Гражданский кодекс часть 1

по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, начальнику отдела по распоряжению земельными участками Департамента земельных отношений Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области ФИО4, жилищно-строительному кооперативу "Союз" о признании незаконными действий по заключению соглашения об установлении частного сервитута, о признании соглашения об установлении сервитута недействительной сделкой, о применении последствий недействительности сделки,

по иску третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5 к Министерству по управлению государственным имуществом Свердловской области, начальнику отдела по распоряжению земельными участками Департамента земельных отношений Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области ФИО4, жилищно-строительному кооперативу "Союз" о признании незаконными действий по заключению соглашения об установлении частного сервитута, о признании соглашения об установлении сервитута недействительной сделкой, о применении последствий недействительности сделки,

по апелляционной жалобе истцов, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 14.07.2020.

Заслушав доклад судьи Некрасовой А.С. и объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, судебная коллегия

установила:

истцы обратились в суд с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к вышеперечисленным лицам о признании незаконными действий Министерства по управлению государственным имуществом Свердловской области (далее - МУГИ СО, министерство) и начальника отдела по распоряжению земельными участками Департамента земельных отношений МУГИ СО ФИО4 по заключению соглашения об установлении частного сервитута от 18.04.2019 N С-163 на весь земельный участок с кадастровым номером <№>:1096 (далее - спорное соглашение); признании спорного соглашения недействительной сделкой; применении последствий недействительности сделки.

К участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО5, требования которой идентичны требованиям, заявленным истцами.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены администрация г. Екатеринбурга (далее - администрация), администрация Орджоникидзевского района г. Екатеринбурга, ФИО6, ФИО7

Решением суда от 14.07.2020 в иске отказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истцы и третьи лица ФИО5 и ФИО6, просят отменить указанный судебный акт и принять по делу новое решение.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции посредством ВКС третье лицо ФИО6, действующая также в качестве представителя третьего лица ФИО7, поддержала доводы жалобы, представитель ответчика ЖСК "Союз" (далее - ЖСК "Союз", кооператив) ФИО8 возражала против доводов жалобы.

Ранее представитель ответчика МУГИ СО ФИО9 также возражала против доводов жалобы, полагая решение суда законным и обоснованным.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, извещенные о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом в порядке статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации путем направления извещений по почте и по телефону 20.11.2020, а также публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Свердловского областного суда, в судебное заседание не явились, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверены в порядке и пределах, установленных статьями 327, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела, на основании постановлений администрации от 14.11.2002 N 1230-ж и 27.01.2013 N 307 "О предоставлении жилищно-строительному кооперативу "Союз" земельного участка для строительства объектов инженерной инфраструктуры, благоустройства и индивидуальных жилых домов в районе ул. Молебка" был утвержден проект границ и акт выбора земельного участка площадью 21,6 га под строительство объектов инженерной инфраструктуры, благоустройства и индивидуальных жилых домов и принято решение об обращении к Правительству Свердловской области с просьбой разрешить предоставить указанный земельный участок кооперативу в аренду сроком на 5 лет на период строительства.

29.11.2005 между администрацией и кооперативом заключен договор аренды N 1-701 земельного участка с кадастровым номером <№>:68.

На основании постановления администрации от 10.03.2011 N 823 договор аренды от 29.11.2005 N 1-701 расторгнут, из земельного участка с кадастровым номером <№>:68 сформировано и предоставлено кооперативу в аренду на три года 116 земельных участков общей площадью 21,6 га для завершения строительства объектов капитального строительства и инженерной инфраструктуры, в том числе земельный участок с кадастровым номером <№>:1096 площадью 85 106 кв. м из земель общего пользования (далее - спорный земельный участок).

15.03.2011 между администрацией и кооперативом заключен договор аренды N 1-1369 спорного земельного участка, который с 21.02.2019 прекращен (погашена регистрационная запись об аренде).

18.04.2019 между МУГИ СО и кооперативом заключено спорное соглашение об установлении сервитута, по условиям которого кооперативу предоставлено право ограниченного пользования спорным земельным участком в границах, указанных в выписке из ЕГРН, являющейся неотъемлемой частью соглашения, для обеспечения прохода (проезда) и эксплуатации линейных объектов инженерной и транспортной инфраструктуры. Согласно пункту 1.3 спорного соглашения в пределах земельного участка расположены объекты недвижимости с кадастровым номером <№>:9, <№>:243, <№>:250, <№>:494, <№>:1309, <№>:251, <№>85410, <№>84689, <№>:87095, <№>:258, <№>:92211, <№>:86932. Сервитут установлен на срок с 04.04.2019 по 03.04.2068.

Для строительства сетей инженерно-технического обеспечения (электроснабжения, водоснабжения, бытовой канализации, газоснабжения с электрохимзащитой) коттеджной застройки кооперативу администрацией были выданы разрешения на строительство от 28.07.2006 N 736, от 19.10.2009 N RU 66302000-615 и разрешение на ввод в эксплуатацию от 22.10.2009 N RU 66302000-221. Министерством строительства и развития инфраструктуры Свердловской области выдано кооперативу разрешение на строительство улично-дорожной сети в ЖСК "Союз" от 08.08.2017 N RU 66302000-652-2017 и разрешение на ввод объекта в эксплуатацию от 13.05.2019 N RU 66302000-652-2017.

На основании спорного соглашения об установлении сервитута и разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 13.05.2019 за кооперативом в ЕГРН зарегистрировано право собственности на следующие сооружения дорожного транспорта: с кадастровым номером <№>:290 (пер. Барбарисовый); с кадастровым номером <№>:291 (пер. Крокусовый); с кадастровым номером <№>:292 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:293 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:294 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:295 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:296 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:297 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:298 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:10 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:111078 (<адрес>); с кадастровым номером <№>:111083 (пер. Георгиновый).

Вышеперечисленные сооружения дорожного транспорта расположены в границах спорного земельного участка.

ФИО1 является собственником земельного участка с кадастровым номером <№>:103, расположенного по адресу: <адрес>, ФИО3 является собственником земельного участка с кадастровым номером <№>:133, расположенного по адресу: <адрес>, ФИО2 является собственником земельного участка с кадастровым номером <№>142, расположенного по адресу: <адрес>.

По мнению истцов и третьего лица, заявившего самостоятельные требования, спорное соглашение противоречит закону и является ничтожным на основании пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку установление сервитута в отношении земель общего пользования, к которым относится спорный земельный участок, не допускается. Кроме того, на момент заключения спорного соглашения из двенадцати линейных объектов, упомянутых в соглашении и для обслуживания которых соглашение было заключено, за кооперативом на праве собственности был зарегистрирован (по мнению истцов, неправомерно) только один объект с кадастровым номером <№>:92211 - электроснабжение 0,4 Кв КНС (канализационной насосной станции). Иные объекты принадлежат либо администрации в силу закона (автомобильные дороги), либо кооперативу, но зарегистрированы за ним уже после заключения спорного соглашения, что свидетельствует о беспредметности и мнимости спорного соглашения в силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Истцы полагают также, что спорное соглашение обладает признаками притворной сделки, поскольку прикрывало последующее оформление в собственность кооператива улично-дорожной сети, расположенной на спорном земельном участке, и было заключено исключительно с этой целью (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушение своих прав истцы усматривают в том, что регистрация за кооперативом права собственности на улично-дорожную сеть, построенную за счет паевых взносов членов ЖСК "Союз", неправомерна, поскольку такое имущество поступает в общую долевую собственность членов кооператива в силу закона, независимо от государственной регистрации, что соответствует правовым позициям Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Помимо этого, истцы указывают, что кооператив установил контроль за доступом на спорный земельный участок, огородив его и организовав пропускной режим, то есть ограничил право на беспрепятственное и бесплатное использование истцами и иными лицами земель общего пользования.

Ответчики с иском не согласились, сославшись на то, что возможность установления сервитута в пользу собственника линейных объектов и для их обслуживания законом допускается.

Разрешая возникший спор, изучив условия спорного соглашения и установив фактические обстоятельства дела, руководствуясь положениями статьи 23 Земельного кодекса Российской Федерации, статей 166, 170, 274 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, приведенных в пунктах 71, 78, 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствия оснований для признания спорного соглашения недействительным, поскольку оно не противоречит действующему законодательству и не нарушает прав и законных интересов лиц, обратившихся с иском.

В апелляционной жалобе апеллянты выражают несогласие с выводами суда, приводя в обоснование вышеуказанные доводы, ранее приведенные в суде первой инстанции.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу кооператив просит об ее отклонении, полагая судебный акт законным и обоснованным.

Проверив материалы дела, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и поданных на нее возражениях, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Из смысла положений пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 11, статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации в их нормативном единстве с положениями статьи 2, части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что целью судебной защиты является восстановление нарушенного материального права или реальная защита законного интереса истца.

При этом лицо, обратившееся за защитой права или интереса, должно доказать, что его право или интерес действительно нарушены противоправным поведением ответчика, а также доказать, что выбранный способ защиты нарушенного права приведет к его восстановлению.

При этом выбор способа защиты гражданских прав осуществляется заинтересованным лицом не произвольно, а предопределен характером спорного правоотношения и регулирующих его норм права; избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен непосредственно привести к восстановлению нарушенных или оспариваемых прав.

Истцами в качестве способа защиты избрано оспаривание соглашения об установлении сервитута по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 168, статей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка) и сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях (притворная сделка) ничтожны (пункт 2 статьи 168, статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, в соответствии с пунктом 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо; требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Критерием наличия заинтересованности является обусловленность защиты законного имущественного интереса признанием сделки недействительной.

Из приведенных норм в их системной взаимосвязи следует, что для признания спорного соглашения недействительным (ничтожным) должно быть установлено, что оно нарушает права и (или) охраняемые законом интересы лиц, его оспаривающих, при этом признание названного соглашения недействительным должно само по себе привести к восстановлению нарушенных прав и (или) интересов, то есть повлечь возникновение, изменение или прекращение каких-либо прав и (или) обязанностей у лиц, обратившихся с иском.

Между тем, из материалов дела не следует, что указанные условия признания сделки недействительной соблюдены.

Сам по себе тот факт, что в отношении спорного земельного участка установлен сервитут для обслуживания линейных объектов в пользу лица, за кем данные объекты зарегистрированы, не свидетельствует, вопреки доводам жалобы, о том, что сервитут предоставляет кооперативу право пользования земельным участком за счет истцов. Последние имеют право на беспрепятственное использование спорного земельного участка как относящегося к землям общего пользования, что уже было подтверждено апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 20.05.2020 N 33-4085/2020 и определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 27.10.2020 N 88-16915/2020.

При наличии реальных препятствий в праве пользования спорным земельным участком со стороны кооператива истцы вправе обратиться в суд с требованиями, направленными на восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, устранение нарушений права, не связанных с лишением владения, запрет ответчику совершать определенные действия, так и возложение обязанности на ответчика устранить последствия нарушения права истцов, что также было разъяснено в вышеназванных судебных актах.

Признание спорного соглашения недействительным само по себе не приведет к демонтажу ограждения земельного участка и контрольно-пропускного пункта и не требуется для устранения указанных или иных препятствий в пользовании земельным участком, если таковые имеются и действительно препятствуют использованию участка по назначению. Кооператив при этом не вправе обосновывать ограждение территории и организацию проезда по ней ссылкой на сервитут.

Поскольку между установлением сервитута на основании спорного соглашения и указанными фактическими действиями кооператива, которые истцы воспринимают как помеху в осуществлении принадлежащих им прав, отсутствует правовая связь, признание спорного соглашения недействительным не приведет к восстановлению прав, которые истцы считают нарушенными.

Доводы истцов о том, что спорное соглашение послужило основанием для регистрации за кооперативом права собственности на сооружения дорожного транспорта, которые в силу закона принадлежат членам ЖСК "Союз", на чьи средства данные объекты созданы, и в силу этого подлежит признанию недействительным, подлежат отклонению по аналогичным мотивам.

Судом установлено и никем не оспаривается, что названные сооружения зарегистрированы в ЕГРН на праве собственности.

Как разъяснено в пункте 52 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРН. В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРН.

Поскольку истцами не заявлен ни один из названных исков, право собственности на дорожные сооружения, зарегистрированное за кооперативом, оспорено быть не может. Признание в такой ситуации спорного соглашения недействительным не влечет никакого правового эффекта.

Вопреки доводам истцов, признание спорного соглашения недействительным для целей дальнейшего оспаривания зарегистрированного права кооператива на указанные сооружения по основаниям, приведенным истцами (регистрация за кооперативом права на объекты, принадлежащие его членам), не требуется.

При таких обстоятельствах удовлетворение заявленных требований не может привести к восстановлению каких-либо прав и (или) интересов лиц, обратившихся с иском, что является самостоятельным и достаточным основанием для его отклонения.

Иные доводы апелляционной жалобы, учитывая вышеприведенные обстоятельства, не имеют правового значения, кроме того, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и получили надлежащую правовую оценку, несогласие с которой само по себе не свидетельствует об ошибочности сделанных судом выводов, не подтверждает наличие нарушений норм права при рассмотрении дела и не является основанием для отмены судебного акта.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327.1, 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Екатеринбурга от 14.07.2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО5, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 - без удовлетворения.

Председательствующий:	Некрасова А.С.
Судьи:	Зайцева В.А.
	Торжевская М.О.