Председательствующий Катанаев Г.И. № 22-1985/16
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
Судебная коллегия по уголовным делам Омского областного суда в составе:
Председательствующий Лукша А.В.
судьи Березин Ю.Г. Слепченко В.М.
с участием
осужденного Коваля А.М.
адвоката Ткаченко В.В.
прокурора Мамичева Р.Ю.
при секретаре <...>
рассмотрев в судебном заседании 05 июля 2016 года дело по апелляционным жалобам осужденного Коваля А.М., адвоката Ткаченко В.В., апелляционному представлению государственного обвинителя Сидоровой Е.Н. на приговор Куйбышевского районного суда г.Омска от 14 апреля 2016 года, которым
Коваль А. М., <...> ранее не судимый,
осужден:
- по ст.160 ч.3 УК РФ по эпизоду хищения денежных средств в сумме <...> рублей по государственному контракту №6 от 23.04.2012 г. – к 2 годам лишения свободы.
- по ст.160 ч.3 УК РФ по эпизоду хищения денежных средств в сумме <...> рублей по договору №-34 от 24.05.2012 года – к 1 году лишения свободы.
- по ст.160 ч.3 УК РФ по эпизоду хищения денежных средств по договору №-8 от 12.01.2012 года в сумме <...> рублей – к 1 году лишения свободы.
- по ст.160 ч.3 УК РФ по эпизоду хищения денежных средств по договору №-119 от 02.10.2012 года в сумме <...> рублей – к 1 году лишения свободы.
- по ст.160 ч.3 УК РФ по эпизоду хищения денежных средств по договорам №5, №6 от 21.05.2013 года на сумму <...> рублей и на сумму <...> рублей – к 1 году лишения свободы.
В соответствии со ст.69 ч.3 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы.
В соответствии со ст.73 УК РФ наказание назначено условно с испытательным сроком 2 года.
Возложены на Коваль А.М. дополнительные обязанности :
- по вступлении приговора в законную силу встать на учет в специализированный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденных.
- не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного органа и являться на регистрационные отметки в установленное этим органом дни 1 раз в месяц.
Взыскано с Коваля А.М. в счет возмещения материального ущерба в пользу Казенного учреждения Омской области «Региональный информационно-аналитический центр системы образования» - <...> рублей.
Арест, наложенный на имущество Коваля А.М.: автомобиль «Nissan Wingroad», номер кузова WFY11269390, государственный регистрационный знак <...> регион; 1\4 доли в <...> в городе Омске сохранен до принятия решения о принудительном взыскании денежных средств по иску.
Заслушав доклад судьи Лукша А.В. выступление осужденного Коваля А.М., адвоката Ткаченко В.В., поддержавших доводы апелляционных жалоб; мнение прокурора Мамичева Р.Ю., просившего об изменении приговора по доводам апелляционного представления, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А:
Коваль признан виновным и осужден за то, что являясь директором Казённого учреждения Омской области «Региональный информационно-аналитический центр системы образования», в период 2012 - 2013 годов совершил хищение бюджетных денежных средств на общую сумму <...> руб.
В судебном заседании Коваль вину не признал.
В апелляционных жалобах осужденный Коваль А.М., адвокат Ткаченко В.В. находят приговор незаконным и необоснованным. Указывают, что по двум эпизодам хищений денежных средств КУ «<...>» в сумме <...> рублей в результате заключения и исполнения государственного контракта № 6 от 23.04.2012 года и <...> рублей, в результате заключения и исполнения договора № 34 от 24.05.2012 года в ходе судебного заседания было установлено, что большая часть из указанных денежных средств, а именно не менее <...> рублей, была выплачена <...>. сотрудникам КУ <...> которые осуществляли непосредственную работу по сканированию и верификации машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА-9 за пределами установленного рабочего времени.
В судебном заседании достоверно установлен данный факт, который подтверждается, помимо показаний подсудимого Коваля A.M., показаниями свидетелей <...>. и других лиц.
При заключении вышеуказанных контракта и договора Коваль A.M. действовал исходя из интересов выполнения задач, стоявших перед КУ «<...>» по обработке в кратчайшие сроки машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА-9.
Обращают внимание, что при этом денежные средства для оплаты сверхурочной работы сотрудников в фонд оплаты труда заложены не были.
В связи с этим Коваль А.М., используя опыт своего предшественника привлек стороннюю организацию для выполнения данных работ – ИП <...> победившего в аукционе.
Данное обстоятельство подтверждается свидетелями <...>, а так же приобщенным к материалам дела договором № 7 от 06.05.2011 года.
Из показаний данных свидетелей так же следует, что Коваль A.M. не предпринимал каких-либо мер, направленных на обеспечение победы в аукционе ИП <...>
Согласно договоренности между Ковалем А.М. и <...>., последний должен был привлечь для исполнения работ по обработке машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИЛ-9 сотрудников КУ «<...>» и с этой целью заключить с ними гражданско-правовые договоры.
Свидетель <...> занимавший в 2012 году должность заместителя министра образования Омской области, показал, что у сотрудников министерства образования не возникло никаких претензий к Ковалю A.M. вследствие заключения и исполнения обозначенного государственного контракта. Практика проведения аукционов на заключение таких контрактов была создана до момента назначения Коваля А.М. на должность директора КУ <...>
Допрошенная в судебном заседании по ходатайству стороны защиты <...> показала, что она по инициативе СУ СК России по Омской области проводила проверку деятельности КУ «<...>» в части использования средств при проведении ЭГЭ. В результате проверки был сделан ряд выводов: бюджетные средства на оплату труда в качестве выплаты премий сотрудникам КУ «<...>» при проведении ЕГЭ не расходовались; сотрудники КУ «<...>» не привлекались к сверхурочной работе; по 226 статье сметы расходов КУ «<...>» на гражданско- правовые договоры денежные средства расходовались правомерно, не установлены факты нецелевого использования денежных средств; в фонде оплаты труда отсутствовали средства на оплату сверхурочной работы сотрудников КУ «<...>». Указанный акт имеется в материалах уголовного дела.
Вместе с тем, суд, при постановлении приговора, вопреки установленным фактическим обстоятельствам уголовного дела пришёл к противоречивым выводам и немотивированно отверг доводы стороны защиты о том, что денежные средства Коваль А.М. не растратил, а направил па оплату труда работников КУ «<...>».
Полагают, что суд положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей - сотрудников КУ «<...>» <...> и других, выполнявших работы по первичной обработке машиночитаемых форм ЕГЭ, только в части выполнения ими указанных работ, и не дал никакой оценки показаниям этих же свидетелей в части получения ими денежных средств от <...>. в качестве оплаты работы за пределами рабочего времени.
Вывод судо о том, что Коваль А.М. мог отказаться от заключения государственного контракта с <...>. ввиду отсутствия у последнего специалистов для выполнения работ по контракту не подтверждается доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.
Обращают внимание, что факт получения за сверхурочную работу по обработке машиночитаемых форм ЕГЭ сотрудниками КУ <...> денежных средств, перечисленных в порядке оплаты государственного контракта № 6 от 23.04.2012 г. в адрес ИП <...> переданных последним через <...> достоверно установлен.
По факту хищения денежных средств в сумме <...> рублей в обоснование своей позиции подробно приводят показания Коваля А.М. и ссылаются на показания свидетелей <...> и других, согласно которым они получили за работу по первичной обработке машиночитаемых форм ГИА-9. около <...> рублей.
Обращают внимание, что указанные свидетелями денежные средства, полученные ими в 2012 году за сверхурочную работу, выплачивались одновременно за обработку машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА-9, то есть сотрудники получили единовременную выплату за оба вида работ.
При этом отмечают, что практика заключения гражданско-правовых договоров со сторонними организациями, которые привлекались для проведения подобного рода работ, была создана при предыдущем руководителе - <...>
Представитель потерпевшего <...> своими показаниями также подтвердил показания Коваля А.М. и пояснил, что им была воспринята практика, созданная в 2014 году при его предшественнике - Ковале A.M., согласно которой, оплата сверхурочной работы сотрудников по сканированию и верификации осуществлялась на основе гражданско-правовых договоров по статье «Иные расходы».
По эпизоду хищения денежных средств в сумме <...> рублей в результате заключения и исполнения договора №8 от 12.01.2012 года указывают, что суд необоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля <...> данным в ходе судебного разбирательства, придя к выводу о том, что данный свидетель изменил свои показания с целью облегчить положение осужденного Коваля А.М.
Вместе с тем, в приговоре не указано, что и в ходе предварительного следствия, и в ходе судебного разбирательства свидетель <...> показывал, что не выполнял работы по разработке программной оболочке базы данных участников ГИА-9 в 2012 году, кто ее разрабатывал ему не известно, он работал с готовой оболочкой, установленной на сервер КУ «<...>».
Подробные показания об обстоятельствах разработки программной оболочки базы данных участников ГИА-9 в 2012 году дали свидетель <...> и сам Коваль А.М., однако показаниям указанных лиц суд не дал надлежащей оценки.
Необоснованно положены в основу приговора показания представителя потерпевшего <...> который не являлся непосредственным участником событий, поэтому не мог сообщить значимых данных об обстоятельствах заключения и исполнения обозначенного договора.
Считают, что суд необоснованно критически отнёсся к показаниям свидетеля <...> данным в ходе судебного заседания, посчитав, что тот пытался помочь подсудимому избежать наказания.
В обоснование указывают, что <...> в ходе судебного разбирательства не менял своих показаний, данных в ходе предварительного следствия. При этом подробно приводят показания данного свидетеля, которые полностью согласуются с показаниями Коваля А.М. и полностью подтверждаются показаниями свидетеля <...>
Вместе с тем, суд в приговоре сослался только на показания свидетеля <...>., данные в ходе предварительного следствия и оглашённые в судебном заседании, и проигнорировал показания, данные свидетелем в ходе судебного разбирательства, не дав им никакой оценки.
Кроме того, по мнению авторов жалоб, приводя показания свидетеля <...> в качестве мотивировки принятого решения, суд придал им такое значение, которого в протоколе допроса не содержалось.
Таким образом, суд пришел к неправильному выводу о том, каково было формальное содержание договора № 8 от 12.01.2012 г. и каково было фактическое наполнение данного договора, то есть, какие работы были выполнены фактически.
При постановлении обвинительного приговора по эпизоду хищения денежных средств КУ «<...> в сумме <...> рублей в результате заключения и исполнения договора № 119 от 02.10.2012 г. суд первой инстанции обосновал свой вывод о виновности Коваля A.M. показаниями представителя потерпевшего <...> который не являлся непосредственным участником данных событий, а также показаниями свидетелей <...>, данными в ходе предварительного следствия.
При этом с этим суд критически отнесся к показаниям свидетеля <...> данным в ходе судебного разбирательства, посчитав, что тот изменил свои показания с целью облегчить положение Коваля A.M.
Вместе с тем, суд в приговоре не указал, что и в ходе предварительного следствия, и в ходе судебного разбирательства свидетель <...> давал одинаковые показания.
В обоснование своей позиции авторы жалоб подробно приводят показания свидетеля <...>., которые полностью согласуются с показаниями Коваля A.M., данными тем как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, а также подтверждаются показаниями свидетеля <...>
Указывают, что показания свидетеля <...>, оглашённые в ходе судебного следствия, ссылкой на которые суд мотивировал своё решение, изложены фрагментарно. Так, в приговоре суда делается ссылка на показания свидетеля <...>. о том, что в 2012 году интернет-сайты omedu.ru, omskedu.ru, edicus.ru были перенесены на платформу WordPress, однако дальнейшие его показания не приводятся.
По мнению авторов жалоб, суд, вопреки очевидным обстоятельствам, свидетельствующим о том, что работы по переносу порталов omedu.ru, omskedu.ru, edicus.ru с платформы UMI-CMS на платформу WordPress выполнены не сотрудниками КУ «<...>» а сторонней организацией, то есть ИП <...> пришёл к противоречивому выводу о том, что в ходе судебного разбирательства было установлено, что ИП <...> указанные работы не выполнял, эти работы выполнены Рындак Н.П., Евсеевым В.В. и иными сотрудниками КУ «<...>». На этом же основании был отвергнут довод защиты о том, что Коваль A.M. денежные средства в сумме <...> рублей, принадлежавшие КУ «<...> не похитил, а направил на оплату услуг ИП <...> в порядке оплаты по договору № 119 от 02.10.2012 г.
По эпизоду растраты путём хищения вверенных ему денежных средств в пользу своего знакомого <...><...> в сумме <...> рублей по договорам №№ 5 и 6 от 21.05.2013 г. оспаривают выводы суда о том, что работы в рамках заключения и исполнения договоров № <...>,6 от 21.05.2013 года (в общей сумме <...> рублей) выполнялись не <...> а сотрудниками КУ «<...>», а сметная документация учреждения не предусматривала дополнительной оплаты работникам услуг по первичной обработке машиночитаемых форм ГИА-9 в 2013 году.
Указывают, что суд положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей только в части выполнения ими указанных работ, и не дал никакой оценки показаниям этих же свидетелей в части получения ими денежных средств от <...> в качестве оплаты работы за пределами рабочего времени. Однако данный факт в ходе судебного разбирательства был достоверно установлен. Так, свидетели <...>. за сверхурочную работу по первичной обработке машиночитаемых форм ГИА-9 получили в общей сложности не менее <...> рублей. Кроме того, свидетели <...>. не смогли вспомнить, какую сумму наличными они получили, а свидетелям <...><...> вопрос об оплате выполненной работы наличными деньгами в ходе предварительного следствия не задавался, в ходе судебного разбирательства они допрошены не были.
В ходе следствия и в судебном заседании Коваль A.M. давал подробные показания об обстоятельствах заключения и исполнения договоров №№ 5 и 6 от 21.05.2013 г. Подробно приводят данные показания Коваля, которые подтверждаются показаниями свидетелей <...> а также приобщённым по ходатайству стороны защиты письмом № 236 от 05.04.2013 г. от имени директора КУ «<...>» Коваля A.M. в адрес Министерства образования Омской области с просьбой о перераспределении бюджетных средств.
Давая оценку доводу стороны защиты о том, что Ковалем A.M. денежные средства были не растрачены, а пошли на оплату труда сотрудников КУ «<...> за пределами рабочего времени, суд указал, что он надуманный по той причине, что работы по обработке машиночитаемых форм ГИА в 2013 году выполнялись только работниками КУ «<...> а ИП <...><...> работы по договорам №№ 5 и 6 от 21.05.2013 г. не выполнял. Считают, что указанная формулировка суда противоречит установленным в ходе судебного разбирательства обстоятельствам уголовного дела, так как факт получения за сверхурочную работу по обработке машиночитаемых форм ГИА-9 сотрудниками КУ <...>» денежных средств, перечисленных в порядке оплаты договоров №№ 5 и 6 от 21.05.2012 г. в адрес ИП <...>., переданных последним через <...>, достоверно установлен.
В обжалуемом судебном решении судом не дано никакой оценки ряду доводов стороны защиты.
Так, суд не высказался по поводу довода относительно отсутствия в действиях Коваля A.M. корыстной цели, так как доказательств получения им какой-то материальной или иной выгоды представлено не было.
Не дал суд оценки доводу о том, что прекращение уголовного преследования в отношении <...> в связи с отсутствием в его действиях признаков преступлений, предусмотренных ч.2, 3 ст.159 и ч.3 ст.160 УК РФ, по причине отсутствия у того умысла на совершение указанных преступлений, ставит под сомнение всё обвинение в отношении Коваля A.M.,
Также суд оставил без внимания довод о том, что в ходе судебного разбирательства установлено, что денежные средства по государственному контракту № 6 от 23.04.2012 г., а также по договорам № 34 от 24.05.2012 г., №№ 5 и 6 от 21.05.2013 г. были переданы <...> сотрудникам КУ <...> выполнявшим работы по сканированию и верификации бланков ЕГЭ и ГИА в 2012 и 2013 г.г., а формулировки обвинения по данным эпизодам содержат указание на то, что Коваль А.М. совершил растрату в пользу <...> что указывает на несостоятельность обвинения. Обращают внимание, что отсутствует обязательный элемент хищения - безвозмездность изъятия чужого имущества, так как было установлено, что по всем договорам, заключённым между КУ <...> и ИП <...> работы были выполнены в полном объёме.
Ссылаясь на ч.1 ст.297 УПК РФ и ч.4 ст.302 УПК РФ считают, что постановленный приговор подлежит отмене, в том числе, в части удовлетворения заявленного гражданского иска по уголовному делу о взыскании в счёт возмещения материального ущерба с Коваля A.M. в пользу КУ <...> рублей, а уголовное дело в отношении Коваля A.M. - прекращению в связи с отсутствием в его действиях признаков преступления, предусмотренного ч.3 ст.160 УК РФ. Просят приговор суда отменить, уголовное дело в отношении Коваля A.M. прекратить в связи с отсутствием в его действиях признаков преступления.
В апелляционном представлении государственный обвинитель находит незаконным и подлежащим изменению, в связи нарушением судом уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью назначенного наказания.
Полагает, что судом при назначении наказания не были соблюдены требования ст.ст.6, 60 УК РФ. Считает, что судом не в полной мере учтены конкретные обстоятельства дела. Так, преступными действиями Коваль A.M. Казенному Учреждению Омской области «Региональный информационно-аналитический центр системы образования» причинен ущерб. В результате преступных действий из бюджета Министерства финансов Омской области на счет ИП <...> были незаконно перечислены денежные средства в сумме <...> рублей, которые могли бы быть направлены на более важные социальные нужды. Коваль A.M. каких-либо мер к возмещению ущерба не принял. Своими преступными действиями Коваль A.M. затронул интересы учреждения системы образования, незаконно перечислил с лицевого бюджетного счета КУ <...> расчетного счета Министерства финансов Омской области указанные средства на счет ИП <...> тем самым растратил, вверенные ему денежные средства с использованием своего служебного положения, в связи с чем, применение ст. 73 УК РФ, при назначении наказания, является необоснованным.
Кроме того, судом при назначении вида и размера наказания необоснованно учтены положения ст.62 УК РФ, которые подлежат применению при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и «к» ст.61 УК РФ. Таких обстоятельств по делу не установлено, в связи с чем, указание на ст.62 УК РФ подлежит исключению.
Помимо этого, в ходе предварительного следствия на имущество Коваль A.M. автомобиль «Nissan Wingroad», 1/4 долю в <...> в г.Омске был наложен арест.
Однако суд в резолютивной части приговора, принимая решение о данном имуществе указал, что «наложенный арест на отчуждение имущества Коваль A.M. в виде автомобиля «Nissan Wingroad», 1/4 доли в <...> в г.Омске сохранить до принятия решения о принудительном взыскании денежных средств по данному приговору.
Таким образом, суд фактически не принял мер к рассмотрению вопроса об арестованном имуществе Коваль A.M.
Также суд, с учетом вышеприведенных обстоятельств растраты денежных средств Казенного учреждения Омской области «Региональный информационно-аналитический центр системы образования», не рассмотрел и не назначил Коваль A.M. в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях Российской Федерации на определенный срок.
Просит приговор суда изменить. Исключить указание на применение ст.73 УК РФ и усилить размер наказания. Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на применение ст.62 УК РФ. Назначить Ковалю А.М. наказание:
- по ч.3 ст.160 УК РФ по хищению денежных средств в сумме <...> рублей от 27.07.2012 в виде 2 лет лишения свободы без штрафа и ограничения свободы, с лишением права занимать должности, связанные осуществлением функций представителя власти в муниципальных государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 2 года;
- по ч.3 ст.160 УК РФ по хищению денежных средств в сумме <...> рублей по договору № 34 от 24.05.2012 в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 2 года;
- по ч.3 ст.160 УК РФ по хищению денежных средств в сумме <...> рублей по договору № 8 от 12.01.2012 в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 2 года;
- по ч.3 ст.160 УК РФ по хищению денежных средств в сумме <...> рублей по договору № 119 от 02.10.2012 в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 2 года;
t
- по ч.3 ст.160 УК РФ по хищению денежных средств в сумме <...> рублей по договору № 5 от 21.05.2013, денежных средств в сумме <...> рублей по договору № 6 от 21.05.2013 в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа и ограничения свободы, с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 2 года.
На основании ч.3 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить наказание в виде 3 лет лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти в муниципальных, государственных и общеобразовательных учреждениях РФ сроком на 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Арестованное имущество обратить в счет возмещения гражданского иска.
Исследовав материалы дела, проверив доводы апелляционных жалоб и представления, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению.
Вывод суда о виновности Коваля в содеянном основан на совокупности доказательств, проверенных и исследованных в судебном заседании.
Вина Коваля в совершении растраты денежных средств КУ «<...> в связи с проведением итоговой аттестации ГИА-9 в период с 28 мая по 15 июня 2013 года по договорам №5 и №6 от 21 мая 2013 года в сумме <...> и <...> руб. соответственно подтверждается показаниями свидетеля <...> о том, что в 2013 году работа по первичной обработке машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА оплачивалась работникам КУ <...>» безналичным способом, путём зачисления на банковскую карту; копией приказа директора КУ <...> №07-Ст от 26.07.2013 г. об осуществлении стимулирующих выплат работникам, принимавшим участие в первичной обработке машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА /л.д.86-87 т.4/; показаниями свидетелей <...><...><...> о том, что за работу по сканированию и верификации результатов ЕГЭ и ГИА в 2013 году денежные средства им зачислялись на банковскую карту; протоколами обыска, согласно которым в КУ <...> были изъяты договоры, акты оказания услуг и платёжные документы, свидетельствующие о том, что по договорам №5 и №6 от 21 мая 2013 года, заключённым между КУ <...> в лице директора Коваля А.М. и ИП <...> на оказание услуг по сканированию машиночитаемых форм ГИА, указанные работы были выполнены ИП <...> в связи с чем ИП <...> были перечислены денежные средства в сумме <...> руб. и <...> руб. соответственно /л.д.232-249 т.1/ и другими, исследованными в судебном заседании доказательствами.
Данный вывод суда является правильным.
В судебном заседании было установлено, что работы, связанные со сканированием машиночитаемых форм ГИА-9 в 2013 году были проведены работниками КУ <...> в полном объёме.
Как следует из показаний свидетеля <...> в 2013 году оплата работникам КУ «РИАЦ» за обработку форм ЕГЭ и ГИА выплачивалась в качестве премии из фонда оплаты труда на основании приказа директора КУ <...> №07-Ст от 26 июля 2013 г. /л.д.86-87 т.4/.
Является правомерной критическая оценка суда показаний свидетелей <...> о том, что кроме денежных средств, поступивших на банковскую карту, им были выплачены наличные денежные средства.
О дополнительных выплатах наличными указанные свидетели стали утверждать в судебном заседании, причину изменения показаний объяснили забывчивостью.
Между тем, эти показания прямо противоречили показаниям свидетелей <...> которые отрицали получение наличных денежных средств за обработку машиночитаемых форм в 2013 году.
Свидетели <...> состояли с Ковалем в трудовых отношениях и оснований для его оговора не имели. Изменение показаний других членов трудового коллектива суд обоснованно расценил, как стремление облегчить положение Коваля.
Таким образом, перечисление денежных средств ИП <...> за работы, выполненные работниками КУ <...> и оплаченные им КУ <...> в виде премий, представляет собой двойное бюджетное финансирование одних и тех же работ и обоснованно получило правовую оценку как хищение.
Мотивом умышленных действий Коваля являлась корысть, действия совершались в пользу близкого знакомого Коваля<...>
Вина Коваля в совершении растраты денежных средств по договору №8 от 12 января 2012 г. в сумме <...> руб. подтверждается показаниями свидетеля <...> о том, что создание региональных сегментов базы данных участников ЕГЭ в 2012 году предоставлялось исключительно федеральным центром тестирования всем регионам страны, поэтому ИП <...> оказать данную услугу не мог.
Приведённые показания соответствуют показаниям свидетеля <...> о том, что всё специализированное программное обеспечение для создания базы данных участников ЕГЭ предоставлялось централизованно, бесплатно. Работа по сбору региональной базы данных участников ЕГЭ, её обновлению в 2012 году производилась им лично.
Показания свидетелей <...> относительно выполнения работ по формированию регионального сегмента базы данных участников ЕГЭ в 2012 году, указанных в договоре №8 от 12 января 2012 г. противоречий не содержали, ссылка на них в приговоре является обоснованной.
Доводы жалобы о том, что в договоре №8 Ковалем ошибочно было указано ЕГЭ вместо ГИА судебная коллегия находит несостоятельными.
Как следует из текста договора №8 от 12.01.2012 г. исполнитель в лице ИП <...> обязался по заданию заказчика в лице директора КУ <...>Коваля оказать информационные услуги по обновлению регионального сегмента электронной базы данных участников ЕГЭ на территории Омской области в 2012 году.
Из калькуляции? являющейся частью договора, следует, что обновление регионального сегмента электронной базы участников ЕГЭ включает в себя сбор сведений об участниках ЕГЭ во всех муниципальных образованиях Омской области; создание базы данных участников ЕГЭ в 2012 году; синхронизация собранных данных с региональным сегментом базы данных участников ЕГЭ в 2012 году.
Таким образом, содержание документов недвусмысленно свидетельствует о том, что целевым назначением денежных средств по договору №8 являлись сведения в отношении единого государственного экзамена. Принимая во внимание квалификацию и компетенцию Коваля, как руководителя учреждения, целями деятельности которого является информационно-методическое и организационно-технологическое обеспечение проведения единого государственного экзамена и государственной итоговой аттестации на территории Омской области, доводы о том, что под ЕГЭ в договоре подразумевалась ГИА, являются надуманными.
Кроме того, свидетель <...> при обозрении договора №8 указал, что фактически указанные работы подразумевают создание базы данных участников экзаменов, т.е. внесение в таблицу сведений о лицах, принимавших участие в экзаменах. Установление программного обеспечения в рамках договора №8 невозможно, поскольку технические параметры и само задание в договоре не приводится /л.д.79-80 т.4/.
Кроме того, база данных участников ГИА была создана <...> после проведения экзаменов в порядке служебного задания в июле 2012 года, тогда как оплата ИП Прыгину по договору №8 была произведена в феврале 2012 г.
Данные обстоятельства исключают проведение работ по созданию программного обеспечения для ГИА-9 в рамках договора №8, поэтому поступление от КУ <...> на рассчётный счёт ИП <...> денежных средств в размере <...> руб. за оказание услуг по договору №8 от 12.01.2012 г. обоснованно квалифицировано, как хищение.
Правовая оценка действий Коваля по ст.160 ч.3 УК РФ соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании. Действия по растрате бюджетных средств Ковалем совершались с корыстной целью, в пользу ИП <...>, близкого Ковалю человека.
Вина Коваля в совершении растраты путём хищения денежных средств в пользу Парыгина в сумме <...> руб. по государственному контракту №6 от 23 апреля 2012 г., и по договору №34 от 24 мая 2012 г. на сумму <...> руб., подтверждается показаниями свидетелей работников КУ <...> о том, что в 2012 году работа по сканированию и верификации результатов ЕГЭ и ГИА проводилась работниками КУ <...>; показаниями свидетеля <...> о том, что для работ по сканированию и верификации результатов ЕГЭ и ГИА в 2012 году сторонние организации либо физические лица не привлекались; показаниями свидетеля <...>. о том, что аукционную документацию на право заключения с КУ <...>» государственного контракта на оказание услуг по сканированию и верификации результатов ЕГЭ, документы о победителе аукциона ИП <...>, а так же акты выполненных ИП <...> работ были предоставлены Ковалем; копией договора №34 от 24 мая 2012 года заключённого между КУ <...>» и ИП <...> согласно которому ИП <...> принял на себя обязательства по обработке машиночитаемых форм ГИА, а КУ <...> приняло на себя обязательство оплатить эти услуги в сумме <...> руб.; копией платёжного поручения №288 от 2.07.2012 г., согласно которому с лицевого счёта КУ <...> денежные средства были перечислены на расчётный счёт ИП <...> и другими доказательствами.
Доводы жалобы о том, что заключение контракта и договора на обработку машиночитаемых форм ЕГЭ и ГИА Ковалем с ИП <...> осуществлялось для формирования законного источника оплаты сверхурочных работ сотрудников КУ <...> нельзя признать обоснованными, т.к. в результатом этих действий явилось хищение.
Судом установлено, что ИП <...> не располагал возможностью оказать КУ «РИАЦ» специализированные услуги по вышеуказанному контракту и договору, т.к. не имел соответствующей компетенции. Об этом достоверно было известно Ковалю, т.к. Парыгин являлся его давним знакомым.
Помимо этого, 20 апреля 2012 г. Ковалем был издан приказ директора №14, согласно которому все работы по обработке и верификации бланков ЕГЭ и ГИА должны быть проведены только работниками КУ <...>
В результате дополнительного финансирования одних и тех же работ, связанных с обработкой бланков ЕГЭ и ГИА, выполненных силами работников КУ <...> ИП <...> на рассчётный счёт поступили средства в общей сумме <...> руб., из которых около <...> руб. были выплачены работникам КУ <...> а более <...> руб. были растрачены незаконно.
Положения Федерального закона от 21.07.2005 г. №94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» не содержат ограничения права заказчика отказаться от заключения государственного контракта, а прямо предусматривают возможность его расторжения по соглашению сторон.
Таким образом, у Коваля отсутствовали правовые препятствия для отказа от контракта с ИП <...>
По данному обвинению действия Коваля были квалифицированы двумя преступлениями, предусмотренными ч.3 ст.160 УК РФ. При этом судом установлено, что работы по государственному контракту №6 и по договору №34 проводились в один период времени одними и теми же работниками КУ <...> оплата за проведение работ была осуществлена одновременно.
Данные обстоятельства свидетельствуют о едином умысле на завладение части денежных средств, направленных на оплату указанных работ и необходимости квалификации действий Коваля одним составом преступления.
Согласно Особенной части Уголовного Кодекса РФ признаками состава преступления, предусмотренного ст.160 УК РФ являются безвозмездность и корыстная цель.
Судом установлено, что за выполнение работ, связанных с обработкой бланков ЕГЭ и ГИА по ИП Парыгину по государственному контракту №6 от 23 апреля 2012 г. и договору №34 от 24 мая 2012 г. было перечислено <...> руб., из которых <...> руб. было оплачено работникам КУ «<...> Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у Коваля умысла и корыстной цели на растрату <...> руб., в связи с чем, сумма растраты подлежит уменьшению до <...> руб. (<...>).
Кроме того, вывод суда о виновности Коваля в совершении растраты денежных средств по договору № 119 от 2 октября 2012 г. на сумму <...> руб. противоречит исследованным в судебном заседании доказательствам.
В обосновании виновности Коваля в совершении преступления суд сослался на показания свидетеля <...> и показания свидетелей <...> полученных на предварительном следствии /л.д.42-51,140-143 т.3/.
Между тем, показания свидетеля <...> не содержали сведений об обстоятельствах получения услуг по информационно-программному обеспечению нтернет-портала Министерства образования Омской области в 2012 году, т.к. данный свидетель в указанный период времени в организации не работал. Показания <...> о том, что данные работы должны были выполняться работниками КУ <...> основывались на штатном расписании и прямо противоречили показаниям свидетеля <...> для которого данный вид деятельности являлся служебной компетенцией.
Свидетель Рындак Н.П. показал суду, что в 2012 году возникла проблема в связи с тем, что сайты министерства образования Омской области существовали на платформе «UMICMS», но правообладатель приостановил действие нашей лицензии в связи с превышением лимита сайтов. Вопрос подлежал разрешению путём внесения ежегодной арендной платы, что влекло очень большие расходы. В связи с этим, он предложил Ковалю выбрать бесплатную платформу «WordPress» и перевести на неё порталы omskedu.ru, ecdicus.ru. Вместе с тем, квалификация специалистов КУ <...> не позволяла самостоятельно выполнить работы по переносу сайтов с одной платформы на другую. Поэтому Коваль попросил предоставить ему данные для полного доступа к серверу. Работа по переносу сайтов была выполнена.
Аналогичные показания свидетель <...> давал и во время предварительного следствия по делу /л.д.50-51 т.3/.
Таким образом, выводы суда о том, что в показаниях свидетелей <...> на предварительном следствии и в судебном заседании имеются противоречия, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.
Свидетель <...> на предварительном следствии показал, что ему не было известно, почему было принято решение о переводе сайтов с платформы «UMICMS» на платформу «WordPress», кто именно занимался переносом сайтов omskedu.ru, ecdicus.ru., omedu.ru он не знал /л.д.141-142 т.3/.
Показания свидетелей <...> на следствии и в суде не согласуются с показания свидетеля <...> только в части того, что на предварительном следствии <...> утверждал, что портал omedu.ru переносился на платформу «WordPress» <...> а последний отрицал свою причастность к этому виду работ.
Содержащиеся в показаниях Евсеева сведения о том, что он и <...> занимались дизайном и доработкой сайтов после переноса их на новую платформу относятся к иному виду работ, нежели процесс портирования и в рамках договора №119 не оплачивавшихся.
Свидетель <...> показал суду, что на стыке 2011-2012 г.г. возникла проблема функционирования сайтов министерства образования, поэтому Ковалем было принято решение о переходе на бесплатное программное обеспечение. Производитель работ ему неизвестен.
Показания свидетеля <...> не содержали противоречий с показаниями свидетелей <...> и подтверждали то обстоятельство, что в период 2011-2012 г. возникла проблема программного обеспечения сайтов министерства образования, которая была решена в период работы Коваля в должности директора.
Анализ приведённых доказательств свидетельствует о том, что работы по переносу порталов omskedu.ru, ecdicus.ru. omedu.ru были произведены.
Вывод суда о том, что без технического задания выполнить работу по переносу сайтов на другую платформу было невозможно, противоречит установленным судом обстоятельствам фактического выполнения данного вида работ на сервере КУ <...>
В ходе предварительного и судебного следствия стороной обвинения не было представлено данных о ценообразовании на услуги по информационно-программному обеспечению интернет-портала, в связи с чем, не имеется оснований подвергать сомнению сумму в <...> тыс. руб., указанную в калькуляции к договору №119 от 2 октября 2012 г.
Таким образом, выводы суда о хищении <...> денег в сумме <...> тыс.руб. по договору №119 от 2 октября 2012 года не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, в связи с чем в действиях Коваля состав преступления отсутствует.
Доводы жалоб о том, что прекращение уголовного дела в отношении <...> за отсутствием состава преступления препятствует осуществлению уголовного преследования Коваля, который, согласно обвинения, незаконные действия совершал в пользу <...> удовлетворению не подлежат.
Правовая оценка действий <...> выходит за пределы судебного разбирательства, установленных ст.252 УПК РФ, в связи с чем, в этой части суд не связан позицией обвинения.
Наказание Ковалю назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, данным о его личности, влияния назначенного наказания на условия жизни семьи осужденного. Наказание Ковалю назначено с учётом конкретных обстоятельств дела, в размере, близком к минимальному, оснований для его усиления, а так же применения дополнительного наказания, предусмотренного ч.3 ст.47 УК РФ не имеется. Во время расследования дела и в ходе судебного следствия Коваль давал показания по всем обстоятельствам предъявленного обвинения, что способствовало расследованию преступления, поэтому оснований для исключения ст.62 УК РФ судебная коллегия не находит.
Гражданский иск по делу заявлен гражданским истцом <...> во время предварительного следствия. В судебном заседании вопрос об удовлетворении гражданского иска <...> фактически поддержал, передав решение о его размере на усмотрение суда, от иска не отказывался. Решение по иску принято судом в соответствии со ст.1064 ГК РФ. Обеспечительные меры в отношении имущества Коваля сохранены судом правомерно, до стадии исполнения приговора.
Руководствуясь ст.ст.389.20, 389.26 УПК РФ, судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А :
Приговор Куйбышевского районного суда г.Омска от 14 апреля 2016 года в отношении Коваля А. М. изменить: квалифицировать действия Коваля А.М. по обвинению в хищении денежных средств в сумме <...> руб. по государственному контракту №6 от 23 апреля 2012 г. и по договору №34 от <...> на сумму <...> руб. одним преступлением, предусмотренным ст.160 ч.3 УК РФ, по которому исключить из обвинения хищение денежных средств в сумме <...> руб. и назначить наказание за данное преступление в виде 1 года лишения свободы; приговор по ст.160 ч.3 УК РФ по обвинению в хищении денежных средств в сумме <...> руб. по договору №119 от 2.10.2012 г. отменить, дело в этой части прекратить за отсутствием состава преступления; на основании ст.69 ч.3 УК РФ, путём частичного сложения наказаний по совокупности преступлений, предусмотренных ст.160 ч.3 УК РФ, окончательно назначить 1 год 6 месяцев лишения свободы; взыскать в пользу КУ <...> в возмещение материального ущерба <...> руб.
Признать за ФИО1 право на реабилитацию.
В остальном приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.
Апелляционные жалобы ФИО1, адвоката Ткаченко В.В. удовлетворить частично.
Председательствующий:
Судьи: