Гражданский кодекс часть 1

по иску заместителя военного прокурора Черноморского флота, Министерства обороны Российской Федерации, Федерального государственного казенного учреждения «Крымское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации

к обществу с ограниченной ответственностью «РЭД-ПРАЙС 6», 64 Управлению начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации,

третьи лица: Федеральное казенное учреждение «Объединенное стратегическое командование Южного военного округа», Правительство Севастополя, Федеральное агентство по управлению государственным имуществом

о признании сделки недействительной,

установил:

заместитель военного прокурора Черноморского флота обратился в Арбитражный суд города Севастополя в порядке статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в защиту интересов Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации и Федерального государственного казенного учреждения «Крымское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации с иском к обществу с ограниченной ответственностью «РЭД-ПРАЙС 6» и 64 Управлению начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации о признании недействительными в силу ничтожности договор о взаимовыгодном сотрудничестве (совместном использовании имущества) от 19.09.2011 №19/09-2011 и дополнительное соглашение от 01.06.2014 №7/1 к названному договору, заключенные между 64 Управлением начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации и ООО «РЭД-ПРАЙС 6».

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, суд привлек Правительство Севастополя и Федеральное казенное учреждение «Объединенное стратегическое командование Южного военного округа».

Определением от 24.06.2015 суд привлек в качестве соистцов по делу Министерство обороны Российской Федерации и Федеральное государственное казенное учреждение «Крымское территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны Российской Федерации.

Протокольным определением от 29.07.2015 приняты уточнения ФГКУ «Крымское территориальное управление имущественных отношений» о признании недействительными в силу ничтожности договор о взаимовыгодном сотрудничестве (совместном использовании имущества) от 19.09.2011 №19/09-2011 и дополнительное соглашение от 01.06.2014 №7/1 к названному договору, заключенные между 64 Управлением начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации и ООО «РЭД-ПРАЙС 6», а также об обязании общества возвратить учреждению указанное в договоре недвижимое имущество военного городка №488, а именно: производственный корпус №1 общей площадью 2300 кв. м; административно-бытовой корпус №2 общей площадью 1257 кв. м; кладовые №9 общей площадью 56 кв. м; блок цехов №10 общей площадью 745 кв. м; склад №11 общей площадью 402 кв. м; хранилище №12 общей площадью 360 кв. м; склад №14 общей площадью 16 кв. м; КПП №15 общей площадью 13 кв. м; производственное здание №16 общей площадью 3226 кв. м; баллонная №17 общей площадью 66 кв. м; склад №18 общей площадью 636 кв. м; бокс №19 общей площадью 193 кв. м; административно-бытовой корпус №20 общей площадью 777 кв. м; ограждения, асфальтобетонные покрытия.

Определением от 02.11.2015 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Федеральное агентство по управлению государственным имуществом.

Правительство, Росимущество, 64 управление, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей не обеспечили, ходатайств, пояснений не представили, что не является препятствием для проведения судебного заседания в их отсутствие.

В судебном заседании представитель ФГКУ «Крымское территориальное управление имущественных отношений» заявило ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которым просит суд обязать общество вернуть поименованное выше имущество на основании статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Уточнения приняты судом.

В судебном заседании истцы настаивали на требованиях в полном объеме, а представители общества возражали против их удовлетворения.

Представитель ФКУ «Объединенное стратегическое командование Южного военного округа поддержал позицию истцов.

Изучив материалы дела, проверив доводы участников процесса, суд считает, что производство по требованию к 64 Управлению подлежит прекращению в связи со следующим.

В соответствии с положениями статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее - индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее - организации и граждане).

Таким образом, одним из критериев отнесения того или иного дела к компетенции арбитражных судов наряду с экономическим характером требования является субъектный состав участников спора.

В соответствии с пунктом первым статьи 48 ГК РФ юридическим лицом признается организация, которая имеет обособленное имущество и отвечает им по своим обязательствам, может от своего имени приобретать и осуществлять гражданские права и нести гражданские обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

В пункте первом статьи 52 ГК РФ закреплено, что юридические лица, за исключением хозяйственных товариществ, действуют на основании уставов, которые утверждаются их учредителями (участниками).

