Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 28 мая 2020 года гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора на оказание услуг, взыскании денежных средств, оплаченных по договору,

по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору оказания услуг, пени

по апелляционной жалобе представителя истца ФИО1 – ФИО3

на решение Центрального районного суда города Читы от 17 октября 2019 года, которым постановлено:

в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2 о расторжении договора на оказание услуг, взыскании денежных средств, оплаченных по договору отказать;

встречное исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору оказания услуг, пени удовлетворить;

взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 задолженность по договору оказания юридических услуг № от 06.08.2018 в размере 50 000 рублей, пени за нарушение сроков оплаты по договору оказания юридических услуг № от 06.08.2018 за период с 08.08.2018 по 17.04.2019 года в размере 63 000 рублей;

взыскивать с ФИО1 в пользу ФИО2 пени за нарушение сроков оплаты по договору оказания юридических услуг № от 06.08.2018 в размере 250 рублей ежедневно, начиная с 18.04.2019 по день фактической выплаты суммы долга.

Заслушав доклад судьи краевого суда Ревенко Т.М., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском, ссылаясь на то, что 6 августа 2018 года заключил с ФИО2 договор на оказание юридических услуг №, по условиям которого последняя обязалась представлять его интересы по согласованию перепланировки нежилого здания по адресу: <адрес> (кадастровый №). Он обязался передать исполнителю доверенность, все необходимые документы и информацию в целях исполнения заказа и оплатить услуги в размере 50 000 рублей. Помимо вознаграждения он передал исполнителю 85 000 рублей для произведения расчетов с третьими лицами при исполнении порученной работы. Свои обязательства в соответствии с условиями договора он выполнил в полном объеме, оплатил исполнителю вознаграждение, передал оригиналы документов, денежные средства для расчетов с третьими лицами. Он неоднократно обращался к ответчику с просьбой отчитаться о ходе выполнения работ и о расходовании денежных средств, однако ответчик уклоняется от передачи результатов работы, а также от информирования клиента о ходе выполнения работ и о расходовании средств, переданных для расчета с третьими лицами. 31.10.2018 ответчику была отправлена претензия о расторжении договора, предоставлении отчета о проделанной работе, расходовании средств, возврате денежных средств за вычетом оплаты фактически выполненной работы, оригиналов переданных и полученных в ходе проведения работ документов, а также уведомление об отзыве доверенности. Претензия оставлена ответчиком без ответа.

Просил расторгнуть договор на оказание юридических услуг № от 06.08.2018, взыскать с ФИО2 уплаченные по договору денежные средства в размере 50 000 рублей, а также денежные средства, переданные для расчета с третьими лицами, в размере 85 000 рублей (л.д. 4-5).

К участию в деле в качестве третьего лица привлечено Управление архитектуры и градостроительства администрации городского округа «Город Чита» (л.д. 38).

Не согласившись с требованиями ФИО1, ФИО2 обратилась в суд со встречным исковым заявлением, ссылаясь на то, что предметом договора являлось представление интересов клиента по согласованию перепланировки нежилого здания общей площадью 94,6 кв.м. по адресу: <адрес> (кадастровый №), в том числе, изготовление проекта перепланировки; изготовление технического заключения; сбор и представление необходимых документов на переустройство/перепланировку в орган, осуществляющий согласование, по месту нахождения переустраиваемого и (или) перепланируемого помещения, получение решения о согласовании переустройства/перепланировки. В рамках исполнения вышеуказанного договора ею выполнена следующая работа: изготовление проекта перепланировки; изготовление технического заключения: сбор и представление необходимых документов на переустройство/перепланировку в орган, осуществляющий согласование, по месту нахождения переустраиваемого и (или) перепланируемого помещения. Для полного завершения работы осталось лишь получить соответствующее разрешение на переустройство/перепланировку в органе, осуществляющем согласование, – в Управлении архитектуры и градостроительства администрации городского округа «Город Чита». Узнав, что документы находятся в стадии завершения в Управлении архитектуры и градостроительства г. Читы, 30.10.2018 заказчиком отменена нотариальная доверенность, выданная на ее имя. Письмом от 01.11.2018 ФИО1 уведомил её о приостановлении работ по договору. В соответствии с пунктом 2.1. договора, вознаграждение исполнителя составляет 50 000 рублей. Сумма вознаграждения, указанная в п. 2.1. договора, уплачивается клиентом в порядке 100% предоплаты при подписании договора. В нарушение условий договора ФИО1о вознаграждение исполнителю до настоящего времени не выплачено. Согласно п. 2.4. договора при просрочке внесения оплаты по договору, указанной в п. 2.1 на сумму просроченной задолженности начисляются пени в размере 0,5% за каждый день просрочки. Период просрочки составил 252 дня, в связи с чем размер пени составляет 63 000 рублей. До настоящего времени задолженность ответчиком не погашена.

Просила взыскать с ФИО1 задолженность по договору оказания юридических услуг № от 06.08.2018 в размере 50 000 рублей, пени за нарушение сроков оплаты по договору за период с 08.08.2018 по 17.04.2019 в размере 63 000 рублей, взыскивать с ответчика пени за нарушение сроков оплаты по договору в размере 250 рублей за каждый день просрочки, начиная с 18.04.2019 по день фактической уплаты суммы долга (л.д. 46-47).

Судом постановлено приведённое выше решение (л.д. 223-228).

В апелляционной жалобе представитель истца ФИО1 - ФИО3 выражает несогласие с решением суда, просит его отменить. Указывает, что в решении суда установлен факт исполнения договора в части оплаты ФИО1 95 000 рублей. Таким образом, клиент оплатил 50 000 рублей по договору. Встречные исковые требования удовлетворению не подлежали, поскольку оплата по договору была произведена, что нашло подтверждение в судебном заседании. Также не подлежит удовлетворению встречное требование ответчика по начислению пени в размере 63 000 рублей. Полагает недопустимым самостоятельное распределение ответчиком переданных денежных средств не на оплату услуги по договору, а на оплату расчетов с третьими лицами. Истцом было заявлено ходатайство о прослушивании аудиозаписи разговора между сторонами, доказывающей факт передачи истцом 130 000 рублей, однако аудиозапись так и не была прослушана, что свидетельствует о нарушении судом принципа состязательности и равноправия сторон. Полагает, что показания начальника отдела разрешений на строительство и ввод объектов в эксплуатацию Управления архитектуры и градостроительства комитета градостроительной политики администрации городского округа «Город Чита» ФИО4 изложены некорректно. При даче пояснений ФИО4 говорил о достаточности представленных документов в отношении проекта перепланировки и перепрофилировании гаража под магазин. В отношении отчета о техническом состоянии конструкции ФИО4 пояснял, что он необязателен. Об этом же свидетельствует ответ на запрос суда комитета градостроительной политики администрации городского округа «Город Чита». Отчет о техническом состоянии к проектной документации не относится и с заявлением не подавался. Таким образом, ФИО2 по своему усмотрению воспользовалась денежными средствами и заказала отчет, необходимости в составлении которого не было, стоимостью 70 000 рублей. Кроме того, работы по обследованию объекта, проведенные ООО «Забтехпроект», фактически не выполнялись, на объект никто не выезжал, обследование технического состояния конструкций не производилось. Указывает, что ФИО2 в подтверждение оплаты по договору № от 01.10.2018 представлен приходно-кассовый чек № от 20.10.2018 на сумму 70 000 рублей. Указанный документ не может являться допустимым доказательством по делу, поскольку является внутренним документом организации, отражающим движение денежных средств. Подтверждением оплаты по договору может быть только кассовый чек, выписанный на бланке строгой отчетности или квитанция банка. Ни один из перечисленных документов представлен не был. Судом необоснованно отклонено ходатайство о вызове свидетеля ФИО3 и о приобщении аудиозаписи разговора (л.д. 230-233).

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ФИО2, представитель третьего лица Управления архитектуры и градостроительства администрации городского округа «Город Чита» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, причины неявки не сообщили, на основании ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассматривалось в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, заслушав представителя ответчика ФИО5, полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 6 августа 2018 года между ФИО2 (исполнитель) и ФИО1 (клиент) заключен договор на оказание юридических услуг №.

Согласно п. 1.1 договора, клиент поручает, а исполнитель обязуется обеспечить надлежащим образом, на условиях договора, за вознаграждение выполнение услуг, в соответствии с информацией, представленной клиентом: представление интересов клиента по согласованию перепланировки нежилого здания, общей площадью 94,6 кв.м, расположенного по адресу: <адрес> (кадастровый №): изготовление проекта перепланировки, изготовление технического заключения, сбор и предоставление необходимых документов на переустройство/перепланировку в орган, осуществляющий согласование, по месту нахождения переустраиваемого и (или) перепланируемого помещения, получение решения о согласовании переустройства/перепланировки.

Из п. 1.2 договора следует, что исполнитель вправе привлекать к исполнению своих обязательств других лиц.

Клиент обязуется передать исполнителю доверенность, все необходимые документы и информацию относительно заказа и оплатить услуги (п.п. 1.3, 1.4.).

Вознаграждение исполнителя составляет 50 000 рублей и уплачивается клиентом в порядке 100% предоплаты при подписании договора.

Помимо вознаграждения клиент предоставляет исполнителю денежные средства, необходимые для производства расчетов с третьими лицами от имени и в интересах клиента для исполнения порученной работы.

При просрочке внесения оплаты по договору, на сумму просроченной задолженности начисляются пени в размере 0,5 % за каждый день просрочки (п.п. 2.1,2.2, 2.3, 2.4).

Договор вступает в силу с момента подписания и действует до фактического исполнения обязательств сторонами. Передача исполнителем клиенту выполненных услуг оформляется актом приема-передачи (п.п.4.1, 4.3).

12.09.2018 ФИО1 для оказания услуги выдал доверенность на имя ФИО2 (л.д. 7).

22 октября 2018 г. ФИО1 отменил выданную на имя ФИО2 доверенность (л.д. 8).

31 октября 2018 г. ФИО1 направил в адрес ФИО2 уведомление о расторжении договора. Основанием для направления такого уведомления является то, что ФИО2 не предоставляет отчет о ходе выполнения договора и о расходовании денежных средств (л.д. 11-12).

По утверждению ФИО1 он передал ФИО2 для оказания услуг денежные средства в общей сумме 135 000 рублей (л.д. 4, 11).

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 утверждала, что получила от ФИО1 денежные средства в размере 95 000 рублей, которыми она рассчиталась за оказанные услуги с третьими лицами. Причитающееся ей вознаграждение в размере 50 000 рублей не выплачено. В рамках исполнения договора ею был подготовлен проект перепланировки, изготовлено техническое заключение. Фактически услуга была оказана, соответствующие документы для получения разрешения были сданы в отдел архитектуры, однако разрешение не получено в связи отзывом ФИО1 доверенности и документов, сданных в отдел архитектуры (л.д. 29-30, 36-37, 156).

Во исполнение условий договора ФИО2 заключила с ФИО6 договор на оказание услуг по выполнению чертежей перепланировки и перепрофилирования гаража под магазин, уплатив за оказанные услуги 25 000 рублей (л.д. 19).

Вначале ФИО6 был изготовлен проект реконструкции гаража под магазин (л.д. 62-75), а затем данный проект был переделан им в проект перепланировки и перепрофилирования гаража под магазин (л.д. 48-61, 196, 219).

Также ФИО2 был заключен договор с ООО «Забтехпроект» для определения технического состояния здания для установления степени эксплуатационной пригодности и смены функционального назначения. Стоимость работ по договору составила 70 000 рублей. ООО «Забтехпроект» подготовлен отчет № ОЗС (л.д. 76-83, 125-128).

Из письма комитета градостроительной политики администрации городского круга «Город Чита от 10 июня 2019 г. следует, что 18 октября 2018 г. от представителя ФИО1 – ФИО2 поступило заявление о выдаче разрешения на перепрофилирование здания, расположенного по адресу: <адрес>, с «Гаража» на «Магазин» в соответствии с предоставленной проектной документацией. 15 ноября 2018 г. на основании личного обращения ФИО1 документы были возвращены (л.д. 143, 145).

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что между сторонами был заключен договор возмездного оказания услуг. Ответчиком ФИО2 договор об оказании юридических услуг был исполнен, однако вознаграждение за оказанные услуги в размере 50 000 рублей не было оплачено ФИО1 Суд отказал в удовлетворении первоначального иска ФИО1 и удовлетворил встречный иск, взыскав с ФИО1 в пользу ФИО2 вознаграждение по договору в размере 50 000 рублей, неустойку за просрочку оплаты услуг – 63 000 рублей, а также взыскал неустойку на будущее время до полного исполнения обязательства.

С выводом суда о том, что между сторонами был заключен договор возмездного оказания услуг, судебная коллегия полагает возможным согласиться.

В силу п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Факт заключения договора между ФИО1 и ФИО2 подтверждается договором на оказание юридических услуг № от 6 августа 2018 г., что сторонами в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

По условиям договора ФИО2 приняла на себя обязательство по согласованию перепланировки нежилого здания, общей площадью 94,6 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>.

