Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в заседании суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» в лице конкурсного управляющего ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>, 680006, <...>)

к ФИО2 (г. Хабаровск), ФИО3 (г. Хабаровск),

третье лицо: ИФНС России по Индустриальному району города Хабаровска (680000, <...> д)

о признании сделки недействительной, о возврате доли в размере 51% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный», аннулировании регистрационной записи внесенной в ЕГРЮЛ

при участии:

от истца - ФИО4 по доверенности от 01.09.2016, ФИО5 по доверенности от 01.09.2016;

ФИО3 (лично), предъявлен паспорт; от ФИО3 - ФИО6 по доверенности № 27АА 0953183 от 07.07.2016, ФИО7 по доверенности № 27АА 0750284 от 23.07.2015

ФИО2 лично, предъявлен паспорт;

от ИФНС по Индустриальному району г. Хабаровска - не явились, извещены надлежащим образом

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением к ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (далее – ФИО3) о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» от 20.06.2015, заключенного между ФИО2 и ФИО3; о возврате доли в размере 51% в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» в собственность ФИО2; аннулировании регистрационной записи № 2152723063326, внесенной в ЕГРЮЛ 30.06.2015 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный».

По делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена инспекция Федеральной налоговой службы Российской Федерации по Индустриальному району г. Хабаровска.

Определением суда от 28.11.2016 в порядке статьи 124 АПК РФ изменено наименование истца с конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» ФИО1 на общество с ограниченной ответственностью «Техцентр Люкс Дальневосточный» (далее – ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный», Общество) в лице конкурсного управляющего ФИО1.

Представитель истца заявленные требования поддержал в полном объеме, поддержал ранее заявленное ходатайство о фальсификации доказательства.

Судом ходатайство рассмотрено и отклонено по следующим основаниям.

Согласно словарю ФИО8 фальсификация - это поддельный предмет, вещь, выдаваемая за настоящую, подделка.

Сфальсифицированный документ является документом, в котором не соответствуют подлиннику ни его содержание, ни материальный носитель, ни внешние признаки: почерк, рисунки.

Основными способами фальсификации являются:

- подделка бланка документа (изготовление поддельных бланков с помощью копировальной техники, средств вычислительной техники, путём рисования);

- подчистка текста (механическое воздействие с целью изменения первоначальной документированной информации);

- травление (удаление текста путём обесцвечивания красителя штриха химическими реактивами: кислотой, щёлочью, окислителем);

- смывание (удаление прежних записей с помощью различных растворителей);

- дописка (внесение в первоначальный текст документа на свободные места новой информации);

- подделка подписей (методом рисования, копирования);

- поделка печатей (методом рисования на самом документе, с помощью самодельного клише, путём копирования подлинного оттиска на поддельный документ);

- замена фотографий (наиболее распространённые приёмы: полная замена фотографии; монтаж фотоснимка с сохранением части прежней фотографии, содержащей оттиск печати; перенос на подложку одной фотографии части эмульсионного слоя другой фотографии);

- замена листов документов (наиболее часто встречается при подделке документов, состоящих из нескольких листов: паспортов, трудовых книжек и т.п.).

Истец, заявляя о фальсификации обращения ФИО3 к начальнику УМВД России по г. Хабаровску, талон-уведомления № 1077 от 19.09.2016, указал, что подпись ФИО3 на обращение не соответствует исполнению подписи ФИО3 на договоре купли-продажи от 20.06.2015, в связи с чем ходатайствовала также о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Для проверки достоверности заявления о фальсификации суд в соответствии с абзацем 2 пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ принимает предусмотренные федеральным законом меры, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Согласно части 2 статьи 161 АПК РФ результаты рассмотрения заявления о фальсификации доказательства арбитражный суд отражает в протоколе судебного заседания.

В целях рассмотрения заявления о фальсификации ответчик ходатайствовал о назначении по делу судебной экспертизы с постановкой перед экспертом вопроса кем или другим лицом исполнена подпись в обращении ФИО3 к начальнику УМВД России по г. Хабаровску.

Рассмотрев ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы, суд отклонил его ввиду следующего.

Согласно части 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Данная норма не носит императивного характера, а предусматривает рассмотрение ходатайства и принятие судом решения о его удовлетворении либо отклонении.

Изучив соответствующее письменное ходатайство истца и изложенный в нем вопрос, который ответчик просил поставить на разрешение эксперта, учитывая предмет и основания заявленных требований, суд не установил оснований для удовлетворения данного ходатайства.

Подлинность подписей ФИО3, подписавшего спорное обращение, подтверждена самим ФИО3 в судебном заседании 03.04.2017. Кроме того, в материалы представлены письменное заявление ответчика ФИО3, подписанное им собственноручно, в котором указал, что в настоящее время по его заявлению в отношении ФИО9 ведутся следственные действия.

Суд также принимает во внимание, что с учетом даты обращения истца в суд по настоящему делу и длительности судебного процесса, истец не обосновал невозможность заявления ходатайства о фальсификации и экспертизе ранее в настоящем деле.

В силу части 5 статьи 159 АПК РФ арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы является необоснованным, а проведение заявленной экспертизы - процессуально нецелесообразным, в связи с чем названное ходатайство ответчика судом отклоняется.

Кроме того, несоответствие содержания доказательства обстоятельствам дела при отсутствии признаков фальсификации влечет рассмотрение и разрешение этого вопроса не по правилам статьи 161 АПК РФ, а по общим правилам оценки доказательств (статья 71 АПК РФ).

Ввиду вышеизложенного суд пришел к выводу о необоснованности ходатайства о фальсификации доказательств, в связи с чем, оснований для их исключения из числа доказательств не имеется.

Представителем истца также было заявлено ходатайство об истребовании доказательств из ОСП по Центральному, Индустриальному, Железнодорожным районам г. Хабаровска, МОСП по исполнению особых исполнительных производств информацию о перечне находящихся на исполнении производствах в отношении должника ФИО2 с отражением размера задолженности по каждому исполнительному производству.

Ходатайство об истребовании документов рассмотрено, отклонено в силу пункта 5 статьи 159 АПК РФ.

ФИО3 и его представители с иском не согласны, поддержали доводы отзыва на иск и дополнения к нему.

ФИО2 пояснила суду, что договор купли-продажи от 20.06.2015 вынуждена была подписать и до настоящего времени оплату по нему не получила.

Инспекция ФНС России по Индустриальному району г. Хабаровска, извещенная надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, явку своего представителя не обеспечила.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 03.04.2017 по 05.04.2017.

Исследовав материалы дела, заслушав мнение лиц, участвующих в деле, суд,

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 21.08.2014 по делу № А73-11015/2014 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Техцентр Люкс ДВ».

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 24.06.2015 (резолютивная часть от 18.06.2015) ООО «Техцентр Люкс ДВ» (должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

В свою очередь, как стало известно конкурсному управляющему из сведений официального сайта ФНС России, 30.06.2015 года произошла смена учредителя и генерального директора должника. Так в соответствии с данными ЕГРЮЛ генеральным директором Общества, а также одним из учредителей Общества с долей в уставном капитале, равной 51%, являлся ФИО3.

В соответствии с записью № 27 (государственный регистрационный номер записи 2152723063326), внесенной в ЕГРЮЛ 30.06.2015 года, ФИО2 и ФИО3 обратились в регистрирующий орган с заявлением от 23.06.2015г. о внесении изменений, не связанных с внесением изменений в учредительные документы. На основании указанного заявления в ЕГРЮЛ в разделе сведения об учредителях внесены следующие изменения: в качестве учредителя с долей в уставном капитале, равной 51%, указан ФИО3; ФИО2 исключена из числа учредителей общества.

Отчуждение доли в уставном капитале Общества от ФИО2 к ФИО3 произошло на основании договора купли-продажи от 20.06.2015.

Ссылаясь на то, что в результате отчуждения доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный» нарушается законное право его кредиторов на удовлетворение их требований за счет реализации имущества ФИО2, сделка совершена в целях не обращения взыскания на имущество ФИО2, является мнимой, при ее заключении былло допущено злоупотребление правом, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

В ходе судебного разбирательства представителем ответчика ФИО3 заявлено ходатайство об оставлении иска без рассмотрения в связи с тем, что данный спор подлежит рассмотрению в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника , могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

С целью соблюдения прав и законных интересов всех участников дела о несостоятельности (банкротстве), недопущения рассмотрения тех или иных споров, связанных с деятельностью должника законодатель в пункте 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая положения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предусмотрел, что споры, подлежащие рассмотрению в деле о банкротстве, не могут рассматриваться в ином деле, кроме как в деле о несостоятельности (банкротстве).

Иной подход к порядку рассмотрения указанных споров приведет к правовой неопределенности для участников судебного разбирательства и может повлечь за собой нарушение прав и законных интересов участников дела о несостоятельности (банкротстве).

Рассмотрение спора об оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве позволит принять участие в обособленном споре всем кредиторам должника, без вынесения соответствующего судебного акта об их привлечении к участию в деле, что также оптимизирует судебный процесс и создает прозрачность формирования конкурсной массы для всех кредиторов, поскольку производство ведется в деле, участниками которого являются кредиторы должника с момента их включения в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 4 части 1 статьи 148 АПК РФ арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если заявлено требование, которое в соответствии с федеральным законом должно быть рассмотрено в деле о банкротстве.

Однако, оспариваемая истцом сделка не подпадает под критерий, установленный пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, поскольку имеет отношение к имуществу ответчиков (ФИО2, ФИО3), а не Общества.

В связи с чем ходатайство подлежит отклонению.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

На основании пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

При рассмотрении вопроса о мнимости договора купли-продажи и документов, подтверждающих передачу имущества, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Порядок перехода доли или части доли участника общества в уставном капитале общества к другим участникам общества и третьим лицам предусмотрен статьей 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

В силу пункта 2 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью продажа либо отчуждение иным образом доли или части доли в уставном капитале общества третьим лицам допускается с соблюдением требований, предусмотренных настоящим Федеральным законом, если это не запрещено уставом общества.

Сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки (пункт 11 статьи 21 указанного Закона).

Согласно пункту 12 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 7 статьи 23 настоящего Федерального закона.

После нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, с момента внесения соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц переход доли или части доли может быть оспорен только в судебном порядке путем предъявления иска в арбитражный суд.

В соответствии с пунктом 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью нотариус, совершающий нотариальное удостоверение сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, проверяет полномочие отчуждающего их лица на распоряжение такими долей или частью доли, а также удостоверяется в том, что отчуждаемые доля или часть доли полностью оплачены (статья 15 настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, Уставом ООО «Техцентр Люкс ДВ» (в редакции 2014 года) предусмотрено право на отчуждение участником своей доли или части доли третьим лицам (пункт 10.1.).

Судом установлено, что отчуждение ФИО2 принадлежащей ей доли в размере 51% в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ» приобретателю ФИО3 произведено в соответствии с действующим законодательством, а именно договор купли-продажи доли от 20.06.2015 нотариально удостоверен нотариусом ФИО10, о чем внесена запись в реестре. Нотариусом проверено полномочие лица, отчуждающего долю, на распоряжение данной долей, запрошены документы общества, касающиеся приобретения и оплаты ФИО2 доли в уставном капитале.

По условиям договора от 20.06.2015 купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ», стоимость отчуждаемой доли определена сторонами в размере ее номинальной стоимости в сумме 4 801 191 руб.

В договоре от 20.06.2015 указано на получение продавцом (ФИО2) денежных средств в полном объеме – в сумме 4 801 191 руб. (пункт 4 договора).

При этом суд обращает внимание, что в ходе судебного разбирательства представители истца и сам ответчик ФИО2 указывали на то, что оплата по договору купли-продажи не произведена.

Вместе с тем, само по себе, то обстоятельство, что покупателем не уплачена покупная цена за приобретаемое имущество, если бы даже такой факт был установлен, влечет за собой иные правовые последствия, регулируемые статьями 450, 453, 486 ГК РФ, которые не содержат нормы, позволяющие признать договор купли-продажи ничтожной сделкой по основаниям отсутствия доказательств оплаты товара.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Техцентр Люкс ДВ» от 23.06.2016, в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись об участнике общества – ФИО3 и о принадлежности указанному участнику доли 51% в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ» номинальной стоимостью 4 801 191 руб.

Совокупность указанных обстоятельств и наступление правовых последствий, необходимых для сделок по отчуждению доли в уставном капитале общества (статья 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), подтверждает совпадение волеизъявления сторон с действительной их волей на совершение сделки купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ» и исключает возможность признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной) по признаку мнимости.