Согласно Положению о 64 Управлении, утвержденному 31.08.2010 командиром войсковой части 62764-С, означенное управление создано в соответствии с Директивой Генерального Штаба Военно-Морского флота СССР от13.01.1958 №11/2713С при Морской инженерной службе Черноморского флота Российской Федерации на основании штатных нормативов №126, 127 ИУ ВМФ с местом дислокации в г.Севастополе (том дела 1, листы 25-27). Исходя из приказа Заместителя Командующего по ИОРО от 01.06.2009 №28 64 Управление передано от Морской инженерной службы в Квартирно-эксплуатационную службу (войсковая часть 62764-С), является ее структурным подразделением и осуществляет свою деятельность по доверенности, выданной командиром войсковой части 62764-С. При этом 64 Управление не является юридическим лицом.

В соответствии с Положением о 64 Управлении, утвержденным Приказом Командующего Черноморским флотом от 14.06.2013 №1521, Управление является хозрасчетной организацией, не наделенной правом собственности на закрепленное за ней Министерством обороны Российской Федерации (собственником) имущество и земельный участок, не является юридическим лицом и осуществляет свою деятельность на основании Положения и доверенности, выданной командующим войсками Южного военного округа (том дела 1, листы 28-32).

Следовательно, 64 Управление не является и не являлось самостоятельным юридическим лицом, тем более наделенным законом правом на защиту своих интересов, а потому не может быть ответчиком по делу, поскольку не обладает ни способностью иметь процессуальные права и нести процессуальные обязанности, ни способностью своими действиями осуществлять процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности, то есть не обладает процессуальной правоспособностью и процессуальной дееспособностью применительно к положениям статьи 43 АПК РФ.

Кроме того, согласно справке от 01.04.2015 №1326, подготовленной 166 отделом морской инженерной службы, 64 Управление прекратило свою финансово-хозяйственную деятельность 31.12.2014 (том дела 1, лист 33).

В письме от 17.06.2015 №52/1/608 Штаб Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации указал на то, что в соответствии с приказом командующего Черноморским флотом от 28.01.2015 №276 финансово-экономическая деятельности Управления прекращена, материальные средства и фонды, ранее принадлежащие 64 УНР, переданы начальнику 166 ОМИС, начальникам Севастопольской и Феодосийской квартирно-эксплуатационным частям (том дела 1, лист 104).

Пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ определено, что арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде.

Оценив изложенное, суд считает, что производство по настоящему делу по требованию к 64 Управлению начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации подлежит прекращению на основании вышеприведенной нормы права.

Вместе с тем, суд не может согласиться с доводом общества о необходимости прекращения производства по делу в полном объеме, исходя из следующего.

В порядке статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе (пункт 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац 2 пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае истца доказали наличие у них материально-правового интереса в разрешении спора по существу применительно к вышеприведенным нормами и разъяснениям. Кроме того, по мнению суда, Министерству обороны как органу, в чьем ведении находилось 64 Управление, являющееся стороной оспариваемой сделки, фактически перешли права и обязанности стороны по соответствующему договору, выступило в качестве соистца по делу, тем самым оспорив действительность договора от 19.09.2011 №19/09-2011 и дополнительного соглашения от 01.06.2014 №7/1.

Приняв во внимание такие обстоятельства спора, суд пришел к выводу о возможности его разрешения в оставшейся части по существу.

Рассмотрев материалы дела и оценив позиции участников процесса, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, 19.09.2011 между 64 УНР (предприятие) и ООО «РЭД ПРАЙС 6» (партнер) заключен договор №19/09-2011 о взаимовыгодном сотрудничестве (совместном использовании имущества) (далее - договор), по условиям которого стороны приняли на себя обязательства совместно действовать без образования юридического лица для достижения хозяйственных и коммерческих целей, как то: деятельность, связанная с организацией хранения, реализацией строительных материалов, товаров народного потребления и сопутствующих услуг, для нужд партнера, так и для реализации предпринимательской (коммерческой) инициативы партнера и предприятия (том дела 1, листы 36-41). Деятельность сторон осуществляется на территории производственного комплекса, расположенного по адресу: г.Севастополь, военный городок №488, хутор Молочный, а именно: используются следующие здания, сооружения, постройки, асфальтобетонное покрытие:

1. производственный корпус №1, общей площадью 2300,0 кв.м;

2. административно-бытовой корпус №2, общей площадью 1257,0 кв.м;

3. кладовые №9, общей площадью 56,0 кв.м;

4. блок цехов №10, общей площадью 745,0 кв.м;

5. склад №11, общей площадью 402,0 кв.м;

6. хранилище №12, общей площадью 360,0 кв.м;

7. склад №14, общей площадью 16,0 кв.м;

8. КПП №15, общей площадью 13,0 кв.м;

9. производственное здание №16, общей площадью 3226,0 кв.м;

10. баллонная №17, общей площадью 66,0 кв.м;

11. склад №18, общей площадью 636,0 кв.м;

12. бокс №19, общей площадью 193,0 кв.м;

13. административно-бытовой корпус №20, общей площадью 777,0 кв.м;

14. ограждения, асфальтобетонные покрытия.

В соответствии с пунктом 3.1 договора партнер за пользование имуществом, указанным в пункте 1.1 договора, ежемесячно уплачивает предприятию плату в размере 12 000,00 гривен. Плата за пользование имуществом, закрепленная в настоящем пункте договора, является видом распределения прибыли, не зависит от результатов деятельности сторон, определена с учетом денежной оценки вклада предприятия, установленной согласно пункту 2.4 договора и вносится партнером, до 15 числа месяца следующего за отчетным, путем безналичного перечисления на расчетный счет.

18.03.2014 между Российской Федерацией и Республикой Крым подписан Договор «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов – Республики Крым и города федерального значения Севастополя» (далее – Договор), ратифицированный Российской Федерацией 21.03.2014.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Договора Республика Крым считается принятой в Российскую Федерацию с даты подписания настоящего Договора. Со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым в составе Российской Федерации образовались новые субъекты – Республика Крым и город федерального значения Севастополь (статья 2 Договора).

Согласно части первой статьи 9 поименованного Договора законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации действуют на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя со дня принятия в Российскую Федерацию Республики Крым и образования в составе Российской Федерации новых субъектов, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации.

В рамках уже российского правового поля между 64 Управлением и обществом подписано дополнительное соглашение от 01.06.2014 №7/1, которым внесены изменения в пункт 3.1 договора, а именно: партнер за пользование имуществом, указанным в пункте 1.1 договора ежемесячно оплачивает предприятию плату в размере 54 720 руб. с учетом НДС в месяц (том дела 1, лист 42). Плата за пользование имуществом, указанная в настоящем пункте договора, является видом распределения прибыли, не зависит от результатов деятельности сторон, определена с учетом денежной оценки вклада предприятия, установленной согласно пункту 2.4 договора, и вносится партнером до 15 числа месяца следующего за отчетным, путем безналичного перечисления на расчетный счет предприятия.

Ссылаясь на отсутствие полномочий на распоряжение спорным недвижимым имуществом у 64 УНР, последующего одобрения сделки со стороны Минобороны РФ, наличие признаков притворной сделки, совершенной с целью скрыть арендные отношения в обход установленных законодательством способов пользования недвижимым имуществом за плату, истцы обратились с настоящими требованиями в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства, заслушав доводы представителей сторон, суд установил следующие обстоятельства, имеющие существенное значения для рассмотрения спора.

Пунктом третьим статьи 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» определено, что прокуроры в соответствии с процессуальнымзаконодательствомРоссийской Федерации участвуют в рассмотрении дел судами, арбитражными судами, опротестовывают противоречащие закону решения, приговоры, определения и постановления судов.

Согласно части третьей статьи 35 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», прокурор в соответствии с процессуальнымзаконодательствомРоссийской Федерации вправе обратиться в суд с заявлением или вступить в дело в любой стадии процесса, если этого требует защита прав граждан и охраняемых законом интересов общества или государства.

Пунктом 4 статьи 46 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», свои полномочия органы военной прокуратуры осуществляют в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях и органах, созданных в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Согласно пункту второму приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 25.05.2012 №223 «Об обеспечении участия прокуроров в арбитражном процессе», основными обязанностями прокуроров, обеспечивающих участие в арбитражном процессе, являются, в том числе и участие в рассмотрении дел, производство по которым возбуждено по искам (заявлениям) прокуроров, в арбитражных судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в том числе по заявлениям о пересмотре судебных постановлений по новым или вновь открывшимся обстоятельствам.

Как следует из пункта 6 Приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 07.05.2008 №84 «О разграничении компетенции прокуроров территориальных, военных и других специализированных прокуратур», на военных прокуроров возложены полномочия на участие в пределах установленной компетенции в гражданском и арбитражном процессе.

В соответствии с частью второй статьи 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований;

Прокурор, обратившийся в арбитражный суд, пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца.

Учитывая положения статьи 53 АПК РФ, компетенцию военной прокуратуры, а также то, что спорное имущество военных городков находится фактически в пользовании МО РФ через подчиненные ему структуры, суд, исходя из требований статьи 52 АПК РФ, считает достаточными полномочия Первого заместителя военного прокурора Черноморского флота в интересах Российской Федерации на подачу указанного иска, поддержанного впоследствии министерством и ФГКУ.

Исходя из содержания статьи 2 Соглашения между Правительством Украины и Правительства Российской Федерации о взаимных расчетах, связанных с разделом Черноморского флота и пребыванием Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины от 28.05.1997, Украина передает России в аренду земельные участки и расположенные на них объекты береговой инфраструктуры, определенные в Приложениях к названному Соглашению. При этом российская сторона Соглашения использует объекты аренды в соответствии с действующим законодательством Украины

Исходя из приложения №2 к названному договору, военный городок №488 передан Российской стороне.

Правоотношения сторон по договору регулируются нормами материального права Украины, поскольку они возникли в период действия на территории города Севастополя законодательства Украины, а также с учетом законодательства Российской Федерации.

Следует учитывать, что передача имущества во владение и пользование является реализацией одного из правомочий собственника, а именно правомочия по распоряжению имуществом.

Оценив условия договора, суд соглашается с позицией истцов о том, что он обладает всеми квалифицирующими и основными признаками договора аренды.

В частности, спорным договором предусмотрены права и обязанности сторон, которые направлены на встречное удовлетворение собственных интересов каждой из сторон. Обязательства сторон по договору носят возмездный характер, то есть, направлены на получение платы за исполнение своих обязанностей, целевое использование имущества.

С учетом изложенного, с правовой точки зрения данный договор может быть рассмотрен как: 1) притворная сделка (статья 235 Гражданского кодекса Украины, пункт 2 статьи 170 ГК РФ), для которой и в законодательстве Украины и в законодательстве Российской Федерации установлен тождественный правовой режим – подлежат применению правила о той сделке, которые стороны действительно имели в виду, то есть о договоре аренды; 2) как смешанный договор, содержащий в себе элементы договора аренды ( часть 2 статьи 628 Гражданского кодекса Украины, пункт 3 статьи 421 ГК РФ). В любом случае к спорному договору подлежат применению положения о договоре аренды (найма), установленные законодательством Украины на момент его заключения (статья 2 Соглашения от 28 мая 1997 года).

Суд отклоняет утверждение общества о том, что заключенный договор отвечает характерным признакам договора простого товарищества.

Исходя из пункта 1.2 договора, руководство деятельностью сторон, на базе имущества, указанного в этом пункте, учет ее результатов возлагается на партнера. Для этих целей он ведет отдельный баланс вкладов, затрат и доходов сторон по деятельности и т.п. в соответствии с требованиями действующего законодательства Украины, в частности, с порядком ведения налогового учета и составления налоговой отчетности результатов деятельности на территории Украины без создания юридического лица. Показатели этого баланса не включаются в баланс предприятия. В бухгалтерской отчетности отображаются финансовые и другие результаты деятельности по этому договору, принадлежащие в соответствии с его условиями каждой из сторон.

В соответствии с пунктом 2.1 договора для реализации целей деятельности, определенных в пункте 1.1 договора, стороны осуществляют мероприятия и производят финансовые и иные вклады в виде материальных средств, трудовых ресурсов, профессиональных и иных знаний, навыков и умения и т.д., в том числе, но, не ограничиваясь этим право предприятия пользования постройками (зданиями, сооружениями, асфальтобетонным покрытием и т.п.), расположенными на производственном комплексе по адресу: г.Севастополь, военный городок №488, хутор Молочный, финансовыми взносами партнера, произведенными на момент заключения договора и определенными в порядке и на условиях, предусмотренными договором.

Как установлено судом, фактические взаимоотношения между участниками договора сложились так, что общество использовало имущество по предмету договора, внося, по словам ответчика, обусловленную за это плату. Неоднократные предложения суда представить документы о ведении отдельного бухгалтерского учета вкладов сторон договора, как то определено пунктом 1.2 договора, оставлены ответчиком без какого-либо реагирования.

Не имеется доказательств того, что 64 УНР принимал участие в реализации предмета договора в иных целях, за исключением предоставления ответчику имущества в пользование и приобретения иных имущественных выгод, за исключением ежемесячной платы по пункту 3.1 договора, на внесение которой в ходе всего судебного разбирательства ссылался ответчик без документального подтверждения.

Суд соглашается и с доводами истцов об отсутствии изначально у 64 Управления полномочий на заключение спорного договора.

На основании Соглашения между Российской Федерации и Украиной о параметрах раздела Черноморского флота от 28.05.1997 и приложения №2 к нему, военный город №488, расположенный по адресу: г.Севастополь, хутор Молочный, находится в пользовании у Черноморского флота Российской Федерации.

В статье второй поименованного Соглашения определено, что Украина как собственник спорного имущества передает Российской Стороне в аренду земельные участки и размещенные на них объекты береговой инфраструктуры, а также акваторию бухт в г.Севастополе и Феодосийском порту, указанные соответственно в приложениях №2 и 3 и картах №1 и 2 к Соглашению.

Пунктом шестым Соглашения между Российской Федерации и Украиной о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины, подписанного 28.05.1997, закреплено, что хозяйственная деятельность предприятий, организаций и учреждений Черноморского флота Российской Федерации не должна противоречить законодательству Украины.

В соответствии с подпунктом 71 пункта 7 Положения о Министерстве обороны Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16.08.2004 ;1082, министерство осуществляет в пределах своей компетенции правомочия собственника имущества, закрепленного за Вооруженными Силами, а также правомочия в отношении земель, лесов, вод и других природных ресурсов, предоставленных в пользование Вооруженным Силам.

В силу пунктов 1, 2 постановления Правительства Российской Федерации от 29.12.2008 №1053 «О некоторых мерах по управлению федеральным имуществом» Министерство обороны Российской Федерации является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению федеральным имуществом, находящимся у Вооруженных Сил Российской Федерации на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, земельными участками, находящимися на праве постоянного (бессрочного) пользования, имуществом подведомственных ему федеральных государственных унитарных предприятий и государственных учреждений.

Министерство обороны Российской Федерации в целях управления имуществом Вооруженных Сил Российской Федерации и подведомственных Министерству обороны Российской Федерации организаций осуществляет в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, контроль за управлением, распоряжением, использованием по назначению и сохранностью находящегося в федеральной собственности имущества Вооруженных Сил Российской Федерации и подведомственных Министерству обороны Российской Федерации организаций, в том числе переданного в установленном порядке иным лицам.

Таким образом, судом установлено, что на момент возникновения спорных взаимоотношения собственником имущества по предмету спора являлась Украина, а пользователем – Минобороны Российской Федерации.

В данном случае договор на имущество заключен 64 УНР.

Вместе с тем, Положением об этом структурном подразделении МО РФ запрещено 64 Управлению отчуждать на каком-либо праве недвижимое имущество, находящееся в пользовании Минобороны России.

Доверенности, выданной компетентным лицом, на совершение подобной сделки в материалах дела также не имеется.

Документального подтверждения согласия уполномоченного органа - Министерства обороны РФ на распоряжение 64 Управлением спорными объектами и передачу их в пользование третьим лицам не представлено.

Общество при вступлении в договорные отношения с 64 УНР при подписании договора не могло не знать об ограничениях, установленных для распоряжения имуществом.

Последующее одобрение собственника или законного владельца на распоряжение недвижимым имуществом, являющимся предметом спорного договора, получено не было. Наоборот, приобретение МО РФ как законного владельца спорным имуществом статуса истца в рамках настоящего спора свидетельствует об отсутствии у такого лица изначально волеизъявления на отчуждение имущества третьим лицам каким-либо способом.

Суд отклоняет утверждение ответчика о том, что истцы не подтвердили в установленном порядке права на предъявление требований подобного содержания.

В данном случае в материалы дела представлены достаточные документы, свидетельствующие о наличии у истцов прав на спорное имущество, а у прокурора – полномочий прав на защиту таких прав.

Суд выражает несогласие и с позицией общества о невозможности идентифицировать имущество по предмету договора с тем, в отношении которого предъявлены истцами претензии по рассматриваемому спору.

Доказательств того, что в г.Севастополе имелся иной военный городок под номером 488, переданный МО РФ, в материалах дела не имеется.

В связи с этим ссылки ответчика на разночтения в количестве объектов также не принимаются судом, а кроме того, по своим основным показателям, в том числе и с учетом представленных МО РФ инвентарных карточек, соответствующее имущество, в отношении которого возник спор, совпадает с отраженным в предмете договора.

Принимая во внимание все вышеизложенное, суд соглашается с позицией истцов о недействительности оспоренного договора.

Относительно несоблюдения требования о государственной регистрации при заключении данной сделки следует отметить, что данное обстоятельство влияет на возникновение правовых последствий для третьих лиц, а не на вывод о заключенности сделки для лиц – участников сделки.

Вместе с тем, согласно пункту второму статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 261 ГК Украины, течение исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или могло узнать о нарушении своего права или лицо, которое его нарушило.

Согласно пункту 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В пункте 10 постановления от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» Пленум ВС РФ разъяснил, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

До вынесения решения ответчик настаивал на истечении срока исковой давности.

Положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ представляют собой исключение из общего правила о моменте начала течения срока исковой давности, поскольку течение указанного срока применительно к требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки определяется не субъективным фактором - осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав, а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), а значит, не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц. Таким образом, поскольку право на предъявление иска в данном случае связано с наступлением последствий исполнения ничтожной сделки и имеет своей целью их устранение, именно момент начала исполнения такой сделки, когда возникает производный от нее тот или иной неправовой результат, в ранее действующем гражданском законодательстве избирался в качестве определяющего для исчисления давностного срока.

Из содержания пункта 1 статьи 181 ГК РФ (действовавшего в прежней редакции), следует, что установленный им порядок исчисления сроков исковой давности является универсальным и для сторон по сделке, и для третьих лиц, что согласуется с относящимся к основным началам гражданского законодательства принципом признания равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ).

Правила, установленные приведенной нормой, применяются не только к требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки, но и к требованиям о признании недействительной ничтожной сделки (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). Установленный пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исчисляется с момента начала исполнения сторонами оспариваемой сделки, а не с момента, когда о нарушении своих прав стало известно заинтересованному лицу (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2008 N 11404/08 и от 16.06.2009 №998/09).

Исходя из пункта пятого постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43, по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 ГПК РФ, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Согласно пункту 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.03.2012 №15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор подписан 19.09.2011, сведения о начале его исполнения позднее этой даты в материалах дела отсутствуют. Иск предъявлен 27.04.2015.

