Решение № А75-3852/08 от 19.11.2008 АС Ханты-Мансийского АО

РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ХАНТЫ-МАНСИЙСКОГО АВТОНОМНОГО ОКРГУГА-ЮГРЫ

628012, Тюменская область, г. Ханты-Мансийск

ул.Ленина 54/1, http://hmao.arbitr.ru, тел. 33-10-34

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск

«24» ноября 2008

Дело № А75-3852/2008

  Резолютивная часть решения оглашена 19 ноября 2008 года.

Решение изготовлено в полном объеме 24 ноября 2008 года.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

  в составе судьи Кущевой Т.П.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ибраевой С.Т.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Закрытого акционерного общества «Красноярнефтегеофизика»

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре

третьи лица: ООО «Контраст, ООО «Икар», ЗАО «Технологии ГИС», ООО «Оникс», ООО «Компания ИНТЭК», ООО «Техноситель», ООО «Технолинк»

об оспаривании ненормативного правового акта налогового органа

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 – по доверенности от 27.05.2008;

от ответчика: Бусел – по доверенности от 16.04.2007, ФИО2 – по доверенности от 10.01.2008

от третьих лиц: не явились;

УСТАНОВИЛ:

Закрытое акционерное общество «Красноярнефтегеофизика» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением об оспаривании решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (далее – Инспекция).

Требования Общества мотивированы неправомерным не включением в состав материальных расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации за 2003 - 2005 годы, стоимости геофизических работ (услуг), выполненных (оказанных) ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос»; неправомерным выводом Инспекции о занижении налоговой база по доходам, полученным с ценными бумагами; неправомерным не включением в состав налоговых вычетов сумм НДС по контрагентам ООО «ЛГП Сервис» за 2003-2005 гг., ООО «Гелиос» за 2005 год; нарушением Инспекцией процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик с иском не согласен по мотивам, изложенным в отзыве.

Суд, заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, находит заявленные требования подлежащими удовлетворению в части ввиду следующего.

Как следует из материалов дела, Инспекцией была проведена выездная налоговая проверка Общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов: на­лога на прибыль; единого социального налога; налога на имущество; сбора на нужды об­разовательных учреждений; местных налогов и сборов: целевого сбора с граждан, пред­приятий, организаций на содержание милиции и на благоустройство территорий; сбора на уборку территорий; транспортного налога; земельного налога за период с 01.01.2003 по 31.12.2005; налога на доходы физических лиц за период с 01.01.2003 по 01.10.2006; налога на добавленную стоимость за период с 01.01.2003 по 30.11.2003, с 01.01.2004 по 31.12.2005.

В ходе проверки установлена неполная уплата налога на прибыль в размере 15204180 рублей, налога на добавленную стоимость в сумме 10642670 рублей, единого социального налога в размере 252439 рублей, налога на имущество в сумме 200 рублей и земельного налога в размере 95 рублей, что отражено в акте проверки № 2П от 15.01.2008 (т. 2 л.д.18-157).

29.02.2008 Общество, в соответствии с пунктом 6 статьи. 100 Налогового Кодекса Российской Федерации, представило Возражения на указанный акт с дополнениями от 07.03.2008 (т. 3 л.д. л.д.1-24).

21.03.2008 с участием представителей заявителя ответчиком были рассмотрены возражения заявителя на акт выездной налоговой проверки и принято Решение № 1 о про­ведении дополнительных мероприятий налогового контроля (т. 3 л.д.34), на основании которого в адрес заявителя было выставлено Требование о предоставлении документов № 6 от 24.03.2008 (т. 3 л.д.37-38).

По результатам рассмотрения акта выездной налоговой проверки и материалов, по­лученных при проведении дополнительных мероприятий налогового контроля, руководителем налогового органа принято Решение № 11 от 21.04.2008 г. о привлечении заявителя к ответственности за совершение налогового правонарушения. (т. 1 л.д.106-201). Указанным решением налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности за совершенное налоговое правонарушение, предусмотренное пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации за неполную уплату налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, налога на имущество и земельного налога в общей сумме 13049965 рублей. Кроме того, налогоплательщику предложено уплатить недоимку по налогу на прибыль, налогу на добавленную стоимость, земельному налогу и налогу на имущество в общей сумме 26 055 884 рубля и пени, исчисленные на указанные суммы.

Общество, не согласившись с принятым решением в части доначисления налога на прибыль, налога на добавленную стоимость, а также пени и налоговые санкции, исчисленные на указанные суммы, обратилось с заявлением в суд.

Неправомерное включение в состав материальных расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации за 2003 - 2005 годы, стоимости геофизических работ (услуг), выполненных (оказанных) ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» (п. 1.1. решения 7-20 решения).

По мнению ответчика, заявитель, в нарушение п. 6 ст. 254, п. 1 ст. 252 НК РФ непра­вомерно учел в составе материальных расходов для целей исчисления налога на прибыль стоимость промыслово-геофизических работ и работ по гироинклинометрии скважин, оказанных: ОО «ЛГП Сервис» в 2003 году на общую сумму 18 006 392, 15  рублей; ООО «ЛГП Сервис» в 2004 году на общую сумму 19 003 519  рублей; ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» в 2005 году на общую сумму 23 691 396,88  руб., в том числе ООО «ЛГП Сервис» - 2 758 526,21  руб., ООО «Гелиос» -  21 532 870,67  руб.

Основанием для доначисления налогов послужило следующее: результаты встречных проверок подрядчиков заявителя свидетельствуют о невозможности ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» реально осуществлять работы по договорам с заявителем, ввиду отсутствия у данных предприятий необходимого имущества (материальных ресурсов), экономически необхо­димых для выполнения работ, а также управленческого или технического персонала; транспортные средства, использованные ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гели­ос» при выполнении работ по договорам с заявителем, принадлежат ЗАО «Технологии ГИС» и физическому лицу ФИО3, который является уч­редителем и директором ЗАО «Технологии ГИС», при этом ФИО3 яв­ляется одним из учредителей заявителя; у заявителя имеется достаточное количество машин и оборудования, а также геофизических приборов для выполнения работ собственными силами; заявитель действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных его контрагентами.

В соответствии с абзацем 1 статьи 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях настоящей главы признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

Согласно пункту 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации (далее Кодекс) налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Критериями, которым должны соответствовать расходы, уменьшающие налоговую базу по налогу на прибыль, являются: обоснованность (экономическая оправданность расходов) и направленность на получение дохода; документальная подтвержденность (оформление документами, соответствую­щими действующему законодательству РФ).Результаты работ, выполняемых ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», были необ­ходимы заявителю для исполнения обязательств по договорам на выполнение работ (ока­зание услуг), заключенным с генеральными заказчиками: ТПП «Лангепаснефтегаз», ООО «Лукойл-Западная Сибирь» (№ 02/2003 от 10.01.2003 г. (т. 3, л. 60-68), № 02/2004 от 22.12.2003 г. (т. 3, л. 70-81); ТПП «Покачевнефтегаз», ООО Лукойл-Западная Сибирь» (№ 01/2003 от 18.12.2002 г. (  т. 3, л. 83-94), № 01/2004 от 11.12.2003 г. (т. 3, л. 95-105); «ПетроАльянс Сервисис Компани Лимитед» (б/н от 01.04.2004 г. (т. 3, п. 106-111), № 01/2005 от 06.01.2005 г. (т. 3, л. 112-122). Исполнение вышеуказанных договоров, в свою очередь, преследовало цель полу­чения заявителем дохода от реализации в рамках осуществления им основной деятельно­сти, предусмотренной уставом. Так, в соответствии с п. 2 ст. 7 Устава ЗАО «Красноярнефтегеофизика» (т. 1, л. 59-103)  основными видами уставной деятельности заявителя являются, в частности, выполнение промыслово-геофизических и прострелочно-взрывных исследо­ваний и работ в нефтяных и газовых скважинах, а также интерпретация полученных гео­физических материалов и выдача по ним заключений.

Таким образом, экономическая оправданность и направленность расходов заявителя на получение доходов очевидна. Более того, в данном случае заявитель не только имел целью получение дохода, но и реально его получил в виде оплаты генеральными заказчи­ками выполненных заявителем работ, в том числе, в части работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос».

В акте выездной проверки (стр. 11-17 акта)  ответчиком указано на наличие у заяви­теля необходимого и достаточного комплекта надлежащим образом оформленных доку­ментов (договоров, дополнительных соглашений, соглашений об индексе удорожания, ак­тов выполненных работ, реестров актов-нарядов, счетов-фактур), предусмотренных зако­нодательством о налогах и сборах и подтверждающих факт выполнения работ: ООО «ЛГП Сервис» по договорам № 05-ПГР-2002 от 28.01.2002 г. (  т. 13, л. 29-34),   № 06-ГР-2002 от 29.01.2002 г. (т. 13, л. 35-38),   № 09-ПГР-2004 от 29.12.2003 г. (  т. 13, л. 39-42),   № Ю-ГР/2004 от 29.12.2003 г. (т. 13, л. 43-45),   № 04/2005-ПГР от 07.01.2005 г. (  т. 13, л. 46-49),   №> 05/2005-ПГР от 07.01.2005 г. (  т. 13, л. 50-52).   ООО «Гелиос» работ по договорам № 11/2005-ПГР от 01.03.2005 г. (  т. 13, л. 53-55),   № 10/2005-ГР от 01.03.2005 г. (  т. 13, л. 56-58).

Все вышеперечисленные документы, оформляющие выполнение работ по указанным договорам (т. 9 стр. 35-170)   подписаны надлежащим, уполномоченным представителем ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» - директором ФИО4, являющимся в прове­ряемый период единоличным исполнительным органом указанных организаций. Наличие полного комплекта надлежащих документов не оспаривается ответчиком и в обжалуемом решении.

Таким образом, ответчиком при проведении проверки не уста­новлена ни противоречивость предоставленных заявителем документов, ни их несоответ­ствие установленным требованиям налогового законодательства. Таким образом расходы налогоплательщика по оплате работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», полностью соответствуют критерию документаль­ной подтвержденности.

  Заключая договоры с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», заявитель преследовал реальную деловую цель - получение экономического эффекта от выполнения работ (ус­луг) указанными контрагентами. Результаты выполненных работ были оформлены надле­жащим образом и переданы заявителю в установленном договорами порядке, что под­тверждается соответствующими актами приема-передачи выполненных работ, реестрами актов-нарядов, актами-заказами, счетами-фактурами подрядчиков, представленными от­ветчику в полном объеме в ходе проверки (т. 9 стр. 35-170).

В п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 (  т 6, л. 96-98)   «Об оцен­ке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» указано, что «  установление судом наличия разумных экономических или иных при­чин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки об­стоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности».

Иными словами, получение налоговой выгоды можно признать необоснованным только при условии, что сделки с контрагентами заключались при отсутствии реальной экономической цели, а именно - без цели приобретения работ, и направлены были исклю­чительно на возникновение права на незаконное получение налоговой выгоды. Только в случае, если ответчик докажет, что в действиях заявителя отсутствует реальная деловая цель, применение вычетов может быть признано судом неправомерным как направленное на получение необоснованной налоговой выгоды.

Вместе с тем, из представленных документов следует, что основной целью заключе­ния сделок с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» являлось получение конкретного ре­зультата - качественное, в полном объеме и в установленные сроки выполнение указанными организациями в соответствии с заданиями налогоплательщика промыслово-геофизических работ и работ по гироинклинометрии скважин. Результаты работ, полу­ченные от указанных контрагентов, впоследствии использовались налогоплательщиком при выполнении обязательств по договорам с Генеральным заказчиком.

Ответчик в решении (  т. 1, л. 106-201)   не опровергает факт выполнения ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» геофизических работ и работ по гироинклинометрии скважин на объектах заявителя, а указывает лишь на отсутствие у данных подрядных организаций ресурсов для выполнения данных работ и на наличие таких ресурсов у заявителя. Утвер­ждая, что заявитель имел возможность выполнять работы для Генерального заказчика са­мостоятельно (стр. 12 - 13 оспариваемого решения),   ответчик фактически делает вывод о нецелесообразно­сти привлечения заявителем ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» в качестве подрядных организаций.

Вместе с тем, такое утверждение ответчика прямо противоречит правовой позиции Конституционного Суда РФ, который в абз. 5 п. 3 Определений от 04.06.2007 г. № 320-О-П (т. 6, л. 103-105)  и  366-О-П (т. 6, л. 99-102)   указал: «  налоговое законодательство не исполь­зует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия веде­ния финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, умень­шающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного ре­зультата».

Таким образом, по смыслу приведенной правовой позиции Конституционного Суда РФ целесообразность, рациональность, эффективность финансово-хозяйственной дея­тельности вправе оценивать лишь налогоплательщик единолично, поскольку осуществля­ет деятельность самостоятельно и на свой риск. По изложенным выше причинам заяви­тель был вправе самостоятельно определять необходимость, целесообразность и эффек­тивность привлечения подрядных организаций для выполнения части работ по договорам, заключенным с Генеральным заказчиком.

В рассматриваемом случае ответчик фактически произвел оценку целесообразности и экономической эффективности расходов заявителя, осуществление которой не входит в компетенцию налоговых органов.

Утверждение ответчика о наличии у заявителя необходимых ресурсов для са­мостоятельного выполнения работ противоречит фактическим обстоятельствам хо­зяйственной деятельности заявителя.

Ответчик в обжалуемом решении утверждает, что заявитель имел необходимое ко­личество машин, оборудования и геофизического оборудования, необходимого для само­стоятельного выполнения работ на объектах генерального заказчика. Однако, ответчик не учитывает и не опровергает факт отсутствия у заявителя специальных геофизических приборов - гироскопических инклинометров ИГН-73-100/80, наличием которых у ООО «ЛГП Сервис» (впоследствии - у ООО «Гелиос») и было обусловлено заключение дого­воров с указанными подрядными организациями. В течение проверяемого периода именно работы по гироинклинометрии скважин составляли основную часть субподрядных работ, поручаемых заявителем ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос».

Предоставленные ответчику в ходе проведения проверки результаты инвентаризации подтверждают отсутствие у заявителя в проверяемом периоде на праве собственности (аренды) гироскопических инклинометров ИГН-73-100/80 (  т. 4 л. 1-72).

Заключение заявителем с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», наряду с договорами на гироинклинометрию скважин, договоров на выполнение промыслово-геофизических работ осуществлялось в целях привлечения к выполнению работ дополнительных геофи­зических партий. Использование таких субподрядных геофизических партий было обу­словлено следующим: во-первых, неравномерным объемом заявок Генерального заказчика на проведе­ние геофизических исследований, при периодическом увеличении которого, имеющегося у заявителя количества геофизических партий было недостаточно для выполнения в срок заказов Генерального заказчика. Указанный факт под­тверждается представленной Справкой о количестве промыслово-геофизических партий действующего фонда за период 2003 - 2005 г.г. от 05.03.2008 г. (т. 4, л. 82),   а также прилагаемыми таблицами с информацией о выручке и физических объе­мах работ заявителя за 2003 - 2005 г.г. (т. 4, л. 83-85),   отражающими неравномер­ность объемов производства заявителя и их изменение в течение года; во-вторых, причинами неэкономического характера, обусловленными специфи­кой производства работ вахтовым методом в полевых условиях Крайнего Севера, когда немаловажную роль в нормальном обеспечении производственного про­цесса играет поддержание дисциплины в трудовом коллективе. Использование геофизических партий сторонней подрядной организации стимулирует надлежа­щее соблюдение трудовой дисциплины работниками предприятия, так как явля­ется альтернативной заменой собственных геофизических партий предприятия и позволяет работодателю даже в случае увольнения работников продолжать вы­полнять заданные объемы производства силами привлеченных организаций.

Заявитель проявил должную степень осмотрительности и осторожности при вы­боре контрагентов, ему не могло быть известно о нарушениях контрагентами нало­гового законодательства.

При заключении вышеуказанных договоров заявитель проявил необходимую и должную степень осмотрительности при выборе контрагентов. До заключения договоров заявителем были затребованы и получены заверенные копии уставов, свидетельств о го­сударственной регистрации и постановке на налоговый учет ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», а также решений о назначении директоров указанных предприятий (  т. 4, л. 91-119).   При заключении договоров с ООО «Гелиос» заявитель также затребовал выписку из ЕГРЮЛ в отношении указанного предприятия, содержание которой свидетельствовало о внесении в ЕГРЮЛ соответствующей записи об ООО «Гелиос», а также подтверждало полномочия ФИО4 как директора (т. 4, л. 120-123).   Указанная выписка в отношении ООО «ЛГП Сервис» заявителем не запрашивалась по причине того, что хозяйственные отношения с данной организацией возникли у налогоплательщика в январе 2002 г., то есть до организации ЕГРЮЛ. При перезаключении договоров в дальнейшем указанная выпис­ка заявителю не требовалась, так как после внесения 15.12.2002 г. записи об ООО «ЛГП Сервис» в ЕГРЮЛ заявителю была предоставлена заверенная ФИО4 копия со­ответствующего Свидетельства (т. 4, л. 101).  Кроме того, ООО «ЛГП Сервис» надлежащим образом выполняло работы на объектах заявителя, оформляло их проведение и результат документами, не содержащими противоречивых сведений, которые могли бы вызвать со­мнение у заявителя.

При этом регулярный характер выполнения ООО «ЛГП Сервис» (впоследствии ООО «Гелиос») работ на объектах заявителя в течение 2002 - 2005 г.г., наличие постоянного полномочного представителя подрядных организаций ФИО5 (указанный факт подтверждается как показаниями самого ФИО5, так и показаниями ФИО6, данными при допросе (т. 50 л. 124-131, 151-158),   предоставление указанными организа­циями специалистов соответствующей квалификации, относительно постоянный персо­нальный состав работников, направляемых ими на вахту, реальное выполнение данными организациями работ на объектах заявителя в течение длительного периода времени (бо­лее 3 лет), а также достижение необходимых заявителю результатов работ не давали по­вода сомневаться в достоверности сведений, указываемых ООО «ЛГП Сервис», ООО «Ге­лиос» в представляемых документах и свидетельствовали о добросовестности выбранных заявителем контрагентов.

В обжалуемом решении ответчиком указано, что полученные от ФИО4 в хо­де проведения проверки объяснения подтверждают, что ФИО4 работал директором ООО «ЛГП Сервис» и впоследствии директором ООО «Гелиос», выполняющих работы для ЗАО «Красноярнефтегеофизика». При этом ФИО4 также подтвердил, что он, являясь директором, подписывал акты выполненных работ и счета-фактуры по выполнен­ным ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» работам (абз. 4 - 5 на стр. 8решения).   Соответст­вующие по содержанию показания также были даны ФИО4 при допросе, прове­денном 11.02.2008 г. (т. 30 л. 89 - 90),  а также при допросе, проведенном 01.08.2008 г. Ар­битражным судом Свердловской области (т. 31, л. 1-14).

Идентичность подписей ФИО4 на всех документах, подтверждающих выполнение работ ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гели­ос» и составляемых в течение длительного времени - с 2002 г. по 2005 г., что для заявите­ля являлось дополнительным аргументом, подтверждающим добросовестность ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» как участников хозяйственных отношений.

Кроме того, представленные ответчиком в материалы дела копии договора банков­ского счета № 5603 от 11.03.2005 г., подтверждающего открытие ООО «Гелиос» расчетно­го счета в ЗАО «Уралприватбанк» (т. 21 л. 107-110),   а также банковской карточки с образца­ми подписей и оттиска печати (т. 21 л. 111)  также содержат подписи ФИО4, иден­тичные его подписям в иных документах.

Утверждение ответчика о том, что в соответствии с имеющейся в ЕГРЮЛ информа­цией учредителем и директором ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» являются иные лица, и ФИО4 не являлся директором указанных предприятий (абз. б на стр. 8, абз. 5 на стр. 9 решения),  противоречит фактическим обстоятельствам, так как основано на информации, содержащейся в ЕГРЮЛ по состоянию на дату проведения проверки,   а не за проверяе­мый период. Указанный довод, в частности, подтверждается имеющимися у заявителя ко­пиями учредительных документов вышеуказанных организаций, а также копией выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Гелиос» по состоянию на 28.02.2005 г. (т. 4, п. 120-123).

Обязательная проверка надлежащего исполнения ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» обязательств по уплате налогов и сборов не входит в перечень действий, свидетельст­вующих о проявлении осторожности и осмотрительности при выборе контрагента. Во-первых, исходя из норм налогового законодательства, у налогоплательщиков отсутствует легальная возмож­ность обращения в налоговые органы для получения информации об исполнении третьи­ми лицами налоговых обязательств перед бюджетом, так как соответствующие нормы, обязывающие налоговые органы сообщать налогоплательщикам сведения различного свойства в отношении их контрагентов, полученные при осуществлении тех или иных мер налогового контроля, в НК РФ отсутствуют.

В силу ст.ст. 32, 82, 87 НК РФ обязанность осуществлять налоговый кон­троль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах возло­жена на налоговые органы.

Нарушение налогоплательщиками обязанности по уплате налогов и сборов является основанием для применения к ним налоговыми органами мер, предусмотренных налого­вым законодательством, но не может служить основанием для отказа в предоставлении предусмотренной нормами налогового законодательства налоговой выгоды добросовест­ному налогоплательщику. Более того, налогоплательщик не обладает публично-правовыми полномочиями, необходимыми для выполнения функций налогового контро­ля, возложенных НК РФ на налоговые органы, в силу чего не может обладать информаци­ей о ненадлежащем исполнении его контрагентами своих налоговых обязательств.

Учитывая изложенное, в данном случае заявитель, проявляя осмотрительность и ос­торожность при ведении хозяйственной деятельности, до заключения договоров мог и должен был проверить правосубъектность контрагентов и их постановку на учет в налого­вом органе. Указанные действия были осуществлены заявителем путем запроса копий учредительных документов, свидетельств о государственной регистрации и постановке на налоговый учет ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», а также документов, подтверждаю­щих полномочия единоличного исполнительного органа указанных организаций. Таким образом, заявителем были предприняты меры должной осмотрительности, то есть необхо­димые, разумные и достаточные меры для того, чтобы предотвратить риск негативных по­следствий хозяйственных отношений с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос».

Вывод ответчика о том, что заявитель и его контрагенты являются аффинлированными лицами, не основан на фактических обстоятельствах.

В обжалуемом решении ответчиком также не приведены доказательства, свидетельствующие о наличии отношений взаимозависимости или аффилированнсти между заявителем и ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», а также то, что заявителю было известно о нарушениях указанными организациями обязанностей по уплате налогов и предоставле­нию бухгалтерской и налоговой отчетности. Тот факт, что ФИО3 на момент заключения и исполнения спорных договоров являлся одним из акционеров заяви­теля, не может свидетельствовать о наличии взаимозависимости или аффилированности между заявителем и ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос».

В соответствии с действующим законодательством под аффилированными лицами понимаются лица, способные оказывать влияние на предпринимательскую деятельность физических и (или) юридических лиц (статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 г. № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»), аффилированными лицами юридического лица являются:

- член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осу­ществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

- лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридиче­ское лицо;

- лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего коли­чества голосов, приходящихся на  голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

- юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжать­ся более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юри­дического лица;

- если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

ФИО3 никогда не являлся ни исполнительным органом, ни учредителем (уча­стником) ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос». Наличие хозяйственных отношений по предоставлению ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» автотранспорта, принадлежащего непосредственно ФИО3 и ЗАО «Технологии ГИС», не является признаком аффилированности указанных лиц. Более того, предоставление данного автотранспорта ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», а также расчеты между указанными организациями и ЗАО «Технологии ГИС» свидетельствуют о фактическом исполнении ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» заключенных договоров, в том числе, силами привлеченных подрядных организаций, что предусмотрено условиями данных договоров.

ФИО3 также не может быть признан аффилированным лицом по отношению к заявителю, так как критерии аффилированное в данном случае отсутствуют. На момент заключения заявителем вышеуказанных договоров с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» ФИО3 являлся лишь одним из 11 акционеров заявителя, при этом ему принадлежало только 4,255 процентов акций ЗАО «Красноярнефтегеофизика», ФИО3 не являлся членом Совета директоров, а также не исполнял обязанности единоличного исполнительного ор­гана заявителя (т. 4 л. 124-145).

В обоснование своих доводов ответчик указывает, что ФИО3 получил от заяви­теля доход в виде дивидендов и заработной платы. Однако сам ответчик при этом ссыла­ется на справку о доходах ФИО3 за 2006 год,   то есть за рамками проверяемого пе­риода и, тем более, относящуюся к периоду значительно более позднему, чем даты заклю­чения заявителем договоров с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос». На момент заключе­ния спорных договоров ФИО3 не являлся работником заявителя, что не оспаривает­ся ответчиком.

Точно так же работником заявителя в проверяемый период не являлся и ФИО7. Выводы ответчика о том, что начальник геофизической партии № 207 000 «Гелиос» Ко­легов СВ. являлся работником заявителя   ошибочны, так как ука­занный работник был принят на работу к заявителю только 14.05.2006 г., то есть значи­тельно позже прекращения отношений заявителя с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос». Указанный факт подтверждается копией трудовой книжки ФИО7. (т. 4, л. 146-149),   представленной ответчику в качестве приложения Дополнений к Возражениям на акт ВНП, однако при вынесении оспариваемого решения ответчиком никакой оценки этому факту дано не было.

Доводы ответчика не свидетельствуют о недобросовестности контрагентов заяви­теля в проверяемом периоде.

Ни в акте выездной налоговой проверки, ни в обжалуемом решении ответчиком не указывается на факты непредставления ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» на­логовой отчетности и/или неуплаты налогов в бюджет.

Вывод ответчика о получении необоснованной налоговой выгоды заявителем основывается исключительно на информа­ции об отсутствии у указанных организаций необходимого количества персонала и мате­риальных ресурсов для выполнения работ, лицензий на проведение работ, а также о по­следующей ненадлежащей процедуре их реорганизации (ликвидации). Однако указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о получении заявителем необоснованной на­логовой выгоды и не свидетельствуют о недобросовестности контрагентов в проверяемом периоде в силу следующих причин.

Отсутствие у подрядчика собственных ресурсов для непосредственного вы­полнения работ не препятствует выполнению указанных работ с использованием привлеченных ресурсов.

Будучи опрошенным, директор ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» ФИО4 подтвердил, что указанные организации выполняли работы для заказчика - ЗАО «Красно­ярнефтегеофизика» (т. 14, л. 128-129).  При этом для выполнения данных работ привлекались специалисты в области геофизики (в частности, ООО «Уральская компания горизонталь­ного бурения» (ООО «УКГБ»), а также арендовались оборудование, приборы и иные не­обходимые ресурсы. Соответствующие по содержанию показания также были даны ФИО4 при допросе, проведенном 01.08.2008 г. Арбитражным судом Свердловской области (т. 31, л. 1 -14).  Кроме того, данные показания ФИО4 подтверждаются ин­формацией, полученной арбитражными судами Свердловской и Самарской области при допросе: ФИО3 (  т. 31 л. 3-14),  ФИО6 (т. 50 л. 151-158),   ФИО5 (т. 50 л. 124-131).

Таким образом, отсутствие непосредственно у ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» собственных основных средств и технических работников не препятствовало выполнению указанными организациями геофизических работ по заключенным с заявителем догово­рам. Так, непосредственно ответчик в обжалуемом решении указывает на использование контрагентами заявителя специального автотранспорта, принадлежащего третьим лицам. Об использовании ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» для выполнения работ арендован­ного оборудования также свидетельствуют выписки банка о движении денежных средств по расчетным счетам указанных организаций, из которых следует, что ООО «ЛГП Сер­вис», ООО «Гелиос» регулярно перечисляли денежные средства за аренду и обслужива­ние оборудования различным третьим лицам.

Ответчик указывает, что денежные средства, поступавшие на расчетный счет ООО «ЛГП Сервис», перечислялись в дальнейшем на счета ЗАО «Технологии ГИС», ООО «УКГБ», ООО «Компания ИНТЭК», ООО «Техностиль», ООО «Технолинк». Однако, ана­лиз банковской выписки по расчетному счету ООО «ЛГП Сервис», истребованной ответ­чиком при проведении проверки, свидетельствует о том, что поступившие денежные средства в значительном объеме перечислялись ООО «ЛГП Сервис» субподрядным орга­низациям, а также организациям, осуществляющим техническое обслуживание инклино­метров ИГН 73-100/80, в том числе ООО «Инжиниринг», ООО «Интер Софт Инжини­ринг». Таким образом, указанная выписка подтверждает: факт наличия у ООО «ЛГП Сервис» специализированных геофи­зических приборов - гироскопических инклинометров ИГН 73-100/80, в ис­следованиях с использованием которых был заинтересован заявитель; факт привлечения ООО «ЛГП Сервис» для исполнения заключен­ных с заявителем договоров принадлежащих третьим лицам трудовых и ма­териальных ресурсов (оборудования, автотранспортных средств); наличие договорных отношений с ЗАО «Технологии ГИС» по пре­доставлению ООО «ЛГП Сервис» автотранспортных средств.

В обоснование своих доводов ответчик также ссылается на п. 2.1.1. договоров на вы­полнение промыслово-геофизических работ, заключенных с ООО «ЛГП Сервис» (№ 05-ПГР-2002 от 28.01.2002 г. (т. 13, л. 29-34),  № 09-ПГР-2004 от 29.01.2003 г. (т. 13, л. 39-42),  № 04/2005-ПГР от 07.01.2005 г. (т. 13, л. 46-49)  и с ООО «Гелиос» (№ 11/2005-ПГР от 01.03.2005 г. (  т. 13, л. 53-55),  в соответствии с которым исполнитель обязан выполнить промыслово-геофизические работы с использованием собственных специалистов и аппаратурно-технических средств, включая каротажные подъемники. Основываясь на приве­денном положении, ответчик делает вывод о том, что подрядчик был обязан иметь и ис­пользовать при исполнении договоров только собственные средства (т.е. принадлежащие ему на праве собственности). Однако ответчик при этом не учитывает действующие нормы гражданского законодательства, регулирующие отношения подряда, а также положе­ния п. 2.2.2. вышеуказанных договоров.

Так, в соответствии с п. 1 ст. 704 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором подряда, работа выполняется иждивением подрядчика - из его материалов, его силами и средствами. В указанной норме выражен традиционный для договора подряда принцип, в силу которого, поскольку иное не предусмотрено договором, подрядные работы выпол­няются из материалов, силами и средствами подрядчика, по терминологии закона, его иж­дивением. Поэтому, если обусловленные в подрядном договоре материалы, силы и сред­ства окажутся в дальнейшем недостаточными, их привлечение входит в обязанности под­рядчика по договору. То есть в данном случае речь идет не об использовании подрядчи­ком собственных (принадлежащих ему исключительно на праве собственности) материа­лов, оборудования, транспортных средств, а об обеспечении подрядчиком наличия необ­ходимых для выполнения работ материалов, оборудования и транспортных средств без содействия (участия) заказчика. Из данного общего правила ст. 713 ГК РФ устанавливает­ся исключение, предусматривающее возможность использования подрядчиком при вы­полнении работ материала заказчика. Подрядчик также может использовать при выполне­нии работ и оборудование заказчика, о чем имеется прямое указание в ст. ст. 714, 716 ГК РФ.

Таким образом, указание в п. 2.1.1. вышеуказанных договоров на использование ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» собственных технических средств, включая каротаж­ные подъемники, не препятствовало привлечению данными подрядными организациями оборудования и автотранспортных средств, принадлежащих третьим лицам. Кроме того, как ст. 706 ГК РФ, так и п. 2.2.2. спорных договоров прямо предусмотрена возможность привлечения подрядчиком к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчи­ков).

При рассмотрении дела ответчик также сослался на отсутствие у заявителя копий до­говоров, заключенных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» с субподрядными организа­циями, ресурсы которых привлекались ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» для выполне­ния работ по договорам, заключенным с заявителем, как на основание признания расходов заявителя необоснованными. Однако такие выводы ответчика противоречат нормам граж­данского законодательства, существу нормальных хозяйственных отношений и обычаям делового оборота.

Как уже было сказано выше, положениями ст. 706 ГК РФ, п. 2.2.2. спорных догово­ров прямо предусмотрена возможность привлечения ООО «ЛГП Сервис», 000 «Гелиос» к исполнению своих обязательств других лиц (субподрядчиков). При этом, учитывая, что, в соответствии со ст. 706 ГК РФ, генеральный подрядчик несет перед заказчиком ответст­венность за последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств суб­подрядчиком, а заказчик и субподрядчик не вправе предъявлять друг другу требования, связанные с нарушением договоров, заключенных каждым из них с генеральным подряд­чиком, заявитель не имел оснований истребовать у ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» договоры, заключенные с третьими лицами на предоставление машин, оборудо­вания, персонала. Более того, наличие таких договоров у заявителя, напротив, могло свидетельствовать о наличии взаимозависимости между заявителем и третьими лицами, так как в обычной хозяйственной практике раскрытие заказчику порядка взаимоотноше­ний между подрядчиком и субподрядчиками не осуществляется.

Фактические обстоятельства подтверждают реальное выполнение контраген­тами заявителя геофизических работ.

Выполнение ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» геофизических работ на объектах заявителя, наличие реальных хозяйственных отношений между заявителем и данными ор­ганизациями подтверждается имеющимися в материалах дела и исследованными ответчи­ком в ходе выездной проверки, а также во время дополнительных мероприятий налогово­го контроля актами приема-передачи работ, реестрами актов-нарядов, актами-нарядами, актами-заказами и выставленными в адрес заявителя счетами-фактурами. Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела непротиворечи­выми показаниями свидетелей, допрошенных арбитражными судами Ханты-Мансийского автономного округа, Свердловской и Самарской области: ФИО4 (т. 31, л. 3 - 14),   ФИО8 (т. 50 л. 112-113) ФИО3 (т. 31 л. 3-14),   ФИО6 (т. 50 л. 151-158),   ФИО5 (т. 50 л. 124-131).

Спорные работы на объектах заявителя выполнялись работниками, направляемыми на вахту от ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», и не состоящими в штате заявителя. Ука­занный факт подтверждается следующими документами: приложением № 1 к договору № 05-ПГР-2002 от 28.01.2002 г. на проведение промыслово-геофизических работ, заключенному между заявителем и ООО «ЛГП Сервис», в   котором указан список работников ООО «ЛГП Сервис» с разбивкой по промыслово-геофизическим партиям т(. 13, л. 31 ); актами-заказами на геофизические исследования, в которых указаны персональные данные (фамилия, инициалы) членов геофизической партии, выпол­нявшей исследования (т. 10, л. 1-138; т. 11, л. 1-80);   списками штатных сотрудников заявителя (т. 50 л. 11-36)  с табельными номерами сотрудников, не соответствующими табельным номерам работников ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», указанным начальниками партий подрядчика в актах-заказах на геофизические исследования; соответствующими справками о табельных номерах работников ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» (т. 50 л. 37-38); выпиской из журнала временной регистрации по месту работы и пребывания ЗАО «Красноярнефтегеофизика», копиями свидетельств о регистрации по мес­ту пребывания, подтверждающими проживание направляемых ООО «ЛГП Сер­вис», ООО «Гелиос» работников в период проведения работ на объектах заяви­теля в общежитиях заявителя в г. Покачи (т. 3, л. 39-59); журналами вводного инструктажа (т. 11, л. 81-96)  и протоколами заседаний ко­миссии по проверке знаний по безопасности труда (т. 11, л. 97-127),   подтвер­ждающими проведение заявителем (в соответствии с п. 2.1.8. договоров на про­ведение промыслово-геофизических работ) журналом вводного инструктажа и проверку знаний вышеуказанных работников подрядных организаций; штатными расписаниями ИТР и рабочих ЗАО «Красноярнефтегеофизика» за 2003 - 2005 г.г. с указанием замещения должностей конкретными работниками ЗАО «Красноярнефтегеофизика», в соответствии с которыми не были замеще­ны работниками ЗАО «Красноярнефтегеофизика»: в 2003 г. должности рабочих в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 207 (т. 33 л. 73-80),  должности инженерно-технических работников в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 120, 121, 207, 220, 221 (т. 33 л. 81-90);в 2004 г. должности рабочих в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 207 (т. 33 л. 91-96),   должности инженерно-технических работников в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 120, 121, 207, 219, 220 (т.33 л.д.97-104); в 2005 г. должности рабочих в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 207 (  т. 33 л. 105-110),   должности инженерно-технических работников в промыслово-геофизических партиях №№ 107, 119, 120, 207, 219, 220 (т. 33 л. 111-117), при этом состав арендных партий ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» по чис­ленности и квалификации работников был обусловлен видом выполняемых ра­бот и спецификой используемого оборудования (современное цифровое оборудование). В состав промыслово-геофизических партий соответствует составу аналогичных партий ЗАО «Красноярнефтегеофизика», выполняющих анало­гичные виды работ; актом об аварии при проведении работ на скважине от 24.09.2005 г. (т. 11, л. т. 128),  в котором зафиксирован факт нарушения ООО «Гелиос» правил проведе­ния работ при выполнении 24.09.2005 г. геофизических исследований на сква­жине 362/52 Покачаевского месторождения. В результате указанной аварии заявителю был причинен ущерб в сумме 40 988,27 руб., подлежащий взыска­нию с ООО «Гелиос», что подтверждается Протоколом технического совеща­ния от 03.10.2005 г. (т. 11, л.д 129).  Сумма причиненного ущерба была возмещена ООО «Гелиос» путем взаимозачета встречных требований сторон по договору № 11/2005-ПГР от 01.03.2005 г. (т. 13, л. 53-55).

Судом отклоняется довод ответчика об отсутствии у ООО «Гелиос» реальной возможности выполнять работы по заключенным договорам и в то же время признает действительный характер вышеуказанного протокола, так как на основании его содержания делает вывод о взаимозависимости заявителя и представителей подрядных организаций. Реальные основания составления дан­ного акта также подтверждаются показаниями ФИО6, данными при до­просе (т. 50 л. 151-158),   в которых ФИО6 пояснил, что протокол был состав­лен факту произошедшей при проведении ООО «Гелиос» работ аварии, на со­вещании были установлены виновные лица, назначено наказание и материаль­ное возмещение ущерба.

Будучи допрошенным Арбитражным судом Свердловской области ФИО5 показал (т. 50 л.124-131),  что работники, направляемые на вахту в ЗАО «Красноярнефтегео­физика» для выполнения промыслово-геофизических исследований и гироинклинометрии скважин являлись работниками ООО «УКГБ». Сам ФИО5 руководил технологи­ей работ и оперативным управлением персонала ООО «УКГБ» в качестве представителя ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос».

Аналогичные показания были даны бывшим начальником ПГЭ заявителя ФИО6 (т. 50л. 151-158),  который подтвердил: факт заключения договоров с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос»; направление работников данных организаций на объекты заявителя; присутствие полномочного представителя ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» ФИО5, в функции которого входил «контроль финансов, исполнение своих обязанностей по договору подряда»; использование ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» собственного автотранспор­та: грузовых автомобилей Урал и ЗИЛ.

Согласно банковской выписки по расчетному счету ООО «ЛГП Сервис» следует, что 14.05.2002 г. ООО «ЛГП Сервис» во исполнение заключенных с заявителем договоров был подписан договор с ООО «УКГБ» № 3 ПГР от 14.05.2002 г.

ООО «УКГБ» было зарегистрировано в г. Екатеринбурге и, выполняя субподрядные работы (направляя работников) на объектах заявителя, в соответствии с требованиями на­логового законодательства должно было осуществить постановку на учет в налоговом ор­гане по фактическому месту выполнения работ (месту нахождения обособленного подраз­деления) в г. Покачи. В соответствии с просьбой ООО «УКГБ» 01.06.2002 г. между заяви­телем и ООО «УКГБ» был заключен договор аренды помещения № 165 (т. 11, л. д36)  на по­мещение по адресу: 628661, <...>, для разме­щения представительства ООО «УКГБ».

25.06.2002 г. ООО «УКГБ» было поставлено на налоговый учет по месту нахождения обособленного подразделения по данному адресу, что подтверждается ответчиком в об­жалуемом решении. Таким образом, ООО «УКГБ» надлежащим образом исполнило обя­занность по постановке на налоговый учет по месту нахождения обособленного подразде­ления, что дополнительно подтверждает исполнение указанной организацией требований налогового законодательства в проверяемый период.

Материалами дела подверждается, что заявитель никогда не имел хозяй­ственных отношений с ООО «УКГБ» (в том числе, в части предоставления персонала), в силу чего постановка ООО «УКГБ» на налоговый учет по месту нахождения обособлен­ного подразделения в г. Покачи дополнительно подтверждает факт выполнения ООО «ЛГП Сервис» на объектах заявителя работ с привлечением субподрядных организаций. Выдача ООО «УКГБ» доверенности работнику заявителя ФИО6 на получение уве­домления о постановке на налоговый учет не свидетельствует о наличии хозяйственных отношений между заявителем и ООО «УКГБ» и/или их аффилированности, так как явля­ется доверенностью на совершение разового технического действия  и не предоставляет ФИО6 никаких иных полномочий. Выдача данной доверенности была обусловлена тем, что полномочный представитель ООО «УКГБ» ФИО5 не находился на по­стоянной основе в г. Покачи и не мог своевременно забрать соответствующее уведомле­ние из налогового органа. Более того, будучи допрошенным Арбитражным судом Самар­ской области, в качестве свидетеля, ФИО6 не смог вспомнить, что данная доверен­ность выдавалась ему от ООО «УКГБ». ФИО6 показал, что ООО «УКГБ» было суб­подрядчиком, а доверенность ему выдавалась от ООО «ЛГП Сервис» для постановки на учет в налоговом органе г. Лангепас юридического лица (т. 50 л. 151-158).

Представленная ответчиком в материалы дела выписка по расчетному счету ООО «УКГБ» за проверяемый период (  т. 50л. 31-64)   подтверждает, что между ООО «УКГБ» и ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» были заключены до­говоры на выполнение работ, по которым ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» оплачивали выполненные ООО «УКГБ» работы; работники, прибывавшие на вахту от ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», в частности: ФИО9, ФИО10., ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО7., ФИО15, ФИО16., ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23 являлись работниками ООО «УКГБ», которым начислялись и выплачивались путем зачисления на лицевой счет (банковскую кар­точку) заработная плата и отпускные.

Кроме того, приведенная ответчиком в решении информация в отношении учредите­ля и директора ООО «УКГБ» ФИО24 не соответствует фактическим обстоятель­ствам. Указанная информация отражает соответствующие сведения по состоянию на дату проведения проверки, а не за проверяемый период. В соответствии с вышеуказанным до­говором аренды № 165 от 01.06.2002 г. (т. 11, л. 136),  а также исходя из содержания дове­ренности № 3 от 20.06.2002 выданной ФИО5, директором ООО «УКГБ» в проверяемый период являлся ФИО25, что могло быть установлено ответчиком при проведении соответствующих мероприятий налогового контроля.

В подтверждение своих доводов о невыполнении ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» спорных работ на объектах заявителя ответчик в решении также ссылается на показа­ния свидетелей - геологов ТПП «Лангепаснефтегаз» ООО «Лукойл-Западная Сибирь» ФИО26 (т. 19, л. 63-65),  ФИО27 (т. 19, л. 79-81)  и техников-технологов заявителя ФИО28 (т. 19, л. 67-69),  ФИО29 (  т. 19, л. 71-73),  ФИО30 (т. 19, л. 83-85),  которые при допросах, проведенных ответчиком в рамках дополнительных меро­приятий налогового контроля, показали, что не обладают информацией о работе ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» на месторождениях ТПП «Лангепаснефтегаз».

Однако приведенные показания свидетелей не опровергают факта выполнения спор­ных работ силами ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» и не противоречат приведенным выше доводам заявителя. Данные показания отражают лишь имеющуюся у указанных лиц информацию об обстоятельствах, известных лично им, в силу занимаемой должности, круга должностных обязанностей и места работы, а также их умозаключения. Закреплен­ные в АПК РФ соответствующие нормы, регламентирующие положения свидетеля, и тре­бования, предъявляемые к свидетельским показаниям, также подтверждают правомер­ность приведенного довода. В соответствии со ст.ст. 56, 88 АПК РФ, свидетель не может давать показания «с чужих слов», так как в этом случае его показания не могут быть при­знаны достоверными. Показания свидетеля должны отражать только информацию, из­вестную свидетелю лично, доступную для его сведения, либо информацию, источник ко­торой он может сообщить, иными словами, информацию, о содержании которой он может говорить с уверенностью.

Работники Генерального заказчика заявителя - ТПП «Лангепаснефтегаз» ООО «Лу­койл-Западная Сибирь» не могли обладать информацией о привлечении заявителем к вы­полнению работ по договорам с ООО «Лукойл-Западная Сибирь» субподрядных органи­заций, так как в обязанности заявителя не входило ни предварительное согласование с Ге­неральным заказчиком возможности привлечения субподрядчиков, ни последующее его уведомление об их привлечении. Форма «Акта-заказа на геофизические исследования» также не предусматривала при ее заполнении указания наименования субподрядной орга­низации, непосредственно выполняющей работы. В данных актах-заказах указывались только фамилии (в ряде случаев - подписи) диспетчера, начальника и членов геофизиче­ской партии, начальника ПГЭ, то есть данные конкретных физических лиц - исполните­лей.

Более того, учитывая ограниченность рынка геофизических исследований в регионе деятельности заявителя, существующую высокую конкуренцию между организациями, выполняющими геофизические работы при разработке месторождений, а также необхо­димость сохранения прямых договорных отношений с Генеральным заказчиком на суще­ствующие объемы работ, привлекая субподрядные организации, заявитель был заинтере­сован в недоступности (конфиденциальности) данной информации для Генерального за­казчика.

В то же время, как было сказано выше, в актах-заказах на геофизические исследова­ния (т.   10, л. 1-138, т. 11, л. 1-80),  выполненные ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», в каче­стве исполнителей указаны физические лица - работники, направленные на вахту ООО «ЛГП Сервис» (ООО «Гелиос») и не являвшиеся работниками заявителя. При этом ука­занные акты подписаны представителями Генерального заказчика (ТПП «Лангепаснефте-газ» ООО «Лукойл-Западная Сибирь»), контролировавшими непосредственное выполне­ние работ, что исключает возможность произвольного указания фамилий конкретных ис­полнителей работ.

Показания техников-технологов заявителя также не могут содержать информацию о привлекаемых заявителем к выполнению работ субподрядных организациях в силу сле­дующих причин: в соответствии с Должностной инструкцией техника-технолога производствен­но-технической службы промыслово-геофизической экспедиции ЗАО «Красноярнефтегеофизика», действовавшей в проверяемый период (т. 11, л. 137-/39),  должностные обязанности техника-технолога по своему содержанию фактиче­ски являются обязанностями диспетчера, оформляющего (заполняющего) уста­новленные бланки документов (заявки на геофизические работы, путевые лис­ты, акты-заказы) и контролирующего организационное обеспечение исполне­ния заявок; при распределении заявок между геофизическими партиями, оформлении до­кументов техник-технолог взаимодействует с начальниками партий, фамилии которых, а также персональный состав остальных членов партии, ежедневно доводятся до техника-технолога начальником экспедиции (его заместителем). Таким образом, техник-технолог обладает достоверной информацией только о конкретных физических лицах - непосредственных исполнителях работ. Ин­формация об организации, работниками которой являются входящие в состав партии физические лица, до техника-технолога в обязательном порядке не до­водится, так как ее предоставление не требуется для оформления документов. На уровне промыслово-геофизической экспедиции указанной информацией в полном объеме в соответствии с должностными обязанностями владеет только начальник экспедиции (его заместители), что подтверждается соответствующей должностной инструкцией (т. 11л. 140-143),  а также пояснительными записками начальника и заместителя начальника промыслово-геофизической экспедиции, заместителя директора по производству (т. 11 л. 144-146); техник-технолог не обладает информацией о кадровом составе работников предприятия, а также о заключаемых субподрядных договорах; фактический режим деятельности геофизической партии субподрядной органи­зации аналогичен деятельности собственных геофизических партий заявителя, что обусловлено спецификой выполнения геофизических работ, оформления документации, а также подчинением работников субподрядчика в процессе их выполнения Правилам внутреннего трудового распорядка заявителя (п. 2.1.8. договоров на проведение промыслово-геофизических работ) и указаниям на­чальника промыслово-геофизической экспедиции заявителя.

Таким образом, в текущем производственном процессе техник-технолог не облада­ет достоверной информацией о субподрядных организациях, выполняющих работы на объектах заявителя. В то же время, долговременный характер договорных отношений зая­вителя с ООО «ЛГП Сервис» (в последующем - ООО «Гелиос»), относительно постоян­ный состав работников, направляемых указанными организациями для выполнения работ, их проживание в период вахты в общежитиях заявителя, прохождение инструктажей по технике безопасности совместно с работниками заявителя, могли создать у лица, не обла­дающего соответствующей информацией, впечатление того, что данные работники явля­ются работниками заявителя.

Однако, как указано выше, физические лица, прибывавшие на вахту от ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», работниками заявителя не являлись, что подтверждается пред­ставленными заявителем справками, а также могло быть установлено налоговым органом в результате направления соответствующих запросов в Пенсионный фонд РФ и Фонд со­циального страхования РФ.

Использование контрагентами заявителя автотранспортных средств, принад­лежащих третьим лицам, дополнительно подтверждает факт выполнения спорных работ.

Как установлено ответчиком в ходе проверки, содержание договоров, заключенных между заявителем и ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», свидетельствует о том, что уже при заключении данных договоров ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» изначально пла­нировали привлекать необходимые для выполнения работ автотранспортные средства у третьих лиц. Наличие хозяйственных отношений по предоставлению ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» автотранспорта, принадлежащего ЗАО «Технологии ГИС» и физическому лицу ФИО3, подтверждаемые банковскими выписками факты денежных расчетов за предоставленный в аренду автотранспорт не могут опровергать и, более того, дополни­тельно подтверждают фактическое исполнение ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» за­ключенных с заявителем договоров. Выполнение обязательств по подрядным договорам с использованием принадлежащих третьим лицам автотранспортных средств не противоре­чит условиям таких договоров и не может изменять налоговых последствий данных сде­лок для заявителя.

При этом факт выполнения геофизических работ на месторождениях ТПП «Ланге-паснефтегаз» с использованием транспортных средств, привлеченных ООО «ЛГП Сер­вис», ООО «Гелиос» для выполнения работ по договорам с заявителем и указанных в та­ких договорах, подтверждается также: заявками заявителя в адрес ТПП «Лангепаснефтегаз» на получение разрешения проезда техники на месторождения (т. 12, л. 1-36),  в которых перечислены марки и государственные номера транспортных средств, занятых при производстве работ на месторождениях, которые совпадают с данными транспортных средств, указан­ными в договорах, заключенных заявителем с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гели­ос»; актами-заказами на геофизические исследования (т. 10 л. 1-138, т. 11 л. 1-80),  в кото­рых указаны данные автотранспортного средства, используемого при выполнении геофизических работ на конкретной скважине. Данные акты подписывались пред­ставителями Генерального заказчика (ТПП «Лангепаснефтегаз» ООО «Лукойл-Западная Сибирь»), контролировавшими непосредственное выполнение работ, ко­торые подтверждали корректность внесенной в акты информации, в том числе в   части указание данных автотранспортного средства; заполняемыми заявителем путевыми листами на автомашины, указан­ные в договорах, заключенных заявителем с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» и в вышеуказанных актах-заказах на геофизические исследования. Содержание данных путевых листов подтверждает направление автомашин, предоставленных ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», для выполнения работ на конкретные сква­жины («кусты»), время работы, пробег автомашины, а также содержит информа­цию о работниках - водителе и начальнике конкретной геофизической партии, не являющихся сотрудниками заявителя (т. 32 л. 1-120, т. 34 л. 49-150, т. 35 - 48 полностью).

Наличие лицензии на выполнение геофизических работ не обусловлено требова­ниями действующего законодательства.

В  качестве одного из доводов, по мнению ответчика, подтверждающих получение заявителем необоснованной налоговой выгоды, в обжалуемом решении указано на отсут­ствие у ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» лицензий на выполнение промыслово-геофизических работ по контролю за разработкой месторождений и работ по гироинклинометрии скважин (стр. 10  решения).  Однако, в соответствии с Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 128-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности», вступившем в силу с 10.02.2002 г, указанные виды деятельности не подлежат лицензированию на территории Российской Федерации.

  Учитывая изложенное, получение ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» лицензий для производства геофизических работ не требовалось, в силу чего у заявителя не было никаких оснований запрашивать информацию о наличии таких лицензии у контр­агентов при заключении с ними соответствующих договоров.

Стоимость работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», является обоснованной и рентабельной для заявителя.

В соответствии с п. 3.2. договоров, заключенных заявителем с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» (т. 13, л. 29-58),  оплата за выполненные работы производится по «Единич­ным нормам времени и расценкам на геофизические исследования в скважинах на место­рождениях ООО «Лукойл-Западная Сибирь»», утвержденных 30.12.1999 г. (т. 50 л. 39-73).  При этом, к указанным расценкам подлежал применению индекс удорожания, утвержден­ный Генеральным заказчиком (т. 50 л. 74-77),  умноженный на коэффициент договорной це­ны 0,70 (установленный заявителем, как позволяющий обеспечивать рентабельность при­влечения подрядной организации).

Как следует из пояснительной записки главного экономиста ФИО31 по порядку определения стоимости работ, выполняемых субподрядчиками (т. 50 л. 3-4),  стои­мость отдельных видов основных и прочих работ определялся не исполнителем работ (ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос»), а планово-экономическим отделом заявителя в со­ставляемом Акте-наряде на основании фактических данных об объемах работ, указанных в   Акте-заказе. При определении стоимости применяются следующие нормативные доку­менты Генерального заказчика (ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь»): Каталог задач промыслово-геофизических исследований в скважинах на место­рождениях ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь», в котором определяются допол­нительные виды работ, без производства которых невозможно осуществить ос­новные виды работ, и которые не указываются при заполнении Актов-заказов;

Единичные нормы времени и расценки на геофизические исследования в скважи­нах на месторождениях ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь» (ЕНВиР-99-Л-ЗС), определяющие стоимость (расценку) для каждого вида геофизических исследо­ваний применительно к установленным единицам измерения: 100 м., операция, км., п/час.

Акты-наряды сначала подписываются Генеральным заказчиком (ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь») и ЗАО «Красноярнефтегеофизика», и только после подписания и при­нятия к оплате выполненного объема работ ООО «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь», формиру­ется реестр Актов-нарядов в отношении объема работ, выполненных субподрядчиком (ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос»), в котором отражается выполненный им объем ра­бот. При этом, цена работ, подлежащая оплате Субподрядчику, рассчитанная в соответст­вии с Актами-нарядами (стоимость работ, подлежащая оплате Заказчиком) уменьшается в соответствии с установленным в договоре с субподрядчиком понижающим коэффициен­том - 0,70. И именно на основании реестра Актов-нарядов на выполненные субподрядчи­ком работы в дальнейшем формируются и подписываются документы по закрытию объе­мов работ: акты выполненных работ, соглашения, счета-фактуры.

Таким образом, закрытие (принятие) заявителем объемов работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», после принятия данных объемов от заявителя Генераль­ным заказчиком исключало возможность необоснованной оплаты заявителем работ, ко­торые в дальнейшем не будут приняты и оплачены Генеральным заказчиком.

При этом применение понижающего коэффициента 0,70 (по сравнению с ценой ра­бот, оплачиваемой заявителю Генеральным заказчиком) при оплате работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», позволяло заявителю не только предоставлять ООО «ЛГП Сервис», ООО«Гелиос» определенные договорами ресурсы (общежитие, ГСМ и т.п.), но и обеспечивать рентабельность работ, выполняемых с привлечением данных под­рядчиков, на уровне 17,03% - 25,57% (т. 4 л. 76-81),  что было выше среднего уровня рента­бельности заявителя.

В свою очередь, предоставление ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» жилья для ра­ботников, ГСМ, дополнительного оборудования (п.п. 2.3.5.-2.3.9. договоров на проведе­ние промыслово-геофизических работ, п. 2.3. договоров на проведение работ по гироинклинометрии скважин) было обусловлено: местоположением г. Покачи и вахтовым методом организации работ (работникам подрядных организаций предоставлялись места в общежитиях заявителя на терри­тории производственной базы в г. Покачи); непосредственной связью указанных затрат заявителя с работами, выполняемыми ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» для заявителя (ГСМ выдавались исключи­тельно на основании путевых листов, подтверждающих работу машин ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» на объектах заявителя); и, как уже сказано выше, учетом указанных затрат заявителя при определении ко­эффициента договорной цены (0,70) и оценке экономической эффективности привлечения подрядных организаций (арендных партий) для выполнения гироинклинометрии скважин, промыслово-геофизических работ. При условии оплаты ука­занных затрат ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» стоимость выполняемых ими работ была бы выше, так как данные затраты непосредственно связаны с выполне­нием работ и производились фактически в интересах заявителя.

В судебном заседании ответчик сослался на невозможность определения стоимости расходов ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», непосредственно связанных с выполнением работ на объектах заявителя, привлечением необходимых ресурсов, и стоимости возна­граждения данных организаций. Данный факт, по мнению ответчика, свидетельствует о том, что расходы заявителя по оплате работ, выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», не подтверждены документально.

Однако, выводы ответчика по данному поводу являются необоснованными в силу следующего.

В соответствии со ст. 709 ГК РФ в договоре подряда указываются цена под­лежащей выполнению работы или способы ее определения. Цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение. При этом гражданское законодательство не содержит норм, обязывающих стороны определять в договоре подряда отдельно сумму издержек подрядчика и сумму его вознаграждения. НК РФ также не содержит соответствующих требований разделения общей стоимости подрядных работ в качестве условия для признания расходов на их оплату для целей нало­гообложения прибыли.

Таким образом, право заявителя учесть в составе расходов суммы, выплаченные подрядчикам в счет оплаты выполненных работ, не зависит от возможности выделения из общей суммы затрат вознаграждения подрядчиков и стоимости работ (услуг) третьих лиц.

  Ненадлежащая процедура реорганизации (ликвидации) подрядных организаций не свидетельствует о нарушении контрагентами заявителя требований налогового законодательства и получении заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В обжалуемом решении ответчик указывает, что ООО «ЛГП Сервис» снято с налого­вого учета в результате реорганизации в форме присоединения к ООО «Контраст» 02.06.2005 г., тогда как работы по заключенным с заявителем договорам были завершены ООО «ЛГП Сервис» в феврале 2005 г., то есть более чем за 3 месяца до процедуры его ре­организации.

Аналогичным образом, ООО «Гелиос» было реорганизовано путем присоединения к ООО «Икар» и снято с налогового учета только 12.02.2007, то есть более чем через год после окончания проверяемого периода.

При этом ни в отношении ООО «ЛГП Сервис», ни в отношении ООО «Гелиос» от­ветчиком на дату вынесения решения не установлен факт неуплаты налогов в бюджет в проверяемом периоде, а также факт непредставления бухгалтерской и налоговой отчет­ности в налоговые органы. Более того, согласно установленным ответчиком данным, ООО «Гелиос» представило последнюю отчетность за 2 квартал 2006 г.

Согласно п. 3 ст. 101 НК РФ «в решении о привлечении налогоплательщика к от­ветственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного налогоплательщиком налогового правонарушения, как они установлены проведенной проверкой, документы и иные сведения, которые подтверждают указанные обстоятельства, доводы, приводимые налогоплательщиком в свою защиту, и результа­ты проверки этих доводов».

Содержание этой нормы НК РФ было раскрыто в Постановлении КС РФ от 14.07.2005 г. № 9-П, где указано: «Как следует из статей 31, 82-101 Налогового кодекса Российской Федерации, обнаружение и выявлении налогового правонарушения происходит в рамках налогового контроля и фиксируется при оформлении результатов налоговых проверок.

По смыслу статьи 100 НК РФ, акт выездной налоговой проверки, в ходе кото­рой обнаружено налоговое правонарушение, являясь итоговым   актом налогового кон­троля, в то же время - поскольку в нем обосновывается факт правонарушения и наличие в деянии лица признаков состава правонарушения, указывается норма налогового законо­дательства, определяющая конкретный вид налогового правонарушения, диспозицию правонарушающего деяния и соответствующую санкцию, - выступает и в качестве пра­воприменительного акта, которым, по существу, возбуждается преследование за совер­шение налогового правонарушения, т.е. начинается процесс привлечения к ответствен­ности за совершение налогового правонарушения».

Таким образом, из приведенного Постановления Конституционного суда Российской Федерации следует, что все выявленные обстоятельства, служащие основанием для возникновения неблагоприятных для налого­плательщика налоговых последствий, должны быть отражены уже в акте выездной нало­говой проверки. На стадии принятия налоговым органом решения допустимо уточнение обстоятельств, связанных с обнаруженными правонарушениями.

Учитывая, что ни на дату составления акта выездной налоговой проверки, ни при вынесении оспариваемого решения ответчик не обладал информацией о ненадлежащем исполнении налоговых обязательств контрагентами заявителя, указанный факт не нашел отражения в решении ответчика, то остается неясным, на основании каких доказательств ответчиком был сделан вывод о получении заявителем необоснованной налоговой выво­ды.

Кроме того, в соответствии с п. 11 ст. 89 НК РФ выездная налоговая проверка, «  осу­ществляемая в связи с реорганизацией или ликвидацией организации-налогоплательщика, может проводиться независимо от времени проведения и предмета предыдущей провер­ки. При этом проверяется период, не превышающий трех календарных лет, предшест­вующих году, в котором вынесено решение о проведении проверки».

Согласно положениям раздела 1 Методических указаний для налоговых органов по вопросам единообразия процедуры снятия с учета и постановки на учет в налоговых орга­нах российских организаций в связи с реорганизацией, «  структурное подразделение на­логового органа, отвечающее за регистрацию и учет налогоплательщиков, не позднее ра­бочего дня, следующего за днем получения от организации сообщения о реорганизации в обязательном порядке направляет в соответствующие отделы данного налогового органа (отдел камеральных проверок, отдел выездных налоговых проверок, отдел уре­гулирования задолженности, отдел учета и отчетности и, при необходимости, в иные   заинтересованные отделы) служебную записку с указанием сведений о дате принятия организацией решения о реорганизации, для принятия ими решения о про­ведении контрольных мероприятий в отношении реорганизуемой организации».  При этом «  налоговый орган по месту нахождения реорганизуемого юридического лица обязан провести сверку расчетов налогоплательщика с бюджетом и внебюджетными фондами в соответствии с порядком, утвержденным Приказом МНС России от 10.08.2004 N САЭ-3-27/468 «Об утверждении Регламента организации работы с налогоплательщика­ми»».

Таким образом, снятие ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» с учета в связи с их при­соединением к другим организациям свидетельствует об отсутствии у налоговых органов требований к ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» по уплате обязательных платежей в бюджет, в том числе, за проверяемый период. Нало­гоплательщик осуществлял оплату выполненных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» ра­бот путем перечисления денежных средств на расчетные счета указанных организаций, в силу чего информация о размере выручки ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» была дос­тупной налоговым органам, в которых данные организации состояли на учете до момента реорганизации. Следовательно, указанная информация не могла не учитываться при опре­делении налоговых обязательств ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», в том числе, при проведении в отношении них контрольных мероприятий в процессе реорганизации.

Нарушение требований законодательства о налогах и сборах юридическими лицами, к которым были присоединены ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» в процессе реорга­низации, осуществленной за пределами проверяемого периода и периода хозяйственных отношений с заявителем, не свидетельствует о наличии таких нарушений в деятельности непосредственно ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» и не может являться обстоятельст­вом, свидетельствующим о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды.

  Нарушение контрагентом налогоплательщика требований налогового законода­тельства не является основанием возложения на налогоплательщика неблагоприят­ных налоговых последствий.

По смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 НК РФ, в сфере налоговых отноше­ний действует принцип презумпции добросовестности налогоплательщиков, согласно которому налогоплательщик не может нести ответственность за действия всех контраген­тов, участвующих в многостадийном процессе уплаты налогов в бюджет. Правопримени­тельные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Таким образом, действующее налоговое законодательство не связывает право на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль на расходы, понесенные в связи с оп­латой налогоплательщиком стоимости товаров (работ, услуг) контрагенту, с тем надле­жащим или ненадлежащим образом исполняет свои налоговые обязанности, в том числе, по представлению бухгалтерской и налоговой отчетности, данный контрагент. Вследствие чего, на заявителя не могут быть возложены неблагоприятные налоговые последствия не­правомерных действий третьих лиц. Нарушение контрагентами заявителя своих налого­вых обязательств может свидетельствовать о недобросовестности указанных компаний, но при этом само по себе не является подтверждением недобросовестности заявителя.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 судеб­ная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности на­логоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получе­ние налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

При этом в п. 10 указанного Постановления Пленума ВАС РФ определено, что факт нарушения третьим лицом своих налоговых обязательств сам по себе не является доказа­тельством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. В этом случае налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщику было известно о нарушениях, допущенных треть­ими лицами, или могло быть известно о таких нарушениях в силу отношений взаимозави­симости или аффилированности налогоплательщика с третьими лицами или что налого­плательщик (его взаимозависимые или аффилированные лица) совершает связанные с на­логовой выгодой иные операции исключительно с лицами, не исполняющими свои нало­говые обязательства.

Как было указано выше, ответчиком не установлено отношений взаимозависимости или аффилированности между заявителем и ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос». Приве­денные ответчиком отдельные факты не относятся к критериям, подтверждающим нали­чие отношений взаимозависимости (аффилированности) и не свидетельствуют о наличии таких отношений. Кроме того, ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» в проверяемом пе­риоде не являлись единственными подрядными организациями, привлекаемыми налого­плательщиком для выполнения работ по договорам, заключенным с Генеральным заказ­чиком. Кроме указанных контрагентов налогоплательщиком были заключены договоры на выполнение геофизических работ с ООО «Тюменьпромгеофизика», ООО «Геоформ», ООО «Ингео», ОАО НПП «ВНИИГИС» и другими подрядными организациями.

Ответчиком также не приведено никаких доказательств, свидетельствующих о том, что заявитель каким-либо образом влиял либо мог повлиять на распоряжение ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» полученными денежными средствами, а также то, что часть дан­ных денежных средств была впоследствии получена заявителем или находилась под его контролем. Кроме того, необходимо отметить, что дальнейшее распоряжение ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» денежными средствами, полученными от заявителя в оплату вы­полненных работ, учитывая закрепленную законодательством самостоятельность хозяйст­вующих субъектов, не находится в сфере контроля заявителя.

Таким образом, поскольку в настоящем деле подтверждается реальность выполнения ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» работ на объектах заявителя, заявитель не участво­вал в согласованных с подрядчиками действиях, направленных на неуплату налогов в бюджет, заявитель не может быть лишен права учесть в составе расходов суммы, упла­ченные ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» за выполненные работы.

При установлении факта получения необоснованной налоговой выгоды, налого­вый орган должен установить лицо, являющееся фактическим получателем такой необоснованной выгоды.

В отсутствие четких правил, разграничивающих законную налоговую оптимизацию и уклонение от уплаты налогов, арбитражные суды в РФ широко применяют судебные доктрины, известные в мировой практике. В частности, Постановление ВАС РФ № 53 по­строено на использование при разрешении налоговых споров доктрины «деловой цели». Тесно взаимосвязанной с доктриной «деловой цели» является доктрина «фактического собственника». Суть данной доктрины состоит в том, что при  выявлении схемы ухода от налогов к налоговой ответственности привлекается то лицо, которое спланировало, организовало и фактически управляло товарно-финансовыми потоками,    реализацией товаров, т.е. фактический (истинный) собственник товаров (работ, услуг), который в ко­нечном итоге и получал всю экономическую выгоду от операций, совершаемых подкон­трольными ему фирмами.

Иными словами, несмотря на то, что по документам в товарно-денежных операциях могут участвовать множество компаний или фигурировать одни лица, к налоговой ответ­ственности привлекается лицо - организатор схемы взаимодействий, непосредственно по­лучавший выгоду от совершенных сделок. 

В то же время в ходе проведения проверки ответчик в рамках своей компетенции не принял никаких мер, направленных на установление и привлечение к ответственности фактического получателя необоснованной налоговой выгоды, то есть лица, реально полу­чившего выгоду в виде неуплаты в бюджет налогов с сумм, полученных от заявителя за выполненные ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» работы. Более того, как было сказано выше, ответчик даже не установил как таковой факт получения кем-либо из участников спорных отношений необоснованной налоговой выгоды. Вместо этого ответчик, на осно­вании выявления ряда фактов, свидетельствующих о нарушении процедуры реорганиза­ции (ликвидации) контрагентов заявителя, без достаточных на то оснований, возложил все неблагоприятные последствия допущенных контрагентами вышеуказанных нарушений на заявителя, не утруждая себя реализацией полномочий по осуществлению налогового кон­троля, в то время как заявитель узнал о выявленных фактах нарушений в деятельности ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» только в 2008 г. при получении акта выездной нало­говой проверки.

Вместо установления фактического получателя необоснованной налоговой выгоды, ответчиком применен формальный подход, который привел к тому, что заявитель, опла­тивший выполненные работы, а также предъявленные суммы НДС своим контрагентам, лишен права на учет указанных сумм в составе расходов, а также права на вычет НДС, в то время как фактическим получателем налоговой выгоды (в случае установления указан­ного факта) является лицо, выполнявшее функции фактического руководителя или являв­шееся фактическим собственником предприятий - контрагентов в рассматриваемый пери­од.

Кроме того, при снятии с учета ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» налоговые ор­ганы имели законодательно установленную возможность проведения выездной налоговой проверки в отношении данных предприятий на основании положений ст. 89 НК РФ, в рамках проведения которой могли быть выявлены факты нарушения указанными органи­зациями налогового законодательства. Однако налоговые органы данным правом не вос­пользовались. В свою очередь, ответчик, игнорируя показания ФИО4, свидетель­ствующие об учреждении ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» одним и тем же лицом - ФИО32, не предпринял никаких мер, направленных на установление местона­хождения и допрос ФИО32, показания которого могли иметь важное значение при принятии решения о привлечении заявителя к ответственности.

В настоящее время ответчик пытается возложить ответственность за действия треть­их лиц на добросовестного налогоплательщика, которым является заявитель, что противо­речит как нормам действующего налогового законодательства, так и сложившейся право­применительной практике по данной категории дел.

Таким образом, выводы налогового органа о получении налогоплательщиком необосно­ванной налоговой выгоды сделаны по неполно исследованным обстоятельствам дела и противоречат как нормам действующего законодательства, так и правовой позиции КС РФ, ВАС РФ. В силу чего исключение из состава расходов затрат налогоплательщика по оплате выполненных ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» работ и соответствующее до­начисление налога на прибыль, а также пени и штрафов на сумму недоимки являются не­правомерными.

Неправомерное включение в состав налоговых вычетов сумм НДС по контр­агентам ООО «ЛГП Сервис» за 2003 - 2005 г.г., ООО «Гелиос» за 2005 г. (п. 2.1.1. ре­шения).

Налоговый орган считает, что заявитель неправомерно предъявил к вычету НДС, уплачен­ный ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» в 2003 - 2005 г.г., а именно: в 2003 году по контрагенту ООО «ЛГП Сервис» в сумме 3 678 045,62 руб. (п. 2.10.1.1. на стр. 115-118 акта, стр. 39 решения); в 2004 году по контрагенту ООО «ЛГП Сервис» в сумме 3 215 848,50 руб. (п. 2.10.2.1. на стр. 121-125 акта, стр. 39 решения); в 2005 году по контрагенту ООО «ЛГП Сервис» в сумме 7 097 461,44   руб., по контрагенту ООО «Гелиос» в сумме 2 657 314,81 руб. (п. 2.10.3.1. на стр. 129-134 акта, стр. 39 решения).

Основанием доначисления налога на добавленную стоимость послужили следующие обстоятельства: счета-фактуры, подписанные неуполномоченным лицом, в соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению; совокупность выявленных в ходе налоговой проверки обстоятельств о деятель­ности контрагентов заявителя свидетельствует о получении заявителем необос­нованной налоговой выгоды в виде получения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость; заявитель действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных его контрагентами. 

В  соответствии с п. 1 ст. 171 НК РФ плательщик НДС имеет право уменьшить об­щую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные на­логовые вычеты. В соответствии со ст. 171 и 172 НК РФ для применения налогового вы­чета налогоплательщик должен соблюсти следующие условия: приобрести товары (работы, услуги) в целях осуществления операций, являющихся объектом обложения НДС; принять приобретенные товары (работы, услуги) на учет; оплатить приобретенные товары (работы, услуги); иметь счета-фактуры, выставленные налогоплательщику поставщиками, оформ­ленные в соответствии с требованиями ст. 169 НК РФ.

Требования к составлению счетов-фактур, изложенные в п.п. 5 и 6 ст. 169 НК РФ предусматривают обязательное наличие в счете-фактуре необходимых сведений о про­давце, покупателе и товаре (работе, услуге), а так же его подписание уполномоченным лицом. Ответчиком не указывается на наличие несоответствий счетов-фактур, выставлен­ных ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», требованиям, установленным в п.п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, за исключением факта подписания указанных счетов-фактур неуполномоченным лицом. .   Однако, вывод ответчика о несоответствии выставленных ООО «ЛГП Сервис», ООО  «Гелиос» счетов-фактур требованиям п. 6 ст. 169 НК РФ по причине их подписания неуполномоченным лицом не соответствует фактическим обстоятельствам, так как все счета-фактуры от имени вышеуказанных организаций подписаны ФИО4, зани­мавшим должность директора ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос».

Как указано в п. 2.2. настоящего заявления заявителем при заключении договоров с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос» были проверены правоспособность указанных орга­низаций, а также полномочия ФИО4 на подписание первичных документов от их имени. Указанные полномочия ФИО4 подтверждаются как имеющимися в мате­риалах дела решениями учредителя о назначении ФИО4 директором ООО «ЛГП Сервис» (  т. 4, л. 91), ООО «Гелиос» (т. 4, л. 102),   выпиской из ЕГРЮЛ по ООО «Гелиос» от 28.02.2005 г. (т. 4, л. 120-123),   так и показаниями самого ФИО4 (т. 14, л. 128-129),  на которые ссылается ответчик в обжалуемом решении (  стр. 37решения).   Кроме того, ФИО4 в своих объяснениях показал, что он фактически занимал должность директора ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос» и, в рамках исполнения своих обязанностей, подписывал документы по выполненным работам, в том числе, спорные счета-фактуры. Аналогичные показания даны ФИО4 при допросе, проведенном Арбитражным судом Сверд­ловской области на основании судебного поручения (т. 31, л. 3 - 14).

  Ответчиком не доказан факт нарушения контрагентами заявителя налоговых обя­зательств, а также факт получения заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Буквальное толкование приведенных выше положений ст. 171, 172 НК РФ позво­ляет сделать вывод о том, что право налогоплательщика на применение вычета по НДС не связано с фактом уплаты (перечисления) соответствующей суммы налога в бюджет его поставщиками.

Недобросовестность поставщиков налогоплательщика (если таковая устанавлива­ется в ходе проведения встречных проверок) не может служить основанием для возложе­ния на налогоплательщика дополнительной обязанности по уплате НДС уже уплаченного поставщикам товаров (работ, услуг), так как в данном случае будут нарушены конститу­ционные гарантии частной собственности за счет повторного взыскания НДС с налого­плательщика.

Необходимо также отметить, что действующее налоговое законодательство не свя­зывает право на уменьшение налоговой базы по налогу на прибыль на расходы, а также применение налоговых вычетов по НДС, основанных на оплате налогоплательщиком товаров  (работ, услуг) контрагенту, с тем надлежащим или ненадлежащим образом исполня­ет свои налоговые обязанности контрагент. Президиум ВАС РФ в Постановлении от 20.11.2007 г. № 9893/07 (  т. 7, л. т. 44-46),  отметил, что «нарушение контрагентом налогопла­тельщика своих налоговых обязанностей само по себе не является доказательством по­лучения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Для признания за нало­гоплательщиком права на вычет требуется подтверждение факта совершения реальных хозяйственных операций».  В данном случае заявителем подтверждена реальность совер­шения хозяйственных операций, соответствующие доводы и доказательства приведены в п.п. 2, 3 раздела I настоящего заявления.

Иные доводы и доказательства, на основании которых заявитель выражает свое не­согласие с выводами ответчика о неправомерном предъявлении к вычету НДС по сделкам с ООО «ЛГП Сервис» и ООО «Гелиос», идентичны доводам и доказательствам заявителя, в полном объеме изложенным в разделе I настоящего заявления в отношении выводов от­ветчика о неправомерном уменьшении заявителем налоговой базы по налогу на прибыль на суммы, уплаченные указанным организациям. 

Учитывая изложенное, суд считает, что ответчиком необоснованно доначислен налог на добавленную стоимость по сделкам с ООО «ЛГП Сервис», ООО «Гелиос», а также доначисление соответствующих пени и штрафов, как несоответствующие ст.ст. 169, 171, 172 Кодекса.

В ходе проведения выездной налоговой проверки установлено, что один из учредителей Общества (ФИО33) продал ЗАО "Красноярнефтегеофизика" ценные бумаги (акции обыкновенные именные) в количестве 6 штук на общую сумму 2 500 000 руб., в том числе:- на основании договора купли-продажи ценных бумаг № 1 от 20 февраля 2002 года ценные бумаги по цене 417 000 руб. за штуку на общую сумму 1 668 000 руб.; - на основании договора купли-продажи ценных бумаг № 2 от 20 февраля 2002 года 2 ценные бумаги по цене 416 000 руб. за штуку на общую сумму 832 000 руб. В феврале 2003 года Общество реализует вышеуказанные ценные бумаги акционерам ЗАО "Красноярнефтегеофизика": ФИО34 по договору купли-продажи ценных бумаг № 1 от 17 февраля 2003 года 0,766 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 2 895,6 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 59 от 12.11.03; ФИО35 по договору купли-продажи ценных бумаг № 2 от 17 февраля 2003 года 0,766 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 2 895,6 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 60 от 12.11.03; ФИО36 по договору купли-продажи ценных бумаг № 3 от 17 февраля 2003 года 0,766 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 2 895,6 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 61 от 12.11.03; -ФИО37 по договору купли-продажи ценных бумаг № 4 от 17^ревраля 2003 года 0,766 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 2 895,6 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 63 от 12.11.03; «ФИО38 по договору купли-продажи ценных бумаг № 5 от 17 февраля 2003 года 0,703 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 2 657,1 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 64 от 12.11.03; ФИО39 по договору купли-продажи ценных бумаг № 6 от 17 февраля 2003 года 0,383 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 1 447,8 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 65 от 12.11.03; ФИО40 по договору купли-продажи ценных бумаг № 7 от 17 февраля 2003 года 0,383 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 1 447,8 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 66 от 12.11.03; - ФИО41 по договору купли-продажи ценных бумаг № 8 от 17февраля 2003 года 0,319 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 1 205,7 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 67 от 12.11.03; ФИО42 по договору купли-продажи ценных бумаг № 9 от 17 февраля 2003 года 0,319 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 1 205,7 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 68 от 12.11.03: ФИО43 по договору купли-продажи ценных бумаг № 10 от 17февраля 2003 года 0,319 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 1 205,7 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается
 приходным кассовым ордером № 69 от 12.11.03; ФИО44 по договору купли-продажи ценных бумаг № 11 от 17 февраля 2003 года 0,255 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 963,9 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 70 от 12.11.03; ФИО3 по договору купли-продажи ценных бумаг № 12 от 17 февраля 2003 года 0,255 штук по цене 3 780,2 руб. за штуку на общую сумму 963,9 руб., оплата за ценные бумаги произведена наличными денежными средствами, что подтверждается приходным кассовым ордером № 71 от 12.11.03.

В соответствии со ст. 53 Налогового кодекса Российской Федерации налоговая база, представляет собой стоимостную характеристику объекта налогообложения.

Согласно п. 1 ст. 274 Налогового кодекса Российской Федерации налоговой базой "признается денежное выражение прибыли, полученной налогоплательщиком и подлежащей налогообложению.

Для российских организаций согласно п. 1 ст. 247 Налогового кодекса Российской Федерации прибылью являются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п.п. 1,2 ст. 249 Налогового кодекса Российской Федерации доходом от реализации признается выручка от реализации товаров (работ, услуг), выручка от реализации имущественных прав, которая определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной форме.

Отдельными положениями главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации предусматриваются особенности определения доходов от реализации, полученных в связи с особыми обстоятельствами, к которым относятся, в частности, особенности определения налоговой базы по операциям с ценными бумагами, установленные статьей 280 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, налоговая база по налогу на прибыль организаций формируется налогоплательщиком с учетом всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права. Особенности определения налогоплательщиком налоговой базы по операциям с ценными бумагами, обращающимися и не обращающимися на организованном рынке ценных бумаг, заключаются в признании для целей налогового учета выручки от продажи ценных бумаг, исходя из фактической цены их реализации, либо в корректировке налоговой базы. Такая корректировка, влекущая для целей налогообложения учет стоимостной характеристики объекта налогообложения, отличный от размера выручки, фактически полученной налогоплательщиком в соответствии с условиями договора, допустима, если имеется соответствующая норма закона.

В пункте 6 статьи 280 Налогового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 29.05.2002 № 57-ФЗ) указаны условия, при которых для целей налогообложения принимается фактическая цена реализации ценных бумаг, не признаваемых обращающимися на организованном рынке ценных бумаг.

Так, согласно п. 6 ст. 280 Налогового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 29.05.2002 №57-ФЗ) в отношении ценных бумаг, не обращающихся на организованном рынке ценных бумаг, для целей налогообложения принимается фактическая цена реализации или иного выбытия данных ценных бумаг при выполнении хотя бы одного из следующих условий: 1) если фактическая цена соответствующей сделки находится в интервале цен по аналогичной (идентичной, однородной) ценной бумаге, зарегистрированной организатором торговли на рынке ценных бумаг на дату совершения сделки или на дату ближайших торгов, состоявшихся до дня совершения соответствующей сделки, если торги по этим ценным бумагам проводились у организатора торговли хотя бы один раз в течение последних 12 месяцев;

2) если отклонение фактической цены соответствующей сделки находится в пределах 20 процентов в сторону повышения или понижения от средневзвешенной цены аналогичной (идентичной, однородной) ценной бумаги, рассчитанной организатором торговли на рынке ценных бумаг в соответствии с установленными им правилами по итогам торгов на дату заключения такой сделки или на дату ближайших торгов, состоявшихся до дня совершения соответствующей сделки, если торги по этим ценным бумагам проводились у организатора торговли хотя бы один раз в течение последних 12 месяцев.

В ходе проведения выездной налоговой проверки были сделаны запросы основным организаторам торговли на рынке ценных бумаг о предоставлении информации о результатах торгов по аналогичным (идентичным, однородным) ценным бумагам за предшествующие 12 месяцев по состоянию на 17.02.2003:

1. Открытое акционерное общество "Фондовая биржа "Российская торговая система" (исх. 10-13/17501 от 19.09.2007). Согласно представленного ответа (вх. 13772 от 04.10.2007), акции Закрытых акционерных обществ не входят в список ценных бумаг, допущенных к торгам на ОАО "Фондовая биржа "Российская торговая система" Приложение № 42 к Акту выездной налоговой проверки.

2. Закрытое акционерное общество "Московская межбанковская валютная биржа" (исх. 10-13/17500 от 19.09.2007). Согласно представленного ответа (вх. 14009 от 09.10.2007) указанными в запросе акциями в ЗАО ММВБ торги не производятся Приложение № 43 к Акту выездной налоговой проверки.

3. Закрытое акционерное общество "Санкт-Петербургская валютная биржа" по сделкам с ценными бумагами (исх. 10-13/17502 от 19.09.2007). Согласно представленного ответа, за указанный период именные бездокументарные акции предприятий, осуществляющих виды деятельности по оказанию промыслово-геофизических услуг, на Санкт-Петербургской валютной бирже не обращались, рыночные стоимости указанных ценных бумаг, а также аналогичных (идентичных, однородных) ценных бумаг, не устанавливались

Закрытое акционерное общество "Сибирская межбанковская валютная биржа" по сделкам с ценными бумагами (исх. 10-13/17499 от 19.09.2007). Согласно представленного ответа, за указанный период акции предприятий по оказанию промыслово-физических услуг, а также аналогичные (идентичные, однородные) ценные бумаги в Горговой системе Закрытого акционерного общества "Сибирская межбанковская валютная биржа" не обращались Приложение № 45 к Акту выездной налоговой проверки.

Из представленных ответов основных организаторов торговли на рынке ценных бумаг, следует, что информация о результатах торгов по аналогичным ценным бумагам отсутствует.

С учетом вышеизложенного к ЗАО "Красноярнефтегеофизика" применяется часть вторая п. 6 ст. 280 Налогового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 29.05.2002 № 57-ФЗ), в которой содержатся правила и условия, при которых к учету принимается фактическая цена реализации ценных бумаг, порядок определения расчетной цены ценных бумаг и положения, имеющие значение для корректировки налоговой базы: для целей налогообложения принимается фактическая цена сделки, если указанная цена отличается не более чем на 20 процентов от расчетной цены этой ценной бумаги, которая может быть определена на дату заключения сделки с ценной бумагой с учетом конкретных условий заключенной сделки, особенностей обращения и цены ценной бумаги и иных показателей, информация о которых может служить основанием для такого расчета. В частности, для определения расчетной цены акции может быть использована стоимость чистых активов эмитента, приходящаяся на соответствующую акцию.

Пункт 6 статьи 280 Налогового кодекса Российской Федерации, в отличие от иных положений этой статьи, не предусмотрел наступления последствий для случаев, когда для определения налоговой базы не может быть принята фактическая цена реализации ценных бумаг. Отсутствует в нем и категорическое предписание налогоплательщику об обязательном расчете дохода, основанном исключительно на цене акций, определяемой применительно к стоимости чистых активов эмитентов. Указанный способ применяется наряду с иными правилами определения расчетной цены, обозначенными в этой норме.

Расчетная цена определяется в целях ее сравнения с фактической ценой продажи и необходима для вывода о допустимости принятия для исчисления налоговой базы цены, по которой акции фактически проданы налогоплательщиком, либо о необходимости ее корректировки.

В части второй пункта 6 статьи 280 Налогового кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 29.05.2002 № 57-ФЗ) метод чистых активов, приходящихся на соответствующую акцию, назван частным случаем расчета цены, но единственно определенным, поскольку основан на нормативном правовом акте. Иные названные в нем показатели, влияющие на расчетную цену, такой определенности лишены, поэтому они могут лишь влиять на расчетную цену, исчисленную указанным способом, что нуждается в подтверждении доказательствами. Эти показатели, источниками которых могут служить договоры об отчуждении ценных бумаг с данными о дате, цене и условиях сделки, информация о номинальной стоимости ценных бумаг и цене, по которой они ранее отчуждались, могут иметь значение и непосредственно учитываться при расчете рыночной цены, помимо данных эмитента акций о величине чистых активов и о количестве выпущенных акций.

При недостаточности оснований для корректировки фактической цены реализации ценной бумаги и - как следствие - налоговой базы по этой операции по правилам, установленным в п. 6 ст. 280 Налогового кодекса Российской Федерации, допустимо осуществить ее на основе условных методов расчета цены, установленных статьей 40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 14 статьи 40 Налогового кодекса Российской Федерации положения, предусмотренные пунктами 3 и 10 этой статьи, применяются при определении рыночных цен ценных бумаг с учетом особенностей, изложенных в главе 25 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации признает рыночной ценой товара цену, сложившуюся при взаимодействии спроса и предложения на рынке идентичных при их отсутствии - однородных) товаров в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях.

Согласно п. 10 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации в случае отсутствия на соответствующем рынке сделок с идентичными (однородными) товарами или из-за отсутствия предложений на этом рынке товаров, либо при невозможности определения соответствующих цен ввиду отсутствия или недоступности информационных источников, рыночная цена определяется на основе метода цены последующей реализации или затратного метода.

Метод цены последующей реализации не может быть применен в данном случае, поскольку в ходе выездной налоговой проверки не установлена информация о том, каким образом покупатели акций распорядились ими в дальнейшем. При невозможности использования названного метода используется затратный метод, когда рыночная цена товаров, реализуемых продавцом, определяется как сумма произведенных затрат и обычной для данной сферы деятельности прибыли.

В ходе проверки установлено, что акции ЗАО "Красноярнефтегеофизика" приобрело: на основании договора купли-продажи ценных бумаг № 1 от 20 февраля 2002 года 4 ценные бумаги по цене 417 000 руб. за штуку на общую сумму 1 668 000 руб.; на основании договора купли-продажи ценных бумаг № 2 от 20 февраля 2002 года 2 ценные бумаги по цене 416 000 руб. за штуку на общую сумму 832 000 руб.

Таким образом, затраты ЗАО "Красноярнефтегеофизика" по вышеуказанным договорам на Приобретение одной акции составили в среднем 416-417 тыс. руб.

Согласно п. 6 ст. 274 Налогового кодекса Российской Федерации рыночные цены определяются в порядке, аналогичном порядку определения рыночных цен, установленному п. 3, п. 4-11 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации, на момент реализации или совершения внереализационных операций.

Величина чистых активов определяется в соответствии с Порядком оценки стоимости чистых активов акционерных обществ, утвержденным Приказом Министерства финансов Российской Федерации и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 05.08.1996 N 71/149, как разность между денежным и неденежным имуществом организации (активы) и ее обязательствами (пассивы). Согласно данному методу расчетная цена акции рассчитывается как частное от деления стоимости чистых активов эмитента на количество акций, размещенных на момент определения расчетной цены.

В ходе выездной налоговой проверки произведен расчет чистых активов ЗАО "Красноярнефтегеофизика", поскольку сделки осуществлялись с акциями именно этого предприятия. В ходе расчета использован Форма № 1 - Бухгалтерский баланс по состоянию на 01.04.2003 (Приложение № 88 к Акту выездной налоговой проверки), на основании чего установлена стоимость чистых активов Общества, которая составила 85 824 тыс. руб. Количество размещенных акций Общества, согласно Устава, 100 штук.

Таким образом, расчетная цена акции ЗАО "Красноярнефтегеофизика" на момент реализации ценных бумаг составляла, согласно расчета, составленного налоговым органом 858 240 руб., который принимается судом. Акции Общество реализовало по цене 3 780, 2 руб. за штуку. Расходы Общества по приобретению акций составили из расчета 416-417 тыс. руб. Расчетная цена 1 акции с учетом стоимости чистых активов составила 858 240 руб. за штуку. Номинальная стоимость акций, приобретенных акционерами, соответствует минимальному размеру имущества акционерного общества, гарантирующему интересы его кредиторов. Величина чистых активов, приходящихся на одну акцию, отражает состояние имущества акционерных обществ. Предметом сделок по настоящему делу являлись обыкновенные именные акции, выпущенные в бездокументарной форме, владельцы которых (акционеры) пользуются правами по участию в управлении акционерным обществом и правами в отношении его имущества, установленными Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и уставами обществ. Показатель величины чистых активов, приходящихся на соответствующую акцию, не может сам по себе оцениваться в качестве единственной величины, определяющей в сопоставимых экономических (коммерческих) условиях рыночную цену, но оказывает влияние на наиболее вероятную цену, по которой акции могут быть проданы.

Скорректированная расчетная цена акции может быть признана доходом, если исчисленный результат соответствует уровню рыночных цен - наиболее вероятной цене, по которой объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на сумме сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

Таким образом, с учетом вышеизложенного, расчетная цена акции в размере 858 240 руб. за штуку, в большей степени сопоставима со стоимостью имущества акционерных обществ и затратным методом, определенным п. 10 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Приоритетность метода чистых активов, используемого налоговым органом подтверждена позицией Минфина РФ, в частности в Письме от 30.05.2005 № 03-03-01-04/1/304 от 24.01.2005 № 03-03-01-04/1/26, от 02.06.2004 №03-02-05/1/45, а также позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2004 № 13860/03.

В ходе проверки не установлено таких обстоятельств, которые могли бы повлиять на расчетную цену, установленную налоговым органом. Более того, налогоплательщиком не указано ни одного обстоятельства сделки по реализации акций, которое могло бы повлиять на цену реализации, как не представлено и доказательств наличия таких обстоятельств.

На основании всего вышеизложенного, Решение №11 от 21.04.2008г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в указанной части является законным и правомерным.

Судом отклоняется довод налогоплательщика, что при принятии оспариваемого решения налоговым органом допущены нарушения статьи 101 Кодека, а именно - законные представитель налогоплательщика не был ознакомлен с материалами дополнительного проверки и не мог представить свои возражения.

В соответствии со статьей 101 Кодекса руководитель (заместитель руководителя) налогового органа извещает о времени и месте рассмотрения материалов налоговой проверки лицо, в отношении которого проводилась эта проверка.

Лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка, вправе участвовать в процессе рассмотрения материалов указанной проверки лично и (или) через своего представителя.

Неявка лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представителя), извещенного надлежащим образом о времени и месте рассмотрения материалов налоговой проверки, не является препятствием для рассмотрения материалов налоговой проверки, за исключением тех случаев, когда участие этого лица будет признано руководителем (заместителем руководителя) налогового органа обязательным для рассмотрения этих материалов.

В случае необходимости получения дополнительных доказательств для подтверждения факта совершения нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе вынести решение о проведении в срок, не превышающий один месяц, дополнительных мероприятий налогового контроля.

В решении о назначении дополнительных мероприятий налогового контроля излагаются обстоятельства, вызвавшие необходимость проведения таких дополнительных мероприятий, указываются срок и конкретная форма их проведения.

При рассмотрении материалов проверки присутствовал генеральный директор ЗАО «Красноярнефтегеофизика» ФИО35

При таких обстоятельствах суд считает, что налогоплательщик о времени и месте рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом и нарушений процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки налоговый органом не допущено.

Таким образом, заявленные требования подлежат удовлетворению в части признания недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре № 11 от 21.04.2004 признать недействительным в части доначисления налога на прибыль и налога на добавленную стоимость по сделкам, совершенные с Обществом с ограниченной ответственностью «Гелиос» и Обществом с ограниченной ответственностью « ЛГП Сервис», а также пени и налоговые санкции, исчисленные на указанные суммы, в остальной части заявленных требований надлежит отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ госпошлина в размере 2 000 руб., уплаченная Обществом, подлежит взысканию с ответчика в пользу заявителя, так заявленные требования удовлетворены в большом объеме.

Руководствуясь статьями 168-171, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ: 

  Решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре № 11 от 21.04.2004 признать недействительным в части доначисления налога на прибыль и налога на добавленную стоимость по сделкам, совершенные с Обществом с ограниченной ответственностью « Гелиос» и Обществом с ограниченной ответственностью « ЛГП Сервис», а также пени и налоговые санкции, исчисленные на указанные суммы, как противоречащие Налоговому кодексу Российской Федерации.

В остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 5 по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре (расположено по адресу: 628672, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...> «б») в пользу Закрытого акционерного общества «Красноярнефтегеофизика» (628449, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>) расходы по уплате госпошлины в размере 2 000 руб.

На решение может быть подана в течение месяца апелляционная жалоба в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Судья Кущева Т.П.