Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление ФИО1 (Москва) к индивидуальному предпринимателю
ФИО2 (Москва, ОГРНИП <***>), Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Бережковская наб., д. 30, корп. 1, Москва, 123995, ОГРН <***>),

о признании частично недействительным патента Российской Федерации на полезную модель № 90875 в части указания патентообладателя.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено
общество с ограниченной ответственностью «ЛПСервис» (Костянский пер., д. 10, корп. 1, Москва, 107045, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие представители:

от истца: ФИО3 по доверенности от 11.09.2015 № 77 АБ 8348544;

от Роспатента: представитель не явился, извещен;

от ФИО2: лично; ФИО4 по доверенности от 31.07.2015
№ 77 АБ 8138610; ФИО5, ФИО6 представители по доверенности от 07.09.2015;

от ООО «ЛПСервис»: ФИО4 по доверенности от 28.01.2014

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее – ФИО1) обратился в Суд по интеллектуальным правам с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2
(далее – ИП ФИО2) и Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатенту) о признании частично недействительным патент Российской Федерации на полезную модель № 90875 в части указания патентообладателя.

Определением суда от 16.11.2015 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, было привлечено общество с ограниченной ответственностью «ЛПСервис» (далее – общество «ЛПСервис»).

В обоснование исковых требований ФИО1 указывает, что именно он как автор полезной модели, а не
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» должен быть патентообладателем, поскольку им право на получение патента на эту полезную модель
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» не передавалось.

ФИО1 утверждает, что спорная полезная модель создана
по его инициативе и его личным творческим трудом задолго до того, как он стал участником и генеральным директором
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001»; не является служебной, так как ФИО1 не получал конкретного задания от работодателя на разработку этой полезной модели и в его трудовые обязанности как генерального директора ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» функции по созданию объектов патентных прав не входили.

При этом доказательством, подтверждающим факт создания спорного технического решения до начала работы в
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», ФИО7 считает выполненный им от руки эскиз устройства.

Истец ссылается на то, что подписывая заявление о выдаче патента Российской Федерации на полезную модель, в которой в качестве патентообладателя было указано ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», он
не в полной мере осознавал правовые последствия своих действий.

Роспатентом представлен отзыв на исковое заявление, в котором
он считает себя ненадлежащим ответчиком по настоящему делу, так как у Роспатента отсутствует установленная законом или иным нормативным правовым актом обязанность осуществлять проверку правомерности указания в заявлении о выдаче патента авторов и лиц, на имя которых испрашивается патент.

Поэтому ответственность за достоверность сведений, содержащихся в заявлении о выдаче патента, несет представившее их лицо.

Также Роспатент обращает внимание на то, что споры
об установлении патентообладателя полезной модели относятся
к компетенции судов.

При этом подтверждает, что патент Российской Федерации на полезную модель № 90875 в настоящее время является действующим.

ИП ФИО2 представлены письменные объяснения
на исковое заявление, в которых он указывает, что ФИО1 как автор технического решения, защищаемого оспариваемым патентом, передал право на получение патента на полезную модель
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» на основании письменной сделки.

При этом ИП ФИО2 полагает, что сторонами
(ФИО1 и ЗАО «Спецкомплектресурс 2001») в письменной форме был составлен единый документ, в котором согласована воля обеих сторон, направленная на отчуждение права на получение патента
на конкретное техническое решение, в отношении которого подана заявка, то есть сторонами согласованы все существенные условия договора этого вида.

По мнению ИП ФИО2, истцом пропущен срок давности для признания недействительной сделки на отчуждение права
на получение патента, так как заявка на выдачу патента была подписана 09.11.2009.

Обращает внимание на то, что вся корреспонденция, касающаяся указанной заявки, направлялась ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», в связи с чем истцу, как генеральному директору названного лица, было известно о выдаче на имя ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» патента Российской Федерации на полезную модель № 90875.

Кроме того, указывает, что о предполагаемом нарушении своего права истец знал еще с 2009 года, что свидетельствует о пропуске им срока исковой давности.

В письменных пояснениях ФИО1 выражает несогласие
с доводами ИП ФИО2 и отмечает, что каких-либо трудовых
или гражданско-правовых отношений между ним
и ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» в отношении спорной полезной модели не было.

Считает, что подача заявки на полезную модель
не является сделкой по приобретению прав, а вопреки утверждениям
ИП ФИО2 действия истца по предъявлению настоящего иска нельзя признать злоупотреблением правом, поскольку требования заявлены на основании закона и не имеют цели причинения вреда другому лицу.

В судебном заседании 26.01.2016 судом были допрошены свидетели ФИО8, и ФИО9, которые сообщили суду известные им сведения об обстоятельствах, связанных с созданием спорного технического решения и получением патента на полезную модель, а также ответили на вопросы суда и лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании 26.01.2016 ФИО1 и его представитель настаивали на заявленных требованиях.

ИП ФИО2 и его представители возражали против удовлетворения требований.

Роспатент, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечил, что в силу частей 3 и 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является обладателем патента Российской Федерации № 90875 на полезную модель «Взрывозащищенное устройство капсульного типа», выданного по заявке № 2009141194, с приоритетом полезной модели от 09.11.2009.

Согласно заявке на указанную полезную модель заявителем выступало ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», автором полезной модели является ФИО1

Указанная заявка была подписана 09.11.2009 патентным поверенным ФИО8 как представителем заявителя –
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001».

Патент Российской Федерации № 90875 неоднократно отчуждался. На основании договора об отчуждении патента от 27.03.2014 № РД0144625 патентообладателем стал ИП ФИО2

При этом согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 08.12.2015
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» 18.06.2012 прекратило деятельность в качестве юридического лица.

ФИО1, полагая, что право на получение патента
на спорную полезную модель принадлежит ему в силу закона как автору этой полезной модели, обратился в Суд по интеллектуальным правам
с настоящим иском.

Изучив материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих
в деле, и их представителей, оценив имеющиеся в деле доказательства
в совокупности в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд
по интеллектуальным правам приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в силу следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших
в связи с введением части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», часть четвертая ГК РФ в действие с 01.01.2008, поэтому
в силу статьи 5 Федерального закона от 18.12.2006 № 231-ФЗ
«О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» она применяется к правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. К правоотношениям, возникшим до 01.01.2008, она применяется к тем правам и обязанностям, которые возникли после 31.12.2007.

При рассмотрении дел о признании интеллектуальных прав подлежит применению российское законодательство, действовавшее на момент возникновения соответствующего права.

Так, автор произведения определяется на основе законодательства, действовавшего на момент его создания; автор изобретения, полезной модели или промышленного образца – на основе законодательства, действовавшего на дату подачи заявки на выдачу патента на это изобретение, полезную модель или промышленный образец.

При рассмотрении возражений против выдачи патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, суды определяют основания для признания недействительным патента, предоставления правовой охраны товарному знаку, наименованию места происхождения товаров, исходя
из законодательства, действовавшего на момент подачи заявки на выдачу патента, заявки на товарный знак, заявки на наименование места происхождения товаров.

Принимая во внимание, что заявка о выдаче патента на спорную полезную модель подана 09.11.2009, суд приходит к выводу о том, что к рассматриваемым правоотношениям применяются нормы части четвертой ГК РФ (в редакции, действовавшей на дату подачи заявки).

В силу статьи 1347 ГК РФ автором изобретения, полезной модели или промышленного образца признается гражданин, творческим трудом которого создан соответствующий результат интеллектуальной деятельности. Лицо, указанное в качестве автора в заявке на выдачу патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец, считается автором изобретения, полезной модели или промышленного образца, если не доказано иное.

В заявке № 2009141194 на выдачу патента на спорную полезную модель в качестве автора полезной модели указан ФИО1

В соответствии с пунктом 1 статья 1357 ГК РФ право
на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец первоначально принадлежит автору изобретения, полезной модели или промышленного образца.

Право на получение патента на изобретение, полезную модель или промышленный образец может перейти к другому лицу (правопреемнику) или быть ему передано в случаях и по основаниям, которые установлены законом, в том числе в порядке универсального правопреемства, или по договору, в том числе по трудовому договору (пункт 2 указанной статьи).

Пунктом 1 статьи 1370 ГК РФ предусмотрено, что изобретение, полезная модель или промышленный образец, созданные работником
в связи с выполнением своих трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя, признаются соответственно служебным изобретением, служебной полезной моделью или служебным промышленным образцом.