Учитывая правовой статус 64 УНР, полномочия Минобороны России и ФКУ, закрепленные в Положении о них, суд не может согласиться с позицией министерства, ФГКУ, ФКУ о том, что соответствующий срок следует исчислять с даты, когда истцы фактически узнали о наличии указанного договора. Регистрация управления имущественных отношений в качестве самостоятельного юридического лица 05.03.2015 также, по мнению суда, не свидетельствует о соблюдении непосредственно им срока исковой давности для предъявления соответствующих требований, поскольку этот субъект не имеет материально-правовой заинтересованности, отличной от имеющейся у министерства как лица, осуществляющего функции и полномочия учредителя в отношении учреждения (том дела 1, листы 108, 109-116).

Таким образом, учитывая, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд приходит к выводу об отклонении требований в означенной части.

Вместе с тем, иск в части оспаривания действительности дополнительного соглашения от 01.06.2014 №7/1 к договору от 19.09.2011 №19/09-2011, подписанного между 64 Управлением и обществом, как обладающего всеми квалифицирующими признаками недействительности сделки, является обоснованным, срок исковой давности истцами в отношении которого соблюден, а потому подлежит удовлетворению.

Требование управления имущественных отношений, уточненное в судебном заседании 14.12.2015 и основанное на статьях 304, 305 ГК РФ, об обязании общества возвратить ему указанное в договоре недвижимое имущество военного городка №488, а именно: производственный корпус №1 общей площадью 2300 кв. м; административно-бытовой корпус №2 общей площадью 1257 кв. м; кладовые №9 общей площадью 56 кв. м; блок цехов №10 общей площадью 745 кв. м; склад №11 общей площадью 402 кв. м; хранилище №12 общей площадью 360 кв. м; склад №14 общей площадью 16 кв. м; КПП №15 общей площадью 13 кв. м; производственное здание №16 общей площадью 3226 кв. м; баллонная №17 общей площадью 66 кв. м; склад №18 общей площадью 636 кв. м; бокс №19 общей площадью 193 кв. м; административно-бытовой корпус №20 общей площадью 777 кв. м; ограждения, асфальтобетонные покрытия, не может быть удовлетворено судом в свете следующего.

В пункте 34 совместного постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 ГК РФ.

Аналогичный правовой подход отражен в постановлениях Президиума ВАС РФ 11.09.2012 №3116/12, от 05.02.2013 №11906/12, от 08.10.2013 №5257/13.

В настоящем споре предъявленные требования изначально всех истцов, включая ФГКУ, обусловлены фактом недействительности сделки – договора от 19.09.2011 №19/09-2011 и дополнительного соглашения от 01.06.2014 №7/1 к нему. Следовательно, исходя из правовой природы предмета и оснований настоящего спора, возврат спорного имущества возможен исключительно в рамках отношений, связанных с применением последствий недействительности данной сделки, а не по иным правилам гражданского законодательства.

Доводы общества в этой части признаются судом обоснованными, ввиду чего исковое требование ФГКУ обозначенного содержания подлежит отклонению.

Согласно пункту второму статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктами 3, 4 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Поскольку суд установил пропуск истцами срока исковой давности, а также то, что владение спорным имуществом министерством и ФГКУ не утрачено, оснований для применения недействительности сделки не имеется.

Поэтому требования в этой части подлежат отклонению.

Иные доводы участников процесса проверены судом и отклонены как не влияющие на существо рассмотренного спора.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ с общества надлежит взыскать 6000 руб. по иску.

Руководствуясь статьями 150, 167-171, 176, 180, 181, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Севастополя

решил:

Производство по настоящему делу по требованию к 64 Управлению начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации прекратить.

Признать недействительным дополнительное соглашение от 01.06.2014 №7/1 к договору от 19.09.2011 №19/09-2011, заключенное между обществом с ограниченной ответственностью «РЭД ПРАЙС 6» и 64 Управлением начальника работ Черноморского флота Министерства обороны Российской Федерации.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РЭД ПРАЙС 6» в доход федерального бюджета 6000 рублей по иску.

Решение может быть обжаловано в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья Н.А. Морозова