Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Ухтинского городского суда Республики Коми от 25 декабря 2019 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата обезличена> в д. <Адрес обезличен>, ранее судимый:

02.03.2011 приговором Ухтинского городского суда Республики Коми (с учетом кассационного определения Верховного Суда Республики Коми от 17.05.2011) по ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

16.08.2011 приговором Тукаевского районного суда г. Набережные Челны Республики Татарстан по ч. 2 ст. 228, ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 02.03.2011) к 3 годам 6 месяцам лишения свободы. Освобожден 21.02.2014 по отбытии наказания,

осужденный:

28.01.2019 приговором мирового судьи Ярегского судебного участка г. Ухта Республики Коми по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима;

осужден по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к 7 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 10 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, перечисленных в приговоре, по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы с ограничением свободы сроком на 10 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, перечисленных в приговоре.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ назначено 9 лет лишения свободы с ограничением свободы сроком на 10 месяцев с установлением ограничений и возложением обязанности, перечисленных в приговоре, с отбыванием основного наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу; время содержания под стражей с 23.11.2018 до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Обухова И.И., выступления осужденного ФИО1, защитника Платинской Т.Н., прокурора Влизко Е.В., суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно приговору ФИО1 незаконно сбыл наркотическое средство гашиш массой 0,192 грамма Г., оказывавшему содействие в приобретении наркотического средства Х., а также незаконно приобрел и хранил без цели сбыта наркотическое средство гашиш в значительном размере массой 3,266 грамма.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 просит отменить приговор и вынести оправдательный приговор или направить уголовное дело на новое судебное разбирательство ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Оспаривает доказательства по уголовному делу, указывая следующее. Постановление о проведении ОРМ «наблюдение» в отношении осужденного вынесено произвольно, без каких-либо доказательств, подтверждающих его преступную деятельность. Акт ОРМ «наблюдение» не содержит сведений о месте наблюдения, расстоянии до объекта, угле обзора, способах и методах наблюдения. Наблюдение за тем, что в жилище вошел Г., нарушило право на неприкосновенность жилища, требовало судебного решения. Поэтому результаты ОРМ являются недопустимыми доказательствами. Личный досмотр осужденного, обыск в его жилище произведены без участия защитника. Сотрудник полиции Р. проводил ОРМ «наблюдение», а в последующем как орган дознания провел личный обыск осужденного, ходатайствовал об обыске в жилище и проводил обыск в жилище осужденного, что противоречит требованиям ч. 2 ст. 41 УПК РФ. Поэтому протоколы личного досмотра осужденного, обыска в его жилище, а также заключения физико-химических экспертиз в отношении веществ и предметов, изъятых в процессе указанных следственных действий, также являются недопустимыми доказательствами.

Оценивая показания свидетеля Г., при отсутствии очных ставок свидетеля с осужденным и опознания свидетелем осужденного, при отсутствии других доказательств, что они знакомы, считает невозможным отождествить лицо, у которого Г. приобрел гашиш, и осужденного. В судебном заседании Г. сообщил, что дал показания о приобретении наркотического средства в подъезде осужденного вынужденно, под воздействием сотрудников полиции. Доказательств того, что Г. зашел в этот подъезд без наркотических средств, не представлено. Показания Г. в этой части не проверены другими доказательствами.

Оценивая другие доказательства, отмечает, что в приговоре в качестве доказательств использованы показания Р., Х1., Г. об обстоятельствах, известных со слов других лиц, что показания свидетеля Р. противоречат акту ОРМ «наблюдение», а содержание показаний осужденного, свидетеля Х. искажено, свидетелю задавались наводящие вопросы. Доказательствами не установлено, что 22.11.2018 осужденный находился дома и что он пользовался номером телефона <Номер обезличен>. Не установлено, что наркотическое средство, изъятое у Х., приобретено у осужденного. Не установлено происхождение фольги, в которую был завернут изъятый у Х. гашиш, так как свидетели Г., Х. поясняли об отсутствии упаковки. В последующем упаковка утеряна, экспертиза потожировых следов не проведена, что лишило осужденного возможности доказать свою непричастность.

При задержании осужденного 22.11.2018 не был составлен протокол задержания в порядке ст. 91-92 УПК РФ. Последующее доставление в ОМВД России по г. Ухте являлось незаконным.

По окончании предварительного расследования он не был ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объеме, а в судебном заседании это нарушение не было восполнено.

Он незаконно удален из зала судебного заседания, так как постановление об удалении датировано другим числом. Последующее уточнение даты вынесения постановления об удалении из зала суда путем вынесения постановления от 09.09.2019 является незаконным. После удаления он не был ознакомлен с материалами уголовного дела, не мог оспорить их, что нарушило принцип состязательности сторон. Ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия ему не была предоставлена возможность задавать вопросы свидетелю Г., другим свидетелям. Защитник не посещал осужденного в следственном изоляторе до допроса свидетелей обвинения, не выяснял его позицию, осуществлял защиту произвольно. Будучи удаленным из зала суда и не имея консультации с защитником, он был лишен возможности допрашивать посредством защитника лиц, свидетельствующих против него. После возвращения осужденного в зал суда 04.10.2019 суд необоснованно отказал в повторном допросе свидетелей обвинения. Также суд отказал в исследовании объяснений свидетеля Х., в вызове свидетеля К., что является нарушением принципа равноправия сторон.

Защитник, назначенный судом, не оказывал эффективную юридическую помощь. В период с 11.06.2019 по 02.09.2019 защитник не проводил консультаций. Отказы от защитника и ходатайства о замене назначенного защитника были отклонены судом. Он был лишен возможности пользоваться помощью выбранного защитника.

Считает, что судом нарушено право на справедливое судебное разбирательство, право на защиту, принцип состязательности сторон, неустранимые сомнения истолкованы не в пользу осужденного, приговор основан на недопустимых и недостоверных доказательствах, а выводы суда являются необоснованными, в связи с чем приговор подлежит отмене.

В судебном заседании осужденный и защитник поддержали доводы апелляционной жалобы.

Прокурор просил оставить приговор без изменения.

Проверив доводы апелляционной жалобы, рассмотрев уголовное дело в пределах, установленных ст. 389.19 УПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вопреки доводам осужденного ФИО1 о его непричастности к незаконному обороту наркотических средств, его вина в совершении преступлений, за которые он осужден, установлена с достаточной полнотой совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании и отраженных в приговоре.

Так, в ходе личного досмотра Х. у него в левом наружном кармане куртки и левом кармане брюк обнаружены два кусочка вещества темно-коричневого цвета. Заключением эксперта №1237 установлено, что оба кусочка вещества темно-коричневого цвета являются наркотическим средством гашиш массами 0,142 грамма и 0,050 грамма соответственно.

Свидетель Х. подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного расследования, о том, что он попросил Г. приобрести наркотическое средство гашиш. Г. согласился, кому-то позвонил, после чего они пошли к подъезду, где живет ФИО1. Г. зашел, а он остался на улице. Через несколько минут Г. вышел и передал ему наркотическое средство, которое позднее в тот же день было изъято сотрудниками полиции. В последующем Г. ему сообщил, что приобрел гашиш у ФИО1.

Свидетель Г. как в ходе предварительного расследования, так и в судебном заседании давал последовательные показания о том, что наркотическое средство, которое он передал Х., он приобрел именно у ФИО1 При этом в ходе предварительного расследования свидетель давал более подробные показания, которые в последующем подтвердил в судебном заседании, о том, что Х. спросил его о возможности приобрести гашиш в долг. Он позвонил ФИО1 по номеру <Номер обезличен>, зная, что осужденный продает гашиш, спросил о продаже наркотического средства гашиш в долг. ФИО1 сначала отказал, но затем согласился, при условии оплаты до конца месяца. Х. согласился. Они поехали к ФИО1. Х. остался около подъезда, а он зашел к ФИО1 в квартиру, где осужденный передал ему гашиш. На улице он передал гашиш Х.. Позднее их задержали сотрудники полиции.

Оснований не доверять показаниям свидетелей Х., Г. о том, что изъятое у Х. наркотическое средство было приобретено ими именно у ФИО1, не имеется. Мотивов для оговора осужденного со стороны свидетелей не установлено. При этом показания свидетелей в этой части последовательны, подробны и в деталях согласуются между собой и с другими доказательствами.

В частности, они подтверждаются показаниями свидетеля Р., актом наблюдения от 22.11.2018, согласно которым в отношении ФИО1 осуществлялось ОРМ «наблюдение». В процессе ОРМ зафиксировано, что Г. и Х. подошли к подъезду, где жил ФИО1. Далее, Г. зашел в подъезд, поднялся на второй этаж и зашел в квартиру ФИО1. Через минуту Г. вышел и передал что-то в руки Х..

Также показания свидетелей Х., Г. о происхождении вышеуказанного наркотического средства именно от ФИО1 объективно подтверждаются и детализацией телефонных соединений абонента <Номер обезличен>, зарегистрированного на Г.. Из документа видно наличие неоднократных соединений Г. с ФИО1 по номеру <Номер обезличен> в период, непосредственно предшествующий их встрече в квартире ФИО1.

Кроме того, показания свидетелей косвенно подтверждаются показаниями свидетеля Х1., которому Х. рассказал о приобретении наркотика у ФИО1.

После изъятия наркотических средств у Х. был досмотрен ФИО1, в его жилище произведен обыск.

В ходе личного досмотра осужденного у него обнаружено спрессованное вещество коричневого цвета, завернутое в зеленую изоленту, сотовый телефон, деньги, банковская карта. Заключением эксперта №1238 установлено, что спрессованное вещество темно-коричневого цвета являются наркотическим средством гашиш массой 3,019 грамма.

В ходе обыска в жилище осужденного обнаружены 11 растений зеленого цвета, два камушка зеленого цвета, нож со следами зеленого цвета, электронные весы, банковские карты. Заключением эксперта №1243 установлено, что 11 растений являются коноплей, содержат в своем составе наркотическое средство тетрагидроканнабинол, являются наркотическими растениями рода конопля. Заключением эксперта №1242 установлено, что изъятое в ходе обыска спрессованное вещество растительного происхождения является наркотическим средством гашиш массой 0,247 грамма.

Обнаружение наркотического средства гашиш при осужденном, обнаружение наркотического средства гашиш в жилище осужденного, обнаружение там же растений конопли, ножа со следами зеленого вещества, электронных весов также подтверждает показания свидетелей Х. и Г. о приобретении такого же наркотического средства именно у ФИО1.

В свою очередь показания Х. и Г. об источнике происхождения наркотического средства гашиш у Х. дополнительно подтверждают принадлежность именно осужденному аналогичных наркотических средств, изъятых при его личном досмотре и в ходе обыска в его жилище.

Обстоятельства, которые входят в предмет доказывания по данному уголовному делу, установлены с достаточной полнотой.

Доказательства по уголовному делу надлежащим образом проверены и оценены в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ. Мотивы, по которым судом приняты одни доказательства и отвергнуты другие, подробно приведены в приговоре. Оснований для иной оценки доказательств по уголовному делу суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы осужденного ФИО1 о недоказанности того, что телефон <Номер обезличен> находился в его пользовании, что он находился дома в момент встречи с Г., о невозможности отождествить лицо, у которого Г. приобрел наркотическое средство, опровергаются доказательствами по уголовному делу. Свидетель Г. давал последовательные показания, изобличающие в незаконном сбыте наркотического средства ранее знакомого ему ФИО1, поясняя о том, что предварительно он звонил именно осужденному, получил наркотик в квартире осужденного и именно от осужденного, что нашло полное подтверждение на основе совокупности других доказательств.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, искажения содержания показаний осужденного ФИО1, свидетелей или иных доказательств в приговоре не допущено.

Причины противоречий в доказательствах относительно количества и упаковки наркотических средств, которые Г. приобрел у ФИО1 и передал Х. и которые изъяты у Х., объяснены самими свидетелями. Они связаны с тем, что сначала Г., а затем Х. владели наркотическим средством крайне незначительное время, не употребляли его и могли ошибиться по поводу упаковки. Образование двух кусочков наркотического средства обусловлено тем, что оно разломилось в одежде у Х., после чего разложено свидетелем в разные карманы. Сомнений в том, что это одни и те же наркотические средства (которые приобретены у ФИО1 и которые изъяты у Х.), не имеется.

Доказательства, положенные в обоснование приговора, получены с соблюдением требований закона.

Доводы о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности являются недопустимыми доказательствами, поскольку отсутствовали основания для проведения ОРМ, а при их проведении нарушены требования закона, тщательно проверены судом первой инстанции и как не нашедшие подтверждения обоснованно отклонены. Мотивы в этой части подробно приведены в приговоре. В дополнение суд апелляционной инстанции отмечает, что суду представлены достаточные данные для проверки законности проведенных ОРМ: рапорт, на основании которого вынесено постановление о проведении ОРМ «наблюдение», само постановление о проведении ОРМ «наблюдение», акт наблюдения, постановление о рассекречивании и предоставлении результатов ОРМ органу предварительного расследования. Кроме того, принимая во внимание обстоятельства возникновения умысла на приобретения наркотических средств у Х. (независимо от правоохранительных органов) и обстоятельств приобретения свидетелями гашиша у ФИО1, учитывая также характер самого ОРМ «наблюдение» (не проверочная закупка), оснований полагать, что незаконный сбыт наркотического средства совершен в результате проведения ОРМ, в результате провокации преступления, не имеется.

Проведение личного досмотра ФИО1 без участия защитника не является нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку в тот период уголовно-процессуальное задержание не применялось, осужденный не являлся ни подозреваемым, ни обвиняемым, и участие защитника не являлось обязательным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, он задержан по уголовному делу именно 23.11.2018. 22.11.2018 после доставления ФИО1 в орган полиции и досмотра он был освидетельствован и подвергнут административному наказанию по ч. 1 ст. 6.9 КоАП РФ (за потребление наркотических средств) в виде административного ареста сроком на 1 сутки. Только на следующий день после проведения первых судебно-химических экспертиз возбуждены оба уголовных дела, и по уголовному делу по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ ФИО1 был задержан.

Требования ч. 2 ст. 41 УПК РФ также не нарушены. Старший оперуполномоченный ОУР ОМВД России по г. Ухте Р. осуществлял оперативно-розыскную деятельность до возбуждения уголовных дел по ч. 1 ст. 228 УК РФ и по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ. В последующем до соединения уголовных дел дознание по уголовному делу по ч. 1 ст. 228 УК РФ осуществляли дознаватели отдела дознания ОМВД России по г. Ухте. По уголовному делу по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ предварительное расследование проводилось в форме предварительного следствия. Сотрудник полиции Р. функций по проведению дознания не выполнял. Выполнение им письменных поручений дознавателя в порядке п. 1.1 ч. 3 ст. 41 УПК РФ не противоречит требованиям ч. 2 ст. 41 УПК РФ.

Наркотические средства изъяты как у свидетеля Х., так и у осужденного ФИО1 с соблюдением установленной законом процедуры. Они являются допустимыми вещественными доказательствами. Оснований для исключения результатов судебных экспертиз в отношении наркотических средств не имеется.

В ходе судебного разбирательства порядок исследования доказательств соблюден. Наводящих вопросов не задавалось. Фрагменты протоколов судебных заседаний, которые осужденный цитирует в апелляционной жалобе, содержат уточнение показаний, которые даны свидетелями непосредственно в судебном заседании.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств, признанных судом достоверными, является достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Действия осужденного квалифицированы правильно.

Назначенное наказание соответствует требованиям ст. 6, 60 УК РФ, соразмерно тяжести содеянного, данным о личности осужденного, при отсутствии смягчающих обстоятельств и наличии отягчающего обстоятельства.

При назначении наказания судом полно исследованы и объективно оценены данные о личности осужденного, который ранее неоднократно судим, в том числе за тяжкое преступление в сфере незаконного оборота наркотических средств, отбывал лишение свободы, не привлекался к административной ответственности, имеет постоянное место жительства, где характеризуется отрицательно, работает у своей матери, где характеризуется положительно, не состоит на учетах у нарколога и психиатра.

Обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, не установлено судом первой инстанции и не усматривается судом апелляционной инстанции. Обстоятельством, отягчающим наказание по обоим преступлениям, обоснованно признан рецидив преступлений.

Назначенное наказание по своему виду и размеру является справедливым. Оснований для применения правил ст. 64, ч. 3 ст. 68 УК РФ, назначения условного наказания или иного смягчения наказания не усматривается.

Вид исправительного учреждения назначен в соответствии с ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.

Доводы осужденного о том, что по окончании предварительного расследования он не был ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объеме, а в судебном заседании это нарушение не было восполнено, являются несостоятельными. Требования ст. 217 УПК РФ соблюдены. На стадии предварительного расследования, несмотря на небольшой объем материалов уголовного дела и вещественных доказательств, в период с 20.02.2019 по 04.03.2019 и затем в период с 18.03.2019 по 27.03.2019 ФИО1 предоставлено более чем достаточно времени для подробного ознакомления с ними. Однако осужденный только затягивал ознакомление, изучая по несколько листов в день или уклоняясь от ознакомления по надуманным причинам, симулируя плохое самочувствие. После ограничения судом срока ознакомления осужденный продолжил предшествующее процессуальное поведение, не желая добросоветсно пользоваться своими процессуальными правами. Таким образом, неполное ознакомление осужденного ФИО1 с материалами уголовного дела на стадии предварительного расследования было обусловлено его собственным поведением. Поэтому суд считает, что ФИО1 реализовал право на ознакомление с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами на стадии предварительного расследования в полном объеме. Несмотря на это, в ходе судебного разбирательства осужденному вновь неоднократно представлялись материалы уголовного дела для дополнительного ознакомления (т. 3 л.д. 214-215; т. 4 л.д. 154; т. 5 л.д. 71, 76).

Доводы осужденного о том, что ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства ему не предоставлена возможность задавать вопросы свидетелю Г. и другим свидетелям, не свидетельствуют о нарушении прав осужденного. В ходе предварительного расследования была целесообразна очная ставка только со свидетелем Г., однако непосредственно перед ее началом в присутствии свидетеля осужденный сам отказался от ее проведения, заявив что у него болит голова и он не понимает происходящее (т. 1 л.д. 146-148). После этого свидетель сделал заявление, что не сможет подтвердить свои показания в присутствии ФИО1, поскольку чувствует моральное превосходство последнего (т. 2 л.д. 53). В ходе судебного следствия за систематическое нарушение порядка и неподчинение распоряжениям председательствующего осужденный был удален из зала судебного заседания; таким образом невозможность участвовать в допросе ряда свидетелей была обусловлена его собственным поведением. В этот период вопросы свидетелям в интересах осужденного задавал его защитник.

Доводы апелляционной жалобы о незаконном удалении из зала суда являются необоснованными. Как видно из протокола судебного заседания, ФИО1 нарушал установленный порядок ведения судебного заседания, перебивал председательствующего судью, пререкался с ним, повышал голос, допускал выкрики, реплики с места, неоднократно председательствующим делались предупреждения о недопустимости такого поведения, на которые ФИО1 не реагировал, продолжал нарушать установленный порядок в судебном заседании. В связи с этим в судебном заседании от 11.06.2019 судом правомерно применена мера воздействия в виде удаления подсудимого из зала судебного заседания до окончания прений сторон. Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Коми от 20.08.2020 вышеназванное постановление проверено в апелляционном порядке и оставлено без изменения. Тем не менее в последующем суд по своей инициативе возвратил осужденного в зал судебного заседания еще на этапе судебного следствия, обеспечив ему возможность представлять дополнительные доказательства, участвовать в их исследовании.

Вынесение постановления от 09.09.2019 об уточнении даты постановления об удалении подсудимого из зала судебного заседания соответствует как требованиям УПК РФ, так и фактической дате вынесения названного постановления.

Доводы осужденного о том, что он не был ознакомлен с материалами судебного следствия после его возвращения в зал судебного заседания, не основаны на требованиях УПК РФ. Согласно п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» закон не предусматривает обязанность суда уведомлять обвиняемого по возвращении в зал судебного заседания о содержании проведенных в его отсутствие судебных действий и исследованных доказательств. При наличии просьбы обвиняемого о получении такой информации суд предоставляет ему время для обращения за помощью к своему адвокату.

Оснований для повторного допроса свидетелей после возвращения ФИО1 в зал судебного заседания также не имелось. Доводы апелляционной жалобы в этой части также подлежат отклонению.

Ходатайства об исследовании доказательств, заявленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, разрешены правильно. Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд не отказывал в удовлетворении ходатайства о допросе свидетеля К.. По ходатайству стороны защиты суд неоднократно направлял повестки К., однако последний не получил их и не явился в судебное заседание. Сама сторона защиты также не обеспечила явку данного лица для допроса в качестве свидетеля.

Доводы о том, что в ходе судебного разбирательства осужденному оказывалась ненадлежащая юридическая помощь, являются надуманными. В судебном заседании от 27.05.2019 ФИО1 отказался от защитника не по материальным основаниям, в соответствии со ст. 51 УПК РФ оснований для обязательного участия защитника не имелось, однако суд не принял отказ в целях обеспечения ФИО1 квалифицированной юридической помощью. И такая квалифицированная юридическая помощь ему оказана. Адвокат Верхогляд А.В. активно участвовала в судебном разбирательстве непосредственно в судебном заседании, самостоятельно заявляла ходатайства, дополнительно обосновывала ходатайства осужденного, участвовала в допросах свидетелей, выступала в прениях сторон, оказывала юридическую помощь ФИО1 в форме конфиденциальных бесед (в том числе в условиях следственного изолятора), не менее трех раз делала для него копии материалов уголовного дела и предоставляла необходимые осужденному документы в значительном объеме.

Право осужденного пользоваться помощью приглашенного защитника не нарушено. Он ни с кем не заключал соглашения ни на стадии предварительного расследования, ни в ходе судебного разбирательства. В период судебного следствия от осужденного поступало заявление о том, что он пригласил адвоката из Республики Татарстан ФИО2, однако такого адвоката в реестре адвокатов Республики Татарстан не оказалось (т. 5 л.д. 50), а сам адвокат так и не явился в судебное заседание.

Принципы состязательности сторон, презумпции невиновности соблюдены. Данных, указывают на необъективное или небеспристрастное рассмотрение судом уголовного дела, на наличие неустранимых сомнений в виновности осужденного, истолкованных с нарушением требований ст. 14 УПК РФ, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ОПРЕДЕЛИЛ:

приговор Ухтинского городского суда Республики Коми от 25 декабря 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий В.В. Маклаков

Судьи И.И. Обухов

Н.А. Рукавишников