Гражданский кодекс часть 1

рассмотрела в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к отделу по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району о признании незаконными действий,

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Белгородского районного суда Белгородской области от 17 января 2019.

Заслушав доклад судьи Аняновой О.П., изучив материалы дел № 2а-242/2019, 2а-2875/2018, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором, с учетом изменения предмета, иска просил признать незаконными действия отдела по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району Белгородской области по невыполнению 10.07.2018 немедленно его требования открыть закрытую ими на магнитный замок дверь и его требования немедленно выпустить его из кабинета, в том числе путем неразъяснения специального порядка открывания двери, отличающегося от понятного всем порядка открывания двери ручкой.

В обоснование административного иска ФИО1 сослался на то, что 10.07.2018 в помещении отдела по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району по адресу: <...>, куда он обратился за получением заграничного паспорта, он обнаружил, что при изготовлении паспорта допущен технический брак, а именно, указанная в паспорте дата выдачи (14.04.2018) не соответствовала фактической дате выдачи. Он отказался поставить подпись в паспорте, однако, сотрудники отдела принуждали его расписаться, они закрыли выход из кабинета на магнитный замок, не выпускали его, пока он не распишется в паспорте. На его требования открыть дверь немедленно они заявляли, что он должен сначала расписаться в паспорте. На замечания не реагировали, вели себя дерзко, вызывающе, говорили «пожалуйста, выходите», но магнитный замок на двери не открывали. То есть его, свободного человека свободной страны несколько минут не выпускали из помещения, и ему пришлось «вырываться силой из этого места лишения свободы в порядке самозащиты гражданских прав».

Решением суда в удовлетворении административного искового заявления отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда, как постановленное при несоответствии выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, с нарушением норм материального и процессуального права.

В суд апелляционной инстанции административный истец ФИО1 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен по адресу его регистрации по месту пребывания в Российской Федерации в соответствии с требованиями пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, почтовый конверт возвращен обратно в суд с отметкой «истек срок хранения»; в апелляционной жалобе содержится ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие в случае неявки.

Неполучение судебного извещения, направленного по надлежащему адресу, по обстоятельствам, зависящим от самого адресата, приравнивается по своим правовым последствиям к отказу от принятия судебной повестки, когда адресат, отказавшийся принять судебную повестку или иное судебное извещение, считается извещенным о времени и месте судебного разбирательства или совершения отдельного процессуального действия (часть 2 статьи 100 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, далее – КАС РФ).

Также в судебное заседание не явился представитель административного ответчика Отдела по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом посредством размещения информации на официальном сайте Белгородского областного суда 22.03.2019.

На основании части 2 статьи 150, части 6 статьи 226, статьи 307 КАС РФ судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие административного истца ФИО1, представителя административного ответчика Отдела по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району, надлежаще извещенных о дне, месте и времени судебного разбирательства и не сообщивших о наличии уважительных причин неявки.

Проверив законность и обоснованность судебного постановления по правилам статьи 308 КАС РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия признает отсутствие правовых оснований для отмены решения суда.

Согласно данным ГАС «Правосудие» ФИО1 обращался в Белгородский районный суд Белгородской области с административным иском, в котором просил признать незаконными действия отдела по вопросам миграции ОМВД России по Белгородскому району, выразившиеся в закрывании его 10.07.2018 в кабинете во время посещения кабинета путем закрывания за ним магнитного замка двери; в принуждении его 10.07.2018 к получению паспорта путем фактического невыпускания (неоткрывания магнитного замка двери) из помещения до получения паспорта; в незаконном лишении свободы передвижения 10.07.2018 путем фактического невыпускания (неоткрывания магнитного замка двери) из помещения отдела по первому его требованию; обязать их устранить допущенные нарушения закона, а именно не закрывать магнитный замок двери во время его посещения этого кабинета.

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 05.12.2018, оставленным без изменения 14.02.2019 судебной коллегией по административным делам Белгородского областного суда (дело 2а-2875/2018, № 33а-1442/2019) в удовлетворении исковых требований отказано.

При рассмотрении дела судами установлено и следует из материалов дела, что 10.07.2018 ФИО1 обратился в отдел по вопросам миграции Министерства внутренних дел Российской Федерации по Белгородскому району для получения изготовленного заграничного паспорта, выдача которых осуществлялась с 16 часов до 18 часов инспектором ФИО2

Из докладной записки инспектора ФИО2 следует, что во время выдачи паспорта, когда тот был активирован и верификация пальцев успешно пройдена, ФИО1 в грубой форме отказался поставить подпись в готовом паспорте, ссылаясь на то, что фотография в паспорте другого человека. Для урегулирования конфликта инспектор пригласила начальника ОВД УМВД России по Белгородскому району ФИО3, но ФИО1 продолжал уверять, что паспорт не его, а другого лица, начал вести себя более агрессивно, ударил по входной магнитной двери, выломав ее и нарушив целостность дверной коробки, на которой установлена сигнализация, после чего покинул помещение отдела, не получив паспорт.

Согласно материалам дела, ФИО1 в порядке статьи 125 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации обращался в Белгородский районный суд Белгородской области с жалобой на бездействие отдела МВД РФ по Белгородскому району, которое, по мнению автора, выражалось в непринятии решения по его заявлению о преступлении.

Постановлением судьи от 28.09.2018 жалоба заявителя оставлена без удовлетворения. При рассмотрении жалобы установлено, что 10.07.2018 в 17 часов 30 минут ФИО1 находился в кабинете выдачи паспортов, оборудованном дверью с электрическим замком. Кнопка открытия двери находится с правой стороны от ручки двери. При выходе из кабинета ФИО1 не нажал кнопку для открытия двери, вследствие чего она осталась закрытой, повредив дверь, ФИО1 покинул помещение.

Принимая решение, суды указали, что ФИО1 мог и должен был видеть указанную кнопку, и в случае затруднения пользования кнопкой не был лишен возможности уточнить порядок пользования магнитным замком. Содержание административного иска также указывает об осведомленности заявителя о наличии кнопки.

При таких обстоятельствах, суды не установили бездействия со стороны ОМВД России по Белгородскому району Белгородской области, нарушающего права административного истца, и в соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 227 КАС РФ отказали в удовлетворении административного иска.

В силу положений статьи 227 КАС РФ ненормативные правовые акты, решения и действия (бездействие) могут быть признаны незаконными только при одновременном нарушении ими законных прав и охраняемых законом интересов административного истца и несоответствии их закону или иному нормативному правовому акту.

Таких обстоятельств по делу 2а-2875/2018 не было установлено.

Поскольку согласно положениям статьи 64 КАС РФ, разъяснений, изложенных в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.09.2016 № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации», обстоятельства, установленные вышеизложенными судебными актами, оспариванию не подлежат, в настоящем деле ФИО1 также в нарушение части 11 статьи 226 КАС РФ не доказан факт нарушения его прав, свобод и законных интересов оспариваемым бездействием административного ответчика, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения административного иска.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, оценка доказательств по делу была произведена судом в соответствии со статьей 84 КАС РФ по правилам относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд отразил в решении. Несогласие с оценкой принятых судом доказательств не свидетельствует о незаконности принятого судом решения.

Ссылаясь на обязанность административного ответчика доказать законность оспариваемого действия, а фактически опровергнуть доказательствами ничем не подтвержденные утверждения о совершении в отношении него административным ответчиком оспариваемых действий, ФИО1 фактически уклоняется от доказывания обстоятельств, положенных им в основу своих требований, что противоречит положениям процессуального закона об обязанности стороны доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, принципу affirmanti, non neganti, incumbit probation (бремя доказывания лежит на том, кто делает утверждение, а не на том, кто его отрицает).

Утверждения в жалобе о неверных выводах суда первой инстанции о непредставлении ФИО1 доказательств нарушения его прав и наличия оспариваемого действия не могут быть приняты во внимание судебной коллегией, поскольку на административного ответчика распространяются общие положения о презумпции добросовестности в деятельности государственных служащих.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12.04.1995 № 2-П, Конституция Российской Федерации презюмирует добросовестное выполнение органами государственной власти возлагаемых на них Конституцией и федеральными законами обязанностей и прямо закрепляет их самостоятельность в осуществлении своих функций и полномочий (статья 10).

Кроме этого, Европейский Суд в Постановлении ЕСПЧ от 31.05.2011 «Дело «Ходорковский (Khodorkovskiy) против Российской Федерации» (жалоба № 5829/04) указывал, что вся структура Конвенции основана на общем предположении о том, что публичные власти в государствах-участниках действуют добросовестно.

Действительно, любая публичная политика или индивидуальная мера может иметь «скрытые планы», и презумпция добросовестности является опровержимой.

В то же время заявитель, утверждающий, что его права и свободы ограничены по ненадлежащим мотивам, должен убедительно доказать, что реальная цель властей расходилась с провозглашенной (или той, которая может быть разумно выведена из контекста).

Одно лишь подозрение в том, что власти использовали свои полномочия для некой иной цели по отношению к тем, которые определены в Конвенции, не является достаточным для доказывания нарушения статьи 18 Конвенции.

С учетом приведенного правового подхода Конституционного Суда Российской Федерации, Европейского Суда по правам человека, судебная коллегия принимает во внимание, что как в Конституции Российской Федерации, так и в международном праве действует общая презумпция добросовестности в поведении органов государственной власти.

Поскольку должностные лица государственных органов лишены какого-либо скрытого умысла в правоотношениях, участником которых являются, следовательно, лишены целесообразности умышленные и целенаправленные ограничения прав граждан.

Преодоление действия данной презумпции в каждом конкретном случае не исключено, но допустимо только при представлении веских и убедительных доказательств тому, что действие органа государственной власти (должностного лица) расходится с понимаемым добросовестным поведением.

В рамках настоящего административного дела административным истцом не представлено таких доказательств, которые бы свидетельствовали о недобросовестности действий административного ответчика, при этом, доводы административного иска не нашли своего подтверждения при рассмотрении спора.

Доводы административного истца о том, что судом не было исследовано представленное им в обоснование заявленных требований доказательство – оптический диск с якобы существующей на нем видеозаписью инцидента от 10.07.2018, не могут повлечь отмену судебного акта. При рассмотрении судом апелляционной инстанции аналогичного ходатайства ФИО1, установлено, что на представленном ФИО1 оптическом диске видеозапись не воспроизводится.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы апелляционной жалобы, по существу, направлены на переоценку обстоятельств, установленных судом первой инстанции при вынесении обжалуемого решения, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали изложенные выводы и выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, основанными на неправильном толковании норм материального права, и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Обстоятельства, имеющие значение для дела, судом первой инстанции установлены правильно. Нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 308-311 КАС РФ, судебная коллегия

определила:

решение Белгородского районного суда Белгородской области от 17 января 2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи