Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7 на решение Московского районного суда г.Калининграда от 15 февраля 2021 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО7 к администрации городского округа «Город Калининград», ФИО8, действующей в своих интересах и в интересах ФИО1, об отмене постановления о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, о расторжении договора социального найма жилого помещения, о признании права на первоочередное заключение договора социального найма жилого помещения, об обязании заключить договор социального найма жилого помещения.

Заслушав доклад судьи Ивановой О.В., объяснения представителя ФИО7 – ФИО9, поддержавшего апелляционную жалобу, судебная коллегия

установила:

ФИО7 обратилась в суд с иском, указав, что квартира по <адрес> является объектом муниципальной собственности, после смерти нанимателей квартиры ФИО2 и ФИО3 данное жилое помещение предоставлено иным лицам по договору социального найма. Так, на основании постановления администрации городского округа «Город Калининград» от 31 июля 2017 года нанимателем данного жилого помещения является ФИО8 С 5 октября 2017 года ФИО8 зарегистрирована в спорной квартире вместе с сыном ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения. Указывает, что ранее спорная квартира была предоставлена ее бабушке ФИО2 и отцу ФИО3 по договору социального найма. ФИО2 и ФИО3 при жизни инициировали процедуру приватизации данного жилого помещения в свою собственность. Однако в квартире была произведена перепланировка, для приватизации квартиры было необходимо решить вопрос о сохранении квартиры в перепланированном состоянии. На решение данного вопроса потребовалось длительное время. В связи со смертью бабушки и ее отца - ФИО3 процедура приватизации муниципального жилья осталась незавершенной, она тогда являлась несовершеннолетней. Указывает, что она приобрела право пользования спорной квартирой как несовершеннолетний ребенок, вселенный в квартиру после рождения своими родителями. Ее семья проживала у родителей ее матери в жилом помещении по <адрес>, также у родителей отца в спорной квартире по <адрес>, при этом после расторжения брака между родителями в 1985 году она вместе со своей матерью осталась проживать в жилом помещении по <адрес>, а ее отец ФИО3 стал проживать со своей матерью по <адрес>. Примерно в 1988 году ее мама получила по месту своей работы для проживания комнату в <адрес>, где она совместно с ней проживает до настоящего времени. Каких-либо разговоров о том, чтобы ее (ФИО7) зарегистрировать в жилом помещении не имелось, однако на всем протяжении времени она сохраняла родственные хорошие отношения с отцом и бабушкой. С учетом изложенного она является единственным членом семьи нанимателя и наследником, имела право преимущественного заключения с ней договора социального найма с продолжением процедуры приватизации и оформления спорной квартиры в собственность. Однако администрация городского округа «Город Калининград» эти обстоятельства не учла и нарушила ее преимущественное право заключения договора социального найма спорной квартиры.

С учетом последующего уточнения заявленных исковых требований просила отменить постановление администрации городского округа «Город Калининград» от 31 июля 2017 года, на основании которого был заключен договор социального найма с ФИО8; расторгнуть договор социального найма жилого помещения № 249 от 7 августа 2017 года; признать за ФИО7 первоочередное право на заключение договора социального найма жилого помещения, расположенного по <адрес>; обязать администрацию городского округа «Город Калининград» заключить договор социального найма на жилое помещение, расположенное по <адрес>, с ФИО7

Решением Московского районного суда г. Калининграда от 15 февраля 2021 года в удовлетворении исковых требований ФИО7 отказано в полном объеме.

В апелляционной жалобе ФИО7 просит решение суда отменить и принять новое решение. Выражая несогласие с выводами суда, продолжает настаивать на приведенных в иске доводах, а также ссылается на аналогичные изложенным в исковом заявлении обстоятельства. Указывает на то, что суд неправильно установил имеющие значение для дела обстоятельства, дал неправильную оценку представленным доказательствам, неправильно применил нормы материального и процессуального права, в связи с чем пришел к необоснованным выводам, изложенным в решении, которые не соответствуют фактическим обстоятельствам. Считает, что правовых оснований для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований у суда не имелось.

ФИО7, представитель администрации городского округа «Город Калининград», ФИО8, действующая также в интересах ФИО1, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, заявлений об отложении судебного заседания не поступило, ФИО7 направил для участия в деле своего представителя, в связи с чем суд апелляционной инстанции в соответствии с частью 3 статьи 167, частями 1, 2 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных выше лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями части1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации – с учетом доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает решение подлежащим оставлению без изменения.

Как следует из материалов дела, квартира по <адрес> является объектом муниципальной собственности.

Нанимателем данного жилого помещения является ФИО8, которой названное жилое помещение предоставлено по договору социального найма постановлением администрации городского округа «Город Калининград» от 31.07.2017 г. ФИО8 и ее сын ФИО1 зарегистрированы в названной квартире с 5.10.2017 г.

Ранее нанимателем указанной квартиры являлась ФИО2, которая имела регистрацию по данному адресу с 18.12.1969 г., снята с регистрационного учета в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ

Кроме нанимателя в указанной квартире с 29.12.1979 г. имел регистрацию сын нанимателя – ФИО4, который также снят с регистрационного учета в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ

30.03.2006 г. ФИО2 и ФИО4 обращались в администрацию Московского района г.Калининграда с заявлением о передаче названной квартиры в их долевую собственность в порядке приватизации.

Материалами дела также подтверждается, что вступившим в законную силу решением Московского районного суда г. Калининграда от 25 октября 2016 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО7 к администрации городского округа «Город Калининград» о признании процедуры приватизации завершенной, включении квартиры в наследственную массу и признании права собственности в порядке наследования по закону.

При этом суд установил, что при обращении ФИО2 и ФИО4 с заявлением о приватизации муниципального жилья ими не был представлен необходимый пакет документов, не были согласованы выполненные в квартире перепланировка и переустройство, впоследствии при жизни ФИО2 и ФИО4 такие документы представлены не были.

Учитывая, что с 2006 года ФИО2 до момента смерти, а затем и ФИО4 на протяжении более пяти лет до момента своей смерти лично или через представителя повторно не представлено всех необходимых документов, суд пришел к выводу об утрате их заинтересованности в реализации своего законного права на приватизацию спорного жилого помещения.

С учетом вышеизложенного все приведенные в исковом заявлении, а затем и в апелляционной жалобе доводы ФИО7 со ссылкой на завершение процедуры приватизации спорной квартиры, а также нормы материального права, регулирующие порядок вступления в наследство по закону, исходя из предмета и основания заявленного иска не могут быть приняты во внимание, более того доводы жалобы в указанной части направлены на оспаривание в другом гражданском процессе установленные вступившим в законную силу судебным постановлением факты и правоотношения, что в силу положений статьи 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо.

Согласно абзацу 1 статьи 10 Жилищного кодекса Российской Федерации жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя.

В силу части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов семьи, и наймодателя – других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи.

Аналогичные положения также содержались и ранее в статьях 53, 54 Жилищного кодекса РСФСР, в период реализации ФИО7 будучи несовершеннолетней своих жилищных прав.

Согласно статье 54 Жилищного кодекса РСФСР наниматель вправе в установленном порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи. На вселение к родителям их детей, не достигших совершеннолетия, не требуется согласие остальных членов семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами его семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (ст. 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением.

В соответствии со статьей 53 Жилищного кодекса РСФСР члены семьи нанимателя, проживающие совместно с ним, пользуются наравне с нанимателем всеми правами и несут все обязанности, вытекающие из договора найма жилого помещения. Совершеннолетние члены семьи несут солидарную с нанимателем имущественную ответственность по обязательствам, вытекающим из указанного договора.

К членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

Таким образом, из приведенных выше норм материального права следует, что возникновение равного с нанимателем жилого помещения права пользования жилым помещением обусловлено соблюдением определенных условий, таких как вселение в данное жилое помещение и проживание в нем в качестве члена его семьи.

В обоснование заявленных исковых требований ФИО7 ссылается на те обстоятельства, что она приобрела право пользования спорной квартирой как несовершеннолетний ребенок, вселенный в квартиру после рождения своими родителями.

С такими доводами согласился суд первой инстанции, тогда как никакими объективными данными факт вселения ФИО7 будучи несовершеннолетней в спорное жилое помещение своими родителями материалы дела не содержат, в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сторона истца помимо лишь собственных утверждений в подтверждение таких обстоятельств никаких доказательств не представила, тогда как сторона ответчика эти обстоятельства также не признает.

Более того в любом случае материалами дела бесспорно подтверждается приобретение ФИО7 прав пользования иным жилым помещением и отсутствие у нее на момент смерти ФИО2 и ФИО4 равного с нанимателем спорной квартиры права пользования этим жилым помещением, что в свою очередь исключает правомерность заявленных ФИО7 исковых требований.

Исходя из положений статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации (ранее действовавшей ст. 54 ЖК РСФСР), статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение.

Так, из материалов дела следует, что ФИО7 (ранее Романович) Е.В. в спорном жилом помещении по месту жительства зарегистрирована никогда не была, в период времени с августа 1985 года по 25.12.1987 года была зарегистрирована в жилом помещении в качестве члена семьи нанимателя (внучка) ФИО5 в жилом помещении по <адрес>, в которой также была зарегистрирована ее мать ФИО6

С 5 января 1988 года ФИО7 в несовершеннолетнем возрасте зарегистрирована по месту жительства вместе со своей матерью ФИО6 в жилом помещении по <адрес> ( нанимателем комнаты площадью 31 кв.м являлась ФИО6) При этом из содержания искового заявления следует, что в указанное жилое помещение ФИО7 вселилась вместе со своей матерью ФИО6, проживала в нем постоянно, имеет в нем регистрацию по месту жительства до настоящего времени.

Тем самым в силу положений приведенных выше норм жилищного законодательства ФИО7 приобрела равное со своей матерью право пользования жилым помещением по <адрес>, и продолжала его сохранять также на момент смерти ФИО2 и ФИО4

По делу бесспорно установлено, что ни бабушка ФИО7 - ФИО2, которая умерла только в ДД.ММ.ГГГГ, ни ее отец ФИО4, умерший в ДД.ММ.ГГГГ, при жизни не предпринимали никаких действий по вселению истца в спорную квартиру в качестве члена семьи нанимателя жилого помещения в установленном законом порядке.

Сама же ФИО7, достигнув совершеннолетия в ДД.ММ.ГГГГ, имея возможность самостоятельно реализовывать свои жилищные права, не вселилась в спорное жилое помещение, не проживала в нем в качестве члена семьи нанимателя, не вела совместного хозяйства с бабушкой и отцом.

Объективных данных об обратном сторона истца не представила.

При этом факт наличия близких родственных отношений с ФИО2, как и факт того, что истец приходится дочерью ФИО4 с учетом установленных по делу обстоятельств, свидетельствующих о том, что ФИО7 не вселялась в спорное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя и не вела совместного хозяйства, сохраняла право пользования иным жилым помещением сами по себе применительно к указанным выше положениям жилищного законодательства не влекут возникновение права пользования спорным жилым помещением. Приведенная в жалобе правовая позиция является ошибочной вследствие неправильного толкования стороной истца положений жилищного законодательств.

Кроме того, материалами дела также подтверждается, что ФИО7 на учете граждан, нуждающихся в жилых помещениях, в администрации городского округа «Город Калининград» не состоит и ранее не состояла, жилым помещением либо социальной выплатой на приобретение жилья не обеспечивалась. Документы ФИО7 о постановке на учет нуждающихся в жилых помещениях в администрацию городского округа «Город Калининград» не поступали.

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы в отсутствие у ФИО7 права пользования спорным жилым помещением в качестве члена семьи нанимателя у ФИО7 не имеется законного права требовать признания себя нанимателем по ранее заключенному договору социального найма вместо первоначального нанимателя, учитывая, что такое право законом предоставляется лишь членам семьи нанимателя в случае, если они были вселены в жилое помещение в установленном законом порядке, тогда как таких обстоятельств по делу не установлено.

Поскольку оснований, предусмотренных статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей восстановление положения, существовавшего до нарушения права и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, по делу не установлено, вывод суда об отказе в удовлетворении заявленных ФИО7 исковых требований в полном объеме является правомерным.

В апелляционной жалобе не приведено обстоятельств, которые указывали бы на наличие оснований к отмене решения суда в апелляционном порядке. Доводы жалобы не содержат фактов, которые не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого решения суда.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Московского районного суда г.Калининграда от 15 февраля 2021 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 18 августа 2021 года.

Председательствующий:

Судьи: