Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Д.С. Дистрибьютор» на решение Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 февраля 2022 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Д.С.Дистрибьютор», обществу с ограниченной ответственностью «ВЛАДИС-АВТО ПРО», акционерному обществу Коммерческий Банк «ЛОКО-Банк» о защите прав потребителей,

установила:

ФИО1 обратился в суд с указанным выше исковым заявлением к ООО «Д.С.Дистрибьютор», указав в его обоснование, что 19.09.2021 при приобретении автомобиля RENAULТ LOGAN, №, он заключил договор независимой гарантии «Программа 4.1» с ООО «Д.С. Дистрибьютор» стоимостью 264 000 рублей, в соответствии с условиями которого ООО «Д.С. Дистрибьютор» обязалось выдать ему (истцу) банковскую гарантию. 27.09.2021 он принял решение расторгнуть данный договор, направил в адрес ООО «Д.С. Дистрибьютор» заявление о расторжении договора и возврате оплаченных по договору денежных средств в размере 264 000 рублей. Между тем, ООО «Д.С. Дистрибьютор» отказалось возвращать денежные средства. Ссылаясь на Закон РФ «О защите прав потребителей» полагает, что договор, заключенный с ООО «Д.С. Дистрибьютор» на приобретение независимой гарантии, подлежит расторжению, а уплаченные по договору денежные средства в размере 264 000 рублей подлежат взысканию с ООО «Д.С. Дистрибьютор».

Просил расторгнуть договор о независимой гарантии от 19.09.2021; взыскать с ответчика денежные средства, уплаченные за выдачу сертификата по независимой гарантии в сумме 264 000 рублей, неустойку в сумме 617 760 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей, штраф в размере 50% от взысканных сумм.

В ходе рассмотрения гражданского дела к участию в деле привлечены в качестве соответчиков ООО «ВЛАДИС-АВТО ПРО», КБ «ЛОКО-Банк» (АО).

Решением Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 февраля 2022 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично.

Суд постановил: расторгнуть заключенный 19.09.2021 между ФИО1 и ООО «Д.С.Дистрибьютор» договор о независимой гарантии.

Взыскать с ООО «Д.С.Дистрибьютор» в пользу ФИО1 денежные средства, уплаченные по договору в размере 264 000 рублей, неустойку в сумме 100 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 3 000 рублей и штраф в сумме 183 500 рублей.

Также суд взыскал с ООО «Д.С.Дистрибьютор» в доход бюджета МО г. Новотроицк Оренбургской области государственную пошлину в размере 6 480 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 к ООО «ВЛАДИС-АВТО ПРО», АО КБ «ЛОКО-Банк» о защите прав потребителей судом отказано.

С данным решением не согласился ответчик - ООО «Д.С. Дистрибьютор», в своей апелляционной жалобе просит решение суда отменить.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении рассмотрения дела не направляли.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав доклад судьи Рафиковой О.В., исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов жалобы, судебная коллегия не находит оснований для изменения либо отмены судебного акта.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что (дата) между ФИО1 и КБ «ЛОКО-Банк» (АО) на сумму 1 558 200 рублей был заключен кредитный договор № на приобретение автотранспортного средства RENAULТ LOGAN, № за 1 111 000 рублей.

При заключении кредитного договора 19.09.2021 и договора купли-продажи автомобиля, ФИО1 был выдан сертификат № «Программа 4.1» сроком действия на 96 месяцев стоимостью 264 000 руб., бенефициаром по которому выступает АО КБ «Локо-Банк». Сумма по независимой гарантии, которую гарант обязуется выплатить бенефициару в рамках независимой гарантии – в размере неисполненных обязательств принципала по договору потребительского кредита (займа), но не свыше величины обязательств за двенадцатимесячный период регулярных платежей по обеспечиваемому договору потребительского кредита (займа) подряд. Обеспечиваемое независимой гарантией обязательство (кредитный договор) – № от (дата).

Из сертификата «Условия независимой безотзывной гарантии «Программа 4.1» следует, что он выдан сроком действия на 96 месяцев, является обеспечением неисполненных обязательств принципала (ФИО1) по кредитному договору (договору займа) № от (дата) в пользу бенефициара АО КБ «Локо-Банк».

В рамках данного договора предоставляются следующие услуги: погашение частичной задолженности при наступлении финансовых рисков, связанных с потерей работы, смертью заемщика, а именно, выплата обусловленной суммы посредством оплаты соответствующего количества ежемесячных платежей по кредитному договору в соответствии с графиком платежей, а также посредством оплаты сумм пени, штрафа, неустойки, начисленных за ненадлежащее исполнение обязательства.

В соответствии с указанным выше сертификатом согласие клиента на приобретение независимой безотзывной гарантии, заключение договора о предоставлении независимой гарантии на условиях оферты о предоставлении независимой гарантии и согласие с их условиями, согласие на обработку персональных данных, получение в полном объеме информации подтверждается заявлением клиента на имя гаранта, а также посредством оплаты стоимости услуг гаранта.

Оплачивая данный сертификат, клиент безоговорочно присоединяется к действующей редакции оферты о предоставлении независимой гарантии, утвержденной приказом генерального директора ООО «Д.С. Дистрибьютор» № от (дата) и размещенной в открытом доступе на веб-сайте в сети Интернет по адресу: http://digitalfin.ru.

Кроме того, условиями предусмотрено, что требование бенефициара о выплате независимой гарантии предъявляется в письменной форме.

Гарант обязуется выплатить в пользу бенефициара обусловленную независимой гарантией сумму посредством оплаты за принципала соответствующего количества ежемесячных платежей по договору потребительского кредита в соответствии с графиком платежей по указанному договору.

19 сентября 2021 года ФИО1 ответчиком ООО «Д.С. Дистрибьютор» выставлен счет на оплату в размере 264 000 рублей за услуги по договору о предоставлении независимой гарантии согласно выбранному тарифному плану «Независимая безотзывная гарантия» «Программа 4.1», сертификат №.

Согласно заявлению ФИО1 от 19.09.2021 года на перевод денежных средств со счета физического лица, АО КБ «Локо-Банк» перечислило со счета истца ООО «Д.С. Дистрибьютор» денежные средства в размере 264 000 руб. в счет оплаты услуги/сервиса/оборудования (гарантия) по договору №.

(дата) ФИО1 направил в адрес ООО «Д.С.Дистрибьютор» претензию с требованием о расторжении договора и возвращении уплаченной по договору суммы.

Согласно ответу ООО «Д.С. Дистрибьютор» в возврате ФИО1 денежных средств по договору независимой гарантии от 19.09.2021 было отказано со ссылкой на то, что услуги в рамках договора оказаны в полном объеме, вознаграждение возврату не подлежит.

Полагая отказ незаконным, истец обратился в суд с настоящим иском.

Разрешая спор, суд первой инстанции, пришел к выводу, что договор заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор» по своей сути является договором возмездного оказания услуг, условия оферты, не предусматривающие возврат платежа при отказе заказчика от договора, в данном случае применению не подлежат. Принимая во внимание, что доказательств фактического несения ответчиком в ходе исполнения спорного договора каких-либо расходов в материалы дела не представлено, суд взыскал с ООО «Д.С. Дистрибьютор» денежную сумму, оплаченную истцом, в размере 264 000 рублей.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы по следующим основаниям.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы ООО «Д.С. Дистрибьютор» о неверной квалификации правоотношений сторон как возникающих из договора возмездного оказания услуг, судебная коллегия исходит из следующего.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый ст. 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, п. п. 4 и 5 ст. 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно статье 32 Закона о защите прав потребителей и пункту 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Указанные положения применяются в случаях, когда отказ потребителя (заказчика) от договора не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, возлагая на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.

Обязанность доказать несение и размер этих расходов в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна быть возложена на ответчика.

Кроме того, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором (п. 1 ст. 329 ГК РФ).

В силу частей 1, 3 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

На основании части 1 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

В силу части 1 статьи 371 Гражданского кодекса Российской Федерации независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Из указанного следует, что гарантийное обязательство возникает между гарантом и бенефициаром на основании одностороннего письменного волеизъявления гаранта.

Как разъяснено в п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019, для возникновения обязательства из независимой гарантии достаточно одностороннего волеизъявления гаранта, если иное прямо не предусмотрено в тексте самой гарантии.

В силу ч. 2 ст. 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Таким образом, из изложенной выше правовой позиции следует, что обязательства из независимой гарантии возникают между гарантом и бенефициаром, и отказ принципала от обеспечения в виде независимой гарантии не влечет прекращения обязательства ответчика перед банком, что также следует из содержания ст. 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусматривающей такого основания прекращения независимой гарантии.

Между тем, вопреки доводам ответчика ООО «Д.С. Дистрибьютор», возникновение между гарантом и бенефициаром отношений по поводу выдачи ответчиком независимой гарантии исполнения обеспеченных им обязательств в случае наступления гарантийного случая не ограничивает истца в праве отказаться от исполнения договора об оказании возмездной финансовой услуги ООО «Д.С. Дистрибьютор», заключающейся в выдаче независимой гарантии, с компенсацией фактических затрат исполнителя.

Таким образом, в рассматриваемом случае право истца на отказ от исполнения договора законом не ограничен. В связи с отказом истца от исполнения договора, является расторгнутым именно договор, заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор» по возмездному оказанию платной услуги по предоставлению обеспечения. При этом ни само обязательство, обеспечиваемое независимой гарантией, ни обязательство по предоставлению ответчиком гарантии не прекращаются.

Положения, предусмотренные статьями параграфа 6 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации регулируют взаимоотношения между гарантом и бенефициаром и не свидетельствуют о невозможности толкования спорного договора как сочетающего в себе признаки обеспечительной меры (правоотношения между ООО «Д.С. Дистрибьютор» и банком) и договора возмездного оказания услуг (между ООО «Д.С. Дистрибьютор» и истцом).

Доводы заявителя жалобы о том, что обязательства исполнены с момента предоставления независимой гарантии, в связи с чем недопустим отказ от его исполнения, следует признать несостоятельными.

Выдачей гарантии ответчиком исполнена обеспечительная односторонняя сделка, совершенная в пользу бенефициара, тогда как исполнения ООО «Д.С. Дистрибютор» обязательств за истца по кредитному договору на момент его отказа от услуги не произошло.

Права ответчика в случае исполнения обязательств гарантии в дальнейшем подлежат защите в порядке ч. 5 ст. 313, ч. 1 ст. 379 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, в связи с чем доводы ответчика о невозможности возврата вознаграждения гаранта истцу ввиду сохранения обязательств ООО «Д.С. Дистрибьютор» перед бенефициаром являются несостоятельными.

Доводы апеллянта о невозможности обратного взыскания цены сертификата со ссылкой на п.4 ст.453 Гражданского кодекса Российской Федерации основаны на неверном толковании нормы права, основанном на ее неполном прочтении.

Действительно, в силу абзаца 1 п.4 ст.453 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Вместе с тем, абзац 2 этой же нормы закона предусматривает, что в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Суждение апеллянта о том, что договор независимой гарантии полностью соответствует нормам действующего законодательства, противоречит изложенной выше правовой позиции, поскольку отражение в сертификате независимой гарантии сведений, формально подпадающих под перечисленные обязательные реквизиты, предусмотренные ч.4 ст.368 Гражданского кодекса Российской Федерации, не свидетельствует о невозможности толкования данного договора как сочетающего в себе признаки обеспечительной меры и договора возмездного оказания услуг.

Из изложенного следует, что суд первой инстанции правомерно квалифицировал договор, заключенный между ФИО1 и ООО «Д.С. Дистрибьютор» как договор возмездного оказания услуг. При этом независимая безотзывная гарантия исполнения договорных обязательств с учетом ее специфики может быть признана исполненной только по окончанию срока действия независимой гарантии, не является разовой и исполненной в момент заключения соглашения, как об этом заявлял ответчик в своих возражениях и в апелляционной жалобе, ввиду чего на возникшие правоотношения распространяются положения Закона РФ «О защите прав потребителей».

Оценивая доводы апелляционной жалобы о необходимости квалификации договора как разновидности договора комиссии, судебная коллегия признает их основанными на ошибочном толковании норм законодательства, т.к. данное апеллянтом толкование договора прямо противоречит сути независимой гарантии, нормы о которой расположены в главе 23 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обеспечение исполнения обязательств».

В частности, нормы о независимой гарантии вообще не предусматривают ее возмездность, сведений о необходимости осуществления принципалом платежей гаранту в законодательстве не имеется (т.е. возмездность, как и по оказанию услуг, может быть предусмотрена или не предусмотрена договором). Договор не предусматривает осуществление каких-либо сделок ООО «Д.С. Дистрибьютор» от имени и за счет ФИО1, напротив, предусматриваются только обеспечительные платежи в рамках уже существующего обязательства истца перед банком. Соответственно целью договора, вопреки мнению апеллянта, является именно достижение фактического обеспечительного результата (финансовой услуги), а никак не совершение дополнительных сделок в пользу истца.

Таким образом, поскольку из анализа вышеприведенных законодательных норм следует, что потребитель имеет право отказаться от договора оказания услуг и потребовать обратно уплаченную сумму за услуги с учетом отсутствия понесенных стороной ответчика фактических расходов, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности доводов апелляционной жалобы, что суд неверно квалифицировал правоотношения сторон и применил нормы материального права по договору возмездного оказания услуг.

При этом положения, ограничивающие право потребителя возврат платы за услугу при отказе от договора, который к моменту заявления потребителя об этом, не исполнен, ничтожны.

В силу пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (ст. 3, 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

По условиям спорного договора вознаграждение, уплаченное принципалом гаранту в соответствии с договором о предоставлении независимой гарантии, после выдачи независимой безотзывной гарантии (предоставления сертификата) возврату не подлежит, в том числе в случаях получения гарантом уведомления принципала о досрочном прекращении действия гарантии или об освобождении гаранта от обязательств по гарантии в силу того, что, несмотря на указанные обстоятельства, обязательства по независимой безотзывной гарантии сохраняют свое действие перед бенефициаром (п. 5.2 Оферты).

По смыслу договора с учетом позиции ответчика по заявленному иску - такой платеж не подлежит возврату ни при каких обстоятельствах, что противоречит положениям ст.32 Закона о защите прав потребителей, а потому в силу положений п. 1 статьи 16 данного Закона это условие договора является ничтожным.

При отсутствии в деле сведений о реальном пользовании потребителем предусмотренными договором услугами, удержание ответчиком всей платы в отсутствие равноценного встречного предоставления в данном случае может свидетельствовать о наличии на стороне исполнителя неосновательного обогащения.

Доказательств использования истцом услуг по договору в рамках сертификата «Условия независимой безотзывной гарантии» материалы дела не содержат, как и доказательств фактического несения ООО «Д.С. Дистрибьютор» в ходе исполнения спорного договора каких - либо расходов, за которые может быть удержана плата как за фактически оказанные услуги.

Истец, отказавшись от исполнения договора в рамках сертификата «Условия независимой безотзывной гарантии, имеет право на возврат уплаченных по ним денежных средств в полном объеме, в связи с чем исковые требования в указанной части судебная коллегия находит обоснованными.

Утверждение апеллянта об обратном свидетельствует о нарушении баланса прав участников гражданских правоотношений (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Иные доводы апелляционной жалобы на правильность выводов суда не влияют, в связи с чем также подлежат отклонению.

В целом доводы апелляционной жалобы аналогичны доводам возражения на иск, являются позицией ответчика по данному спору, приводились при рассмотрении дела в суде первой инстанций, им дана надлежащая оценка, исходя из установленных судом обстоятельств и требований закона, по существу направлены на переоценку доказательств и фактических обстоятельств дела, не опровергают выводы суда, полно и мотивированно изложенные в решении суда, поэтому не могут служить основанием для отмены решения суда.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Новотроицкого городского суда Оренбургской области от 15 февраля 2022 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Д.С. Дистрибьютор» - без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 19.05.2022