Гражданский кодекс часть 1

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Крейса В.Р., объяснения представителя Х.Р.Б. – С.Т.И., представителя Н.Р.Г. – Я.С.В., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

Х.Р.Б.оглы обратился в суд с иском к Н.Р.Г.кызы.

В обоснование требований указал, что с 28.03.2008 состоял в зарегистрированном браке с ответчицей; имеют двух малолетних детей. Решением суда от 21.01.2020 брак расторгнут.

В период брака приобретена квартира.

Поскольку стороны не могут достигнуть соглашения, просил определить доли в праве собственности на квартиру, установив 1/2 доли в праве собственности за ним, и 1/2 доли в праве собственности за Н..

Для совместного рассмотрения дело соединено в одно производство с делом по иску Х.Р.Б. оглы к Н.Р.Г. кызы, Н.Х.Р., Н.А. кызы о признании сделки недействительный и применении последствий недействительной сделки.

В обоснование требований данного иска указано, что 09.09.2019 Н. по договору купли-продажи продала квартиру без согласия истца. В этот период брак сторон не был расторгнут, но фактически брачные отношения были прекращены.

При этом, к этому моменту он отзывал ранее данное согласие на продажу квартиры и это заявление было направлено по адресу регистрации Н., по которому также проживает и ее отец.

О том, что Н. продала квартиру своему отцу, он узнал только в период рассмотрения дела о разделе совместно нажитого имущества.

Поскольку сделка купли-продажи совместного имущества (квартиры) была заключена в нарушение его прав, не в интересах семьи, без нотариально заверенного его согласия, втайне от него, денежные средства от сделки ему не передавались, то эта сделка является недействительной.

Ссылаясь на указанные обстоятельства Х.Р.Б., уточнив исковые требования, просил:

- признать недействительной сделку купли-продажи квартиры <адрес>, заключенную 09.09.2019 между Н.Р.Г. и Н.Х.Р. как заключенную без нотариального согласия супруга на ее совершение.

- применить последствия признания сделки недействительной в виде возврата квартиры в совместную собственность ему и Н.Р.Г.;

- осуществить раздел квартиры путем определения долей в праве собственности, определив сторонам по 1/2 доли в праве собственности на квартиру.

Для совместного рассмотрения с указанными исками Х.Р.Б. судом был принят встречный иск Н.Х.Р. о признании добросовестным приобретателем.

В иске Н.Х.Р. указал, что между ним и Н.Р.Г. 9.09.2019 заключен договор купли-продажи квартиры.

Н. действовала самостоятельно, с согласия супруга. Отчуждаемая собственность титульно была записана на Н., но, поскольку недвижимость приобретена в период брака, имелось нотариально заверенное согласие супруга. Расчет за недвижимое имущество произведен полностью и составил 7500000 руб., о чем составлена расписка.

21.01.2020 была произведена государственная регистрация перехода права собственности. Поскольку Н.Х.Р. действовал на основании закона, представленные ему документы на квартиру не позволяли сомневаться в правомерности осуществляемой сделки, он не знал и не мог знать о наличии спора между супругами по поводу недвижимого имущества.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Н.Х.Р. просил признать его добросовестным приобретателем квартиры в результате заключения договора сделки купли-продажи от 09.09.2019г.

Решением Октябрьского районного суда города Новосибирска от 17 декабря 2020 года договор купли-продажи, заключенный 09.09.2019 между Н.Р.Г.кызы и Н.Х.Р., признан недействительным.

Применены последствия недействительности сделки (договора купли-продажи) в виде прекращения права собственности Н.Х.Р. на квартиру.

Квартира признана совместно нажитым имуществом Х.Р.Б. Бейбала оглы и Н.Р.Г. Гасан кызы.

Произведен раздел совместно нажитого имущества супругов Х.Р.Б. и Н. - квартиры, а именно:

- признано за Х.Р.Б. и Н. право собственности по 1/2 доли за каждым в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>,.

Режим общей совместной собственности супругов на указанное имущество прекращен.

Н.Х.Р. в апелляционной жалобе указывает, что вывод суда о признании договора купли-продажи недействительным неправомерен, так как он не мог знать, что в момент заключения сделки с дочерью ее супруг уже отозвал согласие на продажу-покупку квартиры.

Более того, продавец квартиры так же не знала об отзыве согласия.

Указание суда на то, что покупатель должен был знать об отзыве согласия, не основано на нормах законодательства, поскольку Н. в период сделки, да и ранее в России фактически не находилась, документы подписывались путем обмена документацией.

Считает, что вывод суда о том, что раз что то должна была знать дочь - продавец, то и это же самое должен был знать и отец - покупатель, основанный на близком родстве сторон, не основан на нормах права.

Вывод суда о том, что Н.Х.Р. знал о конфликтной ситуации в семье дочери, как ее отец, не основан на материалах дела ввиду отсутствия оснований и доказательств для такого вывода.

Действия Х.Р.Б. по оспариванию сделки должны были быть расценены как незаконные, свидетельствующие о злоупотреблении правом, однако судом неправомерно не были применены соответствующие нормы права.

Обращает внимание на то, что квартира с момента ее оплаты покупателем была передана ему; он использует ее и несет бремя содержания.

Таким образом, договор купли-продажи был заключен, а продавец является добросовестным приобретателем квартиры, так как он подписал соответствующий договор, проверил правоустанавливающие документы и согласие супруга, полностью оплатил квартиру и фактически ее получил, осуществляет владение и пользование ею, оплачивает коммунальные услуги, произвел регистрацию перехода права собственности.

На апелляционную жалобу Н.Х.Р. поступили возражения представителя Х.Р.Б.

Н. в апелляционной жалобе указывает, что суд неправомерно признал договор купли-продажи квартиры недействительным, поскольку Х.Р.Б. об отзыве ранее данного согласия на продажу квартиры ничего не говорил и письменно ее не извещал.

Считает, что представленная Х.Р.Б. в предварительном судебном заседании копия квитанции от 25.04.2019 не является надлежащим доказательством об извещении об отзыве согласия, так как она не содержит никаких опознавательных знаков, согласно которым, ее можно идентифицировать с какой-либо курьерской организацией (нет ни ИНН, ни ОГРН). Кроме того, к ней приложена копия ответа на запрос без указания даты ее составления.

Кроме того, сама она не могла получить данное отправление в связи с тем, что фактически проживала в Баку, а не в Новосибирске, уже на протяжении нескольких лет, о чем Х.Р.Б. было хорошо известно, а иные, совместно зарегистрированные с ней по данному адресу лица не обладали правомочиями на получение адресованной ей корреспонденции.

По мнению апеллянта, направив заявление об отмене согласия от 24.04.2019 именно на адрес ее регистрации в г. Новосибирске, при том, что она с детьми на протяжении последних трех лет постоянно проживает в Баку, ответчик фактически не имел намерения поставить ее в известность об отмене нотариального согласия на продажу квартиры.

Полагает, что доказательств направления заявления об отзыве согласия по адресу фактического ее проживания в г. Баку не представлено.

Вывод суда о том, что покупателем по сделке выступал ее отец, который автоматически должен был знать об отзыве согласия, неправомерен, поскольку она не посвящала своих родителей в особенности своей семейной жизни.

Кроме того, суд не учел тот факт, что в период заключения сделки купли-продажи супруги вели совместное хозяйство, являясь семьей.

Более того, в решении суд безосновательно установил, что супруги прекратили фактические семейные отношения и общее хозяйство не вели к сентябрю 2019, указав, что этот факт якобы был установлен при рассмотрении гражданского дела о расторжении брака между супругами, однако, в материалах дела нет ни одного доказательства, подтверждающего данный вывод суда.

Суд не дал надлежащей оценки расчету по договору купли-продажи квартиры в размере 7 500 000 рублей, половина указанной суммы была передана Х.Р.Б. без расписки ввиду того, что они находились в браке и вели общее хозяйство.

Суд незаконно отказал в применении последствий недействительности сделки в виде возврата Н. денежных средств, так как последствием недействительности сделки согласно ст.167 ГК РФ является двусторонняя реституция.

Суд незаконно отказал в удовлетворении требования о признании Н. добросовестным приобретателем, так как в деле имеются достаточные доказательства, подтверждающие, что он не знал и не мог знать об отзыве ранее выданного Х.Р.Б. согласия на продажу квартиры.

Рассмотрев дело в соответствии с требованиями частей 1, 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) действует презумпция совместного режима имущества супругов. Это означает, что имущество, приобретенное в браке, предполагается совместным имуществом супругов, если возражающей против этого стороной не доказано иное.

Согласно п.2 ст. 256 ГК РФ и п.1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

По правилам п.1 ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов. В случае спора раздел общего имущества супругов, а также определение долей супругов в этом имуществе производятся в судебном порядке. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передается имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация (пункт 3 статьи 38 СК РФ).

При разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами (статья 39 СК РФ).

Согласно ст. ст. 34, 35 СК РФ право на общее имущество принадлежит обоим супругам независимо от того, кем из них и на имя кого из них приобретено имущество (внесены денежные средства), выдан правоустанавливающий документ.

Любой из супругов в случае спора не обязан доказывать факт общности имущества, если оно нажито во время брака, так как в силу закона (п. 1 ст. 34 СК РФ) существует презумпция, что указанное имущество является совместной собственностью супругов.

Судом установлено, что с 29.03.2008 Х.Р.Б.оглы и Н.Р.Г.кызы состояли в браке.

Брак расторгнут на основании решения мирового судьи 8 судебного участка Октябрьского судебного района г. Новосибирска 21.01.2020, вступившего в законную силу 28.05.2020 (том 1л.д.11, том 2 л.д. 146 оборот).

В период брака -14.04.2014 супругами была приобретена <адрес>; право собственности зарегистрировано за Н..

Сославшись на положения статьи 34 СК РФ, ст. 256 ГК РФ, суд пришел к выводу о том, что указанное имущество, как приобретенное в период брака, являлось в силу закона совместно нажитым имуществом, распоряжение которым было возможно по согласию обоих супругов.

05.09.2017 Х.Р.Б. подписал нотариально заверенное согласие супруге Н. на продажу квартиры; согласие зарегистрировано в реестре нотариуса (том 1 л.д.99).

09.09.2019 между Н.Р.Г. и Н.Х.Р., являющийся отцом Н., т.е. в период брака с Х.Р.Б., заключен договор купли-продажи, по условиям которого Н. продала Н.Х.Р. квартиру (том 3 л.д. 10-101); переход права собственности на квартиру зарегистрирован в Управлении Росреестра 21.01.2020.

Однако, Х.Р.Б. 24.04.2019, то есть до заключения указанной сделки, удостоверенным нотариально заявлением отказал своей супруге Н.Р.Г. в согласии на продажу квартиры за цену не менее 7000000 рублей и на условиях по ее усмотрению; на государственную регистрацию перехода права собственности, прекращения прав собственности на указанный объект недвижимости, а также этим же заявлением Х.Р.Б. отменил ранее данное согласие, удостоверенное 05.09.2017 нотариусом.

Указанное заявление 26.04.2019 было сдано Х.Р.Б. в Управление Росреестра по Новосибирской области, что подтверждается материалами регистрационного дела на квартиру (том 1 л.д. 84-90).

Разрешая спор, руководствуясь положениями статей 34, 35, 38, 39 СК РФ и ст. 253 ГК РФ, суд установил, что сделка купли-продажи квартиры совершена без письменного согласия Х.Р.Б..

В ходе рассмотрения дела по существу судом был проверен довод Н. и Н. о том, что квартира является совместно нажитым имуществом и они не знали об отзыве Х.Р.Б. ранее данного согласия.

Судом было установлено, что Н. и Н. не могли не знать об отсутствии согласия Х.Р.Б. на заключение договора купли-продажи квартиры, который на момент совершения оспариваемой сделки даже не знал о ней.

При этом суд принял во внимание, что указанная сделка как заключена, так и совершена в период, когда фактические брачные отношения между Х.Р.Б. и Н. были прекращены, о чем Н.Х.Р. было известно, что свидетельствует об отсутствии оснований для признания Н.Х.Р. добросовестным приобретателем.

Руководствуясь ст.167 ГК РФ, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 22/10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – Постановление Пленума 10/22), суд отказал признать Н.Х.Р. добросовестным приобретателем, исходя из следующих обстоятельств.

Н.Х.Р. является отцом ответчицы Н.Р.Г.кызы.

22.08.2019 Н. выдала отцу Н. доверенность, а 2.09.2019 Н. выдал доверенность в порядке передоверия на представление интересов Н. во всех судебных учреждениях (том 2 л.д. 121).

17.10.2019 представителем Н. на основании указанных доверенностей подан иск о расторжении брака между Н. и Х.Р.Б., при этом, с момента выдачи доверенностей до момента рассмотрения настоящего иска, Н. был подан лишь иск о расторжении брака.

Учитывая изложенное и близкое родство Н. и Н., суд пришел к выводу о том, что Н., выдавая доверенность в порядке передоверия от Н., знал и понимал, что доверенность выдается именно для подачи иска о расторжении брака.

Из материалов дела следует, что при рассмотрении иска Н. супругам предоставлялся срок на примирение.

21.01.2020 мировым судьей принято решение о расторжении брака; из решения суда следует, что предоставленный срок для примирения не принес положительных результатов, истец (Н.) по-прежнему считает сохранение семьи невозможным, поскольку брачные отношения прекращены.

Таким образом, Н. не мог не знать, что между супругами конфликтные отношения, и о том, что между ними фактически брачные отношения прекращены к сентябрю 2019 г.

Кроме того, из представленных материалов усматривается наличие конфликтных отношений между сторонами.

Как следует из представленных Н.Х.Р. документов об оплате за квартиру, платежи за коммунальные услуги он стал осуществлять только после того, как были поданы документы на государственную регистрацию и произошла регистрация перехода права собственности на квартиру.

При этом, до 27.12.2019 в спорной квартире проживал Х.Р.Б., который 27.12.2019 улетал в Баку и выехал из квартиры.

С учетом вышеизложенное, принимая во внимание близкое родство сторон оспариваемого договора, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований Н.Х.Р. о признании его добросовестным приобретателем квартиры и об удовлетворении требований Х.Р.Б. оглы о признании указанной сделки недействительной.

При этом суд отказал Х.Р.Б. в удовлетворении требований к Н., поскольку она не является стороной оспариваемого договора.

Рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделки, исходя из того, что Н. не представлено доказательств того, что полученные от продажи квартиры денежные средства были израсходованы на нужды семьи, и какая-либо часть денежных средств была передана Х.Р.Б.; учитывая родственные отношения Н. и Н. и то, что денежные средства от продажи квартиры не были получены Х.Р.Б., суд не нашел оснований для применения последствий недействительности сделки в виде возврата Н. денежных средств.

При этом, неприменение судом этих последствий недействительности сделки не лишает в последующем Н.Х.Р. обратиться с требованием к Н. (дочери) о возврате и о взыскании денежных средств, полученных по договору, который признан недействительным.

С учетом вышеизложенных обстоятельств суд прекратил права собственности Н.Х.Р. на квартиру, указав то, что настоящее решение является основанием для исключения (аннулирования) в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о переходе на основании договора купли - продажи от 09.09.2019 права собственности от Н. к Н. на квартиру и записи о прекращении права собственности Н. на квартиру.

Учитывая, что договор купли-продажи квартиры признан судом недействительным и судом применены указанные выше последствия недействительности сделки, то требования Х.Р.Б. о разделе указанной квартиры подлежат удовлетворению.

Суд пришел к выводу о том, что доли Х.Р.Б. и Н. являются равными, при этом исходил из того, что оснований для иного определения долей супругов, кроме как равными, сторонами не приведено; основания, предусмотренные законом, для отступления от принципа равенства долей не установлены.

Учитывая изложенное, производя раздел квартиры, суд признал за Х.Р.Б. и Н. право собственности по 1/2 доли за каждым в праве собственности квартиру, прекратив режим общей совместной собственности супругов на имущество.

Таким образом, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении иска Х.Р.Б. и о полном отказе в удовлетворении иска Н..

Судебная коллегия соглашается с выводами суда, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам дела и закону.

Вопреки доводам жалоб, Н.Х.Р. не мог не знать, что в момент заключения 09.09.2019 сделки с дочерью ее супруг уже отозвал согласие на продажу-покупку квартиры, ввиду следующего.

Заявление об отзыве ранее данного согласия на продажу квартиры было отправлено Х.Р.Б. 25.04.2019 Н. по адресу, где она зарегистрирована <адрес> (том 2 л.д. 34, 90-91).

Согласно ч.1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. п. 67, 68 Постановления Пленума от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не бьшо ему вручено или адресат не ознакомился с ним (п. 1 ст. 165.1 ГК РФ). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем, она бьша возвращена по истечении срока хранения.

Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Кроме того, Н. зарегистрирована по одному с отцом адресу по <адрес>. Именно по указанному адресу Х.Р.Б.оглы направлял копию нотариально заверенного заявления об отзыве согласия на совершения сделок по спорному имуществу.

Согласно ответу на запрос в курьерскую службу «АКЭ», отправление № было доставлено по адресу Красный <...>; открывший дверь гражданин, ознакомившись с описью отправления, отказался его принять (т.2 л.д. 170).

Оснований не доверять указанному ответу курьерской службы не имелось.

Учитывая изложенное, довод апеллянтов о том, что они не знали и не могли знать об отзыве Х.Р.Б. согласия и не получали заявление, не обоснован.

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 22/10 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее – Постановление Пленума 10/22), если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзацу первому пункта 37 Постановления Пленума 10/22 в соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель).

Как указано в пункте 38 Постановления Пленума 10/22, приобретатель признается добросовестным, если докажет, что при совершении сделки он не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, в частности принял все разумные меры для выяснения правомочий продавца на отчуждение имущества (абзац первый).

Вместе с тем, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания Н. добросовестным приобретателем и удовлетворения исковых требований Н. исходя из следующего.

Н. является отцом Н., выдавшей ему доверенность и которой уполномочила последнего на совершение широкого круга действий, в том числе по распоряжению имуществом и на представление её интересов в суде (том 2 л.д. 122).

02.09.2019 Н.Х.Р. выдал доверенность в порядке передоверия на представление интересов Н. во всех судебных учреждениях (том 2 л.д. 121).

17.10.2019 представителем Н.Р.Г., действующей на основании указанных доверенностей, подан иск о расторжении брака между Н. и Х.Р.Б. (том 2 л.д. 145).

Учитывая изложенное и близкое родство сторон, Н.Х.Р., выдавая доверенность в порядке передоверия от Н.Р.Г., знал и понимал, что доверенность выдается именно для подачи иска о расторжении брака, а кроме того не мог не знать, что между супругами конфликтные отношения и фактически брачные отношения прекращены к сентябрю 2019.

Как следует из представленных Н.Х.Р. документов об оплате за квартиру, Н.Х.Р. 14.01.2020 (том 3 л.д. 14) оплатил ТСЖ «Восход-46» задолженность за содержание жилья по спорной квартире, и именно 14.01.2020 Н.Х.Р. получена выписка из домовой книги о зарегистрированных лицах в квартире, которая представлена для регистрации перехода права собственности на квартиру и находится в материалах регистрационного дела (том 3 л.д. 105).

Как следует из материалов регистрационного дела (том 3 л.д. 95) документы на государственную регистрацию перехода права собственности поданы в Управление Росреестра были сданы 16.01.2020 г.

Платежи за коммунальные услуги Н.Х.Р. осуществляет только 21.01.2020, т.е. только после того, как поданы в Управление Росреестра документы на государственную регистрацию перехода права собственности и произошла регистрация перехода права собственности на квартиру.

Кроме того, до 27.12.2019 в квартире проживал Х.Р.Б., который 27.12.2019 улетал в Баку и выехал из квартиры, и только после этой даты, в отсутствие Х.Р.Б. совершаются действия в подтверждение исполнения сделки купли-продажи, при этом в этот период идет рассмотрение дела о расторжении брака и между всеми сторонами имеют место конфликтные отношения.

Указанные обстоятельства с учетом близкого родства сторон договора подтверждают, что Н. и Н. не могли не знать об отсутствии согласия Х.Р.Б. на заключение договора купли-продажи квартиры в период, когда фактические брачные отношения между Х.Р.Б. и Н. были прекращены, о чем Н. было известно.

Таким образом, данные обстоятельства свидетельствует об отсутствии оснований для признания Н.Х.Р. добросовестным приобретателем.

Иных доводов, влияющих на законность принятого судом решения, апелляционные жалобы не содержат; оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции исходя из доводов апелляционных жалоб, не имеется.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом установлены правильно, представленные сторонами доказательства надлежаще оценены, спор разрешен в соответствии с материальным и процессуальным законом, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного судом решения.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Октябрьского районного суда города Новосибирска от 17 декабря 2020 года оставить без изменения, апелляционные жалобы Н.Х.Р. и Н.Р.Г.оглы – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: