были направлены на объект только в октябре, подтверждающие документы могут быть представлены в следующее судебное заседание.

Судом ходатайство о вызове свидетелей было оставлено до представления истцом документов, подтверждающих прибытие на объект указанных ответчиком лиц, что отражено в определении от 11.12.2015.

Истец в материалы дела представил акты пребывания исполнителя на объекте, согласно которым ФИО6 находился на участке с 17.03.2015 по 31.03.2015, с 01.04.2015 по 30.04.2015, с 01.05.2015 по 12.05.2015, ФИО5 находился на участке с 23.10.2014 по 31.10.2014, с 01.11.2014 по 30.11.2014, с 01.12.2014 по 31.12.2014, с 01.01.2015 по 31.01.2015, с 01.02.2015 по 28.02.2015, с 01.03.2015 по 31.03.2015, с 01.04.2015 по 30.04.2015, с 01.05.2015 по 31.05.2015 (том 3 л.д. 6-16).

После предоставления истцом указанных доказательств ответчик на ходатайстве о вызове свидетелей не настаивал.

Учитывая представленные доказательства нахождения представителей супервайзера на объекте, отсутствие доказательств направления ответчиком супервайзеру сводок о мобилизации, отсутствие доказательств сдачи работ по этапу 3.1 до 25.12.2014, суд считает возражения ответчика в данной части несостоятельными, а начисление истцом неустойки в размере 597 816 рублей обоснованным.

При этом суд соглашается с доводами истца о том, что сдача работ по договору предусмотрена по актам приемки. Доводы ответчика о сроке оформления и предоставления актов, предусмотренном п. 5.2 договора, суд считает несостоятельными, поскольку установление данного срока не препятствует сдаче своевременно выполненного этапа работ в установленный договором срок.

Учитывая, что договором установлен порядок сдачи работ по актам приемки работ, факт выполнения ответчиком работ без оформления их сдачи истцу по актам не может свидетельствовать о своевременном исполнении ответчиком своего обязательства.

Истцом также начислена неустойка за нарушение сроков выполнения этапов 3.2, 3.3 в размере по 84 073,32 рублей по каждому этапу за период с 31.05.2015 по 29.06.2015.

Учитывая, что истец 14.05.2015 предложил ответчику расторгнуть договор с 31.05.2015 (том 1 л.д. 102-103), суд считает обоснованными возражения ответчика об отсутствии необходимости мобилизации сейсмоотрядов, срок выполнения которых установлен – май 2015 г., в связи с отсутствием необходимости выполнения работ по договору.

Возражения ответчика о приостановке мобилизации сейсмоотрядов не подтверждены документально в порядке ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Однако, принимая во внимание изложенное, а также то, что истец 18.05.2015 разместил на официальном сайте информацию о закупках именно на выполнение работ, являющихся предметом договора с ответчиком, что также свидетельствовало о его намерении заключить договор на выполнение работ с иным лицом, суд считает возражения ответчика разумными. Сама по себе мобилизация сейсмоотрядов в отсутствие необходимости выполнения работ в связи с расторжением договора являлась нецелесообразной и могла привести к неоправданному увеличению затрат. Таким образом, при указанных обстоятельствах, не смотря на отсутствие сообщения ответчика о приостановлении мобилизации сейсмоотрядов, суд считает начисление неустойки за просрочку мобилизации сейсмоотрядов при отсутствии дальнейшей необходимости выполнения ими работ в связи с односторонним отказом истца от исполнения договора, необоснованным.

На основании изложенного, суд считает исковые требования обоснованными частично в сумме 1 128 315,60 рублей.

Ответчик обратился в суд со встречным иском о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 568 585,11 рублей на основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, процентов за пользование денежными средствами в размере 1 197 647,50 рублей на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Встречные требования с учетом изменения их оснований, мотивированы тем, что пунктом 4.4 договора предусмотрено, что оплата принятых заказчиком работ производится в течение 60 календарных дней после подписания заказчиком акта сдачи-приемки выполненных работ, с учетом гашения авансов в сумме объемов выполненных и принятых заказчиком работ.

Ответчиком по встречному иску было нарушено обязательство по оплате выполненных работ по акту приемки от 08.06.2015 № 4 в части суммы 53 877 300,92 рублей (частично сумма в размере 83 014 943,70 рублей оплачена авансом по платежному поручению от 24.12.2014 № 887).

Истец по встречному иску начислил проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 568 585,11 рублей за период просрочки оплаты с 08.08.2015 по 14.09.2015.

Ответчик по встречному иску в отзыве указывает на несоблюдение истцом по встречному иску досудебного порядка урегулирования спора.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что истцом не соблюден претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом или договором.

Пунктом 10.2 договора установлен обязательный досудебный порядок рассмотрения споров и разногласий, вытекающих из договора, путем направления письменной претензии, ответ на которую должен быть представлен в течение 15 календарных дней с момента ее получения.

Согласно статье 711 Гражданского кодекса РФ, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии со ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц.

Право кредитора начислить указанные проценты установлено законом, которым не предусмотрен обязательный досудебный порядок урегулирования спора при предъявлении данного требования.

Принимая во внимание изложенное, суд не находит оснований для оставления встречного иска без рассмотрения по п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Факт просрочки оплаты работ ответчиком по встречному иску не оспорен и не опровергнут.

Проверив расчет истца по встречному иску, который ответчиком не оспорен, суд считает его верным, а встречные требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 568 585,11 рублей обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Истец по встречному иску заявил также о взыскании процентов за пользование денежными средствами в размере 1 197 647,50 рублей на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации за период с 09.06.2015 по 14.09.2015.

Данное требование мотивировано тем, что из буквального толкования ст. 317.1 ГК РФ следует, что предусмотренные ею проценты начисляются за весь срок существования между коммерческими организациями денежного обязательства, то есть, прекращают начисляться только исполнением денежного обязательства или его прекращением по иным предусмотренным ГК РФ основаниям. Основания прекращения обязательств предусмотрены гл. 26 ГК РФ, основным из которых является исполнение обязательства и ряд других, однако, в соответствии с данной главой просрочка (нарушение) обязательств либо предъявление требований о применении соответствующих мер ответственности первоначального обязательства не прекращают.

Проценты по ст. 317.1 ГК РФ, в отличие от мер ответственности по ст. 395 ГК РФ, являются одним из способов восстановления имущественных прав кредитора.

Согласно п. 18 «Рекомендации Научно-консультативного совета при Федеральном арбитражном суде Уральского округа» от 10.06.2015 № 1/2015 соотношение ст. 317.1 и 395 ГК РФ выступает как соотношение основного обязательства (ст. 317.1) и ответственности за неисполнение денежного обязательства (ст. 395), что допускает возможность их совместного применения. Кроме того, истец по встречному иску указывает, что возможность одновременного начисления процентов по данным статьям подтверждается судебной практикой, например, решением от 08.07.2015 Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Часть 2 статьи 2 Федерального закона «О внесении изменений в часть первую ГК РФ от 08.03.2015 N2 42-ФЗ предусматривает, что положения Гражданского Кодекса Российской Федерации (в т.ч. ст. 317.1 ГК РФ в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

По мнению истца по встречному иску, применительно к рассматриваемой ситуации права и обязанности истца по встречному иску, связанные с требованием об уплате законных процентов (317.1 ГК РФ), возникли уже после дня вступления в силу вышеуказанного Федерального закона (после 01.06.2015), в связи с чем, по мнению истца по встречному иску, требование о взыскании процентов на основании ст. 371.1. ГК РФ за период с 09.06.2015 по 14.09.2015 обоснованы и подлежат удовлетворению.

Ответчик по встречному иску с требованиями не согласился, в отзыве указывает, что пунктом 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если после заключения договора принят закон, устанавливающий обязательные для сторон правила иные, чем те, которые действовали при заключении договора, условия заключенного договора сохраняют силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Статья 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации была введена Федеральным законом от 08.03.2015 № 42-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации». Согласно п. 1 ст. 2 данного Федерального закона данная статья вступает в силу с 01.06.2015. Так как договор был заключен 24.12.2013, ответчик по встречному иску считает, что положения статьи 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям сторон по данному договору не применяются.

Оценив доводы и возражения сторон, суд считает, что встречные требования о взыскании процентов на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно п. 1 ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, кредитор по денежному обязательству, сторонами которого являются коммерческие организации, имеет право на получение с должника процентов на сумму долга за период пользования денежными средствами. При отсутствии в договоре условия о размере процентов их размер определяется ставкой рефинансирования Банка России, действовавшей в соответствующие периоды (законные проценты).

Указанные проценты не являются мерой ответственности, а представляют собой плату за пользование денежными средствами в договорном обязательстве.

Согласно п. 1 ст. 823 Гражданского кодекса Российской Федерации, договорами, исполнение которых связано с передачей в собственность другой стороне денежных сумм или других вещей, определяемых родовыми признаками, может предусматриваться предоставление кредита, в том числе в виде аванса, предварительной оплаты, отсрочки и рассрочки оплаты товаров, работ или услуг (коммерческий кредит), если иное не установлено законом.

Сторонами в договоре не установлено, что за предусмотренную п. 4.4 договора отсрочку платежа – в течение 60 календарных дней после окончания месяца подписания акта приемки выполненных работ, заказчик обязан уплатить подрядчику плату за пользование денежными средствами, как за предоставление коммерческого кредита.

Таким образом, суд считает, что начисление процентов на основании ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации необоснованно, поскольку договором не предусмотрено.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 2 Федерального закона от 08.03.2015 N 42-ФЗ, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Из смысла ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при заключении договора стороны могут исключить применение правил данной статьи, либо изменить период, в течение которого начисляются указанные проценты.

Учитывая, что данная норма введена в действие Федеральным законом от 08.03.2015 N 42-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации", который вступил в силу с 01.06.2015, стороны при заключении договора 24.12.2013 не могли предусмотреть такую возможность, следовательно, исходя из сути и принципа диспозитивности данной нормы, суд считает, что она не распространяет свое действие на правоотношения сторон, возникшие из договора от 24.12.2013.

Принимая во внимание указанные обстоятельства в совокупности, суд считает, что в данном случае истцом по встречному иску не обосновано применение положений ст. 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в данной части встречный иск не подлежит удовлетворению.

В силу ч. 5 ст. 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

Поскольку первоначальный иск удовлетворен на сумму 1 128 315,60 рублей, встречный иск – на сумму 568 585,11 рублей, с ответчика в пользу истца в результате зачета подлежит взысканию сумма 559 730,49 рублей.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с частичным удовлетворением иска и частичным удовлетворением встречного иска, расходы сторон по оплате государственной пошлины относятся на сторону пропорционально удовлетворенным требованиям.

Таким образом, с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям подлежит взысканию 21 430,26 рублей государственной пошлины, с ответчика по встречному иску в пользу истца (с учетом недоплаченной истцом по встречному иску суммы государственной пошлины 453,45 рублей, которая подлежит взысканию в доходы федерального бюджета с ответчика по встречному иску) – 9 417,36 рублей государственной пошлины, путем зачета с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 12 012,90 рублей государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Встречный иск удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Геотек Сейсморазведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>) денежные средства в размере 559 730 рублей 49 копеек, а также 12 012 рублей 90 копеек государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Газпром геологоразведка» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доходы федерального бюджета 453 рубля 45 копеек государственной пошлины.

Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Восьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления решения в полном объеме. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Куприна Н.А.