Доводы истца о нарушении порядка заключения сделки (ФИО2 не имела право подписывать отказ от преимущественного права приобретения доли от имени Общества) судом отклонено с учетом постановления Президиума ВАС РФ № 3330/13 от 10.09.2013, в котором указанр, что отчуждение доли в уставном капитале обществ по иным основаниям к третьим лицам с нарушением порядка получения согласия участников общества не влечет за собой недействительности такой сделки, а последствием такого нарушения является право участника или общества потребовать в судебном порядке передачи доли обществу в течение трех месяцев со дня когда, когда они узнали или должны были узнать о таком нарушении.

Доказательств того, что доля в обществе выбыла из владения ФИО2 в результате противоправных действий третьих лиц или иным путем помимо ее воли суду не представлено. Утверждение ответчика ФИО2 о том, что заключая спорный договор, она действовала под давлением представителя ФИО3 ФИО7, не основаны на нормах права, документально не подтверждены. Данный довод ответчика отклоняются судом.

При этом, ответчик ФИО2 ранее судебном заседании (01.03.-09.03.2017) поясняла суду, что ее воля при заключении договора купли-продажи доли была направлена именно на продажу доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный», не считала ее мнимой.

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 ГК РФ, пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Соответственно утверждение ответчика в судебном заседании (03.04.2017) что спорная сделка заключалась под давлением третьих лиц, по мнению суда, также свидетельствует о злоупотреблении ответчиком ФИО2 своими правами, что является недопустимым.

При этом, ответчик ФИО3 в судебном заседании пояснил, что его воля при заключении договора купли-продажи доли была направлена именно на приобретение доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный» для осуществления хозяйственной деятельности и получения прибыли.

Как следует из пояснений ответчиков, данных в судебном заседании и отраженные в отзывах, доля в уставном капитале представляла, несмотря на то, что в отношении юридического лица была введена процедура несостоятельности (банкротства). На момент заключения сделки кредиторская задолженность по оценке ФИО2 составляла 76 396 064 руб. 82 коп., по оценке ФИО3 - около 80 млн. руб., вместе с тем общая стоимость имущества должника составляет, по оценке ФИО2 составляла 107 827 543 руб. 53 коп., по оценке ФИО3 – около 120 млн. руб.

Как усматривается из материалов дела, конкурсным управляющим ООО «Техцентр Люкс ДВ» ФИО1 05.08.2015 была проведена инвентаризация имущества должника (основных средств), в результате которой установлено наличие у должника следующих объектов основных средств:

- земельный участок, площадью 10 833 кв.м; разрешенное использование: объект торгового назначения – торговый комплекс, по адресу <...>;

- рынок по продаже запасных частей к автомобилям по ул. Краснореченская, д. 153, г. Хабаровск, кадастровый номер 27-27-01/003/2009-538;

- объект незавершенного строительства, назначение: нежилое, общей площадью 1 080 кв.м. (степень готовности 30%), расположенный по адресу г. Хабаровск, ул. Индустриальная – ул. Краснореченская, корпус № 2.

07.09.2015 произведена оценка указанного имущества, по результатам которой рыночная стоимость указанного имущества составила 61 110 000 руб., что нашло своё отражение в отчёте об оценке № 182Н/2015.

Однако наряду с указанным отчетом № 182Н/2015 в материалы представлено заключение специалиста № 2017-001/5 от 09.01.2017, подтверждающее рыночную стоимость, принадлежащих Обществу, объектов недвижимости в сумме 124 700 000 руб.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 АПК РФ).

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ).

В силу частей 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

При этом ни одно из доказательств, в том числе документыс изложением мнения специалистов, заключения экспертов, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы – все они оцениваются судом по существу в их совокупности (пункт 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 05.06.2014 № 1102-О).

Таким образом, все доказательства по делу, в том числе отчёт № 182Н/2015, заключение судебной экспертизы № 2017-001/5, подлежат оценке судом при принятии решения на предмет их относимости, допустимости, достоверности (статьи 71, 89 АПК РФ).

Учитывая, что различными экспертами установлены кардинально (в 2 раза!) отличающиеся суммы рыночной стоимости недвижимого имущества ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный», а также, что в настоящее время в рамках дела о банкротстве (А73-11015/2014) решается вопрос о назначении оценочной экспертизы принадлежащего должнику недвижимого имущества, суд считает преждевременным вывод истца о том, что сделка не имела экономической целесообразности.