Согласно пункту 2 той же статьи право авторства на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец принадлежит работнику (автору).

Пунктом 3 статьи 1370 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на служебное изобретение, служебную полезную модель или служебный промышленный образец и право на получение патента принадлежат работодателю, если трудовым или иным договором между работником и работодателем не предусмотрено иное.

С учетом изложенных норм, в случае создания работником служебной полезной модели заключения между ним и работодателем договора на отчуждение права на получение патента не требуется. Такое право возникает у работодателя на основании закона в силу создания работником соответствующего результата интеллектуальной деятельности в процессе выполнения трудовых обязанностей или конкретного задания работодателя.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ патент на изобретение, полезную модель или промышленный образец может быть признан недействительным полностью или частично в случае выдачи патента с указанием в нем в качестве автора или патентообладателя лица, не являющегося таковым в соответствии с ГК РФ, либо без указания в патенте в качестве автора или патентообладателя лица, являющегося таковым в соответствии с ГК РФ.

В иске, ФИО1 указал, что техническое решение, впоследствии зарегистрированное в качестве полезной модели, было создано им не связи с выполнением своих трудовых обязанностей в качестве генерального директора ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», а по его собственной инициативе и задолго до того, как он вместе со ФИО2 учредил
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» и стал его генеральным директором,
в связи с чем полезная модель по патенту Российской Федерации № 90875 служебной не является.

Исходя из этого, установлению при рассмотрении настоящего спора подлежат:

период, в течение которого было создано спорное техническое решение;

факт наличия трудовых правоотношений между ФИО1 и ЗАО «Спецкомплектресурс 2001»;

наличие взаимосвязи между выполнением ФИО1 своих трудовых обязанностей и созданием спорного технического решения.

Из заявления на выдачу патента на спорную полезную модель следует, что заявление о выдаче спорного патента 09.11.2009 подписано патентным поверенным ФИО8 как представителем заявителя – ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», директором которого являлся
ФИО1

Суд считает, что факт подписания указанного заявления патентным поверенным от имени ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» является доказательством того, что ЗАО «Спецкомплектресурс 2001»
по отношению к ФИО1 как автору полезной модели являлось работодателем, поэтому, созданная полезная модель носит служебный характер.

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что ФИО1 до момента обращения
с настоящим иском каким-либо образом оспаривал вышеназванное обстоятельство, в связи с чем, суд приходит к выводу, что оспаривание служебного характера полезной модели обусловлено иными обстоятельствами, в том числе возникновением «корпоративного конфликта» между ФИО1 и ФИО2

Как указано в статьях 16, 273 и 274 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) на ФИО1, являвшегося единоличным исполнительным органом ЗАО «Спецкомплектресурс 2001»
и не являвшегося при этом единственным участником этого общества, распространяется действие трудового законодательства Российской Федерации с особенностями, предусмотренными главой 43 ТК РФ.

Отсутствие в рассматриваемом случае доказательств надлежащего оформления трудовых правоотношений (заключения трудового договора, приказа о назначении (избрании) на должность)
не имеет правового значения, поскольку трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (абзац восьмой статьи 16 ТК РФ).

Более того, суд учитывает, что в настоящее время, отсутствует возможность получения (истребования) таких доказательств по причине прекращения ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» 18.06.2012 деятельности в качестве юридического лица.

Как усматривается из имеющейся в материалах дела должностной инструкции генерального директора ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», ФИО1 был ознакомлен с ее содержанием 26.07.2004.

С учетом изложенного, суд исходит из наличия между
ФИО1 и ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» трудовых правоотношений с 26.07.2004, включая период подачи в Роспатент заявки о выдаче патента спорную полезную модель, рассмотрения этой заявки
и выдачи патента.

Судом не принимается ссылка истца на отсутствие конкретного задания работодателя на разработку спорной полезной модели, так как ФИО1 сам являлся представителем работодателя, уполномоченным давать такие задания.

Также не может быть признан обоснованным и довод
ФИО1 об отсутствии в должностной инструкции генерального директора ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» обязанности по разработке объектов патентных прав, поскольку названная инструкция предусматривает обобщенные (неконкретизированные) обязанности генерального директора, в рамках которых могла осуществляться
и деятельность по разработке этих объектов.

К числу таких обязанностей могут быть отнесены: обеспечение выполнения всех лицензионных требований при осуществлении деятельности общества; организация подготовки соответствующих документов и осуществление всех необходимых действий для получения (продления) лицензии на осуществление уставной деятельности общества; организация производственно-хозяйственной деятельности общества на основе широкого использования новейшей техники и технологий.

С целью установления всех обстоятельств, связанных с созданием спорной полезной модели и оформлением исключительного права
на нее, судом в качестве свидетелей были вызваны ФИО8, ФИО9 (по ходатайству ИП ФИО2).

При этом судом было отказано в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания, так как в заседание 26.01.2015
ФИО10, ФИО11 (заявленные для допроса в качестве свидетелей по ходатайству ФИО1) не явились в связи с командировкой, о чем представлены приказы их работодателя. При этом заблаговременно зная о времени судебного заседания, сам истец направил одного из заявленных к допросу в качестве свидетеля лиц в командировку в другой город в день проведения судебного заседания.

Свидетель ФИО8 сообщила суду о том, что она являясь патентным поверенным Российской Федерации, на основании договора
от 06.04.2009 № ИП-002/09 на оказание патентно-информационных услуг оказывала квалифицированную помощь ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» в подготовке заявки на выдачу патента на спорную полезную модель.

При этом вся переписка, касающаяся оформления и подачи заявки, велась ею с работником ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» ФИО9

Договор от 06.04.2009 № ИП-002/09 и акт оказания услуг по этому договору от лица ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» подписывались
ФИО1

При этом лично с ФИО1 она не общалась,
с консультацией к ней относительно того, какое лицо должно быть указано в заявке в качестве патентообладателя, ФИО1 не обращался.

Свидетель ФИО9 сообщила, что в период оформления заявки на спорную полезную модель работала
в ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» в должности менеджера.

Задание на оформление документов, связанных
с указанной заявкой, было получено ею от ФИО1 В рамках выполнения этого задания она вела переписку с патентным поверенным ФИО8 и направляла ей документы.

Имеющийся в материалах заявки чертеж устройства выполнялся конструктором ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» ФИО12, о роли ФИО1 в создании спорного технического решения она пояснить не может.

Пояснила суду, что представленный ФИО1 в судебном заседании эскиз устройства она ранее не видела.

Оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание показания свидетелей, Суд
по интеллектуальным правам приходит к выводу о том, что достаточных
и достоверных доказательств в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации того, что спорная полезная модель была создана ФИО1 до начала его работы в
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», истцом суду не представлено.

При этом, приобщенный судом к материалам дела эскиз устройства (выполненный карандашом от руки) не позволяет определить, когда
и кем он был выполнен.

Принимая во внимание все обстоятельства и имеющиеся в деле доказательства, Суд по интеллектуальным полагает, что ФИО7
не опровергнуто указание в заявлении о выдаче патента на служебный характер полезной модели.

При этом суд учитывает, что предоставляя полномочия патентному поверенному на подписание заявки, в которой
ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» указано в качестве работодателя, истец не мог не осознавать правовые последствия своего волеизъявления.

Ссылка на отсутствие у ФИО1 юридических знаний
в рассматриваемом случае принятию не подлежит.

Суд отмечает, что ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» и не мог
не осознавать важность и ответственность принимаемых им решений в качестве руководителя данного юридического лица. Так как воля юридического лица, направленная во вне этого лица, к иным третьим лицам (в частности обращенная в отношении Роспатента) выражается в действиях и документах, которые осуществляются и подписываются единоличным исполнительным органом (руководителем) этого юридического лица.

Довод истца об отсутствии доказательств выплаты ему
со стороны ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» авторского вознаграждения, предусмотренного пунктом 4 статьи 1370 ГК РФ, не может быть признан обоснованным, поскольку такие доказательства могли быть представлены только ЗАО «Спецкомплектресурс 2001», которое прекратило свою деятельность в качестве юридического лица.

Более того, суд учитывает, что на момент получения спорного патента ФИО1 являлся участником ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» и мог получать долю от прибыли данного общества, возникшей, в том числе в результате использования спорной полезной модели.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований считать, что ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» неправомерно было указано в патенте Российской Федерации № 90875 в качестве патентообладателя и об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом, считая, что спорная полезная модель являлась служебной, то есть была создана в рамках трудовых обязанностей ФИО1, суд также принимает во внимание, что воля автора на получение патента на имя ЗАО «Спецкомплектресурс 2001» была выражена с достаточной степенью определенности, не позволяющей сомневаться в ее направленности на достижении именно того результата, который и был достигнут.

Поэтому последующее отрицание со стороны ФИО1 этого факта рассматривается судом как способ создания себе преимуществ в предпринимательском споре, не имеющем отношения
к предмету рассматриваемого дела.

Довод ФИО2 о том, что к исковым требованиям
ФИО1 подлежит применению исковая давность следует признать основанным на неправильном толковании норм материального права.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. При этом срок исковой давности является специальным, если он специально предусмотрен законом (статья 197 ГК РФ).

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 1398 ГК РФ патент
на изобретение, полезную модель или промышленный образец
в течение срока его действия, установленного пунктами 1-3 статьи 1363 этого Кодекса, может быть оспорен в судебном порядке любым лицом, которому стало известно о нарушениях, предусмотренных подпунктом 5 пункта 1 статьи 1398 ГК РФ.

Таким образом, из приведенных выше норм права не следует, что названные в них сроки являются сроками исковой давности.

По своей правовой природе указанные сроки являются сроками правовой охраны исключительных прав, которые в силу пункта 1 статьи 1363 ГК РФ могут превышать 10 лет (например, для изобретений срок правовой охраны – 20 лет).

В то же время, согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.

Из содержания положений пункта 2 статьи 1398 ГК РФ следует, что законодатель преследовал в данном случае цель – дать возможность любому лицу, независимо от того, есть ли у такого лица собственный интерес в признании патента недействительным, оспорить патент
в течение всего срока его действия, следовательно, ограничение срока оспаривания патента, в том числе через применение сроков исковой давности, не согласуется с позицией законодателя.

То есть правила главы 12 ГК РФ об исковой давности в период действия патента применению не подлежат.

Данный вывод основан также на положении абзаца 6 статьи 208
ГК РФ, согласно которому исковая давность не распространяется на другие требования в случаях, установленных законом.

В рассматриваемом случае закон (статья 1398 ГК РФ) предусматривает срок, в течение которого любое лицо вправе обратиться в суд с определенным требованием, подчеркивая, что по истечении указанного срока действия патента уже только заинтересованное лицо может обратиться с таким же требованием, и в этом случае срок исковой давности подлежит применению в общем порядке.

Вместе с тем суд не может согласиться с доводами
ИП ФИО2 и ООО «ЛПСервис» о злоупотреблении истцом гражданскими правами при подаче настоящего иска.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер,
а вывод о нем не должен являться следствием предположений. В этом случае выяснению подлежат действительные намерения лица, приобретающего исключительное право на товарный знак.

Между тем материалами дела наличие у истца умысла
на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей) не подтверждается.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения исковых требований о признании недействительным патента Российской Федерации на полезную модель № 90875 в части неуказания единственным патентообладателем ФИО1
и об обязании Роспатента выдать новый патент на эту полезную модель с указанием в качестве единственного патентообладателя ФИО1, отсутствуют.

Исковые требование, предъявленные к Роспатенту, не подлежат удовлетворению в силу того, что это лицо не может быть признано надлежащим ответчиком по данной категории споров.

Как обоснованно указано Роспатентом в отзыве на исковое заявление, законом либо иным нормативным правовым актом
не установлены полномочия Роспатента при рассмотрении заявки
на выдачу патента на объект патентных прав проверять достоверность сведений об авторе и патентообладателе такого объекта.

Настоящий спор не является спором, рассматриваемым в порядке главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку в данном случае не оспаривается ненормативный правовой акт Роспатента, а в порядке искового производства разрешается спор между лицом, которое является патентообладателем, и лицом, которое претендует на этот статус.

Законодатель посредством нормы, содержащейся в абзаце втором пункта 2 статьи 1398 ГК РФ, отнес споры об установлении патентообладателя к компетенции суда.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные в связи с уплатой государственной пошлины за подачу искового заявления, подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Суд по интеллектуальным правам

РЕШИЛ:

в удовлетворении требований ФИО1 отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в президиум Суда по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий судья

Д.А. Булгаков

Судья

Т.В. Васильева

Судья

В.В. Голофаев