Вознаграждение ФИО2 было определено в размере 50 000 рублей. Кроме того, ФИО1 должен предоставить исполнителю денежные средства, необходимые для исполнения услуги и получения документов (п.п. 2.1, 2.2 договора).

В суде первой инстанции между сторонами возник спор относительно размера уплаченных по договору денежных средств: истец утверждал, что уплатил по договору 135 000 рублей; ответчик признал факт получения от истца денежных средств в размере 95 000 рублей.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что истец уплатил ответчику 95 000 рублей. Данные денежные средства были потрачены исполнителем на подготовку проекта перепланировки и перепрофилирования гаража под магазин стоимостью 25 000 рублей (л.д. 48-61, 196, 219), а также на оплату отчета о техническом состоянии здания стоимостью 70 000 рублей (л.д. 76-83, 125-128). Вознаграждение исполнителю в размере 50 000 рублей выплачено не было.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в прослушивании аудиозаписи разговора в подтверждение получения ФИО2 от ФИО1 денежных средств заслуживает внимания.

В судебном заседании, состоявшемся 27 сентября 2018 г., истец ФИО1 заявил ходатайство о прослушивании аудиозаписи разговора с ФИО2 Суд первой инстанции определил прослушать аудиозапись в следующем судебном заседании (л.д. 194).

В судебном заседании, состоявшемся 17 октября 2019 г., истец ФИО1 повторно заявил ходатайство о прослушивании аудиозаписи, в удовлетворении которого судом было отказано по причине отсутствия технической возможности (л.д. 221).

Однако в случае отсутствия у суда технической возможности прослушивания аудиозаписи, суд первой инстанции должен был разъяснить истцу возможность прослушать аудиозапись путем предоставления последним в судебное заседание технических средств, что судом сделано не было. При таких обстоятельствах суд первой инстанции необоснованно отказал истцу в прослушивании аудиозаписи.

Поскольку суд первой инстанции необоснованно отказал ФИО1 в исследовании доказательства, на основании ч. 1 ст. 321 ГПК РФ суд апелляционной инстанции прослушал данную запись в качестве нового доказательства.

Из разговора, состоявшегося между сторонами следует, что ФИО2 подтвердила, что получила от ФИО1 предварительную оплату в размере 130 000 рублей (л.д. 192).

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Лицо, представляющее аудиозаписи на электронном или ином носителе либо ходатайствующее об их истребовании, обязано указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялись записи (статья 77 названного кодекса).

Таким образом, аудиозаписи отнесены Гражданским процессуальным кодексом РФ к самостоятельным средствам доказывания.

С учетом приведенных положений процессуального закона истец ФИО1 в подтверждение передачи денежных средств по договору вправе ссылаться на аудиозапись беседы с ФИО2

В суде апелляционной инстанции истец ФИО1 пояснил о том, что запись разговора он делал в автомобиле на телефон. После прослушивания данной записи представитель ответчика ФИО5 факт достоверности записи и состоявшегося разговора между ФИО1 и ФИО2 не оспаривал.

На данной записи зафиксирован разговор сторон, что не является сбором сведений о частной жизни ФИО2 При таких обстоятельствах представленная истцом ФИО1 аудиозапись соответствует требованиям о допустимости доказательств, в связи с чем истцом доказан факт передачи ответчику денежных средств в размере 130 000 рублей.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда, а также позицией истца ФИО1 о том, что к возникшим правоотношениям должен быть применен Закон РФ «О защите прав потребителей».

В соответствии с абз. третьим преамбулы Закона РФ «О защите прав потребителей» потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Аналогичное разъяснение содержится в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей».

Таким образом, при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей необходимо определять не только субъектный состав участников договора, но и то, для каких нужд он был заключен.

По данному делу установлено, что ФИО1 обратился к ФИО2 для перепланировки нежилого помещения с целью его использования под магазин. Следовательно, данная услуга не была направлена для удовлетворения личных нужд гражданина, а связана с возможностью в дальнейшем использования данного здания в предпринимательских целях.

При таких обстоятельствах применение судом ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей» является необоснованным.

Согласно п. 1 ст. 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

В соответствии с п. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 Гражданского кодекса) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 г. № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что в случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон.

Уведомление о расторжении договора было направлено ФИО1 31 октября 2018 г. (л.д. 11, оборот). Согласно официальному сайту «Почта России» почтовое отправление № было получено ФИО2 3 ноября 2018 г.

Следовательно, договор возмездного оказания юридических услуг № от 6 августа 2018 г. был расторгнут 3 ноября 2018 г., то есть с момента получения ФИО2 соответствующего уведомления.

Односторонний отказ от исполнения договора, осуществляемый в соответствии с законом, является юридическим фактом, ведущим к расторжению договора, в связи с чем оснований для обращения в суд с самостоятельным требованием о расторжении договора возмездного оказания услуг не требуется. При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требования ФИО1 о расторжении договора.

Также судебная коллегия не находит оснований для взыскания с ФИО2 денежных средств, уплаченных по договору.

Согласно п. 1 ст. 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В п. 1 ст. 10 данного кодекса закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

По смыслу приведенных норм права, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

По делу установлено, что в порядке исполнения договора, ФИО2 подготовлены документы (проект перепланировки и перепрофилирования гаража под магазин, отчет об определении технического состояния здания для установления степени эксплуатационной пригодности и смене функционального назначения), которые были сданы в комитет градостроительной политики администрации городского круга «Город Чита» для получения соответствующего разрешения.

Однако соответствующее заключение не было получено, поскольку ФИО1 отозвал заявление и забрал документы из Управления архитектуры на этапе, когда услуга, предусмотренная договором, должна была быть исполнена. В результате действий ФИО1 услуга не была завершена, соответствующее заключение не было получено.

Из показаний свидетеля ФИО4, работающего начальником отдела разрешений на строительство и ввод объектов в эксплуатацию Управления архитектуры и градостроительства комитета градостроительной политики администрации городского круга «Город Чита», следует, что представленных ФИО2 документов было достаточно для принятия решения. Однако разрешение не было выдано в связи с расторжением договора ФИО1 (л.д. 156).

Таким образом, невозможность исполнения услуги возникла в результате действий ФИО1, который отозвал документы из градостроительного комитета.

Утверждение ФИО1 о том, что ФИО2 не представляла отчет о проделанной работе, является несостоятельным. Из аудиозаписи разговора, приобщенной к материалам дела в качестве нового доказательства, следует, что ФИО2 пояснила о проделанной ею работе, уведомила заказчика о том, что соответствующие документы были подготовлены и сданы в управление архитектуры. Каких-либо возражений относительно качества и сроков оказания услуг ФИО1 не высказывал.

Довод ФИО1 о том, что ФИО2 в рамках договора должна была оказать услугу по отводу земельного участка, подлежит отклонению, поскольку оказание данной услуги договором не предусмотрено, дополнительное соглашение к договору заключено не было.

Оценивая действия ФИО1, судебная коллегия полагает, что в его действиях имеется злоупотребление правом, выразившееся в том, что он требует возврата денежных средств, уплаченных в качестве вознаграждения в размере 50 000 рублей, за услугу, которая фактически ему была оказана надлежащим образом.

Доводы апелляционной жалобы о том, что получение отчета об определении технического состояния здания для установления степени эксплуатационной пригодности и смене функционального назначения не требовалось, а к возникшим правоотношениям должны применяться нормы жилищного законодательства по аналогии (ст. ст. 7, ч. 2 ст. 23 ЖК РФ), подлежат отклонению.

Из письма Минэкономразвития России от 24.04.2017 № ОГ-Д23-4974 следует, что в настоящее время Жилищным кодексом Российской Федерации определен порядок изменения назначения помещений (глава 4), однако порядок изменения назначения здания законодательством Российской Федерации не установлен.

Из ответа комитета градостроительной политики администрации городского округа «Город Чита» следует, что для получения заключения на перепрофилирование здания необходимо было представить заключение проектной организации о возможности использования и соответствия здания строительным, экологическим, санитарно-гигиеническим, противопожарным и другим нормам, действующим на территории Российской Федерации по заявленному назначению с перепланировкой или без таковой, в связи с чем предоставление проекта перепланировки и перепрофилирования гаража под магазин, а также отчета по результатам технического состояния конструкций и здания в целом для установления степени эксплуатационной пригодности и смене функционального назначения являлось необходимым (том 2 л.д. 43-44).

При этом в отчете об определении технического состояния здания для установления степени эксплуатационной пригодности и смене функционального назначения содержится вывод о возможности использования здания гаража по функциональному назначению под магазин (том 1 л.д. 79, оборот).

Услуга по изготовлению указанного отчета была оказана, стоимость оказания услуг составила 70 000 рублей, что подтверждается соответствующими доказательствами (л.д. 167-172). Допрошенный в качестве свидетеля Ж.Н.А., подготовивший указанный отчет, пояснил, что данный отчет был подготовлен им без осмотра объекта на основании фотографий, представленных ФИО2 (л.д. 185).

Доказательств того, что документы, подготовленные ФИО2 в рамках исполнения договора, сделаны некачественно либо стоимость их изготовления значительно завышена, материалы не содержат.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о допросе в качестве свидетеля ФИО3, подлежит отклонению, поскольку, как следует из протоколов судебных заседаний, такое ходатайство стороной истца не заявлялось.

Вместе с тем доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с решением суда в части удовлетворения встречного иска, заслуживают внимания.

Пунктом 1 ст. 23 ГК РФ предусмотрено, что гражданин вправе заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Согласно п. 4 ст. 23 ГК РФ гражданин, осуществляющий предпринимательскую деятельность без образования юридического лица с нарушением требований пункта 1 настоящей статьи, не вправе ссылаться в отношении заключенных им при этом сделок на то, что он не является предпринимателем. Суд может применить к таким сделкам правила настоящего Кодекса об обязательствах, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Несмотря на то, что ответчик ФИО2 не зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя, исходя из стоимости вознаграждения исполнителя, объема оказываемых услуг, судебная коллегия полагает, что ответчик ФИО2 занимается предпринимательской деятельностью без соответствующей регистрации.

В силу п. 2.1 договора возмездного оказания услуг, сумма вознаграждения уплачивается в порядке 100 % предоплаты при подписании договора.

Исходя из условий договора, а также аудиозаписи разговора сторон, следует прийти к выводу, что причитающееся ФИО2 вознаграждение в размере 50 000 рублей было выплачено ФИО1 в полном размере при подписании договора. Также ФИО1 были уплачены денежные средства для подготовки соответствующих документов в размере 80 000 рублей.

Таким образом, сторонами была согласована стоимость оказания услуг в размере 130 000 рублей.

Согласно ст. 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779-782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В силу абз. 2 п. 5 ст. 709 ГК РФ ГК РФ подрядчик, своевременно не предупредивший заказчика о необходимости превышения указанной в договоре цены работы, обязан выполнить договор, сохраняя право на оплату работы по цене, определенной в договоре.

Исходя из указанных норм, исполнитель обязан был оказать услугу заказчику исходя из стоимости, согласованной между сторонами и уплаченной заказчиком.

В данном случае ФИО1, уплатив ФИО2 денежные средства в размере 130 000 рублей, из которых 50 000 рублей являются вознаграждением исполнителя, а 80 000 рублей являются расходами исполнителя, связанными с оказанием услуги, разумно предполагал, что указанных денежных средств будет достаточно для оказания услуги.

О том, что уплаченных по договору денежных средств недостаточно, ФИО2 не уведомила заказчика и не согласовала с ним возможность увеличения расходов по договору. Из приобщенной к материалах дела аудиозаписи разговора следует, что ФИО2 не ссылалась на недостаточность денежных средств и о наличии у ФИО1 задолженности по оплате предоставляемых услуг.

Поскольку ФИО2 не согласовала с ФИО1 увеличение стоимости оказываемой услуги, понесенные ею расходы сверх согласованной суммы, относятся к её предпринимательским рискам и, соответственно, возмещению заказчиком не подлежат.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что ФИО2 получила предварительную оплату по договору в полном размере, в связи с чем оснований полагать, что заказчиком был нарушен срок выплаты исполнителю вознаграждения, не имеется.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для удовлетворения встречных исковых требований о взыскании с заказчика вознаграждения и неустойки за нарушение сроков его уплаты.

Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильное применение норм материального права привели к принятию судом незаконного решения, что в соответствии с п.п. 1 и 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ является основанием для отмены судебного постановления в апелляционном порядке.

В силу изложенного, решение суда в части удовлетворения встречного иска подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении встречного иска ФИО2 В остальной части решение суда подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Читы от 17 октября 2019 года в части удовлетворения встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 отменить.

Принять в указанной части новое решение.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО1 о взыскании задолженности по договору оказания услуг и пени за нарушение сроков оплаты услуги отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Копия верна. Судья Т.М.Ревенко