Согласно общему правилу, закрепленному в пункте 12 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента нотариального удостоверения сделки, направленной на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, либо в случаях, не требующих нотариального удостоверения, - с момента внесения в Единый государственный реестр юридических лиц соответствующих изменений на основании правоустанавливающих документов.

Участник общества - обладатель доли в уставном капитале - в соответствии со статьей 8 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном названным Законом и учредительными документами общества; получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией; принимать участие в распределении прибыли; продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо ее часть одному или нескольким участникам данного общества в порядке, предусмотренном названным Законом и уставом общества; в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников; получить в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, а также имеет другие права, предусмотренные названным Законом.

Таким образом, системное толкование названных выше норм права, в том числе, с учетом положений пункта 12 статьи 21 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, позволяет суду сделать вывод о том, что заключив сделку купли-продажи своей доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный», подписав при этом собственноручно в присутствии нотариуса соответствующий договор, ФИО2 перестала быть собственником проданной доли и соответственно, тех прав и обязанностей которые он имел как участник общества. Указанные в Законе об обществах с ограниченной ответственностью права и обязанности участника приобрел ФИО3

Однако, факт неактивного участия ответчиком в делах общества, на который ссылается истец и ответчик ФИО2 является правом участника (собственника доли) и не свидетельствует о мнимости сделки, так как руководство текущими делами общества осуществляет директор общества.

Исходя из материалов дела (письмо ИФНС России по Железнодорожному району г. Хабаровска), с 30.06.2015 по 13.07.2015 руководство ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный» осуществлял ФИО3

По смыслу положений статей 126, 127, 129 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом, открытии конкурсного производства и утверждении конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Соответственно, с 18.06.2015 руководство предприятием было возложено на конкурсного управляющего ФИО1 (пункт 42 Постановления Пленума ВАС от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Ответчик ФИО3 был зарегистрирован в качестве генерального директора ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный» на основании решения общего собрания участников Общества 22.06.2015.

Однако доказательств того, что такое собрание проводилось лицами, участвующими в деле, не представлено. Кроме того, как следует из пояснений ФИО3, данных в судебном заседании 03.04.2015, с ФИО11 он не встречался. Для оформления документов на должность генерального директора, он встречался с ФИО2 у нотариуса.

Согласно подпункту 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ (данная статья введена Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, вступившим в силу с 01.09.2014 и, соответственно, подлежащим применению к рассматриваемым правоотношениям) принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзаце третьем пункта 107 постановления № 25 разъяснил, что решения очных собраний участников хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом, осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции счетной комиссии, в порядке, установленном подпунктами 1 - 3 пункта 3 статьи 67.1 ГК РФ, если иной способ удостоверения не предусмотрен уставом общества с ограниченной ответственностью либо решением общего собрания участников такого общества, принятым участниками общества единогласно, являются ничтожными применительно к пункту 3 статьи 163 ГК РФ.

Следовательно, принятие общим собранием участников общества с ограниченной ответственностью решения может быть подтверждено нотариальным удостоверением или альтернативными способами, перечень которых сформулирован в статье в качестве примерного (подписание протокола всеми участниками или частью из них, использование технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения), использование которых возможно только в силу закрепления в уставе общества либо единогласно принятого его участниками решения.

В материалах дела имеется устав общества, утвержденный общим собранием учредителей в 2014 году (протокол от 06.02.2014), то есть до принятия Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации», вступившего в силу с 1.09.2014.

Доказательства, свидетельствующие о том, что в данный локальный акт общества вносились изменения в соответствии с изменениями действующего законодательства, согласно которым участники общества утвердили иные, отличные от закона (нотариальное удостоверение) способы удостоверения решений общего собрания участников, в материалах дела отсутствуют.

Поскольку на день проведения собрания участников Общества 22.06.2015 действовала норма, согласно которой требовался нотариальный порядок удостоверения принятия решения общего собрания участников Общества, суд, учитывая, что принятые указанном собрании участников решения не подтверждены в нотариальном порядке, приходит к выводу об их ничтожности

Ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

В силу чего, ФИО3 ни де-юре, ни де-факто не являлся руководителем Общества, и соответственно не мог принимать участие в передаче документации Общества, которую по факту осуществлял бывший руководитель ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный» ФИО2, несмотря на то, что 30.06.2015 в ЕГРЮЛ была внесена запись о его назначении должность генерального директора.

При этом, несмотря на открытие в отношении должника процедуры конкурсного производства, которое не препятствует осуществлению участниками общества своих прав, ФИО3 не мог осуществлять контроль над Обществом как его участник, учитывая, что фактическое руководство Обществом осуществлял конкурсный управляющий, наделенный такими полномочиями в силу закона.

С момента окончания передачи документации ФИО2 также не принимало никакого участия в Обществе, что прямо бы свидетельствовало о ее сохранении в статусе участника ООО «Техцентр Люкс Дальневосточный», доказательств обратного суду в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено.

Таким образом, формальное исполнение сделки купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ», и сохранение какого-либо контроля продавца – ФИО2 над деятельностью в обществе, судом не установлено.

В нарушение статьи 65 АПК РФ истцом не доказана порочность воли сторон при заключении оспариваемой сделки. Договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО «Техцентр Люкс ДВ» был не только заключен сторонами, но и реально исполнен.

Ссылки истца на злоупотребление правом и заключение ФИО2 сделки в целях вывода имущества и невозможности обращения на него взыскания, не приняты судом.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Сделки, не соответствующие требованиям закона или иных правовых актов, если закон не устанавливает, что такие сделки оспоримы, признаются ничтожными.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса РФ», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Применение статьи 10 ГК РФ возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу, либо злоупотребило правом в иных формах. Как следует из пункта 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Установленный в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Этот запрет не предполагает его произвольного применения судами, решения которых должны основываться на исследовании и оценке конкретных действий и поведения участников гражданско-правовых отношений с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора (указанное соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5).

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Приведенная норма возлагает обязанность доказывания неразумности и недобросовестности действий участника гражданских правоотношений на лицо, заявившее требования.

Оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и во взаимосвязи, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано недобросовестное поведение ФИО12 при совершении договора дарения доли в уставном капитале.

Оспаривая сделку должника на основании статьи 10 ГК РФ, истец должен доказать наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам (в данном случае истцу); злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

В рамках настоящего дела таких доказательств не имеется.

ФИО2 как собственник имущества – доли в уставном капитале Общества, действовала открыто (информация об изменении состава участников своевременно внесены в ЕГРЮЛ) в рамках, предусмотренных действующим законодательством (статьи 209, 218 ГК РФ, статья 26 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»). При этом на момент заключения договора купли-продажи доля не находилась в залоге, запрета на ее отчуждение не имелось.

ФИО3 также действовал в рамках действующего законодательства, исходил из реально совершенной сделки, влекущей для него определенные юридические и фактические последствия.

Кроме того, по мнению суда, заключение лицом какой бы то ни было гражданско-правовой сделки по отчуждению принадлежащего ему имущества в период наличия задолженности перед другим лицом не может автоматически рассматриваться как реализация намерения уменьшить объем ликвидного имущества, за счет которого могут быть погашены долги.

То обстоятельство, что ФИО2. заключена сделка купли-продажи в отношении ФИО3 также не свидетельствует ни само по себе, ни в совокупности с другими указанными судом обстоятельствами о злоупотреблении ФИО2 правом и намерении причинить вред Обществу и его кредиторам, учитывая, что на момент совершения сделки у ФИО2 перед Обществом и его кредиторами никаких обязательств не существовало.

При ином подходе следовало бы признать принципиальную недопустимость совершения физическими лицами сделок, направленных на отчуждение или приобретение имущества при наличии неисполненного обязательства перед третьими лицами, что фактически является ограничением дееспособности гражданина и противоречит положениям статьи 22 ГК РФ.

Суд также отмечает, что в соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В данном случае истец, требуя признания сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки, не обосновал, каким образом в результате удовлетворения иска будут восстановлены его права. В случае применения реституции доля в уставном капитале может быть возвращена ФИО2, однако обращение взыскания на такое имущество безусловного характера не носит, учитывая наличие у ответчика иного имущества (нежилого помещения, земельных участков, жилого дома).

Оценив в совокупности материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленного требования о признании договора недействительным купли-продажи от 20.06.2015 недействительным.

Учитывая вышеизложенное, иные требования истца, имеющие акцессорный характер, также подлежат отклонению.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на истца.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.

Судья А.И. Воронцов