Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Первомайского районного суда г. Омска от 14 декабря 2020 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» о признании недействительными кредитных договоров отказать».

Заслушав доклад судьи Черноморец Т.В., судебная коллегия Омского областного суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» (далее – банк, ООО «ХКФ Банк») о признании кредитных договоров недействительными, указав в обоснование заявленных требований, что 28.05.2019 стороны заключили кредитный договор № <...>, по условиям которого ей был предоставляет кредит в размере 311 700 руб. на 39 месяцев под 11,60% годовых. Указанный договор был заключен и подписан ею лично и в настоящее время исполняется надлежащим образом без нарушения сроков внесения платежей.

При этом 03.02.2020 на ее телефон поступил входящий вызов, мужчина, представившийся сотрудником службы безопасности банка ООО «ХКФ БАНК», спросил, оформляла ли она кредитный договор на сумму 210 000 руб. Она сообщила, что не оформляла. После этого мужчина назвал все ее данные по имеющемуся кредитному договору. Далее она сообщила ему код из СМС-уведомления, который со слов мужчины был нужен для отмены операции. После этого она сразу попыталась зайти в личный кабинет онлайн-сервиса банка, однако в доступе было оказано.

04.02.2020, зайдя в личный кабинет, она обнаружила, что на ее имя оформлено два кредитных договора: № <...> от 03.02.2020 на сумму 210 000 рублей и № <...> от 03.02.2020 на сумму 95 000 рублей, всего 305 000 рублей.

По данному факту она немедленно обратилась в банк, сообщив, что никаких новых кредитов в банке не оформляла и денежных средств по ним не получала, а также в дежурную часть ОП-8 УМВД России по г. Омску

Как усматривается из выписки по счету, 03.02.2020 по выданным на ее имя кредитам осуществлено два перевода с назначением «Перевод денежных средств согласно распоряжению по КД № <...> и КД № <...> для расчетов с КУБ для пополнения карты» на карту неизвестного лица. При этом условие о переводе денежных средств на карту третьего лица было сразу оговорено при заключении кредитных договоров, что видно из назначения операций по счету.

Постановлением ОУР ОП-8 УМВД России по г. Омске в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с тем, что выплат по кредитам, оформленным на ее имя произведено не было, материальный ущерб не причинен. При этом отмечено, что в действиях неустановленного лица формально усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч.1 ст.159.1 УК РФ, материал проверки выделен в отдельное производство.

Как технически были организованы противоправные действия неизвестных лиц по входу в онлайн-банк от ее имени и блокированию ей доступа в него, неизвестно, однако следует учесть, что звонивший владел ее персональными данными, сведениями о выданных ей кредитах и ее секретными учетными данными (логин/пароль) для входа в личный кабинет онлайн-банка, что позволяет полгать о передаче банком ее данных третьим лицам.

Кроме того, при заключении от ее имени кредитных договоров, не была соблюдена предусмотренная ст. 820 ГК РФ письменная форма сделки, поскольку кредитные договоры КД № <...> и КД № <...> она не подписывала, заемщиком не являлась, каких-либо обязательств на себя не принимала, следовательно, указанные кредитные договоры, заключенные от ее имени неизвестным лицом путем ввода кода из СМС в личном кабинете онлайн-банка являются недействительными (ничтожными) ввиду не соблюдения установленной законом письменной формы данной сделки (п.73 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25).

Ее волеизъявление на совершение оспариваемых договоров отсутствовало, что также является основанием для признания их недействительными в силу ничтожности (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

На основании изложенного просила признать недействительными (ничтожными) кредитные договоры КД № <...> от 03.02.2020 на сумму 210 000 рублей и КД № <...> от 03.02.2020 на сумму 95 000 рублей, заключенные между сторонами.

В судебном заседании ФИО1 заявленные требования поддержала по приведенным в иске основаниям, просила удовлетворить.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, указал, что код ввода, подтверждающий волеизъявление на заключение кредитного договора, сама ФИО1 не вводила. Будучи введенной в заблуждение, она передала код третьим лицам, что не означает заключения с ней договора. В настоящее время невозможно установить кто именно ввел коды и подписал за нее договоры. Сама ФИО1 денежные средства по кредитным договорам не получала и денежные средства со своего счета не переводила. Данные действия были совершены при отсутствии ее волеизъявления.

