Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Оригами» (ул. Цветочная, д. 2, с. Нагаево, г. Уфа, Республика Башкортостан, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Русско-Финская Компания» (ул. Загородная, д. 19, пом. 24, г. Мурманск, Мурманская обл., ОГРН <***>) о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по интеллектуальной собственности
(Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>).

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Оригами» – ФИО1
(по доверенности от 18.03.2019);

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Оригами» (далее – истец) обратилось в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Русско-Финская Компания» (далее – ответчик) о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 279255, № 191644,
№ 282697, № 233055 вследствие их неиспользования.

На основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве третьего лица,
не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Федеральная служба по интеллектуальной собственности.

Определением Суда по интеллектуальным правам от 20.05.2019 требования истца к ответчику о досрочном прекращении правовой охраны товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 191644,
№ 282697, № 233055 вследствие их неиспользования выделены в отдельные производства.

Ответчик в отзыве на иск, возражая против удовлетворения исковых требований, указал на отсутствие заинтересованности у истца в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697, а также сослался на его фактическое использование.

От Роспатента поступил письменный отзыв, в котором указано, что вопрос о досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака вследствие его неиспользования не относится к компетенции данного государственного органа. Одновременно Роспатентом заявлено ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, представителей в суд не направили. От ответчика поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. В соответствии с положениями статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей данных лиц.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 71, 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательства, представленные в материалы дела, выслушав представителя истца, суд пришел к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения заявленных требований исходя из следующего.

Как установлено в судебном заседании, ответчик является правообладателем комбинированного товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697 с приоритетом
от 19.03.2004, зарегистрированного 22.02.2005 в отношении товаров 32-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее – МКТУ) «пиво; минеральные и газированные воды и прочие безалкогольные напитки; фруктовые напитки и фруктовые соки; сиропы и прочие составы для изготовления напитков», 33-го класса МКТУ «алкогольные напитки (за исключением пива)», услуг 35-го класса МКТУ «агентства по импорту-экспорту; продвижение товаров (для третьих лиц); продажа аукционная; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка товаров и услуги предприятиям)», для которых истцом испрашивается досрочное прекращение правовой охраны этого товарного знака.

Истец, ссылаясь на свою заинтересованность в использовании сходного с данным товарным знаком обозначения в отношении однородных товаров и услуг и полагая, что он не используется правообладателем в отношении этих товаров и услуг в течение трех лет, предшествующих дате направления предложения заинтересованного лица, обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1486 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) правовая охрана товарного знака может быть прекращена досрочно в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, вследствие неиспользования товарного знака непрерывно в течение трех лет.

Заинтересованное лицо, полагающее, что правообладатель
не использует товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, направляет такому правообладателю предложение обратиться в федеральный орган исполнительной власти по интеллектуальной собственности с заявлением об отказе от права на товарный знак либо заключить с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак в отношении всех товаров или части товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован (далее – предложение заинтересованного лица). Предложение заинтересованного лица направляется правообладателю, а также по адресу, указанному в Государственном реестре товарных знаков или в соответствующем реестре, предусмотренном международным договором Российской Федерации.

Предложение заинтересованного лица может быть направлено правообладателю не ранее чем по истечении трех лет с даты государственной регистрации товарного знака.

Если в течение двух месяцев со дня направления предложения заинтересованного лица правообладатель не подаст заявление об отказе
от права на товарный знак и не заключит с заинтересованным лицом договор об отчуждении исключительного права на товарный знак, заинтересованное лицо в тридцатидневный срок по истечении указанных двух месяцев вправе обратиться в суд с исковым заявлением о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования.

Решение о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования принимается судом в случае неиспользования правообладателем товарного знака в отношении соответствующих товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, в течение трех лет, непосредственно предшествующих дню направления правообладателю предложения заинтересованного лица.

Правовая охрана товарного знака прекращается с даты вступления
в законную силу решения суда.

Истцом соблюден досудебный порядок урегулирования настоящего спора, что соответствует положениям абзаца четвертого пункта 1 статьи 1486 ГК РФ и подтверждается представленным в материалы дела предложением заинтересованного лица с доказательствами его направления 18.01.2019 ответчику, а также соблюден двухмесячный срок ожидания ответа правообладателя с момента направления этого предложения и тридцатидневный срок на подачу искового заявления (исковое заявление подано в суд 24.04.2019).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 42 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее – Обзор судебной практики от 23.09.2015), истец по делу о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака в связи с неиспользованием должен доказать свою заинтересованность в прекращении правовой охраны спорного товарного знака.

Применительно к пункту 1 статьи 1486 ГК РФ заинтересованным лицом может быть признано любое лицо, имеющее законный интерес в досрочном прекращении правовой охраны неиспользуемого товарного знака. К таким лицам могут быть отнесены производители однородных товаров (работ, услуг), в отношении которых (или однородных им) подано заявление о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака, имеющие реальное намерение использовать спорное обозначение в своей деятельности и осуществившие необходимые подготовительные действия к такому использованию.

Согласно пункту 165 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) для признания осуществляющего предпринимательскую деятельность лица заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования необходимо, чтобы совокупность обстоятельств дела свидетельствовала о том, что направленность интереса истца заключается в последующем использовании им в отношении однородных товаров тождественного или сходного до степени смешения со спорным товарным знаком обозначения с обеспечением его правовой охраны в качестве средства индивидуализации либо без такового.

В пункте 162 Постановления № 10 однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения
у обычного потребителя соответствующего товара представления
о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

При установлении однородности услуг целесообразно руководствоваться, в первую очередь, назначением услуги, если услуга предназначена для конкретного вида деятельности (реклама, страхование, воспитание и т.д.).

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака истец обосновал тем, что осуществляет деятельность по оказанию услуг общественного питания, а также по приготовлению и последующей доставке еды. Кроме того,
им подана заявка № 2019701059 на регистрацию товарного знака
«»в отношении услуг 35-го, 36-го и 41-го классов МКТУ.

В подтверждение своей заинтересованности в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697 в отношении товаров 32-го, 33-го и услуг 35-го классов МКТУ истцом в материалы дела представлены:

– скриншоты страниц сайта http://bushido102.ru/, подтверждающие ведение деятельности по обеспечению общественного питания и розничной продаже товаров;

– скриншоты страниц сайта: https://www.reg.ru/whois/?dname= bushido102.ru.,подтверждающие, что обладателем домена http:/bushido102.ruявляется истец;

– скриншоты страниц сайта https://yandex.ru/maps/org/bushido/ 1683710914/?ll=56.119608%2C54.620453&source=wizbiz_new_text_single_&z=19, указывающие на расположение суши-лавки по адресу: Цветочная улица, 2, село Нагаево, городской округ Уфа, <...>;

– сведения о товарном знаке «суши-лавка БУШИДО» по свидетельству Российской Федерации № 690119, который зарегистрирован в отношении услуг 43-го класса МКТУ «услуги по обеспечению пищевыми продуктами и напитками, услуги по приготовлению блюд и доставке их на дом»;

– фотографии суши-лавки «Бушидо», на которой изображена вывеска суши-лавки Bushido с указанием услуг по доставке продукции;

– товарные накладные от 15.01.2018 № 42, от 05.02.2018 № 127,
от 22.02.2018 № 198, от 05.03.2018 № 230, от 20.03.2018 № 935, от 05.04.2018 № 344, от 12.04.2018, № 367, от 06.05.2018 № 3480, от 07.06.2018 № 1790, от 07.06.2018 № 387, от 15.01.2018 № 42 от 25.06.2018 № 2072, от 02.07.2018 № 2158, от 12.07.2018 № 2294, от 15.01.2018 № 42 и счета-фактуры к ним, подтверждающие факт закупки товаров для приготовления блюд;

– выписки по счету № 40702810727000000545 за периоды с 11.01.2018 по 06.07.2018, подтверждающие оплату за товары;

– договор аренды нежилого помещения от 01.10.2107, указывающий на предоставление в пользование истцу части нежилого помещения, расположенного на 1 этаже, общей площадью 70 кв.м., включающего «площадь зала обслуживания посетителей 15.кв.м.» по месту нахождения суши-лавки по адресу: Цветочная улица, 2, село Нагаево, городской округ Уфа, <...>.

Кроме того, в подтверждение осуществления деятельности по продаже пива истцом были представлена копия чека от 20.08.2019, подтверждающего факт продажи пива и снеков; копия декларации об объемах розничной продажи пива и пивных напитков за 4-й квартал 2018 года и за 2-й квартал 2019 года.

Представленные истцом документы в совокупности подтверждают осуществление истцом деятельности по оказанию услуг общественного питания, реализации и доставке продуктов, в том числе безалкогольных напитков и пива.

Оценив совокупность представленных истцом доказательств, суд приходит к выводу о том, что истец является лицом, имеющим реальное намерение использовать в гражданском обороте при оказании услуг общественного питания и розничной продаже продовольственных товаров обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком
по свидетельству Российской Федерации № 282697, а, следовательно, он является лицом, заинтересованным в досрочном прекращении правовой охраны спорного товарного знака в отношении названных товаров 32-го,
33-го и услуг 35-го классов МКТУ.

Оказываемые истцом услуги общественного питания и связанные с ними услуги по реализации потребителям (посетителям кафе) безалкогольных напитков и пива однородны данным товарам, поскольку они характеризуются общим кругом потребителей, местами оказания услуг (реализации товаров), имеют общее функциональное назначение (удовлетворение соответствующих потребностей в напитках). Кроме того, услуги общественного питания, сопровождающиеся реализацией пива, также являются однородными и алкогольной продукции, поскольку они в данном случае также характеризуются общим кругом потребителей, местами оказания услуг и реализации товаров (кафе), имеют общее функциональное назначение (удовлетворение соответствующих потребностей в подобных напитках при посещении кафе), а также обусловлены тем, что пиво и алкогольная продукция характеризуются взаимозаменяемостью и взаимодополняемостью.

Что касается услуг 35-го класса МКТУ «агентства
по импорту-экспорту; продвижение товаров (для третьих лиц); продажа аукционная; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка товаров и услуги предприятиям)», для которых зарегистрирован спорный товарный знак, то судебная коллегия, руководствуясь изложенными правилами и рекомендациями по определению однородности товаров и услуг, приходит к выводу об их однородности оказываемым истцом услугам по розничной продаже продовольственных товаров, поскольку они имеют одно назначение (передача в собственность потребителю определенного товара), способы оказания (путем заключения договора купли-продажи и передачи в собственность потребителю товара), круг потребителей, места реализации (в том числе путем предложения товаров в сети Интернет, посредством торгового предприятия (кафе), а также иных точек продаж), а, следовательно, могут быть отнесены к одному источнику происхождения.

Сходство до степени смешения заявленного истцом на регистрацию в качестве товарного знака обозначения со спорным товарным знаком обусловлено наличием у них общего словесного элемента «ЛАПЛАНДИЯ», который в спорном товарном знаке указан в латинице, а в заявленном истцом на регистрацию обозначении – в кириллице. Указанные элементы имеют сходство по фонетическому и семантическому критериям, поскольку характеризуются одинаковым произношением и смысловым значением. Роль графического критерия с учетом указанных особенностей смыслового и звукового восприятия сравниваемых обозначений в целом при наличии графических различий за счет использования букв разных алфавитов, наличия изобразительного элемента является, по мнению судебной коллегии, является незначительной, поскольку в данном случае превалирует фонетическое и семантическое их сходство в целом. При этом судебная коллегия учитывает правовой подход, сформулированной в пункте 7.1.2.4 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом Федеральной службы
по интеллектуальной собственности от 24.07.2018 № 128, действовавшего в период подачи истцом заявки на регистрацию товарного знака, согласно которому в комбинированном обозначении, состоящем из изобразительного и словесного элементов, основным элементом, как правило, является словесный элемент, так как он запоминается легче изобразительного и именно на нем акцентируется внимание потребителя при восприятии обозначения.

Ответчик оспаривает заинтересованность истца в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697, указывая, что услуги 36-го и 41-го классов МКТУ и часть услуг 35-го класса МКТУ (продвижение и продажа мебели; продвижение и продажа одежды; реклама; аренда площадей для размещения рекламы), в отношении которых подана истцом заявка № 2019701059 на регистрацию товарного знака, имеют отличное от товаров 32-го и 33-го классов МКТУ назначение и не могут быть признаны однородными с товарами данных классов.
Между тем указанный довод не имеет правового значения, поскольку при исследовании заинтересованности истца в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 279255 суд, основываясь на приведенных выше разъяснениях Верховного Суда Российской Федерации, исходит из данных о фактически оказываемых истцом услугах.

Вместе с тем суд отмечает, что в числе услуг, содержащихся в названной заявке, указаны также услуги 35-го класса МКТУ по продвижению и реализации алкогольных напитков, услуги клубов-кафе, что свидетельствует о намерении истца приобрести правовую охрану в отношении заявленного обозначения для использования в том числе при осуществлении указанной деятельности.

Что касается довода ответчика о том, что истец не представил доказательства осуществления деятельности в конкретной сфере, в том числе по продаже алкогольных и безалкогольных напитков, то они опровергаются вышеуказанными доказательствами, которые подтверждают осуществление истцом деятельности по оказанию услуг общественного питания и розничной продаже товаров, в том числе пива, безалкогольных напитков как путем доставки товаров до потребителей, так и в зале обслуживания посетителей, оборудованном в суши-лавке.

Довод ответчика о том, что у истца отсутствуют необходимые лицензии для осуществления деятельности по продаже алкогольных напитков, однородной товарам 33-го класса МКТУ, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора, учитывая, что установлению подлежит факт оказания истцом услуг и реализации товаров, однородных испрашиваемым товарам 32-го и 33-го классов, услугам 35-го класса МКТУ.

Ссылка ответчика на то, что подача истцом за последний год серии исков может свидетельствовать об отсутствии интереса истца в использовании обозначения, не может быть признана обоснованной.

Как указано выше, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 42 Обзора судебной практики от 23.09.2015, применительно к пункту 1 статьи 1486 ГК РФ заинтересованным лицом может быть признано любое лицо, имеющее законный интерес в прекращении правовой охраны неиспользуемого товарного знака.

Интерес истца в досрочном прекращении правовой охраны оспариваемого товарного знака является доказанным, основан на наличии у него намерения использовать обозначение, сходное с товарным знаком ответчика, в отношении однородных товаров и услуг.

В связи с этим возражения ответчика не основаны на правовых нормах, противоречат разъяснениям высшей судебной инстанции и не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Согласно пункту 3 статьи 1486 ГК РФ на правообладателе лежит бремя доказывания использования товарного знака.

С учетом даты направления предложения заинтересованного лица (18.01.2019), период времени, в течение которого правообладателем должно быть доказано использование товарного знака, составляет с 18.01.2016 по 17.01.2019.
В силу пункта 2 статьи 1486 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование правообладателем или лицом, которому такое право предоставлено на основании лицензионного договора в соответствии со статьей 1489 ГК РФ, либо другим лицом, осуществляющим использование товарного знака под контролем правообладателя, при условии, что использование товарного знака осуществляется в соответствии с пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ, за исключением случаев, когда соответствующие действия не связаны непосредственно с введением товара в гражданский оборот, а также использование товарного знака с изменением его отдельных элементов, не меняющим существа товарного знака и не ограничивающим охрану, предоставленную товарному знаку.

Согласно пункту 2 статьи 1486 ГК РФ допускается использование товарного знака с изменением его отдельных элементов, не меняющим существа товарного знака и не ограничивающим охрану, предоставленную товарному знаку.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 164 Постановления № 10, при использовании обозначения, зарегистрированного в качестве товарного знака, с изменением отдельных элементов судом должна быть проведена оценка наличия или отсутствия сходства товарного знака и используемого обозначения, восприятия потребителями используемого обозначения именно как того же товарного знака, а также влияния изменений на существо товарного знака вследствие такого использования.

Вопрос о том, повлияли ли внесенные правообладателем изменения на существо спорного товарного знака – остался ли он узнаваемым (отличаемым) для обычных потребителей соответствующего товара, – является вопросом факта, который устанавливается судом по результатам комплексного анализа зарегистрированного и используемого обозначения.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование использования спорного товарного знака ответчик ссылается на использование его при продаже товаров 33-го класса МКТУ лицензиатом – открытым акционерным обществом«ФИО2
ликеро-водочный завод «Вереск» (далее – общество «ЛB3 «Вереск») для маркировки производимых им алкогольных напитков.

Кроме того, ответчик указывает, что спорный товарный знак используется под контролем правообладателя, т.к. ответчик и общество «ЛВЗ «Вереск» являются аффилированными лицами: генеральным директором обществ является ФИО3, единственным учредителем ответчика является открытое акционерное общество «Завод по розливу минеральной воды «Вереск», которое также является одним из учредителей общества «ЛВЗ «Вереск».

В доказательство использования спорного товарного знака ответчиком представлено лицензионное соглашение от 17.07.2009, заключенное между ответчиком и обществом «ЛВЗ «Вереск», подтверждающее предоставление лицензиату за уплачиваемое вознаграждение неисключительной лицензии на использование товарного знака по свидетельству Российской Федерации
№ 282697 на территории Российской Федерации в отношении всех товаров и услуг, для которых товарный знак зарегистрирован. Согласно договору лицензиат вправе использовать товарный знак по свидетельству № 282697 путем размещения на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введение товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров в гражданский оборот, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет».

Из отзыва ответчика следует, что общество «ЛВЗ «Вереск» активно использует товарный знак по свидетельству Российской Федерации
№ 282697 для маркировки производимых им товаров с незначительными изменениями, не меняющими существа товарного знака. Данное обозначение размещается на товарах завода «настойка сладкая «Лапландия клюквенная», «настойка сладкая «Лапландия брусничная», являющихся алкогольными напитками (крепость 21%).

Сравнив используемые обществом «ЛВЗ «Вереск» обозначения и спорный товарный знак, судебная коллегия приходит к выводу о том, что при производстве и реализации указанных настоек, являющихся разновидностью алкогольной продукции, спорный товарный знак использовался с изменениями, не меняющими существа товарного знака, а именно – изменением цвета линий, отделяющих элементы товарного знака друг от друга (золотой цвет вместо светло-желтого).

Поскольку в данном случае разрешается не вопрос о сходстве сравниваемых обозначений, а проверяется, не меняется ли существо товарного знака и его восприятие в целом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что незначительное изменение цвета линий не свидетельствует существенном изменении товарного знака, влияющем на восприятие его как того же самого товарного знака.

Фактическое использование спорного товарного знака с указанными изменениями, не влияющими на его существо, подтверждается
товарно-транспортными накладными, датируемыми 2016, 2017 и 2018 годами, согласно которым общество «ЛВЗ «Вереск» осуществляло поставки товаров «настойка сладкая «Лапландия клюквенная», «настойка сладкая «Лапландия брусничная» контрагентам, документами по заказу этикеток, (договором поставки № 4/2015 от 12.01.2015, предусматривающим его пролонгацию, с обществом с ограниченной ответственностью «Компания ЭТИПАК», образцом этикетки «настойка сладкая «Лапландия клюквенная» с изображением на ней спорного товарного знака с незначительными изменениями, заявкой от 21.02.2017 о включении в план производства общества с ограниченной ответственностью «Компания ЭТИПАК» на февраль 2017 изготовления полиграфической продукции «настойка сладкая «Лапландия клюквенная», счетом общества с ограниченной ответственностью «Компания ЭТИПАК» № 62 от 22.03.2017 на оплату этикеток для настойки «настойка сладкая «Лапландия клюквенная», товарной накладной и счетом-фактурой № 60 от 22.03.2017 на указанные этикетки, рекламными материалами, распечатками с сайтов общества «ЛВЗ «Вереск» и торговых сетей, реализующих товары общества «ЛВЗ «Вереск», маркируемых спорным товарным знаком с незначительными изменениями, фотографиями данных товаров с указанием даты производства 09.11.2018.

Таким образом, ответчиком доказано, что в трехлетний период, предшествовавший направлению предложения заинтересованного лица, его лицензиатом использовался товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 282697 с незначительными изменениями, не влияющими на его существо, в отношении товаров 33-го класса МКТУ «алкогольные напитки (за исключением пива)» путем размещения его на производимой и реализуемой лицензиатом ответчика алкогольной продукции.

В то же время ответчик не представил доказательства в подтверждение использования товарного знака в отношении товаров 32-го класса МКТУ «пиво; минеральные и газированные воды и прочие безалкогольные напитки; фруктовые напитки и фруктовые соки; сиропы и прочие составы для изготовления напитков», услуг 35-го класса МКТУ «агентства по импорту-экспорту; продвижение товаров (для третьих лиц); продажа аукционная; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка товаров и услуги предприятиям)», а также не представил доказательства, свидетельствующие о том, что такое неиспользование произошло по не зависящим от него обстоятельствам.

При этом судебная коллегия учитывает разъяснения, изложенные в пункте 166 Постановления № 10, согласно которым для сохранения правовой охраны товарного знака правообладатель должен доказать фактическое (не мнимое) использование товарного знака в отношении каждого товара, для которого зарегистрирован товарный знак и по которому истец доказал свою заинтересованность в досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования, в том виде, в котором эти товар или услуга указаны в свидетельстве на товарный знак.

При установлении обстоятельств использования оспариваемого товарного знака однородность товаров и услуг не учитывается, если не доказана широкая известность этого знака.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.
Исходя из изложенных обстоятельств, учитывая, что ответчиком представлены доказательства, подтверждающие фактическое использование спорного товарного знака в отношении товаров 33-го класса МКТУ «алкогольные напитки (за исключением пива)», для которых истцом испрашивается досрочное прекращение правовой охраны товарного знака, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в данной части.

В то же время с учетом выводов об отсутствии доказательств, подтверждающих фактическое использование спорного товарного знака ответчиком в отношении товаров 32-го класса МКТУ «пиво; минеральные и газированные воды и прочие безалкогольные напитки; фруктовые напитки и фруктовые соки; сиропы и прочие составы для изготовления напитков», «пиво; минеральные и газированные воды и прочие безалкогольные напитки; фруктовые напитки и фруктовые соки; сиропы и прочие составы для изготовления напитков», услуг 35-го класса МКТУ «агентства по импорту-экспорту; продвижение товаров (для третьих лиц); продажа аукционная; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка товаров и услуги предприятиям)», для которых истцом испрашивается досрочное прекращение правовой охраны этого товарного знака, требования в данной части подлежат удовлетворению.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 23 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», при частичном удовлетворении требования неимущественного характера расходы по уплате государственной пошлины в полном объеме взыскиваются с противоположной стороны по делу.

Учитывая, что требования истца удовлетворены частично, судебный акт принят в его пользу, понесенные им судебные расходы, в том числе в связи с уплатой государственной пошлины за подачу искового заявления, подлежат взысканию в пользу истца с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

требования общества с ограниченной ответственностью «Оригами» удовлетворить частично.

Досрочно прекратить правовую охрану товарного знака по свидетельству Российской Федерации № 282697 в отношении товаров
32-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков «пиво; минеральные и газированные воды и прочие безалкогольные напитки; фруктовые напитки и фруктовые соки; сиропы и прочие составы для изготовления напитков», услуг 35-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков «агентства по импорту-экспорту; продвижение товаров (для третьих лиц); продажа аукционная; снабженческие услуги для третьих лиц (закупка товаров и услуги предприятиям)» вследствие его неиспользования.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью
«Русско-Финская компания» (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Оригами» (ОГРН <***>) 6000 (Шесть тысяч) рублей в возмещение судебных расходов по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий судья

В.В. Голофаев

Судья

Н.Н. Погадаев

Судья

С.П. Рогожин