Представитель ответчика ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» ФИО3 в судебном заседании требования иска не признала. Суду пояснила, что личный кабинет в банке у ФИО1 появился в 2017 году, клиентом банка она является с 2018 года и имеет возможность дистанционного заключения кредитных договоров. 03.02.2020 от ФИО1 поступила заявка на кредит, заявка была одобрена, ей направлены коды о принятии на дистанционное обслуживание. Истец коды получила и ими воспользовалась. Таким образом, были заключены кредитные договоры посредством информационного сервиса – Интернет банк, подписаны договоры были путем ввода секретного кода известного только истцу и полученного ею по СМС. При обработке авторизированных запросов банк не имел оснований усомниться в правомерности поступившего распоряжения клиента. Полагает, что коды были получены именно истцом, а не третьими лицами, кодами истец самостоятельно распорядилась на свое усмотрение. После одобрения заявки ФИО1 был открыт счет, на него зачислены кредитные средства и после этого по заявлению заемщика средства были переведены на счет в «Восточный банк» и банк «Открытие». До совершения указанных действий ФИО1 предупреждали, что коды никому нельзя сообщать, даже сотрудникам банка. Просила в удовлетворении заявленных требований отказать.

Судом постановлено изложенное выше решение.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное, принять по делу новое решение, которым заявленные требования удовлетворить в полном объеме. Не соглашаясь с выводами суда по существу спора, указывает, что материалами дела достоверно подтверждается и ответчиком не оспаривается, что все действия в мобильном приложении по оформлению оспариваемых кредитных договоров осуществлялись не ФИО1, а иными лицами, сведения о которых предоставлены Интернет-провайдером. Одного только получения истицей секретных кодов недостаточно для совершения сделки в электронной форме, подтверждением факта заключения кредитных договоров и соответствующего волеизъявления на это является именно ввод непосредственном заемщиком секретных кодов из СМС при подписании электронного документа, чего истцом сделано не было. Передача истцом секретных кодов третьим лицам без намерения совершить сделку не может считаться соблюдением правомерной формы сделки и рассматриваться как совершение сознательных действий с направленностью воли на заключение кредитных договоров. На момент совершения указанных действий между банком и истцом не существовало каких-либо правоотношений, в связи с чем, у истца отсутствовала обязанность соблюдать конфиденциальность в отношении СМС-кода.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» ФИО3 просит оставить ее без удовлетворения ввиду несостоятельности приведенных в ней доводов.

Апелляционное производство, как один из процессуальных способов пересмотра не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции (ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1, ее представители ФИО4, ФИО2 апелляционную жалобу поддержали по изложенным в ней доводам, просили удовлетворить.

Представитель ответчика ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» ФИО3 просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Проверив материалы дела с учетом требований ч.1 ст. 327.1 ГПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального или норм процессуального права.

Таких нарушений при рассмотрении данного дела судом первой инстанции не допущено.

Оценивая возникшие между сторонами правоотношения, суд верно исходил из того, что в соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 2 ст. 434 ГК РФ, договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 указанного Кодекса, то есть получен ответ на оферту (ее акцепт) или совершены иные

конклюдентные действия, позволяющие установить заключение договора на указанных условиях.

В соответствии с п. 1 ст. 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

При этом положения п. 2 ст. 160 ГК РФ допускают использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно п. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия (п.2 ст.6 № 63-ФЗ «Об электронной подписи»).

В соответствии с положениями п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным (ст. 820 ГК РФ).

При этом п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» предусмотрено, что необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 03.02.2020 между ООО «ХКФ Банк» (кредитор) и ФИО1 (заемщик) на основании поданных от имени последней в электронном виде заявлений с использованием простой электронной подписи, идентификации заемщика и подтверждения его волеизъявления на заключение договоров потребительского кредита посредством ввода кодов, направленных путем сообщений с СМС-кодами на номер № <...>, были заключены кредитные договоры № <...> и № <...> (л.д. 74-78, 90-94 том 1).

Принадлежность абонентского номера № <...>ФИО1 и нахождения его на указанную дату в пользовании истца в процессе судебного разбирательства не оспаривалась.

По условиям кредитного договора № <...> от 03.02.2020 ООО «ХКФ Банк» обязался предоставить ФИО1 кредит в сумме 210 000 руб. Согласно распоряжению ФИО1 также подписанному простой электронной подписью посредством ввода СМС-кода, доставленного на телефон № <...>, полученные в кредит денежные средства подлежат перечислению на принадлежащую ей карту № <...> в Банк «КУБ» (АО).

Согласно выписке по счету ФИО1№ <...> 03.02.2020 банк перечислил на счет истца 210 000 руб. по кредитному договору № <...>. Впоследствии указанная сумма переведена на счет Банк «КУБ» (АО) (л.д. 154 том 1).

По условиям кредитного договора № <...> от 03.02.2020 ООО «ХКФ Банк» обязался предоставить ФИО1 кредит в сумме 95 000 руб. Согласно распоряжению ФИО1 также подписанному простой электронной подписью посредством ввода СМС-кода, доставленного на телефон № <...>, полученные в кредит денежные средства подлежат перечислению на принадлежащую ей карту № <...> в Банк «КУБ» (АО).

Согласно выписке по счету ФИО1№ <...> 03.02.2020 банк перечислил на счет истца 95 000 руб. по кредитному договору № <...>. Впоследствии указанная сумма переведена на счет Банк «КУБ» (АО) (л.д. 154 том 1).

Обращаясь в суд с требованиями о признании данных кредитных договоров недействительными, истец ссылался не несоблюдение установленной законом формы их заключения, отсутствие ее волеизъявления на совершение указанных сделок, а также введение ее в заблуждение, поскольку ею были только сообщены СМС-коды, направленные на ее номер телефона, лицам, представившимся сотрудниками ООО «ХКФ Банк», для отмены операции, иных действий, направленных на заключение договоров, получение и перечисление денежных средств ей не совершалось.

Все данные доводы являлись предметом проверки и оценки суда первой инстанции, оснований не согласиться с которой у судебной коллегии не имеется.

Согласно предоставленной следователем ОРПСИИТ, СМС, СИ и ВПО СУ УМВД России по г. Омску информации, в производстве ОРПСИИТ, СМС, СИ и ВПО СУ УМВД России по г. Омску находится уголовное дело № <...>, возбужденное 04.09.2020 по признакам преступления, предусмотренного в. «в», «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ по факту: 03.02.2020, точное время органами предварительного следствия не установлено, неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, тайно, умышленно, из корыстных побуждений, похитило денежные средства в сумме 305 000 руб., принадлежащие ФИО1, причинив тем самым материальный ущерб в крупном размере.

04.12.2020 уголовное дело было приостановлено по п.1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Из материалов данного дела следует, что допрошенная в качестве потерпевшей ФИО1 поясняла, что 03.02.2020 в то время, когда она находилась у себя дома, ей на телефон позвонили с неизвестного номера +№ <...>, она ответила, с ней стал разговаривать мужчина, который представился ФИО5, сотрудником службы безопасности банка ООО «ХКФ Банк», пояснил, что у них на сайте оставлена заявка на оформление кредита на сумму 210 000 руб., при этом сообщил, что после оформления кредита денежные средства будут переведены ФИО6 в <...>, сообщил последние 4 цифры ее карты. Затем ФИО5 спросил, оформляла ли она заявку на кредит, на что она пояснила, что нет. Затем он предложил отменить данную заявку на кредит, сообщил, что на ее телефон поступят СМС-сообщения с паролями, которые она должна будет назвать ему. После этого ей на телефон стали поступать СМС-пароли от ООО «ХКФ Банк», данные пароли она сообщила ФИО5, после чего он сообщил, что вход в личный кабинет будет заблокирован, она проверила, подошла к компьютеру и, действительно, не смогла войти в личный кабинет банка. Далее ей стали приходить СМС-сообщения, которые она сообщала мужчине, пока разговаривала, связь несколько раз прерывалась, ей перезванивали с других номеров, не являющихся номерами банка, на что неизвестный ей пояснил, что в банке имеется множество номеров. Она стала сомневаться, действительно ли неизвестный является сотрудником службы безопасности банка, на что последний стал называть ей ее паспортные данные, дату оформления договора, номера карт, через которые она проводила оплату за кредит, и даже фамилию сотрудника банка, который оформлял ей кредит. После данной информации у нее не возникло сомнений, что она разговаривает с сотрудником службы безопасности банка. Далее она назвала все пароли, которые приходили ей на мобильный телефон. В конце разговора мужчина сказал, что служба безопасности будет проводить проверку в течении 3-4 дней и с ней свяжутся сотрудники банка и сообщат результат проверки.

Возражая против приведенных истцом в обоснование своих требований доводов, ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» представил в материалы доказательства, из которых следует, что кредитные договоры № <...> и № <...> от 03.02.2020 были оформлены на основании поступивших в электронном виде заявок ФИО1, СМС-коды для подтверждения волеизъявления истца на заключение договоров были направлены на ее номер телефона, были верно введены в заявку, в связи с чем, были приняты Банком в качестве простой электронной подписи, использование которой предусмотрено Общими условиями договора, в том числе разделом об условиях дистанционного Банковского обслуживания. Права клиента, правила безопасности и условия договора Банком не нарушались, обстоятельств, свидетельствующих о том, что денежные средства получены иным лицом, не имеется, в связи с чем основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 отсутствуют.

При этом банком предоставлена информация о текстах сообщений, в которых ФИО1 приходили СМС-коды, из буквального содержания которых следует цель их направления и существо совершаемой (подтверждаемой кодом) операции.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1, районный суд правильно руководствуясь вышеприведенными нормативными положениями, Общими условиями договора потребительского кредита ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», исходил из того, что при оформлении кредитных договоров от 03.02.2020 у ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» отсутствовали основания полагать, что данные действия происходят без согласия истца, либо осуществляются третьими лицами; каждая операция подтверждалась одноразовым паролем, направленным на мобильный телефон истца, который введен в заявку и сообщен истцом неизвестному лицу вопреки установленному Общими условиями запрету; обязательства банка по предоставлению кредитов были исполнены путем зачисления на счет истца денежных средств; виновных действий ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» по передаче личных данных истца, введению ее в заблуждение сотрудниками банка, не установлено.

Соглашаясь с данными выводами, коллегия судей отмечает, что заключение договора через Информационный сервис доступно только для Клиентов Банка, имеющих действующее Соглашение о дистанционном банковском обслуживании, а также счет, открытый до заключения спорного Договора.

При заключении кредитного договора на сайте ООО «Хоум Кредит энд Финас Банк» клиент указывает свой номер телефона, на который приходит код подтверждения, который впоследствии вводится в форму. Банк производит, таким образом, аутентификацию клиента. Разрешая спор, суд учел, что истец своей простой электронной подписью в согласии заемщика подтвердил, что ознакомлен и согласен с Общими условиями кредитного договора, изложенными в Условиях и в Тарифах, которые являются неотъемлемыми частями договора.

Из материалов дела следует, что до заключения договоров 03.02.2020 между ФИО1 и ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» уже имелись кредитные правоотношения, в связи с чем, на имя ФИО1 открывались банковские счета в ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк».

В частности, 28.05.2019 ФИО1 обращалась в ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» с заявлением о предоставлении потребительского кредита (л.д. 9), на основании которого между сторонами был заключен договор потребительского кредита № <...> от 28.05.2019 на сумму 311 700 руб., открыт текущий счет № <...>.

Из выписки по счету № <...>, следует, что денежные средства, полученные на основании заключенных 03.02.2020 кредитных договоров, были перечислены Банком на уже открытый указанный счет ФИО1 и впоследствии переведены на счета иных лиц по распоряжению заемщика.

В соответствии с п. 1.1 Общих условий договора потребительского кредита ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк», если в день заключения договора клиент уже имеет открытые в Банке счет или текущий счет (в зависимости от вида предоставляемого Банком кредита), то новые банковские счета не открываются, а для целей исполнения договора используются ранее открытые счета, при этом условия договора являются дополнениями к ранее заключенным договорам банковского счета (л.д. 82-89 том 1).

Доказательств закрытия банковского счета № <...>, открытого в связи с заключением между сторонами кредитного договора от 28.05.2019, материалы дела не содержат.

В данной связи действия Банка по перечислению на указанный счет денежных средств по кредитным договорам от 03.02.2020 являются правомерными.

Дальнейшее списание денежных средств также производилось с использованием персональных средств доступа при подтверждении одноразовыми паролями, направленными на мобильный телефон истца и являющимися распоряжением клиента на проведение операций по счету.

Доказательств наличия у банка причин, позволяющих усомниться в правомерности поступивших распоряжений и (или) ограничивать клиента в его правах на заключение кредитного договора, распоряжение денежными средствами по своему усмотрению, истец суду не представила.

Соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для признания заключенных сторонами с использованием системы электронного кредитования договоров недействительными, коллегия судей отмечает, что в силу положений ст. 12 ГК РФ, защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки, признания права, иными способами, предусмотренными законом.

Так, в соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п. 1 ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При этом, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178)

Из материалов дела следует, что до заключения оспариваемых кредитных договоров между ООО «ХКФ Банк» и ФИО1 было заключено Соглашение о дистанционном банковском обслуживании, подписанное ФИО1 собственноручно, что ей в процессе судебного разбирательства не оспаривалось.

Из указанного Соглашения следует, что оно регулирует отношения Банка и клиента, возникающие в связи с заключением клиентами договора банковского счета, договора потребительского кредита и в связи с оказанием клиенту дополнительных услуг Банком и/или при его посредничестве партнерами Банка, дистанционно, а именно: посредством информационных сервисов Банка. Под клиентами в соглашении понимаются физические лица, идентифицированные Банком для целей заключения с ними договора.

В соответствии с п. 2 Соглашения, подтверждение личности и полномочий клиента на доступ к функционалу информационного сервиса, в том числе дистанционного заключения договора, осуществляется в порядке, установленном соглашением/описанием об использовании соответствующего информационного сервиса, являющегося с момента его заключения неотъемлемой частью соглашения. При этом дистанционное заключение договора, направление заявлений, а также иных юридически значимых документов по договору, включая распоряжение по счету, в Информационных сервисах осуществляется путем подписания клиентом электронного документа простой электронной подписью. Стороны договорились, что простой электронной подписью при подписании электронного документа в Информационном сервисе является СМС-код, представляющий из себя уникальную последовательность цифр, которую Банк направляет клиенту посредством СМС-сообщения на номер его мобильного телефона. В случае идентичности СМС-кода, направленного Банком, и СМС-кода, проставленного в электронном документе, такая электронная подпись считается подлинной и проставленной клиентом. Клиент и Банк обязаны соблюдать конфиденциальность в отношении СМС-кода.

Электронные документы, оформленные через информационные сервисы путем подписания простой электронной подписью, и документы на бумажных носителях, подписанные собственноручными подписями сторон, имеют одинаковую юридическую силу (п. 2.1 Соглашения).

Стороны признают, что заключение Соглашения приравнивается к подаче клиентом письменного заявления на последующее оказание ему соответствующих дополнительных услуг, а прохождение клиентом процедуры активации предусмотренными в её описании способами дополнительно подтверждает его волеизъявление на получение дополнительных услуг, а также согласие клиента с порядком её оказания и её ценой (п. 3 Соглашения).

На возможность использования кредитной организацией такого способа идентификации клиента как направление СМС-кода указано в Положении Банка России от 15.10.2015 № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», согласно п. 4.2 которого при совершении операций с использованием платежной (банковской) карты без участия уполномоченного сотрудника кредитной организации - эквайрера или иной кредитной организации, не являющейся кредитной организацией - эмитентом, идентификация клиента проводится кредитной организацией на основе реквизитов платежной (банковской) карты, а также кодов и паролей.

В соответствии с п.п. 1.22, 1.24, 2.3 Положения Банка России от 19.06.2012 N 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» банк вправе в целях осуществления перевода денежных средств составлять распоряжения в электронном виде, на бумажных носителях на основании распоряжений в электронном виде, на бумажных носителях, принятых к исполнению от отправителей распоряжений.

Распоряжение плательщика в электронном виде, реестр (при наличии) подписываются электронной подписью (электронными подписями), аналогом собственноручной подписи (аналогами собственноручных подписей) и (или) удостоверяются кодами, паролями и иными средствами, позволяющими подтвердить, что распоряжение (реестр) составлено (составлен) плательщиком или уполномоченным на это лицом (лицами).

Удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.24 настоящего Положения.

Клиент совершает операции с использованием расчетных (дебетовых) карт, кредитных карт по банковскому счету (далее - соответственно счет физического лица, индивидуального предпринимателя, юридического лица), открытому на основании договора банковского счета, предусматривающего совершение операций с использованием расчетных (дебетовых) карт, кредитных карт, заключаемого в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (п. 1.12 Положения Банка России от 24.12.2004 № 266-П «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием».

В соответствии с положениями Общих условий (пункты 2,3 раздела IV) подтверждение личности и полномочий клиента на доступ к информационному сервису, в том числе для дистанционного заключения договора, осуществляется в порядке, установленном описанием соответствующего информационного сервиса. Стороны договорились, что волеизъявление клиента на совершение какого-либо действия дистанционно подтверждается, в том числе, вводом уникальной последовательности цифр, которую Банк/партнер Банка по его поручению направляет клиенту посредством СМС сообщения на номер мобильного телефона, письменно сообщенный клиентом для использования в качестве простой электронной подписи клиента при подписании электронного документа. При этом в случае идентичности СМС-кода, направленного Банком/партнером Банка и СМС кода, проставленного в электронном документе, такая электронная подпись считается подлинной и проставленной клиентом. Клиент и Банк обязаны соблюдать конфиденциальность в отношении СМС кода

Согласно положениям раздела VI Общих условий, заключение договора осуществляется, в том числе, посредством информационного сервиса в соответствии с описанием его работы, размещенным на сайте Банка. Заключение договора через информационный сервис доступно для клиента, если ранее он был идентифицирован Банком в соответствии с требованиями Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и принят на дистанционное обслуживание Банком.

Как ранее было указано, ФИО1 банком направлялись СМС-коды с комбинацией цифр, которые в соответствии с приведенными положениями Общих условий, Соглашения, представляли собой простую электронную подпись, предназначались для идентификации клиента и подтверждения наличия у него волеизъявления на совершение банковских операций (в данном случае, в том числе, заключение кредитных договоров). Истец подтвердила, что СМС-коды на ее мобильный телефон приходили, она сообщала их неизвестным лицам, представившимся сотрудниками банка. Поскольку направленные истцу в СМС-сообщении и введенные в заявке на получение кредитов коды являлись идентичными, истец ранее была принята банком на дистанционное обслуживание, о чем имеется собственноручно подписанное ею соглашение, оснований сомневаться в наличии у истца воли на заключение кредитных договоров у банка не имелось.

Таким образом, идентификация клиента была сотрудниками банка произведена; обязанности проверять принадлежность устройства, IP адреса, с которого поступали заявки на заключение кредитного договора, у Банка не имелось, фактов, указывающих на введение истца в заблуждение относительно правовых последствий совершаемых ей действий, не установлено.

При таких обстоятельствах доводы истца об отсутствии у нее реального волеизъявления на заключение кредитных договоров от 03.02.2020, непричастность ее лично к действиям, осуществленным без ее ведома третьими лицами, основаниями для отмены судебного решения и признания указанных договоров недействительными не являются.

При установленных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал, что оспариваемые операции осуществлены банком в отсутствие нарушений законодательства и условий договора.

Проведенное по делу компьютерно-техническое экспертное исследование (л.д. 216 -231 том 1), по результатам которого сведений об интернет-соединениях с устройства пользователя ФИО1 с онлайн-сервисом банка 03.02.2020 не обнаружено, основанием для иной правовой оценки, не является при доказанности факта сообщения самой ФИО1 неизвестным лицам информации, необходимой для электронного кредитования, а именно, разглашения одноразового кода активации являющегося аналогом ее собственноручной подписи.

Доводы подателя жалобы о недостаточности подтверждающего кода для совершения сделки в электронной форме подлежат отклонению, как противоречащие вышеприведенному правовому регулированию, а также соглашению сторон о дистанционном банковском обслуживании, содержащим разъяснения о необходимости соблюдения конфиденциальности в отношении СМС-кода.

Из материалов дела также усматривается, что соответствующие разъяснения направлялись истцу и одновременно с СМС-кодами, что следует из представленной в материалы дела выгрузки СМС-сообщений (л.д. 186 том 1).

Доводы стороны истца, приведенные в суде апелляционной инстанции, о предоставлении данной информации в недоступной для потребителя форме, а именно, способом транслитерации в СМС букв кириллицы на соответствующие буквы или сочетания букв латиницы, что противоречит положениям ст. 8 Закона РФ «О защите прав потребителей» о праве потребителя на информацию, также не опровергают правильность выводов суда по существу спора, поскольку при подтверждении такого нарушения наступают иные предусмотренные указанным Законом правовые последствия, о применении которых стороной истца при разрешении настоящего спора не заявлено.

В целом приведенные в апелляционной жалобе доводы не опровергают выводов суда, а выражают несогласие с ними, по своей сути направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств и доказательств по делу, основания для которой отсутствуют.

При рассмотрении дела суд первой инстанции с достаточной полнотой установил все юридически значимые для дела обстоятельства, выводы суда по существу спора не противоречат материалам дела, основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, допущено не было. Нормы материального права применены правильно.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Первомайского районного суда г. Омска от 14 декабря 2020 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи